АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ТЕОРИИ АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВОГО ПРИНУЖДЕНИЯ

Гносеологические корни института административного принуждения в системе административно-правовых отношений

На современном этапе развития Республики Казахстан, процессы совершенствования организационно-правовой деятельности государства требует более детального уточнения правовой концепции механизма управленческой деятельности государственных органов, способных при осуществлении реальных усилий использовать не только потенциал права, но и потенциал всех иных средств социального воздействия, направленных на построение в Республике Казахстан демократического, правового, светского и социального государства. Однако, на сегодняшний день достаточно больших и малых противоречий мешающих реализации этой идеи.

Как справедливо указывает об этом академик С.С. Сартаев, «дело в том, что «наше общество - в состоянии перехода. Одновременно существуют и действуют разнонаправленные тенденции, несовместимые вроде бы процессы. Не успев достаточно далеко уйти от старого и не дойдя до нового мы живем как бы в двух измерениях, в разных системах, причудливо переплетенных между собой. Состояние перехода накладывает свой отпечаток на все». И это порождает необходимость наличия сильной власти, так как общество, как естественная среда проживания человека, не может существовать без власти. Ибо суть власти - порядок и подчинение

1

Сартаев С.С. Республика или государство?/Советы Казахстана. -№ 21.(57). 12 апреля 1991.

всех этому порядку для общего блага. Чем многообразнее общество, тем эффективнее призвана быть власть[1]. Возникновение различных видов и форм власти, включая власть суверенную или государственную, есть результат изменений, происходящих в объективной самоорганизации современного социума.

В соответствии с Конституцией Республики Казахстан, государственная власть в Республике едина, осуществляется на основе Конституции и законов, в соответствии с принципом ее разделения на законодательную, исполнительную и судебную ветви, которые взаимодействуют между собой с использованием механизма сдержек и противовесов.

В контексте сказанного своевременно высказывание профессора А.А. Матюхина о том, что «государство есть элемент сферы права. Поэтому вопрос о «правовом государстве» есть по существу вопрошание о качестве и содержательных институциональных идеях Права, в сфере которого происходит государственное строительство, осуществляемое в данной конкретной стране данным народом, имеющим свое представление о праве (свою «Идею Права»), правовые традиции и правовую культуру».

Сквозь точку зрения конституционного и административного права, государственная власть осуществляется путем принятия решений (законов), организации их исполнения, контроля за ходом реализации принятых решений, устранения или предупреждения недостатков, возникающих в процессе исполнительной, организаторской работы, устранения нарушения законов и решений. Это главные направления государственной деятельности. Конечно, они взаимосвязаны, одно направление следует за другим, обуславливает другое или обуславливается другим.

Публичная власть осуществляется особым слоем людей, профессионально занимающихся управлением и составляющих аппарат власти.

В свою очередь, аппарат публичной власти предназначен не для того, чтобы отражать интересы какой-то отдельно взятой общности людей либо каких-то корпораций, а призван действовать во всеобщих интересах государства и народа населяющего его территорию. И здесь наиболее значимо то, что аппарат публичной власти в официальной мере обладает монополией на принуждение, вплоть до насилия над всей подвластной территорией и в отношении всего населения. Тем более, что одной из основных функций правового принуждения является ее правозащитная функция, смысл которой заключается в создании специального правового механизма, способного оградить личность от произвола государственных органов, примеры которого в истории нашего государства особенно многочисленны.

Вместе с тем, уровень правового “насыщения” государственного принуждения обусловлен тем, в какой мере оно:

  • а) подчинено общим принципам данной правовой системы;
  • б) является по своим основаниям единым, всеобщим на территории всей страны;
  • в) нормативно регламентировано по содержанию, пределам и условиям применения;
  • г) действует через механизм прав и обязанностей;
  • д) оснащено развитыми процессуальными формами[2].

Чем выше уровень правовой организации государственного принуждения, тем оно в большей степени выполняет функции позитивного фактора развития общества и в меньшей степени выражает произвол и своеволие носителей государственной власти.

В правовом и демократическом государстве государственное принуждение может быть только правовым и быть применимым только по необходимости. И эта версия подтверждается выводами выдающегося правоведа прошлого столетия Н.Н. Алексеева, который указывал на то, что “принуждение есть вопрос тактики

и политики... нормально принуждение может быть применяемо только тогда, когда исчерпаны все иные средства, - так сказать на крайний случай, как последнее, неизбежное средство”[3].

В соответствии с действующим законодательством Республики Казахстан принудительные меры государственного воздействия могут применяться как к индивидуальным, так и к коллективным субъектам права.

В теории административного права существуют различные виды принуждения. Так, по объекту воздействия различаются психическое, материальное, организационное и физическое принуждение. Однако как бы не были они разнообразны и многочисленны, во всех случаях применения мер принуждения главным условием остается то, что принуждение понуждает к правомерному поведению и воздействию на субъектов правоотношений превентивным образом, что является основным критерием эффективности действия правового принуждения.

В то же время вопросы, характеризующие роль, место и значение принуждения в правовом пространстве остаются дискуссионными. В юридической литературе издавна ведется спор по вопросу о месте и роли силы и принуждения в правовой жизни общества.

Длительное время, различными оппонентами, представляющими различные правовые школы, высказываются два противоположных мнения. Так, одни глубоко убеждены в том, что государственное принуждение не является неотъемлемым признаком права. При этом оно или полностью отрицается или же его предлагается заменить менее жестким и более широким понятием “государственная охрана”.

“Понятие государственного принуждения, - писали в этой связи советские правоведы О.С. Иоффе, М.Д. Шаргородский,

заменено нами понятием государственной охраны потому, что речь идет о формулировании общего определения, способного охватить все исторические типы права, между тем как понятие принуждения не предусматривает всех возможных мер охраны правовых норм. Оно не предусматривает, в частности, таких специфических мер, которыми обеспечивается соблюдение мер социалистического права”[4]. Речь при этом шла о том, что социалистическое право обеспечивается не только и даже не столько методами принуждения, сколько методами воспитательного характера, методами убеждения.

Крупнейшим выразителем противоположной точки зрения является германский правовед Рудольф фон Йеринг (1818-1892гг.) автор глубинных исследований европейской юриспруденции второй половины XIX столетия.

Основные положения идей Йеринга, касающиеся определения понятия государственного принуждения, нашли воплощение в его знаменитых трудах, в таких как “Цель в праве”, “Борьба в праве” и в других.

По мнению Йеринга “право есть совокупность жизненных условий общества в широком смысле, обеспечивающихся внешним принуждением, то есть государственной властью”. “Ходячее определение права гласит: право есть совокупность действующих в государстве принудительных норм, и такое определение, по-моему, вполне правильно...”. “Оно заключает в себе два момента: норму и осуществление ее посредством принуждения. Только те из установленных обществом норм заслуживают название правовых норм, которые влекут за собой принуждение... Правовыми нормами называются лишь нормы, обусловленные со стороны государства таким последствием, или что государство есть единственный источник права”. Следовательно, из суждений Йеринга вытекает то, что без принуждения нет даже смысла

говорить о праве, так как право есть нечто иное, как “обеспечение жизненных условий общества в форме принуждения”, “система социальных целей, гарантируемых принуждением” и т.д.

В результате проведенных исследований мы предполагаем, что право неотделимо от принуждения. Любая норма, так или иначе регулирующая поведение человека в обществе, скрыто или открыто содержит в себе указания на определенную санкцию, или принуждение. Не случайно в свое время было высказана оригинальная идея о том, что “правовая норма без принуждения - это огонь, который не горит, свет который не светит”[5].

Следовательно, можно сделать вывод: принуждение есть важнейший элемент публичной власти и, прежде всего государственной власти, которая неотделима не от какой формы государственного правления, независима от государственного (политического режима) и территориального устройства государства. И отсюда следует, что власть является непременным условием существования в государстве всякого права, в том числе и права на принуждение.

Конечно, может быть когда-нибудь в далеком будущем, в процессе диалектического развития человеческой цивилизации, возможно, будет существовать новый человеческий социум, не нуждающийся ни в государстве, ни в правовых нормах, где каждый человек будет нарождаться на свет с врожденными качествами правовой культуры и правового сознания, тогда в этом обществе не будет существовать ни какой необходимости в применении мер принуждения. В условиях же существующих реалий применение мер государственного принуждения является «необходимым и важнейшим атрибутом в деятельности органов государственной власти».

Итак, право есть следствие власти, которая в обязательном порядке включает в себя элемент силового принуждения. Если

произвольная власть может обходиться без права, то право есть атрибут организованной власти. Таким образом, право всегда формируется в рамках какой-нибудь организации, то есть аппарата власти; и если над этой организацией нет никакой более высокой власти, то есть, нет государства, то она сама обладает верховной властью, то есть является государством.

Таким образом, система органов государственной власти обладает заключенной в правовые рамки институциональной принудительной силой, обеспечивающей исполнение законов и судебных решений. При этом непосредственное государственное принуждение осуществляют специально уполномоченные органы и структуры, реализующие свои полномочия в рамках, строго очерченных законодательством. Количество таких органов сегодня многочисленно и многообразно. К числу таковых можно отнести органы министерства внутренних дел, уголовно-исполнительные учреждения, внутренние войска и другие. Именно эти органы способны непосредственно осуществлять государственное принуждение, как возможность государства обязать субъекта помимо его воли и желания совершать определенные действия, необходимые для поддержания стабильно существующего общественного правопорядка и безопасности. Меры принудительного характера могут быть реализованы в целях предупреждения правонарушений и преступлений, для пресечения и прекращения противоправных действий и предотвращения их вредных последствий, в целях понуждения лица к исполнению возложенных на него обязанностей, которые оно должно было исполнить, но не исполнило.

Как бы то ни было, при разумно-прогрессивном общественном строе, при развитой демократической и правовой культуре, государственная власть, благодаря приверженности к демократическим ценностям, усмиряет свои императивные административно-приказные стремления, сдерживает свои властные порывы и во имя общественной пользы вводит властно-императивную исполнительно-распорядительную деятельность в строгие рамки. С

1

Бахрах Д.Н., Севрюгин А.В. Ответственность за нарушение общественного порядка. - М.: Юридическая литература, 1977. - С. 24.

этой точки зрения, деятельность органов исполнительной власти должна быть подчинена требованию «запрещено все, что прямо не разрешено законом».

Необходимо помнить о том, что органы исполнительной власти в правовом государстве наделены не только властными полномочиями по применению мер правового принуждения, но и обременены определенной ответственностью за правильное и корректное его применение. Подобная необходимость возникает из того, чтобы правовое принуждение не переросло в насилие либо административный произвол, который дискредитирует само назначение органов исполнительной власти. Исполнительная власть может считаться сильной только тогда, когда она разумно организована, основана на законе, на принципах демократии и является ее защитницей. Для того, чтобы она развивалась на этой почве, нужны механизмы, институты сдержек, противовесов и контроля, которые и должны быть предусмотрены законами государства.

Обобщая и подводя итоги вышесказанному, необходимо отметить, что на современном этапе развития правовой науки и теории правового принуждения, значительная роль в борьбе с правонарушениями принадлежит государству. Государственное принуждение, опосредуясь в праве приобретает форму правового принуждения и, как правило, выражается в конкретных мерах принудительного характера, применяемых уполномоченными на то органами государства (должностными лицами) в связи с неисполнением правовых норм.

  • [1] Котов А.К. Конституционализм в Казахстане: опыт становления и эффективности механизма власти. - Алматы: КазГЮА, 2000. - С.7. 2 Баймаханов М.Т., Вайсберг Л.М., Котов А.К. Становление суверенитета Республики Казахстан (государственно-правовые проблемы). - Алматы, 1994. -С.32. 3 Конституция Республики Казахстан. - Алматы: «Казахстан», 1998. - 96 с. 4 Матюхин А. Государство в сфере права: институциональный подход. -Алматы: ВШП «Эд1лет», 2000. - С. 10. 5 Ким. В.А., Ким Г.В. Конституционный строй Республики Казахстан (общие положения). - Алматы, 1998. - С. 124.
  • [2] Т.1.- С.267-268.
  • [3] Алексеев Н.Н. Основы философии права. - СПб.: изд. “Лань”, 1999. -С.84. 2 Жетписбаев Б.А. Административная ответственность в РК: Учебное пособие /Под общей редакцией проф. С.С. Сартаева - Алматы: Данекер, 2000. -С.8. 3 Тихонравов Ю.В. Основы философии права. Учебное пособие. - М.: Вестник, 1997. - С.303-323.
  • [4] Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. - М., 1961. -С.60. 2 Теория государства и права. Учебник для вузов. /Под ред. проф. Т.Н. Манова. - М.: Издательство БЕК, 1995. - 336 с. 3 Йеринг Р. Цель в праве. - Спб., 1881. - С. 238.
  • [5] Ильин И.А. Собр.соч. в 10 томах. - Т. 4. - М., 1994. - С.50. 2 Жетписбаев Б.А. Роль и место принуждения в системе действующего права //Сб. научных трудов юридического факультета КРСУ. - Вып. 13. /Ред. кол.: З.К. Курманов, Л.Ч. Сыдыкова, З.Ч. Чикеева, А.Н. Ниязова и др. - Бишкек: КРСУ, 2002.-С. 112.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >