Типы этнополитических конфликтов

Каждый конфликт имеет свои особенности, но существуют основания, которые позволяют делать обобщения и типологи- зировать имеющиеся разновидности.

Исследователи этнических конфликтов выделяют три типа их классификации.

  • 1. Классификация по сферам общественной жизни. Согласно данному способу классификации, выделяются политические, этнические, экономические, культурные и др. конфликты. Но многие конфликты нельзя однозначно отнести к той или иной сфере общественного бытия, ибо они касаются и экономики, и политики, и сферы культуры.
  • 2. Классификация по предметам или объектам. Она может использоваться и как дополнение к классификации но «сферам», и как самостоятельный способ классификации, особенно в случаях, когда конфликты имеют четко выраженный «межсферный» характер.
  • 3. Классификация по субъектам-носителям. При этом типе классификации выделяют конфликт между однопорядковыми и разнопорядковыми субъектами. К первым относится, к примеру, осетино-ишушский конфликт на Северном Кавказе, конфликт между пророссийски и проукраински настроенными гражданами Крыма, ряд международных конфликтов. Это обычно конфликт «группа против труппы» (group versus group). Ко вторым относят конфликты, где действуют разнопорядковые субъекты, к которым, например, относятся этническое меньшинство или нетитульный этнос и в качестве оппонента — титульный народ или его государственные институты. Этот тип можно обозначить как «труппа против государства» (group versus state). Типичным примером такого конфликта можно назвать чеченский и грузино-абхазский конфликты, конфликт между сингалами и тамилами в Шри-Ланке.

Кроме того, этнические конфликты можно типологизиро- вать по таким основаниям, как особенности динамики, степень локализации и т.п.

Общим местом в рассуждениях этнополитологов стала констатация того факта, что в середине 1980-х гг. произошел

«взрыв» этничности. Этот взрыв явился ответом этнических групп на их неравный доступ к социальным благам и власти. Особенно масштабно этнополитические проблемы проявились в бывшем СССР, хотя они обострились во многих других странах. Опыт СССР и России показал, что в переломные, кризисные эпохи прежняя этническая иерархия рушится, а ослабление позиций доминантных групп позволяет миноритарным сообществам, прежде всего этническим, добиваться изменения своего статуса, получать различные преференции в сфере культуры, доступа к ресурсам и власти. Понимая, что фактор времени играет решающую роль, этнические элиты зачастую стремятся форсировать эти процессы под лозунгом «восстановления справедливости». Все эго ведет к политизации этничности, к росту политического этнонационализма и усилению конфликтности в сфере межэтнических отношений.

Актуализация этничности в последний период советской истории и в первые годы новой российской государственности выразилась не только в существенно возросшем интересе к родному языку, этнической культуре, истории, но главным образом в требованиях создать государственные гарантии для сохранения и развития культурной специфики этнических групп. Выразителем этих требований стала национальная гуманитарная интеллигенция. Она не только аргументировала этнические притязания и оформляла их в виде программ, деклараций, воззваний и т.д., но и была главным организатором этнополитических движений, которые добивались претворения выдвигаемых ирофамм в жизнь. Важно отметить, что, за редким исключением, национальные движения и организации в бывшем СССР и России возникли в период 1988-1991 гг., т.е. в период наиболее глубокого политического и социально- экономического кризиса прежней общественной системы. Связь между общественным развитием и актуализацией эт- ничности, на наш взгляд, весьма точно охарактеризовала российская исследовательница 3. Сикевич: «Конфликтогенность и интегрированность являются равнодействующими переменными соотношения этнического и политического пространств, а степень выраженности одной из них впрямую обусловлена степенью устойчивости данной системы»[1].

Этнополитическая мобилизация на территории бывшего СССР охватила обширные регионы и в той или иной мере затронула все этнические труппы. Политизация этичности, сопровождавшаяся повышением уровня политической организации этнических сообществ и способствовавшая осознанию ими своих политических, экономических и культурных интересов, привела к многочисленным столкновениям интересов различных этнических групп, к нарастанию этнополитической конфликтности. Столкновение интересов во многом было предопределено предшествующей этнонациональной политикой Советского государства.

Кроме того, этнотерриториальный принцип решения проблем развития этнических сообществ не только способствовал модернизации и сохранению культуры отдельных народов, но и создавал условия для будущих конфликтов, противопоставляя одни народы другим, препятствуя общетражданской ин- теграции населения, поощряя этноцентризм и политические амбиции этнических элит. Этническая иерархия и растущие противоречия с центральной властью породили этнический национализм и сепаратистские устремления.

Как только тоталитарный контроль над общественной жизнью ослабел, а репрессивный аппарат перестал подавлять проявления инакомыслия, включая национализм, в стране сразу же стали возникать очаги межэтнической напряженности. В 1986 г. антирусские выступления произошли в столице Казахстана Алма-Ате. За этим последовали армянские погромы в Сумгаите и столкновения армян и азербайджанцев в Нагорном Карабахе, убийства турок-месхетинцев в Ферганской долине Узбекистана, волнения в Якутске и Туве, в Уральске и Набережных Челнах. Анализу этих событий посвящена обширная литература, но наиболее полно эти и другие свидетельства мобилизованной этичности освещены в томах серии «Национальные движения в СССР и в постсоветском пространстве»

(под редакцией М.Н. Губогло), изданной Институтом этнологии и антропологии РАН.

Урегулирование этнополитических конфликтов является важнейшей политической проблемой. Нет необходимости доказывать, что последствия этих конфликтов оказывают крайне негативное влияние не только на развитие, но и на имидж государств, не способных их предотвратить. Но самое тяжелое последствие обострения конфликтов — это огромные человеческие жертвы. Только в последние десятилетия в турецком Курдистане в результате столкновений курдов с турецкими правительственными войсками погибло 26 тыс. человек, в Шри-Ланке — более 35 тыс., в Сьерра-Леоне в этническом конфликте погибло около 100 тыс., на Филиппинах (о. Минданао) — свыше 120 тыс., в Либерии — более 150 тыс., в Боснии и Герцег овине — около 200 т ыс., в Судане и Афганист ане — более чем по миллиону, в Сомали — более 350 тыс., в Анголе — свыше 500 гыс., в Руанде только за три месяца 1994 г. погибло более миллиона человек. Многие из этих этнополитических конфликтов не урегулированы до сих пор. По существу, то же самое можно сказать и о ряде этнополитических конфликтов на г гост советском пространстве, ибо очаги напряженности сохраняются в Закавказье, Чечне, Приднестровье, в Крыму, в Средней Азии. Два раунда вооруженных действий в Чечне в 1994-1996 и 1999—2001 гг. унесли более чем 40—50 тысяч жизней российских граждан, включая военнослужащих, мирных жителей и чеченских боевиков.

  • [1] Сикевич З.В. О соотношении этнического и социального // Журналсоциологии и социальной антропологии. 1999. Т. II. № 2. С. 43.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >