Вместо введения. На каком языке говорить о Высшем?

Долгое время Н.К. Рериха принято было рассматривать как художника, писателя, общественного деятеля. При этом опускалось, что он был культурологом, философом. Действительно, мы не найдем у него фундаментальных многотомных монографий, трактатов, в которых последовательно и конструктивно излагались бы его философские и культурологические теории. Но в очерках, сказках, стихах, письмах, художественных произведениях особого характера этого, опередившего свое время мыслителя, щедрой рукой рассыпаны жемчужины мудрости. Они пока не собраны и не нанизаны на единую нить. Это еще предстоит сделать.

При всем многообразии форм и жанров общественных, литературных и художественных выступлений исследователя и художника практически в каждом из них звучит страстный призыв к Свету, что в его понимании означает - к Культуре. «Культ всегда останется почитанием Благого Начала, а слово Ур нам напоминает старый восточный корень, обозначающий Свет, Огонь» (200; 169). Эта удивительная «светоносность» - «первоатом», из которого состоит все творческое наследие мыслителя, наполняет его живописные и литературные произведения, каждое из которых является драгоценным кусочком смальты в величественном мозаичном панно, каким образно представляется нам Учение Н.К. Рериха о культуре. Сразу же оговоримся, что сам Н.К. Рерих не формулирует свои положения как учение. Нам представляется возможным назвать их именно так в силу универсальности и концептуальной значимости его взглядов.

Его философско-художественные очерки, стихи и сказки, живописные полотна и путевые этюды по сути своей - притчи. Словари дают следующее определение этого литературно

1

Обозначение сносок следующее: в скобках первая цифра указывает на порядковый номер издания в библиографии, вторая - номер страницы.

философского жанра: «Притча - небольшой рассказ, аллегорический по форме и нравственно-дидактический по цели»[1]; «...аллегория, употребляемая с целью объяснить какую-нибудь истину, ... мудрое изречение...»;

«... малый дидактико-аллегорический литературный жанр, заключающий в себе моральное или религиозное поучение («премудрость»).

Н.К. Рерих не случайно использует этот вид литературного творчества в изложении своих мыслей, наблюдений, открытий. Для него необычайно важна их нравственно-этическая суть, которая является «альфой и омегой» всего учения о культуре.

В то же время притчи необыкновенно емко и метафорически выражают те духовные и научные прозрения «великого интуитивиста», по определению А.М. Горького, которые легли в основу его мировоззрения. Данный прием использования литературно-художественного жанра в философских размышлениях не столько обновляет, сколько подчеркивает специфику русской философии. Для нес характерна весьма разнообразная палитра теорий, основанных как на европейском Ratio, так и на греко-православном Logos'e. Последние очень часто выражались в художественной, метафорической форме.

Немало тому способствовал особый культурно-исторический феномен русской философии, получивший название «русская герменевтика». Это нс только составная часть русской философии, но скорее, инструментарий ее осмысления.

Вообще русская философия рубежа XIX-XX веков, в отличие от западно-европейской, была морально ориентирована и, как определяет Б.В. Емельянов, «ее наиболее мощный инструментативный потенциал - это оценочно-праксиологическое понимание духовной ценности человека» (48; с. 190).

Мощное развитие в русской философской мысли получила духовно-ценностная парадигма, ориентированная на осмысление иррациональных ценностей, таких как истина, добро, красота, подчас не поддающихся выражению в рациональном коде. Ее представители нередко выступали с провидческих позиций, настаивая на наложении нравственного вето на любое достижение прогресса, если оно осуществляло насилие над личностью. Следовательно, возникала необходимость выработки методологии для изучения «феноменологии уникальностей» (искусства, философии духа), которая могла бы адекватно их выражать. При таком раскладе духовно-ценностная парадигма нередко оказывалась не целью, а лишь средством изучения.

Форма же, в которую облекались эти размышления, несла в себе качества символа и метафоры.

Литературные, философские и публицистические труды, живописные произведения Н.К. Рериха насквозь пронизаны идеями «Учения Живой Этики». И хотя все книги этого учения принадлежат перу Елены Ивановны Рерих, «авторами» его являются и Николай Константинович, и Елена Ивановна. «Тандем» супругов Рерихов оказался необычайно плодотворным. Живописные произведения Николая Константиновича визуализировали идеи, образы, символы «Живой Этики», делая их доступными восприятию непосвященного человека, и в то же время придавая им жизненность, актуальность.

Первая книга «Учения Живой Этики», «Листы сада Мории», выходит в 1924 году. Но еще в 1910-1911 годы были опубликованы первые стихи Н.К. Рериха, позже составившие книгу «Цветы Мории». В стихотворениях этого сборника последовательно отражен процесс развития общений с Учителем. Николай Константинович в письме к В.А. Шибаеву от 25 июля 1921 года пишет: «Вы уже знаете, что Аллал-Минг - это Мастер Мория. Он руководит мною и моей семьей» (19:94).

Книга поделена на циклы: «Священные знаки», «Благословенному», «Мальчику», кроме того, в нее вошла поэма

«Наставления ловцу, входящему в лес». Каждая часть книги - это этап духовного роста автора. Вначале поэт описывает пробуждение пытливого духа человека, постижение своего «Я», своей творческой индивидуальности, затем - первые самостоятельные творческие шаги, и, наконец, голос художника, творца, осознавшего свое предназначение.

Книга «Цветы Мории» неотделима от книг Е.И. Рерих. Как живописные произведения Н.К. Рериха визуализируют понятия и категории «Учения Живой Этики», так же и литературные опыты и откровения художника вербализуют в доступных и красочных образах, так называемые, «сокровенные» знания. Однако, слово «авторы» мы не случайно поставили в кавычки. Исследователи книг «Живой Этики», или «Агни-Йоги», не склонны считать их продуктом только личного философского и духовного творчества Н.К. и Е.И. Рерихов: «Агни Йога есть мировое планетарное Учение, - утверждает С.Ю.Ключников, - Провозвестие, Третий Завет, данный всему человечеству из космических источников» (114; 257). Но наделение учения подобными эпитетами чревато другой крайностью: возведением его в ранг религиозного культа, что сейчас и происходит в некоторых рериховских обществах. Подобное отношение не только нс верно, но и во многом профанирует идеи замечательного мыслителя, низводя их до уровня сектантства.

Книги «Живой Этики» являются сводом философских, религиозных, эзотерических и других знаний, накопленных и воспринятых человечеством за всю историю к середине двадцатого века. Все эти области знания являются средством постижения главного закона бытия - гармоничного сосуществования человека и космоса, или человека в космосе. Этот закон, по убеждению Е.И. и Н.К. Рерихов, регулируется нормами космической, Живой Этики, а не теми ментальными конструкциями, которые, возникая в разные времена и у разных народов в виде религиозных культов, нередко противоречили друг другу.

Таким образом, «Агни Йога» является философско-этическим Учением. Проблемы нравственности имеют для ILK. Рериха не только, и не столько личностный характер. Ратуя за нравственную чистоту человечества, он вместе с другими философами-космистами, утверждает что социальные процессы взаимосвязаны с макропроцессами: «Очевидно, человечество само чует, насколько бесчисленно число раз оно должно повторять самому себе о действительности блага и о постыдности зла. Но в каких, почти незримых, скверных червях ползает по миру зло? Недаром сами люди называют червем зависти, червем сомнения, червем подлости постыдное одержание, в котором попирается все лучшее и высокое... Много говорится об эволюции. Но ведь со всякой точки зрения, от нижайшей до высочайшей, эволюция предполагает преуспеяние добра» (210; 202).

В связи с вышеизложенным приходится признать, что язык притч, избранный Н.К. Рерихом для донесения до человечества его философских и культурологических знаний - наиболее приемлем, нежели более привычный конкретный вербально-понятийный код, однозначно интерпретирующий называемые предметы или события и обеспечивающий относительную точность понимания. Многие области гуманитарного знания, явления культуры оказываются значительно обедненными, если к ним подходить лишь с позиций рационального познания, исключая аксиологический, иррациональный аспекты. В конце XX века в естественной науке, философии и, следовательно, в культуре ставится задача постижения иррациональных сторон мира.

Одним из средств этого постижения является притча, вербальносимволический язык которой обеспечивает большую адекватность выражения многосмысловых значений явлений культуры, а также тех сокровенных эзотерических знаний, которые лежат в основе рериховской концепции Культуры.

Глава 1

  • [1] Брокгауз, Ефрон. Малый энциклопедический словарь. Т. 11, вып.ГУ. СПб. 1909, С.1083. 2 Настольный словарь для справокъ по всЪмъ отрас.тямъ знамя, въ 111 томахъ. Томь 111. II - V. Сост. под. род. В.Р.Зотова и Ф. Толля. СПб, 1864. С. 212. 3 1 Советский энциклопедический словарь. И., 1985. С. 1058.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >