ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ О БУДУЩЕМ ДОХОДЕ О Г КАПИТАЛЬНЫХ АКТИВОВ

Появление указанного фактора в практике хозяйственных решений согласно Дж. М. Кейнсу объясняется невозможностью идеального предвидения ситуации, что обусловливает неустойчивость и неопределенность знания экономических агентов о будущем. В случае неизменного регулярного хозяйственного оборота это обстоятельство не имеет особого значения. Однако при накоплении богатства складывается иная ситуация. Ведь конечной целью этого процесса является «производство результатов ... в неопределенно отдаленный момент времени» [70, с. 106]. Стремясь уменьшить возникающую в процессе накопления неопределенность, хозяйствующие субъекты руководствуются некоторыми предположениями относительно будущего дохода. Как отмечает Дж. М. Кейнс, делаются следующие допущения. Во-первых, текущие события признаются в качестве основного фактора будущих изменений. Во- вторых, отражение существующего положения в оценках будущих перспектив предполагается корректным. Наконец, в-третьих, общепринятые суждения рассматриваются более правильными, чем индивидуальные [70, с. 107]. В результате сочетания этих допущений система предположений о будущих результатах процесса накопления богатства оказывается крайне нестабильной, подверженной резким и значительным изменениям. Именно в этих условиях финансовая система начинает играть особую роль.

Дж. М. Кейнс обращает внимание на тот факт, что при доминировании корпораций, в которых собственность на капитал отделена от функции управления, значительная часть инвестиций в рыночных экономиках реализуется в виде вложений в корпоративные ценные бумаги. С точки зрения отдельного инвестора, это позволяет повысить ликвидность вложений и, что важно, производить переоценку эффективности инвестиций на постоянной основе. «Фондовая биржа переоценивает множество инвестиций ежедневно, и эти переоценки дают возможность отдельным лицам (хотя и не всем в совокупности) пересмотреть степень своего участия в предприятии» [71, с. 144].

Главную роль в процессе указанных переоценок играют финансовые учреждения, оперирующие основной массой сбережений экономики с целью их последующего инвестирования. Эту ситуацию Дж. М. Кейнс описывает следующим образом11: «Существует множество реальных активов в мире - здания, запасы сырья, товары в процессе производства и транспортировки и т.д. И номинальные держатели этих активов зачастую занимают деньги, чтобы получить богатство в свое распоряжение. В свою очередь, реальные собственники богатства обладают требованиями, выраженными не в реальных активах, а в деньгах. Значительная часть такого финансирования осуществляется через банковскую систему, ее гарантии вклиниваются между вкладчиками, деньги которых она занимает, и погребителями-заемщиками, которым предоставляются кредиты для финансирования покупки реальных активов. Промежуточное положение денежной вуали между реальными активами и богатством собственников является наиболее яркой характеристикой современного мира» [316, р. 151].

Находясь между сбережениями национальной экономики и инвестициями реального сектора, финансовые учреждения оказываются перед необходимостью постоянного осуществления спекулятивной, как ее называет Дж. М. Кейнс, деятельности по оценке перспективных хозяйственных результатов, причем в форме разгадывания: «что думает средний обыватель о мнении среднего обывателя» [71, с.151]. Понятно, что подобные спекуляции, усиленные эффектом «стадности» поведения, оказывают дестабилизирующее влияние на динамику фондового рынка в целом, обусловливая гипертрофированную реакцию цен ценных бумаг на любую новую информацию.

Но гораздо важнее то, что спекуляции начинают определять динамику вложений в производственный капитал. При принятии решений об инвестировании, т.е. покупке активов на рынке капитальных благ, предприниматели сравнивают ожидаемую предельную эффективность (отношение ожидаемых доходов от капиталь- [1]

ного имущества к его восстановительной стоимости) своих проектов с оценками фондового рынка (фактически вторичного рынка капитальных благ). Возможно, что купить уже существующие предприятия будет дешевле (дороже), чем создавать точно такие же новые. Следствием этого станет падение (рост) спроса на рынке капитальных активов, снижение (увеличение) объема производственных инвестиций с последующей мультипликативной реакцией совокупных доходов.

Таким образом, с помощью разделения рынка производственных инвестиций и финансового рынка Дж. М. Кейнс смог обосновать существование особого «психологического» механизма зависимости динамики инвестиций и соответственно совокупного дохода от деятельности финансового сектора. Однако для получения более конкретных выводов требуется описать природу формирования ожиданий относительно будущей доходности капитальных активов. Если этого не сделать, влияние финансовой системы на динамику развития реального сектора останется невыясненным.

Поэтому Дж. М. Кейнс, иллюстрируя найденный им механизм влияния финансовой системы на динамику инвестиций, временно отходит от предположений о стабильности психологических факторов, обращаясь к анализу кризисов уверенности, т.е. фактически к опыту Великой Депрессии. Он указывает, что трудно ожидать хороших результатов, «когда расширение производственного капитала в стране становится побочным продуктом деятельности игорного дома... Если смотреть на Уолл-Стрит как на институт, социальное назначение которого заключается в том, чтобы направлять новые инвестиции по каналам, обеспечивающим наибольший доход в смысле будущей выгоды, то его достижения никак нельзя отнести к разряду выдающихся триумфов капитализма, основанного на laissez-faire» [71, с. 151 ]. И далее: «Единственным радикальным способом борьбы с кризисами уверенности, приносящими столько бед экономике современного мира, было бы оставить лишь выбор между потреблением своего дохода и заказом на производства конкретного капитального имущества» [71, с. 153]. То есть во избежание нестабильности инвестиционных потоков и соответственно колебаний совокупного дохода Дж. М. Кейнс признает идеальным полный отказ от деятельности финансовой системы при опосредовании потоков сбережений и инвестиций (пожелание, которое, как отмечает автор, не может быть реализовано)[2]. Практических рекомендаций по организации деятельности финансовых рынков в период подъема экономики в «Общей теории занятости, процента и денег» также не дано. Значит, не представляется возможным узнать позицию Дж. М. Кейнса по поводу воздействия ожиданий и спекуляций финансовых учреждений на динамику инвестиций в условиях завышенной оценки фондовых активов и, как следствие, превышения предельной эффективности инвестирования в производственные активы над эффективностью вложений в ценные бумаги.

  • [1] В данной цитате речь идет о банках, однако в тексте рассматриваемой книги можно встретить упоминания об инвестиционных фондах, профессиональных биржевых игроках и пр. [71, с. 150].
  • [2] До появления «Общей теории занятости, процента и денег» позицияДж. М. Кейнса по поводу источников формирования ожиданий была несколько иной. Например, в «Трактате о деньгах» он указывал: «В случаепостоянного капитала легко понять причины возникновения колебаний долиинвестиций. Предприниматели решают начать производство постоянногокапитала либо воздержаться от этого на основе своих ожиданий прибыли.Если отвлечься от многих второстепенных причин, почему они колеблютсяв изменяющемся мире, безоговорочно следует принять объяснение профессора Шумпетера по поводу основных причин этих отклонений» [315, р. 86].
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >