ИСПОЛНЕНИЕ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ НА ЗАПАДНЫХ БАЛКАНАХ И ЕГО СООТВЕТСТВИЕ СТАНДАРТАМ СОВЕТА ЕВРОПЫ В ОБЛАСТИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

Введение: Надлежащее исполнение судебных решений как стандарт соблюдения прав человека, разработанный Советом Европы

Исполнение как неотъемлемая часть права на справедливое судебное разбирательство

Цель Совета Европы - достичь еще большего единства между его членами, основанного на принципах парламентарной демократии, господства права и прав человека2. Одним из основных инструментов, разработанных и принятых с этой целью Советом Европы, является Конвенция о защите прав человека и основных свобод (далее - Европейская конвенция о правах человека, ЕКПЧ)3. Помимо закрепления ряда основополагающих гражданских и политических прав и свобод в Конвенции предусмотрен контрольный механизм, обеспечивающий соблюдение обязательств, принятых на себя Договаривающимися государствами. Ключевой элемент этого механизма - Евро-

Автор перевода - аспирант кафедры гражданского процесса УрГЮА Е.В. Кузнецов.

В этой статье я использую термины «Балканы» и «Западные Балканы» только для того, чтобы определить географическое положение. Эта территория, по мнению ЕС, включает Албанию, Боснию и Герцеговину, Хорватию, Бывшую югославскую Республику Македонию, Косово, Черногорию и Сербию. См., например: the EU-Western Balkans Summit - Declaration, Thessaloniki, 21 June 2003 and “Western Balkans: Enhancing the European perspective”, Brussels, 5 March 2008, COM (2008) 127 final.

Recommendation 1212 (1993) on the adoption of a revised Statute of the Council of Europe, text as adopted by the Assembly on 11 May 1993 (32nd Sitting).

ЕКПЧ была открыта для подписания в Риме 4 ноября 1950 г. и вступила в силу 3 сентября 1953 г.

пейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд, Страсбургский Суд, Суд, ЕСПЧ).

Среди прав человека, гарантированных ЕКПЧ, главная роль принадлежит праву на справедливое судебное разбирательство. Как установлено в ст. 6 ЕКПЧ, «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона». Основные элементы этого права связаны с надлежащим и эффективным рассмотрением споров, но практика ЕСПЧ постепенно распространила его смысл далеко за эту сферу.

В 1997 году в знаковом (прецедентном) деле Hornsby против Греции[1] ЕСПЧ семью голосами против двух признал нарушением п. 1 ст. 6 ЕКПЧ ситуацию, в которой греческие власти не исполняли в разумный срок два судебных решения Верховного Административного Суда (Supreme Administrative Court), отменяющих отказ министра образования в разрешении открыть частную школу для обучения английскому языку. Воздерживаясь более пяти лет от исполнения вступившего в законную силу окончательного судебного решения, греческие власти лишили положения ЕКПЧ какого- либо полезного действия. Начиная с этого дела, ЕСПЧ считает, что право на надлежащее и эффективное исполнение является неотъемлемой частью основного права человека на справедливое судебное разбирательство в разумный срок. Во всех последующих делах ЕСПЧ подчеркивал, что принцип господства права может быть реальностью только тогда, когда граждане на практике могут отстаивать свои законные права и оспаривать чьи-либо незаконные действия[2].

Сегодня абсолютно не оспаривается, что все государства-члены Совета Европы обязаны обеспечить, чтобы все, кто получил окончательное и вступившее в законную силу судебное решение, имели реальный и осуществимый на практике шанс исполнить его. Вследствие неисполнения или значительной задержки исполнения судебных решений права, на защиту которых направлена ст. 6 ЕКПЧ, могут стать не имеющими силы и мнимыми.

В ряде дел ЕСПЧ применил эту норму к различным фактическим ситуациям, значительно расширив ее предмет регулирования и значение. В частности, суд постановил, что: право на справедливое судебное разбирательство может быть нарушено, если доступ к процедурам исполнения ограничен обязанностью оплатить значительные «предварительные расходы»6; государство может нести ответственность за бездействие компетентных государственных органов в процедурах принудительного исполнения7;

государственные органы не могут ссылаться в качестве причины неисполнения или длительных задержек исполнения судебных решений против государства и государственных юридических лиц на нехватку специально выделенных для этих целей бюджетных средств8; заявители не должны расплачиваться за незаконные действия судебных приставов, недостаточности контрольных механизмов и неясность судебных решений9;

полная продолжительность процедур исполнения должна быть разумной, определенной с учетом конкретных обстоятельств дела и со

  • 6 Apostol V. Georgia, № 40765/02, 28 February 2007: «Право на суд - это не просто абстрактное право на обеспечение признания права окончательным решением суда, но оно также предполагает законное ожидание его исполнения. [...] Наложение обязанности оплатить расходы на принудительное исполнение решения составляет ограничение, имеющее чисто финансовый характер и поэтому призывающее чрезвычайно точно руководствоваться лишь интересами правосудия».
  • 7 Scollo V. Italy, 28 September 1995, § 40, 44, Series A № 315-С. В этом деле процедура выселения длилась 11 лет и 10 месяцев и была завершена, когда наниматель освободил помещения по собственному желанию. Суд отметил, что «... несмотря на то, что в данном деле невозможно говорить о процедурах принудительного исполнения в прямом смысле, Суд считает применимым пункт 1 статьи 6 ЕКПЧ для достижения цели судебного разбирательства, которое должно разрешить спор между заявителем и его нанимателем. Несмотря на практические сложности, которые возникли при большом количестве дел о принудительном выселении, Суд считает, что согласно пункту 1 статьи 6 ЕКПЧ Итальянское государство ответственно за бездействия административных органов». См. также: Matheus v. France, 31 March 2005, № 62740/00.
  • 8 Burdov v. Russia, № 59498/00, ECHR 2002-Ш. Государственным органам недопустимо ссылаться на нехватку бюджетных средств в качестве оправдания неисполнения решения о взыскании долга. Действительно, задержка исполнения может быть оправдана в исключительных обстоятельствах. Но значительная задержка в иных обстоятельствах ограничивает право, защищенное п. 1 ст. 6 ЕКПЧ.
  • 9 Timofeyev v. Russia, № 58263/00, 23 October 2003: «... представляется, что задержки исполнения были допущены из-за незаконных действий судебных приставов-исполнителей, многочисленных отсрочек, вызванных вмешательством надзорных органов и неясностью решения. Суд считает, что заявитель не должен отвечать за ошибки Государства [...] Суд находит недопустимым неисполнение решения о взыскании с бюджета в течение столь долгого периода времени. [...] Будучи не в состоянии исполнить решение Ленинского районного суда города Орска, национальные власти препятствовали тому, чтобы заявитель получил деньги, которые он на полных основаниях ожидал получить. Государство не привело какого-либо оправдания этим препятствиям. Соответственно, было установлено нарушение статьи 1 Протокола № 1».

ссылкой на следующие критерии: сложность дела, действия заявителя и соответствующих органов власти и важность рассматриваемого в рамках дела вопроса для заявителя10;

требование эффективного исполнения в разумный срок также применялось к процедурам исполнения несудебных исполнительных документов, например, к исполнению на основании исполнительной надписи нотариуса".

Берглунд (Berglund) утверждает, что ЕСПЧ применяет «так называемый динамический, развивающийся метод толкования», означающий, что конвенцию и ее статьи следует понимать и применять в том значении, которое они имеют в современном обществе. Это значит, что «новые вопросы относимости и важности постоянно будут возникать в сферах гражданского исполнения

'° Sokolov V. Russia, № 3734/02, 22 September 2005. Европейский суд счел, что общий период времени более семи лет не может сам по себе считаться удовлетворяющим требованию «разумного срока». Суд отметил, что по вине национальных властей имели место значительные периоды бездействия, в отношении которых власти Российской Федерации не привели убедительных объяснений. «Европейский Суд также счел странным, что в не особенно сложном деле такое большое количество судебных заседаний было перенесено в целях предоставления ответчику дополнительного времени для представления дополнительных доказательств... Более того, Европейский Суд отметил, что действия ответчика являлись одной из причин затягивания судебного разбирательства. По мнению Европейского Суда, национальные власти не предприняли адекватных мер для обеспечения явки ответчика в суд. Ответчик не явился, как минимум, восемь раз, что привело к задержке примерно в семь месяцев. Ничто не свидетельствует о том, что суд каким-либо образом отреагировал на такие действия ответчика. Соответственно, Европейский Суд счел, что национальные суды не предприняли мер, предусмотренных национальным законодательством, для применения санкций к участникам судебного разбирательства и для обеспечения того, чтобы дело было рассмотрено в разумный срок... Наконец, Европейский Суд напомнил, что трудовые споры обычно требуют особого внимания со стороны национальных судов...». См. также: Balcan v. Romania, № 37380/03, 29 July 2008. Хотя ситуация может быть намного хуже. См., например: Di Pede v. Italy, № 15797/89,26 September 1996, Reports of Judgments and Decisions 1996-IV («... процедуры исполнения должны рассматриваться как вторая стадия судебного разбирательства..., период более 18 лет, за большую часть которого ответственны органы, рассматривающие дело, не может быть расценен как разумный») и Zappia v. Italy, № 77744/01, 29 September 2005 («...период более 23 лет для разбирательства дела, которое все еще находится на рассмотрении и не составляет особой сложности, не может быть расценен как разумный...»).

1' Estima Jorge v. Portugal, supra. Суд постановил, что «согласно пункту 1 статьи 6 Конвенции, все стадии законных процедур «по определению гражданских прав и обязанностей», не исключая последующих после вынесения судебного решения процедур, должны быть завершены в разумный срок». В то время как «дух ЕКПЧ требует, чтобы слова «разрешение спора» («спор») толковались не слишком буквально и что им нужно дать более адекватное значение, чем буквальное», статью 6 ЕКПЧ можно толковать как применимую к делам, где исполнение основано на исполнительной надписи нотариуса, совершенной для обращения взыскания на заложенное имущество.

и уплаты налогов»[3] [4] [5]. Конечно, не удивительно, что развитие практики ЕСПЧ в последние годы показало постоянный рост количества дел об исполнении судебных решений (окончательных) и других судебных актов и документов. Так как количество дел в ЕСПЧ - особенно в государствах переходного периода - еще считается индикатором положения дел в сфере развития господства права и судебной системы, каждое новое дело побуждает страны улучшать (повышать эффективность) их системы исполнения.

  • [1] Hornsby V. Greece, 19 March 1997, Reports of Judgments and Decisions 1997-11.
  • [2] См., например: Estima Jorge v. Portugal, 21 April 1998, Reports of Judgments and Decisions 1998-11. В этом решении Европейский суд по правам человека единогласнопостановил, что п. 1 ст. 6 ЕКПЧ применим к рассматриваемым процедурам исполненияи что он был нарушен вследствие длительности этих процедур.
  • [3] См.: Berglund 2009, р. 37.
  • [4] '3 Проходила 4-5 октября 2001 года в Москве.
  • [5] '4 Рекомендация Комитета министров Совета Европы (2003) 17 для государств-участ-ников по вопросам исполнения (Council of Europe Recommendation (2003) 17 of theCommittee of Ministers to Member States on enforcement, принята Комитетом министров 9 сентября 2003 года на 851-м заседании представителей Министров).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >