Роль татарского книгопечатания в становлении книжной культуры Казахстана (Р.С. Абдиева, А.М. Тлепберген)

Для каждой нации и народности, дня жителей стран и регионов интересно и важно знать историю проникновения в их пределы печатного

слова, распространения всего книжного дела.

В издании книг на языках мусульманского Востока особенно велика роль татарского книгопечатания. В его продукции «на тюркских языках после татарских книг по количеству изданий и по тиражу второе место принадлежит книгам на казахском языке».

Однако многое в истории казахско-татарских книгоиздательских контактов остается мало исследованным.

Вплоть до 50-х годов нашего века специальных работ по истории казахской рукописной и печатной книги не издавалось. Об этом имелись в основном фрагментарные сведения и упоминания в каталогах, проспектах, библиографических списках, отдельных брошюрах, статьях, отчетах казенных и частных издательств, выпускавших книги на восточных, в том числе и на казахском, языках».

Вопросы издательской подготовки и выпуска казахской литературы в Казани, Оренбурге, Уфе и других городах России, вне пределов Казахстана в разной мере стали освещаться в изданных научных и научно-популярных работах, газетных и журнальных публикациях историков, филологов, книговедов в 70-80-е годы. Наибольшее отражение это нашло в статьях и книгах А.М. Жиренчина, вышедших в разные годы па казахском и русском языках с одинаковым названием. Первая из них была оценена так: «Пробелы в истории дореволюционного книгопечатания на казахском языке в значительной мере заполнила работа А. Жиренчина «Казах китаптары тари-хынан» наряду с историей письменности народа, сведениями об авторах разных народов и их работах по истории казахского народа, биографиями казахских писателей, просветителей, приведены аннотации значительного числа дореволюционных книг на казахском языке, изданных в основном в Каза ни, Оренбурге, частично в Уфе, Петербурге и других городах Приуралья и Поволжья».

Вместе с тем А.Г.Каримуллин, признав, что А.М. Жирен-чин стал первым исследователем по истории казахской дореволюционной книги, высказал и немало критических замечаний о данной работе. Недочеты, безусловно, были. Но следует иметь в виду, что данная книга являлась научно-популярным изданием и в задачу автора не входило исследование всех аспектов темы, к тому времени еще слабо изученной книговедами. Зато научный и литературный уровень русского издания книги значительно поднялся.

Глубоко и многогранно, на обширной Источниковой базе исследована проблема издания тюркских книг в городах Поволжья и Приуралья, в первую очередь в Казани и Оренбурге, в печатных трудах А.Г.Каримуллииа «Татарская книга начала XX века», «Татарская книга пореформенной России» п в названной выше работе «Книги и люди». В ней особое значение для казахстанцев имеет раздел «Татаро-казахские книгоиздательские связи».

Из других книг, имеющих отношение к данной теме, интерес представляют обобщающая работа Д.И. Дулатовой «Историография до революционного Казахстана (1861-1917гг.)» (1984г), сборники Межнациональные связи казахской литературы (1970г.). «Казахская литература и ее интернациональные связи» (1973г.), «Вопросы историографии и источниковедения Казахстана» (1988г.).

Сведения, факты, трактовки, непосредственно или косвенно относящиеся к разным аспектам избранной нами темы, встречаются в таких фундаментальных трудах, как третий том «Истории Казахской ССР с древнейших времен до наших дней» (1979 г.), второй том «Истории казахской литературы» (1979г.), «История Татарской АССР» (1980г.), сборниках статей литературоведов, историков, общественных деятелей республик бывшего Советского Союза.

Ценные сведения и высказывания по данной теме имеются в собраниях сочинений великих казахских ученых, просветителей — Чокана Валиханова, Ибрая Алтынсарина, в пу бликациях других активных деятелей казахской, татарской, русской, башкирской культуры.

Как отметили Д.И.Дулатова и Г.С.Султангалиева, многое свидетельствует о взаимосвязи культуры казахских народа с культурой народов Поволжья. Лучшие представители казахского народа и народов Поволжья проявляли пристальный интерес друг к другу. Ч.Валиханов, И.Алтынсарин, А.Кунанбаев, Х.Фаизханов, Н.Насыров, М.Умбетбаев, Г.Тукай и другие своей деятельностью стремились упрочить эти всесторонние связи.

Различные данные о выпуске казахских изданий вне пределов Казахского края, в том числе в Казани, Оренбурге, Санкт-Петербурге, Ташкенте и других городах России содержат научно-популярные работы М.К. Мамажанова, М.П. Ко-ротовского «Книги Казахстана» (1977 г.), М.К.Мамажанова «Асыл мура» («Дорогое наследие», 1993 г.).

О потенциале культуры любой страны говорит уровень грамотности ее жителей. По данным переписи 1897 г. лишь 8,1 % населения края относилось к числу грамотных. Серьезного роста уровня грамотности населения Казахстана не произошло и в начале XX в.: из 10 детей школьного возраста лишь один посещал школу...».

Народное образование развивалось по двум направлениям: религиозному и светскому. В мектебах и медресе обучение велось на арабском алфавите.

В учебных заведениях светского характера, которые стали открываться после присоединения Казахского края к России, готовились чиновники, переводчики, писари для колониального аппарата, учителя, медики. Первая казахская светская школа начала функционировать в 1841 г. в Букеевской Орде по инициативе хана Джангира. Затем открылась семилетняя школа для казахских детей в Оренбурге и вторая такая школа. Ее в 1857 г. успешно окончил Ибрай Алтынсарин, внесший впоследствии исключительный вклад в народное образование казахов.

Зарождалась и национальная пресса. В 1870 г. в Ташкенте вышел первый номер газеты «Туркестан уалаяты» на казах ском и узбекском языках. В 1913-1918 гг. выпускалась газета «Казак», а в 1911 г. увидел свет первый казахский журнал «Ай-кап». Но они имели малые тиражи, охватывая своим влиянием исконное население края не так широко, не так массово, как это к середине XIX в. уже происходило во многих странах Европы и Америки. Книжная продукция в пределах Казахстана того времени еще не выпускалась. Только в 1912 г. татарскими торговцам и издателями братьями Садыком, Султаном и Хасаном Нигматуллиными была организована в Семипалатинске типография «Ярдэм сериктиш» («Общество Ярдам»»). В ней до 1917 г. вышло несколько казахских книг.

Решающую, огромную роль в возникновении и становлении книгопечатания на казахском языке сыграли издатели, полиграфисты Поволжья и Приуралья, преимущественно татарские и частично русские энтузиасты, мастера книжного дела.

Как известно, самый ранний способ механического воспроизведения текстов и иллюстраций — ксилография появился в VII в. в Корее, Китае и Японии. Европейский способ изготовления книги изобрел немецкий мастер Иоганн Гутенберг в XV в. Связанный с его изобретением переход от переписывания книг от руки к тиражному их производству был качественным скачком в истории книжного дела и всей мировой культуры.

Первой тюркской книгой, напечатанной арабским разборным шрифтом в 1514 г. в Италии, явилась «Китаб салат ал-саван» — арабский перевод греческого часослова. Создателем первой тюркской типографии с наборными шрифтами стал выдающийся турецкий просветитель и ученый, редактор книг Османской империи Ибрахим Мютеферрик. Вместе с Сайдам Эфенди он в 1727 году открыл в Стамбуле первую турецкую типографию. Так началось среди тюркских народов книгопечатание арабскими литерами.

Первенцами книг, изданных в России с применением арабской графики, явились «Турецкая грамматика» и «Азбука татарского языка». В 1801 г. была открыта Азиатская типография в Казани. Брошюра литератора и ученого Р.Фахредтина

«Корвэн вэ табагат», как отмечает А.Г.Каримуллин, стала первой работой на татарском языке, затрагивающей историю книгопечатания арабским шрифтом в частности, где имеются сведения о возникновении татарского книгопечатания в Казани, а также о деятельности первых типографий города, занимавшихся печатанием восточных книг». При этом автор подчеркивает, что татарская печатная книга своим появлением обязана русскому книгоиздательскому делу.

Город Казань стал признанным центром книгоиздания на языках народов российского Востока, имеющих единую языковую основу, общие литературные традиции, близость, родственность древних культур, художественною мироощущения и мышления. «После падения крепостного нрава Казань укрепила и усилила свое значение крупного культурного центра Поволжья и Приуралья. Этому способствовали не только бурное развитие в городе фабрично-заводской промышленности, деятельность университета, но и то, что Казань возглавляла значительные по своей территории округа: учебный, военный, почтово-телеграфный, судебный, водных путей сообщения. Кроме университета, здесь имелось 6 гимназий, в том числе 3 женских, ветеринарный институт (1874 г.), учительский институт и высшие женские курсы (1876 г.), реальное училище (1872 г.), ремесленное училище, учительская семинария для нерусских, начальные школы и другие учебные заведения, в которых плодотворно работали представители разночинной интеллигенции. Казань становится крупным научным центром на востоке европейской России. В 60-80-х годах в Казанском университете сложился ряд научных школ и направлений, основанных талантливыми учеными».

Выпускавшаяся в Поволжье литература на тюркских языках состояла из произведений не только на татарском, но и на арабском, персидском, средневековом тюркском языках, т.е. на всех тех, на которых читали и писали татарские писатели, ученые... Часть татарских книг стала национальной книгой и других тюркоязычных народов России...

Веские обобщения сделаны казахскими учеными-языковедами. Так, М.Балакаев, Р.Сыздыкова, Е.Жанпеисов выска зали такое мнение: «В прошлом столетии казахский язык не был письменным литературным языком, как и у других тюркоязычных пародов Средней Азии, а был смешанным языком, состоявшим из трех элементов: казахского, татарского и чагатайского». На таком «письменно-книжном диалекте» издавалась литература на казахском языке. Однако она была намного ближе к нормативному языку, чем язык деловой письменности — тюрки, на котором работали переводчики»,

— такова точка зрения историка В.З. Галиева.

Подлинные достоинства языка народных масс с восторгом оценил еще в прошлом веке профессор языкознания Казанского университета Н.Ф.Катанок: «Сколько богат киргиз в отношении природных даров — пытливого ума, зоркого зрения и отличной памяти, столько же богат он и в отношении тонкостей языка. Язык киргизов составляет одно из наречий тюркского языка, к которым относятся также наречия турок, крымских татар и многих других племен Сибири и Китая, но отличается от них кроме звуков п форм также богатством слог, и оборотов речи. Киргизский язык особенно изобилует слонами, касающимися природы степей и скотоводческого хозяйства».

1.5. История казахской Книжная культура Казахстана на книги вХ1Х—ХХвеках рубеже XIX - начале XX веков

Как известно, ростки новых идей, прогрессивных течений формируются в недрах старого общества и крепнут в борьбе с консерватизмом и косностью. Эта тенденция прослеживается и в развитии казахской печатной книги. Во второй половине XIX века, полной общественно-политических и социально-экономических противоречий, в казахской литературе стали проявляться две тенденции: одна — демократическо-просветительская (М. Утемисов, Ш. Жарлыганов, С. Аронов,

Ч. Валиханов, И. Алтынсарин, Абай Кунанбаев) и другая

- клерикально-консервативная (Шортанбай, Дулат, Мурат и др.). Последние, критикуя существующие порядки, идеа лизировали патриархальное прошлое и отрицали новое, прогрессивное, исходя из религиозного мировоззрения.

Шортанбай Канаев (1818—1881). Книга под названием «Поэма Шортанбая и его плач о детях» вышла в 1888 г. в типографии Казанского университета. Впоследствии поэма переиздавалась в 1890, 1894, 1911, 1916 гг. Её наименование не соответствует содержанию. Видимо, название дал произвольно издатель Ш. Хусаинов. На титуле книги стоит подпись санкт-петербургского цензора, хотя напечатана она в Казани. Подобным просмотрам подвергались и другие казахские книги: центральная власть не всегда доверяла своим провинциальным органам.

Шортанбай окончил лишь мусульманскую школу и большую часть жизни провел в ауле, поэтому его мировоззрение сформировалось под влиянием кочевой среды. Он придерживался консервативных взглядов, восхвалял прошлое и боялся всего нового. Книгу Ш. Канаева можно назвать исповедью. В конце своей жизни он отрёкся от всего земного. Шортанбай сожалеет о бесцельно прожитой жизни и призывает всех людей, особенно знатных, отказаться от богатства, быть справедливыми, помнить о бренности всего живого.

Зачем ваши богатства, к чему они ?

Зачем ваши троны? То же к чему они!— восклицает он.

Как отрицательный пример автор описывает свою жизнь, полную стяжательства, которое привело его к душевной пустоте. На склоне лет он посылает проклятие на обольстительный мир, на богатство, ибо, как он убедился, именно оно портит людей, делает жестокими. В то же время Шортанбай призывает неукоснительно соблюдать предписания ислама, он проповедует религиозную идею о предопределении богом судьбы людей, что всевышний сделал «одних — богатыми, других — бедными, третьих — учеными, четвертых - мудрыми, пятых — верующими, шестых — неверующими». Поэтому, какой бы тяжелой ни была судьба, с ней надо смириться. Религиозный фанатизм в творчестве Шортанбая впервые в истории общественной мысли Казахстана получил конкретное воплощение.

Дулат Бабатаев (1802—1874). Его книга «Осиет-нама» («Назидательные слова») была издана в 1880 г. в Казани в частной типографии Коковина. В 1897 г. её переиздали. Дулат — поэт, идеализировавший патриархальное прошлое. Его критика некоторых пороков своей эпохи, порожденных эксплуататорским строем, имеет социальный смысл. Вместе с тем отчетливо выраженный религиозный характер творчества Дулата говорит о том, что он прежде всего выступает от имени старой феодальной знати, которая искала себе опору и забвение в религии. В отличие от Шортанбая Дулат сильнее и острее обличал пороки современного ему общества, в этом проявляется демократизм в его творчестве. Религиозность Дулата, его искренняя вера в ислам не перерастает в фанатизм, в отречение от реальной жизни. В отдельных стихах он воспевает ум и силу человека, любуется красотой женщины, мечтает иметь семью.

Творчество поэтов, подобных Дулату, выражающее в целом феодально-клерикальную реакцию на присоединение Казахстана к России, очень противоречиво. Это позволило Абаю Кунанбаеву подвергнуть их критике. Он писал:

Шортанбай, Бухар-Жирау и Дулат — Сколько в их творениях пятен и заплат!

Религиозно-мистическая литература не способна была выразить общенациональные прогрессивные тенденции. Во второй половине XIX в. в казахской литературе появились записи стихов и импровизаций, рассказывающие о борьбе казахского народа во главе с народными героями Исатаем Таймановым и Махамбетом Утемисовым, Жанхожей Нурму-хамбетовым и Бекетом Серкебаевым против угнетения и притеснения со стороны царизма и местных феодалов.

Рукопись «Батыр Жанхожа Нурмухамбетов» была напечатана в 1894 г. в сборнике «Археология, история и этнография» (т. XXII), выпущенном Казанской университетской типографией. Ее перевел на русский язык и подготовил к изданию русский исследователь И. В. Аничков. Ему же принадлежит и очерк «Киргизский герой Джанходжа Нурмухамедов», в кото ром автор рассказывает о событиях того времени, о храбром батыре Жанхоже, выступившим против войск Хивинского и Кокандского ханств, против отрядов царской администрации в защиту своей земли, за свободу своего народа. В конце концов, он погибает от рук врагов.

В очерке автор отмечает, что эту рукопись он взял у акына Мусабая в Казалинске 7 апреля 1894 г. Она написана арабским письмом. В исследовании Н. Маева «Очерки истории киргизского народа с 1732 по 1863 год» говорится также о Жанхоже, как о народном герое.

Судя по имеющимся материалам, а также исследованиям советских ученых, Ж. Нурмухамедов был народным героем, поднявшим сырдарьинских казахов в 1856—1857 гг. против царизма. Поэмы и песни, сложенные о нем, хранятся в фонде научной библиотеки Академии наук Казахской ССР.

Говоря об истории развития казахской книги, следует сказать о тех деятелях, которые способствовали развитию в крае передовой общественной мысли. Такими личностями были просветители-демократы: Чокан Валиханов, Ибрай Алтынса-рин и Абай Кунанбаев. Прогрессивное направление в общественной мысли способствовало духовному подъему казахского народа, его ознакомлению с передовой русской демократической мыслью.

О жизни и творчестве казахских просветителей-демократов опубликовано немало монографий и научных исследований. Наиболее значительные из них — труды и исследования М.О. Ауэзова, С.М. Муканова, А. X. Маргулана, Л. М. Ауэзовой, X. Суюншалиева, Б.К.Кенжебаева, Б. С. Су-лейменова, А. Садыкова и др. Поэтому мы ограничимся только характеристикой публикаций их трудов, вышедших до революции.

Чокан Чингисович Валиханов (1835—1865). Исторические, этнографические и литературные труды Ч. Ч. Валиханова были опубликованы в 1904 г. в одной книге. Их подготовили Г. Н. Потанин и проф. Н. И. Веселовский.

В предисловии профессор Веселовский пишет: «После смерти Ч. Валиханова совет Русского географического обще ства 27 апреля 1867 года решил издать все литературное и научное наследие Ч. Валиханова. Но это не удалось сделать в то время, так как многие его рукописи, неисправленные и непересмотренные им, находились у различных людей. Позже в письме Г. Н. Потанин просил меня помочь в деле издания трудов Ч. Валиханова. Несмотря на большую занятость, я согласился. Впоследствии совет Русского географического общества по моей просьбе взял на себя расходы по издании научного и литературного наследия Ч. Валиханова и я включился в дело подготовки издания».

Профессор Веселовский проделал большую работу по подготовке издания рукописей Валиханова, было собрано более 500 страниц. Сбор, систематизация и издание заняли более тридцати лет. В сочинение вошли все известные работы Ч. Валиханова. Здесь можно найти исторические, географические, этнографические и фольклорные материалы. Наиболее интересные из них: «Очерки Джунгарии», часть киргизского эпоса «Манас», «Киргизскоеродословие», «Записка о судебной реформе», извлечения из трудов знаменитых историков Востока—Жалаира, Бабура, Абулгази. Сочинение было снабжено именным и географическим указателями, имело иллюстрации.

Чокан Валиханов был высокообразованным и эрудированным человеком своего времени. Молодого Валиханова называли научным светил ой, метеором, промелькнувшим на небосклоне Востока. Крупнейшие русские ученые, писатели и общественные деятели того времени были друзьями и соратниками Ч. Ч. Валиханова, из числа их можно назвать Г. Н. Потанина, П. П. Семенова-Тянь-Шанского, А. Н. Бекетова, Н. М. Ядринцева, А. Н. Майкова, Ф. М. Достоевского, И. Н. Березина, Н. И. Веселовского, С. Ф. Дурова и др.

В 1858—1859 гг. Ч. Валиханов совершил свою знаменитую поездку под видом «купца» в малоизвестную для мира провинцию Восточного Туркестана — Кашгарию. Поездка была сопряжена с опасностью для жизни. Он ознакомился с политическим и экономическим устройством края, собрал материалы по истории и этнографии народов, населявших эту страну. Ч. Валиханов приобрел ряд уникальных восточных рукописей, древние грамоты, образцы прикладного и народного декоративного искусства.

Одним из главных результатов этой поездки явился его капитальный труд «О состоянии Алтышара, или шести восточных городов китайской провинции Нан-Лу (Малой Бухарин)». Отрывки из этого труда Ч. Валиханова были опубликованы на английском языке в Лондоне в 1865 г. в сборнике трудов русских ученых. По охвату материалов, а также по широте и глубине их анализа его работа явилась крупным вкладом в отечественную науку. Ученые высоко оценили труд Ч. Валиханова. Он был принят в члены Русского географического общества.

Ч. Валиханова можно отнести к числу первых казахских библиографов и библиофилов. Он проводил большую работу по сбору и изучению материалов казахского устного творчества и считал, что в произведениях устного творчества казахов отражено их прошлое, «их образ жизни, обычаи и нравы современные», что народно-поэтическое творчество дает «полную картину творческой и духовной жизни народа».

Просветитель-демократ, ратуя за тесное сближение казахского и русского народов, за укрепление их экономического и культурного сотрудничества, прилагая все усилия к тому, чтобы ближе ознакомить русских с жизнью, бытом и культурой своего народа, он неустанно выступал за распространение в Казахстане достижений русской культуры, науки и техники, способствовал укреплению дружбы между казахским и русским народами.

В советское время изданы его «Избранные труды» (1958 г.) и Собрание сочинений в пяти томах (1961 — 1972, 1-е изд. и 2-е изд. 1985).

Во второй половине XIX века сложилась казахская письменная литература. Большой вклад в ее развитие внес Ибрай Алтынсарин (1841 — 1889)— виднейший просветитель, педагог, писатель и общественный деятель. Работая долгие годы на ниве просвещения, сначала учителем, а зетем инспектором народных училищ Тургайской области, он хорошо знал стремление оседлого населения к получению светского образования, а потому считал своим долгом наладить дело просвещения. Он организовал десятки светских школ, мектебов и медресе в аулах, а также смешанные русско-киргизские школы, ремесленные училища в городах, даже женское училище для девушек-казашек. В этих школах воспитывалась целая плеяда русских и казахских учителей и педагогов. Наряду с открытием школ он заботился и о создании хороших учебников. «...Книгобщеобразовательного содержания почти не имеется ни на одном из азиатских языков, мы вынуждены,— писал Алтынсарин,— искать подобные руководства на ближайшем русском языке. Вследствие чего мы и сочли более удобным напечатать настоящую хрестоматию русскими буквами, чтобы она прямо соответствовала своей цели, т. е. служила непосредственным путеводителем к более ученым и общеполезным русским книгам, не противореча последним ни своим содержанием, ни алфавитом». Еще раньше он пришел к такому выводу, что «только при принятии русского алфавита мы можем освободить казахский язык от чуждых арабских, персидских и татарских слов». Придерживаясь этой идеи, Алтынсарин написал два учебника для казахских школ. В 1879 г. в Оренбурге в типографии И. И. Евфимовского-Ми-ровицкого были напечатаны «Начальное руководство к обучению киргизов русскому языку» и «Киргизская хрестоматия». Таким образом, с именем И. Алтынсарина связано создание казахского алфавита на основе русской графики задолго до его официального принятия.

Замысел написания хрестоматии зародился у Алтынсарина в 1875 г., после приезда из Петербурга. В 1878 г. он закончил первую часть книги и послал рукопись в Оренбург для получения разрешения на издание. Попечитель народного образования округа отправил ее в Петербург к министру просвещения графу Д. Толстому, тот в свою очередь отослал ее на отзыв Н. И. Ильминскому, старому другу Ибрая. Ильминский высоко оценил рукопись и рекомендовал ее издать. В 1879 г. первая казахская хрестоматия увидела свет. В своей книге Алтынсарин призывает молодежь овладевать знаниями, быть патри отами своей родины, разъясняет значение науки и техники в развитии общественной жизни. Он придавал важное значение нравственному воспитанию учащихся и стремился воспитать у них гуманность, честное отношение к труду. Поэтому Ал-тынсарин законно считается зачинателем теории обучения и воспитания детей, основоположником педагогической мысли в Казахстане. К десятилетию со дня смерти автора, в 1899 г. «Киргизская хрестоматия» («Мактубат») вышла на казахском языке. Она стала одним из значительных явлений в развитии общественной мысли народа. В ней затрагивались моральные и этические стороны жизни, литература и история, проблемы народного образования.

И. Алтынсарин мечтал о светлом будущем своего народа. Он изобличал вред отсталости и бескультурья, боролся за прогрессивное развитие родного народа и потому посвятил свою жизнь делу просвещения. Ибрай ратовал за сближение казахского и русского народов. В советское время его научное и публицистическое наследие было опубликовано в Собрании сочинений в трех томах (1975—1978 гг.).

Абай Кунанбаев (1845—1904). Ни одно произведение Абая не было издано при его жизни, если не считать одного или двух стихотворений, напечатанных в степной газете «Дала уа-лаяты». Первый сборник стихов Абая вышел в 1909 г. в Петербурге в типографии Ильяса Бораганского, рукопись к печати подготовил племянник поэта Какитай Кунанбаев. Стихи Абая в степи передавались из уст в уста певцами-акыиами, кроме того, они распространялись в виде рукописей. Каждый образованный казах считал за честь иметь такую рукопись. Переписчиками произведений Абая были: известный каллиграф Мурсеит Бикин, Махмуд-мулла, Магзум-мулла и др.

Какитай с детства собирал стихи великого поэта и бережно хранил их. В 1907 г. он встретился в Казани с агентом петербургской типографии Бораганского и заключил с ним договор на издание стихов Абая. Но в типографии не нашлось человека, хорошо знавшего казахский язык, и Какитай сам взялся редактировать и корректировать рукопись. В результате издание затянулось и книга вышла в свет через два года

- в 1909 г. Заслуга Какитая огромна: он не только обработал произведения Абая, но и спас их от гибели. Чтобы отыскать какой-либо стих Абая, он обходил знакомых и друзей поэта, объезжал многие аулы, все буквально собирая по листочкам. Вот один из примеров:

«Однажды, — писал в своих воспоминаниях сын Какитая Архам Исхаков, — отец приказал мне оседлать коней. Ты поедешь со мной в одно место, сказал он. Сев на коней, мы поехали из Акчоки в Жидебай, за сорок пять километров и к вечеру приехали в аул муллы Махмуда.

Махмуд радушно встретил нас и приказал жене подать ужин. Мой отец прервал его: «Я приехал не за ужином, а за Вадимом. Прошу сначала вернуть его мне».

Махмуд стал его уговаривать отдохнуть с дороги, обещая позже найти «Вадима». Но Какитай был неумолим. «Мне очень хочется посмотреть на эту рукопись»,— сказал он. Растерянный Махмуд вынужден был открыть сундук и искать рукопись. После долгих поисков он достал из кипы разных бумаг несколько листов, написанных рукой Абая. Это была лермонтовская поэма «Вадим», переведенная Абаем.

Вы даете не все. Где же остальные страницы рукописи?— возмущенно спросил Какитай. Почему она так истрепана и настолько замызгана, что в некоторых местах записи стерлись?

Пристыженный Махмуд вынужден был признаться, что однажды сундук остался открытым и его сынишка Кутиш поиграл с рукописью. После чего многие страницы оказались изорванными. Эти листы сохранились случайно.

Отец был в гневе.

Абай сделал тебя человеком, Махмуд! Твоего отца облагодетельствовал его отец. А ты оказался не только недостойным звания муллы, но хуже простого мусульманина. Как у тебя хватило совести позволить своему сопляку-сыну играть с такой драгоценностью?

Сказав это, отец встал с места, взял рукопись «Вадима» и, отказавшись от ужина, рассерженный покинул дом Махмуда.

То, что сейчас находится в Собрании сочинений Абая, это начало поэмы «Вадим», спасенное Какитаем.

Так изо дня в день Какитай разыскивал разошедшиеся в свое время по рукам рукописи Абая, в одних не было начала, в других - середины, в третьих — концовки, а также не поставлены даты. Потребовалась большая кропотливая работа, чтобы собрать творческое наследие Абая, что и было выполнено Какитаем, знавшим наизусть большинство стихов Абая.

Творчество Абая продолжало прогрессивное направление в общественной мысли казахского народа, начатое Ч. Валихановым и И. Алтынсариным.

Великий мыслитель, основоположник казахской письменной литературы, неутомимый просветитель Абай стоит в ряду великих писателей Востока. Три титана общественной мысли казахского народа — Чокан — совершил подвиг в науке, Алтынсарин — в просвещении и Абай — в литературе. Имена их стоят особняком в истории Средней Азии и Казахстана. Они проложили путь к новым общественным идеалам, борясь с закоснелым общественным строем, экономической и культурной отсталостью края. Они горячо ратовали за дружбу с русским народом, призывали перенимать у него передовую культуру, прогрессивные общественные идеи. «Наука, знание, достаток, искусство — все это у русских. Для того чтобы избежать пороков и достичь добра, необходимо знать русский язык и русскую культуру. Русские видят мир. Если ты будешь знать их язык, то на мир откроются и твои глаза», — писал Абай Кунанбаев.

Страстное устремление в будущее, непоколебимая верность гуманистическим принципам и идеалам, смелое поэтическое новаторство — эти черты творчества Абая обусловили его непреходящую ценность.

Творчество казахских просветителей-демократов приблизило переход в развитии общественной мысли к новому этапу, более радикальному, который приобрел отчетливые формы под влиянием первой русской буржуазнодемократической революции 1905—1907 гг.

Книжная культура Казахстана в XX веке

Развитие революционного движения в России в 1905— 1907 гг. способствовало пробуждению общественного сознания угнетенных царизмом народов. В это время в казахстанских городах Петропавловске, Уральске, Верном, Семипалатинске, Спасске, Экибастузе создаются русско-казахские рабочие кружки. Под напором первой русской революции, которая как бы приоткрыла клапан и дала частичный выход могучей духовной силе угнетенных народов, жаждавших знания и прогресса, произошли положительные изменения.

По данным знатока истории просвещения СреднейАзии профессора Н. П. Остроумова, только в одном 1912 г. на мусульманских языках было издано 608 названий книг тиражом 2 812 130 экземпляров, расходы на выпуск составили 681 729 руб. Среди этой литературы представлены почти все отрасли знания: книги для школ —учебники, 95 названий тиражом 366 000 экз., беллетристика — 80 названий тиражом 23 696 экз., стихи — 35 названий, 138 815 экз.; религиозные книги

  • — 178 названий тиражом 1 282 240 экз., календари — 9, детские книги - 24, справочники — 6, по музыке — 5, философии — 6, истории—18, географии — 13, сельскому хозяйству — 8, медицине — 6 названий и т. д. Если в начале XX века религиозные книги занимали почти половину всех изданий, то теперь
  • - чуть больше 1/4.

Заметный рост произошел в издании и казахских книг. Только с 1912 по 1916 г. (первая половина) было выпущено 156 названий тиражом 658 000 экз. В целом с 1900 г. по 1917 г. было выпущено более 400 названий книг. Улучшилось их оформление, качество печати и бумаги, тексты стали украшать заставками и концовками в виде традиционного национального орнамента «кошкар муиз». Намного расширилась тематика книг. По этому признаку их можно разделить на несколько групп.

Первая группа — книги политического содержания, повествующие о жизни казахского народа в прошлом и о дальнейших проблемах его развития. Это сборник стихов Абая, Сочинения Ч. Валиханова, произведения Макыша Калтаева «Прямой путь», «Зеркало для казахов» и др.

Вторая группа —книги учебного и воспитательного характера. Например, «Давайте, дети, учиться» К. Шахмарда-нова (1898 г.), «Казахский букварь» Закария Ергалиева (1910 г.), «Букварь для казахских детей» М. Дибердиева (1910 г.), «Казахский букварь» М. О. Нурбаева (1910 г.), «Нравоучения для казахов-учащихся» Г. Мажитова (1910 г.), «Самоучитель русского языка для казахов» (1911 г.), «В подарок детям» Т. Жомартбаева (1912 г.), «Примерный ребенок» Спандияра Ку-беева (1912 г.), «Правила правописания на казахском языке» И. Бейсенова (1914 г.) и др.

Третью группу составляют книги хозяйственного направления. Это сельскохозяйственные руководства по полеводству, ведению хозяйства и коммерции, ветеринарии, торговле. Например, «Промышленность и земледелие Тур-гайской области» (1903 г.), «О заразных болезнях животных» (1907 г.), «Маслодельческая машина» (1912 г.) и др.

К четвертой группе относятся книги социального направления, рассказывающие о тяжелой жизни бедняков-казахов, о беззакониях, творимых царскими чиновниками и баями по отношению к народу. Это произведения Машгур-Жусупа Копеева «Кому принадлежит Сары-Арка?» (1907 г.), А. Сабалова «Сум Заман» (1911 г.), «Мой бедный народ» Г. Галимжанова (1912 г.), X. Садвакасова «Народные думы» (1915 г.) и др.

Пятая группа — это переводы восточных и русских классиков. Например, переводы Абая стихотворений и поэм А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, басен И. А. Крылова; переводы И. Алтынсарина рассказов Л. Толстого для детей, К. Д. Ушинского, Н. И. Паульсона «Индеец», «Сорока и ворона», «Доброе дитя», «Петр Великий перед судом» и др. Из восточных классиков —«Сорок визирей», «Тахир и Зухра», «Лейла—Меджнун», «Рустем—Дастан», отдельные рассказы «Тысячи и одной ночи» в переводе А. Сабалова, Б. Айтхожи-на, Ш. Жангирова и др.

Шестая группа — книги о бесправном положении казахских женщин в обществе, о их стремлении к равноправию и образованию. Это поэма «Гулькашима» М. Сералина (1903 г.), «Вы бор девушек» Т. Жомартбаева (1912г.), роман «Калым» С. Ку-беева (1913 г.).

С ростом книгоиздания в казахской литературе появляются и новые жанры: роман, пьеса. Были написаны роман «Молодость и утраченная мечта» А. Жандыбаева (1907 г.), пьеса «Жертва невежества» К. Тогусова (1915 г.).

Рост революционной борьбы оказали прогрессивное влияние на пробуждение общественной мысли и создание демократической и социальной литературы. Это подтверждают сотни вышедших книг социально-демократического направления, издание на казахском языке нескольких газет и журнала и увеличение грамотности казахского населения.

В начале XX века крепнет демократическое направление в казахской литературе и печати. На сцену общественной жизни вышли новые казахские поэты и ученые, авторы оригинальных книг.

Но творчество некоторых из них не может быть оценено однозначно, так как подчас оно весьма сложное и противоречивое, представляет собой причудливое сочетание противоположных тенденций. Не случайно вокруг их имен долгое время кипели горячие споры. Одни склонны были приуменьшить их значение, другие же, напротив, некритически подходили к их наследию. Из этой группы так называемых «поэтов-книжников» мы охарактеризуем двух: Макыша Калтаева и МашЬур-Жусупа Копеева.

Макыш (Машгур) Калтаев (1865—1916). Он родился и вырос в Акмолинской области, учился в мусульманской школе, затем в русской, после чего преподавал в медресе и пришел к выводу, что оно не дает детям нужных знаний, особенно по прикладным дисциплинам. М. Калтаев считал также необходимым очистить казахский язык от непонятных народу арабских слов, призывал учиться русскому языку.

В 1907 г. выходит его первая книга «Насихат казакия». Его перу принадлежат семь книг и два перевода, на казахский язык. О своей трудной жизни выходца из семьи бедняка он рассказывает в книге «Прямая дорога» (1912 г.). В 1913 г. в Казани был опубликован первый сборник его стихов «Про шедшие события». В них он обличает знать, осуждает насилие и несправедливость, выступает за сближение с передовой частью русского; общества.

В большинстве своих книг Калтаев рассматривает этические стороны воспитания и образования. Автор призывает к оседлости, занятию земледелием, требует от властей открыть больше школ, выпускать на родном языке больше книг и газет, и тогда, по его убеждению, казахский народ сможет обрести свободу и независимость.

Машйур-Жусуп Копеев жил в 1857—1931гг. Его творчество-многогранно. Им написано большое количество рукописей, часть из них была в свое время издана.

О литературном творчестве поэта в разное время высказывались различные мнения. Одни считали Машйура националистом или клерикалом-идеалистом, другие — демократом-просветителем, собирателем устного народного творчества.

М. Копеев закончил в Павлодаре медресе и поступил в высшую мусульманскую школу в Бухаре, где изучал арабский и персидский языки, что позволило ему прочесть в подлиннике произведения Фирдоуси, Низами, Хафиза и Навои. Он долгое время путешествовал по Средней Азии и Казахстану, во время своих странствий встречался с чиновниками, волостными и баями. Их невежество и самодурство послужило ему темой.для сатиры. В 1881 г. он познакомился с известным тюркологом В. В. Радловым, с которым потом его связывала всю жизнь дружба. «Если бы не он, то многие поэмы и песни казахского народа были бы забыты», — писал Копеев.

В 1907 г. в Казани в типографии Хусаинова были напечатаны сразу три книги М. Копеева: «Кому принадлежит Сары-Арка?», «Житье-бытье», «Уроки жизни». В этих работах он пишет о тяжелом положении бедняков в аулах, о гнете баев-полуфеодалов и царских чиновников, о необходимости политической и духовной свободы для казахского народа, открытии школ и медресе, о свободе слова и отмене цензуры для печати.

Особо яркую политическую окраску получили общественные взгляды Машгура в период революции 1905—1907 гг.

Он разоблачает лживость царского манифеста, который фактически ничего не дал угнетенным народам и трудовому населению России. В результате две книги Копеева за острую критику и разоблачение царизма и местной знати, как вредные и социально опасные произведения, подверглись конфискации, а сам автор — преследованию в уголовном порядке.

Но в то же время выход из бедственного положения народа Копеев видел не в борьбе, а в апелляциях к милосердию «белого царя» и вере в могущество Аллаха. Такая двойственность приглушала социальное звучание его произведений.

Мухамеджан Сералин (1872—1929). Его считали одним из основоположников казахской журналистики. Сералин родился в ауле Карабалык Кустанайской области. Семья рано потеряла отца, и мать с детьми была вынуждена переехать в Троицк, где Мухамеджан поступил на работу. Благодаря трудолюбию и способностям, он одновременно учится в школе, успешно ее заканчивает и начинает писать заметки в газету «Дала уалаяты».

В начале XX века в казахской литературе усиливаются гражданские настроения, все настойчивее звучат мотивы борьбы со старым во имя новых и прогрессивных идеалов. Сералин разделяет эти идеи. В 1900 г. типография «Ярдам» в Троицке издает его историческую поэму «Топжарган». В ней он смело разоблачает произвол, насилие и злодеяния Кене-сары Касымова. Изображенные исторические события оцениваются с демократических позиций. В 1903 г. выходит его поэма «Гулькашима», в которой он сочувственно описывает бесправное положение казахской женщины. В своих произведениях Сералин выступает как общественный деятель, который возлагает большие надежды в деле перемены судьбы народа на просвещение. Своих единомышленников он сгруппировал вокруг организованного им в 1911 г. журнала «Айкай», который взял на себя задачу «пробудить народ, указать ему пути к прогрессу» (1911, № 7, с. 2). Этот журнал, издававшийся в 1911 —1915 гг., сыграл большую роль в развитии общественной мысли края. В нем активно сотрудничало немало известных писателей того времени, публиковались статьи о культуре и просвещении, создании для казахов школ нового типа, расширении сети учебных заведений, о жизни и быте казахского аула. По многим вопросам журнал занимал мелкобуржуазные позиции.

В 1919 г. Сералин стал работать в газете «Ушкын» («Искра»), органе военно-революционного комитета большевиков в Оренбурге. С 1922 по 1924 гг. он возглавлял Кустанайскую газету «Аул», на страницах которой не раз появлялись стихи Бейимбета Майлина. Это был период восстановления народного хозяйства страны, пропаганды идей ленинской статьи «О кооперации», активного вовлечения крестьян в общественную жизнь. В связи с этим в газете одним из ведущих был отдел сельского хозяйства.

В 1924 г. Сералин участвовал в похоронах В. И. Ленина. Свои впечатления он написал в очерке «Траурные дни». При всей своей непоследовательности и колебаниях М. Сералин оставил яркий след в развитии общественной мысли Казахстана, особенно демократической печати.

Спандияр Кубеев (1878—1956). Он родом из Кустанайской области, в 1887—1895 гг. учился в волостной начальной школе, затем в двухгодичной русско-киргизской. После чего окончил годичные педагогические курсы в Кустанае и с 1900 г. стал работать учителем в волостной начальной школе, а потом в русско-казахской в Петропавловске. В конце жизни он преподавал в родном ауле Мендикара. С. Кубеев награжден орденом Ленина и ему одному из первых было присвоено звание заслуженный учитель Казахской ССР.

Кубеев, продолжая просветительские традиции Алтынса-рина и Абая, пишет учебник для детей «Примерный ребенок». В 1910 г. в Казани выходит несколько его книг: «Образцовый перевод» и переводы русских классиков, в том числе басен И. А. Крылова, В 1913 г. был опубликован его антифеодальный роман «Калым», который обеспечил ему имя первого прозаика Казахстана. В нем он дает образ молодой казашки, выступившей против отсталых традиций, которые закабаляли женщину и закрывали ей дорогу к счастью.

Спандияр Кубеев принадлежал к плеяде демократов-просветителей начала XX века, сделавших значительный вклад в дело развития общественной мысли и прогресса в казахской степи.

Таир Жомартбаев (1884—1937). Он вырос в семье бедняка-скотовода Семипалатинской губернии. По воспоминаниям Таира, до 12 лет он жил в ауле и учился в местной школе, затем трудился по найму в Семипалатинске у богача Зулкарна-ева, а в свободное время посещал казахскую школу. С 20 лет учительствовал в ауле, в возрасте 27 лет уехал в Уфу. В 1911 г. он заканчивает медресе «Галия», готовившее учителей, и возвращается в родные места.

В поэзии Жомартбаев следовал творческим принципам своего великого учителя Абая Кунанбаева. В 1912 г. в Семипалатинске выходит его первый роман «Выбор девиц». Идея романа — становление самосознания казахского народа под влиянием революции 1905—1907 гг. В романе широко затрагиваются вопросы народного образования и женского равноправия. Они раскрыты через судьбу главной героини — Гайникамал. Впервые в казахской литературе героиней становится казашка, восставшая против обычаев, угнетающих женщину. Гайникамал, вопреки адату, едет учиться в Уфу, заканчивает учительскую семинарию и становится педагогом, просвещает народ. Она выходит замуж за любимого человека. Автор рисует героиню умной, смелой, находчивой, в ее образе собраны лучшие черты, присущие казахским женщинам, — свободолюбие, трудолюбие, верность и целеустремленность. В романе показана женщина, которая добивается счастья не только для себя, она считает своим долгом бороться за счастье всего народа, отдает все силы и знания просвещению юношей и девушек.

В 1912 г. выходит еще одна книга Жомартбаева «Плоды для детей». В ней он признает себя учеником великого Абая. В сборник вошли стихи о школе, воспитании и учебе. Здесь же имеется перевод рассказал. Н. Толстого «Справедливый суд». Таир Жомартбаев был видным представителем общественной мысли Казахстана начала XX века.

Сабит Донентаев (1894—1933). Он уроженец также Семипалатинской губернии. С детства увлекался литературой, читал Абая, Тукая, Пушкина, Крылова. Под влиянием поэзии Абая Сабит начинает писать стихи. В 1913 г. они появились в журнале «Айкап». В возрасте 21 года он печатает в Уфе свой первый сборник стихов «Уак-туйек». Они написаны под влиянием нараставшего недовольства самодержавием в связи с усилением колониального гнета, под влиянием первой мировой войны. Книга Донентаева проникнута патриотизмом и любовью к родной земле, он одним из первых рисует тяжелую жизнь казахов-рабочих.

Сабит Донентаев был талантливым поэтом, его творчество направлено против социального неравенства, в защиту трудящихся. Он верил в будущую счастливую и свободную жизнь своего народа.

Султанмахмут Торайгыров (1893—1920). Он происходил из батрацкой семьи Павлодарского уезда Семипалатинской губернии. В раннем возрасте лишился матери, его воспитывала престарелая бабушка, с 1902 по 1908 год учился у муллы, затем в медресе. Эти временные занятия и скудные познания не удовлетворяют молодого поэта. В 1913 г. он едет учиться в Троицк, после чего возвращается в родные места и работает учителем в местных школах. В 1916 г. Султанмахмут отправляется в Омск, где получает русское образование.

Во время пребывания в Троицке он начинает сотрудничать в журнале «Айкап», в котором печатаются его статьи: «О книгах на казахском языке», «Письма, пришедшие в редакцию», «Кто они?» В них преобладают демократическо-просветительские элементы, он выступает на стороне неимущих, бичует несправедливость и насилие, зовет к просвещению. Позже Торайгыров публикует свои стихи, очерки и рассказы в других журналах. Например, статьи «Молодое сердце» («Сары-Арка»,№ 15, 19 сентября), «О социализме» («Абай»,№ 3). В последней статье он призывает казахских трудящихся встать в ряды мирового пролетариата и вести совместную борьбу против всеобщего врага — капитализма. Он верно подмечает, что передовая техника и наука в Евро пе служат интересам отдельных людей, а не прогрессу всех классов, надо овладевать знаниями и тогда в течение 20—30 лет мы догоним высокоразвитые капиталистические страны. В то же время он высказывает много суждений, не вполне согласованных с научной истиной.

Поэт с воодушевлением воспринял победу Великого Октября. Когда в 1918 г. казахские националисты хулили большевистскую власть, а в Семипалатинске свирепствовали банды Колчака, Султанмахмут опубликовал свое стихотворение «Наяву ли это или во сне?». В нем автор приветствует революцию, призывает народ сплотить свои силы в борьбе за справедливую власть трудящихся. Он писал: «Нет такой силы и ума в мире, что может противостоять народу, вооруженному революционными идеями русского народа».

Творчество Торайгырова было сложным и противоречивым. Некоторое время он находился под влиянием буржуазных националистов, о чем писал в своих замечательных поэмах «Жизнь в заблуждении», «Бедняк». В них он глубоко раскрыл противоречия современной жизни, показал бедствия и страдания казахской бедноты. Ненавидя всей душой феодалов-баев, Торайгыров убеждал людей в невозможности избавления от бедности, пока господствуют эксплуататоры, и полагал, что только установление социальной справедливости поможет покончить с ней. Как выразитель интересов аульной бедноты, он стихийно шел к социализму.

В 1922 г. издательство «Татарстан» печатает его сборник «Заблудший мир», в который вошла и поэма «Бедняк». Сборники произведений С. Торайгырова в советское время издавались дважды: в 1933 и 1950 г. в Алма-Ате.

Произведения Торайгырова открывают новую страницу в развитии общественной мысли казахского народа, продолжая ее демократическое направление. В первые 20 лет XX века в истории казахской общественной мысли развернулась бескомпромиссная борьба между демократическо-просветительским и буржуазно-националистическим направлениями, которая завершилась победой прогрессивного, демократического крыла.

С начала XX века вплоть до 1917 г. на казахском языке вышли книги около четырехсот авторов, большинство книг освещало общественную жизнь того времени. В них затрагивались вопросы о национальной свободе, политическом равноправии, свободе вероисповедания, эмансипации женщины, об образовании и открытии новых школ, о борьбе с царизмом и существующим общественным порядком, о путях прогресса нации.

Царская цензура чинила препятствия изданию и распространению общественно-политических книг, устраивала гонения на авторов. Свидетельством преследования передовых казахских авторов служат пожелтевшие от времени архивные документы. Например, обнаруженное в архивах Казани письмо от 5 марта 1913 г. председателю Временного комитета по печати Казанского жандармского управления гласит: «Уважаемый господин, на ваше имя посылаем список книг на киргизском (казахском) языке, изданных в Казани. Это изданные в типографии братьев Каримовых книги: «Моя бедная нация», «Течение», «Детская книжка», «Наставления казахам», «Пример», «Утренняя звезда», «Ласточка», «Уголок библиотеки», «Подарок казахским детям», «Образец литературы»; изданные в типографии Хусаинова: «Моя молодость», «Неудовольствие», «Пережитое нами в нашей долгой жизни». Указанные книги направлены против правительства. Книги Юсуф а Куфяева «Настоящее желание казахов» и книга «Хал-ахуал» («Житье-бытье») были конфискованы...».

К этому письму прилагаются выдержки из отдельных книг, носящие революционный характер и говорящие об отсталости и политическом бесправии казахского народа. Приводим несколько отрывков из письма. «Моя бедная нация»— автор Галиулла Галимжанов, издатели братья Каримовы, Казань, 1912 г. На глазах культурных народов мы находимся в жалкой роли. Все лучшее у нас выхватывают из рук. Где мужественные люди, которые могут отдать жизнь за свой народ? Сколько можно терпеть притеснения от баев? Волостные сеют рознь в наших рядах, не дают сплотиться народу; «Течение» — автор Арыстангали Беркалиев, Казань, типография Каримовых, 1912 г. Проснись, казах! Переплыви через океан невежества. Над нами сгустился туман... придут светлые дни (стр.8); «Шолпан» («Утренняя звезда»)—автор Дуйсемба-ев, Казань, типография Каримовых, 1912 г. Думай о печалях и горестях своей нации! Пусть наш отсталый народ широко расправит свои крылья. Поверни свое лицо к науке, к свету. Родится ли справа солнце, а слева луна? Давайте объединимся в деле. От капли образуется море, появится ветер, поднимутся волны... откроются новые школы, народ будет жить в дружбе иединстве... (12—13 стр.); «Подарок казахским детям»—автор Абдукарим Мажитов, Казань, типография Каримовых, 1910 г. Долго ли наш народ будет хранить молчание, кипит кровь от того, что никто не поднимает головы, кто ниже казахов, есть ли души, болеющие за то, или мы будем и впредь бороться и враждовать между собой. Давайте объединяться, поднимать просветительную работу, нет дороги другой, как путь к науке и прогрессу. Берите пример у других передовых народов, нам нужна подлинная свобода! Без своих книг, типографий вечно будем жить в невежестве и темноте. У других народов много типографий, умные люди, собирайте средства на открытие новых школ, библиотек и типографий... (16—18 стр.)».

Политические и социальные мотивы, содержащиеся в этих книгах, жандармерия признала опасными и вредными для существующего строя. Для усиления борьбы свредными и социально опасными книгами царизм, кроме цензуры, организует при Казанском комитете по делам печати специальную комиссию и подключает для быстрейшего исполнения полицию.

Комитет по печати в секретном письме от 12 октября 1913 г. в Казанское губернское жандармское управление докладывает: «Ваше превосходительство, на ваше письмо от 5 марта и дополнительную записку от 11 марта, а также на вашу записку от 2 апреля присылаем отрывки на русском языке из пяти киргизских (казахских) книг в переводе проф. Катанова: «Мой бедный народ», автор Галиулла Галимжанов; «Образец литературы», автор Ишенгали Байшуаков; «Пережитое нами в нашей долгой жизни», автор Юсуф Куфяев.

Исходя из содержания, комитет принял решение по каждой книге в отдельности. «Мой бедный народ» написана тен денциозно, вредно, такой же характер носят книги: «Наставления казахам», «Образец литературы» и „Ласточка». А что касается книги Юсуфа Куфяева «Пережитое нами в нашей долгой жизни», то она попадает под статью 129 пункт 6 уголовного кодекса закона и Комитет налагает на нее арест, а автора в соответствии с вышеупомянутой статьей закона решил привлечь к судебной ответственности».

После этого решения на владельца типографии Хусаинова был наложен крупный денежный штраф, а властям дано указание о привлечении к уголовной ответственности Машйура-Жусупа Копеева.

Разумеется, такие слова, встречающиеся в казахских книгах, как «необходимо применять систему уравнительных выборов», «над головой висят черные тучи», «давайте объединимся», «нам нужна свобода», «кто угнетает нас», «нам нужна книга, нам нужна безцензурная печать», «нам нужны школы», «из капли образуется море, поднимутся волны», «возвратим отобранные наши земли!» и т. д. смертельно пугали правительство. В ответ начались репрессии на окраинах. И здесь также применялась 129 статья, практикуемая против авторов в центральной России, книги которых подрывали существующий строй. Царские власти, как видно из документов, старались задушить свободолюбивые мысли малых народов, подвергали конфискации демократические книги, привлекали к суду авторов и издателей, но они не в силах были потушить огонь свободы и рост демократического сознания людей.

Можно без преувеличения сказать, что казахские книги, изданные в начале XX века, были зеркалом общественного мировоззрения того времени, лучшие из них звали к борьбе за социальную справедливость. Этот период в истории казахской книги и общественной мысли подготовил почву для появления марксистской литературы и советской книги.

Развитие казахской книги от первых рукописей до печатной книги, эволюционный путь ее содержания от религиозного и общетематического до прогрессивного, демократического способствовали социальному и политическому пробуждению казахского народа. Книга открыла путь к передовой мысли эпохи.

Раздел II

РЕДКАЯ КНИГА В КОНТЕКСТЕ

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >