Анализ влияния социальных и экономических процессов на становление малого бизнеса

...Представление о том, что участие государства противоречит нормальной жизнедеятельности современной рыночной экономики, не соответствует действительности.

В условиях кризиса, когда требуются активные действия, инициатива всегда исходит от государства. Когда утверждают, что его роль должна быть сведена к минимуму, то это идеологический постулат, который лишен научной основы.

Джеймс Гэлбрейт

В Беларуси, как и во многих бывших республиках СССР, складывалась социальная, политическая, социально-экономическая ситуация, которую абсолютное большинство не планировало и не хотело. Пройдя через политико-государственную и экономическую катастрофу развала Советского Союза, наша страна оказалась перед лицом возможной социальной катастрофы - распада общества, потери национальной идентичности. Именно здесь находятся причины и истоки настоящего и будущего нашей республики. Основная причина назревшей кризисной ситуации заключалась не в самом реформировании как таковом, а в принимаемых способах радикального реформирования. Ос

новной изъян социально-экономических реформ шел из недалекого прошлого - это отсутствие социального и этического содержания реформ. Качественно новое состояние белорусского социума содержало в себе элементы доиндустриального прошлого, постсоветского настоящего и независимого будущего. О предпринимательской культуре как о социокультурном явлении, а не кризисной социальной практике, речь пока не шла.

По сей день, когда возникают прения о перспективах белорусского предпринимательства, высказываются довольно противоречивые мнения. С одной стороны, говорится, что именно процветающий «малый бизнес» поднимет экономику Беларуси. С другой стороны, высказывается недовольство тем, что предпринимательство зажато и всячески обкрадывается государством и что пока не отменят многочисленные ограничения и не снизят налоги, негосударственный капитал будет игнорировать производственную сферу деятельности. Обе позиции используются государственными и оппозиционными политическими лагерями в идеологических целях. Однако спорящим сторонам следует учитывать, что среди основных предпосылок развития предпринимательской деятельности, кроме возрастающего удельного веса частной собственности, ненасыщенного рынка платных услуг, неосвоенных видов хозяйственной деятельности и т. д., есть такой фактор, как постоянно растущий интерес населения к бизнесу. Подтверждением этому служат проводимые исследования, касающиеся вопросов предпринимательства.

Поскольку положение малого и среднего бизнеса в экономике полностью зависит от осуществляемых в ней преобразований, мы проследили некоторые тенденции в развитии экономики Беларуси в предшествующие нашему опросу годы[1]. Следует отметить, что после инфляционного кризиса 1993-1994 гг. в течение последующих пяти лет экономика республики развивалась скачкообразно. На первом этапе (1996 г. - август 1998 г.) основным экономическим процессам была присуща нарастающая

и достаточно высокая динамика развития, хотя и от низкой стартовой базы. Второй этап (конец 1998 г. - 1999 г.) отличался снижением темпов экономического роста, что в значительной мере обусловливалось негативными последствиями воздействия финансового кризиса в Юго-Восточной Азии и Российской Федерации. Кроме того, это было вызвано во многом тем, что некоторые факторы, стимулировавшие подъем в начале периода (вовлечение в хозяйственный оборот недоиспользовавшихся ранее производственного и научно-технического потенциалов, денежная экспансия, жесткое регулирование и др.), впоследствии себя исчерпали. Однако это обстоятельство в должной мере не было учтено. В результате второй этап характеризуется ухудшением положения в финансово-кредитной и валютной сферах, неуменьшающимся количеством убыточных предприятий, невысоким уровнем рентабельности субъектов хозяйствования, увеличением кредиторской и дебиторской задолженности, падением реальных доходов населения. Это повлекло за собой снижение инвестиционной активности и, как следствие, усугубление проблемы старения основных производственных фондов. Третий этап (2000 г.) определялся некоторой активизацией хозяйственной жизни, увеличением темпов роста основных макроэкономических параметров, переходом к формированию единого курса национальной валюты на основе спроса и предложения, существенным снижением по сравнению с предыдущим годом уровня инфляции. В то же время в 2000 г. финансово-экономическое положение предприятий ухудшилось, уменьшились их собственные оборотные средства, упала рентабельность производимых товаров предприятиями на внешнем и внутреннем рынках, возросли запасы готовой продукции на складах. И это при том, что правительством была создана система управления экономикой, отвечающая реалиям трансформационного периода, функциям суверенного государства, внесены коррективы в обеспечении социальной защиты населения, активизирована инвестиционная деятельность. На общем фоне изменений в социально-экономической среде отношение к происходящему самих предпринимателей, «кровно» заинтересованных, было неоднозначным.

Итак, большинство опрошенных предпринимателей критично оценивали работу руководства по выводу страны из затянувшегося экономического кризиса. Почти половина респондентов (48,2%) считали, что экономические преобразования в Беларуси идут не совсем в правильном направлении. Этого мнения придерживались 40,8% тех, кто составлял основной костяк предпринимателей, т. е. 30-39-летние. Чуть меньше (33,1%) полагали, что в неправильном (из них 30-39-летних - 37,2%). Затруднились с ответом 11,5% опрошенных. Правильно выбранный вектор реформ отметили лишь 6,6%. Большинство (86,3%) предпринимателей не дали объяснения, почему экономические преобразования в Беларуси развиваются неправильно. Остальные же указали среди причин, тормозивших экономические реформы, некомпетентность правительства и отсутствие поддержки (в том числе и инвестиционной) в частном секторе. В ответах были выделены главные причины - неверная экономическая политика (30,3%) и авторитаризм существующей системы, включающий в себя жесткое государственное регулирование (27,0%).

Выражая свое отношение к происходившим в стране экономическим реформам, большая часть опрошенных предпринимателей (60,0%), несмотря на возрастные рамки, полагали, что переход к свободной рыночной экономике был бы правильным шагом для будущего Беларуси (отмечалось, что для страны это наиболее приемлемый тип экономики - 57,7%); 15,1% - что неправильным, 19,7% затруднились ответить. Рыночная экономика с элементами плановой была привлекательна для 38,5%, централизованная - для 3,1%. Предлагались и иные варианты экономики, например такой, как плановая с элементами рыночной. Причем плановая должна служить для минимальных потребностей человека, а ее рыночные элементы - «для сверх необходимого». Можно говорить о том, что в сознании предпринимателей доминировало скорее пессимистичное отношение к происходившим в республике экономическим переменам. Одобряя

1

в целом переход страны к новым экономическим отношениям, они, тем не менее, не видели перспектив для себя. 79,4% предпринимателей считали, что государство должно обеспечивать общее направление экономических преобразований, а 16,8% -жестко регулировать. И в становлении нового типа экономики частный сектор, по мнению 45,8% респондентов, должен получить со стороны правительства приоритетное развитие.

Республика Беларусь стала, пожалуй, единственной страной бывшего СССР, чей путь в рыночную экономику абсолютно не укладывается в так называемый восточноевропейский стандарт'. Объективный фактор, который до сих пор (почти четверть века) определяет «лицо» белорусской национальной экономики, -унаследованная от Советского Союза производственная инфраструктура с огромным для практически десятимиллионной страны количеством крупных промышленных предприятий. Поэтому в республике и не сработали типичные для постсоветских стран алгоритмы реконструирования экономики, связанные с массовым высвобождением работников промышленности при одновременном их вовлечении во вновь создаваемые малые производства и сферу обслуживания. Если бы в Беларуси в течение короткого времени остановились все крупные заводы и фабрики, как это произошло в ряде других постсоциалистических стран, то без работы оказалось бы практически все население крупных городов. Внутренняя хозяйственная стратегия руководства нашей республики была направлена на сохранение крупных трудовых коллективов с обеспечением необходимых социальных гарантий для работников. С целью повышения эффективности работы и производительности крупных промышленных предприятий государственной формы собственности правительство путем приватизации пыталось создать рыночные модели структуры предприятия, т. е. улучшить организацию и внедрение современных принципов управления, и ввести ответственность субъектов хозяйствования за неудачный выбор инвестиционных решений.

Акционирование в Республике Беларусь проводилось с учетом положительного и отрицательного опыта западно- и восточноевропейских государств, Российской Федерации. Наблюдая за адаптацией акционерных обществ к существующим внешним условиям, государство постоянно совершенствовало нормативную базу приватизации. В 1993 г. были приняты законы «О разгосударствлении и приватизации государственной собственности в Республике Беларусь» от 19 января 1993 г. и «Об именных приватизационных чеках» от 6 июля 1993 г. Хотя еще с 2 декабря 1992 г. «заработал» Закон Республики Беларусь «Об акционерных обществах, обществах с ограниченной ответственностью и обществах с дополнительной ответственностью», а с 12 марта 1992 г. действовал Закон Республики Беларусь «О ценных бумагах и фондовых биржах». Однако не до конца продуманная политика методов практической реализации этих нормативных правовых актов способствовала формированию у населения нашей страны психологической «невосприимчивости» к проводимым преобразованиям. Социологический анализ результатов исследования приватизации в 1994 г.[2] показал, что доверие населения Беларуси к приватизации государственной собственности постоянно падало - лишь каждый 10-й житель республики поддерживал ее, в то время как еще два года назад более одной трети респондентов отметили свое положительное отношение к приватизационным процессам. Только 9,3% граждан были уверены, что приватизация поможет поднять их личный жизненный уровень, а 12,6% опрошенных убеждены в позитивном влиянии приватизации на социально-экономическое развитие страны. Каждый восьмой респондент отметил негативное влияние реформирования собственности на складывавшуюся ситуацию в обществе. В Беларуси становилось доминирующим мнение о том, что приватизация «открыла» возможности обогащения отдельным слоям населения (так считали более 1/3 опрошенных), способствовала расслоению

общества на богатых и бедных (такое мнение высказано половиной респондентов). В анкетах отмечалось, что приватизированные предприятия работают хуже, чем раньше, вся прибыль уходит на заработную плату, а не на развитие производства, внедрение современной техники и новейших технологий. Что касается чековой приватизации, то почти половина опрошенных граждан не считали приватизационные чеки платежным средством для приобретения объектов приватизации и не были осведомлены о порядке их обращения и погашения.

В определенный момент государственное регулирование процесса приватизации белорусских предприятий все-таки достигло положительного эффекта. Позиция государства к реформированию республиканской собственности такова: на переходном этапе у государства должно остаться 50,0% + 1 акция, или 25,0% + 1 (т. е. блокирующие пакеты, или 10,0%), что дает право государству назначать своих представителей в органы управления акционерного общества. За период с 1991 по 1998 г. в Беларуси было реформировано 3112 государственных субъектов собственности, из которых 1038 преобразованы в акционерные общества (АО), 639 - выкуплены трудовыми и арендными коллективами, 857 объектов проданы на аукционе, 347 - по конкурсу. Реформированы все 57 предприятий концерна «Беллесбум-пром». Со временем частные и реформированные предприятия начали работать более стабильно, быстрее приспосабливаться к конкурентной среде. Так, темпы роста объемов производства промышленной продукции за 1999 г. составили: на госпредприятиях - 6,1%, а в АО - 13,7%; темпы роста капвложений на 1 тыс. работающих по госпредприятиям - 180,3%, в АО - 199,1%; темпы роста балансовой прибыли - 167 и 178,9% соответственно[3].

Несмотря на данные показатели, положительные для экономики государства во время перехода на рыночные отношения, предприниматели делали свой выбор в пользу частной, а не коллективной или акционерной формы собственности. Особенно

это касается тех сфер хозяйственной деятельности, в которых новые субъекты белорусской экономики уже стабильно занимали основные позиции. Это торговля (85,5% опрошенных высказались за целесообразность передачи предприятий торговли в частную собственность, 61,5% - в коллективную или акционерную), бытовое обслуживание (82,5 и 60,8% соответственно). Предприниматели были не против включить в поле своей деятельности и средние промышленные предприятия (68,9% выступили за частное владение, 61,1% - за коллективное или акционерное). По результатам опроса «новые» белорусы склонялись решить данную проблему в пользу частного владения (60,9% против 46,8%). И лишь крупные промышленные предприятия, по мнению предпринимателей, должны приватизироваться: так ответили 50,1% респондентов против 30,9%. В этом вопросе 38,9% выступили за частную собственность и 43,5% - против нее. Скорее всего, это объясняется тем, что сфера бизнеса уже как бы распределена между государством и небольшой прослойкой экономически активного населения. Правительство Республики Беларусь взяло на себя, путем «точечной» приватизации, подъем крупных промышленных предприятий, а предпринимательство заняло нишу, где получение прибыли происходит в кратчайшие сроки. За счет взимаемых с малого бизнеса доходов государство финансово поддерживает убыточные предприятия, которые в силу своих больших масштабов не проявляют гибкости, необходимой в рыночных условиях.

То, что проводимая приватизация носит нормативно-бюрократический характер, вызывало у предпринимателей неприятие данного процесса. Уход в бизнес у них был обусловлен, кроме вынужденных мотивов, желанием организовать свое дело. Работники же предприятий, не делая в принципе никакого выбора, автоматически стали субъектами нового сектора экономики. Именно поэтому только 15,4% предпринимателей посчитали, что работники предприятия, на котором было осуществлено акционирование, почувствовали себя собственниками. Далее мнения разделились: 34,3% опрошенных считали, что отношение у большей части работников не изменилось (такого суждения придерживались главным образом предприниматели, работавшие ранее в административно-управленческом аппарате предприятия, т. е. руководители, экономисты и ИТР) и 31,5% полагали, что небольшая их часть все-таки чувствовали себя собственниками. В основном это бывшие представители различных государственных органов, бывшие рабочие и представители торговли.

И все же среди предпринимателей доминировало положительное отношение к приватизации. Отдавая предпочтение частной собственности, более половины (54,0%) предпринимателей независимо от вида деятельности полагали, что следует постепенно приватизировать почти все объекты торговой, бытовой и общественного питания сфер деятельности. 31,8% опрошенных считали, что соотношение предприятий торговли, общепита и бытового обслуживания в частном и государственном секторе должно быть примерно равным. По мнению 5,4% респондентов, приватизации подлежит небольшое количество объектов, а 6,6% ответили, что приватизировать ничего не нужно. Статистическая взаимосвязь переменных «форма предпринимательской деятельности и «необходимое количество приватизированных предприятий» приведена в табл. 3.8.

На вопрос: «Какой формы собственности предприятие торговли, общественного питания и бытового обслуживания Вы хотели бы иметь рядом со своим местом жительства?» 68,8% ответили, что приватизированное. Говоря о развитии услуг в своем городе, лишь торговля продовольственными товарами получила положительную характеристику (56,5%). Все остальные - торговля промышленными товарами, организация общественного питания и бытового обслуживания - «заработали» отрицательную характеристику (50,5; 60,6 и 59,9% соответственно). При этом негативное отношение к данным видам услуг, смеем предположить, сохранялось с доперестроечных времен и поддерживалось замедленными темпами реформирования сфер торговли, общественного питания и бытового обслуживания. Тем более что в известных для респондентов приватизированных предприятиях налицо были кардинальные изменения.

Таблица 3.8. Парное распределение ответов на вопросы: «Форма предпринимательской деятельности, которую Вы осуществляете в настоящее время?» и «Какое количество предприятий торговли, общепита, бытового обслуживания следует, по Вашему мнению, приватизировать?»

Форма предпринимательской деятельности, которую Вы осуществляете в настоящее время?

Какое количество предприятий торговли, общепита, бытового обслуживания следует, по Вашему мнению, приватизировать?

Постепенно следует приватизировать почти все объекты

Должно быть примерно равное соотношение объектов в частном и государственном секторе

Приватизировать следует небольшое число объектов

Ничего приватизировать не нужно

Другое

Нет ответа

Производство продукции

65,1%

28,7%

3,0%

1,5%

1,5%

0,2%

Коммерческо-посредническая деятельность

58,1%

23,6%

8,1%

7,2%

1.8%

0,2%

Торговля

51,8%

34,1%

4,6%

1,4%

0,4%

Консультативная деятельность

57,8%

26,3%

10,5%

0%

5.2%

0,2%

Финансовокредитная деятельность

46,6%

20,0%

13,3%

13,3%

6.6%

0,2%

Другое

47,6%

47,6%

0%

0%

4,7%

0,1%

Нет ответа

33,3%

50,0%

16,6%

0%

0%

0,1%

Во-первых, выполнены внутренняя отделка (85,1%), наружный ремонт (77,0%) и реконструкция прилегающей территории (53,7%). Во-вторых, лучше стало качество обслуживания (68,2%). В-третьих, увеличилась продолжительность работы (54,8%). В-четвертых, при большом ассортименте предлагаемых товаров и услуг (78,3%) средний уровень цен в приватизированных предприятиях по сравнению с ценами на государственных предприятиях остался прежним (38,0%) или снизился (29,9%).

Производственной деятельностью занимались ограниченное число опрошенных предпринимателей. Только каждый 10-й респондент осуществлял производство продукции. Как уже говорилось, по мнению опрошенных предпринимателей, основная причина заключалась в несовершенстве правовой сферы. Хотя отвечая на вопрос, способствует ли нынешнее законодательство

Беларуси становлению рыночных отношений, производственники ответили, что в некоторой степени способствует (37,8%), тогда когда все остальные отметили, что нет (консультативная деятельность - 47,3%, коммерческо-посредническая деятельность -41,8%, торговля - 40,1%, финансово-кредитная деятельность -40,0%, прочие - 38,0%).

Считая занятость в производстве не совсем выгодным делом (так ответили 60,5% респондентов), а то и совершенно не выгодным, предприниматели выбирали иные виды деятельности. Такие аргументы, как «прибыль от производственной деятельности ниже, чем от торгово-посреднической» (49,5%) и «организация предпринимательской деятельности намного сложнее, чем другие виды предпринимательства» (48,5%), незначительно уступали главной, объективно присутствовавшей причине - это нестабильность в экономике, из-за которой предприниматели неохотно занимались производством (51,7%). Отдавая предпочтение объективным причинам, такую субъективную причину, как нехватка знаний в области организации производственной деятельности, сами предприниматели ставили на последнюю позицию (23,4%). Мнение самих производственников полностью совпадало с общим представлением о трудностях, связанных с организацией производства продукции (табл. 3.9).

Что же правительству следовало предпринять для привлечения деловых людей в производственную сферу? По мнению предпринимателей, государство должно было в первую очередь разработать четкую систему налоговых льгот (73,1%), оказывать льготное кредитование (51,9%), создать равные условия для частного и государственного секторов (50,9%). За создание четкой системы ресурсообеспечения и централизованной системы инвестиционного обеспечения, чтобы привлечь предпринимателей в производственную сферу, высказались лишь 22,0 и 17,4% опрошенных соответственно. Чтобы все вышеизложенные виды государственной помощи действовали, их следовало четко законодательно разработать и утвердить.

Проводимые в начале XXI в. экономические реформы невозможно рассматривать вне политических процессов, происходивших 206

Таблица 3.9. Парное распределение ответов на вопросы:

«Форма предпринимательской деятельности, которую Вы осуществляете в настоящее время?» и «Почему, по Вашему мнению, предприниматели неохотно занимаются производственной деятельностью?

(можно отметить несколько вариантов)»

Форма предпринимательской деятельности, которую Вы осуществляете в настоящее время?

Почему, по Вашему мнению, предприниматели неохотно занимаются производственной деятельностью? (можно отметить несколько вариантов)

Прибыль от производственной деятельности ниже, чем от торговопосреднической

Организация производственной деятельности намного сложнее, чем другие виды предпринимательства

У предпринимателей не хватает знаний в области организации производственной деятельности

Нестабильность в экономике мешает привлечению предпринимателей в сферу производственной деятельности

Другие причины (какие?)

Нет ответа

Производство продукции

59,0%

59,0%

18,1%

56,0%

10,6%

3,0%

Коммерческо-посредническая деятельность

52,7%

49,0%

20,9%

53,6%

5,4%

0,9%

Торговля

48,1%

45,2%

24,4%

51,3%

5.3%

1,2%

Консультативная деятельность

47,3%

63,1%

21,0%

36,8%

10,5%

0%

Финансово-кредитная деятельность

53,3%

40,0%

20,0%

40,0%

0%

0%

Другое

38,0%

66,6%

33,3%

66,6%

14,2%

0%

Нет ответа

16,6%

50,0%

33,3%

16,6%

0%

0%

в обществе. Во многом путь рыночных преобразований определяется проводимой государством политической линией. В 2001 г. на вопрос: «Если бы сейчас А. Г. Лукашенко избирался на пост президента, то проголосовали бы Вы за него?» 55,8% предпринимателей ответили, что нет. Учитывая, что опрос проводился во время предвыборной компании и в момент самих президентских выборов (вторых за время независимости республики), которые проходили при определяющем воздействии на общественное сознание пропрезидентских субъектов влияния через СМИ, этот ответ показал, что чуть больше половины опрошенных предпринимателей не поддерживали экономическую программу А. Г. Лукашенко по выводу Беларуси из кризиса. В ее успех совсем не верили 56,5% предпринимателей, частично -39,8%, и лишь 3,0% полностью верили в данную программу.

С началом демократизации и ликвидацией единовластия коммунистической партии начался процесс формирования новых политических партий в Беларуси. Для большинства из них по сей день характерны малочисленность, аморфность организационной структуры, низкий уровень профессионализма. Они не пользуются популярностью ни среди населения, ни среди предпринимателей. Так, в 2001 г. 11,5% опрошенных (или 1/ю) считали, что следует вообще запретить все политические партии. За многочисленность партий высказалось 41,8% респондентов - главным образом сторонники свободной рыночной экономики. Чуть более (43,5%) предпринимателей полагали, что в Беларуси достаточно двух-трех партий. Здесь больше приверженцев смешанной и централизованной плановой экономик. Запрет всех партий приветствовала основная часть тех, кто предлагал иной тип экономики. Таким образом, отечественные предприниматели не ощущали себя некоей политической силой, что отразилось в неопределенности их политических интересов; они придерживались эмоционально-психологических установок и идеологических стереотипов (единовластие во времена СССР).

Существовавшая в среде предпринимателей аполитичность, причем во всех возрастных категориях, проявилась в прогнозировании общественно-политической ситуации Беларуси на ближайшие полгода (табл. 3.10). Несмотря на то что 46,8% предпринимателей отметили, что обстановка в республике останется без изменений, среди них наблюдалась достаточно высокая степень напряженности: 29,7% ответили, что ситуация ухудшится, и еще 12,5% - что возможен социальный взрыв. И только 7,5% рассчитывали на улучшение общественно-политической обстановки. Свои варианты развития ситуации в социальной и политической сферах предложили 2,3% опрошенных предпринимателей, затруднились с ответом 1,2%.

Таблица 3.10. Парное распределение ответов на вопросы: «Как, на Ваш взгляд, изменится общественно-политическая ситуация в ближайшие полгода в Беларуси?» и «Ваш возраст»

Ваш возраст

Как, на Ваш взгляд, изменится общественно-политическая ситуация в ближайшие полгода в Беларуси?

Улучшится

Останется без изменений

Ухудшится

Возможен социальный взрыв

Другое

Нет ответа

18-19 лет

23,5%

64,7%

5.8%

0%

5,8%

0,2%

20-29 лет

6,9%

46,7%

29,5%

11,8%

2,6%

2,5%

30-39 лет

7,1%

47,2%

28,5%

12,6%

2,7%

1,9%

40-49 лет

7,7%

46,4%

31,6%

13,5%

0,6%

0,2%

50-59 лет

6.0%

39,3%

36,3%

18,1%

0%

0,3%

60 лет и старше

0%

33,3%

50,0%

0%

16,6%

0,1%

Нет ответа

0%

0%

100,0%

0%

0%

0%

Оптимистов, веривших что экономическая обстановка в стране когда-нибудь наладится и люди будут жить хорошо, и это произойдет в ближайшее время, оказалось немного (всего 2,9%). Однозначно не верили в это 27,4%. То, что кризис пройдет и экономика стабилизируется, но это произойдет не скоро, полагала большая часть респондентов - 59,2%. Такого мнения придерживалась основная часть 30-39-летних (55,1%). Уже тогда неплохо жили 1,1% опрошенных. Многие респонденты затруднились ответить на данный вопрос (9,2%).

В целом, выражая свое отношение к реорганизационным процессам в экономике, 50,9% предпринимателей считали, что эти процессы осуществлялись в замедленном темпе, и 30,2% - что экономическое реформирование вообще отсутствует. Возможно, поэтому большинство предпринимателей выступали за расширение экономических связей с восточным соседом. На вопрос: «Как, на Ваш взгляд, союз с Россией повлияет на развитие предпринимательства в Беларуси» 53,8% опрошенных ответили, что положительно. В результате объединения с Россией предприниматели, видимо, рассчитывали на послабление государственного контроля в предпринимательской деятельности нашей страны, увеличение рынков сбыта, ликвидацию таможенных преград. Оно смогло бы произойти только в случае слияния двух экономик государств, однако в Уставе договора о создании единого государства такая позиция не оговаривалась. Поэтому 38,0% предположили, что ничего не изменится. Среди отрицательных последствий объединения назывались эксплуатация нашей республики Россией и криминализация российского бизнеса.

Куда лучше вложить средства в неопределенный переходный период - этот вопрос волнует любого, имеющего за душой какие-либо накопления или даже ничего не имеющего. В случае реальной возможности вложения своего капитала в банки под проценты основная часть предпринимателей Брестской области разместили бы его в банках государств дальнего зарубежья (39,0%). При выборе страны особого разнообразия не было. В основном это Швейцария (тут скорее срабатывал стереотип выгодности швейцарских банков) и Германия (как стабильно процветающая страна). Одинаковые доли предпочтения были у польских и белорусских банков (по 15,5%). Российским банкам доверяли 9,0%, прибалтийским - 5,1%, другим - 7,7% респондентов. (При указании, каким именно другим банкам, очень много было ответов - «стеклянным».) Такая неутешительная картина недоверия к банковской системе могла привести к «утечке» капитала за рубеж.

Оценив потенциальные возможности малого и среднего бизнеса на переходном этапе, в начале 2000-х гг. государственные органы Беларуси начали уделять более пристальное внимание развитию и поддержке отечественного предпринимательства. Большое значение для развития основ рыночной экономики имел вступивший в силу с 1 июля 1999 г. новый Гражданский кодекс Республики Беларусь, разработанный на основе модельного Гражданского Кодекса под эгидой Межпарламентской ассамблеи государств - участников СНГ. Кроме того, правительством республики был образован Белорусский фонд финансовой поддержки предпринимательства, создание которого частично профинансировано за счет бюджета. В ряде органов государственного управления созданы структурные подразделения, деятельность которых направлена на регулирование перехода к рыночной экономике и поддержку предпринимательства. Такая ответственность, возлагаемая на чиновников, подтверждается тем, что в период с 1990 по 1996 г. аппарат органов государственного управления Республики Беларусь, в отличие от других отраслей народного хозяйства, вырос с 49,1 тыс. до 68,6 тыс., главным образом за счет контролирующих органов[4].

Как сами предприниматели оценивали деятельность различного рода государственных структур, созданных для содействия развития малого бизнеса в стране? Данный социологический опрос проводился в Брестской области и показал, что работой Брестского областного территориального комитета предпринимательства и инвестиций были вполне удовлетворены 4,3%, ничего не знали о его существовании 59,1% опрошенных. О работе еще одного регионального комитета - «Брестоблимущество», его городских и районных подразделениях не знали более половины предпринимателей (62,0%). Совсем не удовлетворены были его деятельностью 17,8% респондентов. Работа комитета «Брестоблимущество» в средней мере и вполне устраивала 16,2 и 2,6% опрошенных соответственно. Из ответивших на вопрос: «Какую конкретно помощь Вы хотели бы получить от Брестского областного территориального комитета предпринимательства и инвестиций?» (23,8% респондентов) 44,5% выделили финансовую помощь (ссуду или кредиты), 16,8% - создание условий для предпринимателей, 13,0% не изъявили желания получить какую-либо помощь вообще. Выражались пожелания правовой и информационно-консультационной помощи. Как видим,

организовывая свое дело, предприниматели, несмотря на нехватку знаний, рассчитывали в основном на свои силы. Отсутствие у большинства необходимых знаний, а порой и нежелание их получить (только 12,6% предпринимателей хотели бы получить консультации), связывалось с неверием в эффективность консультирования («А что в них толку?»), а также с невозможностью применения в должной мере консультаций на практике в силу сложившихся для предпринимателей нелегких экономических условий. Все это способствовало развитию псевдоры-ночного типа поведения, которое соответствует формуле «максимум дохода ценой минимума трудовых затрат».

Организация заработной платы в экономике Республики Беларусь начала 2000-х гг. препятствовала «приливу» рабочей силы с высшим образованием в промышленный и сельскохозяйственный секторы, где преобладали сдельные формы оплаты труда, а также в непроизводственный сектор (искусство, культура, образование и др.), в котором ставка при оплате труда сделана на должностные оклады. Поясним данный вывод. Заработная плата выступает механизмом, способствующим или препятствующим межотраслевым перемещениям рабочей силы[5]. Долгое время она продолжала оставаться высокой в производственном секторе (промышленности и строительстве), банковской деятельности и аппарате органов государственного управления. Однако наметившаяся в 2000 г. тенденция увеличения номинальной начисленной среднемесячной заработной платы работников непроизводственной сферы лишь незначительно повлияла на перераспределение трудовых ресурсов в отраслях. Дело в том, что принцип оплаты труда в промышленности и сельском хозяйстве осуществляется на низких тарифных ставках (окладах), но с высокими сдельными расценками для рабочих. Поэтому наличие высшего или среднего специального образования в этих отраслях обеспечивало высокую должность, но не гарантировало высокой заработной платы. У представителей банковской деятельности и чиновников аппарата органов

государственного управления заработная плата была высокой за счет выплат стимулирующего характера, различных надбавок и доплат (467,3 и 374,3 тыс. руб. соответственно). У работников связи, бытового обслуживания, торговли, ЖКХ, социального обеспечения, культуры и искусства, образования и науки основная ставка при оплате сделана на должностные оклады, что требует более высокого образовательного уровня. Зарплата в перечисленных отраслях составляла примерно 230 тыс. руб., в то время как средняя по стране - 250,7 тыс. руб.1 Заработная плата в сферах банковской деятельности и управления была в 1,7 раза выше средней по стране, в науке - в 1,3 раза, в сферах образования, здравоохранения, культуры и искусства составляла 0,8 средней по стране, тогда как в экономически развитых странах образование и здравоохранение являются приоритетными. В результате подобной организации заработной платы темпы прогрессивных отраслевых перемещений низки и имеют тенденцию к замедлению. Таким образом, в конце 1990-х - начале 2000-х гг. межотраслевое перемещение рабочей силы в Беларуси происходило весьма длительным и недостаточно эффективным путем[6] .

На вопрос: «Предположим, что Вам стали платить хорошую зарплату на предприятии или в учреждении, перестали бы Вы лично заниматься предпринимательством или нет?» 47,8% ответили: «Да, перестал бы», и только у 28,3% опрошенных предпринимательство стало образом жизни. При этом и первого, и второго ответов придерживалась большая часть 30-39-летних (42,4 и 37,5% соответственно). После прекращения занятия предпринимательством респондентам в принципе было все равно, на каком предприятии работать (31,1%). 19,1% опрошенных постарались бы вновь открыть свое дело. Большую долю составили желавшие работать на частном предприятии (13,5%) или

совместном с капиталом иностранного участника (12,8%). Вполне вероятно, что желание обеспечить своей семье достойные условия проживания, послужившее мотивом для занятия предпринимательством, может мотивировать как приход в малый бизнес, так и уход из него.

В Республике Беларусь в решении проблемы формирования и функционирования рынка решающая роль отводится государству. В начале 2000-х гг. был разработан комплекс мер, направленных на подъем экономики, включая, в частности, активизацию привлечения инвестиций в свободные экономические зоны и создание условий для развертывания сети малых предприятий. Однако сохранявшиеся социальные стереотипы, связанные с экстенсивным развитием экономики, а также отсутствие современных экономических знаний у предпринимателей не давали им возможности реализовать в полной мере основную функцию предпринимательства, которая заключается в приспособлении производства к изменяющимся условиям рынка, более эффективном использовании имеющихся ресурсов, удовлетворении возникающего спроса на те или иные товары и услуги. В результате в условиях трансформационных процессов экономически недостаточная развитость рыночных институтов порождала сбои в функционировании всего механизма. Поскольку «низы» не проявляли инициативы, то государство продолжало усиливать свои позиции. Так, начиная с 1993-1994 гг., процесс приватизации характеризовался доминированием инициативы преобразования предприятий «сверху», что в результате не способствовало возникновению чувства «собственника». По мнению отечественных экономистов, в частности В. К. Драчева, главными причинами медленной приватизации в Беларуси стали, во-первых, принятая концепция социально-рыночной экономики с ее социальной ориентацией, которая значительно тормозила темпы приватизации; во-вторых, отсутствие демократически настроенной правящей политической элиты, способной сплотить людей в период экономических затруднений переходного периода; в-третьих, фактическое нивелирование форм и методов управления государственными и негосударственными предприятиями, отсутствие реальной самостоятельности у негосударственных предприятий. Стимулирование приватизации виделось в возможности привлечь иностранные инвестиции, при условии, что субъектом приватизации выступит иностранный инвестор[7]. И поскольку достаточно небогатый малый бизнес в конце 1990-х гг. потерял возможность приобрести и средние промышленные предприятия, то для малого предпринимательства характерна ориентация преимущественно на торговлю и общественное питание, бытовое обслуживание. Это объясняется и тем, что здесь возможно быстрое получение высоких прибылей, что достигается на базе таких факторов, как быстрая оборачиваемость капитала, высокая норма прибыли, спекулятивные операции на разнице цен внутреннего и внешнего рынка или, например, низкой удельной капиталоемкости производства.

Говоря об отношении предпринимателей к экономической и общественно-политической обстановке в стране, то многие занимали выжидательную позицию, которая растянулась на годы. Можно сказать, что создания внешней хозяйственно-политической атмосферы, благоприятной для развития малого бизнеса, среди деловых людей не ожидалось. Поскольку предпринимательство в Беларуси стало формой модификации деятельности бывшего инженерно-технического руководства, то крупномасштабной проблемы криминализации бизнеса в республике не наблюдалось. Тем не менее среди предпринимателей присутствовала достаточно большая доля бывших номенклатурных работников, поэтому существовала опасность того, что вследствие высокой степени коррумпированности, они попытались бы создавать новые возможности для сращивания нелегального бизнеса с «легальными» представителями власти. Оценивая деятельность государственных структур, направленных на развитие малого бизнеса, более половины предпринимателей были убеждены, что без взяток занятие предпринимательской деятельностью в нашей стране невозможно. Переходный период в отечественной экономике не только способствовал возникновению

новой социальной прослойки бизнесменов, но и провоцировал усиление системы криминализированных экономических отношений. Также опрошенными предпринимателями были высказаны опасения по поводу реальной опасности проникновения в экономические отношения Беларуси криминальных стандартов российской предпринимательской культуры. И если в условиях развитого капитализма хозяйственная деятельность осуществляется в форме «классического рыночного предпринимательства», на основе концепции «экономического человека» (предельно рационального субъекта, который максимизирует свое потребление как потребитель и свою прибыль - как производитель), то в Беларуси «экономический человек» в функции предпринимателя стремился не к достижению максимальной прибыли, а к получению через взятки поблажек со стороны государственных структур, что как раз и обеспечивало ему максимальную предпринимательскую прибыль.

В Республике Беларусь государство взяло шефство над становлением и развитием предпринимательства. В принципе и сами предприниматели поддержали такую стратегию. Но со временем процесс государственного регулирования и содействия развитию в сфере малого предпринимательства становился все более жестким. В то же время изменялись организационные формы взаимодействия государственных органов с субъектами частного бизнеса, происходили существенные сдвиги в целях, механизме и аппарате управления, а также в сочетании государственного и рыночного механизмов регулирования. Практически сразу государственный контроль над предпринимательской деятельностью стал выполнять надзирательную функцию. В условиях нахождения между государством-«молотом» и криминалом-«на-ковальней» остается очень узкое пространство для развития предпринимательской деятельности и, говоря веберовским языком, в выигрыше оказывается капитал, «ориентированный на политику». Как следствие, хозяйственная бюрократия становится самостоятельным элементом в государственно-монополистической структуре, стремясь подчинить хозяйственную систему своим целям. К. Маркс по этому поводу писал: «Так как бюрократия делает свои «формальные» цели своим содержанием, то она всегда вступает в конфликт с «реальными» целями»1. «Сра-щенность» капитала с властными структурами любого масштаба выступает своего рода предпосылкой делового успеха, гарантией получения различных льгот, поблажек, а нередко и защиты от справедливого наказания. Государственно-управленческая должность сама по себе превращается в средство предпринимательства, т. е. в средство извлечения прибыли, связанное с риском. И если в условиях развитого капитализма государственные структуры работают для того, чтобы помогать малому бизнесу (поскольку он является базовым компонентом экономической системы), то в отечественной экономике государственный контроль стал всеобъемлющим, что значительно затрудняет развитие предпринимательства. Поэтому белорусским предпринимателям стало достаточным уже то, чтобы правительство не ужесточало существующий порядок, что выразилось в их позиции: «Не мешать предпринимательству, а остальное мы сделаем сами»[8] .

  • [1] В сентябре-декабре 2001 г. автором был проведен опрос официально зарегистрированных субъектов малого бизнеса Брестской области. Опрошено 650 человек (что составляет 5% от генеральной совокупности).
  • [2] Котляров И. В., Бондарь П. И. Приватизация: попытка социологического анализа / Белорусский институт научно-технической информации и прогноза Совета Министров РБ. - Минск, 1994. - 21 с.
  • [3] Подгорный Г. В. Разумно ли чуждаться малого бизнеса (заметки с международной научно-практической конференции) // Финансы, учет и аудит (далее ФУ А). - 1999. - № 7-8. - С. 75-76.
  • [4] Республика Беларусь в цифрах (крат. стат. сб.). - Минск, 1997. - С. 4 М2.
  • [5] Соколова Г. Н. Экономическая социология. - С. 277-278.
  • [6] Данные статистических ежегодников Республики Беларусь за 2000-2003 гг. 2 Подробнее см.: Андрос И. А. Основные тенденции в сфере занятости населения Беларуси: социально-демографический анализ // Социальные и социокультурные процессы в современной Беларуси / НАН Беларуси, Ин-т социологии. - Минск: Экоперспектива, 2005. - С. 14-21.
  • [7] Драчев В. К. Приватизация в Беларуси. - Гомель: ГТУ им. Ф. Скорины, 2002. - С. 55-56.
  • [8] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. - 2-е изд. - М.: Госполитиздат, 1955. -Т. 1.-С. 271. 2 Из анкеты социологического опроса 2001 г.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >