ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ АНАЛИЗА ЭТНОНАЦИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Этносы и нации. Две концепции нации

Важное значение в современной мировой и отечественной науке имеет вопрос о соотношении двух ключевых категорий этнологии - «этноса» и «нации». В отечественной научной традиции часто использовалось понятие этноса, данное этнографом С. М. Широко-горовым. «Под термином этнос, - писал С. М. Широкогоров, - условимся понимать следующее: группа людей, говорящих на одном языке, признающих свое единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладом жизни, хранимых и освященных традицией и отличаемых ею от таковых других групп, может быть названа этносом, племенем, народностью. Это и есть этническая единица, объект науки этнографии. Русский термин «народ», - указывал С. М. Широкогоров, - не вполне подходит для определения, так как он слишком широк».

Действительно, можно говорить, например, о немецком народе, народе Соединенных Штатов, как это упоминается в конституции США, или о российском народе - как в российской конституции. В последних двух случаях о народе говорят как о политической общности. Это важно, поскольку нация - это этнос или совокупность этносов, живущих единым государством, поднявшихся до государственного образа жизни, в то время как этнос - догосударственная или уже внутригосударственная общность людей. Государство, таким образом, может

1

См.: Широкогоров С. М. Место этнографии среди наук и классификация этносов. - Владивосток, 1922.

быть как моноэтничным (например, Япония), так и полиэтничным (например, Россия), а этнос, в свою очередь, может оказаться как разделенным между несколькими государствами (как, например, курды), так и консолидированным в одном государстве (как, например, якуты).

В советский период была сформулирована концепция этноса, нашедшая свое классическое выражение в работах Ю. В. Бромлея1. Данное им определение этноса гласит: «Этнос может быть определен как исторически сложившаяся на определенной территории устойчивая межпоколенная совокупность людей, обладающих не только общими чертами, но и относительно стабильными особенностями культуры (включая язык) и психики, а также сознанием своего единства и отличия от всех других подобных образований (самосознанием), фиксированном в самоназвании (этнониме)»2. Новым в этом определении является указание на наличие этнического самосознания, закрепленного в этнониме.

Широкогоров Сергей Михайлович (19 июня (1 июля) 1887, Суздаль -19 октября 1939, Пекин) - выдающийся русский антрополог, этнограф, лингвист и педагог первой половины XX века. С. М. Широкогоров одним из первых дал определение понятию «этнос» и определил место этнографии среди других наук. Сферой профессионального интереса ученого были народы восточной Сибири и Дальнего Востока.

На закате советской эпохи большую популярность обрела концепция этносов Л. Н. Гумилева3. В поиске объективных способов отличия одного этноса от другого он предложил выйти за пределы одних только культурных и вообще психологических явлений и углубиться в биосоциальную сферу. Однако сегодня своих приверженцев находит конструктивистский подход, признающий субъективность определения границ этносов.

1 См.: Бромлей Ю. В. Современные проблемы этнографии. - М., 1981;

Бромлей Ю. В. Очерки теории этноса. - М., 1983.

  • 2 Бромлей Ю. В. Очерки теории этноса. - М., 1983. С. 58.
  • 3 См.: Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. - Л., 1990.

Наиболее заметным из них является В. А. Тишков[1]. «Этносы, - утверждает он, - умственные конструкции, своего рода «идеальные типы», используемые для систематизации конкретного материала. Они существуют исключительно в умах историков, социологов, этнографов». По мнению В. А. Тишкова, эти конструкции заносятся в сознание отдельных людей интеллектуалами. «Поскольку никакая идентичность, - пишет В. А. Тишков, -ни этническая, ни национальная не являются естественно заданными, то они должны вырабатываться через усилия интеллектуа-

Гумилёв Лев Николаевич лов> политиков и общественных активистов. (1912-1992) - русский учё- р[менно благодаря этим усилиям создается ный, историк-этнолог zi эмоциональная и другая приверженность че-

(доктор исторических и ге- г г

ографических наук), поэт, ловека определенной этнической общности переводчик с фарси. Осно- или стране».

воположник пассионарной Что касается современной российской теории этногенеза. социально-политической реальности, отчетливые тенденции формирования новой российской идентичности, проявлявшиеся в середине - второй половине 1990-х гг., оказались незавершёнными. Даже сам термин «россияне», который является вполне адекватным вербальным оформлением новой идентичности, стал употребляться реже. Одновременно реанимируется идея «российской нации», которая, видимо, и будет стимулировать становление новой этатистской, гражданской идентичности, в чём действительно так нуждается современное российское общество.

В отечественной литературе дискуссия по проблемам этноса и нации периодически возобновляется. Данная дискуссия ведется в ос

новном между представителями «новой этнологической школы» в России, возглавляемой В. А. Тишковым, и сторонниками традиционной для отечественного обществоведения концепции нации, ориентированной на этнологические концепции Ю. В. Бромлея, В. И. Козлова, социально-философское учение о нации, подробно разработанное в последние десятилетия советского периода Э. А. Ваграмовым, А. Ф. Дашдамировым, С. Т. Калтахчяном и другими авторами.

Сторонники «новой этнологической школы» трактовали свойственное отечественному обществоведению учение о нации как особом историческом типе этноса в качестве изобретения советского обществоведения и объявили его устаревшим, не соответствующим тенденциям развития современного, прежде всего англо-американского обществознания. Также эта концепция нации рассматривалась как один из конфликтогенов современного российского общества, звучали призывы отказаться от концепта этнонации и перейти на «современное свойственное всему цивилизованному миру понимание нации как сограж-данства».

Дискуссия по проблемам нации в отечественном обществоведении имела два этапа, обусловленных внутринаучными причинами, в частности распространением влияния постмодернизма на социально-политическую мысль.

В рамках этой дискуссии высказывались различные взгляды и приводились многочисленные аргументы в поддержку соперничающих точек зрения. Чтобы не повторять многие из них, отметим наиболее существенные позиции, необходимые для понимания проблемы.

«Этническую идентичность следует рассматривать больше как форму сопиальной организации, чем выражение определенного культурного комплекса. Процесс рекрутирования в состав группы, определения и сохранения ее границ свидетельствует, что этнические группы и их характеристики являются результатом исторических, экономических и политических обстоятельств и ситуативных воздействий».

Тишков В. А. Реквием по этносу: Исследования по социальнокультурной антропологии. -М.: Наука, 2003. С. 105.

Этапы дискуссии по проблемам нации в отечественном обшествоведении:

Первый этап - начало и первая половина 1990-х гг. - критика «этнической концепции нации» как якобы марксистской и даже чисто ленинской или сталинской и, как вывод, установка на переход к гражданскому (этатистскому) пониманию нации, который, по утверждению критиков, принят во всем демократическом мире.

Второй этап - после 1995 г. - отрицание реальности нации как социального феномена, трактовка нации как интеллектуальной конструкции (по аналогии с постмодернистскими концепциями этничности). А из различного толкования нации вытекает различное понимание национализма, его места и роли в жизни общества. Появились высказывания о «конструктивном», «цивилизованном», «современном» национализме.

Во-первых, «этническая» концепция нации не является «марксистским изобретением», и этот факт признали ее наиболее последовательные критики. Этническая концепция нации восходит к классической немецкой философии, к учениям Г. Гегеля и особенно И. Гердера. Она стала фактом восточноевропейской культуры и сыграла большую роль в становлении воззрений центрально и восточноевропейской социал-демократии в конце XIX - начале XX вв. То, что именно этническая концепция нации была воспринята русской социал-демократией, а позднее - большевизмом, вполне объяснимо с учетом того влияния, которое испытала русская культура в XIX веке со стороны немецкой культуры, а российская социал-демократия - со стороны немецких и австро-венгерских коллег. Этническая концепция нации стала фактом российской политической культуры ещё до того, как к национальному вопросу активно обратились большевики. Именно эта концепция легла в основу нациестроительства после распада континентальных империй в результате Первой мировой войны, приведя, таким образом, к формированию этнонациональных государств.

Во-вторых, государственническая («этатистская») концепция нации отнюдь не является универсальной в западноевропейской и американской обществоведческой литературе, несмотря на то, что в англо-романской культуре действительно доминирует этатистское понимание нации как гражданского сообщества. Более того, в западной научной литературе также имеют место дискуссии об этническом основании нации, хотя ракурс этих дискуссий отличается от обсуждений этой проблематики в русскоязычной литературе.

Так, Я. Рёзель предлагает проводить различие между «либеральными» и «этническими» нациями-государствами. По его мнению, идея либеральной нации возникла исторически раньше, чем идея этнонации. Либеральная нация не просто демократическая, она открытая. Либерализм воспринимает человечество как агрегат, состоящий из индивидов, которые имеют возможность свободно объединяться. Этническая же концепция нации имеет объективистский и детерминистский характер. Это закрытая нация. Человечество в этой концепции предстает как общность, естественным образом распадающаяся на общественные группы, которые стремятся поддерживать свою идентичность. По мнению автора, эти две концепции нации не просто несовместимы, они находятся в постоянном соперничестве[2].

Соперничество этих двух концепций действительно имеет место, так что никак нельзя утверждать, что идея нации как согражданства является универсально признанной в западной науке.

В-третьих, в результате осуществлявшегося в XX веке и продолжающегося масштабного нациестроительства вследствие распада империй, крупных многонациональных государств, деколонизации и других причин, сформировались два типа наций: нации-согражданства (свойственные англо-романскому миру) и этнонации, свойственные восточноевропейскому и в значительной степени азиатскому миру. Следует отметить, что различия между этими типами наций не абсолютны.

Первое, в основе формирования наций-государств лежит определённый этнический компонент. Как отмечает Э. Смит, даже в рамках «западной» (пользуясь его терминологией) концепции нации необходимо обратить внимание на то, что хотя не обязательно, чтобы каждой нации предшествовало определённое этническое сообщество, но тот путь, каким формировались первые нации, влияние этнической модели нации и соответствие между такими моделями и многими этническими сообществами, предполагает, что анализ современного национализма и многонациональных государств должен отталкиваться от понимания роли и форм этнической идентичности. Это находит от

ражение и в официальной терминологии ряда западноевропейских государств. Отметим употребление термина «национальности» в испанской конституции: «Конституция базируется на нерушимом единстве испанской нации, общей и неделимой родине всех испанцев и признаёт и гарантирует право на автономию для национальностей и регионов, интегрированных в неё, и солидарность между ними»1.

Второе, какие бы признаки не закреплялись за понятием «нация» в этническом смысле, невозможно сформировать адекватное представление о нации без учета роли государственности в ее становлении и развитии.

Государственность - это тот мотив, который обеспечивает «смычку» между двумя типами нации и объясняет их зачастую противоречивый симбиоз в одних и тех же обществах. Государство, а в отдельных случаях, и идея государственности выступили мошной интегрирующей и консолидирующей силой, «стягивавшей» в единое иелое достаточно аморфные этнические общности эпохи феодализма (т.н. народности). Две концепции нации де факто совмещаются зачастую в одних и тех же политических культурах, и основание этого совмещения - государственность, хотя вектор взаимосвязи «нация - государство» в этих концепциях противоположен: в этатистской концепции это связь (по крайней мере, если не историческая, то функциональная) от государства к нации (согражданство выступает основой нации), а в этнической - наоборот: от нации - к государству (сначала должна сложиться нация, которая и является основой государственности).

Нельзя не согласиться с тем, что этнонации содержат в себе определённый конфликтный потенциал: соединение этничности и государственности в полиэтничных государствах чревато многими проблемами, начиная от этнического распределения власти и до сепаратизма с его тяжелейшими последствиями. Но в рамках научного анализа мы должны отдать предпочтение аналитическому, а не нормативному объяснению феномена нации. Этнонации - реальность нашего конфликтного мира, их нельзя ни отменить, ни упразднить, даже если научное сообщество немедленно отказалось бы от этнической концепции нации.

Более того, некоторые учёные предлагают дополнить эту «двучленную» научную парадигму третьим элементом: в дополнение к «запад-ной» и «восточной» концепциям нации включить «южную» концепцию

1 Op. cit.: Guibernau М. Nations without States: Catalonia, a Case Study // The Ethnicity Reader: Nationalism, Multiculturalism, and Migration I Ed. by M. Gubernau and J. Rex. Malden, MA (USA), 1997. P. 137. нации. По мнению директора Института по изучению конфликтов, идеологии и политики Бостонского университета У. Раанана, в странах Южного и Восточного Средиземноморья конфессиональный фактор оказался решающим в процессе нациестроительства, и существование самостоятельного конфессионального сообщества очень часто выступает в качестве предусловия для формирования устойчивого национального сознания[3]. Дж. Келлас также предлагает выделять три типа наций, но на другом основании - «этнические нации», в которых одна нация состоит из одной этнической группы, «социальные нации», где несколько этнических групп составляют одну нацию, и «официальные нации» для обозначения государственного национализма. При некоторой упрощённости объяснения, термин «официальная нация» представляется вполне удачно описывающим те ситуации, когда нации существуют как политическая цель в идеологиях новых независимых государств, ищущих основания для собственного государственного суверенитета. Это является типичным для тех случаев, когда этнический состав населения сложен и в силу этого этничность вряд ли может выступить как основание для государственного строительства.

Таким образом, расхождения в понимании того, что такое нация -это расхождения не столько политического, сколько социально-философского характера, это расхождения в методологии изучения общественных явлений, в определении границ редукционизма в научном познании. Это различное понимание того, как и каким образом происходит агрегация людей в социальные общности, что такое социальные общности как таковые, что является «конечной реальностью» в социальном познании. Эти вопросы являются стержневыми в социально-философском дискурсе всё дальше уходящего в историю XX века, одним из интеллектуальных достижений которого было признание возможности существования различных точек зрения, полипарадиг-мальной методологии, использование принципа дополнительности в построении научных концепций и теорий. Дискуссия о нации - один из элементов современного философского процесса, которая, как и многие философские дискуссии, иногда представляется исчерпавшей себя, но затем разгорается с новой силой, приобретая выраженные практические черты.

  • [1] См.: Тишков В. А. Советская этнография: преодоление кризиса // Этнографическое Обозрение. 1992. № 1; Тишков В. А. Этничность, национализм и государство в посткоммунистическом обществе И Вопросы социологии. 1993. № 1-2; Тишков В. А. Очерки теории и политики этничности в России. - М., 1997; Тишков В. А. Политическая антропология. - М.-Омск, 2001; Тишков В. А. Реквием по этносу: Исследования по социально-культурной антропологии. - М., 2003. 2 Тишков В. А. Советская этнография: преодоление кризиса И Этнографическое обозрение. 1992. № 1. С. 7-8. 3 Тишков В. А. Политическая антропология. - М.-Омск, 2001. С. 11-12.
  • [2] Rosel J. Nationalism and Ethnicity: Ethnic Nationalism and the Regulation of Ethnic Conflict // War and Ethnicity: Global Connections and Local Violence. Ed. by D. Turton. San Marino, 1997. P. 145-150. 2 Smith A. D. Ethnic Identity and Territorial Nationalism // Thinking Theoretically about Soviet Nationalities: History and Comparison in the Study of the USSR / Ed. by A. J. Motyl. New York, 1992. P. 49.
  • [3] Raanan U. Nation and State: Order out of Chaos // State and Nation in MultiEthnic Societies: The Breakup of Multinational States I Ed. by Uri Ra’anan ... [et al.]. Manchester, England; New York, 1991. P. 14. 2 Kellas J. The Politics of Nationalism and Ethnicity. New York, 1991. P. 3.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >