Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Спорт arrow Спортизация интеллектуальных игр: концепции и технологии

ЧАСТЬ I ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ИГРЫ

Глава 1 Философия интеллектуальных игр

ЁЛ нтеллектуальные игры представляют собой наиболее ор- г I ганичную презентацию коллективного бессознательного. Индивидуальное в них является общим для разных людей и не зависит ни от персонального опыта индивида, ни от всей истории человечества. Это «общий знаменатель» интеллектуальных навыков разных людей - продукт наследуемых структур мозга. К. Юнг в работе «Структура бессознательного» (1916) обозначил коллективное бессознательное как более глубокий слой, чем индивидуальное бессознательное (Юнг К.Г., 1991).

Интеллектуальные игры вполне удовлетворяют определению К. Юнга, в них нет прямых значений, поскольку передвижения пешек или фигур понятны только на бессознательном уровне и нет никакого смысла в их расстановке вне правил, существующих лишь абстрактно. Ведь правила игр, в толковании Йенса Брокмейера и Романо Харре, - не описание некой реальности, а всего лишь «инструкция» по ее определению и пониманию в опосредованной попытке «вызвать саму игру к существованию» (Брокмейер Й., Харре Р., 2000).

Любая смена инструкций меняет игру. Д. Мингерс, специализирующийся в системном анализе, апеллирует к теоретической модели «игры игр» - «Хоппе», предложенной в работе «Парадокс самосовершенствования» (1980) философом Питером Шубером. Д. Мингерс обращается к «Хоппе» для демонстрации выведенного им принципа - законы могут создавать только законы, следовательно, существуют всего два типа правил: изменяемые и неизменяемые. Игроки делают ходы в соответствии с изначально установленными правилами.

Каждый ход состоит из предложений, обсуждений, а затем голосования по поводу изменений правил:

  • 1) вычеркивание, создание новых или внесение поправок в изменяемые правила;
  • 2) вычеркивание, создание или внесение поправок в поправки;
  • 3) перевод неизменяемых правил в изменяемые или наоборот.

Если большинство играющих голосует за изменение, оно принимается.

Это игра-трансформер, в ней возможно почти все: игру в «Nomic», можно завершить игрой в шахматы или любую другую настольную забаву (Mingers John, 2010).

Повышенный интерес к интеллектуальным играм в современном обществе вызван стремлением к максимальной абстракции мыслительных процессов и сродни чистому теоретическому моделированию в математических задачах. Не случайно интеллектуальные игры в массовом сознании воспринимаются как качественная категория, к которой относится интеллектуальная элита общества. Мы легко представляем играющими в шахматы (бридж, нарды, шашки и др.) Исаака Ньютона, Карла Маркса, Дмитрия Менделеева, Альберта Эйнштейна.

Интенсивные занятия интеллектуальными играми приводит к возникновению усталости и даже определенному истощению подкорковых структур головного мозга, когда ослабляются функции адаптации человека к внешней среде и происходит разбалансировка внутреннего гомеостаза (стабильность внутренней среды организма человека). Это создает реальную угрозу здоровью человека. Согласно выводам русского физиолога И.М. Сеченова (1829-1905), открывшего двойственную природу нервной системы (соотношение процессов возбуждения и торможения коры головного мозга), эта усталость наилучшим образом может быть снята сменой видов деятельности (Сеченов И.М., 1895).

Согласно мнению Кристофера Лэша, из всех видов деятельности, помогающих людям отвлечься от тягот повседневной жизни, любые игры наиболее ярко демонстрируют положительное влияние смены занятий на состояние человека. Удовлетворяя потребность в свободной фантазии и давая выход «ребяческому избытку сил» для преодоления сознательно созданных препятствий, игры воссоздают чувство первобытной свободы, заставляют вспомнить о беззаботном детстве (Lasch Christopher, 1978).

Интеллектуальные состязания требуют проницательности и предельной концентрации внимания в совершенно бесполезной деятельности (если оценивать ее строго рационально), никак нс способствующей борьбе человека за выживание, благополучию или комфорту общества.

Публичный характер и драматизм (противостояние) в интеллектуальных состязаниях можно соотнести с таковыми в спорте. А немецкий философ Эльк Франке подметил: «Спорт в силу своих особых пространственно-временных и игровых условий обнаруживает родство с другими специализированными областями человеческой деятельности, такими, например, как искусство и театр - с одним, однако, существенным отличием: спортивное действие в ходе соревнований не «транслирует» никакого специфического сообщения, как, например, театральная пьеса или стихотворение. С этой точки зрения драматизм спортивного события бессодержателен! Отсюда вытекают два конкретных следствия - спортивное соревнование удовлетворяет: а) существенным признакам драмы, однако его драматизм обусловлен не содержанием, а формой, создаваемой правилами игры; б) драматизм спортивного соревнования не является плодом вымысла, это не игровая репрезентация реальности, как в театре, а нечто, само претендующее на статус реальности» (2006).

После становления спорта как всеобъемлющего и всепроникающего социокультурного явления в современном обществе начался процесс спортизации и интеллектуальных игр. Эта спортизация имеет западное, а именно англо-саксонское происхождение. В основе его лежит аналитическая мыслеформа (в отличие от синтетического построения силлогизмов) как ми ро возрен ч ее кая м одель.

Психологи выделяют (условно) левополушарный и правополушарный типы мышления, восприятия окружающего мира. Левое полушарие головного мозга отвечает за аналитические процессы. Огромный, несуществующий вне взаимосвязей своих частей мир при анализе расчленяется на все более дробные единицы. Левое полушарие решает задачи по заранее заданному алгоритму (силлогизм). Оно отвечает за речь, рефлексию - осознание человеком своей психической деятельности. Эти процессы отличаются точностью, объективностью, для них характерны логические построения, «рациональное» осмысление действительности.

Не только западная наука, но и вся западная цивилизация в своих действиях руководствуется «левополушарном видением» мира. Именно поэтому Запад смог только воспринять и модернизировать интеллектуальные игры, не создавая новых.

Матричная культура наиболее распространенных интеллектуальных игр была создана цивилизациями Востока, прежде всего Индии и Китая, где «правополушарное мышление» синтетично, основывается на целостном восприятии объектов без выделения их отдельных свойств и одновременной обработке огромного массива невербальной информации.

Правое полушарие головного мозга «дает» человеку цельное знание как озарение, без аналитической обработки, знание, основанное на интуиции. «Правополушарное мышление» не склонно препарировать мир, а рассматривает его в целостности с учетом огромного количества взаимосвязанных в нем частей. В нем бессознательное участвует в принятии решений больше сознательного, рационального, поскольку может охватить, учесть большее число факторов, недоступных сознанию. Это же относится к локализовано существующим интеллектуальным играм в Африке и рожденным цивилизацией пнков играм Центральной и Южной Америки.

Арнольд Тойнби (Arnold Toynbee, 1889-1975) был убежден, что человеческая история представляет собой совокупность дискретных (дискретный - прерывистый, дробный, состоящий из отдельных частей) единиц социальной организации («цивилизаций»), и каждая цивилизация проходит свой уникальный путь, состоящий из трех этапов, где существующий - последний (Тойнби А., 2008). Намеченная конечность всех предложенных им циклов развития цивилизаций находит странное воплощение в интеллектуальных играх, рожденных культурами незападных цивилизаций, но являющихся сегодня в новых формах - постчеловеческом киберспорте, а именно техногенных проявлениях транскультуры глобальной цивилизации. Эти новые формы синтетического разума создают наднациональные идентичности в зоне смысловой размытости и интерференции культурных границ (интерференция - взаи- моподавление одновременно осуществляющихся процессов, прежде всего относящихся к познавательной сфере, обусловленное ограниченным объемом распределяемого внимания), бросая вызов метафизике самобытности и прерывистости (цивилизационной цикличности по Тойнби) устоявшихся этнокультурных традиций логических игр, наследуемых структурами биологического мозга как коллективное бессознательное.

Проблема преобразования интеллектуальных игр в спортивную деятельность требует рассмотрения исторических и социальных условий формирования и функционирования этого кластера современного спорта.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы