История формирования границ с Россией

Наиболее сложной и длительной по времени является история формирования северных границ Ирана. Владения российского государства и Ирана вошли в непосредственное соприкосновение еще в XV в., после того как царю Ивану IVудалось захватить Казанское и Астраханское ханства. После этого волжский речной путь, который издавна связывал Иран с северными странами, оказался под полным контролем Московского государства. Впервые обмен дипломатическими миссиями между российским государством и Ираном произошел в период правления в Иране первой шиитской династии Сефевидов в 1552—1553 гг., что отразило стремление двух стран воспрепятствовать наступательной политике Османской Турции на Кавказе, который Россия и Иран рассматривали как сферу своих государственных интересов. Однако союзных отношений установить тогда не удалось.

Новый всплеск активности России на иранском направлении связан с именем Петра I, предпринявшего в 1722 г. так называемый Персидский поход, итогом которого стала аннексия трех северных прикаспийских провинций Ирана: Гиляна, Мазендарана и Астрабада (Горгана), в результате чего Каспийское море превратилось во внутренний водоем России.

Абстрагируясь от моральной стороны вопроса, следует признать, что это событие можно оценить как большой успех российской дипломатии. Дело в том, что отторжение стратегически важных иранских земель произошло без объявления войны Ирану, а затем этот захват был договорно оформлен как добровольная передача России захваченных территорий. Это стало возможным в условиях кризиса иранской государственности после неудачных войн с Турцией и вторжения на территорию Ирана афганских племен, которые сумели на время захватить власть в этой стране и свергнуть правящую сефевидскую династию. Петр I воспользовался выгодной для России ситуацией и в июне 1722 г. без объявления войны двинул русские войска в сторону иранской границы. Опубликованный по поводу Персидского похода манифест от 15 июня 1722 г. был составлен в дружелюбном по отношению к иранскому шаху тоне. В нем российский император назвал шаха «великим другом и приятным соседом» и объявил, что целью его похода является наказание напавших на русских купцов «бунтовщиков», которые представляют угрозу как для России, так и для Ирана1. В своих указах военачальникам, участвовавшим в походе, Петр призывал их по возможности воздерживаться от применения силы, избегать столкновения с персами и обходиться с ними как с союзниками. Одновременно российские дипломаты начали тайные переговоры с захватившим иранский престол афганским ханом Мир-Махмудом, убеждая его в том, что российский император готов признать его законным государем и оказать помощь в борьбе с Портой. Причем нахождение российских войск на иранской территории объяснялось исключительно заботой об охране иранских северных провинций от возможного турецкого нашествия.

Политика Петра в отношении Персии нашла наиболее полное и яркое отражение в русско-персидском договоре, заключенном в Петербурге 12 сентября 1723 г. Петербургский договор включал три главных пункта:

  • 1. Персия уступала прикаспийские провинции в пользу России.
  • 2. Россия обещала оказать Персии вооруженную помошь против афганцев.
  • 3. Россия и Персия вступали в военный союз, для того чтобы воспрепятствовать осуществлению агрессивных замыслов Турции2.

Однако договорная база российско-иранского сотрудничества оказалась построенной на песке. Намечая военный поход в Персию, Петр I в своем указе консулу С. Аврамову от 25 июня 1722 г. поручил ему предложить опальному иранскому шаху Тахмаспу военную помощь за вознаграждение, под которым подразумевались три прикаспийские провинции и азербайджанский район Шемаха. С. Аврамов выполнил поручение императора, но ничего не сказал шаху о размере и характере вознаграждения, предложив тому направить в Петербург полномочного представителя для подписания дружественного договора. Шах согласился принять русскую помошь и провести переговоры относительно вознаграждения, направив своим полномочным представителем в Петербург Исмаил-бека, получившего указание заключить трактат. Однако после отбытия посланника шах неожиданно изменил свое решение и направил вслед Исмаил-беку курьера с указом шаха, предписывавшим ему «не ехать» и «войска не просить». Одновременно были посланы указы шаха консулу С. Аврамову и командующему русскими войсками в Гиляне полковнику Шипову, в которых говорилось, что шах императора «за войска благодарит, а он их не требовал, а как будут надобны, тогда и просить будет». Тогда же шах предписал рештскому визирю и кескерскому и астаринскому ханам собрать войска и принудить русских покинуть Гилян3.

Шипов и Аврамов не только не сообщили Исмаил-беку о полученных от шаха указах, но и приняли все меры к тому, чтобы посол отбыл из Гиляна до получения шахского указа. Таким образом, еще до своего выезда из Персии Исмаил-бек был лишен полномочий, но, не зная об этом, вручил свои верительные грамоты российскому императору и поставил подпись под составленным Россией договором. Естественно, правительство шаха отказалось подтвердить Петербургский договор. Но, несмотря на это, еще в течение десяти лет русские войска продолжали контролировать южное побережье Каспия. И только когда окончательно стало понятно, что расходы на их содержание намного превышают получаемую здесь прибыль, а иранское население в основном враждебно относится к присутствию на своей земле иноземцев, российское правительство приняло решение о выводе войск и возвращении прикаспийских провинций Ирану.

Следующий этап формирования российско-иранских границ относится ко времени двух русско-персидских войн: 1804-1813 гг. и 1826—1828 гг., закончившихся подписанием Гюлистанского и Турк- манчайского мирных договоров, в основном определивших линию прохождения ирано-российской границы в Закавказье.

Первая русско-персидская война проходила в сложнейшей для России обстановке, когда одновременно с решением персидского вопроса России пришлось вести войну с Турцией и отражать наполеоновское нашествие. Положение России на персидском фронте осложнялось тем, что английская дипломатия в годы первой русско-персидской войны делала все возможное для усиления военной мощи иранского государства. В 1809 г. был подписан англо-иранский договор, согласно которому Англия обязалась выплачивать иранскому шаху ежегодно по 160 тыс. туманов в течение всего времени войны Ирана с Россией. При утверждении этого договора английское правительство увеличило указанную сумму до 200 тыс. туманов. В период подготовки к иранскому генеральному наступлению в 1811 г. из Англии было доставлено в Иран 30 тыс. ружей, 20 орудий, оборудование для 40 оружейных мастерских. Тридцать английских инженеров и военных инструкторов были командированы в распоряжение иранского правительства4.

Две решающие битвы, переломившие ход событий в первой русско-персидской войне в пользу России, произошли в августе и октябре 1812 г., в разгар войны с Наполеоном. 9 августа 1812 г. десятитысячный персидский отряд под командованием английских офицеров напал на крепость Ленкорань, которую защищали русский гарнизон из 400 человек и несколько кораблей Каспийской военной эскадры под командованием капитана Веселаго. Участие английских офицеров в этом сражении происходило в нарушение подписанного 18 июля 1812 г. англо-русского союзного договора. Несмотря на значительный перевес в людях и вооружении, все попытки персидской армии взять штурмом Ленкорань и двинуться в глубь закавказских территорий провалились. Второе фатальное для персов сражение произошло в местечке Асландуз у реки Араке 19 октября 1812 г., когда войска генерала Котляревского предотвратили прорыв на территорию Карабаха персидских войск, возглавляемых главнокомандующим персидской армией наследным принцем

Аббасом-мирзой и имевших в своих рядах английских офицеров, которые и в этот раз действовали в нарушение англо-русского союзного договора. Итогом битвы стал полный разгром персидской армии, которая бежала, оставив неприятелю 120 орудий и потеряв убитыми 1200 солдат и офицеров, в том числе английского командира майора Кристи3.

Русско-персидский Гюлистанский мирный договор был подписан 12 октября 1813 г. на российских условиях. Для определения новой границы между Персией и Россией был принят принцип status quo, т.е. определение границы в соответствии с положением войск на момент окончания военной кампании. По договору к России отошли Дагестан, Грузия, Имеретия, Гурия, Мингрелия, Абхазия, а также Карабахское, Гянджинское, Кубинское, Бакинское, Ширванское, Дербентское и Талышское ханства. Торговым судам России и Персии предоставлялась свобода судоходства по Каспийскому морю. В то же время договор провозглашал исключительное право России «иметь военный флаг на Каспийском море»6.

Несовершенство Гюлистанского договора заключалось в том, что новые границы имели лишь общее описание, без привязки к конкретным географическим пунктам на местности. Кроме того, генерал Н. Ф. Ртищев, подписавший договор от имени России, допустил серьезный просчет, пойдя на принятие так называемого «сепаратного акта», который предусматривал возможность пересмотра подписанного договора в случае, если иранский шах обратится к российскому императору с такой просьбой. В последующем это привело к целому ряду недоразумений в трактовке подписанного договора и в конечном счете стало одной из причин новой русско-персидской войны.

Вторая русско-персидская война началась вскоре после занятия российского престола новым императором Николаем I. Декабрьское восстание, по всей вероятности, вселило в Иран и Турцию, главных противников России на Кавказе, надежду на ослабление императорской власти, и оба российских соседа начали подготовку к военным действиям. Решение об объявлении войны России было принято руководством Ирана на секретном государственном совете 22 июня 1826 г. На этом совете, несмотря на его сугубо секретный характер, присутствовал присланный к шахскому двору английский советник Г. Виллок7.

Война началась 16 июля 1826 г. с наступления на русские позиции войск иранского союзника, ереванского сардара Хасан-хана. 18 июля армия наследного принца Аббаса-мирзы вторглась в Карабах. Менее чем за два месяца войны большинство областей Восточного Закавказья, вошедших по Гюлистанскому договору в состав России, вновь оказались под властью Ирана. Эти успехи иранских войск в основном были вызваны их численным превосходством. В Отдельном Кавказском корпусе под командованием генерала А. П. Ермолова в это время насчитывалось 35 тыс. солдат, противостоящих 60-тысячной иранской армии. Однако успехи Аббаса-мирзы оказались временными. Связав его войска 48-дневной обороной Шуши, русское командование смогло подтянуть резервы и в сентябре 1826 г. начало успешное наступление на иранском фронте. В феврале 1827 г. Аббас-мирза предложил А. П. Ермолову заключить перемирие, от чего последний отказался.

Царское правительство не было заинтересовано в продолжении войны с Ираном в преддверии намечавшегося военного конфликта с турками. Генерал Ермолов был отозван со своего поста, и на его место назначен генерал И. Ф. Паскевич, который получил указание сломить сопротивление иранской армии и ускорить заключение мирного договора с Ираном. В течение лета и осени 1827 г. русские войска провели ряд генеральных наступлений и захватили основные опорные пункты персов на Кавказе — Эриван и Нахичевань. 13 октября пал административный центр иранского Азербайджана Тебриз. Дорога на Тегеран была открыта. Шахское правительство вновь заявило о готовности пойти на перемирие. На что прибывший в Тебриз Паскевич заявил, что речь может идти только о заключении окончательного мирного договора, непременным условием которого должно стать присоединение к России Эриванского и Нахичеванского ханств и выплата Ираном контрибуции в 20 млн рублей. При этом, по его требованию, 10 млн рублей должны были быть выплачены России до подписания мирного договора. В противном случае, заявил Паскевич, русские войска останутся в Азербайджане. Свое согласие передать России требуемые территории шахское правительство изъявило довольно быстро, а вот выплату контрибуции связало с выводом русских войск из Азербайджана под предлогом необходимости сбора податей с этой богатой иранской провинции. Не дождавшись ответа на свой ультиматум, Паскевич двинул русские войска в глубь иранской территории, и к концу января 1828 г. они заняли иранские административные центры Марату, Урмию, Ар- дебиль и двинулись к Тегерану8. Только после этого к русским аванпостам подошел караван, груженный серебром и золотом из шахской казны. Убедившись в доставке части контрибуции, Паскевич предложил иранской делегации немедленно подписать подготовленный русскими экспертами, в состав которых входил А. С. Грибоедов, мирный договор. Подписание этого документа произошло в местечке Туркманчай, расположенном по дороге из Тебриза на Тегеран, в ночь с 9 на 10 февраля 1828 г. Содержание договора в основном сводилось к следующему: ст. 1 провозгласила мир; ст. И аннулировала Гюлистанский договор; ст. III устанавливала присоединение к России Эриванского и Нахичеванского ханств; ст. IV устанавливала новую границу по Араксу; ст. VI определила контрибуцию в размере 10 куруров, или 20 млн рублей; ст. VIII объявляла свободу мореплавания русских и иранских торговых судов, а также подтверждала монопольное право России иметь военный флот на Каспийском море4. Следует отметить, что в ст. IV нового договора, в отличие от Гюлистанского, граница между Россией и Ираном была подробно описана и привязана на местности.

Туркманчайский договор подвел итоги второй русско-иранской войны: завершил присоединение к России Восточной Армении и Северного Азербайджана, ликвидировал иранскую власть в Закавказье и укрепил военно-стратегические позиции России на юге империи накануне войны с Турцией. Российско-иранская граница, зафиксированная этим договором, в последующем оставалась практически неизменной до распада СССР, а после стала границей Ирана с независимыми закавказскими республиками Азербайджаном и Арменией.

Русско-иранская граница на восточном побережье Каспийского моря формировалась в процессе наступления России на среднеазиатские земли начиная с конца 30-х годов XIX столетия. В 1842 г. в Астрабад- ском заливе Каспийского моря на острове Ашур-Ада Россия основала Астрабадскую морскую станцию и получила согласие Ирана содержать здесь военную эскадру кораблей. Говоря о значении этой станции для России, министр иностранных дел А. М. Горчаков отмечал, что «присутствие военных судов в ближайшем соседстве к персидскому берегу должно было... предупреждать всякие попытки, которые клонились бы к нарушению ст. VIII Туркманчайского трактата» и смогло бы предотвратить «хищнические набеги и разбой туркменских племен, отзывавшихся самым вредным образом как на русской, так и на персидской торговле и промышленности»10.

В результате переговоров между Россией и Ираном в 1869 г. было заключено соглашение, по которому Россия определила сферу своего влияния в Восточном Прикаспии до Атрека и обязалась не возводить никаких военных укреплений в этой местности11. В 1880 г. корпус генерала М. Д. Скобелева начат штурм главного оплота туркмен — Ахалтекинского оазиса ив 1881 г. при поддержке Ирана овладел им. После этого Россия включила в свой состав образованную здесь Закаспийскую область и вплотную подошла к территории иранского Хорасана. В том же году начатись российско-иранские переговоры об обозначении линии границы между иранскими и русскими владениями в Закаспии. Результатом этих переговоров стало подписание 9 декабря 1881 г. Конвенции о русско-иранском разграничении к востоку от Каспийского моря. Впоследствии эта конвенция была дополнена конвенцией от 27 мая 1883 г., по которой в ст. I Конвенции 1881 г. вносились изменения, согласно которым России передавалось «пограничное селение Фирузе и вся местность, заключающаяся между границей, установленной в 1881 г., и чертою, проведенной от горы Кенаре к перевалу Бар». В обмен Россия уступала в Закавказье «участок на правом берегу р. Араке, против бывшей крепости Аббас-Абад, отошедшей во владение России в 1828 г.» и в Средней Азии «селение Хисар с участком земли». Эти взаимные уступки спрямляли участки границы в указанных районах12.

Этим закончилось формирование российско-иранских границ в Закавказье и в Средней Азии в период существования Российской империи.

Окончание Первой мировой войны Иран встретил, находясь в полуколониальной зависимости от Англии и России. Англо-российский договор 1907 г. о разделе сфер влияния этих стран в Иране, Афганистане и Тибете не оставлял Ирану шансов на самостоятельное, независимое развитие. Однако произошедшие в послевоенном мире глобальные перемены, связанные с общим ослаблением империализма и провозглашением Советского государства в России, позволили основателю новой правящей династии Реза-шаху Пехлеви начать укрепление иранской государственности и проведение независимой внешней политики. В связи с этим неизбежно на первый план выдвинулся вопрос о четком обозначении государственных границ Ирана.

Первые декреты советской власти, обнародованные большевистским правительством России, сыграли свою позитивную роль в деле установления и нормализации советско-иранских отношений, в том числе в вопросе признания существующих границ. 20 ноября (3 декабря) 1917 г. было опубликовано обращение Совнаркома РФ «ко всем трудящимся мусульманам России и Востока». В нем говорилось: «Республика Российская и ее правительство Совет народных комиссаров против захвата чужих земель... Договор о разделе Персии порван и уничтожен. Как только прекратятся военные действия, войска будут выведены из Персии и персам будет обеспечено право свободного определения своей судьбы»13. 26 февраля 1921 г. в Москве был подписан советско- иранский договор, ст. 3 которого гласила, что договаривающиеся стороны согласны признавать и соблюдать границу в том виде и начертании, как она была установлена разграничительной комиссией 1881 г.14 20 февраля 1926 г. было подписано соглашение о взаимном пользовании пограничными водами. 14 августа 1927 г. был учрежден институт пограничных комиссаров, призванных наблюдать за порядком и урегулировать конфликты на советско-иранской границе. Однако в последующие годы ситуация стала резко ухудшаться. В ходе Гражданской войны и коллективизации часть населения среднеазиатских республик бежала в соседние страны, главным образом в Иран и Афганистан, где действовали центры басмаческого движения. В конце 1920-х годов с территории Ирана участились вооруженные вторжения на территорию СССР басмачей и жителей пограничных районов, которые сопровождались угоном скота, грабежом местного населения, убийством представителей советской власти. Иранские пограничники не только не предотвращали эти нарушения, но и сами нарушали границу и вели пропаганду, призывая жителей пограничной полосы СССР переходить в Иран, обещая им различные льготы. Правительство СССР предложило Ирану обсудить возникшие проблемы. В январе 1929 г. на проходивших в Москве переговорах советская сторона предложила легализовать фактически существующую границу между Ираном и СССР. Иранские представители отказались принять это предложение и, как телеграфировал Л. М. Карахан советскому полпреду в Тегеране Я. X. Давтяну, «в туманной форме говорили о каких-то компенсациях»15. В течение следующего года внешнеполитические ведомства двух стран обменялись несколькими нотами, в которых обвиняли друг друга в нежелании соблюдать договоры о советско-иранской границе. До завершения Второй мировой войны достигнуть какого-либо прогресса в деле урегулирования пограничных споров сторонам так и не удалось.

В 1950 г. по предложению советского правительства была создана смешанная советско-иранская пограничная комиссия по демаркации и редемаркации советско-иранской границы на Кавказском и Закаспийском участках. По итогам работы этой комиссии 2 декабря 1954 г. был заключен советско-иранский Договор об урегулировании пограничных и финансовых вопросов, который подтвердил существующие соглашения о прохождении ирано-советской границы, за исключением небольших изменений в районе реки Атрек и в районе Серакса на туркмено-иранском участке границы. После проведения всех мероприятий по демаркации отмеченных участков границы 14 мая 1957 г. был подписан окончательный Договор о режиме советско-иранской границы и порядке урегулирования пограничных конфликтов и инцидентов16. Новая граница без каких-либо изменений просуществовала до распада СССР и затем была признана границей Ирана с независимыми Туркменистаном, Арменией и Азербайджаном.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >