Формирование межкультурной концептуальной компетенции специалистов международной туристской деятельности

Межкультурная компетенция в подготовке кадров для международного туризма

Растущая взаимозависимость государств, их политических систем, экономик, социальных сфер, культур, систем образования ведет к тому, что межкультурная коммуникация играет все возрастающую роль во всех сферах деятельности.

Глобализационные процессы и тенденции развития в современном мире отражаются на характере и целях межкультурной коммуникации, осуществление которой требует глубокого понимания сложных процессов взаимодействия культур.

Мульгикультурная среда обитания современного человека, с одной стороны, бросает вызов, выставляя требования условий выживания, сосуществования и взаимодействия носителей разных культур в едином пространстве, а с другой - создает предпосылки для мультикультурного образования и воспитания. «Граждане XXI века должны научиться видеть через глаза, сердца и умы людей из культур, отличных от своей собственной» [83, с. 215J.

Различные сферы межкультурного взаимодействия в современном мире требуют от личности и специалиста не только понимания процессов коммуникации культур с целью развития позитивного диалога культур и цивилизаций, но и целенаправленного формирования знаний, умений, способности и готовности к эффективным межкультурным контактам, т. е. межкультурной компетенции. Развитие межкультурной компетенции служит воспитанию межкультурной или мультикультурной личности, отвечающей условиям существования в глобальном мире и потребностям самого индивида.

Другими словами, в обществе существуют как глобальный гуманитарный императив, так и сугубо прагматическое требование времени, практическая потребность обладания межкультурной компетенцией как профессионально значимым качеством специалиста и социально адаптированным к межкультурным условиям современной жизни качеством индивида.

Глобальное туристское пространство - наиболее представительная с точки зрения жанров, стилей, форм, паттернов взаимодействия сфера кросскультурного дискурса: социокультурного, бытового, профессионального, делового, институционального. И онтологически, и эпистемологически, и процедурно международный туризм представляет собой мультикультурный феномен, создающий наиболее естественные и гармоничные условия для формирования межкультурной или мульгикультурной личности как результата трансформации культурной идентичности индивида в эпоху глобализации.

Исследователи обращают внимание на то, что межкультурная компетенция - эго базовая компетенция общества будущего. Межкультурная компетенция - ключ к развитию способности быть толерантным и уважать культурные различия, что характеризует просвещенное глобальное гражданство на различных уровнях будущего человеческого общества [89, с. 437-М38].

Западными специалистами в области систем образования и исследователями межкультурной коммуникации вопрос о необходимости формирования межкультурной компетенции начал подниматься еще в 1950-60-е годы [157, с. 249-255; 131, с. 250—254J, тогда же впервые был введен в оборот и сам термин «межкультурная компетенция». Как отмечает Р. Уайзман, начиная с этого периода межкультурная компетенция рассматривается в контексте исследований адаптации временно проживающих в саране, аккультурации иммшрантов, межгрупповых контактов, культурного шока, кросскультурного тренинга, международного менеджмента и др. [259, с. 191J.

Г.-М. Чен замечает, что только через межкультурную компетенцию люди из разных культур могут взаимодействовать эффективно и продуктивно в глобализирующемся обществе [105, с. 393].

Л. А. Самовар, Р. Э. Портер и Э. Р. МакДэниел отмечают, что формирование компетенции требует от коммуниканта оценки своего коммуникативного поведения и желания вносить в него такие изменения, которые усовершенствуют способ его инге- ракции с людьми из других культур. Исследователи сходятся во мнении, что определение межкультурной компетенции связано с оценкой поведенческих характеристик коммуниканта, так как он является «частью поведенческого обмена и должен быть подготовлен адаптировать свое коммуникативное поведение к специфике взаимодействия, вступая в коммуникацию» [217, с. 377-378J.

Исследователь Б. X. Шпитцберг рассматривает межкультурную компетенцию в широком смысле как производимое впечатление, подтверждающее, что поведение коммуниканта в данном межкультурном контексте является адекватным и эффективным. Исследователь уточняет, что компетенция традиционно рассматривается как «способность или комплекс поведенческих навыков» [228, с. 381J, однако не может сводиться лишь к поведению или самой способности. Важнейшим критерием компетенции является социальная оценка поведения, которая, в свою очередь, включает два критерия: адекватность и эффективность.

Л. И. Гришаева и Л. В. Цурикова определяют межкультурную компетенцию как «владение комплексом коммуникативно релевантных знаний как о родной, гак и о других культурах, умение адекватно использовать эти знания при контактах и взаимодействии с представителями этих культур. Межкультурная компетенция предполагает также наличие у индивида толерантности и особой культурной чувствительности, позволяющих ему преодолеть воздействие стереотипов и адаптироваться к изменяющимся условиям коммуникации при общении с представителями разных культур» [15, с. 309].

По определению О. А. Леонгович, межкультурная компетенция - это «наличие комплекса умений, позволяющих адекватно оценить коммуникативную ситуацию, соотнести интенции с предполагаемым выбором вербальных и невербальных средств, воплотить в жизнь коммуникативное намерение и верифицировать результаты коммуникативного акта с помощью обратной связи» [35, с. 351].

По А. П. Садохину, межкулыурная компетенция - эго «комплекс знаний и умений, позволяющих индивиду в процессе межкультурной коммуникации адекватно оценивать коммуникативную ситуацию, эффективно использовать вербальные и невербальные средства, воплощать в практику коммуникативные намерения и проверять результаты коммуникации с помощью обратной связи» [64, с. 263].

Г. В. Елизарова указывает, что межкультурная компетенция - это «способность осуществлять межкультурное общение посредством создания общего для коммуникантов значения происходящего и достигать в итоге позитивного для обеих сторон результата общения» 119, с. 236J.

Под межкультурной компетенцией современного специалиста (в том числе специалиста туристской деятельности) понимаются освоенные и развитые способность и готовность к адекватному и эффективному профессиональному общению с представителями различных, в том числе иноязычных культур, базирующиеся на знании и понимании, умениях и опыте, культурной восприимчивости, уважении и толерантности, во всем многообразии ситуаций динамично меняющейся профессиональной среды в условиях многополярного мультикультурного глобализирующегося мира.

Компегентностный подход к подготовке современных специалистов нашел отражение в проекте нового Федерального государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования (третьего поколения) РФ. Понятие «компетенция» в проекте ФГОС ВПО определено как «стремление и готовность применять знания, умения и личностные качества для успешной деятельности в определенной области». Проект ФГОС ВПО предусматривает формирование общенаучных, инструментальных, социально-личностных и общекультурных компетенций. На взгляд автора монографии, упущением является отсутствие в проекте нового стандарта в комплексе компетенций межкультурной компетенции, так как современный глобализирующийся мир живет в условиях мультикультурности и многоязычия, и специалисты практически любой деятельности вовлечены в сферу международных, межнациональных, межэтнических, межкультурных отношений, а глобализация будет постоянно расширять профессиональные области межкульгур- ных контактов. Таким образом, межкульгурная компетенция выступает как профессионально значимое качество специалиста, важнейшее слагаемое эффективности его профессиональной деятельности, карьерной успешности, мобильности и востребованности на рынке труда.

Как известно, еще в 1994 г. Совет Европы принял классификацию компетенций современного специалиста, которая включает социально-политическую, межкультурную, коммуникативную, информационную компетенции и компетенцию непрерывного образования.

Обладание межкультурной компетенцией (как на уровне личности, взаимодействующей с другими личностями в муль- тикультурной среде, гак и на уровне специалиста, занимающегося профессиональной деятельностью межкультурного характера, как, например, международный туризм) предполагает сформированное чувство культуры и способность адекватной интерпретации коммуникативных кодов и культурных смыслов поведения участников коммуникации; ощущение и понимание своей идентичностей с одновременным осознанием и признанием других («чужих») идентичностей; способность интерпретации, т. е. понимания не только того, что говорится, демонстрируется и делается, но и того, что скрыто за словами, внешними проявлениями и поступками, того, что мыслится и подразумевается; понимание причинно-следственных связей в межкультурных интеракциях, прогнозирование их последствий и результатов; понимание того, что культурно-специфические практики вплетены в универсально-культурные и совокупно отражаются в межкультурных интеракциях, когда культурные архетипы, национальные языки, культуры, дух и характер вступают в особые взаимосвязи и взаимоотношения; умение вписываться в разнообразные взаимосвязанные паттерны социального поведения; способность к диалогу культур, культурной восприимчивости, сензигивности, уважению и толерантности.

Межкультурная компетенция не является врожденным качеством, не возникает сама по себе в результате накопленного жизненного опыта и не может реализовываться коммуникантом интуитивно с ориентацией на субъективное восприятие коммуникации. Очевидно, что необходимы определенные условия, для того чтобы межкультурная компетенция стала системным устойчивым (воспроизводимым) качеством личности и профессионально значимым качеством специалиста.

Первый шаг в формировании межкультурной компетенции в глобализирующемся обществе, по мнению исследователя Г. М. Чен, - развитие глобальной ментальности [105, с. 394J. Это является необходимым условием открытости к другим культурам для обеспечения межкультурной коммуникации. Глобальная ментальность позволяет индивидам предвидеть наступление глобального общества, прогнозировать изменения в мировых тенденциях, участвовать в процессе регулирования этих изменений, двигаться к социальному контексту, в котором ценятся и находятся в равновесии разнообразие и культурные различия, и, наконец, реализовывать межкультурные умения адекватно и эффективно.

В этой связи Г. М. Чен полагает, что межкультурная компетенция в глобализирующемся обществе, основываясь на глобальной ментальности, состоит из трех компонентов: межкультурной восприимчивости, культурных знаний и поведенческих умений 1105, с. 394J.

Большинство исследователей сходится во мнении, что межкультурная компетенция подразумевает три условия для эффективного и сообразного взаимодействия с представителями других культур, а именно - наличие триединого комплекса знаний, мотиваций и умений L230; 142; 139; 263; 107; 228].

Развитию межкультурной компетенции в первую очередь способствует само знание и понимание природы и характера межкультурной коммуникации.

Л. А. Самовар, Р. Э. Портер и Э. Р. МакДэниел подчеркивают, что для формирования межкультурной компетенции прежде всего необходимо накопить «фонд знаний» о культурных различиях 1217, с. 377].

Д. Барнлунд отмечает, что знание собственной идентичности и понимание культурных различий создают рамки для развития межкультурной компетенции в глобальном обществе [86, с. 26].

Р. Уайзман [263, с. 195-203] полагает, что знания в комплексе межкультурной компетенции предполагают осознание или понимание соответствующей информации и действий. Знающему коммуниканту требуется информация о людях, коммуникативных правилах, контексте, нормативных ожиданиях, управляющих интеракцией с представителем другой культуры. Не обладая такой информацией, коммуникант будет неизбежно допускать ошибки агрибуции, выбирать неверные коммуникативные стратегии, нарушать правила этикета, неправильно определять причины своих ошибок. Для получения требуемых знаний помимо целенаправленной межкультурной подготовки необходимо развивать в себе сензигивность к сигналам обратной связи в коммуникации, «быть когнитивно гибким к принятию и обработке обратной связи». Знания как конструкт компетенции концептуализируются в виде информации, необходимой для адекватной и эффективной интеракции, и когнитивной ориентации для содействия получению такой информации. Данный конструкт охватывает знания другой культуры, себя, беглое владение языком принимающей культуры. Эти виды знаний расширяют понимание межкультурным коммуникантом других и себя с целью облегчения формулирования точных предсказаний и атрибуций. Когнитивные ориентации включают, по мнению исследователей, непредвзятость, непредосудительность, способность к самомонигорингу, способность разрешать проблемы, когнитивную комплексность. Специалисту туристской деятельности помимо знаний своей и контактирующей культур необходимы знания особенностей туристской отраслевой культуры страны-партнера по туристскому бизнесу.

Мотивации определяют комплекс чувств, интенций, потребностей и устремлений, связанных с ожиданием или реальным участием в межкультурной коммуникации. Такие факторы, как тревога, социальная дистанция, аттракция, этноцентризм, предрассудки, могут влиять на индивидуальное решение вступать в коммуникацию. Если страхи, антипатии и тревоги коммуниканта доминируют, то его мотивации будут отрицательными, и он постарается избежать интеракции, даже если располагает необходимыми знаниями и умениями. Если же превалируют уверенность, интерес, симпатии и добрые намерения, то и мотивации будут положительными, а коммуникант будет стремиться к интеракции.

Мотивации как конструкт компетенции включают ряд переменных, влияющих на других участников коммуникации и на саму межкультурную коммуникацию. Исследователи отмечают наличие прямых положительных связей между межкультурной компетенцией и межкультурной восприимчивостью, позитивным воздействием на другую культуру, социальной релаксацией, эмпатией по отношению к другим. При этом обнаружена негативная ассоциация в отношении этноцентризма.

Для специалиста международной туристской деятельности мотивации к вступлению в межкультурную коммуникацию определяются не только общекультурными и социальными дискурсивными потребностями и интенциями, но и необходимостью осуществления эффективной профессиональной совместной деятельности с иностранными партнерами по туристскому бизнесу как в своей стране, так и за рубежом, в системе и структуре мультинациональных и транснациональных компаний.

Умения исследователи относят к реальным поведенческим действиям, воспринимаемым как эффективные и уместные для коммуникативного контекста. Умения должны отвечать требованиям воспроизводимости и целесообразности 1228, с. 382-384J. Если индивид проявляет компетентное поведение по случаю, то это, как уже отмечалось, не может считаться сформированной компетенцией, гак как он не готов устойчиво воспроизводить такое же контекстуально-сообразное поведение с таким же прогнозируемым результатом. Компетентная личность или компетентный специалист должны быть способны воспроизводить «сценарий» бегло, осмысленно, уместно, ориентируясь на конкретные условия, цель и результат. Умения должны всегда проявляться с учетом конкретной цели коммуникации, цель при этом может быть личной (индивидуальной), обоюдной, социальной или контекстуальной [263, с. 196J.

Умения как конструкт компетенции отражают необходимые типы поведения в адекватной и эффективной интеракции с представителями разных культур. К таким типам поведения, позитивно влияющим на межкультурную компетенцию, относят: внимательность, межкультурную находчивость, включенность в интеракцию, распознавание невербальных сообщений- сигналов, адекватное самораскрытие, поведенческую гибкость, управление интеракцией, поддержание идентичности, стратегии уменьшения неуверенности, демонстрацию уважения, непосредственность, способность устанавливать межличностные отношения, ясность выражения и другие. Эти типы поведения отражают способность взаимодействовать в адаптивной, гибкой и поддерживающей манере [263, с. 203J.

Умения в комплексе межкультурной компетенции специалиста туристской деятельности предполагают адекватный выбор паттернов коммуникации и моделей поведения, отражающих специфику дискурса в профессиональной туристской сфере деятельности исходя из конкретной области взаимодействия (международный менеджмент, туроиерейтинг, маркетинг, гостеприимство, анимация и т. д.), а также исходя из типа взаимоотношений акторов в туристском пространстве: «гость - хозяин», «гость - гость», «хозяин - поставщик», «потребитель - поставщик», «поставщик - поставщик».

С точки зрения П. С. Эдлера, знания и умения в формировании межкультурной компетенции в глобализирующемся обществе «не только помогают трансформировать индивидов в муль- тикультурные личности посредством воспитания множественных культурных идентичностей, но и функционируют для подпитывания информированности об этих множественных идентичностях с целью развития глобальной гражданской культуры» [82, с. 244-245J.

Рассматривая задачи формирования межкультурной компетенции, Г.-М. Чен предлагает: 1) развивать такие личные характеристики, как гибкость, восприимчивость, открытость и мотивированность, 2) знать характеристики своей культуры и приобретать знания других культур, 3) учиться адаптироваться под новые паттерны поведения но мере вступления в контакт с людьми из других, отличных от своей собственной, культур 1216, с. 378J. Г.-М. Чен также показывает, как эти задачи могут быть представлены в виде комплексов конкретных поведенческих умений. Первый комплекс назван «умениями посылать сообщения-сигналы» (message skills) - эго вербальные и невербальные коммуникативные умения. Второй - управление интеракцией (interaction management) - эго способность инициировать, завершать и участвовать в адекватной смене ролей или очередности в коммуникации. Третий - умение эффективно проявлять поведенческую гибкость {behavioral flexibility), выбирая из перечня соответствующих стратегий. Четвертый - это управление собственной идентичностью и идентичностью партнера но коммуникации в процессе интеракции {identity management), т. е. умение поддерживать собственную идентичность, при этом сохраняя идентичность другого. Пятый - это развитие взаимоотношений {relationship cultivation), т. е. поддержание баланса независимости и взаимосвязанности процессов интеракции 1105, с. 395-398]. Г.-М. Чен подчеркивает важность установления определенного уровня единения с партнером по коммуникации в целях удовлетворения как его, гак и своих потребностей.

Исходя из признания триединой роли комплекса знаний, мотиваций и умений в формировании межкультурной компетенции, Б.Х. Шпитцберг предлагает интегративную модель межкультурной компетенции, включающую теоретические и эмпирические аспекты и обеспечивающую конкретные прогнозы компетентного поведения (рис. 3.1) [228, с. 383].

Данная модель демонстрирует схему интеракции двух индивидов (актора и соактора), в которую вовлечены их мотивации к общению, знания процесса коммуникации исходя из определенного контекста и умения реализовывать свои мотивации и знания. В ходе интеракции, в каждом эпизоде и между эпизодами, поведение согласуется с ожиданиями каждого из индивидов в отношении другого и всего процесса взаимодействия. Если ожидания реализуются с пользой, тогда коммуниканты воспринимают себя и другого коммуникативно компетентными и ощущают удовлетворение от того, что цели достигнуты. Коммуниканты могут оцениваться как некомпетентные, если

Интегративная модель межкультурной компетенции Б

Рис. 3.1. Интегративная модель межкультурной компетенции Б. X. Шнитцберга [228, с. 382] они недостаточно мотивированы, чтобы действовать компетентно, испытывают недостаток знаний компетентных действий сообразно контексту коммуникации или недостаток коммуникативных умений для осуществления умелой ингерак- ции. Коммуниканты также могут считаться некомпетентными, если один из партнеров имеет нереалистичные ожидания относительно своего собеседника или определенного эпизода 1228, с. 383J.

Кроме того, Б. X. Шнитцберг исходит из понимания межкультурной коммуникации как системы, состоящей из трех взаимозависимых подсистем: индивидуальной, эпизодической и отношенческой [228, с. 382J.

Индивидуальная подсистема включает такие характеристики индивидов-коммуникантов, как склонности, умения, предрасположенность, которые содействуют компетентной интеракции в нормативном социальном смысле. Эпизодическая подсистема включает «те черты определенного актора, которые способствуют компетентной интеракции со стороны конкретного соак- тора в конкретном эпизоде интеракции». Отношенческая подсистема включает те компоненты, которые содействуют компетенции личности в течение всего периода отношений, а не лишь во время данного эпизода интеракции.

Представленные в системе Б. X. Шнитцберга три подсистемы иерархичны: каждый последующий системный уровень подразумевает логику и прогнозы предыдущего. Для того чтобы быть признанным компетентным коммуникантом, необходимо достижение оптимального соотношения всех трех подсистем.

Б. X. Шнитцберг формирует профиль эффективного межкультурного коммуниканта, соответствующего комплексу из 10 принципов: 1) быть мотивированным; 2) быть знающим; 3) практиковать использование эффективных межличностных умений; 4) быть достоверным; 5) пытаться удовлетворять ожидания партнера по коммуникации; 6) устанавливать баланс между потребностями автономии и потребностями иметь близкие отношения; 7) отражать сходство; 8) демонстрировать доверие; 9) предлагать социальную поддержку; 10) иметь доступ к многообразным отношениям [228, с. 393J.

Все три компонента (знания, мотивации, умения) как необходимые условия и конструкты межкультурной компетенции могут быть сформированы через образование, опыт и практику 1263, с. 196J.

Формирование знаний - лишь первый шаг на ну ги достижения понимания того, как работает межкультурная коммуникация. Требуется обязательное совместное и обоюдное практическое участие коммуникантов в интеракции. Это означает, что развитие межкультурной компетенции должно стать организованной деятельностью, в которой участники должны делать одновременные умозаключения и выводы не только о своей роли, но и роли других участников коммуникации. Этот акт взаимного обмена ролями должен иметь место еще до того, как индивиды достигнут такого уровня коммуникации, который в результате приведет к взаимному пониманию, т. е. необходима широкая практическая деятельностная основа для овладения способностью и готовностью к межкультурному взаимодействию. Формирование межкультурной компетенции предполагает, что участники коммуникации должны прийти к пониманию своей собственной культуры и культуры других коммуникантов через систему практических действий и накопление культурного опыта коммуникации. В этом смысле идея авторов Л. А. Самовара, Р. Э. Портера и Э. Р. МакДэниела о том, что любая коммуникация - эго то, что «люди делают сообща, т. е. совместная деятельность, которая включает действие» 1216, с. 377J, подразумевает, что целесообразность, адекватность и эффективность межкулыурного взаимодействия проверяются и верифицируются, закрепляются или корректируются через практику и опыт, завися при этом от каждого из участников коммуникации.

Межкультурная компетенция - это многокомпонентный и многофункциональный комплекс конструктов.

Традиционно вычленяемыми, важнейшими компонентами межкультурной компетенции являются: языковая, коммуникативная и культурная компетенции. Однако разные исследователи выделяют и большее количество компонентов в ее составе. Как уточняет О. А. Леонтович, межкультурная компетенция - это «конгломерат, по крайней мере, трех составляющих: языковой, коммуникативной и культурной компетенций» [35, с. 351].

Языковая компетенция (понятие впервые введено Н. Хомским [110; 109]) обозначает наличие комплекса знаний и умений, способности и готовности на основе практического опыта осуществлять «правильный выбор языковых средств, адекватных для ситуации общения, верную референцию, соотнесение ментальных моделей с формами действительности» [35, с. 45] и воспроизводимость полученного языкового опыта в аналогичных коммуникативных контекстах (ситуациях).

Коммуникативная компетенция (понятие впервые введено Д. Хаймсом [160; 159J) означает наличие комплекса «коммуникативных механизмов, приемов и стратегий, необходимых для обеспечения эффективного процесса общения» [35, с. 46J.

Культурная компетенция предполагает сформированное™ комплекса знаний, навыков, культурного опыта, способности к пониманию инокультурных картин мира, когнитивных структур, «пресуппозиций, фоновых знаний, ценностных установок» [35, с. 47J, культурных архетипов и идентичностей, характерных для контактирующих культур, а также готовности к культурной восприимчивости, уважению и толерантности.

Сложилось стереотипное представление о том, что базовой компонентой, без которой невозможна реализация всего комплекса межкультурной компетенции, является языковая компетенция, и именно в такой иерархической последовательности принято выстраивать данный триединый комплекс: языковая - коммуникативная - культурная. Несмотря на тот факт, что предполагается одновременное овладение данными компетенциями в процессе обучения, накопления опыта и практики, тем не менее, акцент всегда ставится на языковой составляющей. Однако и ученые, и специалисты современных систем образования приходят к выводу, что в условиях глобализирующегося мира, повседневного и повсеместного контакта и столкновения культур и цивилизаций изучение культур становится первостепенной задачей.

Как справедливо отмечает С. Г. Тер-Минасова, язык обманчиво общедоступен. «Даже преодолев языковой барьер, человек стоит перед следующим - еще более грозным и почти непреодолимым препятствием - барьером культурным». Культурные ошибки не так заметны в процессе межкультурной коммуникации, как языковые, но их последствия могут быть чрезвычайно опасными и приводить к серьезным межкультурным конфликтам и трениям. С. Г. Тер-Минасова подчеркивает, что «языковой барьер очевиден, культурный - невидимка», «языковые ошибки воспринимаются добродушно, либерально, в худшем случае - с незлым юмором. Культурные ошибки вызывают резко негативную реакцию» [72, с. 7, 53].

Овладение культурной компетенцией представляется гораздо более сложной задачей как с точки зрения мотивации, содержания или методики, так и с позиции определения критериев и параметров ее сформированное™. Культурная компетенция по многим причинам вырабатывается сложнее, в том числе и потому, что во многих системах образования отсутствуют традиции изучения культур в контексте их межкультурных различий и кросскультурного дискурса.

Если определяться с вопросом, какая из компетенций является базовой компонентой, то исходя из понимания, что язык - часть культуры, ее продукт и одно из средств ее отражения в сознании человека, следует признать, что первооснову составляет культурная компетенция. Именно культурная компетенция предполагает освоение «системы культурных норм, регулирующих поведение и сознание людей», необходимой индивиду для адекватного определения своего места и эффективного функционирования в мультикультурной коммуникативной среде. Размышляя о задачах современного образования, А. Я. Флиер ведет речь о «комплексном обучении человека самой тривиальной и одновременно самой экзотической из всех специальностей - профессии полноценного члена общества» и отмечает, что «подобный комплекс систематических знаний и представлений, умений и навыков, традиций и ценностных ориентаций может быть назван системой культурной компетентности личности». Под культурной компетенцией (компетентностью) индивида ученый понимает такую степень социализированное™ и инкультурированное™, которая «позволяет ему свободно понимать, использовать и вариативно интерпретировать» всю сумму знаний, составляющих «норму общесоциальной эрудированности человека в данной среде, сумму правил, образцов, законов, обычаев, запретов, этикетных установок и иных регуляги- вов поведения, вербальных и невербальных языков коммуници- рования, систему общепринятых символов, мировоззренческих оснований, идеологических и ценностных ориентаций, непосредственных оценок, социальных и мифологических иерархий и г. п.». Далее А. Я. Флиер указывает на то, что культурная компетенция «может быть охарактеризована и как определенного рода утонченность параметров ее социальной адекватности среде проживания, и как идеальная форма проявления этой адекватности». В феномене культурной компетентности ученый выделяет четыре структурные составляющие: 1) компетентность по отношению к институциональным нормам социальной организации; 2) компетентность но отношению к конвенциональным нормам социальной и культурной регуляции; 3) компетентность по отношению к образцам социальной престижности; 4) компетентность, выраженная в уровне полноты и свободы владения языками социальной коммуникации [76, с. 151-153J.

Несмотря на то, что А. Я. Флиер рассуждает о культурной компетенции (компетентности) личности в собственной культурной среде проживания, трактование им культурной компетенции в полной мере применимо к межкультурной личности в отношении к контактирующим культурам, в которых такая личность проживает, обучается и профессионально функционирует. Касательно специалистов сферы международного туризма понимание А. Я. Флиером культурной компетенции в полном объеме вписывается в общую концепцию развития межкультурной компетенции туристских кадров в эпоху глобализации.

С точки зрения терминологии необходимо отметить, что западные ученые делают акцент на коммуникативной компетенции, зачастую сводя межкультурную компетенцию к коммуникативной. Коммуникативная компетенция понимается как неизменно интерактивная и таким образом необходимое, но недостаточное условие для успешного исполнения действия и получения ожидаемых результатов. Этот взгляд основан на том факте, что действительное исполнение и его результаты в любом коммуникативном контакте оказываются под влиянием не только собственной внутренней способности индивида к коммуникации, но и многих других факторов, таких как коммуникативная компетенция другого коммуниканта, особенности, исходящие из самой природы взаимоотношений, совместимость собственных интересов коммуникантов 1172, с. 98J.

В данном контексте необходимо также подчеркнуть, что западные исследователи демонстрируют некоторые различия в подходах к существующим академическим концепциям межкультурной компетенции (также называемой ими межкультурной коммуникативной компетенцией, межкультурными навыками и межкультурной эффективностью) и коммуникативной компетенции (также называемой межличностной коммуникативной компетенцией, межличностной компетенцией, соци- альной компетенцией и человеческой компетенцией).

Ряд авторов предлагает дифференцировать основную (на родном языке коммуниканта) коммуникативную компетенцию и межкультурную коммуникативную компетенцию [172, с. 98-99]. Концепция основной (на родном языке) коммуникативной компетенции сочетает в себе «культурно-специфические» и «общекультурные» измерения, а межкультурная включает помимо «культурно-специфических» и «общекультурных» параме тров также кросскультурный компонент.

Культурно-специфическое измерение объединяет комплекс способностей кодировать и декодировать культурные смыслы, означивать и интерпретировать лингвистические и нелингвистические коды и практики, специфические для данного культурного или субкультурного сообщества [172, с. 98-99J. Общекультурный компонент предполагает владение культурными универсалиями. Кросскульгурный компонент подразумевает способность и готовность коммуниканта взаимодействовать в любых тинах межкультурных контактов, независимо от конкретного культурного контекста.

Как полагает исследователь X. К. Ким, межкультурная (коммуникативная) компетенция предполагает сформированное умение управлять многообразными различиями между коммуникантами (культурными и иными), а также развитую способность справляться с сопутствующими неуверенностью и стрессом, которая помогает иностранцам выдерживать и даже ценить различия вместо того, чтобы противостоять им и реагировать на них, «вставая в позу» [170, с. 215-216].

Следует особо подчеркнуть, что в современной образовательной парадигме с компетентностным подходом к подготовке специалистов языковая, коммуникативная и культурная подготовки неразрывно связаны между собой, создавая основу для формирования соответствующих компетенций. В частности, обучение иностранному языку рассматривается как обучение коммуникации на иностранном языке на базе овладения концен- тосферой иноязычной культуры и формирования инокульгурной картины мира, что, в свою очередь, коррелирует с тремя уровнями языковой компетенции индивида: 1) вербально-семантическим, 2) лингвокогнитивным и 3) мотивационным [29, с. 238]. Коммуникативный подход отражает потребности всех сфер межкультурной деятельности, а международный туризм как индустрия людей с антропоцентрической парадигмой развития требует не сугубо языковой, а лингвокультурной коммуникативной подготовки специалистов.

Ряд исследователей помимо традиционно рассматриваемых языковой, коммуникативной и культурной компетенций дифференцирует и некоторые другие специфические компоненты в составе комплекса межкулыурной компетенции. Так, например, вычленяют такие компетенции, как лингвистическая (а в ее составе - фонетическую, грамматическую, стилистическую)-, речевая (способность и практическая готовность к иноязычному речепроизводству); интерпретационная (способность понимать и трактовать сигналы, символы и знаки контактирующих культур); переводческая - как на параирофессиональном, так и на профессиональном уровнях (для специалистов-пере- водчиков).

Исследователь И. Ким, рассматривая межкультурную компетенцию, выделяет в ее компонентном составе связанные между собой когнитивную, аффективную и операциональную компетенции, каждая из которых объединяет в себе комплекс конструктов.

Когнитивная компетенция включает знание кодов и правил коммуникации, культурное понимание и когнитивную комплексность. Она отражает способность идентифицировать и понимать сообщения в различных ситуациях интеракции со средой. Когнитивный компонент основной (на родном языке) коммуникативной компетенции - это ментальные способности понимания и способности создания смыслов для установления значений различных вербальных и невербальных кодов [172, с. 100, 118J.

Аффективная компетенция сочетает адаптационную мотивацию, гибкость идентичности и эсгетическую/эмоциональную «коориентацию», т. е. способность и готовность направлять свои эмоциональные и мотивационные «двигатели» или «рефлексы» в сторону успешной адаптации в принимающей среде. Р. Тафт идентифицирует аффективную компетенцию как способность иностранцев устанавливать связь с «динамическим» аспектом культуры, которая позволяет индивидам удовлетворять свои «потребности самовыражения» [234, с. 138].

Операциональная компетенция предполагает развитую способность выражать свой когнитивный и аффективный опыт внешне посредством специфического поведения. Операциональная компетенция подразумевает техническую компетенцию, изобретательность и синхронию [172, с. 118].

И. Ким отмечает, что операциональная компетенция концептуально дифференцируется от реального коммуникативного действия. «В го время как операциональная компетенция включает “внутреннюю способность” иностранцев внешне реализовывать поведение в соответствии с культурными паттернами “хозяев”, реальное поведение обязательно является функцией не только операциональной компетенции иностранцев, но также многих других внешних, обстоятельственных факторов, включая поведение другого человека и характер отношений» [172, с. 114].

Исследователи М. Люсгих и И. Кестер подчеркивают зависимость межкультурной компетенции от межличностной компетенции 1181, с. 65], гак как и одна, и другая требуют эффективного поведения, соответствующего ситуации общения. Другими словами, индивид, не обладающий сформированной межличностной компетенцией, не готов к освоению межкультурной. Однако здесь следует особо подчеркнуть, что любые межкультурные контакты носяг характер межличностных, гак как между собой взаимодействуют не абстрактные культуры, а конкретные люди - носители этих культур. Исходя из этого межкультурную компетенцию следует понимать как межличностную компетенцию в межкультурном контексте.

Свою специфику имеют межличностная и межгрупповая межкультурные компетенции, которые предполагают освоение стратегий межсубъектного и межгруппового взаимодействия (управление межкультурной коммуникацией в сфере бизнеса, формирование корпоративной культуры в мультинациональных корпорациях, навыки публичного выступления перед инокуль- турной/мультикульгурной и иноязычной/мультиязычной аудиторией, управление массовой коммуникацией в мультикультур- ной среде и т. и.).

Выделяют межкультурную конфликтную компетенцию - знание, умение, способность и готовность эффективно управлять межкультурными конфликтами. Ее критериями являются адекватность, эффективность, удовлетворение и продуктивность, которые реализуются через обмен сообщениями между людьми из разных культур и отражаются на результате такого обмена. Исследователь С. Тинг-Туми указывает, что развитие данной компетенции связано с трансформирующим личность обучением, «увязывающим межкультурные знания с компетентной конфликтной практикой» [238, с. 57].

Так как ключевым аспектом любой коммуникации является процесс понимания, то целесообразно выделить интерпретационную компетенцию коммуниканта, т. е. сформированную способность декодировать и адекватно понимать транслируемые культурные смыслы и сигналы. Исследователи X. Боуи и К. Мартин полагают, что интерпретационная компетенция требует освоения комплекса интерпретационных сгратегий, включающих, в частности, сокращение разнообразия используемых в коммуникации лексических единиц и упрощение синтаксиса, модификацию высоты звука, громкости и темпа речи, а также стратегий управления дискурсом, включая выбор темы (поддержание гемагической связности и последовательности, развитие темы), равноправное участие в отборе подтем и управление очередностью участия в дискурсе [95,с. 176J.

Виртуальная межкультурная компетенция также называется рядом специалистов неотъемлемой компонентой межкульгур- ной компетенции личности в условиях глобализирующегося мира и информационного общества, формирование которой работники систем образования разных стран начинают с самого раннего возраста, привлекая, например, средства телевидения [206, с. 133J. В подготовке специалистов высшего образования развитие виртуальной межкультурной компетенции межкультурное взаимодействие с инокультурными аудиториями (коммуникантами) посредством электронных ресурсов и интернет-гех- нологий - важнейшее направление образовательной деятельности, гак как культурно-специфические черты, правила и нормы коммуникативного поведения присущи коммуникантам и в виртуальном пространстве, несмотря на распространение глобальных паттернов поведения. Международные интернет-конференции, семинары, он-лайн и он-сайт тренинги, реализация международных проектов и программ, электронная корреспонденция, разработка контента интернет-сайтов и многие другие виды образовательной и профессиональной деятельности специалистов сферы туризма требуют сформированное™ у них виртуальной межкультурной компетенции.

Как уже подчеркивалось, важным критерием оценки межкультурной компетенции является определение эффективности коммуникации, зависящей от компетенции обоих коммуникантов. Для того чтобы быть компетентным, индивид должен не только чувствовать себя компетентным, но его способность должна наблюдаться и подтверждаться людьми, с которыми он взаимодействует [83, с. 2171.

Межкультурная компетенция проявляется только в интерактивном режиме и только в межкультурном контексте общения, т. е. ее сформированнность и эффективность не могут оцениваться в условиях учебной аудитории, в монокультурной среде общения, в имитационных моделях межкультурного тренинга.

Суждения о сформированное™ межкулыурной компетенции зависят от культурных ожиданий оценивающих относительно приемлемых и разрешенных в соответствующих ситуациях и окружении типов поведения [181, с. 65J, причем этими оценивающими должны быть представители контактирующей или принимающей культуры.

По утверждению Б. X. Шпигцберга, коммуникация в межкультурном контексте может быть признана компетентной при условии реализации актором своих целей способом, адекватным контексту [228, с. 381J, причем контекст предполагает различные уровни: культуру в целом, взаимоотношения участников коммуникации, место, функцию [229, с. 28-29J.

Межкультурная компетенция проявляется в конкретных ситуативных контекстах, и как любая компетенция должна постоянно поддерживаться и развиваться сообразно развитию глобального и локальных контекстов, расширяться в различных новых ситуациях межкультурного общения, проходить проверку (верифицироваться), как уже отмечалось ранее, на адекватность и эффективность.

Межкультурная адекватность подразумевает способность соответствовать контекстуальным требованиям в процессе межкультурной коммуникации, а также признавать различные правила действий в различных ситуациях взаимодействия в глобализирующемся обществе. Она указывает, как считает Г.-М. Чен, на «определенное количество отправляемых сообщений, неизменное качество доставки сообщений, релевантность тематических сообщений и ситуации, а также способ выражения» [104, с. 246J.

Межкультурная эффективность - это способность коммуникантов исполнять коммуникативное поведение таким образом, чтобы вызывать желаемые реакции на него в глобальной среде, при этом не нарушая норм и правил партнеров но коммуникации. Межкулыурная эффективность напрямую связана со способностью индивида умело взаимодействовать и адаптироваться к другим индивидам и окружающей среде [105, с. 395J.

Как подчеркивает Р. Л. Уайзман, сочетание адекватности и эффективности влияет на качество интеракции [263, с. 193J. В свою очередь, качество коммуникации можно определять через сопоставление этих двух критериев в 4-х тинах коммуникативных стилей, идентифицируемых Б. X. Шпитцбергом. Исследователь выделяет минимизирующий, удовлетворяющий, максимизирующий и оптимизирующий стили коммуникации [228, с. 382]. Минимизирующая коммуникация неадекватна и неэффективна, что соответствует низкому качеству; удовлетворяющая - адекватна, но неэффективна, не противоречит контексту, но и не реализует персональные цели; максимизирующая - неадекватна, но эффективна, реализует персональные цели коммуникации, но ценой использования неэтичных методов; оптимизирующая коммуникация в полной мере адекватна и эффективна, коммуниканты одновременно реализуют персональные цели, полностью соответствуя контексту, что означает высокое качество и уровень идеальной коммуникации.

Исследователи связывают проблему межкультурной компетенции с различными метатеориями и теориями, которые объясняют ее природу, механизм формирования, прогнозирования ее проявлений в различных коммуникативных контекстах и ситуациях.

Р. Л. Уайзман подразделяет эти теории на три основные группы: теории законов управления внешними проявлениями (covering laws Theories), теории систем (systems theories) и теории действия (human action theories) [263, с. 196-201].

К первой группе отнесены: теория управления беспокойст- вом/неуверенностью (anxiety/uncertainty management) У. Б. Гудикунста и кросскультурная теория «лица» (face negotiation) С. Тинг-Туми, которые раскрывают внешнюю сторону проявлений межкультурной компетенции, а также понимание ее конструктов.

В теории У. Б. Гудикунста эффективная коммуникация относится к способности индивида минимизировать непонимание в контактах с представителями других культур. Индивид испытывает неуверенность по отношению к другим и к ситуации в гой степени, в какой имеет место непонимание. Это непонимание затем пробуждает в индивиде беспокойство, которое в свою очередь создает стимул сократить неуверенность и увеличить осознанность. В соответствии с теорией У. Б. Гудикунста эти базовые процессы инвариантны в любой ситуации, культуре и времени.

Управление беспокойством и неуверенностью - ядро теории У. Б. Гудикунста, которое косвенно передает влияние других переменных на эффективность коммуникации. При том что беспокойство и неуверенность считаются базовыми причинами, влияющими на эффективность коммуникации, другие переменные (например, «Я»-концепт, процессы социальной категоризации, мотивации к коммуникации) рассматриваются как несущественные причины. У. Б. Гудикунсг развивает принципы, устанавливающие причинно-следственные связи между этими внешними причинами и беспокойством/неуверенностью и бес- покойством/неуверенностью и эффективной коммуникацией. У. Б. Гудикунсг особо указывает, что когнитивные, мотивационные и поведенческие факторы влияют на уровни беспокойства и/или неуверенности индивида. Если индивид испытывает значительный уровень беспокойства, то он мотивирован на то, чтобы уменьшить свою неуверенность посредством стратегий уменьшения неуверенности (постановка вопросов, предоставление или раскрытие информации). Уменьшая свою неуверенность при нрогнозировании/диагностировании незнакомцев, индивид будет сокращать непонимание и увеличивать эффективность своей межкультурной компетенции [263, с. 198J.

Теория «лица» С. Тинг-Туми связана с отношенческими измерениями и параметрами адекватности коммуникации. Компетентная межкультурная коммуникация предполагает учет, контроль и управление процессами «потери и сохранения лица» в межкультурных контактах. Теория «лица» рассматривает формирование индивидом собственного имиджа в коммуникации, а также то, как его самовосприятие, самооценка и чувство идентичности соотносятся со степенью, в которой этот собственный имидж поддерживается в контактах с представителями других культур. «Лицо», по определению С. Тинг-Туми, эго «заявленное чувство благоприятного социального самоуважения, которое индивид хочет получить от окружающих в отношении себя». «Лицо» напрямую связано с чувствами собственного достоинства, общественного признания, престижа, а межкультурная коммуникация может выявлять как сильные, гак и слабые стороны «лица», создавать «лицу» угрозы и возможности. Угроза «лицу» индивида в этом смысле является угрозой «Я»-конценгу человека, тому, как человек предпочитает видеть себя и быть увиденным или, по меньшей мере, оцененным другими. Исходя из этог о «работа над лицом» состоит в коммуникации, которую индивид целенаправленно использует для того, чтобы «регулировать свое социальное достоинство и поддерживать или бросать вызов социальному достоинству другого» [237, с. 187-188J.

«Лицо» и «работа над лицом» признаются универсальными феноменами, однако конкретные коммуникативные стратегии, используемые для их реализации, культурно-специфичны.

Обосновывая причинно-следственные связи между переменными «лица», «работы над лицом», культурными измерениями и контекстуальными факторами, С. Тинг-Туми, по утверждению Р. Л. Уайзмана, концептуализировал компетенцию «работы над лицом» как интеграцию трех ключевых измерений: знаний, осознанности и коммуникативных умений в управлении своим и чужим лицом [263, с. 198J.

Под знаниями С. Тинг-Туми подразумевает глубокую осведомленность в вопросах природы и культуры, включенных в конкретную коммуникативную ситуацию. Эта осведомленность предполагает наличие знаний о предрасположенности представителей контактирующих культур к «работе над лицом» и ее культурно-специфических особенностях, к отношенческим целям и коммуникативным стратегиям.

Осознанность включает «внимание к своим внутренним предположениям, когниции и эмоциям и одновременно внимательный настрой к предположениям, когниции и эмоциям других» [237, с. 203J. Необходим внимательный настрой как к себе, так и к другим участникам коммуникации с тем, чтобы эффективно отслеживать, в частности, свой этноцентризм и предубеждения.

Понимание умений взаимодействия С. Тинг-Туми согласуется с пониманием межкультурной компетенции Р. Л. Уайзманом в том, что умения интеракции относятся к «способностям взаимодействовать адекватно, эффективно и адаптивно в данной ситуации» 1237, с. 204J. В комплекс умений взаимодействия исследователь включает «внимательное слушание, внимательное наблюдение, управление “работой над лицом”, формирование доверия и коллаборагивный диалог (диалог с целью сотрудничества)» [263, с. 198J.

Теория «лица» С. Тинг-Туми объясняет, почему тип поддержания лица, используемый конкретной культурой, определяет тин управления конфликтом, применяемый представителями данной культуры в дискурсе: дискуссии, споре, аргументации. С. Тинг-Туми, следуя теории низкоконтекстуальных и высококонтекстуальных культур Э. Холла [144, с. 79-113; 145, с. 59-77], а также теории культурных измерений Г. Хофсгеде [153], отмечает, что в низкоконтекстуальных индивидуалистских культурах ценят открытую вербальную коммуникацию (в которой смысл не спрятан за словами, молчанием или жестами), напористость и откровенность, в то время как в высококонтекстуальных коллективистских культурах верят в каждое действие, жест и другие формы невербальной коммуникации, а решение влияет на всю группу.

С. Тинг-Туми отмечает, что представители индивидуалистских культур больше используют стратегии сохранения «лица», ориентированные на себя, и коммуникативные стратегии поиска поддержки собственного «лица», в то время как носители коллективистских культур больше используют стратегии сохранено ния «лица», ориентированные на других, а также коммуникативные стратегии усиления одобрения чужого «лица» [237, с. 187-206]. Иначе говоря, носители индивидуалистских культур заинтересованы в сохранении собственного «лица» и стремятся к автономии, демонстрируя свободу, личное пространство, простор для дискурса и приватность, а выходцы из коллективистских культур более обеспокоены сохранением «лица» партнера но коммуникации и ценят вовлеченность, проявляющуюся в уважении и одобрении. В этой связи С. Тинг-Туми выделяет четыре тина «лица» как методов коммуникации: «восстановление лица» и «сохранение лица» (характерные преимущественно для низкоконтекстуальных культур), а также «утверждение лица» и «отдача лица» (свойственные в большей степени высококонтекстуальным культурам). То есть теория С. Тинг-Туми закладывает основы межкультурной конфликтной компетенции, о которой шла речь выше. Автор описывает пять стилей управления межкультурными конфликтами, которые применяют носители низко- и высококонтекстуальных культур, а именно: доминирование и интегрирование (в низкоконтекстуальных), избегание, услужение и компромисс (в высококонтекстуальных) [238, с. 1-5J.

Теории систем также раскрывают природу, характер и факторы, влияющие на формирование межкультурной компетенции. К ним исследователи относят уже рассмотренную нами ранее системную модель межкультурной компетенции Б. X. Шнитцберга [228], а также теорию кросскультурной адаптации И. Ким [173].

В своей теории И. Ким представляет кросскульгурную адаптацию как процесс, состоящий из 3-х стадий: стресс - адаптация - рост. Оказавшись в инокультурной среде, индивид-комму- никанг переживает культурный шок, стремление избегать контакты, враждебность или избирательное внимание. Как гомеостатическая система, стремящаяся к равновесию, индивид испытывает мотивацию к адаптации, которая достигается через аккультурацию (обучение) и декультурацию (огучение) [173, с. 175-182]. Данные взаимосвязанные процессы приводят к внутренней трансформации роста, который представляет собой сложное нелинейное движение, характеризующееся подъемами и падениями. Такая межкультурная трансформация, ведущая к кросскультурной адаптации, в конечном итоге ведет и к развитию межкультурной компетенции и формированию мультикулыурной личности. Основными системными переменными в этом процессе являются: коммуникативная компетенция в принимающей культуре, социальная коммуникация в принимающей культуре, этническая социальная коммуникация, окружающая среда и предрасположенность к кросскультурной адаптации [263, с. 200].

Теории действия исследуют смыслы, интерпретации и правила, регулирующие поведение взаимодействующих коммуни- кантов-акторов с точки зрения их межкультурной компетенции. К таким теориям относятся теория культурной идентичности М. Дж. Кольера и М. Томаса [117-120] и теория управления идентичностью У. Р. Канэка и Т. Т. Имахори [124].

В теории М. Дж. Кольера и М. Томаса конструкты культуры и культурной идентичности определены как концепты, которые возникают и транслируются в процессе коммуникации с другими акторами, принимая формы паттернов, смыслов, интерпретаций и правил поведения. По мнению Р. Л. Уайзмана, особое значение при этом придается субъективному опыту и интерпретации поведения. Культурная идентичность индивида передается через два вида параметров: 1) конституирующее измерение (символы, интерпретации, смыслы); 2) нормативное измерение (правила поведения и поведенческие компетенции). Индивиды совместно создают и координируют смыслы и правила для изучения и провозглашения своих культурных идентичностей, т. е. компетентная межкультурная коммуникация требует ог индивидов понимания смыслов, правил и кодов адекватной коммуникации [263, с. 200].

Авторы теории культурной идентичности М. Дж. Кольер и М. Томас выводят ряд аксиом, подтверждающих межкультурные черты коммуникации, значимость и признаки межкультурной компетенции, а также взаимозависимость и взаимовлияние различных конструктов межкультурной компетенции (в частности, культурной, языковой и коммуникативной компетенций): 1) «чем больше культурные идентичности различаются в дискурсе, тем более межкультурным является контакт»; 2) «чем больше нормы и смыслы различаются в дискурсе, гем более межкультурным является контакт»; 3) «чем больше индивидов имеют межкультурную компетенцию, тем больше они способны развивать и поддерживать межкультурные отношения»; 4) чем больше культурная идентичность, приписываемая одним индивидом другому, соответствует признанной культурной идентичности другого индивида, тем выше межкулыурная компетенция; 5) «лингвистические корреляты (референции), относящиеся к культурной идентичности, систематически изменяются вместе с социоконтекстуальными факторами, такими как участники, типы эпизодов коммуникации и тема» [120, с. 112-116].

В теории У. Р. Капэка и Т. Т. Имахори идентичность дает индивиду «чувство собственного онтологического статуса и служит интерпретационными рамками для опыта» [124, с. 113J. Межкультурный характер взаимодействия накладывает на межличностную коммуникацию двух участников (акторов) дополнительные условия или требования, связанные с их разными культурными идентичностями. Разные самостоятельные идентичности нуждаются в том, чтобы их реализовывали, сохраняли, поддерживали оба актора, проявляя культурную восприимчивость, уважительность, терпимость, политкорректность, вежливость и другие качества межкультурной личности.

Межкультурная коммуникативная компетенция - «это вопрос успешной реализации взаимно принятых идентичностей в процессе интеракции». Р. Л. Уайзман подчеркивает, что компетентные межкультурные коммуниканты должны быть способны улаживать три диалектических момента «напряженности»: 1) поддержку своего и чужого «лица»; 2) поддержку компетентности «лица» (проявление расположения, предоставление полномочий) или автономии «лица» (уважение конфиденциальности, частной жизни, независимости); 3) подтверждение культурной идентичности другого или реализацию совместно определяемой культурной идентичности (минимизация культурных различий)[263, с. 201J.

Компетенция коммуниканта является производной от понимания собственного «я» (self) и понимания других [245, с. XXJ. «Я»-концепт - это динамическое образование, находящееся в постоянном развитии. Межкультурная компетенция должна постоянно верифицироваться, поддерживаться, обновляться, гак как и идентичности коммуникантов, и культурные контексты, и сами коммуникативные стратегии постоянно развиваются и меняются.

Важно еще раз подчеркнуть, что степень успешности в формировании межкультурной компетенции индивида и специалиста, в нашем случае специалиста туристской деятельности, зависит и от типа его родной культуры (например, является она преимущественно индивидуалистской или коллективистской), и от культурно-специфических особенностей его культурного архетипа (национального характера, менталитета, духа, исторической памяти), т. е. насколько готовность, способности и умения вступать в диалог, быть толерантным, гибким, культурно-восприимчивым и т. д. свойственны носителям его культуры в целом, а также насколько развита в его культуре туристская сфера, каковы традиции приема гостей в его культурном сообществе и, соответственно, насколько сложной в этом смысле может быть межкультурная трансформация личности коммуниканта в процессе обучения, практики и различных видов получения и накопления опыта межкультурной коммуникации.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >