Структурно-функциональное состояние щитовидной железы и особенности обмена микроэлементов в организме человека

Концепция о ключевой роли йода в формировании структуры и функции щитовидной железы в настоящее время считается общепризнанной [4,64,76,80,85,344,354]. Вместе с тем, в доступной нам литературе встречаются сведения о том, что морфо-функциональное состояние щитовидной железы в той или иной мере зависит от поступления других эссенциальных (селен, цинк, медь) и токсичных химических элементов.

К хорошо изученным аспектам описываемой проблемы можно отнести роль йода и йодного дефицита в развитии патологии щитовидной железы, включая эмпирические и экспериментальные данные о патогенезе различных нарушений на уровне тиреоидной ткани и регуляторных механизмов в гипоталамо-гипофизарной нейроэндокринной системе [97,101,157,251,314,333].

Кроме того в литературе подробно описаны разнообразные биологические эффекты токсичных микроэлементов (в основном тяжелых металлов) на разных уровнях организации живого и вариантах экспозиции, в популяционных исследованиях и эксперименте. Накопление токсичных микроэлементов в организме человека и животных при этом чаще связывают с воздействием неблагоприятных факторов среды обитания (например, факторов промышленных производств).

В последние годы в литературе появились работы, связывающие токсическое действие ряда микроэлементов с развитием относительного дефицита йода в организме [49,100,199], что расценивается авторами в качестве возможного механизма развития патологии щитовидной железы.

В этой связи при формировании современных представлений о роли эссенциальных и влиянии токсических микроэлементов, а также внутренних факторов на состояние щитовидной железы и всей тиреоидной системы особую актуальность приобретает направленное изучение роли микроэлементных взаимодействий в формировании структуры и функции щитовидной железы. При этом на первый план выступают эмпирические и экспериментальные исследования, в которых оценка состояния щитовидной железы проводится на фоне многоэлементного анализа поступления в организм и накопления в нем эссенциальных и токсичных микроэлементов.

В последние два десятилетия многоэлементный анализ различных биосубстратов человека широко применяется для оценки различных патологических состояний, нутриентной обеспеченности организма, влияния неблагоприятных экологических факторов среды. Наиболее полные обобщения представлены в работах Н.А. Агаджаняна (2000), М.В. Велдановой (2000), А.В. Скального (2000), Л.Ф. Панченко (2004), О.В.Барановой (2005), Т.П. Бурцевой (2006) и ряде других. При этом наиболее значимыми работами, посвященными региональным особенностям накопления макро- и микроэлементов в организме человека, являются работы В.И. Зака (1967, 1972), В.М. Боева (1998, 2002), В.В. Утениной (1999), С.В. Нотовой (2005), Е.В.Плигиной (2004).

В частности, в наиболее полном для Оренбургского региона комплексном эколого-физиологическом исследовании элементного статуса жителей области выявлены региональные особенности накопления в организме ряда макро- и микроэлементов [127]. При этом показано широкое распространение в регионе гипоселеноза и гиперэлементоза по магнию, никелю, железу, марганцу, литию и кремнию. Подробно охарактеризованы возрастная динамика и гендерные различия в элементном составе волос и других биосубстратов человека. При анализе элементного статуса работников промышленных предприятий региона помимо профессиональных особенностей накопления ряда химических элементов в организме установлены конкурентные взаимоотношения между токсичными микроэлементами и макроэлементами. Наконец, в отношении причин возникновения гипер- и гипоэлементозов у жителей региона показана ключевая роль алиментарного фактора в развитии дефицита кальция, йода, селена и цинка.

Наиболее близкой к нашей работе по кругу исследуемых вопросов является работа Утениной В.В. (1999), посвященная проблеме развития диффузного нетоксического зоба в регионе. Так, в работе показана высокая распространенность и степень (легкая степень на основании показателя йодурии) йодного дефицита, также как и высокая частота встречаемости зоба (от 17 % до 43 %) среди детского населения Оренбургской области. Кроме того, на основании результатов многоэлементного анализа крови автором предложены подходы к выявлению группы риска по развитию зоба среди детей, основанные на количественной оценке дефицита эссенциальных (железо, кобальт, марганец и цинк) и избытка условно эссенциальных (никель) и токсичных (стронций) микроэлементов.

Указанные работы В.В. Утениной и С.В. Нотовой существенно расширили наши представления о региональных, возрастных и половых особенностях накопления микроэлементов в организме, а также о риске развития патологии щитовидной железы, обусловленном дисбалансом микроэлементов.

Вместе с тем, круг актуальных вопросов, затрагивающих биологическую роль микроэлементов (эссенциальных и токсичных) в формировании структуры и функции щитовидной железы, остается достаточно широким. В частности, слабо изучен феномен межэлементных взаимодействий, связанный с протиреоидными свойствами ряда эссенциальных (в первую очередь, цинка и селена) и антитиреоидными эффектами токсичных (свинца, кадмия, ртути и других) микроэлементов. Значение данного феномена с учетом алиментарного поступления микроэлементов и/или накопления вследствие неблагоприятных воздействий (профессиональный фактор) также недостаточно изучено. Наконец, актуальным остается исследование особенностей элементного статуса организма в связи с наличием структурных изменений в щитовидной железе и ее функциональным состоянием. Поиску ответов на перечисленные вопросы посвящена данная глава.

При анализе роли алиментарного фактора (подраздел 2.1) использованы результаты опроса 597 обследуемых, проведенного для определения суточного поступления макро- и микронутриентов с пищей. В данный контингент обследуемых вошли 384 учащихся колледжей и студентов Оренбургского государственного университета в возрасте от 15 до 23 лет, а также 213 взрослых человек в возрасте от 25 до 60 лет, работающих на промышленных предприятиях города Оренбурга.

Оценку нутриентной обеспеченности оценивали расчетным методом по анкетам, позволяющим определить среднесуточный рацион, и с использованием компьютерной программы «АСПОН-питание» (см. раздел 2). Среднесуточные уровни потребления макронутриентов (белки, жиры, углеводы, калорийность) сопоставляли с «нормами физиологических потребностей в пищевых веществах и энергии для различных групп населения» - адекватными уровнями потребления (АУП), установленными Приказом М3 №57-86-91 (1991). Среднесуточные уровни потребления макро- (Са, К, Mg, Р) и микроэлементов (Fe, Zn, Си, Мп, Cr, Se, I, Со) сравнивали с АУП, рекомендованными МР 2.3.1.1915-04 (2004).

Параллельно с оценкой нутриентной обеспеченности анализу подверглись и уровни накопления эссенциальных и токсичных микроэлементов и ряда других химических элементов в организме (подраздел 3.2). Базовым субстратом при этом были выбраны волосы - биосубстрат, адекватно отражающий среднесрочный уровень накопления большинства интересующих нас микроэлементов [176].

Исследование элементного состава волос проведено на значительно большей, по сравнению с анализом рационов питания, выборке людей (п=1310), включавшей 611 работников промышленных предприятий, 303 служащих, занятых в непроизводственной сфере, идентичных по полу и возрасту, а также 396 учащихся и студентов в возрасте от 15 до 23 лет. Работники промышленных предприятий были разделены на 3 группы в зависимости от характера производства: работники электроэнергетических предприятий (группа ЭЭП, п=121), рабочие промышленного производства, связанные с металлообработкой (ПП, п=190), рабочие химического производства, контактирующие в основном с углеводородными соединениями (ХП, п=179).

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >