МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ РОССИЙСКОГО СТУДЕНЧЕСТВА

Анализ состояния межнациональных отношений в студенческой среде

Методология гуманитарного исследования отличается от методологии естественных наук. Традиция символического интеракционизма позволяла нам как исследователям гуманитарной и социальной областей знания не только наблюдать за межнациональными отношениями, но и активно участвовать в воспитании и обучении учащихся национальной школы, в ежедневных событиях и делах этой школы. Дело в том, что в процессе обучения в целевой докторантуре Московского государственного гуманитарного университета им. М.А. Шолохова автору данной монографии выпала честь открыть в 1997 г. среднюю общеобразовательную школу № 1186с этнокультурным (татарским) компонентом образования в Юго-Восточном автономном округе г. Москвы и работать там вплоть до 2000 г. в качестве заместителя директора по научной работе. В этот же период поступило приглашение читать лекции на дошкольном отделении факультета педагогики Московского городского педагогического университета по спецкурсу «Мультикультурное образование».

Совершенно справедливо и с научной, и с общественной точки зрения звучит высказывание Д.И. Фельдштейна, президента Ассоциации развития и коррекции межнациональных отношений: «...явно недостаточно рассматривать лишь то, что лежит на поверхности межнациональных отношений, зримо в них проявляется. Чрезвычайно важно выявить внутренние механизмы этих процессов: до сих пор они исследуются весьма слабо и оцениваются часто примитивно» [236, с. 86]. При всем внешнем благополучии национальных отношений молодежи, отсутствии явных конфликтов на национальной почве наши наблюдения за поведением студентов показывали, что не все так просто.

Межнациональные отношения в Республике Башкортостан действительно внешне благополучные, однако рост национального самосознания людей разных национальностей на фоне бурных демократических преобразований протекает сложно. По мнению Г.Т. Галиева, отношения между этносами в Башкортостане «стабильно хорошие, но от того, что говоришь - халва, халва, во рту вкусно не станет» [75, с. 65]. «Театрализация» благополучных межнациональных отношений далеко не всегда отражает их истинное содержание в других сферах жизни. Об этом свидетельствует постоянная конкуренция между представителями титульной и нетитульной наций за распределение материальных, властных ресурсов, за сферу влияния в политике, образовании, науке. Для того чтобы овладеть этими ресурсами в большем объеме, надо доказать всему миру, что «нас больше» и «мы раньше появились на этой территории». Споры о результатах переписи населения Республики Башкортостан, а также исторические экскурсы с опорой на мифы и легенды не прекращаются и по сей день. Отдавая должное исторической памяти всех народов, а также учитывая их исторический и культурный опыт, приобретенный за многие сотни лет дружбы и согласия, мы стремились воспитывать молодое поколение в духе уважения и понимания друг друга, а не в духе межнациональной конкуренции.

Как и во многих экспериментальных исследованиях в педагогике и психологии, субъекты исследования часто подвергаются достаточно тяжелым испытаниям в виде измерения личностных качеств, объема знаний, динамики представлений, выбора и т. д. Несмотря на то, что метод эксперимента мало пригоден для получения результатов, которые можно было бы распространить на общество в целом, отметим, что проведение экспериментальной части нашего исследования было связано с серьезными этическими проблемами. Наша задача заключалась в том, чтобы после проведения эксперимента участники - студенты педагогических вузов были ограждены от дискомфорта и личных обид.

Мы согласны с Э. Аронсоном в том, что ответственность за это ложится на всех экспериментаторов. Именно они должны предпринять все необходимые усилия, чтобы состояние испытуемых после окончания эксперимента было не хуже, чем до его начала [25, с. 75]. Во избежание социального неравенства мы не распределяли участников исследования на экспериментальные и контрольные группы, так как в этом случае члены контрольной группы не получили бы «позитивного» экспериментального воздействия в виде обновления содержания учебного контента. Поэтому наш эксперимент носил так называемый «полевой характер», проводился, как правило, в естественных условиях и в большинстве случаев имел своей целью «не столько проверку научной гипотезы о причинной связи между переменными, сколько оценку эффективности различных программ или методов воздействия» [106, с. 85].

Эксперимент как метод пригоден скорее для проверки наиболее сложившихся психолого-педагогических теорий, нежели для описания содержания социального взаимодействия (к которому мы относим взаимоотношения между субъектами разных национальностей), то есть естественного протекания социальных процессов. Тем более что межнациональные отношения сложно измерить, как сложно найти единицу измерения таких общечеловеческих качеств, как добро, зло, правда, неправда и др. Если учитывать количество (п) хороших и плохих поступков, как предлагают американские психологи, то явно количество хороших поступков будет завышенным. Поэтому межнациональные отношения описывались нами в ходе включенного наблюдения с дополнительными методами анализа семантического поля. Если эксперимент может причинить вред испытуемой группе, тогда зачем он нужен? Ответ очевиден: для увеличения знаний, так как чем важнее проблема, тем значительнее потенциальная выгода, которую общество может получить в случае ее решения с помощью проведенного эксперимента [25, с. 76]. Мы проводили качественную интерпретацию полученных нами результатов по «отдельным показателям, которые в комплексе позволили нам выявить целостную картину завершающей стадии нашего исследования» [257, с. 26]. В целом наш эксперимент носил созидающий и воспитывающий характер.

Целью констатирующего этапа эксперимента было выявление представлений студентов о состоянии межнациональных отношений в обществе и в вузе. Задачи: провести анкетирование студентов и экспертов, провести контент-анализ письменных работ студентов по проблеме исследования, провести автобиографическое интервью на фоне наблюдения за образовательным процессом вуза. План констатирующего этапа экспериментальной работы включал анкетный опрос студентов педагогических вузов, контент-анализ письменных работ студентов по проблеме исследования, автобиографическое интервью и наблюдения в ходе образовательного процесса. Еруппа респондентов включала студентов дошкольных отделений факультетов педагогики и психологии педагогических вузов г. Москвы (Московский городской педагогический университет), г. Уфы (Башкирский государственный педагогический университет им. М. Акмуллы и его представительства в малых городах и селах Республики Башкортостан). При проведении опроса среди московских студентов мы понимали, что могут возникнуть внешние факторы воздействия на студенческие установки (тревожная обстановка в столице, террористические акты, открытые столкновения). Уфимские студенты не находились под непосредственным влиянием трагических событий, они проходили как бы косвенно, на втором плане (война в Чечне, кавказцы на рынке).

Вопросы для анкеты разрабатывались на основе требований, предложенных Дж. Де-Вос [106, с. 146]. Эти требования заключаются в следующем: вопросы должны быть понятны для рядовых респондентов, для экспертов можно использовать профессиональные термины; короткие формулировки вопросов, их однозначность; отсутствие выражений отрицания, двусмысленности слов, детализации, социально желательных «подсказок».

Опрос уфимских студентов, отметивших свою национальность как русскую, показал, что только 73 % студентов воспитываются в монокультурной русской семье, остальные 26,9 % живут в смешанных семьях, но тем не менее отнесли себя к русским, поэтому мы не учитывали этот фактор при анализе полученных результатов (см. прил. 2). На вопрос о том, что же должно определять национальность человека, 45,2 % уфимских и 54,7 % московских студентов ответили «желание самого человека». Большинство опрошенных студентов указали на дошкольный возраст как период осознания своей национальности. На этот возрастной период как первый и основной при осознании своей национальности указывают и социологи [78]. В аспекте нашего исследования этот факт особенно важен, так как студенты, принимавшие участие в опросе, в своей предстоящей педагогической деятельности будут работать с детьми именно дошкольного возраста.

На вопрос «Достаточен ли Ваш запас знаний о межнациональных отношениях для предстоящей педагогической деятельности?» 49,4 % уфимских и 60,0 % московских студентов ответили «Не в полной мере»,

  • 27.3 % и 26,6 % соответственно ответили «Недостаточен». Подтвердили необходимость овладения этими знаниями 78,8 % уфимских и 92,8 % московских студентов. Это, по-видимому, связано с желанием студентов узнать больше о проблеме, быть готовыми к ее решению на практике. На вопрос «Что в наибольшей степени разобщает людей?» 57,3 % уфимских и
  • 33.3 % московских студентов ответили «Материальное положение»; религиозную принадлежность уфимские студенты поставили на третье место (34,5 %), а московские студенты - на второе (30,9 %), 35,9 % уфимских и 26,1 % московских студентов указали на социальное происхождение.

В ходе автобиографического интервью студенты также продемонстрировали индифферентное отношение к религии. Они рассматривают ее как культурную модель, не более того. Отвечая на вопрос «Что, по Вашему мнению, объединяет людей?», на первое место и уфимские, и московские студенты поставили общение (58,0 % и 78,5 %), на второе место - совместную деятельность, на третье - место жительства. Для того чтобы уточнить, как студенты разных национальностей, в том числе и из смешанных семей, оценивают наличие в БГПУ необходимых условий для изучения национальной культуры, родного языка и истории, мы сделали выборку представленных опросных листов по пяти категориям. На вопрос о существовании в университете межнациональных проблем 23,6 % уфимских и 6,3% московских студентов ответили положительно, 34,6 % и 68,2 % - отрицательно. Мнение городских и сельских студентов отражено в приложении 2.

Отвечая на вопрос о причинах возникновения напряженности в отношениях между студентами разных национальностей, уфимские студенты назвали: отсутствие знаний о культуре других народов, доминирование и создание преимуществ для башкирской национальности, начиная с детского сада и заканчивая поступлением в университет, национализм, нетерпимость к другим нациям, непонимание, социальное происхождение, положение, неустроенность, материальные трудности, национальность, незнание языка, обычаев, местожительство (город и село), недостаток общения, личные качества, результаты воспитания, привилегии определенным нациям (необоснованные), религиозная принадлежность. Несмотря на то, что 34,6 % уфимских студентов указали в анкетах отсутствие межнациональных проблем, анализ семантического поля 23,6 % опрошенных студентов позволяет сделать вывод, что они есть, при этом их тесно связывают с другими социальными и личностными проблемами.

На основе анализа ответов студентов мы приходим к выводу о потенциальной конфликтности студенческой среды, на которую необходимо обратить внимание преподавателей вуза, чтобы продуманно организовать учебно-воспитательную работу. Мнение студентов о роли лекционных и семинарских занятий в понимании ими межнациональных проблем отражено в «Альбоме опроса студентов» (см. прил. 2). Ответы студентов на этот вопрос могут показаться некоторой критикой деятельности преподавателей, так как студенты в ходе обучения не могут получить ответы на актуальные вопросы современности.

В письменных работах студентов БГПУ мы неоднократно встречаем утверждения о двойственности национальной политики, проводимой в республике: «Если официально в Башкортостане все нации равны в правах, то в обыденной жизни замечается некоторое предпочтение коренной нации в сферах политики, образования, иногда в производственных отношениях». Подчеркивая необходимость признания и уважения прав всех наций, студент признает, что «в некоторых случаях эмоциональное отношение берет верх, и мы говорим:Конечно, он же башкир ”». Двойственность отмечается также в том, что, с одной стороны, «разные народы объединены и познают особенности других национальностей», с другой стороны, «не все народы могут жить вместе мирно, и не все хотят изучать другой язык (например, у нас в Башкортостане некоторые проживающие здесь национальности не хотят учить башкирский язык)». «Принудительность» изучения башкирского языка подвергается критике со стороны студентов.

Наличие противоречий отмечается также и в традициях разных народов, и в школах, «когда большинство учащихся представлено одной нацией, а меньшинство - другой». Это обстоятельство вызывает, по мнению студентки, внутригрупповые конфликты. «Доминирующие национальные группы как бы давят на других», - пишет она. Однако, по ее мнению, «учителя не торопятся уладить ситуацию». Констатируя наличие в республике национальных школ разных народов, студентка при этом отмечает, что «больше внимания уделяется, конечно, башкирам, только потом другим народам, проживающим на территории республики».

Другая студентка советует проводить такую национальную политику, «которая не притесняла бы другие нации, не делала одну культуру доминирующей над остальными»: «В многонациональных государствах нельзя допускать доминирования одной нации и одной культуры и подавления и притеснения других». Пренебрежительное отношение людей («русские не любят башкир, хотя сами живут в Башкортостане») также было отмечено в студенческих работах. «У нас культура Башкортостана изучается во всех учебных заведениях, а почему мы не изучаем культуру других народов?» В Республике Башкортостан преподается культура башкирского народа и, к сожалению, мало учитываются (в этом плане) интересы других этносов».

Студенты отметили проблемы адаптации детей из семей эмигрантов, не знающих ни русский, ни башкирский языки. Мы привели высказывания студентов без корректуры, чтобы максимально достоверно отразить представления молодежи о сложившейся ситуации в сфере национальных отношений в республике. Контент-анализ письменных работ студентов отражает признание студенческой молодежью двойственности, противоречивости, наличия доминирования интересов титульной нации.

Для получения более надежной информации о состоянии межнациональных отношений в студенческой среде мы, наряду с традиционными анкетами и опросными листами закрытых и открытых вопросов, решили апробировать специальные процедуры, от которых исследователи в области педагогических наук отказываются вследствие их трудоемкости. Однако именно эти сложные процедуры дают более ясное и объективное представление о содержании «коллективного бессознательного», которое, как показали наши исследования, имеет место в восприятии личностью национальных групп. Речь идет о методе контент-анализа (Content- Analysis), к которому мы обратились с целью изучения содержания открытых ответов студентов - представителей различных этнических групп. Основные операции контент-анализа были разработаны первыми американскими социологами X. Лассауэлом и Б. Берельсоном [405]. Для перевода качественной информации в количественную выделяются два типа единиц: смысловые (качественные) единицы анализа и единицы счета (количественные). Единицы счета могут совпадать и не совпадать с единицами анализа. При их совпадении квантификация сводится к определению частот упоминания выделенной смысловой единицы, при несовпадении единицей счета может стать физическая протяженность или площадь текста, заполненного смысловыми единицами.

Приступим к самой процедуре контент-анализа национальных характеристик, к которым обратились студенты при выполнении задания. Нам было важно узнать, что думают уфимские студенты башкирской, русской, татарской национальности, а также студенты из смешанных семей о характере своего и других народов. Для рассмотрения уфимским студентам были представлены следующие нации: башкиры, евреи, марийцы, мордва, немцы, русские, татары, удмурты, украинцы, чуваши. При перечислении этнонимов народов мы распределяли их по алфавиту, так как ни титульность, ни доминирование какой-то одной группы не содержит, по нашему мнению, принципа демократичности. В связи с этим в таблицах, графиках и тексте мы опираемся на алфавит того языка, на котором изложено наше исследование и который действует в России как язык межнационального общения - русский.

Студентам предлагалось отметить позитивные и негативные черты, присущие, по их мнению, представителям данных этнических групп. Мы попытались установить наличие автостереотипов (представление о себе как представителе своего народа) и гетеростереотипов (представление о другом народе) в качестве основных индикаторов национального характера, так как считаем, что стереотип в большей степени связан с убеждением. В отечественной науке продолжительное время (вплоть до 1990-х годов) существовало утверждение, что убеждение непременно связано с поведением. В настоящее время наука начинает переосмысливать связь убеждений и реального поведения.

Изучением взаимосвязи убеждения, или аттитюда, с поведением занимались американские ученые А. Уикер, Лапьер, Э. Аронсон. Так, Алан Уикер в результате своих исследований пришел к выводу: между аттитюдами (убеждениями) и реальным поведением человека имеется очень слабая связь [25, с. 171]. Лапьер еще в 1933 г. провел интересный эксперимент. Он обзвонил владельцев 130 ресторанов и гостиниц и попросил обслужить китайцев, 90 % ответили «Нет», но когда он посетил их с молодой китайской парой, то только в одной из гостиниц отказались обслужить иностранцев. Мы видим явление рассогласования атти- тюдов с поведением людей, это явление назвали «парадоксом Лапьера».

Почему же многие исследования утверждают, что аттитюды тесно связаны с поведением? Элиот Аронсон приходит к следующему выводу: когда аттитюд оказывается легкодоступен, то есть когда он легко приходит в голову, тогда он с большей вероятностью предскажет наше поведение [25, с. 175]. Действительно, респонденты, охотно взявшиеся за задание и быстро его выполнившие, продемонстрировали «легкодоступные аттитюды», но были и те, кто публично отказывался от задания и не выполнял его. Мы предполагаем, что те, кто быстро и охотно справился с заданием, продемонстрировали более тесную взаимосвязь между аттитю- дами и реальным поведением, чем те, кто отказался от задания.

Задание, которое мы предложили выполнить студентам, заключалось в выявлении наличия авто- и гетеростереотипов и распределении их по положительным и отрицательным полюсам. Полученные ответы были классифицированы по девяти категориям (рубрикам), разработанным и предложенным З.В. Сикевич, с внутренним делением в каждой из рубрик на качества с преобладанием положительной оценки и качества с преобладанием отрицательной оценки [309]. Однако в процедуре контент-анализа эти «предзаданные категории» отсутствовали по той простой причине, что нам было важно проследить структуру стереотипов, их глубину и прочность. Матричная структура включала следующие рубрики: общий стиль поведения, общий стиль деятельности, отношение к людям, отношение к себе, волевые качества, качества ума, эмоциональные качества, социальное поведение, ментальные характеристики. Итак, мы выяснили, что думают уфимские студенты, относящие себя к русским, о своем и других народах, представленных в социальноэтнической среде студентов. Мы не можем привести полностью экспериментальный материал ввиду его большого объема, поэтому ограничимся матричным анализом.

Проанализируем качества автостереотипа, отмеченные уфимскими студентами, относящими себя к русским. Мы не ограничивали количество свойств характера народов, чтобы представить, насколько широко эти представления сформированы у студентов. Всего было названо 15 качеств автостереотипа, в том числе 7 понятий (основная смысловая единица) и 4 оценочных суждения (дополнительная смысловая единица), которые содержались в 360 письменных ответах студентов. Характеристика каждой рубрики выглядит следующим образом:

  • 1. Общий стиль поведения - качества, которые в целом определяют поступки человека, его поведенческие реакции. Например, простота, доброта отмечены как положительные качества, а чрезмерная простота отнесена к разряду отрицательных качеств. Всего 15 качеств, наиболее часто встречающихся в ответах студентов.
  • 2. Общий стиль деятельности - качества, в которых отражается отношение человека к деятельности в целом, в том числе и к трудовой. Положительные качества в деятельности не отмечены, отмечена лень.
  • 3. Отношение к людям - качества, которые наиболее ярко проявляются в межличностных отношениях. Например, открытость, щедрость, гостеприимство названы как положительные, а отрицательные качества по отношению к другим не отмечены вовсе.
  • 4. Отношение к себе - виды самоотношения. Соответствующие качества в ответах не отмечены.
  • 5. Волевые качества - наличие волевых усилий или отсутствие таковых. Соответствующие качества в ответах не отмечены.
  • 6. Качества ума - качества, отражающие интеллект, способности, рациональное поведение. Соответствующие качества в ответах не отмечены.
  • 7. Эмоциональные качества - качества, связанные с эмоциональной сферой самовыражения, например, веселость. Отрицательные качества отсутствуют.
  • 8. Социальное поведение - социальные характеристики личности. К положительным качествам отнесены: отсутствие клановости, любовь к своей культуре, не стесняются своей культуры. Отрицательные качества: не держатся за родственные связи.
  • 9. Ментальные характеристики - наиболее общая и условная категория классификации, в нее вносились развернутые суждения, определяющие менталитет народа, его (по Леви-Строссу) «психологическую оснастку». Отмечена широта души народа, отрицательные качества отсутствуют.

По результатам контент-анализа в целом, автостереотипа и гетеростереотипа можно составить образ типичного русского человека, или модальную базовую личность. Качества автостереотипа русского человека, отмеченные уфимскими студентами, относящими себя к русским, почти полностью совпадают с десятью модальными стереотипами, разработанными З.В. Сикевич на основе исследований, проведенных со студентами Санкт-Петербурга (см. табл. 5).

Таблица 5

Образы русского национального характера (10 модальных стереотипов в порядке предпочтительности)

Модальные стереотипы, отмеченные студентами г. Санкт-Петербурга

Модальные стереотипы, отмеченные русскими студентами г. Уфы

Добрый

Добрый

Терпеливый

Хлебосольный

Г остеприимный

Г остеприимный

Трудолюбивый

Щедрый

Ленивый

Ленивый

Дружелюбный

Любовь к своей культуре

Широта души

Широта души

Патриот

Отсутствие клановости, родственных связей

Доверчивый

Простота

Открытый

Открытый

В своем исследовании З.В. Сикевич вывела 10 модальных стереотипов русских в порядке предпочтения: добрый, терпеливый, гостеприимный, трудолюбивый, ленивый, дружелюбный, широта души, патриот, доверчивый, открытый [309]. В характеристике, данной студентами г. Санкт-Петербурга и русскими студентами г. Уфы, присутствовала только одна отрицательная характеристика (1 из 10, или 10 %).

Нас интересовало, что думают студенты разных национальностей не только о себе, но и о других, совпадают ли автостереотипы студентов одной национальности с гетеростереотипами другой национальности о них же. Другими словами, насколько коррелирует собственное представление о себе с представлениями других национальностей. Авто- и гетеростереотипы, отмеченные русскими студентами по отношению к башкирам, русским и татарам, послужили основой для выявления представлений русских студентов о национальных характерах (см. табл. 6).

Таблица 6

Образы национального характера в представлениях русских студентов (10 модальных стереотипов в порядке предпочтительности)

Башкиры

Русские

Татары

Спокойные

Добрый

Шустрые

Хитрые

Хлебосольный

Хитрые

Замкнутые

Г остеприимный

Хозяйственные

Семейственность

Щедрый

Общительные

Высокомерие

Ленивый

Скромные

Умственно заторможенные

Любовь к своей культуре

Националисты

Эмоциональные

Широта души

Высокомерные

Сильны родственные связи

Отсутствие клановости, родственных связей

Самолюбивые

Клановость

Простота

Веселые

Любовь к своей культуре

Открытый

Навязчивые

Модальные гетеростереотипы, выявленные на основе анализа характеристик, данных русскими студентами башкирам, демонстрируют негативное восприятие этой группы (5 из 10, или 50 %). Половина из десяти стереотипов являются отрицательными, что должно заставить задуматься преподавателей о том, как решить данную проблему. Модальные характеристики татар, данные русскими студентами, также изобилуют отрицательными оценками (4 из 10, или 40 %) (см. табл. 6). Автостереотипы русских студентов отражают 10 % негативных высказываний.

Мы выяснили также, что думают студенты, относящие себя к башкирам, о своем и других народах, представленных в социально-этнической среде студентов. Проанализируем качества автостереотипа, отмеченные студентами, относящими себя к башкирам (см. табл. 7). В автостереотипах студентов-башкир отмечены два отрицательных качества (2 из 9, или 22 %), тогда как в гетеростереотипах русских студентов о башкирах отрицательных качеств больше (5 из 10, или 50 %). В гетеростереотипах студентов-башкир по отношению к русским отрицательные характеристики были выражены 25 % (2 из 8). Модальные характеристики татар, наиболее часто встречающиеся в ответах студентов-башкир, содержат 2 отрицательных качества (2 из 6, или 33,3 %).

Таблица 7

Образы национального характера в представлениях студентов-башкир (10 модальных стереотипов в порядке

предпочтительности)

Башкиры

Русские

Татары

Скромность

Красота

Самостоятельность

Физическая красота

Болтливость

Гостеприимство

Вредность

Добросовестность

Любовь к своей нации

Добросовестность

Любовь к деньгам

Хитрость

Г остеприимство

Ум

Расчетливость

Наглость

Любовь к природе

Скромность

Самостоятельность

Любовь к традициям

Г ордость

Широта души

Любовь к своей культуре

Авто- и гетеростереотипы студентов-татар представлены в таблице 8. В автостереотипах студентов-татар отрицательные качества выражены 20 % (2 из 10). Отрицательные гетеростереотипы по отношению к русским выражены 28 % (2 из 7); отрицательные гетеростереотипы по отношению к башкирам выражены 50 % (5 из 10). Анализ семантического поля высказываний респондентов показал, что студенты, относящие себя к башкирам, более толерантны к окружающим, чем русские и татары.

Таблица 8

Образы национального характера в представлениях студентов-чгатар (10 модальных стереотипов в порядке

предпочтительности)

Башкиры

Русские

Татары

Внешняя красота

Уравновешенность

Самостоятельность

Открытость

Г остеприимство

Трудолюбие

Навязчивость

Любовь к людям

Чистоплотность

Конфликтность

Общительность

Аккуратность

Жадность

Обидчивость

Г остеприимство

Скромность, нравственность

Веселый характер

Недоверчивость

Упорство

Лень

Скромность

Настойчивость

Хитрость

Ограниченность ума

Общительность

Национализм

Смелость

Сравнение автостереотипов всех трех групп студентов (русских, башкир, татар) показало, что автостереотипы, данные студентами, содержат стабильно более высокую оценку по сравнению с гетеростереотипами. Мы проанализировали также высказывания студентов из смешанных русско-татарских семей о разных этнических группах, но не матричным способом (с помощью девяти категорий), поскольку общее количество и положительных, и отрицательных качеств свидетельствует о довольно сжатом портрете и автостереотипа, и гетеростереотипа, сложившихся у студентов этой группы на период опроса. Отрицательные характеристики этнических групп в высказываниях студентов из поликультурных (смешанных) семей по сравнению с высказываниями студентов из монокультурных семей почти отсутствуют. Оказалось, что студенты из поликультурных семей более толерантны, чем студенты из монокультурных семей. Человек, находящийся на рубеже двух, трех культур, тяготеет сразу к нескольким национальным группам, стремясь реализовать мировосприятие и жизненную ситуацию в каждой из них. Но мы наблюдали также двойственное положение студентов из смешанных семей, их внутреннее беспокойство, чувство оторванности, отчуждения от людей.

Об этом пишет также Дж. Де-Вое в своей работе «Этнический плюрализм»: «Ребенок, рожденный от смешанного союза, почти всегда вынужден играть двойственную роль...» [279, с. 262]. На примере полу- африканцев он раскрывает модель «перехода» человека от одной этнической группы к другой в тот момент, когда он не видит себя в социальной стратификации первой группы. Как показывают наши наблюдения, в большинстве случаев это происходит у того, кто хочет обеспечить свою социальную мобильность. К сожалению, проблема взаимоотношений в смешанных семьях (мы их называем мультикультурными) остается за пределами отечественных психолого-педагогических исследований. Проводя опрос среди студентов из мультикультурных семей, мы учитывали доводы Де-Вос, заключающиеся в том, что санкционирование групповой принадлежности начинается очень рано и не может быть отделено от развития самоощущения (в возрасте 3 лет. - Лет.). Сознательный процесс предполагается на более поздних стадиях формирования идентичности и следует за более ранними автоматическими процессами [там же]. Этот тезис подтверждается и в наших исследованиях.

В исследовании состояния межнациональных отношений мы ориентировались на социально-этническую среду студенческой группы, которая состояла из башкир, русских, татар и студентов из мультикультурных (русско-татарских) семей. Члены студенческой группы находились в личных контактах внутри группы, и их гетеростереотипы опирались на непосредственный личный опыт. Количество других национальных групп не превышало одного или двух человек, поэтому результаты их характеристик не могли быть основанием репрезентативности нашего исследования. Как показали исследования, уровень национальной и поликонфессиональной неприязни у русских и татар выше, чем у башкир. Студенты, относящие себя к башкирам, высказываются гораздо терпимее к представителям других этносов, в их высказываниях отсутствует агрессия, отрицательные характеристики, нетерпимость не так ярко выражена, как у студентов, относящих себя к русским и татарам. У студентов из смешанных семей отрицательные характеристики отсутствуют вовсе, то есть уровень толерантности, выраженный в их ответах, выше, чем у студентов, относящих себя к башкирам.

Результаты нашего исследования совпадают с результатами исследований, проведенных в Москве. Исследователи отмечают более высокий уровень толерантности именно у представителей национальных меньшинств [133]. Враждебное отношение к национальности человека, даже если оно проявляется эпизодически, а не постоянно, глубоко ранит человека и его национальное чувство и, как правило, возбуждает очень сильные ответные чувства тоже враждебного характера, часто и несправедливые. Даже такое латентное существование неприязни у студенческой молодежи к людям другой национальности (не столь важно, к какой именно) вызывает чувство тревоги и дает основания для осмысления способов снятия или предупреждения ее появления.

Для определения модальных стереотипов, сформированных у студентов во время опроса, мы использовали метод ассоциаций, или свободных характеристик, десяти национальных групп, проживающих в Республике Башкортостан. Несмотря на сложность процедуры и большой массив опросных листов, этот метод интересен тем, что мы узнали, какие образы национального характера сформированы у студентов о других народах, проживающих в окружающей социально-этнической среде, и насколько обнаруженные модальные характеристики отдельных народов совпадают с теми, которые уже описаны в научной литературе [309].

Обратимся к результатам исследования, проведенного нами на уфимской выборке студентов. В исследовании участвовало 360 студентов от 18 до 25 лет. Им предлагалось назвать произвольное число качеств, наиболее типичных, по их мнению, для башкир, евреев, марийцев, мордвы, немцев, русских, татар, удмуртов, украинцев, чувашей. Время работы было ограничено (15 минут), что предполагало фиксацию модального ассоциативного ряда, «легкодоступного аттитюда» [25]. Метод ассоциативного эксперимента был апробирован нами в кандидатской диссертации при выполнении студентами задания по составлению нравственных качеств личности, необходимых воспитателю дошкольного образовательного учреждения, и продемонстрировал эффективность и надежность. В целом социально-этническая среда студентов за пределами вуза была неоднородна, это объясняется динамичными миграционными и реэмиграцион- ными процессами. Мы выбрали наиболее многочисленные национальные группы, представленные в Республике Башкортостан, количество контактов с которыми позволило респондентам сделать некоторые обобщения.

Обратимся к краткой этнодемографической справке вышеперечисленных групп.

Башкиры являются коренным народом Республики Башкортостан. Добавим, что и другие народы, проживающие в республике, также являются коренными. По данным переписи 1989 г., в Республике Башкортостан проживает 863 800 человек, по переписи 2002 г. - 1 221 300 (1 221 302) человек, по переписи 2010 г. - 1 172 287 человек, что составило 28,79% от всего населения республики. Удельный вес горожан в республике составил к 2002 г. 42,3 % всего населения республики, к 2010 г. - 39,5 %. Это объясняется тем, что город перестал принимать молодежь из деревень для работы, резко уменьшился оборонный заказ, некоторые заводы вовсе закрылись (фабрика «Мир», завод чертежных приборов и др.). Наблюдается расширение сельских поселений в местах компактного проживания башкир, например, в Белорецком районе с. Зуяково, д. Габдюково, д. Ассы и др. У выходцев из села нет возможности жить и работать в городе, так как заводские общежития закрыты. Высокие цены на аренду городского жилья, на приобретение квартир в городе являются результатом искусственного монополизма в жилищном строительстве и в целом хищнического капитализма.

Евреи проживают в Республике Башкортостан с 1859 г., в основном в городах. По данным переписи 1989 г., в республике проживает 4911 евреев, по переписи 2002 г. - 2367, по переписи 2010 г. - 1900 человек. Мы видим стабильное и одновременно значительное сокращение числа евреев, проживающих в республике.

Марийцы - пятая по величине этническая общность в составе многонациональной Республики Башкортостан. По данным переписи 1989 г., в Башкортостане проживало 105 768 марийцев, по переписи 2002 г. - 105 829, по переписи 2010 г. - 103 658. Мы наблюдаем неожиданное и притом значительное сокращение числа марийцев, проживающих в республике.

Мордва является представителем народов финно-угорской языковой семьи. По данным переписи 1989 г., в Республике Башкортостан ее проживало немногим более 31 920, по данным переписи 2002 г. - 26 000, по данным переписи 2010 г. - 20 300 человек. Сами они четко дифференцируют себя как эрзя и мокша, причем язык и культура эрзя и мокши имеют существенные различия. Мордва проживает компактно в Чишмин- ском, Уфимском, Кармаскалинском и Дуванском районах республики. Мы наблюдаем стабильное уменьшение численности мордвы в республике.

В Республике Башкортостан имеются районы компактного проживания немцев - Благоварский район: д. Пришиб, Алексеевка, Базилевка, Викторовка, Никольское; Давлекановский район - д. Ворошилово; Абзе- лиловский район - п. Северный. В 1989 г. всего в РБ проживало немцев - 11 023 человек, в городах - 9009, в селах - 3814. По данным переписи населения 2002 г., в республике их проживало 8250 человек, а в 2010 г. - 5909 человек. Сами себя они называют «Deutsche» (дойче), в отличие от общепринятого стереотипного названия «немцы». Здесь мы также наблюдаем стабильное уменьшение количества немцев, большей частью обусловленное отъездом на историческую родину.

Численность русских в Башкортостане по переписи 1989 г. составляла 1 548 300 человек, 39,8 % от всего населения республики, по переписи 2002 г. - 1 490 715 человек, 36,3 % от всего населения республики, по переписи 2010 г. - 1 432 906 человек, 36,19 % от всего населения республики. По отношению ко всему русскому населению СССР русские, проживающие в Башкортостане, составили в 1989 г. 1 %; по отношению к населению РСФСР - 1,3 %; в 2002 г. - 1,3 % всего русского населения, в 2010 г. - 1,29 % от всего русского населения страны. Русское население Башкортостана высоко урбанизированно: в 1989 г. в городах РБ проживало 83 % русских, или 1 285 300 человек, на селе - 263 000 человек [234], в 2010 г. - в городских поселениях проживало 1 184 963 человека, это 82,7 % от всей численности русских, проживающих в Башкортостане. Мы наблюдаем некоторую стабильность в количестве русских, проживающих в республике.

Татары - второй по численности этнос в России. Перепись 1989 г. зафиксировала 6 648 760 татар в пределах СССР, из них 5 522 096 - в РСФСР. В Республике Башкортостан они занимали в 1989 г. второе место по численности - 28,4 % (1 120 702 человек в абсолютном исчислении), по переписи 2002 г. - 24,1 % (990 702 человек), а в 2010 г. - 1 009 295, что составляет 24,8 % от населения республики. По отношению к татарам, проживавшим в РСФСР в 1989 г., в Башкортостане проживало 20 % татар, в 2002 г. - 17,8 % татар. В 2002 г. мы наблюдаем уменьшение татарского населения на 2 % по сравнению с 1989 г., а в 2010 г. - увеличение на 0,64 % по сравнению с 2002 г.

Удмурты - один из древних народов Северо-Западного Приуралья. Общая численность удмуртов, проживающих в Российской Федерации, по данным переписи 1989 г., составляла 747 000 человек, в Башкортостане их проживало 23 700 человек. По данным переписи 2002 г., в РБ проживает 22 625 удмуртов [383], по данным переписи 2010 г. - 21 477. Большинство удмуртов проживает в сельских районах республики. Это северные и северо-западные районы: Янаульский, Татышлинский, Калтасинский, Бураев- ский. Мы наблюдаем стабильное уменьшение количественного состава удмуртов по результатам трех переписей примерно на 1000 и более человек.

Украинцы - второй по численности этнос после русских среди славянских народов. По данным переписи 1989 г., в границах бывшего СССР проживало 44 млн украинцев, из них почти 37,5 млн на своей исторической родине - Украине, 4,36 млн - в России, в том числе в Республике Башкортостан - 74 990. В 2002 г. - 55 249 украинцев, в 2010 г. - 39 875. Мы наблюдаем стабильное уменьшение количественного состава украинцев по результатам трех переписей - сначала на 19 741 человек, затем на 15 374.

Чуваши являются одним из крупных тюркоязычных народов России. В 1989 г. в СССР их было около 2 млн человек, и они занимали 16-е место по численности, а в РСФСР - 4-е место после русских, украинцев и татар. В Республике Башкортостан, по данным переписи 1989 г., их проживало 118 500 человек, в 2002 г. - 117 317 человек, в 2010 г. - 107 450 человек. Мы наблюдаем нестабильное уменьшение количественного состава чувашей в 2002 г. на 1183 человека, в 2010 г. - на 9867 человек. По данным переписи 2002 г., в Чувашии численность чувашей по сравнению с 2010 г. уменьшилась более чем на 30 000 человек. В целом удельный вес чувашей в Башкортостане невелик - 2,8 %, но они входят в число крупных этнических образований и занимают в республике 4-е место. Большая часть чувашей Башкортостана (56 %) - сельские жители.

Социально-этническая среда студентов БГПУ отражала почти все национальные группы, проживающие в Башкортостане. Большинство участников опроса имели непродолжительные личные контакты с представителями «оцениваемых» народов вне стен университета, за пределами студенческой группы, поэтому их гетеростереотипы имели социокультурный опосредованный характер. Кроме того, они были представлены дисперсно на различных факультетах БГПУ им М. Акмуллы. Система авто- и гетеростереотипов оказалась богатой на положительные и отрицательные характеристики. Среди гетеростереотипов студенты отметили и общечеловеческие, и личностные качества, присущие той или иной национальной группе. Мы составили перечень модальных стереотипов по десяти наиболее многочисленным национальным группам, проживающим в Республике Башкортостан, на основе характеристик, указанных уфимскими студентами (см. табл. 9). (Стереотипы, совпавшие с данными З.В. Сикевич, представлены только по немцам и русским, так как другие национальности ею не рассматривались. - Лет.).

Таблица 9

Образы национального характера (10 модальных стереотипов, названных уфимскими студентами)

Башкиры

Евреи

Марийцы

Мордва

Немцы

Русские

Татары

Удмурты

Украинцы

Чуваши

Сильные родственные связи

Предприимчивые

Дружелюбные

Простые в общении

Аккуратные

Г осте-

приим-

ные

Чистоплотные

Открытые

Добрые

Трудолюбивые

Скромные

Умные

Шустрые

Точные

Пунктуальные

Добрые

Аккуратные

Г осте-

приим-

ные

Веселые

Любят

свою

культуру

Красивые

Трудолюбивые

Простые

Любовь к культуре

Педантичные

Щедрые

Трудолюбивые

Веселые

Г осте-

приим-

ные

Бывают

очень

умные

Любят

свою

нацию

Практичные

Добрые

Способность к наукам

Скромные

Веселые

Общительные

Простодушные

Любят свою культуру и не стесняются ее

Бывают

очень

глупые

Гостеприимные

Деловые

Веселые

Целеустремленные

Трудолюбивые

Открытые

Смелые

Щедрые

Щедрые

Компетентные

Добросовестные

Умеют устраиваться в жизни

Злобные

Расчетливые

Умные

Широкая

душа

Хозяйственные

Уравновешенные

Красивые

Практичные

Настойчивые

Хитрые

Хитрые

Сплетники

Серьезные

Простые

Националисты

Незащищенные

Скрытные

Добрые

Вредные

Жадные

Легкомысленные

Упрямые

Скупые

Ленивые

Хитрые

Разрозненные

Хитрые

Хитрые

Не желают общаться с другими нациями

Считают свою нацию выше других

Вспыльчивые

Злоязы-

чество

Агрессивные

Любовь к своей культуре

Недоверчивые

Злые

Жадные

Злопамятные

Умственно заторможенные

Равнодушные

Завистливые

Скрытные

Слишком

строгие

Отсутствие родственных связей

Упрямые

Ленивые

Эгоистичные

Вредные

Русские студенты отметили у башкир наличие сильных родственных связей, любовь к своей национальной культуре и одновременно нежелание общаться с другими нациями. Татары отметили, что они не видят разницы между башкирами и татарами, выделив при этом внешнюю привлекательность, красоту башкир, скромность, настойчивость, но в то же время подчеркнув конфликтность, национализм и вредность. Башкиры в автостереотипе отметили, что они гостеприимные, самостоятельные, любят свою национальность, но вредные. Студенты из башкирских семей отметили у башкир гостеприимство, любовь к власти. Таким образом, модальными стереотипами башкирского характера оказались свойства, которые определяют поступки человека и его внешность (скромные, красивые, но вредные), волевые качества (настойчивые), интеллектуальные способности человека (умственно заторможенные), социальные характеристики (клановость, сильные родственные связи), появляется проекция межнациональных отношений (любят свою нацию, не желают общаться с другими нациями).

Большинство определяющих свойств характера (трудолюбие, патриотизм, мужество, целеустремленность) являются общечеловеческими. Поэтому когда речь идет о национальном характере, то имеется в виду не монопольное обладание какой-либо национальной общностью определенными качествами, а их сочетание, формы и оттенки их проявления. При анализе модальных свойств образов национального характера мы обратили внимание на то, что религиозные характеристики не были отмечены ни одним из студентов - представителей национальных групп ни в положительном, ни в отрицательном аспекте. Мы это связываем с тем, что религиозные аспекты личности не актуализированы в студенческом возрасте, несмотря на то, что в целом по России наблюдается религиозный «ренессанс» и в некотором смысле агрессивное сближение религии с системой образования.

Есть еще одна группа, которая имеет характеристики и малой, и большой группы, - это этническая диаспора, или национально-культурная автономия (или национально-культурное объединение), в деятельности которой студенты с ярко выраженным национальным самосознанием (не надо путать с национализмом) иногда охотно принимают участие. Студенты, приехавшие из далеких районов Республики Башкортостан, составляют студенческие землячества, они встречаются, проводят совместно досуг. На эти встречи регулярно приезжают представители администраций районов, они помогают студентам в решении материальных вопросов, предварительно обговаривают условия предстоящей трудовой деятельности выпускников. Когда студенты знакомятся с деятельностью национально-культурных объединений, они становятся членами этих групп, хотя и на небольшой период времени. По опросам, проведенным нами среди уфимских студентов, 36,6 % опрошенных выразили желание участвовать в деятельности национально-культурных объединений. Московские студенты выразили меньшую заинтересованность деятельностью НКО - 19,0 % (см. прил. 2).

Для выявления сходств и различий в представлениях московских и уфимских студентов мы предложили московским студентам назвать характеристики народов, проживающих в России: русские, евреи, чеченцы, татары, чуваши, якуты; в ближнем зарубежье: украинцы, армяне, грузины; в дальнем зарубежье: англичане, вьетнамцы. Состав и количество национальных групп определялись как социально-этнической средой студентов, так и их ближайшим окружением. Для анализа модальных свойств мы выбрали пять национальностей, попавших в поле зрения уфимских студентов: русские, евреи, татары, украинцы, чеченцы. В стартовом исследовании принимали участие студенты Московского городского педагогического университета. В нашу задачу не входило уточнение того, кто именно к какой национальности как относится, это индивидуальное поле ценностных ориентаций.

Мы хотели выяснить, насколько модальные стереотипы, высказанные студентами г. Москвы и г. Уфы, совпадают с модальными стереотипами студентов г. Санкт-Петербурга, представленными З.В. Сике- вич (см. табл. 10).

Таблица 10

Образы национального характера (10 модальных стереотипов, названных студентами г. Москвы)

Русские

Евреи

Татары

Украинцы

Чеченцы

1

2

3

4

5

Добрые

Умные

Добрые

Веселые

Воинственные

Ленивые

Трудолюбивые

Трудолюбивые

Трудолюбивые

Жестокие

Г остеприим- ные

Целеустремленные

Общительные

Г остеприим- ные

Злопамятные

Трудолюбивые

Семейные

Многодетные

Хитрые

Злые

Окончание таблицы 10

1

2

3

4

5

Веселые

Хитрые

Веселые

Любят сало

Кровная

месть

Терпеливые

Жадные

Болтливые

Жадные

Агрессивность

Общительные

Ориентированы на свою нацию

Любят свой родной язык

Эгоистичные

Фанатичные

Открытые

Предупредительные

Почитают свои традиции

Болтливые

Г ордые

Широкая

душа

Интеллигентные

Приветливые

Приспособленцы

Многодетные

Выносливые

Бережливые

Хозяйственные

Хозяйственные

Подозрительные

Можно провести аналогии и с другими национальными группами, находить в них общее и особенное, но контент-анализ модальных свойств рассматриваемых групп в большинстве своем показывает, что в них преобладают положительные общечеловеческие качества, за исключением чеченской нации. Мы приводим модальную характеристику чеченской нации как уникальную по степени отрицательных характеристик, данных московскими студентами в 1998 г.

Сравним также модальные свойства, данные студентами Уфы, Москвы и Санкт-Петербурга по трем нациям: русские, чеченцы и немцы. Такая картина неприязни и нетерпимости, выраженная в модальных свойствах, данных чеченцам студентами г. Москвы и Санкт-Петербурга, дает основания считать, что студенческая молодежь нетерпима в своих высказываниях, выраженных в «легкодоступных аттитюдах», и со временем это может перейти в убеждения и агрессивные действия (см. табл. 11).

Образы национального характера (10 модальных стереотипов, названных студентами г. Москвы, Уфы, Санкт-Петербурга)

Русские

(Москва)

Русские

(Уфа)

Русские

(Санкт-

Петербург)

Чеченцы

(Москва)

Чеченцы

(Санкт-

Петербург)

Добрые

Г остеприим- ные

Добрый

Воинственные

Злой

Ленивые

Добрые

Терпеливый

Жестокие

Агрессивный

Г остеприим- ные

Щедрые

Г остеприим- ный

Злопамятные

Религиозный

Трудолюбивые

Веселые

Трудолюбивый

Злые

Жестокий

Веселые

Открытые

Ленивый

Кровная

месть

Мстительный

Терпеливые

Широкая

душа

Дружелюбный

Агрессивность

Г ордый

Общительные

Простые

Широта души

Фанатичные

Националист

Открытые

Ленивые

Патриот

Г ордые

Вспыльчивый

Широкая

душа

Любовь к своей культуре

Доверчивый

Многодетные

Злопамятный

Выносливые

Отсутствие

родственных

связей

Открытый

Подозрительные

Воинственный

Модальные свойства немцев (германцев), составленные на основе ответов студентов г. Уфы и г. Санкт-Петербурга, имеют много общего (6 из 10), что позволяет нам сделать вывод о том, что данные, полученные нами и по другим национальным группам, коррелируют между собой с максимальной степенью вероятности. Что отличает образы национального характера, так это определенное сочетание этих качеств, не заданное от рождения, а заимствованное от традиционных норм окружения, в котором человек живет с рождения.

В зарубежной этнологии часто понятие модальной личности совпадает с понятием «национальный характер». В структуре человеческой личности имеются и врожденные, и приобретенные элементы. Последние делятся на личностные и массовые, которые являются общими для многих социальных групп, в том числе и национальных. В зависимости от конкретных условий и исторического опыта народов соотношение различных национальных компонентов характера может быть неодинаковым, свойства нации могут быть как положительными, способствующими сотрудничеству, так и отрицательными, препятствующими ему. По мнению Г.Т. Та- вадова, понятие «национальный характер» имеет ряд определенных трудностей в эмпирическом изучении, связанных с непредсказуемостью национального характера, проявляющейся в экстремальных ситуациях, с неопределенностью и размытостью [328, с. 322]. Именно поэтому ярко выраженная негативная окраска модальных свойств чеченцев в восприятии московскими и санкт-петербургскими студентами нас настораживает.

Преподавателям педагогических вузов необходимо обратить на это внимание, так как будущая педагогическая деятельность студентов связана с многонациональной детской средой, в которой будут воспитываться и дети чеченцев. Если педагог придет к ним с такой сформировавшейся установкой (аттитюдом), то проблемная ситуация может стать трудноразрешимой. Для вузовского преподавателя очень важно иметь представление о том, какие стереотипы уже сформированы в студенческом сознании, для того чтобы поддержать положительные из них и по возможности скорректировать отрицательные. В студенческом возрасте происходит завершение формирования мировоззрения, не упустить этот период в развитии личности студента - одна из задач учебно-воспитательной работы. В период обучения в вузе у будущего педагога формируются такие компетенции, как готовность к толерантному восприятию социальных и культурных различий, уважение и бережное отношение к историческому наследию и культурным традициям представителей разных национальностей. Результаты нашего исследования подтверждают наличие стереотипов в восприятии студентами разных наций, а также соотносятся с определением национального характера, данного В.Г. Крысько: «Национальный характер - это исторически сложившаяся совокупность устойчивых психологических черт нации, определяющих привычную манеру поведения и типичный образ жизни людей, их отношение к труду, к другим народам, своей культуре» [395, с. 190]. В национальном характере, как в собирательном образе, проявляются стиль поведения и деятельности, отношение к людям и к себе, волевые, умственные и эмоциональные качества.

Проблема исследования национального характера волновала умы прежде всего русских философов, изучавших в основном собирательный характер русского народа. В области исследования национального характера русской нации много сделано П.А. Сорокиным. В своей работе «Основные черты русской нации в двадцатом столетии» П.А. Сорокин, критикуя методы исследования национального характера, отмечая сложность связанных с этим задач, дает определение русской нации: «Русская нация состоит из трех основных ветвей народа - великороссов, украинцев и белороссов, а также из “русифицированных” или ассимилированных этнических групп, вошедших в состав дореволюционной Российской империи и современного Советского Союза» [322, с. 469]. Сорокин рассматривает русскую нацию как единую социокультурную систему, в нашем понимании это народ России.

Н.А. Бердяев в своей работе «Судьба России» высказывается о противоречивости русской души: «Душа России не покрывается никакими доктринами (в отличие от «духа немецкого народа». - Лет.). Подойти к разгадке тайны, сокрытой в душе России, можно, сразу же признав антиномичность России, жуткую ее противоречивость» [39, с. 11]. Первая антиномичность, которую сформулировал философ, заключается в том, что «самый безгосударственный народ создал такую огромную и могущественную государственность», вторая - самый «анархичный народ так покорен бюрократии, что свободный духом он как будто бы не хочет свободной жизни». Учитывая послереволюционную эпоху, давление тоталитарного режима большевиков, а затем правящей верхушки коммунистов, можно понять, почему народ «не хотел свободы», так как альтернативой был или расстрел, или ГУЛАГ, или просто выдавливание из социальной системы людей, не вписавшихся в нее. В восприятии современниками русского национального характера мы также встречаем проявление «бердяевских антиномий»: трудолюбие - лень, смекалка, находчивость - наивность, доверчивость.

В задачи нашего исследования не входило детальное изучение особенностей национального характера и связанных с ним базовых ценностей нации (коллективизм у русских, индивидуализм у англичан, уверенность в себе у американцев, педантичность у немцев). Это довольно длительный процесс, требующий комплексной междисциплинарной программы исследования на более обширных выборках. Отметим только, что, в отличие от зарубежных исследований, проблема национального характера народов, проживающих в России, до сих пор практически не изучена. Поэтому нам было сложно апеллировать к каким-либо глубоким психологическим исследованиям национального характера русских, башкир, татар и других народов. Мы ставили другую задачу - уточнить представления студентов педагогических вузов о национальных группах ближайшего социально-этнического окружения, не принимая во внимание внутреннюю стратификацию больших национальных групп, попытаться скорректировать отрицательные представления об окружающих народах и по возможности помочь студентам избавиться от отрицательных стереотипов.

В процессе исследования мы проанализировали представления уфимских студентов о взаимосвязи межнациональных отношений с системой образования. Студентам было предложено написать сочинение на тему «Мультикультурное образование». Приведем некоторые отрывки из студенческих сочинений:

  • 1. «...есть такие люди, которые относятся пренебрежительно к другой нации. Например, русские не любят башкир, хотя сами живут в Башкортостане»;
  • 2. «Если в Башкортостане все нации равны в правах, то в обыденной жизни замечается некоторое предпочтение коренной нации в сферах политики, образования, иногда в производственных отношениях»;
  • 3. «У нас в Башкортостане некоторые проживающие здесь национальности не хотят учить башкирский язык»;
  • 4. «Когда большинство учащихся одной нации, а меньшинство другой, то возникают конфликты между учащимися школ»;
  • 5. «В одном классе обучаются дети разных национальностей, и доминирующие как бы давят на другие. В то же время, видя это, учителя не торопятся уладить ситуацию»;
  • 6. «Но мне одно не нравится: когда некоторые татары категорически против брака между людьми разных национальностей»;
  • 7. «Наверное, каждый из нас чувствовал притеснение, косой взгляд на себе. Нет, я не говорю о какой-то нации конкретно»;
  • 8. «Еще хотелось бы сказать об американизации нашего народа»;
  • 9. «У нас культура Башкортостана изучается во всех учебных заведениях, ведь это является региональным компонентом, а почему тогда мы не изучаем культуру других народов? Почему бы не создать у нас в Уфе такие кружки или клубы, где изучалась бы культура других народов, их традиции, где можно было бы изучать языки, которые тебе интересны?»

Письменные работы студентов показали почти весь спектр проблем в сфере межнациональных отношений: это и межнациональная неприязнь, и более высокое положение титульной нации, и возмущение тем, что кто-то не хочет учить язык титульной нации, и конфликты национального большинства с меньшинством, и неподготовленность (или нежелание) некоторых учителей решать проблемы в сфере национальных отношений, а также желание студентов больше узнать о многообразии окружающего мира и т. д. В работах студентов проявились и социокультурные, и аксиологические, и правовые аспекты изучаемого вопроса, наряду с этим вполне четко проявляется желание найти выход из проблемной ситуации. В представлениях студентов имеются прочно устоявшиеся авто- и гетеростереотипы. Насколько они ориентируются на них, можно было судить только по их ответам. Часто свои представления о национальных отношениях, а также о своем опыте в этом вопросе студенты связывали с различными историями, ситуациями из жизни, как во время обучения в школе слышали от учителей оскорбления, связанные с национальными характеристиками.

Анализ состояния межнациональных отношений в студенческой среде, проведенный на базе БГПУ им. М. Акмуллы (г. Уфа), МГПУ (г. Москва), показал, что внешнее благополучие в межнациональных отношениях еще не гарантирует их внутреннее спокойствие. В ходе опроса уфимских и московских студентов при помощи комплекса диагностических методик (анкетирование, ассоциации, контент-анализ и др.), а также при сопоставлении мнения уфимских, московских и санкт-петербургских студентов мы убедились в стойкости авто- и гетеростереотипов, причем отрицательные гетеростереотипы стабильно сопровождали одну национальную группу - чеченскую, что свидетельствует о ярко выраженной нетерпимости молодежи в виде легкодоступных аттитюдов. Преподаватели вузов должны предпринять определенные усилия с целью воспитания у студенческой молодежи уважения и понимания к людям разных национальностей, пересмотра отрицательных стереотипов, отражающих ошибочное представление обо всем народе.

Учитывая этическую сложность исследовательских процедур, мы опирались в основном на социально-этническую среду, окружающую уфимских и московских студентов. По результатам опроса мы выявили, что национальная идентичность начинает осознаваться с дошкольного возраста и продолжает активно развиваться в младшем школьном, школьном и студенческом возрасте по убывающей. Автостереотипы, проявившиеся в ответах студентов, продемонстрировали предпочтение ими своей национальной группы. Мы наблюдаем так называемый внутригрупповой фаворитизм. Как правило, гетеростереотипы в той или иной степени содержали большее число отрицательных свойств. У всех студентов проявлялись неприязнь к чужой группе и любование своей группой (русские: 1 из 10; башкиры и татары: 2 из 10). Анализ ответов студентов из смешанных семей показал полное отсутствие отрицательных характеристик. Как оказалось, мультикультурная среда семьи способствует воспитанию более толерантной личности. Парадоксально то, что монокультурная (национальная) среда, культивируемая этноэлитой и питаемая результатами современных псевдоисследований, формирует личность менее толерантную, чем мультикультурная среда.

Комплекс исследовательских методов позволил нам сделать следующие выводы: 1) стереотипы (убеждения) студентов были сформированы при отсутствии систематических знаний о рассматриваемых объектах; 2) убеждения студентов не всегда связаны и влияют на их поведение; 3) как показывает жизненная практика, в экстремальных ситуациях эти социально незрелые убеждения могут отразиться в демонстративно агрессивном поведении. Об этом свидетельствуют трагические случаи в молодежной среде г. Санкт-Петербурга, Москвы, Нижнего Новгорода и Воронежа, связанные с открытым проявлением расизма у части агрессивно настроенной молодежи. Система высшего образования должна реагировать на социальные изменения в обществе всеми доступными ей средствами, преодолевая формальные подходы дискуссионного характера и стремясь к эффективному решению этих актуальных проблем.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >