СУБЪЕКТЫ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ: СТАТУС И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Модернизация законодательства о юридических лицах

О. В. Гу пшиков

С 2008 г. по настоящее время в Российской Федерации проводится масштабная модернизация законодательства о юридических лицах.

Недостатки законодательства о юридических лицах, наличие множества законов и подзаконных актов, организационно-правовых форм некоммерческих организаций с каждым годом создавали все большее ощущение хаоса в правовом регулировании корпоративных отношений, отрицательно сказывались на стабильности гражданского оборота, привлекательности для инвесторов отечественной экономики. Постепенно на государственном уровне пришло понимание необходимости кардинального совершенствования корпоративного законодательства.

Полномасштабная работа по модернизации корпоративного законодательства началась после принятия Указа Президента РФ от 18 июля 2008 г. № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации», давшего старт реформе всего гражданского законодательства, продолжающейся и по настоящее время.

1

Первая часть поправок была принята Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», вступившим в силу с 1 марта 2013 г., и касалась изменений общих положений ГК о гражданском законодательстве, возникновении, осуществлении и защите гражданских прав, правового положения граждан, а также крестьянского (фермерского) хозяйства как юридического лица. Данный Закон включил корпоративные отношения в число отношений, регулируемых гражданским законодательством, и определил их как «отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими». Тем самым на законодательном уровне было признано, что, во-первых, корпоративные отношения являются по своей природе гражданско-правовыми, основанными на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников, и, во-вторых, корпоративное законодательство должно развиваться как подотрасль гражданского законодательства.

Вторая часть поправок принята Федеральным законом от 11 февраля 2013 г. № 8-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральный закон «О некоммерческих организациях», посвященным уточнению правового статуса ассоциаций (союзов).

Следующая часть поправок принята Федеральным законом от 7 мая 2013 г. № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», вступившим в силу с 1 сентября 2013 г., и касается совершенствования правового регулирования сделок (в том числе недействительных), представительства, исковой давности, а также вводит общие нормы о решениях собраний, играющих важнейшую роль в корпоративных отношениях.

Поправки в ст. 51 ГК были внесены Федеральным законом от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям»' и ввели новые положения о государственной регистрации юридических лиц. [1]

Еще одна часть поправок, касающаяся объектов гражданских прав и ценных бумаг, принята Федеральным законом от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», вступившим в силу с 1 октября 2013 г. Для корпоративного права этот Закон имеет значение прежде всего в части норм о бездокументарных ценных бумагах (акциях и облигациях, выпускаемых корпорациями).

Поправки в раздел VI части третьей ГК в сфере международного частного права внесены Федеральным законом от 30 сентября 2013 г. № 260-ФЗ «О внесении изменений в часть третью Гражданского кодекса Российской Федерации» и вступили в силу с 1 ноября 2013 г. Они содержат некоторые нормы, касающиеся юридических лиц, например в личный закон юридического лица включены вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам.

Наиболее существенные изменения в правовое регулирование юридических лиц были внесены Федеральным законом от 5 мая 2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации», вступившим в силу с 1 сентября 2014 г. Данный Закон по существу изложил в новой редакции главу 4 ГК о юридических лицах.

Наконец, Федеральный закон от 8 марта 2015 г. № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации», вступивший в силу с 1 июня 2015 г. и в целом посвященный реформе общих положений об обязательствах, внес несколько небольших поправок в главу 4 ГК в части, касающейся правового положения фондов[2]. Этот же закон внес принципиальную новеллу, касающуюся корпоративных правоотношений: согласно п. 3 ст. 307.1 ГК РФ общие положения об обязательствах применяются к требованиям, возникшим из корпоративных отношений, если иное не установлено кодексом, иными законами или не вытекает из существа соответствующих отношений.

Последние изменения ГК, касающиеся юридических лиц, вводят в регулирование этого института ряд принципиально важных новелл, споры о которых продолжаются до настоящего времени. Наиболее существенными из них являются следующие нововведения, вызвавшие самые острые дискуссии:

  • — закрытый перечень организационно-правовых форм юридических лиц, содержащийся непосредственно в ГК;
  • — деление юридических лиц на корпоративные и унитарные и формулирование общих норм о корпоративных организациях и управлении в них;
  • — деление хозяйственных обществ на «публичные» и «непубличные» и расширение свободы корпоративных отношений для непубличных обществ посредством перехода от императивного к преимущественно диспозитивному методу правового регулирования;
  • — введение общих положений о решениях собраний;
  • — нотариальное удостоверение решений собраний и других корпоративных актов;
  • — необходимость формирования минимального обособленного имущества у некоммерческих организаций, осуществляющих приносящую доходы деятельность;
  • — новые положения о государственной регистрации юридических лиц, направленные на придание Единому государственному реестру юридических лиц свойства публичной достоверности, а также вводящих обязанность проверки регистрирующим органом достоверности данных, включаемых в Реестр, и уведомления о предстоящем внесении изменений в Реестр;
  • — возможность представлять на регистрацию учредительные документы, соответствующие унифицированным типовым уставам различных видов юридических лиц;
  • — введение в ГК общего понятия аффилированности;
  • — нормы о восстановлении утраченного корпоративного контроля;
  • — нормы об ответственности членов органов управления юридических лиц, а также иных лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица;
  • — нормы о корпоративных договорах;
  • — установление широких возможностей для «смешанных» реорганизаций различных видов юридических лиц и различных форм реорганизации, введение норм о признании реорганизации недействительной и несостоявшейся;
  • — нормы о недействующих юридических лицах и др.

Изначально в ходе реформы систему законодательства о юридических лицах предлагалось строить по-иному, объединив законы «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью» в единый закон о хозяйственных обществах, однако в результате система законодательства не претерпела изменений. В отношении коммерческих организаций осталась двухуровневая система законодательства: ГК и специальные законы. В отношении некоммерческих организаций сохранилась трехуровневая система: помимо ГК и специальных законов продолжает действовать еще один «промежуточный» уровень в виде Закона о некоммерческих организациях.

Количество организационно-правовых форм юридических лиц предполагалось существенно сократить, однако в итоге их перечень в ГК оказался, наоборот, расширен по сравнению с тем, который был ранее. Перечень коммерческих организаций, как и ранее, является закрытым и предусмотрен непосредственно ГК. Организационно-правовые формы коммерческих организаций в целом остаются прежними (хозяйственные общества и товарищества, производственные кооперативы, унитарные предприятия). К ним добавлены хозяйственные партнерства[3] и крестьянские (фермерские) хозяйства. Перечень некоммерческих организаций также теперь является исчерпывающим. Однако количество организационно-правовых форм некоммерческих организаций в ГК резко увеличилось по сравнению с его прежней редакцией.

Помимо традиционного деления юридических лиц на виды в зависимости от организационно-правовой формы (акционерные общества, общества с ограниченной ответственностью и т.д.), а также целей деятельности (коммерческие и некоммерческие), предусмотрена новая классификация юридических лиц: корпоративные (основанные на членстве или участии) и унитарные. В связи с этим предпринята попытка сформулировать общие положения о корпоративных организациях, в то время как об унитарных организациях такие положения также отсутствуют.

Следует отметить, что некоммерческие организации по новой редакции ГК, в отличие от прежней редакции, лишены права осуществлять предпринимательскую деятельность. Вместо предпринимательской деятельности им предоставлено право осуществлять приносящую доход деятельность, если это предусмотрено их уставами, и лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и если это соответствует таким целям (п. 4 ст. 50 ГК). Такая деятельность не является предпринимательской, а представляет собой особый вид деятельности, понятие которого, однако, ГК не раскрывает. Между тем совершенно неясно, чем отличается «приносящая доход деятельность» от «предпринимательской деятельности». Например, остается загадкой, как будут применяться положения ГК, требующие, чтобы автономная некоммерческая организация (АНО) осуществляла предпринимательскую деятельность, необходимую для достижения целей, ради которых она создана, и соответствующую этим целям, только через создаваемые ей для этого хозяйственные общества или участвуя в них (п. 5 ст. 123.24). Возникает вопрос, как будет разграничиваться «предпринимательская» деятельность, которую АНО может осуществлять только через хозяйственные общества, от «приносящей доход» деятельности, которую АНО вправе осуществлять самостоятельно. Следует отметить, что Верховный Суд РФ в своих последних разъяснениях по применению первой части ГК РФ по сути отождествил приносящую доход деятельность некоммерческих организаций с предпринимательской деятельностью, указав, что «на некоммерческую организацию в части осуществления приносящей доход деятельности распространяются положения законодательства, применимые к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность (пункт I статьи 2, пункт 1 статьи 6 ГК РФ)»'.

В ГК введена новая глава 9.1 «Решения собраний», в которой сформулированы общие правила принятия и оспаривания решений различных собраний, включая общие собрания участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и т.п.

Из ГК исключено требование, ранее содержавшееся в п. 1 ст. 48, о том, чтобы обособленное имущество юридического лица обязательно находилось в собственности (хозяйственном ведении, оперативном управлении) юридического лица. Достаточным будет наличие у юридического лица обособленного имущества безотносительно к тому, на каком праве это имущество обособлено. Это сделано потому, что на практике юридическое лицо может существовать, не имея какого-либо имущества в собственности или на ином вещном праве. Все его имущество может состоять из обязательственных прав требования (например, в виде денежных средств на счетах), а занимаемое помещение может принадлежать ему на праве аренды. Поэтому ГК требует теперь, чтобы юридическое лицо имело обособленное имущество без указания того, на каком праве это имущество должно ему принадлежать.

Важным нововведением представляется возложение на казну Российской Федерации обязанности возмещать убытки, причиненные незаконным отказом в государственной регистрации юридического лица, уклонением от государственной регистрации, включением в Единый государственный реестр юридических лиц недостоверных данных о юридическом лице либо нарушением порядка государственной регистрации.

В ст. 52 ГК введено положение, предоставляющее возможность использовать для государственной регистрации юридических лиц типовые уставы, формы которых утверждаются уполномоченным государственным органом.

Одним из весьма спорных нововведений ГК являлось провозглашение органов юридического лица его представителями (п. 1 ст. 52, п. 1 ст. 182), что противоречило традиционным представлениям, в соответствии с которыми орган в отличие от представителя не обладает собственной правосубъектностью и является лишь частью юридического лица. Эта норма дала повод некоторым специалистам объявить ее «юридико-технической ошибкой»', что не лишено определенных оснований. Впоследствии данная ошибка была исправлена законодателем, и ссылки на статьи о представительстве в настоящее время исключены из редакции пункта 1 ст. 53 ГК РФ об органах юридического лица[4] [5].

В ГК существенно обновлены нормы об ответственности управляющих за причиненные их действиями убытки. Ранее в законодательстве (например, в ст. 71 Закона об акционерных обществах) такая ответственность уже была установлена, однако ст. 53.1 ГК распространяет положения об ответственности управляющих на любые юридические лица, а также вносит некоторые существенные уточнения. В частности, соответствующая ответственность вводится не только в отношении лиц, занимающих какие-либо должности в органах управления юридического лица, но и лиц, отношения которых с юридическими лицами хотя никак не формализованы, тем не менее имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица. Установлен запрет на включение в соглашения между юридическим лицом и лицами, несущими перед ним ответственность за убытки, условий об устранении или уменьшении обязанности возместить убытки. Такие условия являются ничтожными.

В ст. 57 ГК предусмотрены новые положения о возможности так называемой смешанной реорганизации любых юридических лиц, т.е. реорганизации с одновременным сочетанием различных форм реорганизации (слияния, присоединения, разделения, выделения, преобразования), а также реорганизации с участием более двух юридических лиц, созданных в том числе в разных организационно-правовых формах.

При этом положения ГК оказались еще более «либеральными» по сравнению с тем, как это планировалось в процессе реформы. Изначально предполагалось включение в ГК норм, содержащих общий запрет на преобразование коммерческих организаций в некоммерческие и некоммерческих — в коммерческие. Однако в окончательной редакции ст. 57 ГК такого общего запрета не содержится, а любые ограничения на реорганизацию могут устанавливаться только законом. В самом ГК содержится запрет на реорганизацию хозяйственных обществ и товариществ в некоммерческие организации, а также в унитарные коммерческие организации. Они могут быть преобразованы только в хозяйственные общества или товарищества другого вида или в производственные кооперативы (ст. 68).

Ряд нововведений касается правил о прекращении юридических лиц.

В частности, добавляется новое основание прекращения юридического лица — фактическое прекращение его деятельности (ст. 64.2 ГК). Юридическое лицо признается фактически прекратившим свою деятельность (недействующим юридическим лицом), если оно в течение последних 12 месяцев не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету.

Важным является уточнение ГК о том, что с момента принятия решения о ликвидации юридического лица срок исполнения его обязательств перед кредиторами считается наступившим.

Целый ряд новелл установлен в главе 4 ГК в связи с упоминавшимся выше введением деления юридических лиц на корпоративные и унитарные.

Корпорация согласно ГК — это юридическое лицо, участники (акционеры) которого обладают правом участия (членства) в них и формируют высший орган в виде общего собрания участников (п. 1 ст. 65.1)'. В связи с участием в корпоративной организации ее участники приобретают корпоративные (членские) права и обязанности в отношении созданного ими юридического лица.

Так, участники любой корпорации имеют право участвовать в управлении делами корпорации (кроме вкладчиков в коммандитном товари-

' В литературе справедливо критикуется второй «признак» корпорации, так как участники корпорации скорее не «формируют», а непосредственно составляют общее собрание участников (см.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Юридические лица: Постатейный комментарий к главе 4/ Под ред. П.В. Крашенинникова. С. 164 (автор комментария — Е.А. Суханов).

шестве); получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией[6]; обжаловать решения органов управления корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, предусмотренных законом; требовать, действуя от имени корпорации, возмещения причиненных корпорации убытков (ст. 53.1 ГК); оспаривать совершенные корпорацией сделки по основаниям, предусмотренным ст. 174 ГК или законами о корпорациях, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации. Следует отметить, что и до внесения соответствующих изменений в ГК в случаях, предусмотренных в законе, такие права уже были предоставлены участникам юридических лиц и без упоминания об этих правах непосредственно в ГК.

В то же время в ГК (п. 3 ст. 65.2) предусмотрено принципиально новое право участника коммерческой корпорации на восстановление корпоративного контроля: требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к другим лицам помимо его воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц, с выплатой этим лицам справедливой компенсации, определяемой судом, а также возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли. Вместе с тем суд может отказать в возвращении доли участия, если это приведет к несправедливому лишению иных лиц их прав участия или повлечет крайне негативные социальные и иные публично значимые последствия. В этом случае лицу, утратившему помимо своей воли права участия в корпорации, за счет лиц, виновных в утрате доли, выплачивается справедливая компенсация, определяемая судом.

ГК предусматривает для любой корпорации существование высшего органа управления — общего собрания участников (п. 1 ст. 65.3). В качестве высшего органа управления некоммерческой корпорации или производственного кооператива, в которых число участников более 100, может быть также съезд, конференция или иной представительный (коллегиальный) орган. Важно обратить внимание на то, что к исключительной компетенции общего собрания корпорации отнесены вопросы определения приоритетных направлений деятельности корпорации, принципов образования и использования ее имущества, утверждение и изменение устава корпорации и другие вопросы, определенные в ГК (п. 2 ст. 65.3) и которые не могут быть переданы для решения другим органам корпорации.

В корпорации может быть также создан коллегиальный орган управления, контролирующий деятельность исполнительных органов корпорации (наблюдательный совет и т.п.). Члены этого коллегиального органа наделяются некоторыми правами, которые имеют и участники корпорации, в частности правом получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с бухгалтерской документацией, требовать возмещения причиненных корпорации убытков, оспаривать совершенные ею сделки.

Принципиально важным нововведением ГК является обязательность подтверждения решений общего собрания участников хозяйственных обществ нотариусом или иным лицом способом, определяемым законом, учредительным документом или решением общего собрания по правилам, предусмотренным в п. 3 ст. 67.1 ГК.

Неоднозначной новеллой ГК выступает возможность предоставления полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица сразу нескольким лицам, действующим совместно, или образование нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга (абз. 3 п. 1 ст. 53, п. 3 ст. 65.3). Сведения об этом подлежат включению в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ).

Общие положения о хозяйственных товариществах и обществах в ГК дополнены рядом новых положений. Большинство новелл направлены на усиление диспозитивных начал в регулировании правового положения хозяйственных обществ, максимальное распространение на корпоративные отношения принципа свободы договора.

Так, традиционный для коммерческих корпораций принцип пропорциональности объема корпоративных прав (правомочий) участников размеру их долей в уставном капитале в новых нормах ГК не является обязательным для непубличных хозяйственных обществ. От него можно как угодно отступать в уставе, а также в корпоративном договоре при условии внесения сведений о таком договоре в ЕГРЮЛ.

Система внутренних документов, регулирующих деятельность юридического лица, существенно усложняется. Помимо устава, являющегося учредительным документом, в юридическом лице корпоративного типа могут быть внутренний регламент и иные внутренние документы, а также корпоративный договор. При этом и в уставе, и в корпоративном договоре многие вопросы, ранее императивно определяемые законом, могут теперь регулироваться иным образом.

Принципиально важным нововведением ГК является предоставление возможности участникам любого хозяйственного общества заключать корпоративный договор — договор об осуществлении участниками своих корпоративных прав, в соответствии с которым они обязуются осуществлять эти права определенным образом или воздерживаться (отказаться) от их осуществления, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, согласованно осуществлять иные действия по управлению обществом, приобретать или отчуждать доли в его уставном капитале (акции) по определенной цене или при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от отчуждения долей (акций) до наступления определенных обстоятельств. Подобные договоры до внесения поправок в ГК были предусмотрены законодательством о хозяйственных обществах. В частности, ст. 32.1 Закона об акционерных обществах регулирует акционерные соглашения. Однако в ГК корпоративный договор получил дополнительную регламентацию.

В частности, установлено, что корпоративный договор под угрозой ничтожности соответствующих условий не может обязывать участников голосовать в соответствии с указаниями органов общества и определять структуру органов общества и их компетенцию. В то же время корпоративным договором может быть установлена обязанность его сторон проголосовать на общем собрании участников общества за включение в устав общества положений, определяющих структуру органов общества и их компетенцию, если в соответствии с ГК и законами о хозяйственных обществах допускается изменение структуры органов общества и их компетенции уставом общества.

Вместо деления акционерных обществ на закрытые и открытые, из которого исходит действующий Закон об акционерных обществах, ГК вводит деление акционерных обществ на «публичные» и «непубличные».

Публичным акционерным обществом признается акционерное общество, акции которого и ценные бумаги которого, конвертируемые в его акции, публично размещаются (путем открытой подписки) или публично обращаются на условиях, установленных законами о ценных бумагах. Правила о публичных обществах применяются также к акционерным обществам, устав и фирменное наименование которых содержат указание на то, что общество является публичным.

Непубличными обществами признаются акционерное общество, которое не отвечает признакам публичного, а также общество с ограниченной ответственностью.

В связи с тем, что акции публичного общества размещаются среди неопределенного круга лиц, закон устанавливает дополнительные требования к публичным акционерным обществам, направленные на защиту интересов его акционеров и кредиторов.

Для непубличных обществ соответствующие требования не установлены. Более того, в учредительном документе непубличных обществ или в корпоративном договоре могут устанавливаться многочисленные отступления от императивных правил закона в части, касающейся порядка управления деятельностью непубличного общества, прав и обязанностей его участников.

Публичное акционерное общество обязано публично раскрывать информацию, предусмотренную законом о хозяйственных обществах и законами о ценных бумагах.

Приведенный обзор основных новелл в регулировании правового положения юридических лиц позволяет заключить, что модернизация законодательства о юридических лицах далека от завершения. Эффективность принятых законодательных новелл во многом будет зависеть от того, в каком виде они будут имплементированы в специальные законы, посвященные отдельным видам юридических лиц, а также практики их применения.

  • [1] Как видно из его названия, данный Закон не имел прямого отношения ни к реформе гражданского законодательства, ни к модернизации законодательства о юридических лицах, а предусмотрел прежде всего новые публично-правовые нормы ограничительного характера в целях противодействия незаконным финансовым операциям.
  • [2] 2 Необходимость внесения соответствующих поправок была обусловлена недостатками уже новой редакции главы 4 ГК о юридических лицах, предусмотренной Федеральным законом от 5 мая 2014 г. № 99-ФЗ, и является яркой иллюстрацией поспешностии недоработанности многих новелл о юридических лицах, подготовленных в процессемодернизации законодательства о них.
  • [3] Федеральный закон от 3 декабря 2011 г. № 380-ФЗ «О хозяйственных партнерствах».
  • [4] Гражданский кодекс Российской Федерации. Юридические лица: Постатейныйкомментарий к главе 4 / Под ред. П.В. Крашенинникова. М.: Статут, 2014. С. 59 (авторкомментария - Б.М. Гонгало).
  • [5] Соответствующие поправки были внесены в ГК РФ Федеральным законом от29 июня 2015 г. № 210-ФЗ.
  • [6] В случаях и порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >