СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ФАКТОРЫ РАЗВИТИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В БЕЛАРУСИ И РОССИИ

Предпринимательская деятельность в Беларуси: социокультурные предпосылки становления и развития

Цд ж мы, хлопцы, рук не маем?

Щ ж нам С1лы Бог не дау?

Якуб Колас. «Беларусам»

В начале XXI в. переход к новой экономической системе в Беларуси осуществлялся на основе умеренно-радикального подхода, который ориентирован на создание стабильных социально-экономических условий развития. Были выбраны эволюционные методы реформирования с активным участием государства в формировании рыночной инфраструктуры, поддержке им важных отраслей народного хозяйства посредством прямого субсидирования и налогового стимулирования. В 2000-е гг. темпы рыночных преобразований в Беларуси во многом определялись сложностью создания рыночных институтов, практическим отсутствием на начало переходного периода предпринимательского сектора, наличием большого количества крупных предприятий, рыночная адаптация которых требовала времени, отсутствием богатых природных ресурсов. Активно обсуждался вопрос о том, что не последнюю роль в ходе экономических реформ играют национальные особенности населения страны. Действительно, специфику развития многих ведущих держав мира, таких как Англия, США, Япония, уже длительное время находящихся на высоком уровне экономического развития, определяют факторы, берущие начало из «духовной жизни народа», т. е. менталитета. Хотя эти страны характеризуются диаметрально противоположными моделями мотивации труда, они сумели органично вписаться в экономическое устройство мирового сообщества.

Степень готовности нашей страны к сложному поливектор-ному социально-экономическому развитию постепенно повышается, однако сложности в функционировании крупного, среднего и малого бизнеса только увеличиваются. Не последнюю роль здесь играют социокультурные предпосылки занятия предпринимательской деятельностью, которые, как показывает мировая история, имеют очень сильное влияние. Среди ментальных характеристик, уровень которых белорусы у себя оценили более близким к идеальному, чем у восточных и западных соседей, трудолюбие оценивается как одно из самых значимых качеств. Рассматривая себя в качестве самой близкой к эталону нации, свое трудолюбие белорусы оценили в 2,9 раза выше, чем у поляков и русских, и на 16% выше, чем у немцев. Собственное стремление к личной свободе, независимости белорусы зафиксировали на 26,0% от идеального уровня, соревновательность и конкуренцию - на 20,0%, предприимчивость и расчетливость -на 22,8%'. На идеальном уровне стремление к быстрым, радикальным общественным изменениям белорусами оценено очень низко, а стремление к медленным, постепенным общественным изменениям - как явно отрицательная черта. То есть, будучи уверенными в силе своего трудолюбия, белорусы испытывают неудовлетворенность собственным уровнем других рационально-деятельных ментальных характеристик, таких как соревновательность, конкуренция, предприимчивость и расчетливость, стремление к личной свободе и независимости.

Нынешний невысокий уровень предпринимательской активности в Беларуси можно объяснить исторически сложившимися особенностями национального характера, в том числе стойким двуединством «литвинского» и «русинского» начал в белорусском менталитете. Общепринято, что в Беларуси, географически расположенной в самом центре Европы, переплелись и разграничились два типа цивилизации: западная и восточная. При этом восточное влияние Беларусь воспринимала ослабленным и адаптированным великорусской культурой, а западное -

1 Кириенко В. В. Белорусская ментальность: истоки, современность, перспективы. - С. 253-257.

адаптированным польской. В Средние века Беларусь счастливо избежала агрессивно-насильственного насаждения как восточной (восточных ценностей через монголо-татар), так и западной культуры (западных ценностей через крестоносцев). Давно говорится о том, что синтез обоих принципов хозяйствования, преломленных в интересах свободного развития производительных сил в зависимости от их характера и уровня, индивидуалистического или коллективистского архетипов, способен создать эффективную экономику «третьего пути», которая при формировании территориальных свободных зон (центральной, восточной, западной) учитывала бы специфику данных регионов. Несмотря на то что Беларусь долгое время не знала собственной государственности, будучи ареной борьбы за обладание ею различными государственными образованиями и религиями, такие исторические обстоятельства выработали у белорусов на подсознательном уровне ощущение своей самобытности, неповторимости, непохожести на другие нации. Дискуссии о месте республики на геополитическом пространстве «Восток-Запад» только усиливали стремление белорусов объединяться. Вбирая ценности соседних славянских народов, белорусы сумели создать свою самобытную культуру, которая еще ни разу не рассматривалась с позиции рынка. И когда в западнославянских странах рыночные институты начали развертываться за счет «законсервированных» в общественном сознании как формальных, так и неформальных норм поведения, свойственных либеральной модели экономики, то в славянских республиках бывшего СССР стал вопрос о внешнем заимствовании так называемого духа капитализма.

Рассматривая историю нашей страны, следует подчеркнуть, что вопрос преодоления мировой изоляции на протяжении многих веков в Беларуси не возникал. Наоборот, страна принимала активное участие в общеевропейском процессе политического, экономического и социокультурного развития. Так, в XIII - первой половине XVIII в., как и в целом по Европе, феодальная система общественных отношений на территории Беларуси, входившей в состав Великого Княжества Литовского и являвшейся его главной составной частью, окончательно утверждается в законодательных актах. Основным средством производства и источником общественного богатства становится земля, главным производителем материальных благ - закрепленный за ней крестьянин. В действие вся система приводится структурной феодальной подчиненностью во главе с правителем - великим князем, власть которого ограничивается высшим органом государственного руководства - Радой.

В то же время в недрах феодализма начинают появляться новые формы общественных отношений - денежно-товарные, постепенно зарождаются элементы рынка. Основными факторами, которые способствовали возникновению реформационного движения в Великом Княжестве Литовском в середине XVI в., были значительные сдвиги в общественно-политической и духовной жизни, расширение культурных и политических связей с Польшей и другими странами Западной и Центральной Европы, проникновение ренессансной культуры. Экономический подъем сопровождался ростом товарно-денежных отношений, развитием фольварковой экономики (фольварк - феодальное хозяйство, основанное на труде феодально-зависимых крестьян), аграрной реформой 1557 г. (так называемой «волочной померы»), усилением городского самоуправления. Аграрная реформа середины XVI - первой половины XVII в. с целью повышения доходности феодального хозяйства способствовала распространению фольварково-барщинного хозяйства, которое сопровождалось ослабеванием роли и даже разрушением крестьянской общины. Последняя, кроме сдерживания стремлений феодалов увеличить размеры ренты и ввести новые виды повинностей, мешала отделить использование земли крестьянами, чтобы шляхте было легче обеспечивать свои интересы. Общину отлучили от расклада и сбора дани, натурального и денежного оброка. Этот процесс имел определенные результаты на западе и в центре Беларуси, где в результате индивидуализации крестьянской семьи и ее повинностей происходило дробление наделов, а также стремительно создавались фольварки (мини-хозяйства), которые были тесно связаны с рынком и активно использовали свои права бестаможенной торговли. Однако на северо-востоке и востоке Беларуси община в той или иной форме сохранялась, поскольку страховала крестьян от разорения путем круговой поруки, что соответствовало и интересам государственной казны и феодала.

В рамках реформационного течения большое влияние на развитие духовной и социокультурной сферы в Великом Княжестве Литовском оказала идеология основных направлений западноевропейского протестантизма: кальвинизма, лютеранства, англиканской церкви. Протестантские общины возникали в 50-е гг. XVI в. во многих белорусских городах, таких как Несвиж, Клецк, Ляховичи, Койданово, Новогрудок и др. Наибольшее распространение в Беларуси, как и во всей Речи Посполитой, получил кальвинизм, фундаментальным принципом которого было учение о предопределении. Свободолюбивую местную шляхту привлекала идея, которая обосновывала зарождающуюся предпринимательскую деятельность и давала моральную санкцию на успех в коммерции. Главной социальной основой реформационного движения в Великом Княжестве Литовском стали привилегированные слои. Так, накануне Люблинской унии 1569 года, которая была проведена с целью создания союза государств против Великого Княжества Московского, протестантские феодалы были широко представлены в Раде Великого Княжества Литовского: в ее состав входили 17 протестантов, 9 православных и 2 католика[1]. Кальвинизм приняли крупные белорусские магнаты - Радзивилы, Зеновичи, Слушки, Ходкевичи, Сапеги.

Учение Ж. Кальвина особо подчеркивало важность качественного исполнения своих обязанностей и необходимость дальнейшего совершенствования в своем мастерстве. Такой подход стал причиной экономического подъема Беларуси в XVI в. Под руководством Николая Радзивилла Черного в 1556 г. была проведена аграрная реформа, которая позволила каждой крестьянской семье получить во владение волоку земли (21 гектар). При этом каждое хозяйство имело землю одинакового качества. Благосостояние

каждого крестьянина зависело не от везения, а от умения качественно вести свое хозяйство, потому что все имели равные стартовые возможности. Новая система хозяйствования дала возможность увеличить урожаи зерновых, так что рожь и ячмень начали вывозить на продажу за границу. После ликвидации сельской общины часть крестьян начала заниматься ремеслом. Получило развитие и производство, особенно связанное с переработкой древесины.

Интересы и чаяния зарождающегося класса буржуазии на территории Беларуси проводили в жизнь известные просветители Симон Будный (около 1530-1593) и Василий Тяпинский (около 1530 - около 1603), представители антитринитаризма - наиболее радикально-реформационного течения протестантизма. Возникшие в XVI в. в Великом Княжестве Литовском несколько арианских (или антитринитарских) общин были одинаково жестки в критике церковной догматики и церковной традиции. Но в отношениях к социально-политическим вопросам они делились на два течения. Представители первого придерживались постепенных перемен в феодальном обществе, морального и действительно христианского воспитания и просвещения господствующих сословий и всего населения. Сторонники второго, наиболее критичного течения, выступали за ликвидацию частной собственности, феодальных привилегий и т. д. Проведение радикальных социокультурных и социально-экономических преобразований поддерживала мелкая и средняя шляхта, городское население. Однако ни Будному, ни Тяпинскому не удалось поставить протестантизм на социальный грунт, не став тем самым белорусскими Мартином Лютером (1483-1546) и Жаном Кальвином (1509-1564). Теологический радикализм белорусских арианских (антитринитарских) богословов, а также стремление на практике реализовать свои социальные лозунги привели их к конфликту с широкими слоями шляхты (в том числе кальвинистами), вызвали сильную тревогу правящих кругов. Это привело к изгнанию ариан, в соответствии с постановлением сейма 1658 г., за пределы Речи Посполитой. Поскольку природная толерантность белорусов не допускала междоусобных войн на религиозной основе, как в Западной Европе (например, во Франции Варфоломеевская ночь 1572 г.), то и воинствующей реакции на подавление реформационного духа в белорусском обществе не произошло. Таким образом, «духовный мятеж» и «телесный мятеж»[2] идей зарождающегося капитализма на территории Беларуси не получили поддержку.

Тем не менее реформационное движение как широкое религиозное и общественно-политическое движение способствовало росту национального самосознания белорусов, однако ни в Польше, ни в Литве, ни в Беларуси оно не имело устойчивого теологического основания - количество протестантских сект доходило до 70. В итоге отсутствие единой религиозной теории среди белорусских реформистов привело к усилению позиций католицизма, который имел мощную финансовую и идеологическую поддержку. Конечно, организация протестантской церкви, независимой от высшей власти, отвечала целям сохранения суверенитета и привилегий крупной белорусской шляхты, которая приняла идеи Реформации о развитии индивидуальности и личной ответственности. Но даже переход из классического католицизма в протестантизм определенных слоев привилегированного сословия был вызван политическими, а не социокультурными изменениями в развитии Великого Княжества Литовского. Так, многие крупные феодалы княжества выступали против процесса формирования Речи Посполитой, представлявшей собой федерацию двух государств - католической Польши и Великого Княжества Литовского, и стремились сохранить политический суверенитет княжества и свои привилегии. Однако при возникновении реакции и сильного польско-католического влияния, белорусские протестанты приняли (опять же по политическим мотивам) католичество, что привело к доминирующей роли польской культуры.

На протяжении XV - первой половины XVII в. магдебург-ское право (феодальное городское право, которым определялись экономические, имущественные, социально-политические права

горожан и регулировалась общественно-политическая и экономическая жизнь в городах) было дано великими князьями литовскими и королями польскими всем более или менее значительным городам Беларуси. Первые грамоты на магдебургское право получили города Вильно (1387), Брест (1390), Гродно (1391), Слуцк (1441), Полоцк (1498), Минск (1499), Витебск (1597) и т. д. В случае войны эти города превращались в форпосты для обороны. По магдебургскому праву горожане освобождались от феодальных повинностей, которые заменялись единым ежегодным денежным налогом. Также города получали право на самоуправление, которое улучшало условия ремесленной и торговой деятельности, ослабляло феодальную зависимость горожан, имевших личную свободу, право передвижения и неприкосновенности собственности[3]. Складывавшиеся в недрах феодальной системы элементы рынка позволили белорусским городам и местечкам стать центрами не только ремесла и торговли, но и развития национальной письменности, литературы, общественно-политической мысли и белорусской культуры в целом. Литературное меценатство магнатов-протестантов преимущественно связано с организацией книгопечатания. В период эпохи Возрождения на Беларуси - это в основном XVI - первая половина XVII в. - издавались первые буквари, грамматические словари, были созданы замечательные памятники общественно-правовой мысли - Статуты Великого Княжества Литовского 1529, 1566, 1588 гг., которые регулировали общественно-политическую жизнь, внешнеэкономические связи, а также были признаны наиболее прогрессивными нормативно-правовыми актами того времени. Известными деятелями эпохи Возрождения в Беларуси были Франциск Скорина, Михалон Литвин, Лаврентий Зизаний, Стефан Зизаний, Андрей Волан, Андрей Римша и другие.

В целом для истории Беларуси значение реформационного движения неоднозначно. С одной стороны, оно способствовало эволюции общественного строя, развитию ренессансно-гумани

стических и реалистичных тенденций в духовной жизни, становлению новых, секуляризованных форм культуры, расширению международных связей и контактов. С другой стороны, Реформация способствовала ополячиванию шляхты и части мещанства, что, в свою очередь, было результатом последовательного присоединения Великого Княжества Литовского к европейскому культурно-историческому процессу. Однако религии, возникшие в результате Реформации, прежде всего протестантизм и, в частности, кальвинизм, обеспечивавшие психологическую мотивировку, адекватную духу капитализма, затронули лишь высшие слои населения Беларуси, что не препятствовало свободному сосуществованию православия (с его персоналис-тической мотивировкой жизненного поведения), которое исповедовали народные массы. В итоге в XVII-XVIII вв. (в период вхождения Беларуси в состав Речи Посполитой) высший слой использовал польский язык и развивал свою культуру путем восприятия общеевропейских духовных ценностей на базе белорусской ментальности. Одновременно в среднем и низшем слоях формировалась разночинная народная культура, стержень которой составляли белорусский язык, фольклор, ремесло.

В XVIII в. новым явлением в экономической жизни Беларуси стало появление мануфактурного производства, начало которому положили крупные феодалы, владевшие большими богатствами и дешевой рабочей силой - крепостными крестьянами. Труд последних был малопроизводителен, поэтому многие вотчинные мануфактуры не могли выстоять в конкурентной борьбе и просуществовали недолго. Однако на некоторых из них все-таки присутствовали элементы капиталистического производства — вольнонаемные работники, оплата труда с учетом квалификации работника, а в некоторых случаях - сдельная плата. Наиболее известными предприятиями мануфактурного типа на территории Беларуси были построенные в 20-е гг. XVIII в. стекольный завод в Налибоках (Столбцовский район, Минская область), действовавшие с 30-х гг. XVIII в. Уречский стеклозавод (Любанский район, Минская область) и с 60-х гг. XVIII в. Слуцкая мануфактура шелковых поясов (Минская область). Меныпими по размерам мануфактурами являлись суконная и полотняная фабрики князя Сапеги в Ружанах, стекольные заводы графа Соллогуба в местечке Илья (Минский район) и гетмана Мосаль-ского в имении Мышь (Новогрудский район), фаянсовый завод Радзивиллов в местечке Свержень и т. д. Во второй половине XVIII в. (60-70-е гг.) граф Антоний Тизенгауз основал более 20 крупных предприятий в королевских владениях, в том числе более 15 мануфактур в Гродно и его предместье - Городнице. В результате активной политики в развитии мануфактурного производства в конце XVIII в. в Беларуси действовали более 50 мануфактурных предприятий, на которых работали около 2400 человек[4]. Мануфактуры концентрировались в основном в местечках, малых городах, которые составляли часть огромных магнатских владений. Динамика их численности приведена в табл. 4.1.

Таблица 4.1. Мануфактурная промышленность Беларуси в 1796-1860 гг. [228, с. 379]

Отрасль

Основные показатели

1796 г.

1809 г.

1828 г.

1845 г.

1850 г.

1853 г.

1860 г.

Пищевая

Предприятия

4

5

7

13

18

27

36

Рабочие

40

54

78

321

503

835

1119

Текстильная

Предприятия

26

34

66

73

73

44

46

Рабочие

1759

2031

1916

2035

2468

1529

1698

Металл ообрабаты-вающая

Предприятия

2

3

4

6

5

7

8

Рабочие

85

116

167

185

149

191

239

Селикатная

Предприятия

10

14

12

13

17

20

23

Рабочие

333

338

382

384

451

473

600

Деревообрабатыва-

ющая

Предприятия

9

10

13

13

12

12

10

Рабочие

185

210

412

779

657

648

464

Кожевенная

Предприятия

2

2

2

3

6

3

4

Рабочие

34

41

56

61

151

174

111

Все отрасли

Предприятия

53

68

104

121

131

ИЗ

127

Рабочие

2436

2840

3014

3765

4365

4379

4231

Характеристика хозяйственной деятельности Беларуси будет неполной, если не упомянуть о народе, который внес значительный вклад в систему хозяйствования XIV-XVII1 вв. На протяжении

многих столетий евреи являлись самой крупной этнической группой в составе населения страны (около 14%). Изначально их привлекли на территорию Беларуси уникальные привилегии, гарантировавшие свободу вероисповедания, защиту жизни, имущества и право занятием торговлей и ремеслом, в то время как в странах Западной Европы евреи терпели сильную дискриминацию со стороны властей и католического духовенства. Формирование хозяйственной деятельности евреев происходило двумя способами: во-первых, шло дальнейшее развитие занятий, которые сложились еще во время нахождения их в странах Западной Европы и Польши, главным образом торговая деятельность; во-вторых, происходило освоение новых форм хозяйствования. Среди первых эмигрантов-евреев в XIV-XV вв. была небольшая, но состоятельная группа, в которую входили крупные финансисты и коммерсанты, занимавшиеся кредиторской и предпринимательской деятельностью. Значительные денежные накопления, знания международного рынка и организаторские способности евреев заинтересовали правящие круги, которые разрешили им осуществлять торговые сделки, собирать налоги и освободили от многих таможенных пошлин. Менее состоятельные евреи занимались мелкой торговлей в городах и местечках. Так, в Минской губернии в 1864 г. из 1702 мещанских лавок евреям принадлежали 1619 и из 403 купеческих - 385. Они также являлись владельцами почтовых станций. Например, в Могилевской губернии в 60-е гг. XIX в. из 60 почтовых станций 48 держали евреи[5]. В городах евреи владели предприятиями, которые требовали небольших финансовых средств, самых простых инструментов и малого количества рабочих. Помимо торговли и фабричного производства часть еврейского населения занималась ремеслом. Тем самым кроме развития и совершенствования традиционных видов деятельности (торговой и финансово-кредиторской) евреи путем освоения новых и непривычных для них видов деятельности (земледелие, производство) способство-

вали обогащению опыта ведения народного хозяйства в средневековой Беларуси.

Таким образом, в XIV-XVIII вв. хозяйственная деятельность белорусских евреев была направлена на всеобщее развитие экономики страны. Евреи долгое время являлись полноправными членами общества, что способствовало уникальному для всех времен существования Великого Княжества Литовского их свободному национально-культурному развитию. В отличие от других стран, на территории Беларуси евреи осваивали нетрадиционные для них занятия (земледелие, ремесло, производство). С целью пополнить городское население для развития торговли и ремесла в начале XIX в. началось принудительное переселение евреев из помещичьих имений в города и местечки. Европейские войны, слабость королевской власти, постоянное расширение антиеврейского законодательства и католическая экспансия привели к угасанию еврейской общинной жизни и обеднению еврейского населения. До конца XVIII в. евреи почти полностью утратили свое влияние на общественную и экономическую жизнь ВКЛ[6]. Постепенно, с утратой всех своих привилегий, евреи ограничивают результаты своего труда в рамках еврейской общины. Тем самым любая деятельность евреев уже не была как прежде направлена на всеобщее развитие хозяйственной деятельности страны, а превратилась в борьбу за экономическое и национальное существование и сохранение этнокультурных особенностей.

Далее судьба белорусского народа отмечена трагизмом и борьбой за национальное выживание. Постоянно изменяющееся политическое положение привело к тому, что выбор религии белорусами осуществлялся не по идейным или экономическим, а политическим мотивам. В результате трех разделов Речи Посполитой (1772, 1793 и 1795 г.) большая часть белорусской территории была включена в состав Российской империи, вследствие чего в 1840 г. закрепилось название «Северо-Западный край». Однако самостоятельная государственная жизнь до присоединения к России обусловила отличительные особенности: политическое

устройство, закрепленное в Конституции Великого Княжества Литовского, особые учреждения, построенные на началах выборности (земские должности), свой суд (Литовский трибунал), городское сословие имело право на самоуправление (магдебург-ское право) - все это отличалось от порядков Российской империи. К моменту присоединения к Российской империи после трех разделов Речи Посполитой белорусы в основном принадлежали к трем христианским конфессиям: католицизм, православие и униатство. Людей привлекало в униатстве внимание к местным национальным культурным традициям, широкое использование в религиозной жизни белорусского языка. В феврале 1839 г. российскими властями был подписан специальный указ об объединении белорусской униатской церкви с российской православной, и в самые короткие сроки (в течение 10-15 лет) униаты насильственно были обращены в православную веру.

Оценивая исторические условия, в которых оказалась территория Беларуси, следует отметить, что ее включение в состав Российской империи содействовало созданию более благоприятных условий для формирования капиталистических отношений (экономический простор России был намного шире, чем у Речи Посполитой) и возникновения нового сословия шляхты -помещиков-предпринимателей. В конце XVIII - первой половине XIX в. в различных районах Беларуси в сельской местности стали появляться промышленные поселения, представлявшие собой полные комплексы производящих предприятий: винокуренных и сахарных заводов, бумажных и ткацких фабрик, мельниц, лесопилок и других промыслов. Во главе новой организации своего хозяйства стояли помещики. Среди крестьян началась дифференциация. В связи с тем, что в самой России новые рыночные отношения начали формироваться гораздо позже, чем на Западе, экономика Беларуси не смогла достигнуть общеевропейского уровня развития экономической деятельности. Кроме того, национально-колониальная политика царского правительства не способствовала появлению в Беларуси индустрии. В архивах министерств того периода часто встречаются циркуляры следующего содержания: «Развитие промышленности и развитие промышленных центров в Западном крае, неспокойном, связанном с Польшей, близкой от западной государственной границы, - нежелательно»1.

Развитие капиталистических отношений в промышленности Беларуси прошло три этапа: мелкое товарное производство, капиталистическая мануфактура и фабрика (крупная машинная индустрия). В целом важная особенность экономического развития состояла в превалировании крепостного труда на промышленных предприятиях и высокой численности мелких предприятий (с численностью рабочих до 15 человек, без паровых двигателей), которые давали почти 84% всей промышленной продукции и более 53% валовой продукции. Мануфактуры (предприятия с 16 и более рабочими, с ручным трудом) составляли 7,4%, фабрики - до 9%. Промышленное развитие Беларуси тормозилось конкуренцией со стороны более развитой российской и польской промышленности. В конце XIX в. все население Беларуси по классовому составу распределялось следующим образом: крупная буржуазия, помещики, высшее чиновничество -147 тыс. человек (2,3%), зажиточные мелкие собственники -670 тыс. (10,4%), беднейшие мелкие хозяева - 1993 тыс. (30,8%), пролетарии и полупролетарии - 3674 тыс. (56,5%) человек[7] . Промышленный переворот в Беларуси дал толчок для формирования классов промышленной буржуазии и наемных рабочих, а также способствовал развитию фабрично-заводской промышленности.

Учитывая объективный ход развития капитализма, российские власти вынуждены были отказаться от поддержки патриархального уклада деревни и попробовать ликвидировать пережитки крепостничества в крестьянском надельном землевладении, сохранив помещичье. Реформа 1861 года ускорила развитие капиталистических отношений в сельском хозяйстве Беларуси. К концу 1880-х гг. в западных белорусских губерниях - Минской, Гродненской, Виленской - преобладала капиталистическая система хозяйствования, в восточных - Витебской и Могилевской -

смешанная система (сельскохозяйственные работы выполнялись в виде отработок за аренду земли). На территории Беларуси, как и в России, происходило сокращение доли надельной земли и увеличение частного и государственного землевладения. Наибольшая доля государственных земель находилась в Гродненской губернии (около 15% от общего количества), наименьшая - в Могилевской (2,8%). В крестьянских хозяйствах происходил рост их товарности и дальнейшая дифференциация крестьянства. Зажиточные крестьяне выступали на рынке и как продавцы продуктов, и как покупатели средств производства, рабочей силы. Тем не менее существовавшая община сдерживала предпринимательскую инициативу крестьян, создавала условия для аграрного перенаселения.

Экономическая либерализация сельского хозяйства в XIX в. -отмена крепостного права, реформа П. Столыпина в 1906 г. -коснулась и территории Беларуси. Главной целью аграрной реформы 1906-1917 гг. стало разрушение общины и закрепление земли в личную собственность крестьян, создание хуторов и переселение безземельных и малоземельных крестьян (самый неспокойный элемент в деревне) в Сибирь и другие окраинные районы империи. Создание хуторского хозяйства означало движение от корпоративности к индивидуальному ведению хозяйства. Аграрная реформа была нацелена на развитие частной крестьянской собственности, причем с опорой «не на убогих и пьяных, а на крепких и сильных». Земельная собственность начала концентрироваться в руках аграриев-предпринимателей, совершался переход от сословной к бессословной земельной собственности. Важным элементом реформы стало кооперативное движение. Получила распространение кредитная кооперация, представлявшая собой сеть ссудосберегательных и кредитных товариществ. Так, в 1913 г. в пяти губерниях насчитывалось более 900 кооперативных учреждений различных видов, причем кооперация росла быстрее в Витебской, Могилевской и Виленской, чем в Гродненской и Минской губерниях. Росла сеть потребительских, производственных и сбытовых кооперативов. В 1913 г. на территории Беларуси работали 210 потребительских и 191 сельскохозяйственных товариществ, которые в условиях рыночной конкуренции способствовали устойчивости и эффективности новых форм крестьянских хозяйств1. Как отмечал В. И. Ленин (1870-1924), после присоединения к России Виленская, Гродненская и Минская губернии в статистических сводках относились к группе губерний, в которых преобладала капиталистическая система хозяйствования. К 1916 г. в Могилевской и Витебской губерниях из общины вышли и получили земельные участки в личную собственность 63,0% всех крестьян-общинников. Наиболее интенсивно насаждение хуторского ведения хозяйства происходило в восточной части Беларуси. Столыпинская аграрная реформа облегчила и ускорила процесс вовлечения крестьянской надельной земли в торговый оборот, в результате чего крестьянство все более дифференцировалось. Группа зажиточных крестьян в начале XX в. составляла 8-10% всех крестьянских хозяйств, средние крестьяне - около 32%, беднота - 60%[8] . На большей части Беларуси землевладение было подворным, община получила широкое распространение лишь в Витебской и Могилевской губерниях, но без переделов и уравнительного принципа. Это приводило к тому, что «белорусский крестьянин с самого начала прирос к своей земле и является более выразительным собственником, чем общинник-ве-ликорос.. .». Таким образом, белорусской нации исторически была присуща тяга к самостоятельности и автономности.

После Первой мировой войны (1914-1918) и Октябрьской революции (1917) на одной части территории Беларуси началось строительство нового социалистического строя, т. е. общинная психология получила дальнейшее развитие, а другая часть страны отошла к польскому государству, в котором развивались капиталистические отношения. После краха Российской империи

территория Беларуси была подвержена переделу согласно Рижскому договору 1921 года, заключенному между Польшей, Советской Россией и Украиной без участия БССР, в результате которого к польскому государству отошла западная территория страны площадью более 100 тыс. кв. км и населением свыше 4 млн человек. Таким образом, территория Беларуси оказалась поделенной на три части: западная часть отошла к Польше, восточная часть осталась в составе РСФСР; только 6 уездов Минской губернии в центральной части Беларуси составили территорию БССР. В 1921-1939 гг., находясь в составе буржуазной Польши, западные области Беларуси прошли «вторую школу капитализма», более суровую, чем в Российской империи. Аграрные реформы, проводимые в 1919-1925 гг., включали парцелляцию (перераспределение путем продажи через Земельный банк свободных земель), комасацию земли (хуторизацию крестьянских хозяйств) и ликвидацию сервитутов (совместных сельскохозяйственных угодий помещиков и крестьян) и были направлены на усиление капиталистических отношений на селе. Но в отличие от реформы П. Столыпина все расходы, связанные с проведением комасации, польские власти возложили на крестьянство, что привело к обнищанию западнобелорусских крестьян. Если в 1921 г. бедняки составляли 62%, середняки - 30%, кулаки - 8%, то к середине 1930-х гг. - соответственно 78-80; 15-17 и 5%’. В результате неравномерного развития отраслей промышленности западных земель Беларуси произошли значительные изменения в структуре ее экономики, которые определили Западную Беларусь как аграрно-сырьевой придаток Польши. Позднее, в 1939 и 1946 гг., значительная часть этнической Беларуси соединилась со своей западной частью.

В годы «военного коммунизма» насильственная коллективизация и проводимое в СССР раскулачивание привели к полному уничтожению частной собственности и усилению власти государства. Хотя у индивидуального производства и был непродолжительный ренессанс, неожиданно быстро преобразовавший страну НЭП, представлявший собой временный и условный компромисс между неконкурентоспособным государственным сектором и сохранившимися формами традиционного единоличного производства. С введением НЭПа многие крупные предприятия в республике были сняты с государственного финансирования и переведены на хозяйственный расчет. На рынке промышленных товаров начали быстрее и в более полном объеме восстанавливаться мелкие кустарно-ремесленные предприятия, так как по сравнению с крупными заводами они имели большой опыт ведения дел, не требовали значительных капиталовложений и обладали (из-за аграрного перенаселения) большим количеством свободных рабочих рук.

Что касается аграрного сектора, то хотя реальных причин для массовой коллективизации в БССР не было, тем не менее государственная власть поддерживала именно колхозы, что соответствовало идее построения социализма. Основными формами коллективных хозяйств стали коммуны, сельхозартели и товарищества по совместной обработке земли (ТОЗы или, менее распространенное, ТСОЗы). Удельный вес колхозов в общей социально-экономической структуре составлял 1,6%. Введенный с апреля 1925 г. новый Земельный кодекс Белорусской ССР фиксировал участково-подворный порядок землепользования в БССР, но ограничивал развитие хуторов и отрубов, рекомендовал коллективные формы землепользования. С учетом местных особенностей предпочтение отдавалось двум формам единоличного землепользования - поселков (Гомельский, Могилевский и Минский округа), хуторов и отрубов (Витебский и Оршанский округа). На нужды хуторизации было израсходовано 4,8 млн руб., выделено около 6 млн руб. кредитов. В итоге к середине 1920-х гг. около четверти крестьянских хозяйств приходилось на хуторскую и отрубную формы землепользования[9]. Идеологическая политика обострения классовой борьбы и последовавший массовый политический террор привели к подавлению самостоятельного индивидуального хозяйства.

Советская власть сделала основной упор в трудовой мотивации не на частный интерес, а на революционный энтузиазм, сознательность, коллективность устремлений. Тоталитарный и пришедший ему на смену в 1950-е гг. авторитарный политический режимы целенаправленно насаждали неприязнь к индивидуальному интересу, который отождествлялся с бездуховностью и стяжательством. Практика советского периода хозяйствования показала, что независимый личный интерес принимал искаженные формы и замыкался в сфере знакомств и связей. Деятельность в рамках последних регулировалась неформальными нормами, не поощряемыми обществом и предполагающими санкции. Таким образом, формирование у населения черт ярко выраженного общинного сознания, которое проявляется до настоящего времени, обусловлено совокупностью социально-экономических и политических факторов. После распада СССР народ Беларуси получил шанс иметь стабильность, свободу, независимость, демократию и эффективную экономику. Вопрос состоял в том, каким образом белорусское государство сумеет использовать этот шанс в условиях переходного периода, сопровождаемого экономическим, социальным и политическим кризисом.

Не стоит забывать, что переход к новым рыночным отношениям в 1980-90-е гг. осуществлялся усилиями людей, находившихся у власти и господствовавших в экономике бывшего Советского Союза. Официальный запрет на участие чиновников в предпринимательской деятельности вынудил их негласно находиться «в доле» с бизнесменами, часто занимающимися сомнительным бизнесом. Конкретные ограничения, установленные нормативными актами, привели к «сращиванию» рыночных и государственных структур управления. Для выходцев из «реального социализма» сложно было представить жизнь в иной социокультурной и экономической среде. Так, на переходе столетий и тысячелетий (2000 г.), говоря о перспективе развития белорусского общества, возникали трудности, поскольку социальный и экономический стресс мог привести к формированию антидемократических ценностей и идеалов. По данным социологического исследования «Беларусь и мир» (апрель 2000 г.), вери ли в демократию и выбирали ее 57,0% наших сограждан. При этом демократические приоритеты более заметны в западной части страны (Брестском регионе), где 66,8% жителей являлись приверженцами демократических ценностей. Самый (относительно) безразличный регион - Витебский (соседи - Латвия и Россия). Юго-восточные - Могилевский и Гомельский регионы -не отказывались от тоталитарных ценностей (соседние страны -Украина и Россия1). При наличии такого дисбаланса представлений о будущем, тем не менее, существовала реальная перспектива формирования единого белорусского общества и рыночной экономики в Беларуси. Поэтому, анализируя состояние белорусского общества на стыке XX и XXI вв., можно заключить, что ему был характерен «феномен переходности», но в жестких государственных рамках.

Особенностью развития предпринимательства в Беларуси стало его безоговорочное подчинение государственному управлению. По этой причине распространенные в советском общественном сознании социальные стереотипы («инициатива наказуема», «начальству виднее» и др.) во многом «перекочевали» в сознание отечественных предпринимателей, что не способствовало развитию самостоятельности субъектов малого бизнеса и их самоосознанию как движущей силы экономики[10] . Согласно статистическим данным за 2001 г., в Беларуси в сфере малого бизнеса работали 7,6% от всех занятых в экономике, а объем произведенной МП продукции составлял 6,5% от всего объема ВВП, что свидетельствовало на то время о высоких потенциальных возможностях предпринимательства. Однако по состоянию на начало 2009 г. объем произведенных МП работ и услуг увеличился лишь до 9,3% от общего ВВП, т. е. за 8 лет достигнут прирост только на 2,8%. И это при том, что за эти годы

существенно улучшилась инфраструктура, обеспечивающая деятельность предпринимателей.

Приведенные показатели говорят о недостаточном развитии социально-культурных механизмов предпринимательства и их слабом влиянии на выбор хозяйствующими субъектами моделей экономического поведения. Вместе с тем есть надежда на то, что эффективность работы этих механизмов будет в перспективе возрастать.

В это же время наметился рост влияния религиозно ориентированной трудовой этики на развитие деловой сферы в Беларуси[11]. Поддержка этой позитивной тенденции связана с пропагандой в республиканских СМИ положительных характеристик предпринимательской деятельности с учетом мировой практики управления развитием малого бизнеса.

Конечно, при формировании приоритетов экономического развития Беларуси национальные, духовные и культурные традиции народа приобретают особую актуальность. В результате длительного исторического пути развития, который характеризуется постоянно изменяющимися политическими, экономическими и социокультурными условиями, у белорусов наряду с позитивными чертами, такими как мягкосердечие, щедрость, толерантность, выносливость, сформировались и негативные черты, которые в настоящий момент тормозят процесс развития предпринимательства. К ним относятся апатичность, нерешительность, чрезмерная терпимость. Вместе с тем перемены в массовом экономическом сознании современных белорусов проявляются в социокультурной переориентации, т. е. усвоении новых типов экономического поведения, соответствующих рыночной экономике и экономической культуре. Длительный процесс адаптации проходит двумя путями: один способствует формированию рыночной культуры путем перестройки мышления

и приобретения новых навыков, другой, спекулируя на недочетах государственной политики, формирует псевдорыночную культуру. Оптимистически прогнозировалось, что социокультурная переориентация современных белорусов (т. е. усвоение новых типов экономического поведения, соответствующих рыночной экономике и экономической культуре) займет 10-15 лет, но, как показывает исторический опыт зарубежных стран, в ценностной культуре западноевропейского общества предпринимательский дух, имея крепкий социокультурный фундамент и мощную государственную поддержку, окончательной победы пока не одержал. На наш взгляд, создание белорусскими предпринимателями самостоятельной социально-профессиональной группы со своей культурой труда будет способствовать формированию положительного авторитета отечественных субъектов бизнеса, что, в свою очередь, позволит активизировать предпринимательскую активность среди населения для дальнейшего интенсивного социально-экономического развития Беларуси.

  • [1] 1ванова Л. С. Рэфармацыйны рух на Беларуси (другая палова XVI - першая палова XVII ст.) // Беларус. ист. часошс. - 1997. - № 2. - С. 58.
  • [2] Ревуненкова Н. В. Протестантизм. - СПб.: Питер, 2007. - С. 19.
  • [3] Экономическая история Беларуси: учеб, пособие / В. И. Голубович [и др.]; под ред. проф. В. И. Голубовича. - 5-е изд. - Минск: Соврем, школа, 2007. -С. 99-100.
  • [4] Экономическая история Беларуси. - С. 109-110.
  • [5] Бацяеу В. Ф. Гаспадарчая дзейнасць яурэяу на Беларус! у XIV-XIX стст. // Весщ АН Беларусь - 1996. - № 3. - С. 70.
  • [6] Вялжае Княства Лпоускае: энцыкл. У 2 т. - 2-е выд. - Мшск: БелЭн, 2007. -Т. 2.-С. 787.
  • [7] Дудкоу Д. А. Аб развщщ каштал!зму у Беларуси у 2-й палове XIX i пачатку XX стагодзьдзяу. - Менск, 1932. - С. 92. 2 Экономическая история Беларуси.-С. 126-127, 158-159.
  • [8] Экономическая история Беларуси. - С. 148, 175-176. 2 Эканам1чная псторыя Беларуси вучэб. дапаможшк / пад рэд. праф. В. 1. Га-лубов!ча. - Мшск: ВП «Экаперспекгыва», 1999. - С. 175. 3 Ленин В. И. Развитие капитализма в России // Поли. собр. соч. - М.: Политиздат, 1971. - Т. 3. - С. 188. 4
  • [9] Экономическая история Беларуси. - С. 204-205.
  • [10] Беларусь: выбор пути. Национальный отчет о человеческом развитии 2000. -Минск: UNDP, 2000. - С. 108-109. 2 См.: Андрос И. А. Социокультурные факторы формирования предпринимательства в экономике Республики Беларусь (на примере Брестской области): дис. ... канд. социол. наук: 22.00.03. - Минск, 2003. - 192 с. 3 Сайт Национального статистического комитета Республики Беларусь [Электронный ресурс]. - 2010. - Режим доступа: http://belstat.gov.by/homep/ru/ indicators/main.php. - Дата доступа: 15.04.2010.
  • [11] Зень С. Н. Влияние религиозного сознания на развитие деловой сферы глазами белорусских нанимателей и руководящих работников // Социальное знание и белорусское общество: материалы междунар. науч.-практ. конф., Минск, 3^4 дек. 2009 г. / Ин-т социологии НАН Беларуси. - Минск: Право и экономика, 2009. - С. 275-278.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >