Виды коррупции в России и её исторические корни

Отечественные исследователи различают четыре вида коррупции:

  • 1. Государственная (коррупция государственных чиновников).
  • 2. Политическая (коррупция политических деятелей).
  • 3. Бизнес-коррупция (коррупция в деловой среде, главным образом среди менеджеров корпораций и фирм).
  • 4. Бытовая коррупция (взятки полицейским, врачам, преподавателям и т.п.).

Государственная коррупция относится к стоящим у власти групп, недобросовестное поведение которых состоит в осуществлении политики в своих интересах, в ущерб интересам избирателей. Здесь счет идет уже не на миллионы и миллиарды рублей, а на миллиарды долларов. Это касается таможенной политики, в том числе экспорта нефти и газа, золота и алмазов, а также выдачи всевозможных квот (например, на вылов рыбы), разрешений (на разработку месторождений) и т.д.

Государственная коррупция возникает, когда государство вмешивается в частную, общественную, экономическую жизнь. И там, где степень данного вмешательства больше, уровень коррумпированности выше. В то же время, сегодня становится все более очевидным, что содержание коррупции не исчерпывается продажностью и подкупностью государственных и муниципальных служащих, а включает также различные формы и виды незаконного обогащения с помощью занимаемого поста, высокой должности, возможности принимать «нужные» решения.

В современной России в наибольшей степени оказались подвержены коррупции следующие федеральные и региональные органы власти:

таможенные службы: пропуск через границу запрещённых к перевозке товаров; возврат конфискованных товаров и валюты; занижение таможенных пошлин; занижение таможенной стоимости товаров; необоснованные отсрочки таможенных платежей;

медицинские департаменты: закупка оборудования и лекарств по завышенным ценам; выдача несоответствующих действительности медицинских заключений; приоритетное обслуживание одних граждан за счёт других;

Госавтоинспекции: необоснованное предоставление лицензий (водительских прав, справок о прохождении техосмотра); отсутствие законного наказания для нарушителей правил пользования дорогами; фальсификация сведений и выводов о дорожно-транспортных происшествиях в пользу заинтересованных лиц;

судебные органы: предвзятое рассмотрение обстоятельств дела; принятие неправосудных решений; нарушение процессуальных норм; противоположные решения различных судов по одному и тому же делу; использование судов в качестве инструмента рейдерства;

налоговые органы: не взимание налогов в полном объёме; возвращение НДС; предоставление за откаты налоговые льгот; проведение внеплановых проверок по просьбе конкурентов с последующей остановкой производства;

правоохранительные органы: возбуждение и прекращение уголовных дел, а также направление их на дополнительное расследование; отсутствие законного наказания за правонарушения различной тяжести; министерства и ведомства: лицензирование предпринимательской деятельности; контроль за соблюдением условий лицензирования; надзор за соблюдением правил охоты и рыболовства; получение экспортных квот; конкурсы на закупку товаров/услуг за счёт бюджетных средств государственная регистрация, аттестация и аккредитация негосударственных высших учебных заведений прием на госслужбу, позволяющую иметь значительный незаконный доход от должности в государственных и муниципальных учреждениях и т.п..

Среди других сфер, так или иначе связанных с государственными органами, наиболее прибыльными в плане коррупции, являются:

продажу сырьевых товаров по ценам ниже рыночных;

районирование, перевод земель из одной категории в другую, поскольку всё это влияет на стоимость земли;

добычу природных ресурсов;

продажу государственных активов, в особенности приватизация государственных предприятий;

предоставление доступа к определённому виду коммерческой (в особенности экспортно-импортной) деятельности;

контроль над теневой экономикой и нелегальным бизнесом (вымогательство, защита от преследования, уничтожение конкурентов и т. д.);

назначение на ответственные посты в органах власти и др.

Некоторые исследователи коррупции в органах государственной власти[1] отмечают, что в России как на федеральном, так и на региональном уровне формируются устойчивые коррупционные сети, в которые включены не только рядовые чиновники, но и их начальники. Несмотря на то, что решение о взятке принимает конкретный чиновник, им учитывается не столько индивидуальный баланс выгод и издержек этого шага, сколько нормы поведения в сетевой структуре, членом которой этот индивид является. У чиновника снижается субъективное восприятие риска, если он делится взяткой с начальством. И чем многочисленнее сеть участников коррупционной сделки, тем чувство вины меньше, как, впрочем, и риск испортить репутацию в случае разоблачения. В этом случае человеку становится опаснее быть вне этой коррупционной системы, так как от «белых ворон» система, как правило, избавляется в интересах самосохранения. Как следствие этого явления, «коррупционер-одиночка» в современной России становится вымирающим видом. «Редко когда должностное лицо может извлечь незаконную выгоду из своего служебного положения, действуя в одиночку, изолированно от всей системы управления и не вовлекая в свою противоправную деятельность других лиц», - отмечается в аналитическом отчете фонда «ИНДЕМ». С этим выводом согласен и ректор Высшей школы экономики Я.И. Кузьминов, утверждая, что «даже у честного чиновника, который не мыслит себя в роли подкупленного и с негодованием отвергнет любую предложенную в обмен на конкретную услугу сумму, через «дружеские сети» проходит такая значительная часть дохода, что он не может существовать вне ее и, соответственно, противостоять косвенному давлению»2.

Политическая коррупция. Большинство специалистов, изучающих коррупцию, относит к ней покупку депутатских мест в парламенте и голосов избирателей во время выборов. Здесь, действительно, есть все характерные признаки коррупции, за исключением того, что присутствовало выше -должностного лица. Избиратель обладает по конституции ресурсом, который называется “властные полномочия”. Эти полномочия он делегирует избираемым лицам посредством специфического вида решения -голосования. Избиратель должен принимать это решение исходя из

соображений передачи своих полномочий тому, кто, по его мнению, может представлять его интересы, что является общественно признанной нормой. В случае покупки голосов избиратель и кандидат вступают в сделку, в результате которой избиратель, нарушая упомянутую норму, получает деньги или иные блага, а кандидат, нарушая избирательное законодательство, надеется обрести властный ресурс. Понятно, что это не единственный тип коррупционных действий в политике. Есть еще продажа мест в Государственной Думе при формирование партийных избирательных списков, мест сенаторов в Совете Федерации и другие примеры.

Бизнес-коррупция. В некоторых источниках к ней относят так называемую деловую коррупцию. Её целью является подкуп должностных лиц с последующим извлечением прибыли, поступающей в фирму или другую бизнес-структуру. Особенно большой урон казне и экономике страны наносит деловая коррупция при проведении тендеров, госзакупок, других способов дележа финансов, полученных с помощью откатов и взяток во временное распоряжение.

Практически любые контакты власти и бизнеса в современной России строятся на коррупционной основе. По мнению В.В.Путина, российское «чиновничество еще в значительной степени представляет собой замкнутую и подчас просто надменную касту, понимающую государственную службу как разновидность бизнеса»[2].

Характерной чертой взаимодействия власти и бизнеса в современной России является образование неформальных взаимоотношений, которые основываются на дружеских, этнических, клановых, религиозных, корпоративных связях субъектов. Неформальные отношения бизнеса и власти создают свои правила игры, отличные от официальных. Причем формы взаимодействия чиновников с конкретными частными структурами эволюционируют: если еще недавно они предполагали подкуп конкретного чиновника конкретной бизнес-структурой, то теперь все чаще наблюдается его включенность в сеть взаимных услуг корыстного характера, которые, однако, концентрируются в точках принятия решений (и в государственном аппарате, и в бизнесе).

Учитывая такие особенности взаимодействия государственного аппарата и бизнеса, некоторые исследователи делают вывод о том, что на современном этапе речь уже идет не о коррупции, а о сложившейся системе взаимодействия государства и бизнеса. Формы и методы коррупционеров

постоянно совершенствовались, но в основе ее лежал человеческий фактор -подкупность и продажность должностных лиц и политиков.

После распада СССР и существовавшей в нем системы антикоррупционного противодействия новые механизмы, адекватные изменившимся политическим, экономическим и иным условиям, к сожалению, не были своевременно созданы. Коррупционные схемы оказались буквально встроенными в новую систему управления государством.

Бытовая коррупция порождается взаимодействием рядовых граждан и чиновников. В неё входят различные подарки от граждан и услуги должностному лицу и членам его семьи. Бытовая коррупция связана с неэффективностью выполнения должностными лицами своих функций по отношению к гражданам, она позволяет при достаточно низком уровне риска решать постоянно возникающие проблемы повседневной жизни людей. Достаточно часто этот вариант коррупции не связан напрямую с вымогательством (как это имеет место, например, в ситуации распределения госзаказов), так как в этом случае распространен вариант «взятки-благодарности», обычно имеющей достаточно небольшой размер. Многими людьми в России подобный вариант коррупции даже не рассматривается как социально опасное действие, поскольку они не отдают себе отчет в том, что в результате создается благоприятный социально-психологический фон для других вариантов коррупции («все так делают», «у нас так принято»).

В результате применения антикоррупционных законов в России за один только год в полтора раза больше было выявлено нарушений закона о противодействии коррупции. 10 тысяч нарушений за 6 месяцев 2009 г. При этом размер причиненного ущерба по ним составил около 48 миллионов рублей. В среднем это чуть больше 4 тысяч рублей на одно преступление. Эта сумма среднестатистической взятки среди учителей, врачей, гаишников, есть показатель бытовой или низовой коррупции.

Виды взяток. Важной составляющей коррупции является получение взятки за нужное действие или бездействие должностного лица. По свидетельству экспертов, взяткой сопровождается почти половина актов по выдаче государственных кредитов или распределения бюджетных средств. Этому благоприятствует неуклюжая налоговая система, согласно которой деньги, собираемые в регионах, должны попасть в федеральный бюджет, а потом снова вернуться в регион в виде трансфертов, субвенций, субсидий и т.п.

Взятка может инициироваться снизу (просителем услуги) либо вымогаться сверху инициативе руководящего лица.

  • 1. Предпринимательская взятка (со стороны легальной фирмы).
  • 2. Индивидуальная взятка (со стороны гражданина).
  • 3. Криминальный подкуп (со стороны криминальных предпринимателей - например, наркомафии).
  • 4. Ускоряющая взятка (чтобы получивший взятку быстрее делал то, что должен по долгу службы).
  • 5. Тормозящая взятка (чтобы получивший взятку нарушил свои служебные обязанности).

Как видим, взяточничество претерпело некоторое изменение, стало более изощренным и циничным. Согласно социологическим опросам, большинство граждан России не видят во взятке ничего противоестественного, а скорее считают её неотъемлемой частью государственного управления в нашей стране. Взятка выступает в их глазах своеобразной «смазкой», чтобы лучше вращался неповоротливый государственный механизм.

Взятка может быть не только в виде денег в конверте или перечисления на расчетный счет в офшоре, но «борзыми щенками», то есть в виде натуральных материальных благ: загородных коттеджей, домов, квартир, дорогих автомобилей, оплаченной заграничным турне и т.п. Например, следствием установлено, что зампрокурора Московской области Игнатенко за счет взяткодателей отдыхал с семьей за границей на фешенебельных курортах.

Известный российский экономист и социолог профессор В.В. Радаев писал: «Взятка - это всего лишь примитивная начальная форма отношений, которая опосредует короткие (разовые) взаимодействия и характерна преимущественно для чиновника мелкой и средней руки, а также для представителей малого бизнеса. Элементарная взятка перерастает в систему обмена услугами, которые уже не принимают денежную форму и даже не сводятся к личным подаркам - подношениям. В дальнейшем с укреплением взаимного доверия между чиновником и предпринимателем их связь может плавно перерасти в длительное сотрудничество»[3].

Нам представляется, что в росте коррупции повинны правящая политическая и экономическая элита: министры, губернаторы, мэры, бизнесмены. Именно в высших сферах общества причиняется колоссальный материальный и моральный вред, вследствие этого рушится вера в демократию, проводимые экономические и политические реформы, подрывается доверие к носителям власти и государству в целом.

Таким образом, коррупция в России приобрела многочисленные формы и виды, а в коррупционные отношения втянуты сотни тысяч, если не миллионы россиян, что, безусловно, ослабляет государство, негативно

влияет на происходящие в стране политические процессы и преобразования. И чтобы успешно бороться с той или иной разновидностью коррупции, надо знать как она возникает, какие стадии проходит и каковы тенденции её развития.

Некоторые российские ученые утверждают, что причины небывалого расцвета коррупции кроются в её исторических корнях, в ментальности российских граждан.

Исторические корни коррупции, вероятно, восходят к обычаю делать подарки, чтобы добиться расположения. В это можно поверить, так как дорогой подарок и в наши дни выделяет человека среди других просителей и способствует выполнению его просьбы. Плутарх приписывал королю Македонии Филиппу II, отцу Александра Македонского, (IV в. до н.э.) крылатое выражение - «не существует таких высоких крепостных стен, через которые бы невозможно было перебраться ослу, навьюченному золотом».

Вместе с тем история коррупции является одной из негативных страниц политической истории любого государства, так как её наличие и тем более расцвет свидетельствует о серьезных недостатках в системе государственного управления и моральном разложении государственных служащих, а в отдельных случаях и первых лиц государства и даже церкви. Господствовавшая в средневековой Европе католическая церковь была средоточием коррупции. Практика торговли индульгенциями, покупки и продажи церковных санов не только противоречила основам христианского вероучения, но и являлась коррупцией в современном понимании.

Коррупцию сравнивают с «социальной чумой», эпидемии которой подвержены все современные государства - большие и малые, богатые и бедные. Эта опасная болезнь приняла острые формы и в нашей стране. История Российского государства неотделима от проблемы коррупции и борьбы с ней. Многочисленные исторические и литературные источники свидетельствуют о широком распространении коррупции в Древней Руси. Первое упоминание о коррупции в форме «посула», т.е. незаконного вознаграждения, относится к Двинской уставной грамоте (XIV век).

Истоки массовой коррупции в России уходят корнями в средневековье, когда по примеру Византии на Руси возникает институт «кормления». Великие киевские и удельные князья руководили своими землями через бояр и наместников, которым они передавали в управление города, волости, села с правом осуществлять там административные, судебные, налоговые функции без денежного вознаграждения. Основным способом вознаграждения за государственную службу при господствовавшем тогда натуральном хозяйстве становится «кормление», то есть разрешение забирать себе определенную часть налогов и сборов (чаще в натуральном выражении) для прокорма. В тот период было распространено пожалование доходных или как тогда говорили, «хлебных» административно-судебных должностей, ставших рассадником взяточничества и коррупции.

Предполагалось, что местное население будет «кормить» своего наместника, который обладал огромными полномочиями. Более того, на Руси официально (в уставных грамотах наместнического управления) устанавливались размер и вид корма, а также сроки и порядок его сбора. «Корм», как правило, состоял из следующих частей: 1) въезжего, выдаваемому при вступлении в должность; 2) периодического, получаемого по праздникам (на Рождество, Пасху, Петров день); 3) в виде торговых пошлин с иноземных купцов и торговых людей, 4) в виде штрафов и других доходов в пользу кормленщика. «Откормленные» наместники и воеводы, возвращаясь в столицу, везли с собой накопленное добро, «подарки», «излишки» которых изымались еще при въезде в «златоглавую» в пользу казны.

В качестве терминов для обозначения проявлений коррупции на Руси использовались такие слова, как «мздоимство» и «лихоимство», а также «посул» (взятка, незаконный подарок). Под «мздоимством» подразумевалось принятие должностным лицом взятки за совершение действия, входящего в круг его обязанностей (хотя изначально это слово имело и другие оттенки), под «лихоимством» - получение взятки за совершение служебного проступка или преступления в сфере служебной деятельности.

Время от времени, когда алчность государевых слуг переходила все границы, великий князь, а позднее царь давал им укорот или острастку. Иван III пытался ограничить алчность наместников и воевод, думских дьяков и бояр законодательным путем. Упоминание о коррупции встречается в его Судебнике (1497 г.), ставшим своеобразным памятником русского феодального права. Судебник осуждал мздоимство, т.е. получение взятки в нарушение установленного законом порядка лицом, состоявшим на государственной службе. Однако он не предусматривал строгих мер воздействия на корыстолюбцев. Князь Андрей Курбский писал Ивану IV, что он практически создал для себя новую опору - чиновничество, унять которое до сих пор не удавалось никому. «Есть у великого князя новые доверенные люди - дьяки, которые его половиною кормят, а другую половину себе емлют». Современники писали, что взятку надо было дать даже для того, чтобы только войти в приказную избу времён Ивана Грозного. И только спустя полвека за взимание тайного посула и мздоимство

1

стали наказывать. Статья 4 Судебника Ивана Грозного (1550 г.) гласила, что за «взятый посул» и совершенные после этого противоправные действия полагалось «казнити торговою казнью, бити кнутьем»[4].

Иван Грозный даже введение опричнины объяснял борьбой с продажными дьяками. В качестве наказания «за чрезмерность во взятках» им была введена смертная казнь2. По новому Судебнику не только вводились наказания за взятки, но и ограничивались права наместников. А в 1555 г. указом царя кормление наместников было упразднено. В «Приговоре царском о кормлениях и службах» предписывалось упразднить наместничество, вместо них образовать на местах губные и земские учреждения, прообраз местного самоуправления1. Несмотря на то, что кормление было официально отменено, традиция жить за счет подданных фактически сохранилась.

Борис Годунов, придя к власти, сменил во всей России «худых наместников, воевод и судей», назначил на государственные должности лучших людей, удвоил жалование чиновникам, чтобы они «могли пристойно жить без лихоимства». Одновременно с назначением на должность и повышением жалования царь предупреждал чиновников, что за коррупцию и лихоимство они будут жестоко наказаны. Действительно, при Борисе Годунове дьяков, которые брали взятки, не только публично секли, но и возили по городу, причем на шею им вешали тот самый «незаконный принос». Но даже такие жестокие наказания не смогли искоренить преступный обычай в среде русского чиновничества.

Коррупция («воровство») в Русском централизованном государстве сопровождалась не только расхищением государевой казны, но и возведением бесчестия на других казнокрадов с целью отвода от себя подозрений в этом грехе. Таким образом, коррупция усиливала моральное разложение власти.

В XVII в. коррупция должностных лиц стала одним из поводов к московскому восстанию 1648 г., и царю Алексею Михайловичу пришлось в специальном обращении к восставшим обещать, что он сам будет следить за тем, чтобы вновь назначенные судьи чинили расправу «без посулов». Изданное после этого Соборное уложение 1649 г. предусматривало многочисленные наказания за преступления, попадающие под понятие

коррупции: подлог при переписке судного дела, утайка пошлин при регистрации дел, притеснение населения.

Народная мудрость гласит: кто хочет сделать, тот ищет способ, а кто не хочет - ищет причину, чтобы не делать. Трудно утверждать, знал или нет эту мудрость Пётр I, сын царя Алексея Михайловича, но его последовательные действия и целеустремленность показывают, что, видимо, знал. Великий реформатор искал и нашел способы, как улучшить систему государственного управления, повысить собираемость налогов, создать могучую армию и флот, в целом изменить облик России. При решении этих и других государственных проблем, накопившихся в стране к началу его правления, реформатор, как известно, столкнулся с казнокрадством, мздоимством, взятками, то есть с теми негативными явлениями в системе государственного управления, которые сегодня подразумеваются под термином коррупция.

Для борьбы с коррупцией царем-реформатором был учреждён институт фискалов. В их обязанности входило «тайное надсматривание» за всеми чиновниками, чтобы они не расхищали казённые средства, не брали взяток. Если доносы фискалов подтверждались, то им полагалось солидное вознаграждение - половина от суммы взысканных штрафов или стоимости имущества, конфискованного у коррупционера. Если даже фискал не смог доказать справедливость своего доноса, то он всё равно освобождался от наказания. А те, на кого он доносил, не могли «высказывать против него досаду» под страхом жестокого наказания.

Пётр I поощрял также доносы рядовых граждан на казнокрадов и взяточников. Если они вскрывали значительные факты коррупции, то правдоискателю полагалось 25 процентов от суммы.

Борьба с коррупцией при Петре 1 входила и в обязанности созданной им прокуратуры. В отличие от института фискалов, прокуроры официально надзирали за соблюдением законов и пресекали их нарушения. Причем следует подчеркнуть, что борьба с коррупцией и другими злоупотреблениями чиновников государственного и местного управления носила не системный характер. Она не ослабевала даже в период северной войны (1700-1721 гг.).

О мздоимстве высших чиновников неоднократно докладывалось монарху. Вот лишь некоторые выдержки из этих докладов: петербургский губернатор Меншиков позволяет себе «распоряжаться казною в свою пользу»; князь Мосальский утаил от продажи соли 80 тыс. рублей; каргопольский чиновник Борковский, желая скрыть свои злоупотребления служебным положением, «принуждал земских бурмистров и старост написать поддельные книги, в которых бы его взятки не значились».

Пётр I решительно боролся с коррупцией, жестоко наказывая коррупционеров. При этом он не делал снисхождения даже своему ближнему окружению, членам своей «кумпании». После того, как сибирский губернатор князь Гагарин был изобличен в коррупции, по приказу Петра I он был повешен при всем истеблишменте. Архангельский вице-губернатор Курбатов был приговорен судом к большому денежному штрафу. Вице-губернатор Корсаков был публично наказан кнутом, а двум сенаторам князьям Волконскому и Опухтину жгли языки раскаленным железом. Не избежал наказания и обер-фискал Нестеров, который изобличил в коррупции князя Гагарина. На площади, принародно его четвертовали за крупную взятку.

Петр I даже хотел издать закон «вешать всякого чиновника, укравшего хоть настолько, сколько нужно на покупку веревки», но генерал-прокурор Ягужинский остановил царя: «разве ваше величество хотите царствовать один, без слуг и без подданных? Мы все воруем, только один больше и приметнее другого»[5].

Возможно, методы борьбы с коррупцией в царской России кому-то покажутся чрезмерно жестокими. Но надо иметь в виду, что этот вид преступления препятствовал реализации задуманных реформ, наносил вред авторитету государственной власти, тормозил социально-экономическое развитие империи. Но благодаря решительным мерам по искоренению этого зла, коррупция среди чиновников при Петре Великом была если не ликвидирована, то значительно сокращена.

На протяжении всего царствования дома Романовых коррупция оставалась немалой статьей дохода и мелких государственных служащих, и сановников. Например, елизаветинский канцлер Бестужев-Рюмин получал за службу российской империи 7 тысяч рублей в год, а за услуги британской короне (в качестве “агента влияния”) - двенадцать тысяч в той же валюте.

Понятно, что коррупция была неотделима от фаворитизма. Из последних предреволюционных эпизодов, помимо Распутина, имеет смысл упомянуть балерину Кшесинскую и великого князя Алексея Михайловича, которые на пару за огромные взятки помогали фабрикантам получать военные заказы во время первой мировой войны.

Глава Третьего отделения граф А. Бенкендорф писал в 1828 г.: «Власть продолжает оставаться в руках презренных субъектов, возвысившихся путем лихоимства». Получив права по борьбе с «преступлениями по должности и лихоимством» сотрудники Третьего отделения первым делом арестовали десятки чиновников Министерства финансов Российской Империи, которые потеряли всякий стыд, занимаясь казнокрадством и взятками.

Императора Николая I, правившего Россией в 1825-1855 гг., по свидетельству современников, «угнетало сознание, что ближайшее его окружение погрязло во взятках», и некого даже послать для контроля, для правильного расследования, для наложения кары на кого нужно.

В начале XX в. исследователь дореволюционного российского чиновничества социолог П. Берлин писал: «В обществе укоренилась идея -политической властью можно пользоваться для незаконного обогащения, а политическое угодничество верный путь к богатству. Сложилась практика бездумной раздачи несметных богатств из казны фаворитам и немедленное отбирание их, когда вчерашние любимцы впадали в немилость. Ощущение временщика воспитывало установку - хапать сейчас и максимально»1. Читая эти строки, перестаешь понимать, о каком веке идет речь.

Коррупцию не удалось искоренить и в советский период истории. Смена государственного строя в октябре 1917 г. не отменила коррупцию и взятки как явление. Но справедливости ради следует отметить, что ее уровень и масштабность были куда меньше, чем при феодальных или капиталистических отношениях. Исследователи отмечают, что к 1970-м гг. советская номенклатура вплоть до руководителей государства и Коммунистической партии была тотально коррумпирована. Достаточно здесь будет вспомнить «хлопковые», «фруктовые», «рыбные», они же - «узбекские», «казахские», «молдавские», «московские» и прочие дела и процессы, отразившие лишь 7 видимую часть этого явлениям

За взятки покупались не чины и награды, а производился отпуск дефицитной продукции и материалов, совершались некоторые другие преступления. В записке отдела административных органов ЦК КПСС и КПК при ЦК КПСС об усилении борьбы со взяточничеством в 1975-1980 гг., датированной 21 мая 1981 г., указано, что в 1980 г. выявлено более 6000 случаев взяточничества. За денежное вознаграждение должностные лица разрешали отпуск дефицитной продукции, оборудования и материалов, снижали плановые задания, способствовали назначению на ответственные должности и т.д. В качестве причин советской коррупции указывались: серьезные упущения в кадровой работе; бюрократизм и волокита при рассмотрении законных просьб граждан.

Высшие советские и партийные сановники были практически неприкосновенны. К редким исключениям можно отнести уголовные дела, возбужденные против министра МВД Н.Щелокова, и заместителя министра [6]

внешней торговли В.Сушкова, зятя Брежнева, заместителя министра внутренних дел СССР Ю.Чурбанова.

Зарубежные исследователи отмечают, что практически без взяток работали их корпорации с властями Советского Союза вплоть до начала его распада. Но в конце 1980-х годов XX века самые крупные западные корпорации, работавшие или желавшие работать на советском рынке, столкнулись с требованиями выплат взяток практически на всех уровнях власти. Советские чиновники в период ослабления контроля со стороны КПСС поняли, что они могут разбогатеть за счет интереса внешних партнеров к ресурсам страны без особого риска получить уголовное преследование. С другой стороны, на уровне взаимоотношений граждан и чиновников взятки были вполне обычным явлением, соответствующим определённым историческим традициям, хотя размеры таких взяток до 90-х годов XX века были просто смешными и ни в какое сравнение не шли с «рыночными».

С развалом СССР, введением рыночных отношений в стране, негласным снятием моральных запретов коррупция в новой России получила «второе дыхание». В этот период она нередко объявлялась «инструментом бескровного преобразования общества, мобилизации элит и активизации прогрессивных реформ». Так, известный экономист, ректор Академии народного хозяйства при правительстве РФ проф. В.А. Мау в коллективной работе «Экономика переходного периода. Очерки экономической политики посткоммунистической России. 1991-1997» писал: «Механизмом, обеспечивающим выживание слабой революционной власти, являются манипуляции с недвижимостью... Конкретные же действия революционного правительства детерминируются... факторами политической целесообразности вкупе с элементами коррупции»1. Здесь В.А. Мау как бы повторяет М. Вебера, который впервые сделал вывод о приемлемости коррупции в переходных условиях, когда она способствует происходящим в обществе позитивным изменениям, социально-экономической модернизации[7] . По мнению сторонников такого подхода, коррупция, выполнив своё политическое и экономическое предназначение, некоторые полезные функции в переходный период, затем исчезает. Однако в России этот вывод мне совсем оправдался: переходный период от социализма к капитализму

практически завершился, а коррупция при этом не только не уменьшилась, а напротив расцвела пышным цветом, обретая всё новые и новые формы.

Не обошлось без коррупции и при приватизации государственной собственности (разгосударствления), распределении бюджетных средств, предоставлении различных льгот и преференций в 90-е годы, в период перехода от социализма к капитализму, то есть уже в новых исторических условиях. В так называемые «лихие 90-е» приватизация государственной собственности в России стала серьезным источником коррупции. Это обстоятельство усугублялось масштабностью приватизации и слабостью контроля за ее ходом. Еще на начальных стадиях около 30% всех постановлений по приватизации, по данным правоохранительных органов, содержали нарушения норм действующего законодательства1. Широко практиковалось включение чиновников в число акционеров. К этому придется добавить многочисленные случаи, не подпадающие под прямую уголовную ответственность: оценивание приватизируемых объектов по заниженным суммам (например, «Норникель» был продан в почти десять раз ниже рыночной стоимости, как и многие другие прибыльные предприятия, приватизированные «по цене забора»), К этому следует добавить манипуляции с условиями конкурсов, скупку предприятий чиновниками через доверенных лиц. Например, бывший замминистра топливной промышленности СССР стал владельцем крупной нефтяной компании. Поэтому неслучайно, что именно приватизация стала в последнее время полем для весьма острых политических схваток, в которых главное оружие -компрометирующие материалы и обвинения в коррупции. Доклад Счетной палаты РФ об итогах приватизации так и не был опубликован.

Такая возможность осуществлялась благодаря тому, что персональная ответственность чиновника, которому поручено проведение приватизации, отсутствовала как в старом законе о приватизации, так и в новом[8] . Изменить ситуацию можно лишь с принятием или поправок в существующее законодательство, или нового закона о независимой экспертизе не менее двух аудиторов оценочной стоимости приватизируемого объекта, а также об уголовной ответственности должностного лица, ответственного за

приватизацию, при занижении цены приватизируемого имущества или при допущении недобросовестной конкуренции в процессе приватизации.

В результате трансформации политической системы в начале 90-х годов XX века стало возможным изменение роли государства и его основных функций. От организации и регулирования экономики, «планирования всех и вся», социальной защиты населения оно переориентировалось на передел собственности, первичное накопление капитала, создание льготных условий разгосударствления и приватизации, в том числе путем ограничения вмешательства в сам механизм перераспределения собственности.

Общепризнанным является тот факт, что и сегодня значительная часть российского бизнеса заинтересована в сохранении коррупционного климата. Заинтересован потому, что бизнес сам привык к ненормативным финансово-экономическим операциям, в обход несовершенного законодательства и готов платить за оказание нужных госуслуг. Именно недочеты и изъяны в законотворчестве, названные коррупционными нишами, открывают вполне «легальные» лазейки для того, чтобы появлялась возможность для коррупционных соглашений и действий с корыстным интересом для участвующих сторон.

Корни коррупции в ельцинский период правления, на наш взгляд, скрываются в механизме осуществления государственной власти, когда новая политическая элита по собственному желанию и практически беспрепятственно являлась участницей коррупционных отношений. Стремление непосредственных носителей власти к обладанию материальными благами формировало у них особый социальный интерес, отличный от бескорыстного служения Родине, национальным интересам. А механизма сдерживания их коррупционных устремлений не было выработано, даже федеральный закон о противодействии коррупции отсутствовал. Поэтому практически никто не мешал новой властной элите строить с бизнесом коррупционные отношения.

Известный экономист Евгений Гонтмахер утверждает: «Политики всегда взаимодействуют с бизнесменами и субъектами гражданского общества. Вопрос только в том, какой характер носит это взаимодействие -партнерский или коррупционный... В России тоже сложились механизмы взаимоотношения между государством и бизнесом, только они носят откровенно коррупционный характер»[9]. Власть и бизнес, по мнению Гонтмахера, должны приложить максимум усилий, чтобы избавиться от

такой неприглядной оценки и действительно встать на путь цивилизованного развития.

Позволим себе не согласиться полностью с выводом известного экономиста. Не всегда и не во всех взаимоотношениях между властью и бизнесом в обязательном порядке присутствует коррупция. Нам известны многочисленные примеры государственно-частного партнерства, при котором отношения эти строятся на взаимном уважении, тесном сотрудничестве, лишенном мздоимства. Однако нам известны также многочисленные проявления коррупции как извращенной формы взаимодействия власти и бизнеса[10].

Поэтому неслучайно отечественные ученые предлагают современную российскую коррупцию признать системным явлением. Этот вывод убедительно подтверждают следующие широко распространённые в России явления и обстоятельства:

  • - государственная политика в значительной мере диктуется частными и корпоративными интересами олигархических групп, которые через коррупцию навязывают те или иные решения органам власти и управления как на федеральном, так и региональном уровне;
  • - коррупционные практики являются составляющими процессов управления государством, местными сообществами и бизнесом. Отказ от коррупционных практик либо существенно снижает эффективность управления, либо просто невозможен.
  • - в результате тлетворного влияния коррупции становится нормой уклонение от соблюдения законов практически во всех сферах деятельности;
  • - доходы от коррупции составляют львиную часть нажитого богатства практически всех крупных чиновников;
  • - исполнительная власть активно использует «теневые» формы мобилизации доходов и стимулирования граждан, бизнеса и нижестоящих чиновников для достижения желаемых результатов.
  • - фактически коррупция в России стала частью образа жизни граждан.

Россия постепенно превращается в страну, в которой коррупция становится неотъемлемой составляющей практик государственного и муниципального управления, ведения бизнеса и решения повседневных проблем граждан. Чаще к коррупции их принуждают органы власти, но нередко и сами граждане с готовностью используют коррупционные способы решений своих проблем. Причина в том, что коррупционные

решения проблем для граждан оказываются либо намного эффективнее некоррупционных, либо просто фактически единственно возможными, например, в силу сложностей бюрократических процедур.

Такие особенности российской коррупции свидетельствуют о её системном характере в нашем государстве, частном бизнесе и обществе в целом.

Российская бюрократия, будучи коррумпированной, оказалась неспособной предложить обществу, бизнесу и государству реальные решения стратегических проблем страны, в частности, способы реального противодействия коррупции. Но коррупцией поражено практически всё государственное управление, поэтому ни сами органы государственной и муниципальной власти ни создаваемые ими новые органы, неспособны избавиться от коррупции в своей системе, в экономике и обществе. При этом использовать активность граждан и бизнеса в противодействии коррупции органы государственной власти опасаются. Поэтому, когда власть пытается избавиться от коррупции, получается наоборот её усиление, потому что легальным способом решать проблемы бизнесменов и граждан очень сложно, а за взятки - легко и просто, считает социолог В.Л.Римский1.

В высших эшелонах российской власти и в политическом руководстве обновленной России были прекрасно осведомлены о коррупционных схемах, но бездействовали. Так, бывший премьер-министр России (1998 г.) Е.М. Примаков спустя годы признавался: «Будучи премьером, попросил всех в правительстве, кто связан с валютой и торговлей, дать мне в письменном виде информацию о том, куда уходят деньги, в том числе из-за дыр в законах. В ужас пришел не только от того, какие масштабы, но и от того, что все всё знают. Встала дилемма - если все это опубликую, придется прибегать к репрессиям. Делать этого было нельзя, особенно с учетом того, что стояла задача стабилизировать ситуацию расшатанную дефолтом. Тогда решил хотя бы выступить с угрозой в адрес коррупционеров (которая их ничуть не напугала»[11] .

Из этого примера, опубликованного в российской печати, политолог Серапина А.А. сделала далеко идущий вывод о том, что «представители высших эшелонов власти ситуацией владели, и более того, практически её и создали, приняв в ней самое непосредственное участие. Они управляют не только делами государственными, но и самими коррупционными

процессами. Естественно, что вторая часть их деятельности не является публичной, а находится в тени их основной официальной практики»1. Исследования Э. Дюркгейма и его последователя Г.К. Мишина позволяют сделать вывод о том, что коррупция как преступление представляет собой не патологию индивидуального поведения участников коррупционной сделки, а дисфункцию политической системы, сбой политико-нормативной сферы общества[12] . В коррупционных взаимодействиях, утверждает исследователь Гридякин Д.А., подвергаются деформации отношения внутригосударственные, управленческие. Происходит искажение самого субъекта системы управления государственные служащие превращаются в особый корпоративный социальный слой, направляющий полученные им управленческие полномочия не на организацию функционирования системы, а на собственное автономное существование («нерациональная бюрократия»), Формирование такого автономного, социальной системы, следовательно, из частной преступной практики коррупция вырастает в системную социальную проблему.

Коррупция существует постольку, поскольку должностное лицо может распоряжаться не принадлежащими ему ресурсами: бюджетными средства, государственной или муниципальной собственностью, государственными заказами, распределением трансфертов, субсидий, льгот и т.п.

Коррупция в России разрастается благодаря целому ряду объективных и субъективных обстоятельств. К таковым можно отнести:

слабое гражданское общество и низкий уровень участия граждан в контроле над государством;

несовершенная система права и в целом неправовое государство, где принцип верховенства права и законов и неотвратимость наказания не соблюдаются;

зависимые суды, готовые вынести любое неправосудное решение, покрывающие коррупционеров в высших эшелонах власти;

зависимые средства массовой информации;

незнание или непонимание законов населением, что позволяет чиновникам произвольно толковать их в свою пользу;

зависимость бюрократического аппарата не от законов и утвержденных регламентов, а от политики правящей элиты;

кумовство и политическое покровительство, которые приводят к формированию тайных соглашений, ослабляющих механизмы контроля над коррупцией;

отсутствие единой государственной политики в системе власти, регулирование одной и той же деятельности различными инстанциями;

К обстоятельствам, которые, по мнению экспертов, в меньшей степени являются причинами высокой коррупции можно отнести:

низкий уровень заработной платы в государственном секторе по сравнению с частным сектором; поэтому, якобы, у чиновников «руки чешутся» при виде взятки;

государственное регулирование экономики;

зависимость граждан от чиновников, монополия государства на определённые услуги;

оторванность бюрократической элиты от народа;

экономическая нестабильность, инфляция;

этническая неоднородность населения;

низкий уровень экономического развития (ВВП на душу населения);

религиозная традиция;

культура страны в целом и некоторые другие.

Таким образом, легитимность коррупционных проявлений в ментальности российских граждан связана с историческими особенностями развития российского общества, наличием устойчивых культурных традиций, характеризующихся формализованным покровительством вышестоящих должностных лиц и созданием преференций по отдельным основаниям, а также ценностными ориентациями периода первоначального накопления капитала, культивирующего потребительство.

Явление коррупции, вследствие охвата всей системы стратификации общества, прямо свидетельствует о криминализации современного российского социума, глубоком кризисе нравственно-психологического состояния индивидуального и общественного сознания, характеризующимся разложением системы ценностей, противоречием между провозглашенными целями и невозможностью их реализации для большинства граждан России. В качестве вывода следует подчеркнуть, что приведенные выше примеры свидетельствуют о том, что разросшаяся в последнее время коррупция не только препятствует модернизации российского общества, успешным реформам, но и представляет определенную угрозу национальной безопасности России.

  • [1] 1 См., например, Антонян Ю.М. Типология коррупции и коррупционного поведения// Социология коррупции. Материалы Научно-практической конференции. - М.,2003; Клямкин И.М., Тимофеев Л.М. Теневая Россия: Экономико-социологическое исследование. - М.,2000 и др. 2 Россия и коррупция: кто кого: аналитический доклад/ региональный общественный фонд "Информатика для демократии". - М.: Фонд "ИНДЕМ", 1998. С.155.; Кузьминов Я.И.
  • [2] Послание Президента РФ В.В.Пугина Федеральному Собранию Российской Федерации 25 апреля 2005 г.// Российская газета, 2005,26 апреля.
  • [3] Радаев В.В. Формирование новых российских рынков. М., 1998. С. 167.
  • [4] Богданов, И. Я. Коррупция в России: Соц.-экон. и правовые аспекты / И. Я. Богданов, А. И. Калинин; Рос. акад. наук. Ин-т соц.-полит. исслед. — М., 2001. С. 62-64.
  • [5] Моисеев В.В. История Отечества: Учебник для вузов (с грифом). Т.1. Орел: АПЛИТ, 20011.С.110-111.
  • [6] Берлин П. Русское взяточничество, как социально-историческое явление. -Современный мир, 1910. №8. С.55. 2 Гуриев С. Что известно о коррупции в России и можно ли с ней бороться? // Вопросы экономики. 2007,- №1. - С. 25.
  • [7] 'Экономика переходного периода. Очерки экономической политики посткоммуни-стичсской России 1991-1997. - М. Изд-во Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара, 1998. - С.24. 2 Вебер М. Политика как призвание и профессия // Избранные произведения. М., 1990. С. 644-706.
  • [8] Галицкий Е., Левин М. Коррупционные взаимоотношения бизнеса и власти (опыт эмпирического анализа) // Вопросы экономики. №1.2007. С. 23-27. 2 См.: Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 123-ФЗ «О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1997. № 30. Ст. 3595; См.: Федеральный закон от 21 декабря 2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» // Собрание законодательства РФ. 2002. №4. Ст. 251.
  • [9] Гонтмахер Е. Технократы страну не поднимут // Аргументы и факты. - 2010. - № 7.-17-23 февраля.
  • [10] Моисеев В.В., Шуртухина Е.А. Взаимодействие власти и бизнеса в субъекте РФ: современное состояние и пути совершенствования. - Монография. - Орел: изд-во АПЛИТ, 2012. ЗООс.
  • [11] Римский В.Л. Системность российской коррупции и возможности противодействия ей// «Государственная политика противодействия коррупции и теневой экономике в России» / Материалы Всероссийской научной конференции (Москва, 6 июня 2007 г.) - М.: Научный эксперт, 2007. - С. 179. 2 Аргументы и факты. 2009. - 22 июля.
  • [12] Серапина А.А. Политические элиты и проблемы антикоррупционной политики в современной России. Диес... канд. полит, наук. Астрахань, 2011. С. 55. 2 См.: Мишин Г.К. Коррупция: понятие, сущность, меры ограничения. М., 1991. С. 14 3 Гридякин Д.А. Противодействие коррупции в органах государственной власти в современной России: политологический аспект. Дисс. канд. полит, наук. Краснодар, 2010. С.52-53.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >