ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Состояние общественного сознания советских граждан с начала 1980-х гг. все в большей мере отличалось ценностно-нормативной неуравновешенностью и носило противоречивый характер. Из-за границы расширяющимся потоком вначале просачивалась, а затем хлынула информация о том, что «загнивающий» капитализм совершенно неожиданно процветает. Впечатления пока еще не столь многочисленных туристов, которые уже смогли увидеть мир по ту сторону советской границы, только будоражили воображение. И все это происходило на фоне замедления работы народно-хозяйственного механизма, ухудшения экономических показателей, обострения проблемы дефицита. Поэтому когда в марте 1985 г. новым Генеральным секретарем ЦК КПСС избрали 54-летнего Михаила Сергеевича Горбачева, который был на 20 лет моложе своих предшественников, народ уже был готов к переменам. Руководители и участники исторического проекта под названием «Перестройка» даже приблизительно не представляли себе всего масштаба и глубины будущих социальных, экономических и политических изменений.

Первое серьезное приоткрытие правового «шлюза», позволившее легально осваивать «русло» новых экономических отношений, связано с принятием в конце 1986 г. Закона СССР «Об индивидуальной трудовой деятельности». О востребованности в обществе этой степени экономической свободы говорит тот факт, что менее чем за 1,5 года в такую форму трудовых (а по сути - предпринимательских) отношений включились около 400 тыс. граждан. Вместе с тем за этот же период примерно в три раза возросла и достигла примерно 1/3 доля тех, кто негативно высказывался об «индивидуалах». Такое отношение во многом подогревали циркулирующие в обществе слухи о сверхдоходах граждан, которые занимались индивидуальной трудовой деятельностью. Хотя цифры официальной статистики говорят о том, что эти слухи были сильно преувеличены. Средний доход «частника» был на уровне или немного превышал зарплату высококвалифицированного рабочего. Так или иначе, но процесс индивидуального накопления капитала уже в самом начале разворачивался в атмосфере подозрительности и настороженного отношения общественности.

Вторым документом, который по идее должен был активизировать экономическое поведение трудовых коллективов как хозяйствующих субъектов, стал принятый в июне 1987 г. Закон СССР «О государственном предприятии (объединении)». Однако несоответствие заявленных целей повышения экономической эффективности предприятий посредством их перевода на рыночные «рельсы» и предлагаемых Законом средств для такого перехода породило целый ряд системных проблем. В качестве оценочных по прежнему использовались объемные показатели. При этом на практике до передовых коллективов доводились повышенные нормативы отчислений от прибыли в госбюджет, а отстающие коллективы по-прежнему находились в тепличных условиях неоправданных льгот. Фактически это означало, что под новыми лозунгами самофинансирования и самоокупаемости воспроизводился старый административно-директивный механизм хозяйственного управления. В результате из-за пресловутой уравниловки мотивация работников к высокопроизводительному труду снизилась, что негативно сказалось на эффективности работы предприятий в целом.

До того исторического момента, когда бывшие республики Советского Союза «разбежались по национальным квартирам», становление новой социальной прослойки - будущего класса -предпринимателей происходило, главным образом, в формате кооперативного движения. И в этом потоке кто-то пытался «здесь и сейчас» заработать «на кошках», а кто-то закладывал фундамент будущих высокотехнологичных производств. Эти годы в функциональном плане для многих сыграли роль «мотивационного сепаратора». Одни попробовали себя в качестве предпринимателя и потом ушли из этой сферы, почувствовав -«не мое». Вторые оценили новые возможности и не захотели возвращаться в сферу наемного труда, где нужно работать «на дядю», но и в качестве предпринимателей «звезд с неба не хватали». Эти вторые поменяли свой социальный статус при практически не изменившемся материальном положении. Третьи смогли использовать ситуацию конца 1980-х - начала 1990-х гг. как лифт для социального и имущественного подъема. В любом случае, и первые, и вторые, и третьи - это весьма сильные люди, которые не побоялись что-то принципиально поменять в своей жизни, рискнуть, бросить вызов, перейти от «кухонных разговоров» о нелегкой доле к конкретным действиям по ее улучшению.

Опыт развития предпринимательских отношений в СССР, а затем в независимой Беларуси подтверждает тот факт, что успешно заниматься предпринимательством могут немногие. Какие бы благоприятные условия не были созданы для проявления частной экономической инициативы, все равно воспользоваться этими возможностями, но одновременно и взять на себя всю полноту ответственности за свои действия, оказывается способным явное меньшинство. В этой связи не угасает интерес исследователей к личностным качествам предпринимателя. Кто он такой, человек, который хочет, может и достигает? В обобщенном видении развертывания западной традиции восприятия фигуры предпринимателя от Адама Смита до Йозефа Шумпетера, и от него далее - до Йонаса Риддерстрале и Кьелла А. Норд-стрема, - это человек, который хочет подарить миру новые возможности, может на этом заработать и достигает этого не смотря ни на какие трудности. Это идеальный тип. А в чем же тогда отличия «смитовского» видения предпринимателя от современного его восприятия? Пожалуй, в том, что постепенное «вызревание» предпринимателя как социального типа в среднем повышает меру его ответственности перед обществом. Это генераль ная общемировая тенденция. Специфика социального портрета типичного белорусского предпринимателя в том, что в отличие от своих западных коллег он не выставляет напоказ свои капиталы в качестве доказательства успешности; в меньшей мере признает верховенство и ценность «писанных законов» и в меньшей мере доверяет государству как бизнес-партнеру.

Предпринимательство как весьма специфическая сфера хозяйственных отношений в своем развитии подчиняется собственным внутренним законам эволюции. Государство как субъект управления с большим или меньшим успехом старается принимать участие в этом процессе, защищая свои интересы. Бурное развитие кооперативов, главным образом в тех отраслях, где это было выгодно самим кооператорам, а не там, где планировало государство, вынудило последнее еще до распада Советского Союза искать рычаги воздействия или, по крайней мере, какие-то противовесы, чтобы уравновесить «кооперативную вольницу» некой адекватной совокупностью хозяйствующих субъектов государственной формы собственности. Решение виделось в создании малых государственных предприятий численностью до 100 человек. В целом такие предприятия (по сравнению с другими в своей отрасли) действительно продемонстрировали более высокую эффективность работы, показали лучшую чувствительность к изменениям во внешнем окружении и внутренней среде предприятия, явились более восприимчивыми к инновациям, эффективнее использовали трудовой потенциал занятых работников.

Формат малого предприятия, показавший свою конкурентоспособность, продолжили широко использовать и после распада Советского Союза. В условиях построения новой национальной экономики государству, разумеется, было выгоднее, чтобы экономическая активность граждан реализовывалась в формате коллективных хозяйствующих субъектов, а не в индивидуальных формах. Предприятиями легче управлять, их проще контролировать. Это одна из причин, по которой для индивидуальных предпринимателей государство регулярно придумывает различные условия и ограничения в плане использования наемной рабочей силы. Дескать, хотите использовать наемный труд - создавайте малое предприятие. Вместе с тем частные малые предприятия, как правило, не имеющие ведомственной подчиненности, воспринимаются руководителями государственных предприятий не как партнеры, а как конкуренты. Чтобы обезопасить предприятия государственной формы собственности от утраты занимаемых позиций под натиском более конкурентоспособных частных малых предприятий, власть практикует для «своих» хозяйствующих субъектов различные преференции, что приводит к неравным условиям хозяйствования. Такие действия со стороны государства, конечно, не способствует установлению доверительного диалога между бизнесом и властью.

Образно говоря, белорусские предприниматели - это «пятое колесо» в «телеге» национальной экономики. Их никто не проектировал. В производственной структуре «сборочного цеха Советского Союза» - как иногда называли БССР - места для них не были предусмотрены и функции не прописаны. И даже после свалившейся «как снег на голову» независимости реальной общественной силой они не стали. Но государству уже в новых условиях нужно было с «частником» как-то налаживать отношения. Раньше государству было проще: посмотрел в сторону Кремля - и знаешь, что нужно делать. Теперь же на многие вопросы приходилось самостоятельно искать ответы. В начале 1990-х гг., не по своей воле окунувшись в бурные волны рыночной экономики, белорусский народ в своем абсолютном большинстве (как минимум на 4/з) весьма быстро почувствовал, что социально ориентированная БССР в составе СССР в повседневной практике давала людям намного более желанные и гарантированные блага, нежели может гипотетически предложить суверенная и независимая Республика Беларусь. Поэтому, как только представился подходящий политический случай, большинство граждан Беларуси высказались за ведущую роль (и ответственность!) государства в организации жизнедеятельности народа, социальную ориентированность экономики и защищенность населения от рыночных потрясений. В этих условиях новое руководство государства сделало ставку на сохранение доставшейся

Беларуси от СССР производственной структуры. А мы помним, что предприниматели там не предусмотрены... Вот отсюда и вытекает сверхзадача - путем эволюционных преобразований сделать так, чтобы это «колесо» стало одним из ведущих. Чтобы предприниматели из фактора головной боли для государственных чиновников (контролируй их, проверяй, налоги взымай, смотри, чтоб не утаили, следи, чтоб чего не натворили...) превратились в надежных бизнес-партнеров, осознающих, наравне с государством, всю значимость своей роли не только в экономическом, но и в социальном развитии белорусского общества.

При Советском Союзе Беларусь была одной из наиболее развитых республик и ее экономика была глубоко интегрирована в экономику России. Поэтому вполне закономерно, что в ситуации сохранения всех ключевых функций «сборочного цеха» Беларусь и в новейшей истории наиболее тесное экономическое (и политическое) сотрудничество выстроила с Российской Федерацией. Это макроэкономическое условие, которое как «ветер в паруса» стали использовать и белорусские предприниматели. Привлекательность совместного бизнеса с россиянами обусловлена как историческими предпосылками (общая языковая среда, культурная близость), так и актуальными экономическими факторами (совместные программы развития Союзного государства Беларуси и России). Интерес белорусских предпринимателей заключается в том, что они рассматривают Россию как обширный рынок, уверенное позиционирование на котором является, во-первых, залогом стабильности собственного дела, во-вторых, - предпосылкой для возможного уверенного выхода на мировой рынок.

Предприниматели в Беларуси, хотя периодически и испытывают в своем развитии значительные затруднения, - уже вполне оформившийся социальный тип. Благодаря упорной работе отечественных предпринимателей, неравнодушных государственных служащих и дальновидных специалистов из разных отраслей и сфер экономики Беларуси предпринимательство стало на белорусской земле существенным законодательно закрепленным социальным институтом и, вне всякого сомнения, будет дальше развиваться. Белорусские предприниматели постепенно и без помпы наработали потенциал, который позволил их наиболее весомым представителям выйти на результаты надгосударственного уровня. И значимость этих результатов еще предстоит осмыслить. Сегодня белорусский частный капитал начал использоваться для освоения серьезных зарубежных активов. И такая международная экспансия является вполне осознанным и просчитанным решением. Выход на международный рынок позволит формировать успешные интернациональные команды менеджеров, способных продвигать конкурентоспособные проекты мирового уровня. В свою очередь совместные усилия предпринимательских и государственных структур помогут выстроить равноправные и взаимовыгодные отношения во имя устойчивого и всестороннего развития белорусского общества.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >