Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социум arrow Источниковедение

Глава 2. КЛАССИФИКАЦИЯ ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКОВ

По типу представленного в историографических источниках исторического знания их целесообразно разделить на две группы:

  • 1) группу видов историографических источников научной истории;
  • 2) группу видов историографических источников социально ориентированного историописания.

Такое разделение важно для исторической науки, так как применяемый источниковедческий подход позволяет выявлять процесс профессионализации исторического знания, с одной стороны, а с другой стороны, понять иной, не относящийся к научной истории тип исторического знания, который чаще всего презентируется под видом научного и использует фактологию научной истории.

2.1 НАУЧНЫЙ И СОЦИАЛЬНО ОРИЕНТИРОВАННЫЙ ТИПЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ

Классическая европейская модель научной истории с самого своего возникновения начала выполнять поставленную эпохой Просвещения задачу рационализации человеческого знания вообще и исторического в частности, старалась изгнать из него нерациональное (ненаучное) представление о прошлом и при помощи историографического анализа дискредитировать стратегии ненаучного или практического к нему отношения. В этом плане примечательна мысль А.Л. Шлёцера, рожденная искренним желанием избавить русскую историю от ненаучных представлений о прошлом:

Вдруг и совсем нечаянно Руская история очевидно начала терять ту истину, до которой довели было ее Байер и его последователи, и до 1800 г. падение это делалось час от часу приметнее. Падение? Роковой ход? [здесь и далее выделено автором. — С. М.] Как это не естественно, не слыхано! Но вот доказательства: а) Величайший русский знаток отечественной истории, Болтин, сам возмутил первые оныя тем, что не смотря на летописи, а следуя ТАТ. [В.Н. Татищеву], выдал Руссов за Финнов, а Варяжское море за Ладожское озеро; но еще более тем б) что ложный Иоакимовский отрывок, от которого уже отказались МИЛ. [Г.Ф. Миллер], ЛОМ. [М.В. Ломоносов] и ЩЕРБ. [М.М. Щербатов], объявил за истинный, в) Сии два главные заблуждения, выданные столь важным человеком, ворвались во все книги <...>. д) Хотя многие и говорили, что не спича Нестора ни за что не льзя приняться; однако же ни кто не принимался за такое трудное дело. Эти господа продолжали как и прежде в свободное время заглядывать в две, три рукописи, сравнивать их слегка и выбирать из разнословий то, которое понравится, не разбирая принадлежит ли это слово Нестору, или вписано глупым переписчиком <...>. Наконец, з) новый русский издатель Георгиева описания народов в России обитающих [А.Л. Шлёцер имеет в виду издателя И. Глазунова, напечатавшего со своим предисловием труд И.Г. Георги[1]. — С. М.]), даже вытащил опять из гробов почивших <...> лет 70 тому назад, Мосоха Яфетовича и Скифа, правнука Яфетова...[2]

Примечательна приведенная мысль не только тем, что ее автор не соглашается с И.Н. Болтиным, И.Г. Георги и др., а тем, что у А.Л. Шлёцера была уверенность в том, что если в русской историографии уже появились примеры «правильной» истории, то все станут ей следовать.

Как показывает практика, сегодня историки продолжают сожалеть по поводу «безответственного» использования прошлого и «злоупотребления историей», правда, при этом подчеркивают, что раньше «злоупотребляли» историей не меньше, чем в настоящем[3].

Философы и историки уже давно стали выделять виды исторического письма, связанные с воспитательными, идеологическими или политическими задачами: «прагматическая» (Г.В.Ф. Гегель, Р. Арон, И.М. Савельева, А.В. Полетаев), «практическая» (В.С. Иконников, Б. Кроче, М. Оукшот, X. Уайт), «политическая» (Дж.Г.Ф. Покок) и другие истории. Однако разговор о разных видах истории ориентирует нас на выявление некоторых способов историописания, но не предполагает акцентировать внимание на целеполагании практики историописания для выявления научного и иных типов исторического знания. Инструментом, позволяющим выявлять целеполагание акта историописания, выступает область историографии, изучающая историю историописания с точки зрения источниковедения, — это источниковедение историографии.

С XVIII в., со времени формирования классической европейской историографии, в поле исторического знания начинается сосуществование как минимум двух типов письма истории: социально ориентированного и научного. Сама классическая европейская историография, наследовавшая от христианской традиции историописания линейную модель истории, возникла именно как часть предприятия по строительству наций. Поэтому два типа исторического знания, выполняя в европейских обществах одни и те же задачи — конструирование национально-государственной истории и ее трансляцию в общественное сознание, отличались друг от друга по важному принципу — целеполаганию, которое предшествовало процессу историописания и во многом обусловливало его.

Таким образом, при изучении соотношения разных типов исторического знания вполне работает базовый принцип источниковедения, применяемый при определении видовой природы исторического источника, — целеполагание. Сосредоточение внимания на типах исторического знания — научном и социально ориентированном — способствует выявлению специфики их сосуществования и помогает вырабатывать критерии, позволяющие в историографическом исследовании (в частности, в предметном поле источниковедения историографии) отличать научное исследование от социально ориентированного историописания. В связи с этим важно уточнить понятие «социально ориентированное историописание».

Понятие «социально ориентированное историописание» имеет терминологический характер. Любое знание как результат познавательной деятельности имеет социальную направленность. Но в социально ориентированной практике историописания социальные функции доминируют над научными (научная история признает приоритет научной функции над социальной). Социально ориентированное историописание не стремится быть нейтральным к прошлому, как того требует наука, оно поддерживается и/или актуализируется историческим сознанием общества, а также навязывающей обществу «нужный» образ прошлого властью.

Вместе с развитием научного знания, удовлетворявшего потребность в строгом знании о прошлом, существовала и существует потребность в специальном конструировании ориентированного на удовлетворение потребностей социума исторического знания, не базирующегося на исторической науке (но особым образом востребующего ее фактологию). Это знание надо отличать, с одной стороны, от общественного (до XX в.) и массового исторического сознания, с другой — от популяризации научного знания.

В XVIII—XIX вв. между носителями научного и социально ориентированного исторического знания нередко возникали дискуссии, их опубликованные материалы составляют один из видов историографических источников — материалы историографических дискуссий. Приведем пример одной из них, где оппоненты формулируют черты, свойственные, с одной стороны, научной истории, с другой — социально ориентированному историописанию.

В журнальной публикации, посвященной труду А.Л. Шлёцера «Нестор» (статья имеет видовые признаки рецензии на научную работу и материала историографической дискуссии), М.Т. Каченовский, полемизируя с авторами некоторых публикаций о труде А.Л. Шлёцера, демонстрировавших практику сугубо социальной потребности в строительстве национальной идентичности, высказал мнение о важности исторической критики (как признаке научной работы):

У нас доставляет смелости кричать: нам не надобна ученая критика! мы сами объясним летописи! Шлёцер и последователи его клевещут на предков наших! они для того не верят Иоакимовой летописи [летопись, находящаяся в груде В.Н. Татищева, включавшая мифологемы, господствовавшие в московской книжности XVII в. — С. М.], чтоб унизить предков наших! иноплеменное учение наградило нас одним горестным сомнением о нас самих![4] Следует обратить внимание, что в этой полемике начала XIX в. М.Т. Каченовский отметил и адресность научных работ историков:

Весьма приятно извинять свое невежество [выделено мной. — С. М.} ненадобностью наук и утешительно выдумывать причины, для чего можно без них обойтись; но писатель, занимающийся словесностью, должен трудиться не для сидельцев мучных лавок, не для бородатых защитников двуперстного сложения, не для охотников рассказывать вздор о Бове Королевиче и о Мамаевом побоище, а для читателей образованных[5].

М.Т. Каченовский искренне считал, что «ученая критика все-таки будет уважаема от всех людей благомыслящих»[6]. В ходе историографической дискуссии труд М.Т. Каченовского демонстрирует подход научной истории.

Теперь обратимся к материалам историографических дискуссий, относящимся к социально ориентированной истории.

В полемике с М.Т. Каченовским и «скептической школой» последовательно старался отстоять достоверность спорных сообщений летописей, а вместе с ними достоверность древнейших страниц русской истории М.П. Погодин (1800-1875). Отвечая «скептикам» (которых он назвал «легкомысленными писателями»), известный русский историк выстраивал из отбираемых им доказательств вполне логичные суждения, превратив свой публичный ответ в чисто защитительный. Заступился он за ту национальную идентичность, которую историкам уже удалось к концу 1830-х годов выстроить в русском национально-государственном нарративе. Поэтому защиту последнего он начал с того, что критиковал М.Т. Каченовский, не соглашавшийся с тем, чтобы патриотизм подменял собой научную позицию историка. М.П. Погодин выделил русскую историю из круга иных историй, показывая, что она как все быть не может, а только лучше:

Русская история так счастлива [здесь и далее выделено мной. — С. М., что самые первые ее положения, (покрытые в других историях мраком неизвестности или сомнительным светом, перемешанные с баснями до такой степени, что их разделить нельзя) засвидетельствованы иностранцами — современниками и очевидцами[7].

По мнению М.П. Погодина, если зарубежные истории и отличаются баснословием, то русская история — нет, так как русский народ другой. Историк подчеркивал:

...все наши летописатели, даже до 16 века, отличаются добросовестностью и правдолюбием <...>, по характеру своего народа.

Заканчивая свое сочинение, профессор истории прибег к дискурсивной практике, которая усиливала различия в типах исторического знания. На помощь национально-государственному нарративу он призвал не науку, а дух, провозглашая вечную память летописцу Нестору:

Провозгласим ему вечную память и будем молиться ему, чтоб он послал нам духа Русской истории[8].

Защита складывающегося русского национально-государственного нарратива от «скептиков», с научных позиций критиковавших сомнительные места летописей, вынуждала склонного более к эмпирике с суммами фактов, чем к крупным обобщениям, а тем более размышлениям о сути самой истории М.П. Погодина прибегать к помощи социально ориентированной истории.

Социально ориентированное историческое знание имеет целью конструировать национальное, локальное, конфессиональное прошлое и выполняет практические задачи удовлетворения потребностей общества в нужном (соответственно той или иной ситуации) прошлом, а также контроля над социальной памятью. В качестве основных форм реализации социально ориентированного знания в современной социокультурной ситуации следует назвать искусственную коммеморацию (конструирование «мест памяти»), учебную литературу по национальной (отечественной) истории и местную историю (историческое краеведение).

  • [1] Георги И.Г. Описание всех обитающих в Российском государстве народов. Их житейских обрядов, обыкновений, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповеданий и других достопамятностей. СПб., 1799. Ч. 1-4.
  • [2] [Шлёцер А.П.] Нестор. Русские летописи... Ч. 1. С. рог-рое.
  • [3] 2 Baets A de. The Abuse of History: Demarcations, Definitions and Historical Perspectives 11 Vision inText and Image: The Cultural Turn in the Study of Arts / eds by H. Herman, M. Kemperink. Leuven,2008. P. 159-173.
  • [4] Каченовский М.Т. Нестор. Русские летописи... Ч. 59. № 18. С. 148-149.
  • [5] Там же. С. 226.
  • [6] 2 Там же. Ч. 59. № 18. С. 148-149; Ч. 59. № 19. С. 226,230.
  • [7] Погодин М.П. Нестор, историко-критическое рассуждение о начале русских летописей. М.,1839. С. 3.
  • [8] Там же. С. 223,229.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы