Доступность правосудия и право на квалифицированную юридическую помощь

Как видим, право на судебную защиту является общепризнанным на национальном и международном уровне. Так, ст. 8 Всеобщей декларации прав человека гласит: «Каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом».

Право на судебную защиту признается за всеми лицами также согласно ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Несмотря на то что указанная статья не содержит термина «доступность правосудия», Европейский Суд по правам человека толкует эту норму как устанавливающую гарантии доступа к правосудию. В деле «Голдер (Colder) против Великобритании» было решено, что поскольку формально право заявителя на судебную защиту не было ограничено, но при этом он был лишен права на консультацию с адвокатом, право на судебную защиту было нарушено в связи с нарушением «доступности правосудия». В решении, в частности, указывалось: «Было бы немыслимо, чтобы статья 6 п. 1 содержала подробное описание предоставляемых сторонам процессуальных гарантий в гражданских делах и не защищала бы в первую очередь того, что дает возможность практически пользоваться такими гарантиями, — доступа к суду. Такие характеристики процесса, как справедливость, публичность, динамизм, лишаются смысла, если нет самого судебного разбирательства», и далее: «Все вышеназванное приводит к выводу, что право доступа к правосудию является одним из неотъемлемых составляющих права, гарантированного статьей 6 п. I»[1]. Данное Постановление Европейского Суда по правам человека является значимым и для России, поскольку, ратифицировав Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, Российская Федерация признала юрисдикцию Европейского Суда по правам человека, а соответственно и все его прецеденты должны учитываться в российском правопорядке.

Проблемы доступности правосудия являлись предметом обсуждения в отечественной научной литературе на протяжении длительного времени.

Несмотря на то что сам термин «доступ к правосудию» не обсуждался, в дореволюционной литературе пореформенное правосудие рассматривалось через призму состязательных начал, установленных действующим на тот момент законодательством. С этой точки зрения доступность правосудия связывалась прежде всего с предоставлением «более слабой» стороне юридической помощи в целях обеспечения действительного равенства сторон.

Так, Е.В. Васьковский, отмечая множество положительных сторон состязательности, признавал один ее недостаток: «Принцип состязательности может быть полезен и целесообразен только при том условии, если обе тяжущиеся стороны являются равносильными, одинаково подготовленными и умелыми противниками. Тогда суду остается только молча наблюдать их единоборство и беспристрастно решить, кто из них победил. Но если стороны неравносильны... то принцип состязательности приведет лишь к торжеству сильного над слабым, богача, имеющего возможность нанять хорошего адвоката, над бедняком, принужденным вести свое дело лично. А это противно справедливости»'. Из данного положения указанный автор видел два выхода: 1) введение обязательного участия специалистов-юристов в процессе либо 2) возложение на суды обязанности оказывать содействие сторонам при установлении фактических обстоятельств. При этом предпочтительным, с точки зрения Е.В. Васьковского, в силу финансовых затрат и зарубежного опыта являлся второй путь — «предоставление суду, в видах раскрытия материальной истины, права материального руководства процессом, т.е. добавление к принципу состязательности некоторой доли следственного начала»[2] [3].

А.Л. Боровиковский писал по поводу реформированного состязательного процесса: «Нет, судья, отличай нежелающего от неумеющего отстаивать свое право. К нежелающему будь равнодушен, а неумеющему помоги»[4]. Критикуя Устав гражданского судопроизводства, он говорил: «Самое лучшее право ничего не стоит, если нет возможности им воспользоваться»[5]. Таким образом, и указанный автор отмечал возможную «неравность» сторон в процессе, чего можно избежать путем судейского руководства и помощи.

Понимание и содержание «доступности» как самостоятельного принципа гражданского процесса были обоснованы профессором В.М. Семеновым в 60-е гг. XX в. Он рассматривал принцип доступности судебной защиты прав и интересов как обеспеченную государством возможность всякого заинтересованного лица обратиться в порядке, установленном гражданским процессуальным законом, в суд за защитой прав и интересов и отстаивать их в судебном процессе1. В качестве положений, характеризующих принцип доступности судебной защиты, названный автор выделял следующие:

  • а) право на обращение в суд за судебной защитой как составной элемент принципа доступности;
  • б) право на обращение в суд имеет всякое лицо, заинтересованное в получении судебной защиты. При этом заинтересованность понималась как в материально-правовом, так и в процессуальном смысле;
  • в) основания процессуального интереса могут быть различными;
  • г) осуществление принципа доступности судебной защиты закон связывает с нарушением или оспариванием субъективных прав. Это нарушение может быть не только действительным, но и предполагаемым;
  • д) принцип доступности судебной защиты выражается во всей полноте процессуальных прав лиц, обратившихся в суд. Наделение законом участвующих в деле лиц широкими процессуальными правами само по себе есть реальный факт проявления рассматриваемого принципа[6] [7] [8].

Выделение доступности правосудия в качестве принципа гражданского процесса в советский период было поддержано многими процессуалистами, отдельные положения нашли развитие в современности.

Доступность судебной защиты в качестве одной из гарантий реализации права граждан и организаций на судебную защиту' субъективных прав и охраняемых законом интересов рассматривал А.Н. Кожухарь. При этом саму доступность судебной защиты он связывал в первую очередь с организационным построением судебной системы: «Доступность судебной защиты обеспечивается в первую очередь существованием стройной системы судов и возложением на них функции защиты прав и законных интересов граждан и организаций и главным образом созданием народных судов (районных и городских), которые в настоящее время рассматривают по первой инстанции почти все гражданские дела»[8].

Несмотря на выделение соответствующего принципа, проблема доступности правосудия в тот период имела несколько иные грани, нежели в современном цивилистическом процессе. Как отмечает В.В. Ярков, в советский период проблемы доступа к правосудию в современном ее понимании не существовало: «Суды имели ограниченную компетенцию, вышестоящими судами и органами министерства юстиции осуществлялся строгий контроль за соблюдением сроков рассмотрения дел, судебные расходы были невелики, а суд в силу советской концепции правосудия был обязан проявлять активность в сборе доказательств, от него требовалось установить истину по делу»'.

В период реформирования судебной системы и становления ее в современном виде М.С. Шакарян указывала, что «доступность правосудия определяется прежде всего наличием следующих условий:

  • — гарантированное право на обращение в суд в четко (ясно) установленном порядке, не допускающем субъективизма при применении закона;
  • — близость суда к населению;
  • — разумные судебные расходы с правом неимущего быть освобожденным от них;
  • — разумные сроки рассмотрения и разрешения гражданских дел;
  • — научно обоснованные нормативы нагрузки судей;
  • — простота и ясность процедуры рассмотрения дела;
  • — гарантия юридической помощи (нуждающимся бесплатно)»[10] [11] [12].

Необходимость пересмотра взглядов на доступность правосудия

в условиях смены модели судопроизводства отмечалась В. В. Ярковым. Введение в судебное разбирательство состязательных начал требовало также и установления фактического процессуального равенства сторон, что в определенных случаях немыслимо без возможности воспользоваться юридической помощью’.

Д. Козак определяет доступность правосудия как «наличие институциональных и процессуальных гарантий, обеспечивающих права потенциальных участников процесса получить справедливое правосудие»[13].

Г.А. Жилин связывает доступность правосудия прежде всего с нормативными гарантиями: «Доступное правосудие по своей сути предполагает наличие такой нормативной модели судопроизводства и соответствующей ей судебной практики, которые обеспечивали бы реальную возможность всем заинтересованным лицам воспользоваться средствами судебной защиты нарушенных или неправомерно оспариваемых прав»1. При этом он указывает, что некоторые нормативные положения могут создавать трудности для участников судопроизводства, но «их наличие не будет противоречить требованию доступности правосудия, если установленные правила обусловлены значимыми целями, возникающие в связи с этим препятствия отвечают критериям разумности и целесообразности, не ставят под сомнение саму возможность реализации права на судебную защиту»[14] [15] [16] [17].

Схожей точки зрения придерживается И.А. Приходько: «...процессуальный аспект доступности правосудия в общей форме может быть определен как адекватность процессуального законодательства и практики его применения судами общественным потребностям и ожиданиям в том, что касается возможности получения каждым судебной защиты»[18].

Как видно из вышеизложенного, доступность правосудия рассматривается как сложносоставная категория, обусловливаемая многими факторами. Среди зарубежных авторов впервые комплексный анализ всех обстоятельств, влияющих на доступность правосудия, был осуществлен профессором М. Каппеллетти в 70-х гг. XX в/

На современном этапе, развивая научные воззрения и рассматривая обстоятельства, определяющие доступность судебной защиты, В.В. Ярков выделяет следующие:

«— возможность беспрепятственно обратиться в суд за судебной защитой, простота процедуры возбуждения и ведения дела, а также реализации вынесенного решения;

— территориальная приближенность суда к его «потребителям», т.е. лицам, обратившимся за судебной защитой;

— возможность воспользоваться юридической помощью при ведении дела в суде, наличие системы процессуальных льгот при уплате государственной пошлины и других судебных расходов»1.

Подробное изучение доступности правосудия было проведено В.М. Сидоренко. Все факторы, влияющие на доступность правосудия, он разделил на три группы: юридические (судоустройственные и судопроизводственные), экономические и организационно-правовые. При этом в состав судопроизводственных факторов было включено предоставление квалифицированной юридической помощи в состязательном процессе в целях обеспечения фактического равноправия сторон. Экономические факторы включали в себя, помимо прочего, оказание квалифицированной юридической помощи на льготных условиях неимущим лицам, разумность расходов на оплату услуг представителя1. При этом под принципом доступности правосудия автором понимается обеспеченная законом возможность беспрепятственно обратиться в суд за защитой своих прав и получить судебную защиту[19].

С точки зрения И.А. Приходько, на доступность правосудия влияют исторические, политические, социально-экономические и правовые факторы[20] [21] [22] [23]. Различного рода правовые факторы, оказывающие воздействие на доступность правосудия, выделяются указанным автором не только на этапе возбуждения дела в суде, но и при рассмотрении дела в суде первой инстанции, а также при обжаловании судебного акта.

Представляется, что достаточно важный и интересный с точки зрения проблем оказания юридической помощи аспект, который подчеркивается во многих зарубежных исследованиях, заключается в том, что важно гарантировать не просто «доступ к правосудию» (access to justice), а «равный доступ к правосудию» (equal access to justice)'. Такая постановка вопроса во многом делает акцент на обеспечении доступности правосудия для малообеспеченных и социально незащищенных слоев населения, в частности посредством предоставления бесплатной юридической помощи.

Возвращаясь к рассмотрению проблемы доступности правосудия сквозь призму ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практику ее применения, выработанную Европейским Судом по правам человека, можно отметить, что доступность правосудия в определенных случаях связывается с предоставлением бесплатной юридической помощи. В ряде рассмотренных дел Суд нашел нарушение ст. 6 Конвенции, при этом сформулировав положения, которые влияют на решение данного вопроса и в целом учитываются при определении необходимости предоставления юридической помощи бесплатно: 1) потенциальные последствия разрешения правового вопроса, с которыми столкнется заявитель; 2) сложность правового вопроса либо процедуры его рассмотрения, особенно в тех случаях, когда представительство в суде является обязательным в соответствии с законом; 3) возможность заявителя эффективно представить свое дело в суде; 4) перспективы выигрыша дела в судебном порядке'.

В частности, в 1979 г. рассматривалось дело «Эйри (Airey) против Ирландии» по вопросу нарушения права на доступ к суду в связи с невозможностью получения правовой зашиты по гражданскому делу. Госпожа Эйри пыталась добиться в судебном порядке раздельного проживания с мужем, поскольку в Ирландии в то время расторгнуть брак путем развода было невозможно. Европейский Суд по правам человека констатировал, что фактически заявительнице было отказано в доступе к правосудию (в связи с отказом в предоставлении бесплатной юридической помощи), подчеркнув при этом сложность процедуры обращения и рассмотрения дела в Высоком суде, где по правилам должно рассматриваться дело, и тот факт, что брачно-семейные споры зачастую включают значительную эмоциональную вовлеченность сторон, что едва ли совместимо с необходимой степенью объективности, требуемой для эффективной защиты в суде[24] [25].

Однако даже в ситуациях, когда Европейский Суд по правам человека приходил к выводу о нарушении ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с непредоставлением юридической помощи и, таким образом, о нарушении доступности правосудия, в решениях отмечалось, что доступность правосудия может быть обеспечена не только предоставлением бесплатной юридической помощи, но и путем использования иных средств (например, посредством упрощения процедур возбуждения и ведения дела в суде, юридического страхования).

Исследуя три способа обеспечения доступности правосудия (предоставление бесплатной юридической помощи, совершенствование процедур рассмотрения дела в суде, правовое информирование населения) сточки зрения экономических и иных преимуществ каждого из них, голландский ученый М. Барендрехт приходит к выводу о том, что оказание бесплатной юридической помощи наиболее часто применяется государствами в целях формирования доступного правосудия, в то время как «намного меньше денег тратится на совершенствование судопроизводства для разрешения юридических проблем, возникающих в повседневной жизни клиентов. Систематические правительственные расходы на правовое воспитание и правовое информирование еще меньше распространены»'. Однако указанным автором также отмечается, что только бесплатная юридическая помощь способна удовлетворить неотложные потребности нуждающихся в разрешении правовых проблем лиц: «Осознанный спрос на юридическую помощь может быть более высоким, потому что клиенты будут стремиться удовлетворить неотложные потребности, если они столкнулись с проблемой, и скорее прибегнут к персональному совету и помощи, вместо того, чтобы удовлетворять потребность посредством обращения к судебным процедурам или юридической информации. Инвестиции в суды и юридическое информирование, вероятно, будут своевременны не для них, а только для будущих пользователей юридической системы»[26] [27] [28].

Рассматривая принцип доступности правосудия в качестве одного из интернациональных фундаментальных принципов, М.К. Треушни- ков отмечает, что процессуальные гарантии реализации этого и иных интернациональных принципов являются различными в отдельных странах и создаются под воздействием своих национальных правовых школ, традиций, но при этом не исключается взаимодействие правовых культур, международного опыта1.

Таким образом, можно констатировать, что доступность правосудия рассматривается учеными и правоприменителями разных стран как категория, на которую оказывает влияние множество факторов: от вопросов, связанных с судоустройством, различных вопросов относительно производства дела в суде до организационных аспектов и финансовых затрат. Вместе с тем в качестве одного из составных элементов доступности правосудия выделяется право на квалифицированную помощь (причем в ряде случаев бесплатную). Постановка вопроса именно таким образом стала возможна в связи с учетом роли судов и правосудия в обществе, а также в связи с анализом роли государства в обеспечении нормального функционирования судебной системы. Как верно отмечает В.В. Ярков, Концепция судебной реформы 1991 г. содержала ошибочное положение о том, что гражданский процесс «должен стать услугой, оказываемой государством сторонам», что в принципе исключало вопрос о создании системы бесплатной юридической помощи. В этом плане не учитывалась концепция социального правосудия, направленного на обеспечение подлинного равенства сторон в процессе, рассматривавшая правосудие как инструмент, обеспечивающий социальный покой и мир в обществе[29].

Такой подход к правосудию в значительной мере смещает акценты на обеспечение равных возможностей всех заинтересованных лиц на получение требуемой судебной защиты. Доступность правосудия для незащищенных слоев населения неизбежно ставит вопрос о гарантиях получения квалифицированной юридической помощи в случаях, когда это необходимо. В таких ситуациях и эффективная реализация права на судебную защиту' ставится в зависимость от получения юридической помощи. Поэтому представляется необходимым рассматривать право на квалифицированную юридическую помощь, в том числе бесплатную, как средство обеспечения доступности правосудия и эффективной реализации права на судебную защиту.

  • [1] Решение Европейского Суда по правам человека по делу Colder v. the United Kingdom от 21 февраля 1975 г. // http://www.echr.coe.int/.
  • [2] Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М., 1917. Цит. по: Гражданский процесс. Хрестоматия: Учебное пособие / Под ред. М.К. Треушникова. М.: Го-родец, 2005. С. 217-219.
  • [3] Там же. С. 220.
  • [4] Боровиковский А.Л. Отчет судьи. Т. 3: Дела мужичьи. СПб., 1909. Цит. по: Сидоренко В.М. Принцип доступности правосудия и проблемы его реализации в гражданскоми арбитражном процессе: Дис.... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2002. С. 16.
  • [5] Там же. С. 17.
  • [6] См.: Семенов В.М. Конституционные принципы гражданского судопроизводст
  • [7] ва. М„ 1982. С. ПО.
  • [8] См. там же. С. 111 — 114. 3 Кожухарь А.И. Указ. соч. С. 37.
  • [9] См. там же. С. 111 — 114. 3 Кожухарь А.И. Указ. соч. С. 37.
  • [10] Ярков В.В. Юридические факты в цивилистическом процессе. М.: Инфотропик
  • [11] Медиа, 2012. С. 204.
  • [12] Шакарян М.С. Проблемы доступности и эффективности правосудия в судах общей юрисдикции // Проблемы доступности и эффективности правосудия в арбитражном и гражданском судопроизводстве. М., 2001 // www.legist.ru/conf/Shakaryan.htm. 3 О доступности правосудия и юридической помощи см. подробнее: Решетникова И.В., Ярков В.В. Гражданское право и гражданский процесс в современной России.М.: Норма, 1999. С. 115-135.
  • [13] Козак Д. Суд в современном мире: проблемы и перспективы // Российская юстиция. 2001. № 9. С. 5.
  • [14] Жилин Г.А. Указ. соч. С. 139.
  • [15] 3 Там же. С. 140.
  • [16] Приходько И.Л. Доступность правосудия в арбитражном и гражданском процессе:основные проблемы. СПб.: Изд. дом С.-Петерб. гос. ун-та, 2005. С. 24.
  • [17] См., например: СарреЧеШ М. Access to Justice and the Welfare State. Firenze, 1979; Toward Equal Justice: A Comparative Study of Legal Aid in Modern Societies (Texts and Materials) / By M. Cappelletti, J. Gordley and E. Johnson Jr. [Studies in Comparative Law. No. 13].
  • [18] Milan: Dott. A. Ciuffre Editore; Dobbs Ferry, 1975.
  • [19] См., например: Moorhead В. Researching Legal Aid: Quality is a Case Study // MakingLegal Aid a Reality. Budapest: Public Interest Law Institute, 2009. P. 150.
  • [20] Бернам У., Решетникова И.В., Ярков В.В. Судебная реформа: проблемы гражданской юрисдикции. Екатеринбург: Изд-во Гуманитарного ун-та, 1996. С. 28 (автор главы — В. В. Ярков).
  • [21] См.: Сидоренко В.М. Указ. соч. С. 32—34.
  • [22] См. там же. С. 36.
  • [23] См.: Приходько И.А. Указ. соч. С. 30—34.
  • [24] ' См., например, решения Европейского Суда по правам человека по делам Airey v.Ireland, № 6289/73, 9 октября 1979 г., Munro v. the United Kingdom, № 10594/83, 14 июля1987 г. // http://www.echr.coe.int/.
  • [25] Решение Европейского Суда по правам человека по делу Airey v. Ireland.
  • [26] Barendrecht М. Legal Aid, Accessible Courts or Legal Information? Three Access to Justice Strategies Compared // Global Jurist. 2011. Vol. 11. No. 1. P. 20.
  • [27] Ibid. P. 18.
  • [28] См.: Треуишиков М.К. Эволюция российского гражданского судопроизводства в начале XXI века // Гражданский процесс в межкультурном диалоге: евразийский контекст: Всемирная конференция Международной ассоциации процессуального права, 18—21 сентября 2012 г., Москва, Россия: Сборник докладов / Под ред.Д.Я. Малешина. С. 31.
  • [29] См.: Ярков В.В. Вспомнили о бедных// эж-Юрист. 2009. № 12. С. 5.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >