СУБЪЕКТЫ МАЛОГО И СРЕДНЕГО БИЗНЕСА В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ: ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ

Особенности развития малых предприятий: социологический аспект

Вы никогда не сумеете решить возникшую проблему, если сохраните то же мышление и тот же подход, который привел вас к этой проблеме.

Альберт Эйнштейн

Разрешить сложившуюся в национальной экономике Беларуси проблемную ситуацию в развитии малых организационных форм предпринимательства может помочь всестороннее знание мирового опыта о процессах становления системы малых предприятий. Причем не только в экономическом, технологическом и управленческом аспектах, которые активно изучаются, описываются, декларируются, но и в социокультурном плане, который пока остается «за кадром». В Западной Европе и США малые предприятия (МП) в производственной системе всегда были значимыми субъектами хозяйствования, но глубокий социально-культурный кризис западного общества в 1960-х гг. привел к новому качественному развитию производственной системы, в которой МП выступало как самостоятельное экономическое и социокультурное явление с особым производственным укладом. В результате изменения научной картины о мире вообще и об экономике в частности при изучении системы МП были сделаны следующие выводы. Во-первых, крупные и малые предприятия относятся к различным «видам» хозяйственных организмов. Во-вторых, развитию МП благоприятствуют значительные изменения в мотивации хозяйственной деятельности, социальных отношениях и технологии. Во второй половине XX в. в западном мире под сомнение был поставлен весь экономический образ жизни, в том числе главный элемент производственной системы - иерархически построенная промышленная корпорация. В-третьих, идея постиндустриализма как новой концепции «третьей волны» цивилизации заключалась в разрешении индустриального кризиса «через преодоление отчуждающего человека от природы и других людей производственного уклада крупных предприятий, а также стиля жизни, навязываемого системой рыночного обмена». В-четвертых, вывод о том, что малое предприятие - это продукт самоорганизации, выражение «турбулентности» и переходных процессов в экономической сфере -стал, на наш взгляд, основополагающим в современном отношении к МП в большинстве стран мира[1].

В начале 1990-х гг. в Беларуси становление системы малых предприятий в национальной экономике в социокультурном плане происходило «на опережение» формирования новой системы ценностей, соответствующей рыночным реалиям. Первоначально в Беларуси, как и в остальных советских республиках, из-за неподготовленности налогового законодательства (как и всей правовой базы), отсутствия таких общепринятых в мире рыночных форм, как малые предприятия, коммерческие банки, внимание руководителей государства и общественности фокусировалось только на одной организационно-правовой форме предпринимательской деятельности - кооперативах. Закон о кооперации ускорил раскрытие возможностей кооперативного сектора, продемонстрировал потенциал мелкого производства, основанного на предпринимательстве. Сразу же сформировались серьезные различия между доходами кооперативов и государственных предприятий, показав, насколько занижена оплата труда в государственном секторе. Кооперативы фактически стали почти легальными частными предприятиями, но, действуя в советской экономике, часто преуспевали, выходя за рамки закона. Через некоторое время государство начало терять контроль над кооперативными

предприятиями, и, не найдя соответствующих стимулов и форм регулирования, применило испытанные меры - ограничения и запреты. Принятие Постановления Совета Министров СССР от 29 декабря 1988 г. № 1468 «О регулировании отдельных видов деятельности кооперативов в соответствии с Законом о кооперации в СССР» вводило запрет и ограничение некоторых видов деятельности, выполняемых кооперативами. Позже это постановление было дополнено созданием ряда ведомственных инструкций и писем, направленных на ужесточение и регламентацию деятельности кооперации, в частности, правил его налогообложения. Считалось (и где-то не без основания), что деятельность кооперативов распространялась только на сферы, в которых было выгодно работать им самим. В итоге в конце 1989 г. с помощью СМИ началось искусственно гипертрофированное обсуждение негативных моментов их деятельности в ущерб тому положительному, что привнесли новые кооперативы в хозрасчетную практику и на потребительский рынок (в условиях еще лишь разговоров о приватизации и свободных ценах). Между тем вновь создаваемые кооперативы, обладавшие мощным зарядом легализуемой предпринимательской активности, отличала предельная для тех реальных условий гибкость в хозяйственной деятельности. По данным статистики в СССР в период с 1988 по 1991 г. фонд оплаты труда (включая совместителей) в кооперативах вырос с 120,0 млн руб. до 26836,0 млн руб. (почти в 224 раза!)[2]. Таким образом, кооперативы стали финансовой основой для формирования начального капитала в предпринимательстве.

Органами государственного управления дополнительно была предпринята попытка приблизить условия создания и деятельности небольших государственных предприятий к кооперативам. Так, в 1989 г. в стране был создан Союз малых государственных предприятий СССР. Затем было принято «Положение об организации деятельности малых предприятий», одобренное протоколом Комиссии по совершенствованию хозяйственного

механизма при Совете Министров СССР от 6 июня 1989 г. Малыми предприятиями в то время считались фирмы, создаваемые учредителями и работающие на принципе самоокупаемости и самофинансирования. Численность персонала, работающего на МП, не должна была превышать 100 человек. Положение предусматривало порядок открытия, реорганизации, ликвидации данных предприятий. Документ определял планирование деятельности и отчетность вышеуказанных организаций. Однако определение понятия «малое предприятие» было сформулировано расплывчато, поэтому у МП не было четко выраженного статуса. Между тем МП предоставлялась большая по сравнению с государственным предприятием самостоятельность в ведении хозяйственной деятельности, в том числе в распределении хозяйственного дохода.

Юридический статус МП окончательно получили 8 августа 1990 г., когда было принято Постановление Совета Министров СССР № 790 «О мерах по созданию и развитию малых предприятий», которое разрешило юридическим и физическим лицам создавать частные предприятия с использованием надомного труда. Предварительно это постановление обсуждалось непосредственно в предпринимательских структурах. Необходимо было понять, будут ли кооперативы «переходить» в МП, какие преимущества и трудности ждут их при перерегистрации, что приобретет от этого общество, а что потеряет. Налоговые льготы, которые предусматривало постановление для новых малых предприятий (на стартовом этапе), вызвали, естественно, одобрение. А вот критерии, определяющие размеры МП, в первую очередь среднесписочную численность занятых (в промышленности и строительстве - до 200 человек), подвергались жестокой критике. Благодаря принятию этого постановления стало ясно, какова должна быть численность предприятия и в каких отраслях, как правильно регистрировать МП, кто может выступать его учредителем. Одним из главных положений постановления было то, что возможность создания МП допускалась во всех отраслях народного хозяйства и на основе любых форм собственности, а также разрешалось осуществление всех видов хозяйственной деятельности, не запрещенных законодательством. Льготы для малых предприятий, вводимые этим постановлением, послужили поводом для переоформления кооперативов в МП. В итоге малое предпринимательство, которое осуществлялось пока в форме кооперации, вынудило союзное руководство в достаточно сжатые сроки изменить экономическую политику на более гибкую, быстро реагирующую на происходившие перемены.

В поддержку развития системы малых предприятий в СССР была подготовлена записка социально-экономического отдела ЦК КПСС «О развитии в СССР сети малых и средних предприятий». В ней говорилось о необходимости учитывать, кроме экономического, и социально-политический аспект предлагаемых мероприятий по демонополизации народного хозяйства. Например, «в небольших трудовых коллективах у рабочих возрождается чувство хозяина средств производства, устраняются элементы бюрократизации, свойственные крупным предприятиям, создаются лучшие условия для участия в управлении производством. Немаловажным является и то обстоятельство, что на малых предприятиях легче разрешаются трудовые конфликты между администрацией и рабочими. Развитие небольших предприятий может также благотворно повлиять на стабилизацию экономического положения и социально-политической обстановки в трудоизбыточных районах и будет способствовать возрождению малых и средних городов, станет важным направлением решения экологических проблем»[3]. Действительно, все новое - это хорошо забытое старое.

Положительную роль во введении в практику нового направления предпринимательской деятельности, а именно МП, сыграли результаты хозяйственного эксперимента в Эстонии. Об этом тоже указывалось в аналитической записке. Так, начиная с 1987 г. на малых предприятиях Эстонской ССР, оснащенных современным оборудованием, были экспериментально апробированы новые экономические условия хозяйствования. Эти методы доказали свою высокую результативность. В малых

строительных организациях системы Госстроя Эстонской ССР выработка на одного работника стала в 1,5-2 раза выше, чем в среднем по отрасли[4]. Постановление Совета Министров СССР «О мерах по созданию и развитию малых предприятий» зафиксировало и старалось распространить полезные нормы эстонского эксперимента. Также оно приближало практику хозяйствования к международному опыту становления и развития малого бизнеса. Но в данном документе сохранялось серьезное противоречие: упор делался на государственные (строительные и другие) малые предприятия, так как законодательной базы создания и государственной поддержки частных (и иных форм собственности) МП еще не существовало. Эту задачу предстояло решать в сложных условиях выхода союзных республик из состава СССР.

Обретя независимость, Республика Беларусь в начале 1990-х гг. вступила в полосу глубокого затяжного экономического кризиса, результаты воздействия которого проявлялись как в материальном производстве, так и в социальной сфере. На социально-экономическое положение страны оказывали негативное воздействие многие факторы, обусловленные развалом единого народнохозяйственного комплекса СССР, нарушением хозяйственных связей, сбоями в функционировании финансово-кредитной системы, высокими темпами инфляции. Особенно значительным оказалось снижение инвестиционной деятельности, которое сопровождалось обесцениваем средств заказчиков, общей неуверенностью в будущем, сокращением государственных капитальных вложений. Новой и весьма значимой причиной снижения инвестиций стало обесценивание активов предприятий и сбережений населения. Предприятия были вынуждены расходовать подавляющую часть своих доходов на увеличение заработной платы и социальные нужды. Многие предприятия начали «проедать» фонды, пренебрегая перспективами развития. Стремительно развивавшееся предпринимательство направило свои усилия на быстрый оборот обесценивавшихся денег

и нередко криминальное их накопление. Отсутствие или нехватка средств для организации собственного дела, сложности с материально-техническим обеспечением, получением арендных площадей и т. п. привели малый бизнес в основном к посреднической деятельности, что отвлекало финансовые ресурсы от инвестиций в производство.

Период с 1991 по 1993 г. в Беларуси знаменателен началом реорганизации национальной экономики. Однако неразвитость рыночной инфраструктуры, отсутствие рыночных институтов и механизмов привели к нарушению принципов последовательности и системности в проведении реформ. Но именно на эти годы пришелся расцвет деятельности МП. В это время люди буквально ринулись на негосударственные предприятия, где была пусть не всегда стабильно выплачиваемая, но зато высокая зарплата. За этот период численность занятых на предприятиях смешанной и иностранной форм собственности увеличилась почти в 3 раза (с 46,3 до 120,9 тыс. человек), а в сфере индивидуального предпринимательства - в 3,6 раза (с 62,6 до 225,6 тыс. человек). Динамика распределения населения Беларуси по занятости приведена в табл. 3.1.

В Республике Беларусь в начале 1990-х гг. борьбу с дальнейшей структурной деградацией экономики приходилось осуществлять в условиях отсутствия в государстве необходимых финансовых средств при опоре на имеющиеся трудовые ресурсы. Данные Министерства статистики и анализа Республики Беларусь за период с 1995 по 2004 г. свидетельствуют о следующих тенденциях в миграции трудовых ресурсов. Во-первых, основное противоречие территориальной трудовой миграции - это, с одной стороны, необходимость поиска людьми новых рабочих мест и новых сфер приложения сил и способностей, а с другой -неготовность так поступать в силу объективных обстоятельств и сложившихся социальных стереотипов[5]. Данное противоречие достаточно продолжительный период поддерживало социальную напряженность в обществе. Демографическая проблема ста-

Таблица 3.1. Распределение населения по занятости на предприятиях, в учреждениях и организациях различных форм собственности, тыс. человек [149, с. 75]

Показатель

1990 г.

1991 г.

1992 г.

1993 г.

Всего занято в народном хозяйстве

5148,5

5019,7

4887,4

4823,7

В том числе на предприятиях и организациях:

государственной собственности

3805,9

3557,2

3176,1

3045,4

коллективной собственности

1233,7

1268,1

1427,8

1431,8

из нее:

акционерные

5,7

18,7

32,9

53,7

арендные

259,1

322,6

387,0

388,9

общественные

54.3

53,5

42.5

42,7

колхозы

641,2

613,6

665,2

633,3

потребительской кооперации

173,6

170,7

160,4

155,7

кооперативы

99,8

80,0

34,7

19,5

хозяйственные ассоциации, объединения

9,0

1,2

2,1

коллективные

-

-

103,9

135,9

смешанной и иностранной собственности

46.3

78,1

113.7

120,9

из нее:

смешанной

42,9

70,2

99,6

103,0

совместной

3,4

7,9

14,1

17,4

иностранной

-

-

0,5

В сфере индивидуального и частного предпринимательства

62,6

116,3

169,8

225,6

рения населения страны сказывалась как на количественном, так и на качественном составе трудовых ресурсов. Для повышения занятости и доходов населения загрязненных в результате аварии на Чернобыльской атомной электростанции районов, стимулирования развития здесь предпринимательской деятельности, повышения уровня экономики восточного и юго-восточного регионов правительством Беларуси предпринимался ряд конкретных мер. Соприкоснувшись с проблемами труда и занятости, безработицы и трудоустройства, свойственными рыночной системе использования рабочей силы, населению Беларуси постоянно приходилось преодолевать морально-психологические барьеры переходного периода, которые были связаны с дефицитом рабочих мест и высокой конкуренцией на рынке труда.

Действовавший в республике институт прописки ограничивал нерациональные внутренние миграционные потоки и тем самым преодолевал диспропорции в их концентрации. По идее, институт прописки должен способствовать экономическому возрождению малых городов и местечек, однако этого не происходило в силу отсутствия развитой социальной и экономической инфраструктуры в регионах. Наличие местной прописки формировало у работников нерасположенность к свободному перемещению по стране в поисках работы. Во-вторых, в Беларуси под воздействием необратимых социально-экономических преобразований «отток» рабочей силы из производственной сферы в непроизводственную происходил в виде следующих тенденций. Доля молодежи в промышленности постепенно уменьшалась, но и в непроизводственных отраслях она не увеличивалась. Молодые люди 20-29 лет (наиболее мобильная на рынке труда рабочая сила) предпочитали банковскую, управленческую и информационновычислительную сферы. В народном хозяйстве существовала положительная динамика по образовательному уровню среди всех категорий работников - увеличилась численность руководителей, специалистов и рабочих, имеющих высшее образование, однако снижение профессионального переобучения не способствовало повышению конкурентоспособности работников.

Для белорусского малого предпринимательства «лихие 90-е» характеризуются сложной внутренней политической и экономической ситуацией, которая усложняла развитие благоприятного инвестиционного климата в стране. В период с 2001 по 2007 г. (включительно) в предпринимательской среде республики произошло резкое сокращение количества малых форм собственности и увеличение числа лиц без образования юридического лица. Стремление в сектор индивидуального предпринимательства (ИП) выступило способом, позволяющим заниматься той же деятельностью, но с меньшими затратами, что и в формате МП. При этом индивидуальные предприниматели, как и юридические лица, могли применять наемный труд с нерегламен-тированным и неограниченным количеством сотрудников, имея в итоге значительные объемы производства и выручки. Очередной скачок количества МП (на 32,7%!) произошел в 2008 г. по сравнению с 2007 г. по причине не экономических, как это было в начале 1990-х гг., а юридических факторов: запрета на использование предпринимателями-«индивидуалами» с 1 января 2008 г. наемных работников, за исключением членов семьи и близких родственников1. В связи с этим многие «ипэшники» вынуждены были переоформлять документы, становясь руководителями МП.

С целью ускоренной адаптации к зарождающимся рыночным отношениям в Программе социально-экономического развития Республики Беларусь на 2001-2005 гг. были определены мероприятия, направленные на реорганизацию отечественных предприятий различных форм собственности. Среди основных направлений реструктуризации предприятий было выделено создание кадрового менеджмента. В его задачи входило решение проблемы преодоления экономических, технических и социальных барьеров на пути внедрения инноваций. В данном случае возрастала роль кадровых служб, качественно изменялось содержание их работы. В контексте нашего изучения развития в Беларуси системы малых предприятий на передний план выдвигался вопрос особенности кадровой политики малого предприятия, которая в первую очередь отличается предельной простотой - выполняются только те функции, которые необходимы. Основными функциями МП являются производственно-экономическая, структурообразующая, координирующая и социально-интегрирующая. Реализуя эти функции, предприятия с небольшим количеством работников обычно осуществляют свою деятельность, исходя из потребностей и возможностей насыщения местного рынка, объемов и структуры локального спроса[6] . Невзирая на недостаточную развитость рыночных

структур в нашей стране, согласно статистическим данным удельный вес МП различных форм собственности в основных экономических показателях работы предприятий и организаций Республики Беларусь в 2002 г. составил: среднесписочная численность работников - 8,4%, ВВП - 7,2%, выпуск товаров и услуг - 7,6%, инвестиции в основной капитал - 6,9%х. Принято считать, что МП играли достаточно серьезную роль в создании новых рабочих мест и, тем самым, в решении проблемы безработицы. Однако в период 2000-2002 гг. списочная численность работников на МП практически не изменилась. Данные государственной статистики за тот период свидетельствуют, что по состоянию на начало 2000-х гг. МП как особые хозяйствующие субъекты вышли в масштабах Беларуси на свой оптимум в плане вовлечения в собственные кадровые структуры работников с общереспубликанского рынка труда.

Для изучения работы кадровых служб промышленных предприятий г. Минска Институтом социологии НАН Беларуси в 2003 г. было проведено социологическое исследование[7] , в результате которого прошены 49 (или 40,8% от общего количества опрошенных) руководителей и специалистов кадровых служб предприятий различных форм собственности, на которых среднегодовая численность персонала не превышает 100 человек. В основном это общества с ограниченной ответственностью (40,8%). Далее следуют общества с дополнительной ответственностью

(16,3%) и государственные, в том числе коммунальные (14,3%). Одинаковая доля (по 12,2%) частных предприятий, закрытых (ЗАО) и открытых (ОАО) акционерных обществ. Опрошены одно совместное и одно иностранное предприятия. Большинство МП (37,5%) в названном статусе существуют с 1999-2000 гг. Основная сфера деятельности МП: торговля и торгово-посредническая деятельность (32,7%); производство предметов потребления и другие виды деятельности (по 24,5%); бытовые услуги населению (12,2%); производство машин и оборудования, общественное питание и жилищно-коммунальное хозяйство (по 2,0%). Немногим более половины (55,1%) всех МП имели долю административно-управленческого персонала до 20% от общей численности работающих, 22,5% - от 21 до 40%, 14,3% - свыше 41%.

За предшествующий опросу год практически все обследованные предприятия принимали людей на работу; лишь одно предприятие не проводило набора рабочей силы. Среди принятых на работу по специальностям лидировали служащие-специалисты (65,3%). Рабочие высокой и средней квалификации также пользовались спросом (32,7 и 28,6% соответственно). Далее среди вновь принятых следовали служащие-руководители и рабочие без квалификации (по 22,4%). Сложнее устроиться на работу в МП работникам без специального образования (8,2%). В течение последних трех месяцев с малых предприятий увольнялись главным образом служащие-специалисты. Их доля среди оставивших работу составила 54,5%. Рабочие средней и низкой квалификации также оставляли рабочие места (29,5 и 22,7% соответственно). Дальше в рейтинге уволенных в течение последнего квартала следуют рабочие без квалификации (15,9%), руководящий состав и служащие без специального образования (по 11,4%); рабочие высокой квалификации менее всего сталкиваются с проблемой увольнения (6,8%). Сокращения, т. е. вынужденного увольнения, не происходило на 77,6% МП. Среди остальных 22,4% предприятий, где сокращение сотрудников произошло, указывались следующие причины: в связи с уменьшением объемов производства (16,3%), в связи с изменением формы собственности предприятия и пересмотром кадрового состава, по распоряжению вышестоящих органов, в связи с ликвидацией структурных подразделений (цеха или отдела) предприятия (по 2,0%). Ни одно опрошенное МП не организовывало встреч высвобождаемых работников со специалистами государственной службы занятости.

Основная причина увольнения - собственное желание работников (38 чел., или 84,4%). Данная формулировка не является объяснением реальных причин, по которым люди уходили с предприятий. Можно предположить, что основной мотив увольнения - это неудовлетворенность размером выплачиваемой заработной платы. Однако, как показало данное исследование, уровень оплаты труда на всех предприятиях для работников различных категорий практически одинаков. Причиной увольнения могли быть конфликтные ситуации на рабочих местах, отсутствие благоприятных условий труда, удаленность жилья от постоянного места работы и т. д. Ужесточение государством контроля в сфере малого предпринимательства привело к уравниванию заработной платы на предприятиях различных форм собственности, что позволяло наемным работникам почти безболезненно (в материальном плане) менять место работы. Другое дело, если предприятия в своих ответах занизили средний уровень зарплаты. Тогда увольнение по личной инициативе работника можно трактовать как увольнение «по инициативе руководителя», что еще раз указывает на бесправное положение наемного рабочего.

Несмотря на постоянную текучесть кадров, опрос руководителей и специалистов кадровых служб МП показал, что они не испытывают проблем с набором сотрудников. И малые предприятия в значительно меньшей мере испытывают недостаток в рабочей силе, чем более крупные по численности организации. На вопрос: «Есть ли в настоящее время на Вашем предприятии избыток различных категорий работников?» представители МП ответили, что ни в аппарате управления (85,4%), ни в служащих-специалистах (77,1%), ни в служащих без специального образования (67,4%), ни в квалифицированной (66,7%) и неквалифицированной (65,9%) рабочей силе избытка не существует.

Говоря об источниках пополнения кадров, МП использовали в основном рекламу в СМИ (55,1%), рекомендации родных, друзей и знакомых (49,0%) и свободный набор (32,7%). Если рассматривать предприятия по формам собственности, то такой порядок соответствует и частным фирмам. А вот изменившие форму собственности (с государственной на иную) и государственные предприятия высоко оценивали услуги государственной службы занятости (88,6 и 82,5% соответственно) и также использовали набор выпускников различных учебных заведений (68,6 и 62,5% соответственно). Специалисты кадровых служб государственных и бывших государственных предприятий были более лояльно настроены по отношению к службе занятости и чаще других настроены на сотрудничество с ней. Если при поиске новых работников использовалась реклама, то 92,7% респондентов предпочитали ее размещать в газетах (как наиболее оперативном источнике информации). Профессиональные журналы и телевидение не пользовались особой популярностью для набора кадров: их использовали лишь 7,3 и 4,9% опрошенных соответственно.

На вопрос: «Как часто Вам приходится сотрудничать со службой занятости при подборе кадров?» больше половины опрошенных руководителей МП (65,3%) ответили: «Не сотрудничаем». При наличии вакансий в службу занятости подавались заявки главным образом на рабочих различной квалификации (51,0%), затем только на служащих со специальным и без специального образования (22,4%), рабочих без квалификации (14,3%) и руководителей (8,2%). И большинство специалистов отделов кадров (75,0%) сведения о появившихся свободных рабочих местах подавали в срок, указанный в законодательстве о занятости Республики Беларусь, - в течение двух недель. Нежелание заявлять появившиеся вакансии в службу занятости 66,7% опрошенных объяснили самостоятельным подбором нужных им кадров. Не были уверены в качестве направляемых центрами занятости кадров 16,7% специалистов отделов кадров. Большая часть кадровиков-респондентов (55,1%) при разрешении дилеммы «брать людей со стороны/продвигать собственных работников» придерживались тактики действовать в зависимости от обстоятельств. Собственных работников продвигали менее чем на 1/3 (или 28,6%) МП. Брали людей со стороны чуть более 1/до (или 12,2%) опрошенных, и это, как правило, служащие-специалисты, т. е. менеджеры, экономисты, аудиторы, взятые на конкурсной основе. Основной их рабочей функцией была разработка стратегии поведения предприятия как на внутреннем, так и на внешнем рынке, а также внедрение различного рода инноваций.

Сотрудничество МП со службой занятости происходило в форме подачи информации о наличии вакансий (76,5%) и направления запроса на подбор людей нужных профессий (29,4%). Не пользовались спросом у руководителей МП оказываемые службой занятости услуги по созданию ученических рабочих мест, временных рабочих мест (в том числе для молодежи в свободное от учебы время) и рабочих мест для оплачиваемых общественных работ (все по 5,9%). Нежелание сотрудничать со службой занятости, скорее всего, было связано с оформлением большой документации для данных видов работ, их плохим финансированием, а также с незнанием качества выполняемой работы направляемыми службой занятости. Поэтому при оценке профессиональных качеств работников, принятых по направлению службы занятости, не смогли дать ответ 67,3% представителей кадровых служб, так как приема на работу безработных граждан по направлению службы занятости у них не было. То, что бывшие безработные работают не хуже других, отметили 12,2%; нередко клиенты службы занятости разочаровывают - 10,2%; по мнению 4,1% респондентов, безработные, направленные службой занятости, работают хуже других; затруднились ответить 6,1%.

В силу специфики работы на МП (часто ненормированный трудовой день, особенные для фирм отношения в коллективе, распространенность неформальных трудовых отношений) многие работники малых фирм не нацеливались на долгосрочную занятость на конкретном частном предприятии. Но это обстоятельство не мешало фирмам эффективно задействовать нового работника, максимально используя его трудовой потенциал. Главным стимулом высокой производительности труда «нового кадра» выступала высокая заработная плата. В связи с ярко выраженной иерархией родственных связей на МП шансы карьерного роста практически для всех категорий работников низки. Из основных качеств, наиболее важных для профессионального и карьерного роста работников, по мнению опрошенных руководителей и специалистов кадровых служб МП, были выделены высокий профессиональный уровень (81,6%), исполнительность и расторопность (61,2%), опыт работы (57,1%). Немаловажную роль играли пробивные способности (42,9%).

В том, что касается нововведений, то только на 4 опрошенных МП не произошло никаких изменений. На остальных 45 малых предприятиях в период 2000-2003 гг. главным образом был освоен выпуск новых видов продукции (40,8%), организовано зарубежное партнерство и внедрено новое оборудование (по 38,8%), внедрены новые методы управления персоналом (30,6%) и новые методы управления производством (20,4%), создана маркетинговая служба (14,3%). Тем самым на фоне всеобщих преобразований в сфере производства небольшие предприятия вводят новые технологии, расширяют производство, но наиболее активно организовывают зарубежные контакты. Если брать по формам собственности: негосударственные - 44,4%, сменившие с государственной на иную форму собственности - 34,3%, государственные - 5,0%. Инициаторами нововведений на рассматриваемых предприятиях выступили руководство (66,7%), владелец или совладелец предприятия (55,6%), главные специалисты (31,1%). Инициативы по вопросу реорганизации предприятий ни со стороны вышестоящих организаций (министерств, ведомств и др.), ни со стороны самого коллектива практически не проявлялось (по 8,9%). Условия, диктуемые формирующимися новыми отношениями в экономике страны, вынуждали предприятия повышать свою конкурентоспособность. Это выступало главной целью внедрения инноваций на большинстве предприятий (68,2%). Выживание предприятия в условиях рыночной среды выделили 31,8% опрошенных. Экспансия предприятия (развитие, захват рыночных ниш) присуща только 11,4% МП. Основным источником финансирования нововведений стала прибыль самого предприятия

(82,2%). Использовались средства частных инвесторов (13,3%); кредиты государственных и коммерческих банков, средства фонда развития производства (11,1%); иностранные кредиты и инвестиции (8,9%); средства бюджета и внебюджетных фондов (6,7%); другие источники составили 4,4%. Таким образом, малые предприятия при разрешении проблем, возникающих в результате сложных экономических преобразований, рассчитывали на свои силы как в финансовом, так и в производственном плане.

Отсутствие в Беларуси системы подготовки и переподготовки инженеров-консультантов, менеджеров в области инновационной деятельности, отсутствие обеспечения их стажировки на конкретных объектах, привело к тому, что большая часть руководящего состава МП не придавали должного значения составлению бизнес-плана инноваций. Это подтверждалось тем, что на вопрос: «Разрабатывались ли на Вашем предприятии бизнес-планы нововведений?» на 22,4% предприятиях ответили: «Как когда», а на 32,7% вообще не разрабатывались. Можно предположить, что кроме внешнего фактора, т. е. неразвитости в нашей стране инновационной рыночной инфраструктуры, развитие инновационной деятельности затрудняло и отсутствие у руководителей МП достаточного уровня экономических знаний, а также культуры рыночных отношений.

Острый недостаток реально обоснованных и досконально просчитанных профессионалами инновационных проектов привел к тому, что применяемые инновации практически не изменили организационную структуру предприятий. Особенно это касалось производственных участков и цехов; они были созданы соответственно на 28,6 и 8,3% опрошенных малых предприятий. Зато почти на половине МП (46,7%) были открыты различного рода (чаще всего финансово-стратегического плана) службы и отделы. Что касается возможных преимуществ от внедрения инноваций, то многие малые предприятия в первую очередь отметили расширение рынков сбыта продукции (60,0%); далее следовали рост объемов производства (46,7%), расширение видов деятельности, ассортимента выпускаемой продукции и создание новых рабочих мест (по 40,0%). Были выделены рост заработной платы, повышение качества продукции (по 33,3%), а также снижение себестоимости продукции и рост производительности труда (22,2%). Инновации практически не изменили профиль выпускаемой продукции на опрошенных МП (6,7%), что указывает на определенную (в чем-то традиционную) направленность нововведений. Следует отметить, что несмотря на ряд мер по поддержке малого бизнеса в Беларуси (разработка Программы поддержки малого предпринимательства, Программы развития научно-инновационной деятельности, ряда Указов Президента и постановлений Правительства о развитии малого предпринимательства и поддержке наукоемких производств), существенного оживления инновационной деятельности в этой сфере в начале 2000-х гг. не произошло.

К числу первостепенных проблем, которые в наибольшей степени препятствовали внедрению нововведений на МП, 36,1% респондентов отнесли недостаток финансовых средств и отсутствие возможности их получения извне; 31,3% - неблагоприятную политику государства в отношении частного бизнеса (данная проблема на предприятиях с большим количеством работников стояла еще более остро); 25,0% - существующую налоговую систему. Низкую платежеспособность потребителей отметили 17,6% руководителей кадровых служб опрошенных МП. Остальные факторы, такие как высокий процент износа основных фондов (7,1%), отсутствие доступа к новым технологиям и информации о них (6,7%), невысокий уровень развития сферы управления и маркетинга на предприятии и ограниченные возможности перепрофилирования производства (по 6,3%), недостаток необходимых специалистов (5,9%), ограниченный рынок сырья и материалов (5,6%), ограниченный рынок сбыта продукции (4,5%) респондентами особо не выделялись. Таким образом, инновационная деятельность на белорусских малых предприятиях практически не реализовывала свой потенциал в полной мере.

На вопрос: «Есть ли в настоящее время на Вашем предприятии избыток различных категорий работников?» большинство руководителей и специалистов кадровых служб МП подчеркнули оптимальный состав трудового коллектива. По мнению респондентов, на их предприятиях не существовало избытка ни в аппарате управления (85,4%), ни в служащих со специальным (77,1%) или без специального (67,4%) образования, ни в квалифицированных или неквалифицированных рабочих (66,7 и 65,9% соответственно). И если на более крупных предприятиях гибкие виды занятости выступают скорее в качестве компенсаторных механизмов существующей скрытой безработицы, то специфика работы малых предприятий заключается в поддержании гибких видов занятости. Так, на 38,8% МП использовали гибкий график рабочего времени. Работа по срочным контрактам и режим неполного рабочего дня как бегство от скрытой безработицы практически не использовались (14,3 и 12,2% соответственно).

Результаты исследования позволили сделать некоторые выводы по поводу стратегий предприятий, численность которых не превышает 100 человек. Во-первых, малые предприятия наиболее динамично реагируют на изменения не только во внешней (экономической) среде, но и внутри коллектива, что сказывается на кадровой политике. Так, прием новых работников в МП производится оперативно и среди принятых на работу лидируют служащие-специалисты и рабочие высокой квалификации. Несмотря на то, что на малых предприятиях шансы карьерного роста для всех категорий работников практически отсутствуют, нанимаемой рабочей силе предъявляются достаточно жесткие требования наличия высокого профессионального уровня, исполнительности и расторопности, опыта работы и пробивных способностей. Основными источниками пополнения кадров для МП выступают главным образом реклама в СМИ, рекомендации родных и знакомых и свободный набор. Во-вторых, активизация экономического поведения малых предприятий проявляется в применении в их деятельности различного рода инноваций, которые в условиях неразвитости инновационной сферы в экономике Республики Беларусь, являются скорее не способом развития, а средством выживания. В-третьих, собственники МП, независимо от форм собственности, вынуждены строить принципиально иную систему социально-трудовых отношений, оперативно разрешая возникающие проблемы социально-экономического характера, не ущемляя прав и интересов работников, с тем чтобы эффективнее использовать их трудовой потенциал. Эти характеристики на несколько лет определили основные тенденции в кадровой работе белорусских МП.

Современные социально-экономические реалии в Беларуси таковы, что малое предприятие до сих пор не стало значимым и уважаемым хозяйствующим субъектом, полноценным и полноправным участником экономических процессов. Промышленные гиганты, даже если они работают недостаточно эффективно, остаются «любимыми детьми» государства, которых, конечно, можно «пожурить» и даже иногда прилюдно поругать, но им всегда нужно помогать. Финансовые вливания в проблемные предприятия, часть которых представляют национальные «бренды», оказывают морально-психологическую поддержку трудовым коллективам. Тем самым в массовом сознании производственников культивируются идеи стабильности и защищенности. На этом фоне МП выглядят скорее «разменной монетой». Ни в общественном сознании, ни в сознании государственных чиновников пока что не сформировалось четкое понимание, что 20 малых предприятий (по 50 работников) не менее важны, а быть может, более значимы для развития отечественной экономики, социальной инфраструктуры, стабилизации рынка труда, чем фабрика, на которой работают 1000 человек. И если эта фабрика, например, работает неэффективно, то даже частичного сокращения персонала стараются всячески избежать. А мысль о ее закрытии вовсе не допускается. Проблемы такой фабрики решаются на республиканском уровне и нередко с личным участием Президента страны. Что же касается проблем ряда МП, которые в своей совокупности обеспечивают не меньшее количество рабочих мест, то эти проблемы не рассматриваются как имеющие общественное значение.

В 1990-е гг. население нашей республики не испытало «шоковой культурной революции», вылившейся затем в «культурную травму» (П. Штомка)[8], как это было в других странах бывшего социалистического лагеря. Государственная политика,

поддерживающая эволюционные изменения в белорусском обществе, привела к стабилизации травматической ситуации. Это привело к «оттоку» значительной части рабочей силы на крупные промышленные предприятия, а экономическая и нормативно-правовая база предпринимательской деятельности сориентировала предпринимателей на индивидуальную сферу деятельности. Таким образом, система распределения благ в современной Беларуси основана на традиционных доминантах массового сознания производителей (главным образом рабочих), которые выражаются в ожиданиях получения вознаграждения за свой труд из централизованных источников - от администрации крупного предприятия, профсоюзов и т. д. Названные доминанты слабо коррелируют с объективными возможностями социальной защиты работников МП. В связи с этим работники таких предприятий добровольно идут на риск минимизации социальных гарантий ради максимизации текущей заработной платы, в том числе «в конвертах». При этом нивелируются последующие риски, связанные с минимизацией дохода в пенсионный период. В современных экономических условиях Беларуси выгоднее содержать и контролировать одну «большую фабрику», находящуюся в государственной форме собственности, чем сотню малых негосударственных предприятий. В первом случае «бухгалтерия одна - отчетность прозрачная - управление прямое». Во втором случае «бухгалтерия множественная - отчетность объемная - управление косвенное и затрудненное», поскольку МП, как правило, относятся к негосударственной форме собственности. Такая разновидность плановой экономики не способствует динамичному освоению собственной ниши в белорусской экономике малыми предприятиями.

Полагаем, что сегодня республиканским органам управления необходимо «переформатировать» свою политику по отношению к МП и начать проявлять то, что в экономически развитых странах стало традиционно прибыльным: заинтересованность в поощрении их работы и особенно в создании новых, разнообразных по специализации и направлениям малых предприятий. Постепенно деятельность в этом направлении уже разворачивается. Например, в соответствии с решением Мингор-исполкома в столице Беларуси в каждом из девяти из административных районов в ближайшее время будут организованы бизнес-инкубаторы, а в некоторых они уже официально работают. Кроме того, дальнейшее динамичное развитие получила свободная экономическая зона «Минск». Также пристальное внимание уделяется развитию столичного Парка высоких технологий. В плане - обеспечение необходимой и достаточной инфраструктуры для создания и динамичного развития малых производственных предприятий, которые смогут обеспечить решение актуальных для белорусской экономики задач по импор-тозамещению и обеспечению положительного сальдо во внешней торговле. А экономический интерес, энергия и изобретательность предприимчивых людей, занятых на малых и средних предприятиях, помогут максимально содействовать научно-техническому и экономическому прогрессу.

  • [1] Кара-Мурза Д. Малые предприятия как уклад «третьей волны» цивилизации: теория А. В. Чаянова и ее приложение к промышленности // Альманах «Восток» [Электронный ресурс]. - 2003. - Вып. 4. - Режим доступа: http://www. situation.ru/app/j_artp_84.htm. - Дата доступа: 03.01.2012.
  • [2] Народное хозяйство СССР в 1990 г. - С. 58-59.
  • [3] Справочник партийного работника. - М.: Политиздат, 1991. - Вып. 30. - С. 245.
  • [4] Справочник партийного работника. - Вып. 30. - С. 245.
  • [5] Соколова Г. Н. Экономическая социология: учебник. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: ИИД «Филинъ»; Минск: Беларуская навука, 2000. - С. 275-276.
  • [6] Указ Президента Республики Беларусь от 29 декабря 2006 г. № 760 «О внесении дополнений и изменений в Указ Президента Республики Беларусь от 18 июня 2005 г. № 285» // Национальный правовой интернет-портал Республики Беларусь [Электронный ресурс]. - Минск, 2011. - Режим доступа: http://www.pravo. by/WEBNPA/text.asp?RN=P30600760. - Дата доступа: 01.07.2011. 2 Инновационное предпринимательство и процессные инновации в сфере малого бизнеса Республики Беларусь / Д. Смолбоун [и др.] // Социология. -2002. -№3.- С. 20-29.
  • [7] Малое предпринимательство Республики Беларусь, 2003: стат. сб. - Минск: Минстат Республики Беларусь, 2003. - С. 7, 17-19. 2 Аналитическая записка «Спрос на рабочую силу в контексте кадровой политики малого предприятия» выполнена по результатам социологического исследования «Взаимодействие кадровых служб предприятий со службой занятости населения», которое проводилось в виде анонимного анкетного опроса в 1-м полугодии 2003 г. В выборку исследования вошло 120 предприятий различной формы собственности и различной величины - малые, средние, крупные. В опросе приняли участие руководители предприятий или руководители кадровых служб предприятий. 3 Обобщая различные подходы в численных критериях МП в начале 2000-х гг., малое предприятие было определено как самостоятельный хозяйствующий субъект численностью до 100 человек, который выпускает и (или) реализует продукцию либо оказывает услуги.
  • [8] Штомпка П. Социальное изменение как травма // СоцИс. - 2001. - № 1. -С. 6-16.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >