Введение

Коррупция в России остается сегодня одним из главных препятствий для осуществления эффективного управления и ставит под угрозу политическую демократию, становление институтов гражданского общества, поскольку подрывает возможности государства для обеспечения роста благосостояния граждан. В условиях неразвитости институтов гражданского общества политические элиты в современной России могут превратиться в монопольные субъекты власти, от действий которых во многом зависят направление и темпы политического развития страны. Наблюдается возрастание роли в политических процессах административной бюрократии, часто ориентированной на извлечение статусной ренты. Между декларациями и заявлениями властей об их честности, стремлении беспощадно бороться с коррупцией во всех ее проявлениях и практической реальностью существует огромная пропасть, указывающая, по крайней мере, на два важных явления: во-первых, коррупция развивается и расширяется, несмотря на все принимаемые меры; во-вторых, она свидетельствует о росте государственного лицемерия.

Проблема коррупции в России и в мире приобретает все более угрожающий характер. Она получила широкое распространение во всех слоях общества и среди всех ветвей власти. По уровню коррумпированности Россия занимает одно из ведущих мест. Коррупция в России, как, впрочем, в большинстве коррумпированных стран мира, злоупотребляет управлением, общественной властью для получения выгоды в личных целях, в интересах третьих лиц или групп. Основные источники коррупции многообразны. Первый и самый безграничный - государственные финансовые и товарные потоки. Они существуют между всеми сферами жизни и деятельности общества и государства. На пульсе этих потоков держат руку тысячи государственных служащих разных уровней и рангов, которые в условиях беспрецедентной бесконтрольности используют их для достижения своих личных и групповых целей. Второй источник - карманы граждан и предпринимателей, у которых есть правомерные и противоправные актуальные потребности и интересы, реализация которых возможна лишь через те или иные решения чиновников. Говоря о коррупции как источнике многих существующих проблем необходимо отметить, что коррупция, ее масштабы, специфика и динамика - следствие общих политических, социальных и экономических проблем страны. Коррупция всегда активно развивается, когда страна находится в стадии модернизации. Россия сейчас переживает не просто модернизацию, а коренные преобразования, поэтому неудивительно, что Россия следует общим закономерностям развития, в том числе - негативным. Правовой аспект опасности коррупции состоит в принятии правовых актов с предоставлением широких возможностей их произвольного толкования, что позволяет предположить влияние лобби и коррумпированность должностных лиц, в компетенцию которых входит подготовка проектов соответствующих правовых актов. Главными причинами широкого распространения коррупции в России сегодня являются безответственная и неэффективная власть, неразвитость гражданского общества, неконкурентоспособность, сырьевая направленность и теневой характер экономики, несовершенство законодательства. Одной из причин масштабного развития коррупции в стране является также смена морально-духовных ценностей на личностном уровне, произошедшая в период перехода к рыночным отношениям. Так сложилось, что ни взяточник и ни взяткодатель в современной России не считают, что они совершают аморальный поступок. Им не стыдно. Более того, это сейчас в обществе считается нормальным. Это входит в нормы поведения. Этому во многом способствовала неэффективность государства и то обстоятельство, при котором новая волна чиновников поставила в органы государственной власти и управления немало проходимцев, стремившихся попасть на государственную службу для использования служебного положения в целях, далеких от благородных. Нередко встречается прямое делегирование «агентов влияния» из коммерческих структур в административ-ные.Серьезной причиной, породившей коррупцию, стала неразвитость гражданского общества. Огромными проблемами для развития гражданского общества являются низкий уровень правовой культуры россиян, терпимое отношение общества к коррупции. Кроме того, высокий уровень бедности, отсутствие сильного среднего класса, низкий уровень правовой культуры, примирительное отношение людей к попранию своих прав и свобод, деформация моральных ценностей - все это и сегодня способствует развитию и укоренению теневых общественных отношений.Таким образом, слабость государства, неразвитость гражданского общества, сырьевая направленность и теневой характер экономики, несовершенство и взяткоемкость законодательства являются главными причинами и условиями рождения и масштабного развития коррупции в России. Искоренить коррупцию - значит создать сильное - правовое и демократическое государство, которое эффективно служит всем нам, российским гражданам. Победить коррупцию - это сформировать конкурентоспособную экономику, преодолеть бедность, повысить благосостояние россиян. Ликвидировать коррупцию - значит утвердить новое качество жизни, социальную стабильность, порядок и справедливость. Устранить коррупцию - это сформировать зрелое гражданское общество, общество свободных, ответственных и созидательных людей. Уничтожить коррупцию - это остановить терроризм в нашей стране, обезопасить жизнь граждан, сохранить целостность и единство России, сделать ее сильной и конкурентоспособной страной в мировом сообществе.

Коррупция в современной России стала мощным источником доходов для определенной части чиновников федерального, регионального, муниципального уровней, превратившись в основной побудительный мотив при принятии ими управленческих решений. Немалую роль в этом играет несовершенство законодательной базы.

В 90-х годах коррупция порой объявлялась ’’инструментом бескровного преобразования общества, мобилизации элит и активизации прогрессивных реформ”. Так, ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ В.Мау отмечал: ’’Механизмом, обеспечивающим выживание слабой революционной власти, являются манипуляции с недвижимостью... Конкретные же действия революционного правительства детерминируются... факторами политической целесообразности вкупе с элементами коррупции”.

В интервью одной из московских газет бывший министр финансов А.Лившиц подчеркивал, что активная борьба с коррупцией может торпедировать экономические реформы в стране. Не по этой ли причине метастазы коррупционной опухоли проникли и в высший эшелон власти, о чем свидетельствуют многочисленные расследования дел высших чиновников, замешанных в ’’откатах” и взятках? Среди них немало бывших членов правительства - министр юстиции В.Ковалев, руководитель Минатома Е. Адамов, министр путей сообщения В. Аксененко, министр обороны В.Сердюков.

О многом говорит возникновение в 2000-е годы термина ’’норма отката”, подразумевающего нижний предел коррупционной взятки (в процентах), о котором якобы считается незазорным договариваться чиновнику и бизнесмену при предоставлении последнему ’’режима наибольшего благоприятствования”. По оценке директора Российского отделения Международного центра антикоррупционных исследований и инициатив Е.Панфиловой, ’’при покупке автомобилей на бюджетные деньги норма отката составляет порядка 10-15%, за получение госзаказа - 20% от суммы проекта; за выгодную площадку для застройки - до 30%, а за участие в национальных проектах - 30-40%”3. За взятки выдаются квоты и лицензии на разработку природных месторождений, организуются тендеры и аукционы с заранее предрешенными результатами, обеспечивается доступ к служебной информации для ее использования в интересах коррумпированных лиц и т.п.

В числе политических механизмов противодействия коррупции в России можно назвать: Национальный план и стратегию по противодействию коррупции, федеральное законодательство, создание антикоррупционных органов в центре и регионах, введение высоких стандартов найма госслужащих, принятие кодексов поведения, публикация данных о доходах и др. На уровне политического руководства принимаются конкретные меры по борьбе с этим социальным злом, например, в 2010 г. расширен список чиновников и их родственников, обязанных декларировать доходы, чиновникам запрещено открывать счета за границей, введены кратные штрафы...

В первом своем Послании Федеральному Собранию Д.А. Медведев посчитал необходимым заявить о непримиримой борьбе с коррупцией, о ее преодолении. Он признал, что коррупцию порождает государственный аппарат. Дословно глава государства сказал: «В результате государственный аппарат у нас - это и самый большой работодатель, самый активный издатель, самый лучший продюсер, сам себе суд, сам себе партия и сам себе в конечном счёте народ. Такая система абсолютно неэффективна и создаёт только одно - коррупцию. Она порождает массовый правовой нигилизм, она вступает в противоречие с Конституцией... »*.

Слова о том, что государственный аппарат, чиновники плодят коррупцию, требуется «отлить в граните», как выразился экс-президент. Но ведь именно этому чиновничеству Д.А.Медведев и поручил составить «Национальный план противодействия коррупции». Чему же удивляться, что в результате вместо «плана борьбы» получился «план нейтрализации этой борьбы». Разве может государственный аппарат бороться сам с собой, со своими нетрудовыми доходами? Поэтому надо только приветствовать решение главы государства о поэтапном сокращении раздутого до предела бюрократического (и коррумпированного) государственного аппарата. Указом президента РФ от 3 января 2011 г. «Об оптимизации численности федеральных госслужащих» предусматривается поэтапное сокращение предельной численности федеральных государственных гражданских служащих и работников центральных аппаратов и территориальных органов федеральных органов исполнительной власти, руководство деятельностью которых осуществляет Правительство Российской Федерации, в течение 2011-2013 годов не менее чем на 20 процентов[1] .

При Д.А.Медведеве был воссоздан действенный политический механизм - Совет при президенте по противодействию коррупции. Только в состав этого органа глава государства включил не представителей общественных организаций (хотя в первом Послании говорил о расширении

их полномочий), не авторитетных юристов, правозащитников, а... всё тех же чиновников. Чтобы проверить, так ли это на самом деле, обратимся к его списочному составу. По состоянию на 15 апреля 2010 г. в состав этого органа из 25 человек входили 20 чиновников, три члена общественной палаты и два профессора. Перевес явно не на стороне общественности, а министров, помощников президента, руководителей МВД, ФСБ, Г енпрокуратуры.

В Совет по противодействию коррупции Д. Медведев не включил ни одного простого россиянина или бизнесмена, которые на собственном опыте знают, как мешает сегодня коррупция процветанию России. Таким образом, подавляющее большинство в президентском Совете за чиновниками высокого ранга, то есть представителями того самого государственного аппарата, который сам же Медведев и подверг острой критики. Напомним его слова: «Такая система - абсолютно неэффективна и создаёт только одно - коррупцию». Вот так-то: говорим одно, а делаем другое. И ладно бы результаты были хорошими. Да нет, сам же Д.Медведев в июле 2010 г. с горечью признал, что, к сожалению, похвастаться нечем, видимых результатов, снижения коррупции нет. В результате, по данным руководителя контрольного управления администрации президента РФ Константина Чуйченко, за один только год из госбюджета был украден 1 трлн рублей!

В публичных выступлениях российских политиков и чиновников коррупция часто получает определения «вековая», «системная», «традиционная». Это, по сути, отговорки. Давайте исходить не из того, как это трудно, а из того, что нужно сделать для снижения масштабов коррупции. Мировой опыт подсказывает, что для начала следует ввести в практику всего три главных принципа:

  • 1) чистая федеральная власть;
  • 2) неотвратимость наказания;
  • 3) хорошее вознаграждение за честную работу.

Дело пойдет, если сама власть, ее представители в высших эшелонах будут соблюдать эти три главных принципа. На сегодняшний день в России это самое сложное. Зарубежный опыт показал, что вести борьбу с коррупцией по-настоящему может только политик нового поколения, обладающий незапятнанной репутацией и поддержкой народа. И, кстати, начать зарабатывать эту репутацию очень легко, потому что спрос на искоренение коррупции в обществе был и остается высоким. На обнародовании планов вести борьбу с коррупцией рейтинг Б.Ельцина значительно вырос в период второй избирательной компании. На волне борьбы с коррупцией и привилегиями высших чиновников к власти в Белоруссии пришел, как известно, Александр Лукашенко.

Все указанные меры необходимые, но недостаточные. Это убедительно показывает статистика. По данным судебного департамента при Верховном суде, число привлеченных к суду за взятки выросло за 2003-2009 гг. в 2,5 раза. Но посадки за взяточничество в составе организованной группы по предварительному сговору снизились в 1,6 раза. Серьезные расследования подменяются отловом (иногда с помощью провокаций) врачей, учителей, муниципальных служащих и инспекторов ГАИ.

Борьба с коррупцией в России имеет и другие особенности. Она зачастую проводится не с явлением, а с отдельными коррупционерами, приносящими вред системе. Такой процесс удаления из системы неугодных людей может быть обставлен очень красиво: информация о том, кто «берет», появляется в СМИ, общество возмущено, высшая власть «решительно наводит порядок в собственных рядах», а в итоге решает нужные ей задачи. Более того, стоящие у власти люди могут даже поощрять коррупцию среди своих подчиненных для того, чтобы держать их на крючке. Эту тревожную для общества тенденцию можно переломить, изменив несовершенное законодательство, и перейти, наконец, если не к искоренению, то к существенному снижению уровня коррупции в России.

Нет видимых результатов в снижении коррупции, скорее всего, потому, что вместо бескомпромиссной борьбы, решительных мер, в том числе конфискации имущества коррупционеров, сплошная имитация. Имитация бурной деятельности госаппарата на федеральном уровне и чиновников на местах. Если это не так, то почему рост коррупции сегодня зашкаливает, перехлестывает через край? Почему за взятки, мошенничество арестовываются прокуроры, судьи, генералы МВД и ФСБ и даже министры, члены правительства? Почему в рейтинге борьбы с коррупцией наша страна на 143 -м месте в мире, рядом с Папуа - Новой Гвинеей?

Знаменитый русский этнограф Миклухо-Маклай, изучавший быт и нравы папуасов в 70-80-х годах XIX века, едва ли мог представить себе, что чуть больше века спустя россияне и папуасы станут настолько близки друг к другу. И всё благодаря коррупции - этому сложному и мало изученному явлению, обладающему как выясняется, такой же волшебной силой, как и машина времени. Только работает эта машина, к сожалению, в одном направлении - отбрасывает страну назад в социально-экономическом развитии. Не случайно в известной статье «Россия, вперёд!» Д.А. Медведев назвал коррупцию «одним из главных барьеров на пути нашего развития».

Кущевская трагедия и Гусь-Хрустальный синдром свидетельствуют, что коррупция должностных лиц позволяла там годами безнаказанно действовать организованным преступным группировкам. И ни следственные органы, ни прокуратура, ни милиция, призванные по антикоррупционному законодательству вести с ними непримиримую борьбу, так толком ничего и не делали. Понадобилось вмешательство президента, руководства Генпрокуратуры, Следственного комитета, чтобы «дать пинка» местным правоохранительным органам. Только в этом случае повысилось их внимание «к искоренению должностных правонарушений» и к творившемуся беззаконию.

Количество коррупционеров-чиновников и после некоторых посадок не убывает, на их место приходят новые алчные люди, которых не страшат наказания, установленные Федеральным законом «О противодействии коррупции». Может нужно что-то изменить в этом законе, принять дополнительные меры? Например, ужесточить санкции, нацелить общественность, премировать тех, кто не желает мириться с этим социальным злом? Да мало ли средств, методов и способов выработало человечество за свою историю!

Кто помешал российским законодателям внести в федеральный закон о противодействии коррупции 2008 г. действенную норму о конфискации имущества коррупционеров, которая изложена в Конвенции ООН? Подписав и ратифицировав эту Конвенцию в целом, Россия так и не ратифицировала её 20-ю статью, которая даёт определение незаконного обогащения как разницы между официальными доходами и расходами чиновников и публичных политиков.

Ущербность принятого пакета антикоррупционных законов еще и в том, что в нем остались неприкасаемыми высокопоставленные лица Российской Федерации, которые стоят как бы над антикоррупционным законодательством. Сможет ли следователь, опираясь на Закон «О противодействии коррупции» от 25 декабря 2008 г., предъявить, например, обвинение (страшно сказать) председателю правительства, президенту или спикеру парламента, уличенному в коррупции? А следователь в Южной Корее -может. И президент Южной Кореи за коррупцию получил заслуженную кару - 22 года лишения свободы.

Российская пресса время от времени сообщает факты о том, что Генпрокуратура и Следственный комитет возбуждают уголовные дела против коррупционеров высокого уровня, включая сотрудников Управделами президента. По утверждению Генпрокуратура Юрия Чайки, например, в 2009 г. было осуждено за коррупцию 532 чиновника и 764 сотрудника правоохранительных органов. И это при том, что прокурорскими проверками было выявлено более 11 000 нарушений законодательства о госслужбе, в том числе при подаче деклараций о доходах[2]. Получается не очень результативно. Только один из каждых десяти уличенных правонару

шителей осужден за коррупцию. Если перевести на спортивный язык, то при счете 10:1 пока побеждала коррупция.

Вывод здесь может быть один: строгость антикоррупционных законов и указаний главы государства компенсируется в России необязательностью их исполнения. Причем необязательностью исполнения законов страдают не только федеральные и региональные государственные служащие, продолжающие заниматься коммерческой деятельностью, но и работники прокуратуры, закрывающие на глаза на их «шалости» с законом.

Наши руководители часто ездят за рубеж, встречаются с президентами государств, где проблема коррупции не так остра, как у нас. Почему бы не попросить иностранных коллег при встречи «без галстуков» передать нам накопленный передовой опыт, не поделиться методиками, нормативноправовыми документами? При снаряжении спецпредставителей президента по изучению передового опыта противодействия коррупции нужно произвести отбор кандидатов, чтобы не попали в состав делегации (за взятку) те, кто не чист на руку или подозревается в этом. Чтобы не испортили благой замысел, не мешали, так сказать, изучать передовой капиталистический опыт.

А потом этот опыт проанализировать, сравнить со своим антикоррупционным законодательством и проводимыми мероприятиями, адаптировать в соответствии со спецификой (суверенной демократией), да и запустить в производство. Неплохо бы перед этим модернизировать политическую систему (чуть-чуть добавить независимости судам, которые должны выносить правосудные решения, увеличить свободу средствам массовой информации, разрешить парламентские слушания, журналистские расследования и т.п.). Можно пока не вводить политическую конкуренцию или отменять стоп-листы на телевидении - наш народ не созрел, еще неправильно поймет эти нововведения, отнесет их к слабости власти. Однако не мешало бы запретить «нашим» бандитам пользоваться оружием, взрывчаткой, металлической арматурой при разговорах с теми, кто вскрывает факты коррупции. Чтобы не использовались эти средства убеждения (читай: устрашения), замеченные в «беседах» с Олегом Кашиным, Михаилом Бекетовым, Анной Политковской, Дмитрием Холодовым, Владиславом Листьевым и другими неравнодушными россиянами, погибшими от рук преступников. По индексу коррумпированности[3] Россия в 2003 г. занимала 86-е место среди 133 стран, в 2004 г. - 90-е среди 146, в 2005 г. - 126-е среди 158. Что касается противодействия этому

удручающему явлению (при том, что борьба с коррупцией объявлена одним из приоритетов внутренней политики), то за два последних года рейтинг РФ опустился еще ниже: в 2010 г. - 154-е место среди 178 государств, в 2011 г. -143-е среди 182. Согласно докладу об уровне коррупции в мире, опубликованному Transparency International в 2010-2011 гг. аналогичное с Россией количество баллов набрали Таджикистан, Лаос, Папуа-Новая Гвинея, Кения, Конго-Браззавиль, Коморские острова[4].

Итоги противодействия коррупции пока неутешительные. В июле 2010 г. Д.Медведев признал, что объявленная им кампания по борьбе с коррупцией положительных результатов практически не дала: «Пока никаких значимых успехов в этом направлении я отметить не могу» Причиной такого положения в противодействии коррупции стала, на наш взгляд, то обстоятельство, что в масштабах государства оно не носит системного характера. По нашему мнению, борьба ведется не с социальным явлением, не с причинами, порождающими коррупцию в массовых масштабах, а с отдельными коррупционерами. Так, на федеральном уровне до недавнего времени не устранялись лазейки, способствующие ’’распилу” бюджетных денег, отсутствовали жесткие правила проведения тендеров по госзакупкам, что позволяло не только отдельным чиновникам, но и целым ведомствам ’’распиливать” расходную часть государственного бюджета. По утверждению К.Кабанова, председателя Национального комитета по борьбе с коррупцией, отдельные министерства представляют собой ’’систему распила бюджетных денег, один из основных секторов коррупционного рынка”

Под видом борьбы с коррупцией из системы исключаются люди, нацеленные на очень крупные взятки (”не по чину берешь”), и те, кто не берет их вовсе. Такие ’’белые вороны” удаляются во избежание ’’сбивания цен” или появления бесплатного оборота ресурсов. Кроме того, система удаляет тех, кто вольно или невольно ’’выносит сор из избы”.

Под предлогом ’’борьбы с коррупцией” из госструктур изгоняются люди, которые мешают совершению противозаконных сделок, на их место

оформляют ’’своих”. Такой процесс удаления из системы неугодных людей может быть обставлен очень красиво: информация о том, кто ’’берет”, появляется в СМИ, общество возмущено, власть ’’решительно наводит порядок в собственных рядах”, а в итоге решает иные задачи1.

Анализ коррупционных дел, по которым российские суды выносили обвинительные приговоры, показывает, что среди осужденных за коррупцию в масштабе страны подавляющее большинство составляют не чиновники разного уровня, а врачи, учителя, сотрудники ГИБДД и другие ’’мелкие сошки”. Так, по данным Верховного суда РФ, в 2010 г. чаще всего на скамью подсудимых за получение взятки попадали врачи (25%), работники ГИБДД (14%), государственные и муниципальные служащие (14%), сотрудники МВД (11%). Как правило, их ловили с поличным на взятке от 500 руб. до 10 тыс. рублей[5] .

За преступления коррупционной направленности в 2010 г. было осуждено 9 тыс. человек, из них за взятки - 1,9 тыс. человек. Однако из-за незначительности сумм большинство приговоренных (63%) отделались условным наказанием; к реальным срокам суды приговорили 25% фигурантов, к штрафам - около 12%.

По данным Департамента экономической безопасности МВД РФ, средняя сумма взятки только за последние полгода выросла на четверть и по итогам 2010 г. составила 61 тыс. руб. (против 23 тыс. руб. годом ранее). Если сотни клерков получали по 1-2 тыс. руб., а ’’средняя температура по больнице” - 61 тыс. руб., то, значит, кто-то брал гораздо больше. Где они, эти крупные взяточники? Какое наказание понесли? Однозначного ответа на эти вопросы нет.

По информации Оперативно-розыскного бюро №3 ДЭБ МВД РФ, которое занимается расследованием коррупционных преступлений с участием представителей исполнительной власти, органов местного

самоуправления и выборных органов власти, средняя взятка в 2010 г. достигла почти 6 млн. руб., что в 6 раз больше, чем в 2009 г.

По информации ВС РФ, за получение взятки на сумму в 1 млн. руб. и более были осуждены всего 35 человек, включая 10 действующих и бывших министров и их заместителей, 4 действующих и бывших заместителей губернаторов Амурской, Волгоградской, Курганской и Брянской областей. Не избежали уголовного наказания и 17 руководителей структурных подразделений федеральных органов власти, в том числе три руководителя УФНС по субъектам Федерации. Кроме того, благодаря усилиям правоохранителей удалось доказать факты коррупции, к которым причастны один депутат и четыре помощника депутатов Госдумы, четыре депутата законодательных собраний субъектов РФ, а также восемь глав муниципальных образований и четыре их заместителя[6].

С одной стороны, хорошо, что их преступления прекращены, с другой -обществу не сообщили о причинах, подвигнувших чиновников преступить закон. Кроме того, не было принято мер воздействия к тем, кто выдвигал и назначал этих людей на высокие посты, кто до сих пор проводит неэффективную кадровую политику.

Институты гражданского общества, в частности, региональные общественные палаты, фактически не занимаются пресечением антикоррупционной деятельности; в силу их самоустраненности как на региональном, так и на федеральном уровне степень коррупционности только возрастает.

Эту тревожную для общества тенденцию можно переломить, изменив несовершенное законодательство, повысив активность СМИ, приняв меры, направленные на активизацию гражданского общества. Ведь борьба против коррупции затрагивает интересы не только государства, но и каждого гражданина, общества в целом. В отличие от европейских стран механизмов общественного контроля за деятельностью государственных органов в России практически нет. Передача части функций государственных органов саморегулируемым организациям, а также иным негосударственным организациям, по существу, только провозглашается.

Негативную роль играет инертность самих граждан. В беседе с американскими предпринимателями в создаваемом наукограде ’’Сколково” Д.Медведев посетовал: ”... у нас коррупция, к сожалению, не считается постыдной, она является обыденной”. Судя по результатам соцопросов, наши соотечественники постепенно привыкают к коррупции, воспринимая ее как норму поведения. Так, по данным ФОМ (март 2008 г.), 54% россиян

терпимо относятся к тому, что должностным лицам приходится давать взятки. Опросы общественного мнения показывают, что почти две трети россиян давали взятки должностному лицу; 49,9% респондентов считают, что коррумпированность чиновничества у нас высокая; 53,8% полагают, что коррупцию в принципе невозможно победить; более 85% оценивает состояние коррупционной преступности в РФ как высокое и очень высокое. Большая часть населения не удовлетворена уровнем борьбы с коррупцией. При этом свыше 60% уверены, что вообще не имеют возможности хоть как-то влиять на власть и ее решения1.

Степень готовности населения к участию в мероприятиях по борьбе с коррупцией можно оценить как достаточно низкую: практически две трети населения не готовы к такой деятельности.

Симптоматично, что значительная часть молодежи прямо ориентирована на карьеру в органах власти, основной мотив - возможность обогащения и безбедного существования. В массовом сознании складывается стереотип, оправдывающий любые средства для достижения цели, в том числе противоправные и безнравственные, включая взятки ’’нужным людям”. Фактически на смену старшим приходит поколение ’’молодых циников”.

Тем не менее отчаиваться все-таки не стоит. Последние исследования социологов, проведенные в 2010-2011 гг., демонстрируют обнадеживающие изменения. Как показал опрос ’’Левада-Центра”, за последние десять лет существенно возросло количество россиян, которые упрекают власть в коррумпированности и работе исключительно в своих собственных интересах: в 2011 г. эту проблему выделили 20% респондентов против 7% в 2000 г.[7]

Результаты опроса, проведенного в России Transparency International свидетельствуют, что в отличие от прошлого года значительно выросло количество людей, готовых бороться с коррупцией: 52% респондентов твердо заявили, что готовы сообщить о факте взятки, в то время как год назад данный показатель составлял лишь 7%, а остальные сочли это бесполезным и опасным. Опасность, по мнению россиян, состоит в том, что человек, решившийся говорить о фактах коррупции вслух, а тем более обращающийся в правоохранительные органы, не может чувствовать себя защищенным.

За минувшие пять лет уверенность россиян в том, что они живут в насквозь коррумпированном обществе, значительно окрепла. При этом люди

все чаще говорят не столько о коррупции, ’’поразившей наше общество”, сколько о коррупции, ’’поразившей нашу власть”.

Если в США, Японии, Сингапуре и других странах чиновники обязаны отчитываться о всех своих доходах и расходах, то отечественные госслужащие подают декларации только о доходах. К специфике борьбы с коррупцией в России можно отнести и относительную мягкость уголовного наказания за неисполнение должностными лицами антикоррупционного законодательства.

Так, в Федеральном законе от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ ”0 противодействии коррупции” за искажение либо непредставление сведений о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера госслужащий подвергается только дисциплинарному взысканию. В США, странах Европы за это предусмотрено уголовное наказание. В ст.7 Закона содержится норма, направленная на развитие эффективных форм сотрудничества с правоохранительными органами, специальными службами и подразделениями финансовой разведки иностранных государств для ’’розыска, конфискации и репатриации имущества, полученного коррупционным путем и находящегося за рубежом”. Однако сама конфискация незаконно нажитого имущества в России не применяется. Недаром соответствующая норма международного права нашей страной не была ратифицирована.

  • [1] Послание Президента РФ Д.А.Мсдведева Федеральному Собранию 5 ноября 2008 г. //Российская газета.- 2008.- 6 ноября. 2 Официальный сайт президента РФ. Код доступа: http://www.kremlin.ru/news/9993 (Дата обращения - 28.12.2011 г.)
  • [2] Холмогорова В.. Не хватает воли И Ведомости, 2009, 8 октября.
  • [3] Рассчитывается независимой международной организацией Transparency International.
  • [4] Эти государства находятся в так называемой ’’зоне национального позора” И Российская газета. - 2010. - 26 октября; Интерфакс. РБК daily. Ежедневная деловая газета, http://www.rbcdaily.ru/ focus/opinion/5629499794411 lO.shtml 2 Гарбузняк А., Болотова О. Борьба с коррупцией деньгами //Сообщение ИТАР-ТАСС. 2010. 14 июля. 3 Этот вывод подтвердило следствие по делу о коррупции в Министерстве здравоохранения и социального развития РФ осенью 2010 г., когда ’’дело о томографах”, закупленных на бюджетные деньги, получило, наконец, судебную перспективу.
  • [5] Вот один из примеров. Глава г. Тулы А.Толкачева в марте 2011 г. обратилась с письмом к главе государства, в котором сообщала: ’’После моего отказа в сентябре 2010 г. участвовать в ’’серых схемах” присвоения муниципального имущества, то есть заниматься коррупцией, губернатор Тульской области В.Дудка настойчиво предложил мне подать в отставку ”по состоянию здоровья”, угрожая в случае моего отказа оказать всяческие меры воздействия, в том числе криминального, ко мне и членам моей семьи”. 29 февраля 2012 г. Главное следственное управление СКР сообщило о завершении расследования уголовного дела в отношении В.Дудки, обвиняемого в получении 40-миллионной взятки от корпорации ’’ГРИНН” // Алиса Толкачева требует отставки Вячеслава Дудки. http://www.piyaniki.org/view/article/9474/. 2 Завяз в песке// Российская газета. -2010.-18 ноября.
  • [6] Коррупционная карта России-2010// Профиль. - 2011. - 14 марта; http://www.profile.ru/items/ ?item=31832&page=3&comment= 1
  • [7] 2 Россияне упрекают правительство в коррупции и росте цен. http://www.rbcdaily.ru/2011/02/18/focus/562949979736940.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >