История прагматизма в персоналиях

В философский дискурс понятие «прагматизм» ввел И. Кант, однако целостная система прагматизма как парадигмы социально-гуманитарного познания - создание американского гения. Прагматизм несет на себе отпечаток американского практицизма и активизма. Определяя сущностные свойства американского характера, Сантаяна пишет, что американец - практик, полагающий, что мысль существует ради действия(4). Необходимо отметить, что философы-прагматисты не только на словах показали преимущества метода реконструкции опыта. Этот метод нашел применение в сферах педагогики, социологии, эстетики, исторической науки. К этому можно добавить, что и сам прагматизм прошел достаточно успешную проверку прагматистским методом. Показательно, что прагматизм возник в США на рубеже XIX - XX веков, в период национального кризиса, экономической депрессии, социально-политических реформ. Он стал национальной стратегией, позволившей США из страны периферийной в экономическом и политическом плане превратиться в ведущую мировую державу. В конце XX века в американской философии формируется неопрагматизм, заявляющий о себе как ведущей форме философствования и не только в США, представители американского неопрагматизма склонны рассматривать его как философию глобального мира. Пол Куртц, например, утверждает: «Поскольку Соединенные Штаты Америки являются сегодня ведущим научно-техническим обществом современного мира, и, по всей вероятности, останутся им в ближайшем будущем, весьма вероятно, что если не натурализм, то прагматизм будет преобладающим воззрением»(5). И действительно, прагматизм находит последователей других странах Запада и Востока. Сегодня можно говорить об итальянском, немецком, английском, китайском, японском прагматизме. Симптоматично, что историки философии находят корреляции между актуализацией прагматистских идей и экономическими успехами в том или ином обществе. Например, одной предпосылок «японского экономического чуда» считают развитие в Японии школы Киото, основатель которой Китаро Насида синтезирует идеи американского прагматизма и дзен-буддизма. Современные американские аналитики рассматривают социальную и моральную философию прагматизма как альтернативу реакционному авторитаризму религиозного консерватизма и крайнему субъективизму и нигилизму постмодерна, в видении ее сторонников она локализуются между Марксом и Миллем, между коммунитаризмом и либертаризмом(б).

Основателем прагматизма принято считать американского философа, методолога, создателя учения, именуемого логическим прагматизмом, автора методологических работ «Как сделать наши идеи ясными», «Что такое прагматизм?», «О знаках и категориях» Чарльза Сандерса Пирса (1839-1914 гг.).

Ч.Пирс называл свою концепцию прагматицизмом, с тем, чтобы дистанцироваться от обыденного прагматизма. Размышляя о назначении мышления и его функциях, Пирс приходит к выводу, что мышление только функция позволяющая реализовать то или иное действие. Эмпирическая личность тяготеет не к познанию, как полагает Пирс, а к целесообразной деятельности. Человек, в его видении, настолько полно заключен в рамки своего возможного опыта, его ум настолько устремлен к тому, чтобы быть инструментом его нужд, что он не может выйти за указанные пределы. Это - логическое евангелие, человек может жить без знания, ориентируясь на собственную веру. Логика понимается Пирсом не в традиционном аристотелевском ключе как обобщение законов бытия, и не в гегельянском духе - как обобщение законов мысли, эквивалентных законам бытия. С точки зрения Пирса логика есть обобщение человеческого познания, правила логики - это интеллектуальные инструменты приспособления к окружающей среде, возникшие в результате эволюции. Сознание - такая функция, которая развилась, как полагает Пирс, поскольку была полезной. Научное мышление

- отнюдь не особое мышление, но расширенный вариант того, что обыкновенный человек использует для разрешения своих каждодневных проблем. Научное исследование - не более чем вид общепризнанных процедур, но утонченных и усовершенствованных. Оно осуществляется ответственно и беспристрастно, сопровождаясь тщательной и заботливой проверкой суждений и тестированием убеждений. Научный метод, по Пирсу, это метод повседневных рассуждений, примененный к наиболее трудным и сложным областям исследования. Значение понятий и идей, в видении Пирса, заключается в их практических последствиях для человека. Ученый формулирует главное прагматическое правило - «прагматистскую максиму», согласно которой все мыслимые нами объекты необходимо ставить в непосредственное отношение к человеческим нуждам, интересам, постижение объекта - это постижение возможных его практических последствий. Он констатирует: «Предположим, что мы полагаем объект наших теорий осуществляющим воздействия, которые могут в принципе иметь практическое значение. Тогда наше понятие об этих воздействиях будет сутью нашего понятия об этом объекте»(7).

Смысл абстрактных идей, по убеждению Пирса, можно прояснить, обращаясь к практическим последствиям их применения. Категории он рассматривает как «модусы бытия». Ученый выделяет три фундаментальные категории - первичность, вторичность, третичность. Эти категории выступают у Пирса как фундаментальные характеристики феномена или фанерой. Первичность - чистое присутствие феномена независимого от другого, вторичность - феномен в отношениях, третичность - присутствие в интеллигибельном мире.

Пирс полагает, что задача мышления заключается в достижении субъективного психологического удовлетворения. Ученый рассматривает познание как исследование. Он определяет познавательный процесс как движение от состояния сомнения и колебания к твердому мнению и устойчивому верованию, способному направлять действие. Истина, для Пирса, выступает как устойчивое верование, к которому обязательно пришли бы все, если бы исследование соответствующей проблемы продолжалось неограниченно долго. Истина, по Пирсу, есть то, что ведет нас к цели. Пирс выделяет четыре метода фиксации верований: метод слепой приверженности, метод авторитета, априорный метод и единственно корректный научный метод. Научный метод зиждется, по Пирсу, на трех основных способах обоснования - дедукции, индукции, абдукции. Абдукция - практическая логика, по мысли Пирса, соединяет дедукцию и индукцию, она показывает фаллибильность (погрешимость) научных верований. Правило абдукции гласит: в целях объяснения проблематичного факта нужно найти некоторую гипотезу, из нее получить следствия, чтобы подвергнуть последние экспериментальной проверке. Истинными, по Пирсу, считаются идеи, подтверждаемые практическими результатами.

Пирса считают одним из основателей семиотики как науки о знаках. Ученый полагал, что любая мысль - есть знак. Знак может быть образом, индексом, символом. Вместе с тем знаковая реальность понималась Пирсом функционально, он полагал, что мышление только функция, позволяющая реализовать то или иное действие. Ученый настаивал на том, что эмпирическая личность тяготеет не к познанию, а к целесообразной деятельности. Пирс полагал, что человек настолько полно заключен в рамки своего возможного опыта, его ум настолько устремлен к тому, чтобы быть инструментом его нужд, что он не может выйти за указанные пределы.

Идеи Пирса развивает американский философ, методолог, создатель учения, именуемого радикальным эмпиризмом, автор методологических работ «Воля к вере», «Основы психологии», «Нравственная жизнь и философ», «Многообразие религиозного опыта», «Плюралистический универсум» Уильям Джемс (1842-1910 гг.).

Джемс полагает, что человек - это существо, организм, находящийся в некоторой среде, стремящийся выжить и активно приспособиться к меняющимся условиям. Выступая против сторонников идеи Абсолюта, Джемс настойчиво проводит мысль, что мир постоянно остается незаконченным, его нельзя уложить в какую-либо готовую схему, в нем всегда есть место для нового, и это новое непрерывно возникает. Нет такой точки зрения, нет такого центрального пункта, полагает Джемс, из которого можно было бы обнять все содержание Вселенной. Жизнь выходит из границ логики. Разделяя спенсеровскую идею тождества ментальной и телесной жизни, Джемс квалифицирует разум как функционально динамический инструмент приспособления к окружающей среде. Он не приемлет идеи детерминированного мира - мира-машины, в которой все части подогнаны друг к другу. Механистическое объяснение, в его представлении, не верно - человек находится в состоянии выбора. Жизнь каждого человека, как считает Джемс, зависит от его энергии и воли. Чистый опыт, в видении Джемса, нескончаемый жизненный поток, поставляющий материал для наших рефлексий. Человек не подчинен никакой объективной необходимости, он волен выбирать любую линию поведения. Единственная заповедь - хорошо то, что полезно. Джемс выдвигает принцип тождества между истинностью какой-либо идеи и ее оперативной способностью. Он утверждает, что если идея действует - она истинна. Таким образом, истина у Джемса подчинена утилитарности, следовательно, предельно относительна. Она определяется удачным опытом, дееспособностью. К истине необходимо тянуться потому, полагает Джемс, что она составляет часть нашего долга приносить пользу. Истина, в понимании ученого, не статичное образование, она есть наличная ценность идеи. Истина понимается как становление, процесс верификации.

Прагматизм квалифицируется Джемсом как метод улаживания философских споров. Ученый полагал, что общая функция философии состоит в том, чтобы раскрыть воздействие на человека определенной формулы миропонимания. Смысл всех теорий заключается для Джемса в их возможности решать проблемы. Вместо того чтобы выстраивать систему терминов, необходимо на практике выявить цену каждого из них - теория полезная в повседневной жизни, в видении Джемса есть истинная теория.

Таким образом, в репрезентации Джемса прагматизм предстает как самая радикальная форма эмпиризма. Ученый настаивает на том, что прагматизм это всего лишь метод. Он пишет: «...прагматизм не имеет никаких предубеждений, никаких, стесняющих свободное исследование догм, никаких неизменных канонов критериев. Прагматизм вполне открыт всему»(8). Джемс отрицает рационализм как догматичный, он полагает, что теории, понятия это только орудия, которыми пользуются для достижения целей.

Метод прагматизма прилагается Джемсом к решению нравственных проблем, он экстраполирует прагматистские понятия и принципы на область этики. Философ полагает, что мир устроен так, что между идеалом и действительностью происходит вечный разлад, который можно устранить, лишь пожертвовав частью идеала. Следовательно, требование истинного критерия для оценки идеалов обусловлено практическими потребностями, которые показывают, что руководящим принципом в этической философии должно быть постоянное удовлетворение возможно большего числа требований, соответственно, наилучшим поступком может быть тот, который ведет нас к наилучшему целому, в том смысле, что он порождает наименьшую сумму неудовольствий. «Придумайте какое-нибудь средство осуществить свои идеалы и в то же время удовлетворить требования других - вот единственный путь к миру», - пишет Джеймс. При этом он настаивает на том, что нужно ставить выше всего те идеалы, которые одерживают верх при наиболее наименьшем количестве жертв, т.е. такие, при осуществлении которых гибнет наименьшее число других идеалов. «Раз победа и поражение необходимы, - констатирует Джеймс, - философ должен желать, чтобы победа досталась стороне, включающей в себя все, стороне, которая даже в час триумфа до известной степени признает идеалы, на которых сосредоточиваются интересы побежденной партии»(9). Резюме Джеймса достаточно жестко - философия этики в прежнем абсолютном значении этого термина невозможна; философ-этик должен опираться на факты, его сочинения по этике должны, подобно литературным произведениям, романам и драмам, носить не догматический, но экспериментальный характер( 10). Добро или зло, как полагает Джемс, определяются исходя из потребностей индивида. Неисчислимое множество потребностей, как полагает Джемс, формируют универсум контрастных ценностей - как их унифицировать? Отвечая на это вопрос, он констатирует, что предпочтительны ценности, которые, реализуясь, способны подчинить себе меньшее число других и при этом сохранить универсум богатый возможностями. Соответственно, при решении такой важной проблемы мировоззрения - нужно ли верить в Бога, не следует, как полагает Джемс, рассчитывать на помощь разума и науки. Он убежден, что этот вопрос следует решать с помощью чувства и воли. Одного лишь желания того, чтобы Бог был, Джемс считает достаточным для веры в Бога. Он убежден, что вопросы смысла жизни теоретически неразрешимы, они требуют прагматического выбора. Отвечая на вопрос - в чем состоит практический смысл веры в Бога? Джемс констатирует, что гипотеза о Боге истинна, если она служит удовлетворительно в самом широком смысле слова.

Исходя из релятивистского понимания ценностей, Джемс выдвигает точку зрения мелиоризма. Он полагает, что существует возможность постепенного улучшения мира усилиями каждого индивида. Успех в жизни зависит от воли каждого. Вместе с тем, Джемс формулирует теорию элиты, согласно которой история общества определяется не деятельностью масс, но инициативой элиты.

Признанным классиком прагматизма является Джон Дьюи (1859-1952 гг.) - американский философ, методолог, превративший прагматизм в универсальное, охватывающее такие сферы знания как педагогика, этика, социология, эстетика, историческая наука, учение. В отечественной науке концепцию Дьюи принято обозначать как инструментализм. Основные методологические работы: «Реконструкция в философии», «Очерки по экспериментальной логике», «Опыты по логической теории», «Логика: теория исследования». Американские авторы утверждают, что в философии Дьюи предвосхищены постпозитивизм, постмодернизм, некоторые его идеи близки к экзистенциализму. В своих рассуждениях Дьюи отталкивается от представления о нестабильности мира, рискованности и неустойчивости человеческого существования. В его видении, человек может обезопасить себя в мире, только отождествляя себя со всем мирским, предвидя некоторые последствия и делая все более адекватной свою активность. Субъект познания превращается у Дьюи из незаинтересованного наблюдателя в участника событий. Дьюи выдвигает идею нераздельности научного познания и здравого смысла. Идеи, в видении Дьюи, есть инструменты решения жизненных проблем - они не могут быть истинными или ложными, они являются действенными или бесполезными. Ценность идеи, в видении Дьюи, определяет практика. Истина не в тождестве мышления бытию, она в надежности.

Основное понятие методологической концепции Дьюи - опыт. Опыт, в представлении ученого, включает в себя все, что может стать предметом человеческого сознания - он охватывает все факторы человеческой жизни и деятельности. Опыт обозначает все, что переживается в опыте, деятельность и судьбу человека. Цель философии - не только в том, чтобы помогать человеку двигаться в потоке опыта к каким-то поставленным им целям, но в том, чтобы преобразовывать, реконструировать, т.е. систематически совершенствовать опыт. Познание, в представлении Дьюи, должно пониматься как процесс, связанный с непосредственным опытом; познание играет ключевую роль в опыте, поскольку в нем как едином целом соединяются мысль, ощущение и действие. Дьюи предпринимает попытку описать и объяснить процесс приобретения знания и его функционирования в ходе человеческого опыта.

Самая общая и основная задача науки и научного метода, в видении Дьюи, состоит в наилучшем приспособлении человека к среде, в обеспечении успешного человеческого действия. Наука, в его представлении, есть ящик с инструментами, из которого выбирают те, которые наиболее полезны в данных обстоятельствах. Не имеющее практического приложения, бескорыстное знание, помогающее развитию познавательных средств, рассматривается Дьюи как вторичное, производное от основного, направленного на решение практических задач, обеспечивающих выживание человека и совершенствование условий его жизни. Процесс познания, как считает Дьюи, должен быть описан в терминах приспособления. Понятия, используемые в процессе исследования, определяются им не как выражение каких-либо общих существенных черт действительности, а как орудия, предназначенные для достижения тех или иных целей. Теории также имеют чисто инструментальное - операциональное значение. Дьюи полагает, что теория, приводящая к успешному результату, является истинной. Понятие истина он предлагает заменить понятием «обоснованная или гарантированная утверждаемость».

Научный метод, в видении Дьюи, не просто средство познания, но технология успешного поведения человека в мире. Дьюи разработал «логику науки» - теорию научного исследования и применил этот метод ко всем областям жизни человека. Прагматический или инструментальный метод, он называет методом разума. Метод разума складывается как последовательность следующих процедур: осознание и формулировка проблемы; выдвижение гипотезы и формирование проекта решения поставленной проблемы; развитие идеи решения до эмпирических последствий; наблюдение и экспериментальная проверка гипотезы. Итогом исследования является, по Дьюи, некоторая новая сложившаяся реальность. Как полагает Дьюи, в результате исследования сам предмет исследования претерпевает существенное изменение, поскольку знание - это направленное изменение мира, объект познания есть созданный, экзистенциально произведенный объект. Дьюи выдвигает тезис: познание изменяет существование предмета.

Дьюи выступает против демаркации наук о культуре и наук о природе. Он выступает с критикой исторически сложившегося в европейской культуре дуализма морали и естественной науки. По мнению Дьюи, этот дуализм сформировался в результате выделения двух сфер в культуре - высшей духовной, идентифицирующейся с моралью и низшей материальной, названной физической и превратившейся в объект исследования естественных наук. Различие между идеальными и материальными благами, как полагает Дьюи, идет из античности, где материальное было уделом рабов, а идеальное - мудрецов. Отсюда разделение естественных и моральных наук. Мораль только поучает, медицина, химия, биология решают человеческие проблемы. В морали бытует убеждение, что надежная защита от морального хаоса может быть обеспечена только с помощью вневременных принципов, стандартов, норм, целей, что приводит к абстрагированию морали от обстоятельств времени и места, т.е. процессов изменения. В естественной науке, напротив, царит убеждение, что наука в своем развитии вынуждена отказаться от предположения о фиксированном и признать, что для нее «универсален» только процесс. Наука это поиск, а не приобретение чего-то неизменного, в науке нет более деструктивного утверждения, чем признание какой-либо теории окончательной и неизменной. Таким образом, констатирует Дьюи, научные теории превратились в гипотезы. Вместе с тем, сетует Дьюи, методы естественных наук не распространялись на сферу морали, которая оставалась неподвластной научному исследованию. Перемирие давало возможность наслаждаться материальными практическими и утилитарными благами новой науки, препятствуя ее воздействию на старые институциональные обычаи. В результате, как полагает Дьюи, цели определяет старая мораль, а средства - новая наука. Однако подчинения новых средств старым целям - рождает трудности. Следовательно, делает вывод Дьюи, необходимо сформировать новые цели, идеалы, стандарты, к которым можно было бы применить новые средства. Необходимо сформировать новый моральный порядок. Необходима ре-форма или ре-конструкция - всеобъемлющая теория, которая конституирует философию. Необходимо ликвидировать зазор между теорией и практикой, поскольку теория - самая практическая вещь в мире. А это означает, настаивает Дьюи, что необходимо сделать методы и выводы естественной науки применимыми к моральной теории и практике, необходимо подвергнуть научному исследованию и критике старые институциональные обычаи. Он предлагает подчинить моральную рефлексию той же логике, которая уже доказала свою надежность в естествознании. «Мораль - это не каталог действий и не набор правил, которыми можно пользоваться как медицинскими или кулинарными рецептами. Потребность в морали - это потребность в особых методах исследования и изобретения. Методы исследования нужны, чтобы локализовать трудности и недуги, а методы изобретения - чтобы сформировать планы, используемые в качестве рабочих гипотез при решении проблем. Прагматический смысл логики индивидуализированных ситуаций, каждая из которых имеет свое собственное незаменимое благо и собственный принцип, состоит в том, что внимание теории переносится с общих понятий на проблему развития эффективных методов исследования»,- пишет Дьюи(11).

Приступая к реконструкции морали, Дьюи приходит к убеждению о необходимости упразднения идеи Высшего блага и морального закона. Он отвергает все варианты высшего блага и выдвигает принцип плюрализма целей и благ. Аргументы Дьюи достаточно убедительны: каждая моральная ситуация содержит свою проблему, которая требует своих специфических способов решения; каждая моральная ситуация уникальна, поэтому она имеет свое уникальное благо. Например, заповедь «Не убий» не универсальна. В каждом конкретном случае нужно подходить конкретно - выяснять обстоятельства, выносить оценку, и решать, что значит поступать морально. Необходим поиск той беды или трудности, которая имеет место и того способа, которым их можно и стоит преодолевать. Каждая ситуация имеет свою уникальную цель и вся личность вовлечена в нее, следовательно, полагает Дьюи, благо в каждой ситуации должно быть открыто, запроектировано и достигнуто на основе установления и анализа конкретного недостатка. Моральные блага и цели появляются, по его убеждению, только тогда, когда что-то нужно сделать. В существующей ситуации есть недостатки, не являющиеся копией каких-то других недостатков. Следовательно, благо, соответствующее данной ситуации, нужно выявить, концептуализировать и достичь. Это благо нельзя внедрить извне, этические универсалии неэффективны в конкретных случаях. В каждом конкретном случае нужно подходить конкретно - обнаруживать трудность, которая имеет место и способ, которым ее можно устранить. Разум, заключает Дьюи, должен разработать методы, с помощью которых можно детально анализировать потребности, условия, затруднения и ресурсы конкретных ситуаций и разрабатывать разумные планы действий, направленных на улучшение этих ситуаций. Моральная жизнь сопротивляется формализму и пустому повторению, она стремиться быть гибкой, жизненной, развивающейся. Не существует, провозглашает Дьюи, метаисторичных ценностей, поскольку всякая этическая система остается функциональной. Миссия этики заключается в критическом пересмотре ценностей в функциональном аспекте, продвижении, сохранении и обогащении их. Единственный критерий реконструкции ценностей - дееспособность или недееспособность. По убеждению Дьюи, экспериментальный метод открывает возможности преодоления конфликта ценностей. Иными словами, прагматизм является способом урегулирования межкультурных разногласий, поскольку ссылка на авторитет метода приведет к большей упорядоченности и согласованности ценностных суждений. Один из ключевых тезисов Дьюи: между фактом и ценностью, дескриптивными и прескриптивными утверждениями нет никакой разницы. Дьюи считал, что многовековые усилия философии постичь априорные реальности или вечные ценности были заблуждением. Ценности, как считает Дьюи, также неустойчивы как формы облаков. Задача науки, поэтому, заключается в том, чтобы выявить порождающие их условия, рассмотреть нравы, обычаи, институты в функциональном аспекте, имея в виду возможность радикального их обновления, в зависимости от вновь возникающих жизненных требований. Прививать привычку рефлексировать по поводу высших ценностей, полагает Дьюи, не менее важно, чем учить разбираться в технике. Ученый настаивает на том, что абсолютные ценности, - изобретение философов, которых не устраивает необходимость постоянного поиска, экспериментирования, движения вперед.

Таким образом, Дьюи полагал, что «метод разума» необходимо применить не только в науке, технике, производстве, но и в морали, социальной жизни. Он предложил реконструировать систему образования на прагматистских началах. Философия прагматизма рассматривалась им как философия демократического общества. Совершенствования демократии, в видении Дьюи, должно осуществляться как последовательное решение частных проблем, из которых складывается человеческая жизнь. Любое социальное зло, в его представлении, преходящая фаза в незавершенном, непрерывно растущем опыте. Иными словами, проблема зла рассматривается им как практическая проблема уменьшения зла насколько это возможно. Дьюи полагал, что нельзя ставить перед собой отвлеченные цели, выдвигать абстрактные идеалы, поскольку они превратятся в тотальный абсолют, который ведет к насилию и угнетению человека. Высшая проверка демократических институтов, в определении Дьюи, заключается в ее вкладе во всестороннее развитие каждого члена общества. Он утверждал, что история иррациональна, она определяется энергией, волей и личной инициативой выдающихся индивидов. Народная масса - косная, инертная, сила, которая без возбуждающего влияния гениев была бы обречена на пассивность и топтание на месте.

Дальнейшее развитие идеи прагматизма получают в творчестве Кларенса Ирвинга. Льюиса (1883-1964) - американский философ, методолог, создатель «концептуального прагматизма», автор методологических работ: «Мышление и мировой порядок», «Анализ знания и оценки».

Льюис рассматривает понятие «априорное» как изобретение разума, он полагает, что человечество отбирает и передает те априорные идеи, которые обнаруживают свою полезность в понимании и подчинении реальности. Коль скоро априори есть продукт мышления, полагает Льюис, то мышление может его изменять. Льюис разрабатывал систему поливалентной логики, ключевой идеей которой является утверждение о прагматическом характере выбора между различными логическими системами. Задача философии, как полагал Льюис, заключается в критическом корректировании категорий науки, которые, в свою очередь, есть средство упорядочения хаоса реальности. Опыт, в видении Льюиса, может подвергнуть сомнению самые прочные обобщения и самые очевидные категории. Подобно тому, как для Дьюи оценочные суждения являются гипотезами, нуждающимися в проверке на основании условий, в которых они возникают, а также на базе доступных средств и последствий действий; для Льюиса оценки являются «формой эмпирического познания», в большей или меньшей степени, подтвержденные эмпирической или фактической верификации. Он полагает, что оценочные суждения, включая моральные правила и принципы, можно рассматривать как гипотезы, открытые для пересмотра и обновления в свете нового знания и изменившихся обстоятельств. «Оценочные суждения основаны на конкретных ситуациях и подвержены обновлению на основе накопления в этих ситуациях фактов», - пишет Льюис (12). Должное, в его представлении, всегда является функцией конкретных обстоятельств и зависит от времени, места и действующего лица. Отстаивая принцип релятивизма, Льюис, тем не менее, не оправдывает личные капризы и отсутствие норм вообще. Он настаивает, на том, что любое нормативное суждение всегда делается на основе «оценочной базы». Оценочные суждения не являются стерильными или свободными от ценностей, но глубинным образом опираются на фактический ценностный опыт, которым люди уже обладают. Однако, как полагает Льюис, этот ценностный опыт всегда открыт обновлению в свете возможного изучения всех фактических обстоятельств, и только после этого изучения он становится опытом де юре. Проблема выбора ценностей, в видении ученого, касается не только отдельных индивидов, но приложима к социальной среде и институтам общества. Основная задача философа - разрешение проблем общественной жизни.

Продолжением прагматизма является неопрагматизм, основные положения которого представлены в работе американский философа, методолога Ричард Рорти (1931 г.) «Последствия прагматизма». Ричард Рорти рассматривает знание не как описание основополагающей метафизической реальности, но как реализацию целей человека. Рорти выдвигает идею деканонизация философии как общетеоретической науки. Современная культура определяется им как постфилософская культура, где размываются грани между философией, наукой и другими сферами культуры. В видении ученого, познание не отражает реальность, но только взаимодействует, справляется с ней. Рорти интерпретирует категорию «понимание» как «извлечение пользы» и умение «справляться с событием», понимание, в его представление, есть способность держать ситуацию под контролем. Подобно Дьюи, Рорти считает, что контекстуально уместная и работоспособная идея - истинная идея. Он рассматривает феномены культуры как явления времени и случая. Рорти полагает, что каждое новое поколение создает свои ценности и свой «культурный словарь», который представляет собой «переописание» исторически предшествующих словарей и текстов. Познание, по Рорти, это не столько описание - дескрипция - мира, сколько его переописание, переосмысление - редескрипция предшествовавших концепций.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >