Возможности телевидения

Телевидение (греч. tele - вдаль, далеко + «видение»), которое Маклюэн назвал «застенчивым гигантом», - это область науки, техники и культуры, связанная с передачей на расстоянии изображений подвижных объектов при помощи радиоэлектронных устройств. У истоков телевидения - открытия португальского ученого А. ди Пайва и независимо от него русского физика П. И. Бахметьева, сделанные еще в конце XIX века.

До 1930-х годов телевидение развивалось по пути использования для анализа и синтеза оптико-механических устройств. В середине 1930-х годов появились первые системы электронно- го телевидения, передачи в которых осуществлялись с помощью телепередающей трубки и кинескопа.

В истории «массового телевидения», т. е. как средства массовой информации и коммуникации, как явления медиакультуры, основополагающими являются 1950-1960-е гг.

Именно в этот период, как и в последующие 1970-е годы, телевидение становится политически детерминированным институтом влияния на общество. Это происходит в силу его уникальной изобразительно-выразительной природы, мощи психологического воздействия на массовое сознание, масштабы охвата аудитории (в этом вопросе телевидение начинает соперничать с кино и к концу 1970-х годов его окончательно обгоняет по численности зрителей). Более того, как и во многих зарубежных странах, в сфере деятельности отечественного (в тот период советского) телевидения выделяются следующие составляющие: социально-ингегрирующая, культурно-просветительская и нравственно-воспитательная (естественно, в духе коммунистической морали как важной структуры марксистко-ленинской идеологии).

Телевидение явилось важным фактором в формировании нового социокультурного пространства, характерного для постиндустриального (информационного) общества. «Впервые в истории, - пишет известный американский социолог, теоретик постиндустриального общества Д. Белл, - телевидение создало то, что греки некогда называли ойкуменой, - единое сообщество, или то, что М. Маклюэн назвал “глобальной деревней”»[1].

Статус классики в области исследования телевидения получили не только труды М. Маклюэна, но и Р. Вильямса, в частности, его работы «Коммуникации» (1966) и «Телевидение» (1974)[2]. Своей известностью эта работа обязана прежде всего анализу риторики телевидения как «потока», то есть подвижного, изменчивого способа трансмиссии несвязанных друг с другом текстов, которые по-своему отражают социокультурную реальность.

Говоря о реальных возможностях телевидения, о его отличительных особенностях и специфике воздействия на человека можно обратиться к монографии В. Саппака «Телевидение и мы»[3], ставшей первым серьезным исследованием искусства «голубого экрана» в нашей стране. Эта книга, ставшая хрестоматийной, создавалась автором - искусствоведом и театральным критиком, в течение трех лет «бессменного дежурства» у телевизора, на которое он был обречен тяжелой болезнью. Многие понятия В. Саппака, связанные с его попыткой передать специфику телевидения, вошли и прочно утвердились в профессиональной лексике («рентген характера», «интимность контактов», «эффекг присутствия» и др.)[4].

Саппак считал главным достоинством телевидения - этическое начало. «Абсолютный слух на правду - вот что от природы получило телевидение. Право же, оно родилось в рубашке»[5], писал он, будучи уверен в том, что любая неправда в телеэфире становится самоочевидной фальшью. Мысль эта близка к устремлениям реформатора кино Дзиги Вертова, который за сорок лет до В. Саппака выдвинул свои требования к киноискусству как к «миру без игры, без маски», считая, что образность экрана состоит в умении снять «жизнь врасплох», воплотить «жизнь как она есть».[6]

Итак, В. Саппак был убежден в нравственном первородстве телевидения как нового канала медиакультуры и его «абсолютном слухе» на правду.

Многие из утверждений исследователя были связаны с тем, что тогдашнее телевидение не знало видеозаписи, и чудо живого общения поразило В. Саппака в прямом эфире. В этом, как он считал, заключается уникальность телевидения, которое «способно знакомить нас с людьми», и утверждал, что «телевизионный портрет - вот, пожалуй, самое драгоценное, что он извлек из почти двухлетней дружбы с телевидением». Не случайно свои наблюдения он посвятил первым отечественным теледикторам, в частности Валентине Леонтьевой, которая «в любой роли, в любых обстоятельствах остается сама собой»[7]. Как бы там ни было, телевизионный портрет предстает перед нами как реальный, невыдуманный характер, как свидетельство «запечатленного времени».

Так начиналось телевидение, сформировавшееся в мощный социокультурный институт, классической формулой которого была триада - «информация - просвещение - развлечение». Можно при этом согласиться с С. А. Муратовым, что эта триада, в зависимости от времени и общественного устройства, периодически преобразовывается до полной противоположности. Так, в США, где вещание является коммерческим, она фактически сведена к двум элементам - информации и развлечению. В СССР место информации занимала пропаганда. Более того, Госкомитет по телевидению и радиовещанию его сотрудники называли между собой «комитетом по безопасности ТВ и РВ»[8]. При этом развлекательное вещание в советских телепрограммах было фактически сведено к нулю.

С 1985 года в нашей стране многое изменилось. А с радикальной сменой системы ценностей изменилось и телевидение, для которого наступила эра информации. Правда, при этом исчезла просветительская цель вещания. Коммерциализация эфира, хозяевами которого стали рекламодатели, открыла дорогу низкосортной массовой культуре, потребительству.

Однако принципы и подходы к модернизации телевидения, как и всей социально-культурной сферы, нам еще предстоит рассмотреть. Важно при этом понять, что процесс становления и развития ТВ-вещания был достаточно сложен, прежде чем телевидение превратилось не просто в средство массовой коммуникации, но стало мощным фактором медиакультуры, в котором соединяются техника, идеология, творчество и экономика, что позволяет воспринимать его как одного из лидеров воздействия на общественное сознание.

  • [1] БеллД. Грядущее постиндустриальное общество. Предисловие к русскомуизданию. М.: Академия, 1999. С. 21.
  • [2] Williams R. Communication. L., 1966 ; Williams R. Television. L., 1974.
  • [3] Саппак В. Телевидение и мы. М.: Искусство, 1963.
  • [4] Муратов С. А. Владимир Саппак - утопист или прорицатель?// Телерадиоэфир: История и современность / под ред. Я. Н. Засурского. М.: Аспект Пресс,2005. С. 55.
  • [5] <’8 Саппак В. Указ. соч. С. 98.
  • [6] См.: Ранить Л. Дзига Вертов. М.: Искусство, 1982. С. 67-71.
  • [7] Саппак В. Телевидение и мы: Четыре беседы. М.: Искусство, 1988. С. 162.
  • [8] См.: Телерадиоэфир: История и современность / под ред. Я. Н. Засурского.М.: Аспект Пресс, 2005. С. 93.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >