Амнистия

Для определения сущностной стороны амнистии интерес представляет прежде всего ее французская доктрина, изложенная П.И. Люблинским в монографической работе «Право амнистии: историко-догматическое и политическое исследование» (Одесса, 1907). «Амнистия есть акт, посредством которого власть запрещает начинать или продолжать какие-либо преследования или приводить в исполнение обвинительные приговоры по отношению к нескольким лицам, специально указанным по ряду учиненного ими деяния» — гласит одно из более ранних определений амнистии.

Позднее появляется указание на специальный характер амнистии — цель забвения прошлого: «Амнистия есть акт социальной власти, имеющий целью и результатом предание забвению извест ных нарушений, а следовательно, и уничтожение возникших или могущих возникнуть преследований или постановленных по этим нарушениям приговоров». «Определение это, соединяя юридическую характеристику с указанием социальных тенденций акта амнистии, пользуется общим признанием, хотя это вносит понятия, отнюдь к области юридических не относящиеся (например, “забвение”)», — отмечал П.И. Люблинский.

С более узких позиций подходят к сущности амнистии Морин и Бертольд: «Амнистия есть суверенный акт, препятствующий вменять или продолжать следствие для установления тех преступных деяний, изгладить которые имеет в виду амнистия, или предполагающий, что уже сделанное установление является столь непрочным, что общество не может на нем остановиться и иметь веру в результат его». Указанная дефиниция, по мнению П.И. Люблинского, совершенно произвольно выделяет один из возможных мотивов амнистии — ненадежность правосудия, отправлявшегося при известных условиях, упуская существо этой меры.

Французская доктрина считала амнистию актом государственной власти. Органом, принимающим акт об амнистии, стала законодательная власть. По словам П.И. Люблинского, «амнистия есть, по существу, отмена законов в специальных случаях, прило-жительно к прошлому; только закону может быть предоставлена отмена другого закона. Далее, амнистия, являясь средством, прерывающим течение правосудия, служа препятствием исполнения закона, по существу, не может принадлежать исполнительной власти». Автор настоящей монографии в полной мере разделяет эту точку зрения.

Амнистия может иметь как положительные, так и отрицательные социальные последствия. Положительное социальное действие амнистии, с точки зрения П.И. Люблинского, сводится:

1) к умиротворяющему действию и сглаживает антагонизм общественных и политических отношений; 2) укрепляющему действию — возвышает моральный, религиозный и прочий авторитет власти, даровавшей амнистию; 3) побочному действию — иные социальные цели, преследуемые в том или другом случае, но не характерные для амнистии как таковой.

Отрицательным социальным действием амнистии следует признать вызываемое ею ослабление уголовной репрессии и государственного авторитета. Главный центр тяжести амнистии как госу дарственной меры лежал в воле народа отказаться от всяких актов возмездия по поводу прошлого, выражавшегося даже в большей части не в актах уголовного преследования. Амнистия была не институтом уголовного права, а актом верховного управления народа.

Законодательного определения понятия «амнистия» нет. В ст. 84 Уголовного кодекса названы только субъект, принимающий акт об амнистии (Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации), лица, к которым она применяется (неопределенный круг лиц) и последствия ее применения. Установлено, что актом об амнистии лица, совершившие преступления, могут быть освобождены от уголовной ответственности; лица, осужденные за совершение преступлений, могут быть освобождены от наказания либо назначенное им наказание может быть сокращено или заменено более мягким видом наказания либо такие лица могут быть освобождены от дополнительного вида наказания; с лиц, отбывших наказание, актом об амнистии может быть снята судимость.

Из текста ст. 84 Уголовного кодекса Российской Федерации трудно установить содержание института амнистии, поэтому обратимся к толковым словарям и определениям, приводимым в научной литературе.

Согласно толковому словарю амнистия происходит от греческого amnestia — прощение, забвение; осуществляемое верховной властью полное или частичное освобождение от наказания осужденных судом лиц6.

Проблеме понятия «амнистия» посвящены специальные исследования многих авторов. Природа амнистии глубоко изучена Н.Д. Дурмановым, О.С. Зельдовой, М.М. Исаевым, А.С. Михлиным, И.Л. Марогуловой, С.И. Комарицким, П.И. Люблинским, П.С. Ромашкиным, М.Д. Шаргородским, Л.В. Яковлевой. К числу последних работ следует отнести исследование Б.С. Саидвали-евой, С.А. Сотникова.

Неоднозначный подход к природе амнистии отмечал известный русский юрист П.И. Люблинский. Он утверждал, что в начале XX в. развитие данного правового института в большинстве стран еще не приняло точных очертаний, позволяющих ясно наметить его естественные границы и политические основания. Последние в одних странах прикрывались прерогативой монар ха; в других — слепой ссылкой на исключительно политическое значение рассматриваемого института без выяснения допустимости отдельных оснований; в третьих — счастливая участь безмятежного государственного развития не создала почвы для проведения подобных исследований7.

Исключением являлась только французская литература, где разработка национального права об амнистии поднялась на высоту серьезных монографических исследований. В русской литературе по этому вопросу имелся большой пробел. П.И. Люблинский объяснял такое положение дел особо неблагоприятными условиями, в которые было поставлено развитие конституционного права.

В XVIII — начале XIX в. существовало два направления в определении природы амнистии: французское и германское. Первое направление придавало решающее значение социальной цели амнистии — забвению нарушений, запрету государственной власти преследовать и наказывать отдельные категории преступников, декретируемому для «общего успокоения». Согласно второму, под амнистией понимался отказ государства от осуществления своего права наказания в отношении известных категорий преступников независимо от преследуемых государством целей.

По мнению П.И. Люблинского, обе эти дефиниции страдали односторонностью. Французское определение указывало лишь на некоторые цели амнистии, упустив из виду возможность большего их разнообразия, кроме того, оно содержало юридически недопустимый термин «забвение». У германского присутствовал противоположный недостаток: сосредоточив все внимание на выяснении юридической природы амнистии, оно не называло ее социальных оснований.

«Амнистия, — писал П.И. Люблинский, — есть акт верховногосударственной власти, предусматривающий прекращение судебных и административных действий, направленных к применению мер репрессии по отношению к известной категории запрещенных деяний и издаваемых ради достижения каких-либо более высоких задач государственного властвования»8.

Таким образом, прекращению подлежат не всякие действия преследования и наказания, а только те, которые направлены на применение репрессивных мер. Например, действия суда по конфискации или уничтожению орудий преступления или не подлежащих свободному обращению вещей не устраняются. П.И. Люблинский считал, что они преследуют цели безопасности, а не репрессии. На его взгляд, в области наказания могут встретиться меры, принимаемые в интересах безопасности или исправления (например, заключение в работный дом после отбытия наказания или в больницу для людей с алкогольной зависимостью, учреждение для уменьшенно вменяемых и пр.), которые по общему правилу устраняются амнистией.

Интересно суждение русского юриста относительно неприменения амнистии за наиболее тяжкие преступления: «...Наказание преследует в очень сильной степени цели безопасности и исправления (путем устрашения преступника или воспитания его) и игнорирование их не представляется желательным». Приведенная точка зрения имеет право на существование и в настоящее время.

Амнистия не вызывает каких-либо восстановительных мер. Она не влечет за собой вознаграждения за понесенную часть наказания, возмещения утраченных прибылей, воскрешения неиспользованных прав и пр. Амнистия отсекает лишь все ограничения, которые имеют репрессивный характер, поскольку они могут влиять на будущее9.

П.И. Люблинский рассматривал амнистию как акт, издаваемый ради достижения каких-либо более высоких задач государственной власти. «Амнистия применяется тогда, когда нормальные основания, обусловливающие репрессию, предполагаются еще существующими... но значение их здесь признается малоценным по сравнению с теми эффектами, которые могут быть достигнуты прекращением репрессивных действий», — отмечает он.

М.Д. Шаргородский подчеркивал, что «амнистией может быть произведено полное или частичное, условное или безусловное освобождение от применения наказания, установленное вступившим в законную силу приговором суда»10.

В комментарии к Уголовному кодексу РСФСР под редакцией В.С. Никифорова содержится определение амнистии как акта, распространяющегося на неопределенное число лиц, отвечающих указанным в акте об амнистии признакам11.

М.М. Исаев отмечал, что «если акт касается отдельного лица, мы говорим о помиловании, если же акт распространяется на неопределенно большое число лиц — мы говорим об амнистии»12.

На нормативность актов амнистии указывают и современные авторы13.

Ю.М. Ткачевский писал: «Будучи актом высшего органа государственной власти, амнистии имеют нормативный характер. Их предписания обязательны для всех органов и должностных лиц, имеющих отношение к реализации уголовной ответственности. Эти предписания распространяются на индивидуально неопределенный круг лиц»14.

Здесь следует заметить, что история знает и случаи издания актов об амнистии конкретныхлиц. Так, например, Постановление ЦИ К СССР от 4 февраля 1936 г. называлось «Об амнистии РамзинаЛ.К., Ларичева В.А., Очкина В.И., БулашевичаА.Ф., Иваницкого Н.М., Прасолова М.Н., Рунова В.И., Сбродова В.А. и Усенко ТТ.»15. Хотя, по нашему мнению, это является исключением из общих правил.

Однако данную позицию относительно нормативного характера амнистии разделяют не все авторы. Например, И.Л. Марогу-лова считает, что «правовая природа актов амнистии отличается от правовой природы нормативных актов». Поскольку первые не отменяют, не изменяют норм права и не корректируют их, правила действия уголовного закона во времени не касаются амнистии, и такие акты не включаются в Свод законов, в который входят только нормативные акты. На ее взгляд, амнистия выступает в виде «государственного мероприятия, направленного на претворение в жизнь уголовной политики страны»16. На основании изложенного она делает вывод о ненормативности актов амнистии.

Уместно напомнить о понятии «нормативность». Под нормативным правовым актом подразумевают «изданный в установленном порядке акт управомоченного на то органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица, устанавливающий правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределенного круга лиц, рассчитанные на неоднократное применение, действующие независимо от того, возникли или прекратились конкретные правоотношения, предусмотренные актом»17. С учетом предмета настоящего исследования важным является определение понятия «правовой акт индивидуального характера» — это «акт, устанавливающий, изменяющий или отменяющий права и обязанности конкретных лиц»18.

Индивидуальный правовой акт обеспечивает реализацию правовых норм в связи с конкретным делом, вызывает возникновение, изменение или прекращение конкретных правоотношений, прав и обязанностей точно определенных субъектов права. «В отличие от нормативного, индивидуальный правовой акт не содержит предписаний, рассчитанных на неоднократное применение неопределенным кругом лиц... Основная сфера применения индивидуальных правовых актов — управленческая, исполнительно-распорядительная деятельность»19.

Таким образом, следует согласиться с точкой зрения Ю.М. Тка-чевского, который писал: «Несмотря на определенные особенности актов амнистии, все же они содержат нормы права — обязательные для исполнения теми субъектами, которые в них указаны, правила поведения, установленные высшими органами государственной власти, рассчитанные на их применение к индивидуально неопределенному кругу лиц. Предписания норм в данном случае реализуются в актах применения права: в решениях (постановлениях) специально на то уполномоченных органов (начальников колоний, следственных изоляторов, органов дознания, предварительного следствия, органов внутренних дел и др.).

Безусловно, акт амнистии — специфический правовой документ. Его особенности в первую очередь связаны с порядком действия такого акта во времени. Действие акта амнистии распространяется на деяния, совершенные до его издания. Такой принцип действия, в общем-то, несвойствен уголовным законам. Более того, действие акта амнистии ограничено небольшими временными рамками. Это скорее разовый акт. Вместе с тем такие черты акта амнистии непосредственно связаны с характером, целями самой амнистии, в основе которой лежит идея прощения для совершенных преступлений»20.

По мнению Л.В. Яковлевой, присущие амнистии черты нашли наиболее полное отражение в определении, предложенном С.И. Комарицким: «Амнистия — это нормативный акт органа высшей государственной власти, носящий исключительный характер, который в полном или неполном объеме единовременно освобождает от уголовной, административной или дисциплинарной ответственности или наказания определенную категорию лиц»21.

Оценивая это определение, Л.В. Яковлева констатирует, что нормативность положений амнистии, ее единовременный характер не оспариваются. Учитывая, что истории известны случаи освобождения от дисциплинарной ответственности по амнистии и возможность такого освобождения в будущем, следует согласиться с С.И. Комарицким и в этой части определения понятия амнистии.

Признак освобождения от административной ответственности не вызывает сомнения, так как он предусмотрен административным законодательством. Согласно п. 4 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, начатое производство подлежит прекращению, в том числе в связи с изданием акта об амнистии, если такой акт устраняет применение административного наказания.

Аналогичная норма содержалась в п. 5 ст. 227 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях (КоАП РСФСР). В соответствии с п. 7 ст. 29 Таможенного кодекса Российской Федерации издание акта об амнистии исключает производство по делу о нарушении таможенных правил.

Л.В. Яковлева пишет: «Единственное, что вызывает сомнение в рассматриваемом определении, это утверждение об исключительном характере амнистий, поскольку из рассуждений С.И. Комарицкого не совсем ясно, что подразумевается под этим. Ученый утверждает, что исключительность заключается в обусловленности издания соответствующего акта об амнистии только (исключительно) усмотрением верховного органа государственной власти. С таким пониманием исключительности амнистий можно согласиться. Однако ниже С.И. Комарицкий указывает, что исключительность проявляется в том, что амнистия не устраняет наказуемости определенных деяний, а только допускает отказ от ее применения в отношении установленных категорий лиц.

Представляется, что изъятие из общих правил наказуемости деяний происходит при применении любого вида досрочного освобождения от наказания или от его отбывания, и подчеркивать особый характер амнистий в этом аспекте неправильно»22.

Автор монографии поддерживает позицию Л.В. Яковлевой.

В деле выяснения сущности амнистии представляет интерес вопрос о классификации актов амнистии. Она необходима для наиболее четкого понимания содержания амнистирования, выявления общих признаков указанных актов, а также некоторых их особенностей, дает целостное представление об институте амнистии и политике амнистирования.

В юридической литературе предлагаются различные основания классификации актов об амнистии: в зависимости от источника и территории действия, видов амнистирования, степени условности (безусловности), обобщенности (т.е. исходя из круга амнистируемых)23.

П.И. Люблинский классифицировал амнистии по формам: теократическая, династическая, политическая24. При теократической амнистии ослабление силы репрессии компенсируется усилением религиозного чувства. Власть, издающая акт об амнистии, принимает все меры к тому, чтобы укрепляющее действие амнистии было направлено на усиление религиозной преданности, основы теократического государства. Теократическая амнистия характерна для того государственного строя, при котором религия является наиболее сильным оплотом государственной власти.

Династическая амнистия свойственна абсолютной монархии. Укрепляющее действие амнистии направлено на возвышение монархических атрибутов власти. Поводами для нее являются различные события в семье, личной или государственной жизни монарха.

Гражданско-правовая амнистия осуществляется в целях укрепления солидарности граждан, для решения иных политических и государственных задач. П.И. Люблинский делит такие амнистии на четыре группы: после гонений; после революций; в период крепости государственного строя; после массовых преступлений.

По характеру предоставления П.И. Люблинский разграничивал категорические и условные амнистии. Первые применяются без каких-либо условий, вторые — при наличии таковых.

Условия амнистии П.И. Люблинский дифференцировал на снискательные, восстановительные и ограничительные. Сниска-тельные условия имеют целью предоставить государю или государству конкретную выгоду, помимо общеукрепляющего действия амнистии. Восстановительные — по возможности исправить (воестановить) социальные отношения, нарушенные амнистируемым деянием (например, потребовать уплаты денежного вознаграждения за причиненные частным лицам убытки). При ограничительных условиях амнистия сужается до пределов какой-либо категории преступных деяний.

Весьма оригинальна позиция П.И. Люблинского в отношении условной амнистии: «Всякое ограничение, внесенное в амнистию, ослабляет ее характер как меры забвения. Общественное внимание будет возбуждаться по поводу тех событий, которые должны были бы изгладиться из общественной памяти... При малочисленности таких ограничений амнистия может выродиться в ряд индивидуальных аболиций и помилований, признаваемых за случайную милость и лишенных эффекта амнистии. Это соображение должно постоянно предостерегать законодателя от каких-либо, не вызываемых настоятельной необходимостью ограничений»25.

В зависимости от категории деяний, погашаемых амнистией, автор различал полные и неполные амнистии. К первым он относил амнистии, «которые полностью охватывают круг деяний, нуждающихся в прекращении их репрессирования», ко вторым — лишь «деяния, которые охватывают более узкий круг».

П.И. Люблинский классифицировал амнистии также на общие и частичные. Общие — такие амнистии, по которым амнистируется какая-либо категория преступлений без изъятий; частичные амнистии содержат ограничения относительно лиц или преступных деяний, им подлежащих.

О.С. Зельдова предложила классифицировать состав амнистирования, который, по ее мнению, включает в себя следующие элементы: сущность конкретного амнистирования (виды смягчения участи адресатов), адресата (лицо) и основания амнистирования. С точки зрения О.С. Зельдовой, акты амнистии можно условно разбить на однородные, т.е. обладающие единой сущностью всех элементов состава амнистирования (как правило, изданные в ознаменование однородных политических событий), и разнородные. В итоге такой классификации она делит нормы актов об амнистии на позитивные и негативные26.

Анализируя акты амнистии первых лет советской власти, О.С. Зельдова подразделяет их по главным функциональным признакам на четыре вида различной направленности:

  • • политической (издавались в отношении лиц, совершивших массовые преступления, и реализовывались в основном в виде отказа от уголовного преследования);
  • • уголовно-политической (предусматривали смягчение положения лица в связи с ослаблением общественной опасности деяния и личности виновного);
  • • разгрузочно-корректирующей (устраняли отдельные отклонения карательной политики и смягчали репрессии);
  • • исправительной (способствовали исправлению виновных в правонарушениях)27.

Нельзя не согласиться с авторами, которые предлагают следующую классификацию видов освобождения по амнистии: полное освобождение от наказания и его отбывания; сокращение срока наказания; замена наказания более мягким; освобождение от дополнительных наказаний; снятие судимости; освобождение от уголовной ответственности.

Как отмечает Л. В. Яковлева, по форме амнистия — это акт государственного волеизъявления. По содержанию — совокупность норм об изменении правового положения некоторых категорий лиц, подвергнутых уголовной ответственности.

Таким образом, можно осуществить классификацию актов об амнистии, если рассматривать амнистию с точки зрения формы ее изложения. Вместе с тем правомерно выделить среди положений, включенных в акты об амнистии, отдельные повторяющиеся группы норм, одинаково влияющих на правовой статус лиц, на которых распространяется действие соответствующей амнистии, т.е. классифицировать виды амнистирования.

Предлагающееся С.И. Комарицким деление актов амнистии по кругу амнистируемых категорий осужденных на общие и ограниченные было подвергнуто справедливой критике. Высказанные по этому поводу А.С. Михлиным аргументы не потеряли своей актуальности и в настоящее время. Мы полностью согласны с мнением А.С. Михлина о сложности выделения общих актов об амнистии, распространявшихся бы на широкий круг категорий осужденных, ввиду присутствия в каждом акте разного рода ограничений на применение амнистии, что в итоге приводит к нецелесообразности подобной их классификации28.

В.Е. Квашис делит акты амнистии по объему их действия и характеру применения. На основании первого из названных критериев он различает акты об амнистии, предусматривающие полное или частичное освобождение от наказания; по характеру применения акты об амнистии бывают безусловными и условными29.

Критикуя позицию В.Е. Квашиса, С.И. Комарицкий указывает, что при таком подходе смешиваются классификация актов об амнистии и классификация видов амнистирования, т.е. конкретные виды смягчения участи лиц, привлеченных к уголовной ответственности, или осужденных30. Следует говорить не о видах актов амнистии (полные, неполные, частичные и др.), а о видах освобождения по амнистии, которое может быть полным или частичным, условным или безусловным31.

По мнению Л.В. Яковлевой, проводить классификацию актов об амнистии на основании действующего законодательства с учетом большинства признаков, по которым она осуществлялась ранее, нецелесообразно. «Применительно к советскому периоду, — пишет она, — было справедливо деление актов об амнистии в зависимости, во-первых, от источника их издания, поскольку... правом издания таких актов обладали разные органы, а во-вторых, от территории, на которую распространялось действие акта об амнистии, что, в свою очередь, определялось юрисдикцией издавшего ее органа (общесоюзного или республиканского)»32.

В настоящее время действие всех амнистий по кругу лиц (в пространстве и во времени совпадает) и объявление амнистии относятся к ведению одного органа государственной власти — Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (п. «е» ч. 1 ст. 103 Конституции Российской Федерации), поэтому классификация актов об амнистии по указанным признакам, по мнению автора, становится нелогичной.

История знает случай, когда амнистия объявлялась Указом Президента Российской Федерации. Речь идет об Указе от 27 октября 1993 г. №1773 «О проведении налоговой амнистии в 1993 году». Данным указом устанавливалось, что предприятия, учреждения и организации, а также физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, объявившие до 30 ноября 1993 г. включительно о своих неуплаченных налогах и налоговых платежах за 1993 и предшествовавшие годы и внесшие их в тот же срок в республиканский бюджет Российской Федерации в полном объеме, освобождаются от применения санкций, предусмотренных налоговым законодательством Российской Федерации33.

Классификация актов об амнистии возможна в зависимости от причин, обусловивших их издание. Например, можно выделить амнистии, объявленные в связи со знаменательными датами или событиями. Например, амнистии от 19 апреля 1995 г. и 26 мая 2000 г. к 50- и 55-летию Победы в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.; от 23 февраля 1994 г. — в связи с принятием Конституции Российской Федерации, от 19 апреля 2006 г. — в связи со 100-летием учреждения Государственной Думы в России. В том числе амнистии, направленные на стабилизацию внутригосударственной обстановки (политическая и экономическая амнистии от 23 февраля 1994 г. и 13 декабря 1999 г. в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния в ходе проведения анти-террористической операции на Северном Кавказе; амнистия от 12 марта 1997 г. в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния в связи с вооруженным конфликтом в Чеченской Республике), и т.д.34

Вместе с тем выделить все основания и в соответствии с ними создать полноценную классификацию актов об амнистии в настоящее время представляется затруднительным, так как ряд амнистий не связан с какими-либо обстоятельствами. Примером является амнистия от 18 июня 1999 г. В Постановлении Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 18 июня 1999 г. № 4147-ГД «Об объявлении амнистии» основание ее принятия определяется следующим образом: «Проявляя гуманизм в отношении отдельных категорий лиц, совершивших преступления, не представляющие большой общественной опасности, в соответствии с пунктом “е” части 1 статьи 103 Конституции Российской Федерации...»35.

Л.В. Яковлева допускает классификацию актов об амнистии на условные, безусловные и смешанные.

Следует отметить, что, в отличие от помилования, амнистии в большей степени присущи политические мотивы. Так, по Постановлению Государственной Думы Российской Федерации от 23 февраля 1994 г. № 65-1 ГД «Об объявлении политической и экономической амнистии» были амнистированы все участники августовского путча 1991 г. и событий сентября — октября 1993 г. Амнистии могут рассматриваться как средство корректоровки долговременной уголовной политики, как форма выражения текущей политики36.

Акты об амнистии классифицируют в зависимости от целей, которые они преследуют (облегчения участи лиц, совершивших относительно нетяжкие преступления, несовершеннолетних, женщин, больных; идеологических, социально-политических, социально-экономических целей; национального примирения, достижения гражданского мира и согласия; сокращения численности осужденных в местах лишения свободы и др.), поводов, в связи с которыми принимаются (торжественных событий в жизни страны и т.п.)37.

Сомнение вызывает лишь одна цель — решение проблемы перенаселенности мест лишения свободы. Во-первых, ни одно из известных автору постановлений об объявлении амнистии указанную цель в буквальном смысле слова не предусматривает; во-вторых, любая амнистия влечет за собой сокращение тюремного населения.

Говоря о природе амнистии, нельзя не привести точку зрения С.Н. Собакина. Он предлагает отказаться от амнистии. Свой вывод автор основывает на фактах нарушения принципа справедливости при издании актов об амнистии, заключающихся в невозможности амнистирования осужденных, совершивших преступления сопоставимой тяжести или менее тяжкие, по сравнению с лицами, на которых распространяется действие амнистий. По его мнению, единственным основанием для применения досрочного освобождения любого вида должна быть степень исправления осужденного или снижение его общественной опасности. Амнистии не позволяют тщательно изучать личность каждого лица, поскольку распространяются на целые категории осужденных38.

Кроме того, решение о применении акта об амнистии принимается в отношении каждого лица индивидуально. При отсутствии необходимых сведений об этом лице рассмотрение вопроса о применении акта об амнистии откладывается до получения дополнительных документов.

Индивидуальный подход к осужденным нередко заложен в самих постановлениях об амнистиях. Например, согласно Постановлению Государственной Думы Российской Федерации от 18 декабря 2013 года № 3500-ГД «Об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации», амнистия не распространяется: 1) на осужденных за преступле ния, предусмотренные отдельными статьями УК РФ; 2) осужденных более двух раз к лишению свободы за умышленные преступления, а также осужденных за умышленные преступления, ранее осуждавшихся к лишению свободы за преступления, предусмотренные отдельными статьями УК РФ; 3) осужденных, признанных в соответствии с УК РСФСР особо опасными рецидивистами или совершивших преступления при особо опасном рецидиве в соответствии с УК РФ; 4) лиц, освобождавшихся после 1993 года от наказания в порядке помилования и вновь совершивших умышленные преступления; 5) осужденных, вновь совершивших умышленные преступления в местах лишения свободы; 6) осужденных, злостно нарушающих установленный порядок отбывания наказания.

«Государство на протяжении своего развития неоднократно испытывало потребность некоторого обновления начал правопорядка или управления, и такое обновление, естественно, сопровождалось отпадением правоограничений, носящих характер возмездия и предназначенных для укоренения в сознании народа тех старых начал, в защиту которых это возмездие применялось. Массовое дискредитирование старых начал возмездия становилось безопасным с переходом правопорядка на почву более солидарных социальных основ. Государство насильственно разрывало связь с прошлым, лишая учиненные в прошлом деяния их карательного правового значения для настоящего, с тем чтобы изгладить действие старых, порою опасных для самого существования государства факторов или чтобы очистить место для действия новых, более высоких этических побуждений.

Этот политический смысл амнистии, находивший свое выражение в различных правовых формах и институтах, проходит красной нитью во всей истории ее. Начиная с Моисеева законодательства и до последних строк современной истории везде повторяется одинаковый мотив настоятельной потребности успокоения внутренних раздоров.

Имея в виду изгладить из социальной жизни отдельные события, амнистия должна непосредственно касаться скорее преступных деяний, нежели лиц. Это выражается в положении, что амнистия реальна, а не персональна (reelle)... Из реального характера амнистии вытекает в значительной степени ее коллективный характер. В противоположность помилованию она знает не столько отдельных провинившихся, сколько вообще виновных в пре ступлениях такой категории. Впрочем, и помилование может быть коллективным; в таком случае различие может быть проведено лишь с точки зрения власти, предоставляющей то или другое», — писал П.И. Люблинский39. Отличительной чертой амнистии, по мнению ученого, является ее неотменимость: «Право, полученное по амнистии, есть право безусловное, отнятие которого могло бы вызвать еще большие волнения, нежели те, которые имелось в виду прекратить амнистией».

Анализируя различные точки зрения на определение сущностной стороны амнистии, С.А. Сотников формулирует следующий вывод: «...амнистия — это государственно-правовой акт, посредством которого государство реализует конституционное право (при условии, что это право получит прямое закрепление в Конституции РФ) на отказ от уголовного преследования (освобождение от уголовной ответственности или наказания) индивидуально неопределенного круга лиц в общественно полезных целях»40.

Говоря о соотношении данного государственно-правового института с уголовным правом, автор пишет: «Функция уголовного закона заключается в закреплении уголовно-правовых последствий и порядка применения амнистии, т.е. в согласовании этого государственно-правового акта с уголовно-правовыми институтами»41. Исходя из этого, он считает целесообразным отказаться от структурного обособления амнистии в общей части Уголовного кодекса Российской Федерации, закрепить касающиеся ее положения в тех структурных элементах уголовного закона, которые соответствуют содержанию указанных в амнистии последствий, — в разделе об освобождении от уголовной ответственности и наказания42.

Конституционное происхождение института амнистии отмечают и другие авторы. «Амнистия традиционно считается уголовноправовым (уголовно-процессуальным) основанием освобождения от ответственности, наказания и их правовых последствий, между тем амнистия как правовое явление имеет конституционное происхождение, упоминается в числе конституционных полномочий Государственной Думы, обладающей исключительным правом объявления амнистии. Процедура амнистии не реализуется уголовно-процессуальным законодательством и осуществляется вне рамок судопроизводства»43, — пишет Р.М. Дзидзоев. Решение же правоприменительных органов, принимаемое во исполнение акта об амнистии в отношении конкретного лица, подлежащего освобождению от уголовной ответственности и наказания, будучи решением сугубо юрисдикционным, лишь оформляет устранение связанных с уголовной ответственностью препятствий в реализации им своих прав44.

«Таким образом, амнистия является прежде всего конституционно-правовым институтом, непосредственно воплощающим гуманистическую функцию государства»45, — отмечает Р.М. Дзид-зоев.

Обобщая различные точки зрения на природу амнистии, можно сказать, что это фактическое прощение государством определенных категорий лиц, совершивших преступление.

А.В. Наумов пишет: «По идее, амнистия должна охватывать тех, кто не совершал тяжкого преступления и не приобрел репутации склонного к совершению таких преступлений»46. Он считает, что «амнистия — это не реабилитация, а акт милосердия»47. Разделяя такое понимание амнистии, следует добавить, что данный акт милосердия проявляется высшей законодательной властью к определенным категориям лиц, совершивших преступление.

С юридической точки зрения амнистия - это постановление Государственной Думы, которое, не являясь уголовным законом по названию, представляет собой нормативный правовой акт высшей юридической силы в сфере регулирования уголовноправовых отношений.

Следовательно, «амнистия — это решение об облегчении участи лиц, признанных виновными в совершении преступления, которое оформляется в виде нормативного правового акта Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, распространяющего свое действие на индивидуально неопределенную категорию лиц»48.

Акт амнистии является специфическим правовым документом. Его особенности в первую очередь связаны с порядком действия во времени. Акт амнистии распространяется на деяния, совершенные до его издания.

Решающим моментом для применения амнистии является ее дата. Продолжаемые преступления не считаются погашенными амнистией. Представление проекта амнистии не приостанавливает преследование и исполнение приговора.

К характерным признакам амнистии относятся следующие:

  • • издание акта об амнистии — исключительная прерогатива высшего органа государственной власти;
  • • амнистия не отменяет и не изменяет нормы уголовного законодательства, а действует в течение незначительного периода параллельно с другими уголовными законами;
  • • она имеет четкие исходные условия и границы применения (формулируются в виде перечня признаков, которым должны удовлетворять лица, подпадающие под амнистию);
  • • акт об амнистии содержит нормативные основания освобождения от уголовной ответственности и наказания, сокращения неотбытой части наказания, замены наказания более мягким и освобождения от правовых последствий наказания.

Юридическое основание применения амнистии — акт соответствующего органа в отношении каждого лица. Таковым может быть постановление:

  • • начальника исправительного учреждения или следственного изолятора, утвержденное прокурором, — в отношении осужденных к лишению свободы, приговоры по делам которых вступили в законную силу;
  • • органа дознания или предварительного следствия, утвержденное прокурором, — в отношении подозреваемых и обвиняемых, дела и материалы о преступлениях которых находятся в производстве этих органов;
  • • суда — в отношении лиц, дела о преступлениях которых находятся в производстве этих судов и не рассмотрены до вступления в силу постановления об амнистии; лиц, дела о преступлениях которых рассмотрены, но приговоры судов не вступили в законную силу; условно осужденных, а также осужденных, отбывание наказание которым отсрочено в случаях и порядке, предусмотренных законом; осужденных к наказаниям в виде штрафа, если штраф не взыскан до вступления в силу постановления об амнистии;
  • • органа внутренних дел, утвержденное прокурором, — в отношении осужденных к лишению свободы, не находящихся под стражей, приговоры по делам которых вступили в законную силу;
  • • уголовно-исполнительной инспекции, утвержденное прокурором, — в отношении лиц, отбывающих обязательные, исправительные работы, лишенных права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Приведенные точки зрения авторов по правовой природе амнистии, выяснение ее содержательной части позволяют сформулировать определение: «Амнистия — акт милосердия высшей законодательной власти, применяемый к определенным категориям граждан, совершивших преступление».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >