Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Журналистика arrow История отечественного телевидения: Взгляд исследователей и практиков

Спрос или предложение? Феномен высоких рейтинговых показателей советского телевидения при формировании анти-масс-культуры на экране

Что же первично на телевидении: спрос или предложение? Эти лукавые категории выдумали, вероятно, или сами телевизионщики, или недобросовестные критики, пытаясь оперировать удобными и емкими понятиями в качестве некоего оправдания за предложенную продукцию.

В этой связи любопытно мнение Даниила Дондурея:

«Мы не понимаем, что эфир — это гигантское общественное благо, такое же, как язык, как недра. Эфир не принадлежит телевизионщикам, не принадлежит владельцам компаний, нс принадлежит государству, более того, даже не принадлежит большим группам общества, потому что, кроме всего прочего, одна из задач гражданского общества — защищать меньшинство перед большинством. Эта серьезная проблема вообще не осмыслена... Нас давно потчуют старыми непрофессиональными сказками по поводу того.

что спрос определяет предложение. Все люди, занимающиеся современной экономикой, особенно в такой сфере, как медиа, прекрасно знают, что давно предложение определяет спрос. Поэтому любые апелляции к рейтингу в значительной степени фальшивы»[1].

Позже в этот же спор включились и кинематографисты, разделяя кино на авторское и коммерческое, то есть, другими словами, на кино «спроса» и «предложения».

Едва ли не первая книга о новой музе, вышедшая в СССР, называлась «Телевидение — это искусство» (1962). Впрочем, именно это некогда утверждение сегодня можно только закавычить. Итак, аттракцион или искусство? (Так ставили вопрос пионеры кино.) Масс-культура или просвещение? (Этот вопрос уместен по отношению к телевидению.) Пример Ираклия Андроникова (а также Чарльза Спенсера Чаплина — в кино, Александра Дюма — в литературе, Иогана Штрауса — в музыке и т.д.) подтверждает, что при всей функциональной антиномии на практике две основные функции (плюса и минуса, просвещения и развлечения) можно успешно совмещать.

Выступления Ираклия Андроникова демонстрировались по советскому телевидению в прайм-тайм (если оперировать современной терминологией). И соответственно имели астрономические рейтинги. То есть отмечалась прямо противоположная формула: предложение неизбежно рождало спрос, который, впрочем, снова и снова рождал предложение на заданном уровне.

Итак, в противовес неутихающим спорам на тему «некачественного продукта» или «некачественного зрителя, который выбирает некачественный продукт», хотелось бы проанализировать творчество титана советской эстрады Ираклия Андроникова (востребованного у всякого зрителя, вне зависимости от уровня его образования, имевшего бесспорно огромные рейтинги с одной стороны и высокий художественный и интеллектуальный уровень предлагаемых текстов с другой) и наиболее популярную передачу советского телевидения (а именно «Голубой огонек»).

Итак, «веховые» нюансы популярности Ираклия Андроникова:

  • 1. Импровизация.
  • 2. Пародийный элемент («Особенно рассказ оживает, когда рассказчик начинает изображать своих героев, передает их произношение, повадки, их отношение и состояние»). Речь идет именно об элементе пародии. Условно можно назвать этот элемент мемуарная пародия. То есть изображаются те люди, которых рассказчик знал лично. В разбираемом нами виде пародии как составной части рассказа доминирующим элементом является не столько комическая, сколько мемуарная основа: Андроников пародирует Алексея Толстого, Максима Горького, Василия Качалова и многих других. В отличие от пародиста (если обсуждать пародию как отдельный тележанр), который изображает только медийные (узнаваемые зрителем) лица, для рассказчика главное — не узнаваемость изображаемых им героев, а интересный импровизационный текст (который воспроизведен по памяти, частично утрирован и доведен до нужной степени комизма, при этом без потери достоверности). Андроников пародирует своих преподавателей, знакомых, друзей, имена которых ни о чем не скажут широкому зрителю. Однако, несмотря на это, его мемуарные пародии имели нужный комедийный и вместе с тем просветительский эффект.
  • 3. Монолог (история рассказана одним рассказчиком, диалоги и даже трилогии воспроизводятся им же, в отличие от скетчев, где имеет место диалог).
  • 4. Субъективный взгляд. В отличие от монопьесы история рассказывается именно от лица конкретного рассказчика (в данном разборе — от лица Ираклия Андроникова), а не придуманного персонажа или гипотетического автора.
  • 5. Детализация и гиперболы в описаниях (совершенно очевидно, что, рассказывая о провале своей лекции в филармонии, Андроников довольно существенно преувеличивал события, нагнетая их до нужной степени комизма).
  • 6. Прямое общение со зрителем. Кстати, в финале разбираемой нами передачи Андроников говорит на камеру, декларируя появление и необходимость нового телевизионного жанра: «С появлением радио и телевидения нужен, наконец, говорящий писатель. Нужна не только книга. Нужна живая литература. Нужна непринужденная, живая беседа, которая была бы обращена к вам, зрителям».
  • 7. Экспрессия и эмоциональность.

Тематический диапазон Ираклия Андроникова также безбрежно широк:

  • 1. Литература в частности и искусство в целом.
  • 2. Выразительный литературный язык.
  • 3. Совмещение просветительской функции и комической доминанты.
  • 4. Истории, основанные как на личных воспоминаниях, так и на архивах.

То есть современному зрителю, даже с высшим образованием, шутки и остроумные высказывания Ираклия Андроникова, вероятно, не всегда могут быть понятны в силу ограниченной эрудиции. Хотя на тот период времени эти выступления были рассчитаны на массовую аудиторию.

Не будем в данной статье рассматривать и оговаривать общий уровень образования в современном обществе, т.к. нас интересует лишь узкий аспект — может ли быть востребованным у рядового среднестатистического зрителя интеллектуальный или высокохудожественный продукт?

Аналогичен краткий разбор контента «Голубого огонька». Если в целом проанализировать сценарии нескольких передач, то можно выделить некие тенденции: сначала — классика, потом — народные песни и лишь затем — эстрада.

В «Голубом огоньке» можно было увидеть такие отнюдь не массовые виды искусств, как балет, опера, оперетта, степ, цыганский романс, цирковые представления. Все то, что сегодня выведено «на задворки» даже телеканалом «Культура».

При этом рейтинги «Огонька» были куда более высокие, чем у его современных аналогов. Сравнения эти, безусловно, не вполне корректные, т.к. можно оперировать более широким выбором каналов и, как следствие, продукта. Однако при написании данной статьи стояла вполне определенная задача: опровергнуть то, что категория «спроса» является первичной.

Итак, вот какие жанры, помимо эстрады, были задействованы в фильме-концерте «Новогоднее похищение» (реж. Ю. Сааков, 1969).

  • 1. Народный танец (танцевальная группа Государственного русского хора им. М. Пятницкого, Краснознаменный ансамбль песни и пляски им. Александрова. Красноярский ансамбль танца Сибири, Дагестанский ансамбль танца «Лезгинка»),
  • 2. Классическая музыка (ансамбль скрипачей Большого театра).
  • 3. Оперетта (Георгий Отс, Татьяна Шмыга).
  • 4. Балет (Майя Плисецкая, Николай Фадеичев).
  • 5. Опера.
  • 6. Романс.
  • 7. Цыганский романс (Николай Сличенко).
  • 8. Пародия (Виктор Чистяков). Интересным моментом является то, что Виктор Чистояков работал в жанре «чистой пародии», без использования сценических костюмов и грима.
  • 9. Степ-танец (Юрий Гусаков и Михаил Кушнер).
  • 10. Клоунада (Олег Попов).

Аналогичный контент использовался и в культовом фильме «Карнавальная ночь» (реж. Э. Рязанов, 1956).

Все это позволяет сделать выводы, что данное жанровое и тематическое наполнение являлось продуманным, преднамеренным и регулярным во всех праздничных передачах и концертах.

Особо хотелось бы подчеркнуть не массовый характер используемых видов искусств, а вполне уместную и органичную подачу для привлечения широкого круга зрителей. Этот важный и интересный момент еще мало проанализирован.

Советское телевидение в своем роде было феноменом — по смелости предлагаемого продукта и его бесспорному восприятию среднестатистическим зрителем.

В итоге мы, по сути, можем опровергнуть деление зрителя как такового на способного воспринимать и понимать серьезные жанры (например, авторское кино, балет или оперу) и не способного к такому восприятию.

Поэтому категории «спрос» и «предложение», вероятно, уместно было бы поменять местами и использовать в качестве аргумента в обратной последовательности.

  • [1] Дондурей Д. Нам нужно пройти еще очень большой путь для того чтобы понимать,что такое телевидение в современном мире. Останкино. [Электронный ресурс]. — Режимдоступа: www.ostankino.ru. 25.10.2005.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы