Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow Мифы и сказки как система исторических свидетельств о происхождении русского этноса

2. Тотем медведя - историко-культурный символ самоорганизации русского народа

2.1. Средиземноморье - прародина пращуров

Поиски исторической прародины русского народа должны основываться на исследовании объективных свидетельств их происхождения. Одним из важнейших свидетельств истории адаптации пращуров к среде обитания за тысячи лег является «гаплоидный генотип» это своего рода «паспорт», который передается из поколения в поколение, мужской «паспорт» - мальчикам, женский «паспорт» - девочкам. Ге- нетический код славян оптимально соответствует условиям зоны лиственных и смешанных лесов. Во времена ледникового периода полоса хвойных, смешанных и лиственных лесов проходила по берегам Средиземноморья, охватывая два континента. Свидетельством миграционной и мифологической преемственности народов доисторической Европы, Азии и Северной Америки является единое название комплекса созвездий, в состав которых входит полярная звезда. Созвездия получили названия «Большая Медведица» и «Малая Медведица», сохранившиеся до сегодняшнего дня, несмотря на отсутствие сходства с фигурой медведя. По мнению Ю. А. Карпенко, расположение звезд раньше действительно напоминало контуры медведя.[1] В мифологии древних греков созвездие Большая Медведица похожа на всем известный ковш, состоящий из 7 ярких звёздочек. У кочевников казахов это созвездие называется «Жепкаракшы» и переводится как «Семь разбойников». У эвенков созвездие отождествляется с образом космического лося Хэглэна, Советский археолог и историк, академик РАН Б. А. Рыбаков писал: «Важнейшее созвездие нашего северного полушария - Большая Медведица - на русском Севере называлось «Лосем», «Сохатым»... У поляков Полярная звезда называется «Лосиной звездой».[2] Название созвездия отражает специфику природно- климатических условий жизнедеятельности этноса и, соответственно, возникает вопрос, почему это было названо в честь тотема древнерусского этноса?

В древней Греции существовала легенда о девушке Каллисто, на которую обратил внимание Зевс - бог грома и молний. Неизвестно, было ли его чувство к нимфе взаимным или нет, но та вскоре родила мальчика Аркада. Об этом узнала гордая богиня Гера - жена любвеобильного громовержца. В порыве ревности она превратила Каллисто в безобразную медведицу. Бог Зевс, оберегая нимфу Каллисто - медведицу от убийства, поместил её на звёздном небе. Контекст этого мифа говорит о том, что древние греки столкнулись с сопротивлением, весьма авторитетных в те времена, племен, чьим тотемом был медведь. Видимо, в результате этого сопротивления, тогда и появились названия «Большая Медведица» и «Малая Медведица», сохранившиеся до сегодняшнего дня, несмотря на утрату сходства с фигурой медведя. Для жителей лесов медведь был не только самым мощным, но и самым мудрым зверем леса. Тысячелетия практики наблюдения древних, живших среди лесов за семью звездами Большой Медведицы, которые были главным ориентиром на небе северного полушария, давала возможность древним планировать свою жизнь. Естественно, что те, кто накопил знания и привел их в систему, и более того могли их использовать, пользовались высоким авторитетом среди других народов. По свидетельству греческих авторов (например, Арата Солийского, «Явления и предсказания», 111 век до н. э.), созвездие использовалось древними греками для навигации.

Во времена ледникового периода полоса хвойных, смешанных и лиственных лесов проходила по берегам Средиземноморья, охватывая два континента. В эпоху глобального и радикально изменения климата неизменно приводило к изменениям традиционной флоры и фауны. Примерно от 12-14 до 10-11 тыс. лет назад на берегах Северной Африки процветала охота на антилоп гну, лошадей и медведей.[3] В египетских мифах, собранных И. В. Раком, есть сюжет о конфликте льва и человека. Лев в своих странствиях встречался со многими животными и все ему рассказывали о власти над ними человека. Наконец владыка лесов и гор - лев встретил медведя, когги которого были обрезаны, а зубы вырваны. Миф рассказывает, как удивился лев. «Неужто человек сильнее даже тебя? - опешил лев. Да, сильнее, потому что он хитрей, - ответил медведь. - Когда-то он был моим слугой и приносил мне пищу. Но однажды этот человек сказал: «Твои когти слишком длинны - они мешают тебе брать еду. А зубы твои слишком слабы, и из-за них ты не можешь в полной мере наслаждаться трапезой. Позволь мне вырвать их, и я принесу тебе вдвое больше лакомств, чем обычно!» Я ему поверил, а он вырвал мои зубы и когти, швырнул мне в глаза песок и убежал. И мне уже нечем было его удержать».[4] Сюжет египетского мифа, в деталях связанный с зубами и когтями медведя, странным образом пересекается с археологическими находками, найденными на территории Европы, а также с традициями и обычаями, отголоски которых сохранились в древних мифах и русских сказках. Соответственно этот миф можно рассматривать, как свидетельство глобального изменения климата, которое стало толчком миграции наших пращуров на север.

Свидетельством изменения естественно природно- климатических условий стали наскальные фрески Тасили-н-Анджеро. На них зафиксировано, что в VIII—VI тыс. до н. э. на пространствах Сахары благословенные для саванны дожди заливали землю, создавая обильные пастбища, пищу стадам копытных и благоприятные условия жизни для племен охотников и скотоводов, а это значит, что племена, занимавшиеся скотоводством, получали возможность использовать значительный экологический потенциал степной флоры. По подсчетам специалистов, этот потенциал составлял примерно 3,400 кг биомассы на один квадратный километр степи. Приблизительно к середине VI- V тыс. до н. э. климат стал постепенно меняться. Дожди становились все более редкими, начали высыхать многочисленные озера, стал исчезать травяной покров и разнообразный животный мир. Началась эпоха превращения африканской саванны в обширные, но скудные пастбища. Выжить среди них могли только кочующие в поисках источников воды племена скотоводов. Их время длилось примерно до середины IV тыс. до н. э.[5] В итоге настала эпоха объединения охотников и кочевников, создававших мощные племенные объединения кочующих воинов, нападающих на поселения местных племен земледельцев. Военное давление кочевников, живших в условиях глобального изменения климата, превращения африканской саванны в полупустыни вынуждало племена земледельцев уходить на север, отказываться от своей исторической прародины. Вынужденный уход земледельцев, поклонявшихся медведю со своей прародины, оставил свой след в египетских мифах.

Более четко мифологическая взаимосвязь народов Средиземноморья и славян демонстрируется мифами древних греков. В древнегреческой мифологии есть образ богини Артемиды, символом которой был медведь и её младшего брата светоносного Аполлона. Характерно, что в греческих мифах медвежья богиня Артемида осталась вне древнегреческого пантеона богов Олимпа. Такое мифологическое свидетельство показывает, что славяне столкнулись с агрессией древних 1реков и союзных им степных племен. Другим свидетельством древнего конфликта стал рассказ о том, чтобы вырастить величайшего героя Троянской войны Ахилла богиня победы Афина совместно с кентавром Хироном кормили его мозгами медведей и печенью львов. Эта деталь мифа свидетельствует о том, что древние греки в прошлом были кочевниками, они пришли из саванн Африки, где доминирующим хищником был лев в леса, где доминировал медведь. Указание на то, что Ахилла кормили мозгами медведей, соответствует практике войны древних греков с лесными племенами, чьим тотемом был медведь. Придя в зону лиственных лесов, древние греки охотились на медведей бывших тотемными символами наших пращуров, т.е. вели с ними войну. По сведениям Евстафия, комментирующего «Землеописание» древнегреческого географа Дионисия, в районе острова, известного под названием «Ахиллов бег», проживали племена тавров, или росов.[6] На связь этих тавров - росов с нашими предками указывает древнее святилище, посвященное Артемиде - чьим символом был медведь. Конфликт наших пращуров с кочевниками, пришедшими из степей и полупустынь, отразился в библейской традиции. Представления о медведе связаны с силой, смелостью, стойкостью, выносливостью, но также с жестокостью, яростью, леностью. В Библии медведь соотносится с персидским царством, несущим смерть и разрушение. Библейские тексты оказали решающее влияние на формирование западноевропейской средневековой традиции, согласно которой медведь обозначает греховную телесную природу человека.

Образ жизни кочевников на обширных пространствах степей создавал естественные предпосылки их объединения в войнах за расширения контролируемых территорий. У лесных племен такие возможности были ограничены, биогеографическими границами энергетических ресурсов территории. Экологический потенциал зоны лиственных лесов, богатых оленем, дает объем биомассы приблизительно от 500 до 1000 кг на один квадратный километр.[7] Древние леса были богаты желудями, буковыми и лесными орехами, ягодами терновника, шиповника, земляники, куманики и малины. Но все эти богатства не давали общинам охотников и собирателей достаточных возможностей для развития. Для того чтобы прокормить общину из 25 человек продуктами охоты и собирательства требовалась территория около 500 кв. км.[8] В этих условиях важно было научится планировать свои действия. Естественной основой такого планирования стали тысячелетия практики наблюдения древних жителей лесов за семью звездами Большой Медведицы, и земным воплощением - медведем. Хозяин языческого леса медведь с осени залегает в берлогу. У медведей бывают излюбленные места зимовок, куда они собираются год от года с целой округи. В разных районах зимний сон длится от 75 до 195 дней. В зависимости от климатических и иных условий медведи находятся в берлогах с октября - ноября до марта - апреля, то есть 5-6 месяцев.

Для жителей лесов пробуждение медведя было связано с окончанием зимы, защитой от всяческого зла и наступлением весны. Недаром с весенним пробуждением медведя древние славяне связывали. Медвежий праздник - комоедицы - праздновался 24 марта как весенний праздник пробуждающегося после зимней спячки в берлоге медведя. К этому дню пекли специальные кушанья, а в самый праздник надевали вывороченные шерстью вверх тулупы и шубы и исполняли особый ганец, воспроизводящий движения просыпающегося медведя. В силу этой традиции медвежья атрибутика в менталитете русского человека была связанна с идеей защиты от нечистой силы. Было принято считать, что медведя боится черт, он чует ведьму в доме, и он может одолеть и изгнать водяного. С помощью медведя снимали порчу с дома и со скота. Чтобы не допустить к скоту «лихого домового», в конюшне вешали медвежью голову, а когда домовой шалил, в хлев вводили медведя. «Свой» домовой, заботящийся о скотине, может иметь облик медведя. Подобно поверьям о волках-оборотнях, существуют рассказы об обращении колдунами участников свадеб в медведей. Говорят, что под шкурой убитой медведицы охотники обнаруживали невесту или сваху, бабу в сарафане. Среди русских охотников до

XIX в. сохранялись предания о том, что если снять с медведя шкуру, то он выглядит, как человек: самец - как мужчина, а медведица - с грудью, как женщина.[9] Для такой веры были основания. Было принято считать, что у медведя человечьи глаза, ступни и пальцы, кроме того он умеет ходить на двух ногах, умывается, кормит грудью, нянчит и любит своих детей. Глядя на прирученных медведей русские люди сформировали воззрения, что этот зверь способен молится, радоваться и горевать, как человек, понимать человеческую речь, иногда сам говорит, мостится весь Рождественский пост: сосет лапу. Как и люди, он неравнодушен к меду и водке. Он «думец» и наделен разумом, но, как говорят, «в медведе думы много, да вон нейдет». Доказательство его человеческого происхождения охотники видят в том, что на медведя и на человека собака лает одинаково, не так, как на зверя.

Анализ исторического фольклора русского народа показывает, что наиболее древним тотемом и первопредком наших пращуров был медведь.[10] В мифах русского народа сохранилось представление о том, что медведь нападает на женщин лишь для того, чтобы увести к себе и сожительствовать с ними. Наши пращуры верили, что от связи человека с медведем рождаются на свет люди, обладающие богатырской силой, герои обширного цикла русских сказок типа Ивана Медвежье Ушко (Медведко). У наших предков, как и у многих народов, бытовало множество преданий о браке или половой связи женщины с медведем, мужчины с медведицей, и произведении ими потомства. Подспудно брачный сюжет присутствует в сказках «Три медведя» или «Маша и медведь», более прозрачно представлен в сюжете «Ивашка - Медвежье Ушко», где от подобного союза родился великий богатырь. Вплоть до XX века в глухих деревнях для достижения милости «хозяина леса» (например, чтобы защитить скот), в лес отводили и привязывали к дереву красивую девушку в качестве невесты для него.

Символика, плодовитости и плодородия Руси применялась в свадебных обрядах. Было принято считать, что медведь, приснившийся девушке, сулит ей жениха. Упоминание А.С. Пушкиным о медведе, приснившимся Татьяне Лариной, тоже не случайно, а соответствует традициям народа. Свадьбу предвещает рев введенного в дом ручного медведя, а также подблюдная песня о медведе. Он символизирует жениха в свадебных песнях. На свадьбе, чтобы заставить молодых целоваться, кричат: «Медведь в углу!» «Петра Ивановича люблю», — должна ответить невеста и поцеловать жениха. Считалось, что если невесту заставить посмотреть в глаза медведю, то по его реву можно определить, девственница она или нет. Когда невеста оказывалась недевственной, пели, что ее «разодрал» медведь. Чтобы муж перестал изменять жене, она мазала влагалище медвежьим салом. Считалось, что женщина излечится от бесплодия, если через нее переступит ручной медведь. На Волге, как у русских, так и других народов, существовал ритуал, но которому бесплодная женщина для исцеления пролезала между задними лапами ручного медведя, имитируя интимную связь с ним. На шкуру этого зверя усаживали молодых, стелили им медвежью полость для рождения здоровых и сильных детей. С идеей плодородия связан обычай ряжения медведем в свадебных, святочных и масленичных обрядах.

Русские сказки донесли до нас отголоски исторического ритуального почитания медведя, единственного хозяина в лесу и стремления стать подобными хозяину леса. Вспомним сказку «Жадная старуха» из знаменитого сборника А. Н. Афанасьева. В ней рассказывается о волшебном дереве, найденном стариком в лесу, которое могло выполнить любое желание. Старик не может самостоятельно принять решение, что свидетельствует о временах матриархата, когда старики были полностью послушны воле своих старух. Старуха пожелала стать равной богам, и волшебное дерево выполнило эго желание, превратив её и старика в медведей. Но ведь в сказке нет даже намека на то, что старуха мечтала превратиться в медведицу, следовательно, память о давно прошедших временах хранило только дерево. Оно отослало героев сказки в безнадежно далекую от них историческую эпоху, когда медведи были богами, носителями высшей мудрости, тотемными символами наших предков. Тему родства с медведем в русском языке отражали понятия: «князь зверей», «лесовой человек», «хозяин (леса, гор)», «владыка». В эпоху матриархата получило распространение славянское народное предание, которое рассказывает о медведице, вскормивших двух сверхъестественных близнецов: Валигору, двигавшего горы, и Вырвидуба, вырывавшего дубы с корнями. Мифологические сведения о «людях-медведях» содержатся в мифах народов, живших среди лесов. Жители малоазиатской Аркадии тоже считали себя потомками внука медведицы.

В зонах таежных лесов, особенно там, где росли кедровые леса, мифологические представления о предках-медведях были распространены среди кетов, эвенков и эвенов, нивхов. По преданиям манси, медведица родила первую женщину, в более поздних версиях, первопредком людей был медведь. Он же выступал в качестве культурного героя и покровителя народа, передавшего ему огонь и лук. Аналогичные верования имеются у ненцев, полагающих, что огонь получили от белого медведя. Обские угры хранят миф о магери-медведице, которая, обучив свою дочь, как обращаться с мясом и костями Медведя, ушла но дороге вверх, став созвездием Малой Медведицы, и связывают обретение огня с бурым медведем. На Американском континенте медвежьи корни усматривают в самоопределении ряда индейских племен. Так, одно из имен, принятых в индейском племени кроу, переводится как «много медведей». Огуз-хан, родоначальник огузов, по преданию, был сыном медведя и имел медвежьи плечи. Индейцы ква- киутль верят в своё происхождение от брака медведицы с нервонред- ком-мужчиной. Со временем в ментальности предков русского народа появились понятия, отражающие систему родственных отношений с медведем типа: «отец», «дед», «дедушка», «старик», «дядя», «отчим», «мать», «бабушка», «старуха».

Свидетельством тотемного почитания медведя стала традиция воспринимать медведя, как символа возрождения даров леса и земли, необходимых для поддержания жизни тех, кто верил в божественную силу своего покровителя. Длительный исторический опыт проживания наших пращуров среди липовых лесов стал основой формирования ментального культа медведя имя, которого подчеркивает его главную слабость и трактуется как «мед ведающий». Цветы липы привлекали пчел, которые роились в дуплах больших деревьев, потому наши пращуры считали липу деревом, исполняющим желания. Липа, хранящая в себе божественный дар и благословение для тех, кто ведал и распоряжался медом, стала божеством, дарующим мудрость. Священные липовые рощи были прообразом райских садов и женщин, носящих в себе долгожданный плод. Подражая волшебному дереву, люди стали хранить запасы в дуплах старых лип, изготавливать из липы разнообразные украшения для дома, деревянную посуду, специальные ритуальные сосуды. Липовый - значило сердечный, мягкий, теплый, нежный и стало олицетворением качеств, противоположных силе и насилию, а потому липа и в наши дни у западных славян имеет значение национального дерева, с которым связывали славянскую сердечность и доброжелательность.[11] Движение лесной полосы на север сопровождалась движением наших пращуров на север в привычные природно- климатические условия жизнедеятельности. Символика дуба и липы является отличительным признаком славянских мифов и сказок. В 1реческой мифологии почитаются и другие деревья, но указание на превращение женщины в липу подтверждается исследованиями славянских верований и обычаев. Во времена матриархата у славян доминировал культ липы, которая издревле почиталась как дерево- родительница, дающее одежду, обувь и укрытие. В Саксонии, нынешней восточной части Германии, которую населяли в древности славянские племена (Лейпциг - искаженное чешское Линско), липовые леса занимали огромные пространства. Липы на сто двадцатом году достигают зрелости, высота дерева доходит до 30 м, а его ствол в диаметре - до 2-2,5 м. У западных славян были известны деревья, возраст которых составлял 800 и даже 1000 лег. Не удивительно, что в языческие времена они служили предметом культа, а в более поздний период - местом сбора народных национальных собраний (гонимых немцами чехов и словаков). Эти свойства липы сделали ее в странах Северной Европы символом женственности, нежности. В европейской геральдике липовые листья изображались на щитах, украшали шлем рыцаря, что указывало на его добросердечие или славянское происхождение.

Историческая преемственность наших пращуров живших согласно мифам в стране Ирий (Вырий), прослеживается в мифах древних греков и текстах Библии. Технологии освоения даров леса отражаются в мифах о садах и столкновениях их создателей с геми, кто в недавнем прошлом был кочевником. Согласно мифам, прародиной садоводства древние греки считали северо-запад Африки, где царил великан Атлас (сын титана Япета, брат Прометея). Его дочери - сестры Гесггериды охраняли яблоки вечной молодости. Древнегреческий миф, созданный кочевниками, воздает хвалу силе и мудрости Геракла, который добыл эти яблоки. На своем пути он наказал великана Антея за то, что ему отказали в гостеприимстве, оторвав от Земли-матери, поддерживавшей сына и отдававшей ему часть своей силы и задушил его в воздух. В четвертой главе книги Бытия, раскрываются сложные отношения старшего брага Каина-земледельца и его младшего брата

Авеля. Согласно Библии Каин позвал «брата Авеля в иоле, где восстал на Авеля и убил его». Внимательное чтение этого порождает множество вопросов. Почему проклятие Бога, осудившего человека работать на земле, добывать в ноте лица хлеб насущный, пало только на голову Каина? Почему используется термин «восстал» при характеристике действий Каина? Сравнительный анализ текстов мифов о подвигах Геракла и рассказа Библии отражает практику становления господства кочевников над земледельцами, утверждения ими права выпаса своего скота на нолях земледельцев.

Глобальное потепление изменило систему отношений между са- доводами-земледельцами и кочевниками. Победа Геракла над великаном Антеем, сыном бога морей Посейдона и богини земли Геи, изгнание Каина отражает миграцию племен земледельцев на север. Поединок Геракла с Антеем согласно мифу проходил на северо-западе Африки. Напомним, что великан Антей был сыном богини земли Геи, и она не смогла поддержать своего сына. Следовательно, наступившая засуха на северо-западе Африки лишила земледельцев сил и возможностей сопротивления. Аналогичные сражения разворачивались в регионах Палестины, Сирии и юго-западной части Турции названной впоследствии «золотым полумесяцем». Там археологи зафиксировали существование натуфийцев, занимавшихся земледелием в XI-IX тыс. до н. э. В этом контексте становится понятным основа сюжета древнерусской былины «Илья Муромец на заставе богатырской». Сюжет о том, как «мать-сыра Земля» дает русскому богатырю силы сбросить с себя врага и отрубить голову Жидовина[12] отражает миграционный маршрут наших пращуров. Возможно, ливийское племя антов было предшественником племенного объединения антов, считающегося основателем славянского союза. Анты упоминаются в источниках IV- VI вв. н. э. и, как утверждал Иордан, жили на пространстве, заключенном между Днепром и Днестром.

Внимательное прочтение мифов народов Средиземноморья демонстрирует ряд косвенных свидетельств, отражающих этнические связи народов древности и исторически реальный процесс движения наших пращуров на просторы Восточно-Европейской равнины. Древнегреческие мифы рассказывают о том, что выдающиеся бессмертные боги Артемида и Аполлон были рождены богиней Лето. Её имя напоминает нам имя древнерусской богини Лада, которая для наших пращуров была символом любви, красоты и покровительницей браков. В Египте и Палестине Лето знали иод именем Лат - богини плодородия, священными деревьями которой были финиковая пальма и олива. В Италии она получила имя Латона. Плутарх, называя Диониса «сыном Лето» («забвение»), имел в виду его более позднюю ипостась - бота виноградной лозы.[13] [14] Следовательно, богиня Лада или Лето была связана с технологиями садоводства и земледелия - коренным населением Балкан - пеласгами и лапифами. Статус богини Лето был чрезвычайно высоким, и поэтому её дети заняли такое значительное место в мифах древней Греции. Её дочь Артемида воспринималась древними жителями всей Малой Азии как богиня - покровительница рожениц и плодородия. В гоже время, с точки зрения древних греков, Артемида рассматривалась как медвежья богиня, с диким и необузданным нравом. Медведь был символом плодородия и миф рассказывает, что Артемида, едва появившись на свет, помогла матери принять рождавшегося вслед за ней Аполлона. Свидетельством такого восприятия был знаменитое изображение Артемиды «многогрудой». Специалисты считают, что статуя Артемиды Эфесской - эго древний идол негреческого происхождения, наглядно демонстрировавший вскармливаю- щую всю природу сущность божества. Над этим изваянием позднее был воздвигнут храм Артемиды Эфесской, который но своему великолепию превосходил даже дельфийский храм Аполлона и является одним из семи чудес света. Этот матриархальный культовый центр был одним из важнейших центров сопротивления экспансии патриархальных племен, выходцев из степей.

Согласно верованиям греков медведица спасла троянского царевича Париса. Согласно мифу, матери Париса приснилось, что она родила пылающий факел, который сжег Трою. Младенца отнесли в горы и оставили там. Но вмешались старые боги, ребенка нашла и пять дней кормила медведица. Поражение в троянской войне в сочетании с последовательным военным давлением кочевых племенных сообществ привело к массовым миграциям наших пращуров на север, вслед за смещающейся зоной лиственных и смешанных лесов. История Востока знает примеры вторжения конных войск киммерийцев, которые жили некогда на территории Крымского полуос трова. По сведениям Евстафия, комментирующего «Землеописание» древнегреческого географа Дионисия, в районе острова, известного под названием «Ахиллов бег», проживали племена тавров, или росов.[15] [16] На связь этих тавров - росов с нашими предками указывает древнее святилище, посвященное Артемиде - чьим символом был медведь. Этноним «рош», который использовал иудейский пророк, совпадает с греческой транскрипцией и произношением народа «рош» как ros, т. е. с русскими. То, что этот этноним в транскрипции византийцев соответствует исторической реальности, подтверждается цитатой ученого гебраиста Де Хвольсона, который исследовал 13 еврейских надписей в Крыму. Одна из таких надписей гласила «...Я был послан в Персию нашим господином - князем хазар Давидом в гот момент, когда он принимал послов от князя Рош Мешех из города Чиоба (Киоба - древнее название Киева, употреблявшееся иностранцами), пришедших к нашему господину, чтобы ознакомиться с религией (нашей)...». Очевидно, что слово употреблялось не только византийскими, но и древнееврейскими источниками для обозначения Руси.

Историко-культурная преемственность коренного населения Балкан - пеласгов и лапифов почитателей культа медвежьей богини Артемиды проявилась в патриархальной традиции, когда медведь стал рассматриваться в функции защитника. Мужчинам стали присваивать имена типа: Миша, Михаил Иваныч, Михаил Потапыч и фамилии Медведев. Пересмотр традиционных отношений переход от матриархата к патриархату отразился в архаичной сказке "Медведь". В ней рассказывается, что пошел старик по дрова, а ему навстречу медведь, который сказывает "Старик, давай бороться". Старик взял, да и отсек медведю гонором лапу ушел домой с лапой и отдал старухе: "Вари, старуха, медвежью лапу". Старуха сейчас взяла, содрала кожу села на нее и начала щипать шерсть, а лапу поставила в печь вариться. Медведь ревел-ревел, надумал и сделал себе липовую лапу идет к старику на деревяшке и грозит им смертью. Медведь взошел в избу, нашел старика и старуху взял, да и съел. О древнем культе медведя и медвежьих лай свидетельствуют многочисленные археологические находки. В славянских могилах найдены кости медвежьих лап с копями, в славянских курганах — глиняные модели медвежьих лап. Вплоть до XX в. многие крестьяне хранили в домах медвежью лапу как талисман-оберег,

3

защищающий своего владельца от болезней, колдовства и всевозможных бед. Такая медвежья лана носила название скотьего бога. Широко распространено представление о медведе как о самом Велесе, которого в летописях часто называют скотьим богом.

С развитием технологий земледелия культ медведя ушел в прошлое. В этих условиях обычай оставлять в дар Велесу, как божеству, несжатые пучки хлебных злаков стал для крестьян бедствием. Походы медведя на ноля стали основой веры, что этот зверь близко знается с нечистой силой, а лешему подвластен как хозяину. Православные крестьяне стали воспринимать Велеса как «лютого зверя», «черта».1 На Руси стали практиковать ритуальные поединки с «лютым зверем» Велеса. Победителя приветствовали как героя и божьего избранника, а убитого медведем человека объявляли грешником, заслужившим подобную участь от бога. В христианстве, низвергнувшем все устои языческой религии, медведь стал символом жестокости, мстительности, прожорливости и алчности. Но в бытовой реальности символика медведя сохранилась в российской геральдике. Так, в гербе Ярославля медведь с золотой секирой на плече символизирует финно-угорское племя мерю; в гербе Сыктывкара медведь в берлоге олицетворяет народ коми; в гербе Туринска выходящий из леса медведь изображает народы ханты и манси. В гербе Перми под эмблемой медведя, стоящего на четырех лапах с Библией на спине, следует подразумевать крещеных пермяков, а в гербе Новгорода Великого два медведя знаменуют нерушимый союз ильменских славян и карел. Разнообразные «медвежьи» эмблемы украшают гербы многих российских дворян. В гербах Гагариных, Гагиных, Гундоровых, Куракиных, Ромодановских, Хил- ковых и Хованских изображен черный медведь, в гербе Полугорских “? коричневый, в гербе Прозоровских серебряный. Эмблемой черного ярославского медведя с золотой секирой на плече отмечены гербы За- секиных, Львовых, Совиных, Сонцовых и Шаховских, а в гербе Лев- шиных изображен медведь с мечом.

В современной эмблематике медведь по-прежнему ассоциируется с Россией, поэтому его образ используется в символике пропрезидентской политической партии «Единая Россия», олицетворяя единство народов России, в традициях и перспективах развития.

  • *См.: Славянская мифология. Энциклопедический словарь. - С. 88.
  • 59

  • [1] См.: Горбовский А. Факты, догадки, гипотезы. — М., 1988. - С. 66.
  • [2] См.: Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. — 2-е изд. — М., 1994. — С. 54. 47
  • [3] См.: История первобытного общества. Эпоха первобытной родовой общины. -М„ 1986.-C.531.
  • [4] Рак И.В. Египетская мифология. - М., 2004. - С.55.
  • [5] См.: Итс Р. Века и поколения. - М, 1976. - С. 48-49.
  • [6] Евстафий Комментарий к «Землеописанию» Дионисия // Скифы: Хрестоматия. - М.,1992.-С. 184.
  • [7] См.: Масон В.М. Экономика и социальный строй древних обществ в свете данныхархеологии. - Л., 1976. - С. 28.
  • [8] См.: Там же. - С. 28.
  • [9] С’м.: Русская мифология. Энциклопедия. - М., 2006. - С. 265, 266.
  • [10] См.: Коваленко С.В., Ермолаева Л.К. Архетипы национального характера: их место ироль в самоорганизации русского этноса. - Иваново, 2008. - С. 13-26.
  • [11] См.: Похлебкин В. В. Словарь международной символики и эмблематики. - М., 2007.-С. 230.
  • [12] См.: Былины. - М, 1986. - С. 128-129.
  • [13] См.: Грейвс. Мифы Древней Греции. - С. 40.
  • [14] См.: Там же. - С. 561.
  • [15] С’м.: Евстафии Комментарий к «Землеописанию» Дионисия ...-С. 184.
  • [16] Цит. по: Лесной С. История «руссов» в неизвращенном виде. - Мюнхен: [б. и.], 1959.- Вып. 8. - С. 799
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы