Теоретические и методологические основания изучения межсекторного партнерства

Социальные взаимодействия, протекающие в течение определенного периода, превращаются в отношения, которые всегда более или менее значимы для субъектов-участников и в которых за субъектами закрепляются определенные роли и появляются некоторые правила взаимодействия. Социальные отношения в целом можно разделить на конвенциональные, нейтральные и конфликтные - поскольку устойчивые связи «всегда имеют заметную эмоциональную и оценочную составляющую, и сомнительно, можно ли вообще говорить о нейтральных отношениях». Партнерство (partnership) - это особый вид конвенциональных отношений, основанных на устном или письменном договоре. Но партнерство - еще и определенный характер отношений, основанных на доверии. В самом широком смысле партнеры, которыми могут выступать индивиды или организации (страны, ведомства и другие социальные структуры), - это участники общего дела, объединяющие свои ресурсы для выполнения общей деятельности на основании доверия и договоренности. С одной стороны, партнеры удовлетворяют социальную потребность в совместной деятельности и общении (отсюда идентификация себя в качестве партнера), с другой - объединяются для достижения целей, достичь которые не под силу им в отдельности. Поэтому партнерство следует рассматривать и как естественную форму конвенциональных отношений, и как средство достижения этих целей. Итак, партнерство характеризуется: 1) согласием, взаимностью, доверием; 2) общим делом (организацией совместной деятельности); 2) общей целью («высокой» мотивацией); 3) идентичностью (каждый понимает, что он партнер); 4) взаимной ответственностью; 5) наличием договорен-ности/договора; 6) добровольностью и соблюдением принципа свободы выбора. Кроме того, говоря о партнерстве, можно отмечать его степень: сильную или слабую, а также учитывать сферу отношений, в которых оно заключается: партнерство в игре, в браке, в бизнесе, в политике. Не случайно в данном перечне отдельно следует выделять «социальное партнерство». В условиях развития гражданского общества данный термин прижился в российской практике решения социальных вопросов, однако, используя его, многие забывают, что он ангажирован в практике трудовых отношений.

Действительно, сегодня существует два подхода к пониманию «социального партнерства», которые во многом пересекаются. Один из них, тред-юнионистский (профсоюзный), связан с проблемами разрешения конфликтов в сфере трудовых отношений, он раскрывает взаимодействие работодателей, наемных работников и профсоюзов. Второй - более широкий - связан с развитием межсекторных взаимодействий в социальной сфере и подразумевает под собой конструктивное взаимодействие организаций трех секторов для решения социальных проблем в пользу населения и территории, где оно разрабатывается и реализуется. Чтобы не путать «социальное партнерство» в его тред-юнионистском понимании, в рамках второго подхода появился термин «межсекторное социальное партнерство».

В рамках тред-юнионистского подхода социальное партнерство понимается как система институтов и механизмов согласования интересов участников производственного процесса: работников и работодателей, основанная на равном сотрудничестве. Развитие социального партнерства в его различных формах - важная составная часть процесса усиления социальной направленности современной рыночной экономики, ее социализации. В системе социального партнерства интересы работников представлены, как правило, профсоюзами, интересы работодателей - союзами предпринимателей. В так называемом трипартистском варианте третьим непосредственным участником процесса согласования интересов выступает государство, которое одновременно является гарантом выполнения принятых соглашений. Согласование интересов достигается путем переговорного процесса, в ходе которого стороны договариваются об условиях труда и его оплате, о социальных гарантиях работникам и их роли в деятельности предприятия. Развитие системы социального партнерства создает возможность достижения относительного баланса интересов работников и работодателей на основе сотрудничества, компромисса, т. е. ведет к социальному консенсусу. Оно служит действенным инструментом сочетания экономической эффективности и социальной справедливости. В индустриально развитых странах социальное партнерство принимает различные формы. Так называемая корпоративистская система предполагает использование специальных органов, процедур и механизмов. Она получила распространение в Австрии, Швеции, Японии, Швейцарии, Нидерландах и др. В Австрии, например, социальное партнерство реализуется посредством широкой сети консультативных советов и комитетов, паритетных комиссий - как на общенациональном, так и на отраслевом уровнях. В странах, где спе циальные институты социального партнерства отсутствуют, действует так называемая плюралистическая система (Великобритания, США, Канада). Здесь согласование противоречивых интересов осуществляется на уровне всего общества с помощью обычного политического процесса (партий, парламентов, профсоюзов) и развития сотрудничества работников и работодателей на уровне отдельных компаний. Международная организация труда определила «социальное партнерство» как «осознанную цивилизованными предпринимателями, цивилизованными профсоюзами и прогрессивными государствами необходимость в сохранении мира и прогресса»[1].

Анализ научных публикаций, посвященных проблематике социального партнерства вообще (а не только тред-юнионистского), позволяет сделать вывод о том, что в последнее время в них указывается на ограниченное понимание феномена. Так, в работах В.А. Михеева социальное партнерство характеризуется как «цивилизованная форма общественных отношений в социально-трудовой сфере, обеспечивающая согласование и защиту интересов работников, работодателей (предпринимателей), органов государственной власти и местного самоуправления путем заключения договоров, соглашений и стремления достижению консенсуса, компромисса по важнейшим направлениям социально-экономического и политического развития». В.А. Михеев рассматривает органы власти не только как посредников между работниками и работодателями, но и как самостоятельных носителей интересов в системе взаимодействия, а в его определении четко прослеживается рассмотрение всего спектра вопросов социально-экономического и политического развития общества. Тем самым отчетливо наметился выход за рамки трудовой сферы даже в тред-юнионистском подходе. Сторонники тред-юнионистского варианта утверждают, что создание постоянно действующих групп в рамках Генерального соглашения позволяет решать социальные (и «связанные экономические») проблемы, выходящие за рамки трудовых отношений. К таким проблемам относят экономическую политику, развитие рынка труда, доходы и уровень жизни населения, социальное обеспечение и

социальное страхование, охрану труда и экологическую безопасность, социальную защиту населения и развитие системы социального партнерства[2].

Между тем, наблюдается расхождение между декларированными функциями тред-юнионистского социального партнерства и тем, как они реализуются. Как отмечает В.Н. Якимец, «за последние годы мы стали свидетелями того, как при наличии разных соглашений, комиссий и групп, происходит безнаказанная задержка выплат зарплаты, пособий и пенсий, как на приватизированных предприятиях «отсекается» все или многое, что связано с «социалкой», как снимаются с «довольствия» детские учреждения и школы». Видимо, социального партнерства в его традиционном варианте «хватало» для определенного этапа развития общества. «Профсоюзное» партнерство представляло собой работающий механизм в соответствующих социально-экономических отношениях, однако можно предположить, что если общество развивается, то и механизмы объединения социальных субъектов для решения социальных проблем тоже изменяются. Поэтому не следует рассчитывать на то, что данный традиционный подход к социальному партнерству способен обеспечить глобальный охват всей современной социальной сферы.

Очевидно, что на современном этапе развития общества за термином «социальное партнерство» начинает закрепляться иное понимание. Отход от тред-юнионистских традиций породил разнообразные синонимичные термины: «многосторонний диалог», «многостороннее управление», «многосекторные партнерства», «партнерства трех секторов», «общественно-частные партнерства», «новые социальные партнерства», «глобальные сети публичной политики» и многие др. Причем иногда разные термины употребляются одновременно в одном документе, следствием чего является острая необходимость большей ясности и терминологической строгости.

В процессе анализа концепции многосторонних партнерств (МСП -multi-stakeholder partnerships, MSPs) А.Н. Михеев отмечает, что «межсекторные партнерства крайне широко различаются с точки зрения целей, масштабов, сложности, уровня деятельности (от локального

до глобального), размера и разнообразия партнеров»[3]. Они имеют дело с самыми разнообразными проблемами, многие из которых связаны с вопросами устойчивого развития, но могут касаться и любых других проблем, требующих внимания заинтересованных сторон. Межсекторные партнерства вовлечены как в процесс определения повестки дня (определение цели), так и в осуществление принятых решений. Они могут существовать на местном, национальном и глобальном уровне, а некоторые партнерства действуют одновременно на нескольких уровнях. Сроки деятельности межсекторных партнерств также различны: от «однократных событий до процессов, длящихся несколько лет». Наконец, «межсекторные партнерства могут включать в себя разное количество заинтересованных сторон и потому отличаются по степени разнообразия, причем увеличение разнообразия как предоставляет новые возможности, так и означает появление новых вызовов». В результате термин «межсекторное социальное партнерство» может быть обозначен как особый вид взаимоотношений между партнерами, в которые они вступают для эффективного достижения целей устойчивого человеческого развития, т. е. мы имеем дело с максимально расширенным понятием.

В то же время в зарубежной литературе изначально под понятием «межсекторное социальное партнерство» понималось сотрудничество между частными предприятиями, т. е. партнерство рассматривалось в рамках так называемой теории межорганизационных отношений, которая стремилась объяснить партнерство как сотрудничество, основной целью которого является достижение взаимно выгодных целей организаций одного и того же сектора (например, DiMaggio and Powel, 1983; Fombrum and Astley, 1983; McCann, 1983; Schermerhorn, 1975; Whetted, 1981). Позже под межсекторным партнерством стало рассматриваться сотрудничество между государственным и частным сектором, общеизвестное в научной литературе как «государственночастное» партнерство (Miller and Ahmad, 2000; Rowe and Devanney, 2003; Moon, 2004). Сегодня в зарубежной литературе межсекторное

социальное партнерство чаще всего трактуется как сотрудничество между правительственными организациями, бизнес-корпорациями и некоммерческими организациями, целью которого является достижение устойчивого развития территории[4] . Например, Майкл Уорнер и Пол Гринер предлагают следующее определение межсекторного социального партнерства: «Союз между сторонами, представляющими правительство, бизнес, гражданское общество, в котором стратегически объединяются ресурсы и способности каждой из сторон, способствующие устойчивому развитию, и которое основано на принципах разделения рисков, затрат и общей выгоде». Партнерство трех секторов представлено как новая структура общества, готовая само-организовываться и отвечать на основные социальные проблемы и вопросы. Основной принцип, лежащий в основе организации этой структуры, заключается в том, что ни один из секторов не может и не должен доминировать в общественной жизни. Основания - ни один из секторов не имеет достаточно ресурсов и не в состоянии решить проблемы современного социума.

Большой вклад в рассмотрение вопросов в области межсекторного партнерства внес Питер Драк. В рамках его трехсекторной модели правительственный сектор обеспечивает согласие, издает указы и претворяет их в жизнь, а также распределяет богатство; коммерческий сектор создает богатство, обеспечивая продуктами и услугами общество; некоммерческий сектор стремится изменить человеческую жизнь. В связи с таким распределением на правительство нельзя смотреть как на единственный субъект в решении социально-экономических проблем. Ответственность должна лежать на всех трех секторах, каждый из которых играет свою роль, но при этом они должны работать скоординированно.

Известная американская публицистка в области межсекторного взаимодействия С. Ваддок рассматривает партнерство как обязательство бизнес-корпорации или группы корпораций работать с организациями из различных экономических секторов (правительственного и некоммерческого). Оно включает требование объединения ресурсов от всех организаций партнеров, что экономит время и усилия людей. Кооперация секторов становится возможной при понимании, что проблемы затрагивают всех. Например, если обозначенная проблема может быть определена, по крайней мере, частично - как социальная проблема, и ее решение принесет выгоду всем партнерам. Такое социальное партнерство обращается к проблемам, которые простираются за рамки организационных границ и традиционно лежат в пределах области государственной социальной политики. Все это требует активной, а никак не пассивной, причастности всех сторон: участники должны прийти к ресурсному обязательству, которое больше чем просто денежно-кредитные отношения[5]. Отметим, что подход, предложенный С. Ваддок, характеризует многие стороны партнерства. Однако в ее определении социального партнерства ничего не говорится о мотивах и движущих силах, которые заставляют организации и людей вступать в партнерство. Этот пробел закрывает другая группа авторов, Уильсон и Чарлон, которые указывают на важность мотивации и также отмечают, что «партнерство позволяет достигнуть цели, которую ни одна организация не может достигнуть в одиночку».

Таким образом, в зарубежной науке межсекторное социальное партнерство рассматривается как новая модель управления, основной акцент в которой сделан не на соревнование между секторами, а на их сотрудничестве. Однако, чтобы не идеализировать данную модель, следует признаться, что в настоящий момент мы наблюдаем процесс, в ходе которого различные социальные субъекты (относящиеся к обозначенным секторам) ищут возможности успешного взаимодействия, приходя к пониманию важности объединения усилий.

Среди отечественных авторов наибольший вклад в интерпретацию понятия «межсекторное социальное партнерство» внес В.Н. Якимец. Под социальным партнерством он понимает «конструктивное взаимодействие организаций из двух или трех секторов (государство, бизнес,

некоммерческий сектор) при решении социальных проблем, обеспечивающее синергетический эффект от “сложения” разных ресурсов и “выгодное” каждой из сторон и населению»[6]. По мнению В.Н. Якимца, впервые концепция межсекторного социального партнерства (cross sector partnership) в России была очерчена коллективом исполнителей проекта «Социальное партнерство», выполненного при поддержке Международного совета по исследованиям и обменам (АЙРЕКС) в Томске и Иркутске в 1994-1995 годах. В ходе выполнения этого проект была предпринята попытка выявления истоков межсекторного партнерства и заложены начала российской концепции. После 1996 года начинается этап просветительской работы: в российских регионах проводятся образовательные мероприятия, на которых разъясняются сущность и возможности межсекторного социального партнерства, анализируется ситуация в регионах, появляются новые идеи. Соответственно, в 1997 году был опубликован ряд теоретических и методологических работ, в которых была предпринята попытка рассмотреть правовые аспекты взаимодействия общественных объединений, органов местного самоуправления, государственной власти и бизнес-структур, а также дать характеристику создаваемых механизмов межсекторного социального партнерства. Так, в работе «Социальные технологии межсекторного взаимодействия в современной России» авторы предложили рассматривать социальное партнерство через совокупность взаимосвязанных и выстроенных в определенной последовательности методов решения социальных проблем путем реализации контактов между институтами, сформировавшимися в ходе человеческой деятельности в различных ее областях. Отметим, что вряд ли можно считать социальное партнерство «совокупностью методов», но вне всяких сомнений оно (или заложенное в нем специфическое взаимодействие) представляет собой механизм решения социальных проблем в условиях сформированного

гражданского общества и наличия определенного уровня социальных институтов. Более того, межсекторное социальное партнерство само может рассматриваться как социальная практика.

В своей статье «Анализ государственной политики в области содействия гражданским инициативам с описанием возможных сценариев развития» О. Алексеева отмечает, что «социальное партнерство - этот многоплановый общественный феномен - связано не только с многовариантностью форм общественного устройства, но и с определенными этапами развития, в частности рабочего движения, его зрелостью. Эти процессы отражают не только реакцию господствующих классов на “социальный вызов” масс, но и новые закономерности в развитии современной цивилизации». Несмотря на то что данный тезис касается скорее тред-юнионистского варианта социального партнерства, она права в том, что именно зрелость социальных субъектов определяет готовность к партнерским отношениям. При этом зрелость - это качественный показатель состояния общества и его субъектов, зрелость - это то, что достигается (т. е. требует вполне определенного времени, раньше которого качественные преобразования не наступают).

Однако необходимо вспомнить, что процесс институционализации социальных практик, таких как межсекторное социальное партнерство, не сводится только к готовности социальных субъектов и общества в целом, он походит через структурацию: появлению норм, распределению ролей, формированию организаций с определенными функциями. Это объясняет, почему вопросу нормативного закрепления правил взаимодействия в межсекторном социальном партнерстве на первом этапе внедрения уделяется так много внимания. Так, Н.Л. Хананашвили настаивает на том, что социальное партнерство должно осуществляться в рамках действующего законодательства и быть направлено на улучшение нормативно-правовой базы проведения социальной политики. В связи с этим межсекторное социальное партнерство рассматривается им как «конструктивное взаимодействие представителей всех трех секторов любого общества (государственного, коммерческого и неприбыльного (некоммерческого)) при решении социально значимых проблем, осуществляемое в рам

1

Алексеева О.П. Анализ государственной политики в области содействия гражданским инициативам с описанием возможных сценариев развития / О.П. Алексеева // Некоммерческие организации в России. - 2005. - № 6. -С. 35.

ках действующего законодательства и направленное на улучшение нормативно-правовой базы проведения рациональной социальной политики»[7].

Проблема партнерства в целом (даже безотносительно к нашей проблематике как формы конвенциональных отношений) непосредственно связана с вопросом урегулирования противоречий и согласования интересов. Партнерство - та форма взаимодействий, которая поддерживает мирные отношения в обществе, создает баланс сил, профилактируя конфликтные ситуации. Более того, партнерство может быть способом выхода из ситуации противоборства. Не случайно В.Н. Якимец, изучая межсекторное партнерство, обращается к конфликтологическому подходу. С его точки зрения, «конфликтологическая парадигма, примененная к описанию межсекторного партнерства, может дать продуктивный результат в понимании сложности, амбивалентности, часто разнонаправленности взаимодействия бизнеса, государства и некоммерческих организаций, поскольку позволяет четко зафиксировать качественные характеристики субъектов и особенности их взаимоотношений. Исходной точкой такого взаимодействия, согласно конфликтологическому подходу, будет, прежде всего, определенная совокупность противоречивых отношений, существующих объективно, заданных социальной природой взаимодействующих субъектов - государства, бизнеса, НКО». Исследователи полагают, что потенциальный конфликт может трансформировать существующие противоречия между государством, бизнесом и некоммерческим сектором либо в деструктивную форму взаимодействия, либо в «конструктивно-позитивную, способствующую от манифестации конфликтных позиций, минуя стадию эскалации и обострения кон-фронтационности, перейти к поиску механизмов согласования интересов, потребностей, ценностей».

Сосредоточиваясь на консенсуальных аспектах взаимодействий крупных организационных систем, каковыми и являются обществен

ные секторы, данный подход игнорирует естественную тенденцию любой социальной системы порождать внутренние противоречия, которые и являются основным источником изменений как самих систем, так и общества в целом. Поэтому, если мы хотим использовать социальное партнерство как реальный инструмент преодоления возникающих общественных противоречий, необходимо осознать, изучить и систематизировать те противоречия, которые и определяют характер текущего момента общественного развития и социальные процессы, протекающие, в частности, в сфере межсекторных взаимодействий.

В этом плане представляется перспективным анализ феномена межсекторного взаимодействия через призму теорий социальных изменений, в частности теории социального конфликта, тем более что в последние годы, вслед за осмыслением практики социального партнерства как института конфликторазрешения в социально-трудовой сфере, наблюдается тенденция осмысления феномена межсекторного партнерства в рамках конфликтной парадигмы. Межсекторное партнерство рассматривается как способ преодоления противоречий и согласования интересов сторон в процессе конфликтного взаимодействия, в рамках которого в ходе борьбы и многократного согласования правил взаимодействия вырабатывается особая идеология и нормативная система.

Учитывая, что собственно открытые конфликтные проявления на уровне межсекторных взаимодействий проявляются слабо и носят в большей степени латентный характер, было бы неверным сосредоточиться только на анализе феномена конфликта, необходимо выявление и осмысление их глубинных причин и лежащих в основе противоречий, ведь сами конфликты в конечном счете представляют собой порождение и проявление объективно существующих социальных противоречий. И хотя в конфликтах даже на макроуровне противоречия всегда субъективизированы, анализ и управление конфликтом невозможно без глубокого анализа объективных глубинных противоречий, лежащих в основе любого напряжения или конфликта, поскольку именно в них заложены возможности как для модернизации государственного управления, так и для развития общества.

Исследователи полагают, что, что потенциальный конфликт может трансформировать существующие противоречия между государством, бизнесом и некоммерческим сектором либо в деструктивную форму взаимодействия, либо в «конструктивно-позитивную, способствующую от манифестации конфликтных позиций, минуя стадию эскалации и обострения конфронтационное™, перейти к поиску механизмов согласования интересов, потребностей, ценностей»[8].

Действительно, как только российские НКО и бизнес становятся активными участниками социальной политики и «заходят на территорию», традиционно в патерналистской парадигме принадлежавшую государству, конфликт становится неизбежен. У каждого из потенциальных участников межсекторного партнерства есть свои интересы и понимание, как решать социальные проблемы, но нет опыта взаимодействия. В этих условиях можно предположить, что даже с учетом готовности взаимодействовать непонимание может приводить к конфликтам и более того, «отбить» у участников желание сотрудничать. Последнее заставляет нас обратить внимание на то, что, если бы межсекторное социальное партнерство мыслилось как простая сумма периодически возникающих взаимодействий, то, наверное, на первом же этапе развития сама идея оказалась бы дискредитированной. Мы же говорим о новой социальной практике, или же структуре, которая встраивается в социальные отношения и заявляет о своем функциональном потенциале.

С точки зрения структурно-функционального и системного подходов социальная система представляет собой целостный комплекс взаимосвязанных элементов, находящихся в функциональных связях друг с другом в течение определенного времени. За определенный срок успевает сформироваться механизм, воспринимаемый социальными субъектами как естественно существующий. Чтобы говорить о межсекторном партнерстве как о целостной системе и, соответственно, подсистеме общества, необходимо понять, какие именно функции выполняет каждый из секторов и какая функция закрепляется за партнерством как структурой общества. Кроме того, специфика межсекторного партнерства как целостной системы/структуры заключается в ее «секторном» характере. В известной теории секторов (Sector Theory) существует представление о трех агрегированных секторах экономики - первичного, вторичного и третичного. Основы теории секторов заложил Колин Кларк в работе

«Условия экономического прогресса», изданной в 1940 г. Однако данная теория описывает систему экономики, где основным результатом деятельности секторов является экономическое развитие, а основными критериями выступают экономический рост и прибыль. Сектор в такой системе строго ограничен, поэтому для решения задач, выходящих за его границы, требуется объединить усилия с другими секторами. В свою очередь, такое устройство структуры предполагает, что основную роль в объединении и создании системы начинают играть специально созданные механизмы. Без них сектора будут только секторами и никогда не смогут объединяться.

Это относится и к межсекторному партнерству, но только в межсекторном социальном партнерстве объединение ресурсов происходит ради решения острых социальных проблем. Кроме того, сектора абсолютно равнозначны, т. е. выделить какой-то из них можно только ситуативно (в конкретной ситуации), принципиально же это сделать не только невозможно, но и неправильно и вредно с точки зрения эффективного менеджмента. Это нарушит сущность межсекторного партнерского объединения. Необходимо также учитывать тот факт, что государственный, коммерческий и некоммерческий сектора очень сильно различаются по своим системным функциям, по принципам и ценностям, лежащим в основе поведения включенных в них социальных субъектов и, наконец, в нормах и поведенческих стереотипах. Все три сектора принадлежат разным сферам жизнедеятельности человека: государственный - политической сфере; коммерческий - в экономической; некоммерческий -может относиться к различным сферам, но представляет собой структуру гражданского общества. Даже если вспомнить основные сверхзадачи выделенных секторов, мы обнаружим существенную разницу: государственный сектор, в первую очередь, заинтересован в удержании власти; коммерческий - в получении прибыли; некоммерческий/негосу-дарственный - в развитии сил гражданского общества и объединении усилий граждан для решения социальных проблем. При всем этом существенными характеристиками межсекторного социального партнерства являются целостность и интеграция структурных элементов, которая обеспечивается единством целей взаимодействия и общими ценностями. Особую роль в данной ситуации играют ценности (к которым мы еще вернемся), поскольку именно они способны мотивировать разные по всем параметрам сектора к совместной деятельности.

1

Clark С. Conditions of Economic Progress / Colin Clarck. - London: LSE, 1939,-554 p.

Для того чтобы межсекторное партнерство стало возможным, общество должно «созреть», т. е. каждый из секторов должен достичь определенного уровня, а общество в целом должно измениться в каждой из своих подсистем. В принципе, межсекторное партнерство - это социальное явление, генезис которого мы наблюдаем именно сейчас, хотя корни можно обнаружить и в более ранние эпохи. Другими словами, как и любая социальная (сложная) система, межсекторное социальное партнерство развивается от простых форм (взаимодействий государства и граждан, государства и бизнеса по решению каких-либо социальных проблем) к сложным (трехстороннему взаимодействию в рамках социальных проектов и программ). Такое развитие определяется как процесс, который должен проходить на фоне определенного контекста (условий), включать внешние и внутренние факторы и исторически выстраиваться через определенные этапы («яблоко всегда должно созреть»). Контекстом по отношению к развитию межсекторного партнерства выступает: в широком смысле - развитие общества; в более узком - развитие гражданского общества. В связи с этим уровень развития межсекторного социального партнерства зависит от уровня развития общества и, соответственно, от уровня развития гражданского общества.

Особое значение для развития межсекторного социального партнерства приобретает гражданское общество. Именно этот, узкий по отношению к обществу, контекст содержит множество «питающих» систему межсекторного партнерства элементов: гражданские ценности, структуры институтов гражданского общества и социальные практики (например, волонтерская деятельность). При этом понятие гражданского общества относится к категориям, «ускользающим» от четкого определения, что в последнее время раздражает научное сообщество. Проблема заключается в том, что от идеалистических представлений о том, каким образом социальные субъекты вне привлечения государственных структур могут решать свои проблемы, социальные науки переходят к моделированию социальных явлений и проектированию действий для усовершенствования социальной сферы. Такого рода категории, как «гражданское общество», нелегко определяются, поскольку в них присутствует излишняя «зона» неопределенности. Так, существует мнение, что гражданское общество - это «своего рода социальное пространство, в котором люди связаны и взаимодействуют между собой в качестве независимых как друг от друга, так и от государства»[9]. Р.М. Мусаев считает, что гражданское общество можно интерпретировать в зависимости от контекста: во-первых, как сферу всех интересов индивида; во-вторых, как сферу общественных интересов; в-третьих, как систему общественно-государственного устройства, позволяющую наиболее полно осуществлять все интересы (поскольку свобода является исходной предпосылкой осуществления интересов индивида). В данной работе мы будем интерпретировать «гражданское общество» достаточно широко: как сообщество с высокой степенью самоорганизации, состоящее из полноправных, равноправных и активных граждан, основывающееся на принципах свободы и социального участия, развивающееся при условии поддержки государством гражданских прав и свобод.

Действительно, уровень развития гражданского общества напрямую зависит от уровня развития государства. При всем том, что гражданское общество противостоит государству с его бюрократической организацией, это два взаимозависимых социальных сектора, нуждающихся друг в друге (и даже при тоталитарном политическом режиме). Известно, что формирование гражданского общества сопровождается становлением правового государства, которое в общих чертах сводится к следующему:

  • 1) к обеспечению и защите прав человека: соблюдению достоинства и свобод человека; умению пользоваться этой свободой; уважению чести и достоинства других людей; цивилизованному отношению между социальными субъектами;
  • 2) к власти закона, представляющей систему управления и регулирования взаимоотношений в обществе через установление и применение соответствующих законов.

Таким образом, можно утверждать, что партнерские отношения между секторами (здесь - государственным и некоммерческим) возможны только, если их уровни развития совпадают. По мере разви-

1.1. Теоретические и методологические основания изучения межсекторного партнерства 27 тия государства и гражданского общества распределяются и функции между ними. В связи с этим накопление функционального потенциала гражданского общества - процесс постепенный, он выстраивается в результате неизбежного взаимодействия государственных структур и институтов гражданского общества.

Функции гражданского общества, в первую очередь, сводятся к выражению интересов граждан и посредничеству между гражданами и государством. Кроме того, гражданское общество выполняет функцию контроля за реализацией государством прав человека. И.В. Тихомиров считает, что «гражданское общество выполняет функцию сцепления социума, соединения частного и всеобщего интереса, посредничества между личностью и государством. Оно, с одной стороны, является полем, на котором развертывается борьба между разнонаправленными интересами и осуществляется компромисс между ними, с другой - в форме гражданских ассоциаций и движений является активным фактором этого процесса»[10]. Таким образом, гражданское общество постоянно напоминает государству, что помимо вопросов власти есть еще и социальные вопросы, которые необходимо решать.

Индикатором уровней развития государства и гражданского общества, с которого, собственно, они могут перейти к активному взаимодействию, может считаться появление понятия «гражданское общество» в нормативных и отчетных документах. Так, в проекте доклада Общественной палаты Российской Федерации гражданское общество определяется как «совокупность общественных институтов, непосредственно не включенных в структуры государства и позволяющих гражданам и их объединениям реализовывать свои интересы и инициативы». Из текста данного и других документов следует, что государство понимает, что такое «гражданское общество», и признает в нем партнера. При этом речь идет не об эфемерном образовании,

а о коллективном социальном субъекте, включенном в систему социального управления. Это дает основания говорить о вполне реальном взаимодействии/взаимодействиях между государством и гражданским обществом.

Эволюция общества в целом, проходящая через процессы дифференциации и интеграции, предполагает, что в межсекторном партнерстве должны быть развиты все три сектора: государственный, некоммерческий и коммерческий. Наряду с взаимодействиями государства и гражданского общества (некоммерческого сектора) выстраиваются взаимодействия между государством и бизнес-сообществом, а также гражданским обществом и бизнес-сообществом. Подключение третьего партнера значительно усиливает позиции межсекторного партнерства. Но если для гражданского общества и государства забота о социальном благополучии относится к их функциональной принадлежности, то бизнес-сообщество не имеет к этому прямого отношения. Тем не менее от усилий и стратегий бизнес-сообщества зависит уровень экономического благополучия в обществе, поэтому поддержка коммерческого сектора обеспечивает эффективные действия в отношении решения социальных проблем.

В реальных ситуациях три сектора: государственный, некоммерческий и коммерческий - не всегда объединяют свои усилия и совместно решают социальные проблемы, тем не менее практика объединения существует, и она становится все более устойчивой. Последнее позволяет говорить, что социальная практика межсекторного социального партнерства постепенно институционализируется. В соответствии с Т. Парсонсом, если социальные действия регулируются нормативно и обеспечиваются культурными образцами поведения, можно говорить о тенденции институционализации. Поскольку социальный институт является более устойчивой формой функционирования социальной системы, то любая система, в том числе и межсекторное социальное партнерство, должна «дорасти» до этого уровня. Процесс перехода системы в более устойчивую ее форму -есть процесс институционализации. Для каждого отдельного общества, в его национальной форме, процесс институционализации межсекторного социального партнерства - есть процесс индивидуальный, обладающий своими особенностями. Ясно одно: если речь идет

1

The 2003 NGO Sustainability Index for Central and Eastern Europe and Eurasia // USAID - NY: USAID, 2004.

об институционализации практик объединения (партнерства), то все три сектора должны иметь институциональный характер, а практики взаимодействия между секторами также должны быть хабитуциона-лизированы («опривычены»).

Использование термина «социальный институт» связано с обозначением процессов разного рода упорядочения, формализации и стандартизации общественных связей и отношений. При рассмотрении межсекторного социального партнерства в рамках институционального подхода мы можем выделить: совокупность организаций государственного, коммерческого и некоммерческого секторов; направления деятельности и функциональные структуры, а также нормы и правила регулирования партнерства (закрепленные в правовой и неправовой форме).

Все вышесказанное позволяет эксплицировать содержание понятия «межсекторное социальное партнерство» как социальную систему, представляющую собой конструктивное взаимодействие трех основных структур: государственных, коммерческих и некоммерческих - добровольно объединяющих свои ресурсы в целях улучшения социального самочувствия общества. С другой стороны, эти три структуры могут быть рассмотрены как три коллективных актора, при определенных условиях приобретающих форму коллективного субъекта управления социальной сферой. В результате развития (институционализации) данная система может приобретать более устойчивую и совершенную форму социального института.

  • [1] Якимец В.Н. Межсекторное социальное партнерство: возможности и ограничения / В.Н. Якимец. - М.: РОО «Содействие сотрудничеству Института им. Дж. Кеннана с учеными в области социальных и гуманитарных наук», 2001.-С. 24. 2 Михеев В.А. Основы социального партнерства: теория и политика / В.А. Михеев. - М.: Экзамен, 2001. - С. 129. 3 Там же. - С. 144.
  • [2] Якимец В.Н. Социальное партнерство в России: исследования, механизмы, опыт / В.Н. Якимец // Всероссийская конференция «Социальное партнерство. Российский опыт». - СПб., 2000. 2 Там же.
  • [3] Михеев А.Н. Многосторонние партнерства: определение, принципы, типология, процесс осуществления / А.Н. Михеев // Информационное общество. - М.: ИРИО, 2005. - № 3. - С. 22. 2 Там же. 3 Собчук Н.В. Основные подходы к интерпретации понятия межсекторного социального партнерства в современном мире / Н.В. Собчук // Научный вестник УрАГС. - Екатеринбург: УрАГС, 2008. - № 5. - С. 36.
  • [4] Там же. 2 Multi-Stakeholder Partnerships // Информационный портал GKP [Электронный ресурс]. - Электронные данные. - 2008. Режим доступа: http://www. globalknowledgepartnership.org/gkp/index.cfm/pageid/256/Home/Programme/ Publications. 3 Философия / под ред. В.Н. Лавриненко, В.П. Ратникова. - М.: Юнити-Дана, 2004. - 622 с. 4 Skrzeszewski S.A new vision of community and economic development: a multidimensional convergence of government, business, and the social sectors with the Internet / S. Skrzeszewski, M. Cubberley // Информационный портал [Электронный ресурс]. - Электронные данные. - 2008. - Режим доступа : http://www.jourssa.ni/2005/3/4aIvanov.pdf.
  • [5] Waddock S. Building Successful Social Partnership I S. Waddock // Sloan Management Review. - Massachusetts : Massachusetts Institute of Technology, -1988.-№ 4 (Vol. 29).-C. 21. 2 Wilson A., Charion K. Making partnership work II Washington: J. Roundtree Foundation, 1998.- № l.-C. 10.
  • [6] Якимец В.Н. Межсекторное социальное партнерство : возможности и ограничения / В.Н. Якимец. - М.: РОО «Содействие сотрудничеству Института им. Дж. Кеннана с учеными в области социальных и гуманитарных наук», 2001.-С. 4. 2 Якимец В.Н. Социальное партнерство в России: исследования, механизмы, опыт / В.Н. Якимец // Всероссийская конференция «Социальное партнерство. Российский опыт». - СПб., 2000. 3 Осипов Е.М. Социальные технологии в межсекторном взаимодействии / Е.М. Осипов // Вестник Московского университета. Серия 21. Управление (государство и общество). - М.: МГУ, 2005. - № 4.
  • [7] Межсекторные взаимодействия (методология, технологии, правовые нормы, механизмы, примеры): Альманах / под общ. ред. Н.Л. Хананашвили. -М.: Российский благотворительный фонд НАН, 2002. - С. 164. 2 Якимец В.Н. Межсекторное социальное партнерство (государство -бизнес - некоммерческие организации) / В.Н. Якимец. - М.: ГУУ, 2002. - С. 48. 3 Якимец В.Н. Межсекторное социальное партнерство : возможности и ограничения / В.Н. Якимец. - М.: РОО «Содействие сотрудничеству Института им. Дж. Кеннана с учеными в области социальных и гуманитарных наук», 2001.-С. 28.
  • [8] Ветров Г.Ю. Оценка муниципальных программ / Г.Ю. Ветров, Д.В. Виз-галов, М.В. Пинегина. - М.: Фонд «Институт экономики города», 2003. -С. 28. 2 Общетеоретические проблемы социологии И Социология сегодня: Проблемы и перспективы / Р.К. Мертон, Л. Брум., Л.С. Котрелл. - М.: Прогресс, 1965.-С. 25-67.
  • [9] Гаджиев К.С. Политическая наука / К.С. Гаджиев. - М.: Международные отношения, 1994. - С. 79. 2 Мусаев Р.М. Понятие гражданского общества / Р.М. Мусаев // Россия и социальные изменения в современном мире. -М.: Московский государственный университет, 2004. - Т. № 3. - С. 43. 3 Милевская Л.Н. Зарубежный опыт в развитии гражданского общества в России / Л.Н. Милевская // Материалы Международной научно-практической конференции. - Омск: Омский государственный педагогический университет, 2000. - С. 64.
  • [10] Тихомиров И.В. Социальная ответственность бизнеса / И.В. Тихомиров // Россия и социальные изменения в современном мире. Материалы международной научной конференции «Ломоносов-2004», сборник статей аспирантов в 3. т. - Т 3. - М.: МАКС Пресс, 2004. - С. 86. 2 Доклад Общественной палаты Российской Федерации «О состоянии гражданского общества в Российской Федерации за 2007 год» // сайт общественной палаты Российской Федерации [Электронный ресурс]. - Электронные данные. - 2007. - Режим доступа : http://www.oprf.ru/files/final.pdf.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >