Теоретические воззрения Дж.М. Кейнса: макроэкономический аспект взаимодействия финансового и реального сектора

Книга Дж.М. Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег» и связанные с ней работы являются следующей после «Теории экономического развития» вехой в формировании современных представлений о характере взаимодействия финансового и реального секторов. Несмотря на значительные несовпадения теоретических воззрений Дж.М. Кейнса и Й. Шумпетера, обе книги отличаются принципиально новым взглядом на роль финансовой системы: у Й. Шумпетера - через призму теории развития, у Дж.М. Кейнса - макроэкономической теории, доказывающей зависимость совокупного дохода от текущего состояния финансовых условий инвестиционного процесса.

Время появления «Общей теории занятости, процента и денег» (1936 г.) свидетельствует о том, что автор этой работы при создании в значительной мере находился под влиянием событий Великой Депрессии, без преувеличения потрясшей устои мировой рыночной системы. Очевидно, было бы полезно дать краткое описание того периода.

С 1929 по 1932 г. промышленное производство в США уменьшилось вдвое, в европейских странах - почти на треть. Занятость в ведущих рыночных странах снизилась на четверть, а объем мировой торговли упал в несколько раз. Катастрофически снизилась активность финансовой системы, что сопровождалось массовыми банкротствами финансовых учреждений. Наибольшие трудности испытывали передовые на тот момент отрасли промышленности. Например, производство автомобилей в США упало с 622 тыс. в марте 1929 г. до 92,5 тыс. в декабре 1930 г.[1]

Однако перейдем непосредственно к теории Дж. М. Кейнса. В первую очередь отметим тот факт, что «Общая теория занятости, процента и денег» является статической, а не динамической теорией. В ней нет разрывов во времени, все заданные и переменные величины относятся к одному и тому же моменту, а упоминания о динамических связях носят разрозненный характер и зачастую вступают в противоречие с базовыми теоретическими положениями[2]. Но исследование Дж.М. Кейнса интересно тем, что, будучи статическим, оно нацелено на доказательство существования равновесия при неполной занятости населения, естественных богатств и капитала. На наш взгляд, понятие неполной занятости довольно близко описывает смысл возникающих в конце каждой волны экономического развития Й. Шумпетера состояний равновесия «при отсутствии развития». Значит, теоретические построения Дж. М. Кейнса по поводу взаимодействия финансового и реального секторов в значительной мере могут дополнить выводы «Теории экономического развития».

Для решения поставленной задачи Дж. М. Кейнс отходит от традиционного подхода, связывающего достижение равновесия с факторами, лежащими на стороне предложения, и вводит понятие «эффективный спрос», который характеризует равенство совокупного спроса и совокупного предложения. При этом эффективный спрос включает две статьи: потребительские расходы и инвестиции. Не вдаваясь подробно в анализ общих положений теории Дж.М. Кейнса, заметим лишь, что в связи с особенностями поведения домохозяйств динамика потребительских расходов достаточно предсказуема и всегда отстает от прироста совокупного дохода. Поэтому «для поддержания любого данного уровня занятости необходимы текущие инвестиции, поглощающие превышение совокупной продукции над тем, что общество желает потреблять при данном уровне занятости. ... Отсюда следует, что при данной величине показателя, который мы будем называть склонностью общества к потреблению, равновесный уровень занятости... будет зависеть от величины текущих инвестиций» [71, с.ЗЗ].

Статическая методология анализа позволяет Дж.М. Кейнсу не видеть проблемы в поиске финансовых источников капитальных вложений. Он утверждает, что инвестиции, формируя доход, автоматически приводят к возрастанию сбережений, причем так, что объем инвестиций всегда равен сумме сбережений. «Сбережения - это, по существу, просто остаток дохода после того, как осуществлены расходы на потребление. Решение потреблять и решение инвестировать совместно определяют величину дохода. Если мы исходим из того, что решение об инвестировании удалось претворитъ в жизнь (курсив наш. - Я. С), это предполагает либо сокращение потребления, либо расширение дохода. Таким образом, сам процесс инвестирования как таковой всегда означает, что остаток, или разность, который мы называем сбережением, также обнаруживает увеличение на соответствующую сумму» [71, с.65]. Нетрудно заметить, что приведенная аргументация является одним из образцов логики «кругооборота», для которой не существует проблемы вхождения новых участников и из которой совершенно не вытекает необходимость существования финансовой системы.

Однако отступив, как отмечает Дж.М. Кейнс, от основной темы исследования, он все-таки обращается к рассмотрению динамической проблемы межвременной взаимосвязи инвестиций и сбережений. Объектом исследования при этом становится хозяйство в условиях нестационарного функционирования, «особенно на протяжении периода, непосредственно следующего за «приливом» инвестирования в капитальное имущество с длительным сроком функционирования» [71, с. 99]. (Это состояние Й. Шумпетер назвал бы периодом депрессии.) Ссылаясь на опыт функционирования экономики США в канун и во время Великой Депрессии, Дж.М. Кейнс показывает, что на фоне инвестиционного бума происходит стремительное расширение амортизационных фондов, отягощаемое «финансовым благоразумием» предпринимателей (их стремлением быстрее списать первоначальную стоимость капитального имущества). Рано или поздно этот процесс делает невозможным достижение «.еще большей величины новых инвестиций, чтобы поглотить новые сбережения (курсив наш. - Я.С.)» [71, с. 100]. Величина чистых инвестиций (превышение объема валовых инвестиций над величиной амортизационных отчислений) оказывается отрицательной, текущий эффективный спрос резко падает, и наступает кризис, а затем упомянутое выше нестационарное функционирование экономики. При этом растет безработица и понижается уровень доходов. Такое состояние может сохраняться на протяжении длительного времени. Поэтому, согласно Дж.М. Кейнсу, «размеры новых инвестиций всегда должны быть настолько больше, чем дезинвестиции, чтобы заполнить разрыв между чистым доходом и потреблением, причем эта проблема становится все более острой по мере увеличения капитала. Новые инвестиции могут производиться в размерах, превосходящих текущие дезинвестиции, лишь в тех случаях, когда можно рассчитывать, что расходы на потребление в будущем возрастут» [71, с. 105].

Как мы увидим далее, автор «Общей теории занятости, процента и денег» довольно скептически оценивал возможность идеального предсказания хозяйствующими субъектами будущего, поэтому приведенная выше цитата является лишь благим пожеланием. Однако в любом случае факт обращения Дж.М. Кейнса к проблеме межвременного соотношения объемов сбережений и инвестиций, пусть и в порядке отвлечения от основной темы, свидетельствует о недостаточной удовлетворенности автора предложенным статическим обоснованием соотношения инвестиций и сбережений. В рассуждениях о нестационарном функционировании экономики он явно описывает ситуацию недостаточности объемов текущих инвестиций относительно поступающего на рынок потока сбережений. Но ведь столь же реальной может быть и обратная ситуация: недостаточность текущих сбережений относительно реализуемых инвестиций, где разрыв между ними компенсируется введением финансовыми учреждениями новой покупательной силы. Впрочем, эта линия рассуждений действительно лежит в стороне от основной схемы исследования Дж.М. Кейнса, и можно только догадываться о выводах, которые он мог бы сделать, если бы уделил больше внимания нестационарному функционированию экономики.

Из предшествующего анализа могло сложиться впечатление, что в «Общей теории занятости, процента и денег» отсутствует сколько-нибудь серьезное отношение к проблеме взаимодействия финансового и реального секторов. Однако это не так. Отказавшись признать создание покупательной силы в качестве ключевого фактора капитальных вложений, Дж.М. Кейнс предложил альтернативную логику обоснования роли финансовых учреждений в хозяйственной системе. Основой его рассуждений становится обращение к триаде фундаментальных психологических факторов: «психологической склонности к потреблению, психологического предположения о будущем доходе от капитальных активов и психологического восприятия ликвидности» [71, с.230]. Напомним, что первый из названных факторов Дж.М. Кейнс использовал при обосновании ключевой роли инвестиций при формировании агрегированного выпуска. Последние два выводят его на доказательство зависимости динамики инвестиций от деятельности финансовой системы[3]. Остановимся на этих двух факторах более подробно.

  • [1] О развитии мировой экономики в период Великой Депрессии см.: [404].
  • [2] Более подробно см.: [91, с. 112-118].
  • [3] Выделенные психологические факторы принимаются Дж.М. Кейнсомкак заданные, что позволяет ему оставаться в пределах статического анализа.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >