1.2. Концепт, концептосфера, концептуальное пространство как лингвокультурные категории

Концепт - междисциплинарный и зонтичный термин, который используется в различных науках, включая культурологию, лингвокультурологию, теорию межкультурной коммуникации.

В данном исследовании автор придерживается понимания концепта с позиций культуры, т. е. рассматривает культурные концепты, а с позиций их отражения в языке - лингвокультурные концепты. Другими словами, речь идет о культурном и лингвокультурном понимании концепта. «"Концепт" в лингвокультурологических текстах - это прежде всего вербализованный культурный смысл, и он "по умолчанию" является лингвокультурным концептом (лингвоконцептом) - семантической единицей "языка" культуры» [7, с. 13].

Однако необходимо отметить, что четко отделить лингвокультурное понимание от лингвокогнитивного осмысления концептов вряд ли возможно, так как процессы сознания, мышления, познания неразрывно связаны с культурной средой и «овеществлением» концептов в языке. Концепт - это и ментальное образование, и базовая единица культуры.

Концептуализация как процесс формирования концептов в сознании индивида и сообщества - эго способ и форма освоения действительности. Концептуализация - процесс «познавательной деятельности человека, заключающейся в осмыслении поступающей к нему информации и приводящей к образованию концепта, концептуальных структур и всей концептуальной системы в мозгу (психике) человека» [34, с. 93].

С концептуализацией связано картирование мира, т. е. формирование концептуальной и языковой картин мира. Научный, профессиональный и иной специализированный взгляд на окружающую реальность может вызвать необходимость формирования и других картин мира, например туристской (т. е. картины мира через призму туризма и глазами туриста).

Концепт образован фактом культурной жизни индивида или сообщества, при этом имеет не только культурную, но и социальную значимость.

Концепт признается единицей мышления, единицей культурного смысла и базовой единицей любой коммуникации, играющей решающую роль в процессах понимания как неотъемлемого компонента коммуникации. В межкультурной коммуникации роль концептов как единиц культурных смыслов возрастает многократно, гак как их декодированию в межкультурном коммуникативном процессе зачастую не может способствовать ни общий для коммуникантов лингвистический или экстралингвис- тический контекст, ни общие фоновые знания, как это происходило бы в коммуникации носителей одной лингвокультуры.

Научный интерес к концепту возродился в начале прошлого века. По утверждению С. С. Неретиной, новое время и современная наука потребовали в поисках смыслов текста ставить акцент не на логическое определение или вывод, а опираться «на идею концепта и введение в собственно логическое тропологического, двуосмысленного (эквивокагивного), введение идеи "говорящей вещи"» [49, с. 7]. С. С. Неретина утверждает, что эта «говорящая вещь» «задается субъекг-субъектными отношениями и только как ими порожденная может быть объектом, аккумулирующим в себе их энергию» [49, с. 16].

Красных В. В. считает, что концепт - это «некая максимально абстрагированная идея "культурного предмета", не имеющего визуального прототипического образа, хотя и возможны визуально-образные ассоциации, с ним связанные» [33, с. 272].

Специалисты отмечают, что после лингвистического поворота в философии в 1920-е годы, «после различения Ф. де Соссюром языка и речи, после возрождения неогумбольдтианства, начинается интенсивное обсуждение концепта как специфической познавательной формы, его размежевание с понятием и связь с тропами» [69, с. 259].

Ряд современных научных, научно-энциклопедических и научно-справочных трудов содержательно практически уравнивает концепт и понятие, определяя концепт как (например, «Философский словарь»): «1) формулировку, умственный образ, общую мысль, понятие; 2) в логической семантике - смысл имени» [75, с. 262]. Имеются работы, построенные на оперировании только понятиями, и напротив, ряд ученых пользуется только термином «концепт». Так, Ж. Делёз и Ф. Гваггари «снимают проблему различий понятия и концепта, ибо для них все - le concept» [69, с. 260].

Отчасти нравы ге эксперты, которые объясняют «тотальную концептуализацию» речемыслительных фактов тем языковым фактом, что, например, в английском языке «concept» (концепт) традиционно используется чаще, нежели «notion» (понятие), а употребление «concept» в иностранных источниках зачастую переводят на русский язык как «понятие».

В отечественной науке теория концепта детально разработана, и современные ученые (в частности, лингвокультурологи и лингвокогнитологи) не без оснований разделяют термины «концепт» и «понятие».

Как и в период Средневековья, современная идея концепта связана с идеей речи: все оказывается погруженным в языковую стихию, а потому, по мнению экспертов, «абсолютно оправданно называть эго речевое схватывание концептом, которому нет оппозиции в понятии» [69, с. 260]. Опираясь на идею «эквиво- кации» (двуосмысленносги), ученые поясняют, что «в мире возможностей, связанном с текучестью, а потому и основанном на эквивокации, нет места понятию, останавливающему текучесть, связывающему разнообразие субъектов в некое субъективное единство» [49, с. 30]. Концепт - эго событие, а «события - это не понятие. Приписываемая им противоречивость (манифестируемая в понятии) есть как раз результат их несовместимости, а не наоборот» [17, с. 205]. С. С. Неретина утверждает, что концепты «связаны не формами рассудка, они есть производное возвышенного духа, или ума, который способен творчески воспроизводить или собирать (concipere) Смыслы и помыслы как универсальное, представляющее собой связь вещей и речей, и который включает в себя рассудок как свою часть. Концепт как высказывающая речь, таким образом, не тождествен понятию, а концепция не тождественна теории, поскольку не является объективным единством понятий». Понятие, в трактовке С. С. Нерегиной, - это объективное идеальное единство предмета, связанное со структурами языка, выполняющего функции становления мысли, независимо от общения, а концепт формируется речью [49, с. 30].

Ю. Степанов, полагая, что «концепт - явление того же порядка, что и понятие», четко их разграничивает и подчеркивает, что эго термины разных наук: «понятие» употребляется главным образом в логике и философии, тогда как «концепт» помимо того, что является термином математической логики, в последнее время закрепился и в культурологии [66, с. 42]. Исследователь утверждает, что по своей внутренней форме в русском языке слова «концепт» и «понятие» одинаковы, однако в научном языке они употребляются как синонимы лишь изредка, будучи довольно четко разграниченными. Разграничивая концепт и понятие, Ю. Степанов подчеркивает, что в понятии различают объем - класс предметов, который подходит иод данное понятие, и содержание - совокупность общих и существенных признаков понятия, соответствующих этому классу. Термином «концепт» называют лишь содержание понятия; таким образом, термин «концепт» становится синонимичным термину «смысл», в го время как термин «значение» становится синонимичным термину «объем понятия». То есть «значение» слова - это тот предмет, к которому это слово применимо, а «концепт» - эго смысл слова [66, с. 44].

Исследователь Е. Е. Стефанский также четко дифференцирует термины «концепт» и «понятие». Понятие, в его видении, - это совокупность существенных признаков объекта, отличающих его от сходных объектов, а концепт - это понятие, погруженное в культуру. «Концепт всегда национально специфичен даже в том случае, если слова, в которых он вербализовался, оказываются эквивалентами друг друга в переводных словарях» [68, с. 237].

В. И. Карасик, сопоставляя концепт и понятие, отмечает, что концепт - это «хранящаяся в индивидуальной либо коллективной памяти значимая информация, обладающая определенной ценностью, это переживаемая информация», а «понятие, которое влечет за собой систему логических терминов, таких как суждение и умозаключение, это сгусток рациональной части концепта, т. е. то содержание, которое включает только сущесгвенные характеристики объекта и рационально мыслится, а не переживается» [27, с. 128-129].

Авторы В. Г. Зинченко, В. Г. Зусман, 3. И. Кирнозе противопоставляют концепт и понятие на том основании, что в концепт входит потенциальная субъективность, а субъективность противоположна понятию но определению [21, с. 163].

Ж. Делёз определяет концепт как «мыслительный акт» и как некое чистое Событие, некую этосгь, некую целостность, как неразделимость конечного числа разнородных составляющих [18, с. 27-28]. А. А. Григорьев, комментируя точку зрения Ж. Делёза, подчеркивает: «У Ж. Делёза характерные черты концепта выглядят явной антитезой понятию (субъективность, вариативность, фрагментарность)» [14, с. 66].

С. С. Неретина сопоставляет концепт с понятием, параллельно доказывая неразрывную связь культуры и коммуникации. В отличие от понятия концепт формируется речью, «осуществляющейся "по ту сторону" грамматики - в пространстве человеческой души с ее ритмами, энергией, внутренней жестикуляцией, интонацией»; концепт предельно субъектен; концепт предполагает при своем формировании наличие другого субъекта - слушателя или читателя; в ответах на его (субъекта) вопросы концепт актуализирует свои смыслы; намять и воображение являются «неотторжимыми свойствами концепта, направленного на понимание здесь и теперь, в едином миге настоящего»; концепт синтезирует в себе три способности души и как акт памяти ориентирован в прошлое, как акт воображения - в будущее, а как акт суждения - в настоящее [48, с. 141]. То есть концептуальный и понятийный подходы к освоению действительности и ее культурных реалий по-разному «видят» и членят мир. Кроме того, концепт рождается, развивается и существует в коммуникации, в то время как понятие функционирует вне и независимо от процессов общения.

Ряд исследователей-лингвокульгурологов полагает, что термин «концепт» и его дифференциальные признаки, отличающие его от «понятия», хорошо разработанные в российской культурологии и лингвистике и дифференцированно используемые, в частности, в теории межкультурной коммуникации, остаются неизвестными западным, и в том числе американским, специалистам, занимающимся проблемами языка и коммуникации [36, с. 110]. Думается, что это верно лишь отчасти. Действительно, есть специалисты (в основном практики языка и коммуникации), ставящие знак равенства между этими двумя терминами.

Однако разграничение между концептом (concept) и понятием (notion) четко прослеживается во многих работах не только отечественных, но и зарубежных ученых.

Еще американский философ XIX века Фрэнсис Боуэн в «Трактате о логике», формулируя свою «доктрину концептов», пишет, что «концепт - эго комбинирование или редукция до единицы Мысли тех элементов и качеств объектов, о которых мы думаем, в результате чего они отличаются от всех других объектов, и особенно от тех, которые в остальном наиболее всего сходны с ними». Далее Фр. Боуэн разъясняет отличия «концепта» и «понятия» исходя из того, что «концепт» и «понятие», часто используемые как синонимы, лучше всего различимы этимологически: «Концепт (соп-сареге) - как схватывание и заключение множества свойств в одну Мысль, понятие (noscere notis) - как учитывание нескольких Меток или характеристик объекта». Значение понятия может быть удобно сведено к пониманию- восприятию (apprehension) любой отдельной Метки (nota), в то время как концепт означает понимание-постижение (comprehension) всех свойств, которые характерны для определенного класса вещей [96, с. 59].

Ученый Ю. С. Степанов утверждает, что концепт - эго сгусток культуры в сознании человека; то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека, и то, посредством чего человек, не «творец культурных ценностей», сам входит в культуру, а в некоторых случаях и влияет на нее. В отличие от понятий в собственном смысле концепты не только мыслятся, они переживаются. Они - предмет эмоций, симпатий и антипатий, а иногда и столкновений [66, с. 43]. Ю. С. Степанов считает, что концепты следует рассматривать как безобъемные (в отличие от понятий), чистые смыслы [66, с. 79].

В. И. Карасик подчеркивает, что концепт принадлежит сознанию и включает, в отличие от понятия, не только описательно-квалификационные, но и чувственно-волевые и образно-эм- нирические характеристики [27, с. 115].

Е. Кубрякова полагает, что концепт как лингвокогнитивное явление - эго единица «ментальных или психических ресурсов нашего сознания и той информационной структуры, которая отражает знания и опыт человека; оперативная содержательная единица памяти, ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга (lingua mentalis), всей картины мира, отраженной в человеческой психике». Часть концептов имеет языковую привязку, другие концепты представлены в психике особыми ментальными репрезентациями - образами, картинками, схемами и т. п. [34, с. 90-93].

В современном зарубежном исследовании «Дискурс, коммуникация и туризм» (работе, в которой впервые объединились социолингвисты, лингвокультурологи и теоретики туризма) авторы следуют четкому дифференцированному использованию терминов «концепт» (concept) и «понятие» (notion) [166, с. 1-13]. Так, например, «идентичность», «аутентичность» и даже «турист» и «путешественник» исследуются в указанной работе и как понятия, и контрастивно - как концепты. В другой работе иностранных авторов «Туризм и социальные идентичности: глобальные рамки и местные реальности» рассматриваются не только различия терминов «концепт» и «понятие» на примере конкретных туристских реалий, но и подчеркивается, что современные социокультурные смыслы таких концептов, как, например, «туризм», «место», «идентичность», «противоречат конвенциональным понятиям» этих культурных фактов [101, с. 91-92].

Концепт - это микромодель культуры, а культура - макромодель концепта. Концепт порождает культуру и порождается ею [23, с. 41; 21, с. 174]. В. И. Карасик проводит параллель между человеком как микрокосмом и космосом, с одной стороны, и концептом и культурой - с другой [27, с. 115].

С позиции коммуникации концепты порождают коммуникацию в системе «культура» и сами же порождаются ею [21, с. 174, 218]. Концепт, по утверждению Д. С. Лихачёва, - это уже потенциальный дискурс [37, с. 3-9].

В рождении лингвокультурного концепта участвует феноменологическое триединство: сознание - культура - язык. При этом многие исследователи выделяют три непременных аспекта, или стороны концепта: образ, понятие, ценность. Автор разделяет позицию ученого В. И. Карасика, который выделяет в культурных концептах образную, понятийную и ценностную составляющие [27, с. 118]. Ценностный подход учитывает важность аффективной стороны концепта; образная составляющая коррелирует с перцептивной и когнитивной сторонами концепта; понятийная - выводит на языковое воплощение рассматриваемого явления [28, с. 78].

Фактически категории образности и ценностное™ являются критериальными для дифференциации концептов и понятий. Если представить схематично, то понятие, обличенное в образ и заряженное ценностью, становится концептом. Другими словами, концепт - эго понятие о культурном факте (объекте, иредмете, явлении, процессе, идее), образно окрашенное и ценностно заряженное.

Образная сторона концепта - это все сенсорно воспринимаемые характеристики предметов, явлений, событий, отраженных в памяти и являющихся релевантными признаками практического знания. Понятийная сторона концепта - это его языковая фиксация: обозначение, описание, признаковая структура, дефиниция, сопоставительные характеристики но отношению к другим рядам концептов, которые никогда не сущес твуют изолированно. Ценностная сторона концепта - это его важность как для отдельного индивида, так и для коллектива. Автор соглашается с мнением В. И. Карасика, что ценностная сторона является определяющей для выделения концепта [27, с. 129].

Близкой позиции придерживается и С. Г. Воркачёв, который также выделяет в семантическом составе концепта три составляющие: понятийную, отражающую его признаковую и дефи- ниционную структуру, образную, фиксирующую когнитивные метафоры, поддерживающие концепт в языковом сознании, и значимостную, определяемую местом, которое занимает имя концепта в языковой системе [6, с. 80].

Концепт - это результат сложных процессов порождения смыслов. Концепт - эго культурно отмеченный вербализованный смысл, представленный в плане выражения целым рядом своих языковых реализаций, образующих соответствующую лексико-семантическую парадигму; единица коллективного знания, имеющая языковое выражение и отмеченная этнокультурной спецификой [5, с. 272]. Как смыслы, возникающие в процессе коммуникации, и базовые единицы межкулыурного взаимодействия концепты являются посредниками между экстралин- гвистической и лингвистической реальностью. Воплощая смыслы, которыми оперирует человек в процессах мышления, они отражают содержание знания, опыта, результатов деятельности и процессов познания в виде «квантов» знания [41, с. 31].

Смыслы возникают при постижении отмеченных сущностей объектов, только им присущих качеств и специфических отношений между объектами. Еще Фр. Боуэн подчеркивал, что для появления и существования концепта необходимо, чтобы в его базисе имелась некая сущность, которая придавала бы ему единство. Есть два вида экзистенции, один из которых предполагается мыслью, т. е. - реальный, а другой - воображаемый или потенциальный. Тог или другой должен войти в каждый концепт не как приписанный ему, а как предполагаемый в его формировании. Все существующее должно существовать в определенном модусе, т. е. иметь одно и более качеств. Для концептуализации объекта с отграничением его от других объектов необходимо приписывание ему качеств или конкретных модусов экзистенции. Предполагая экзистенцию, мы получаем объект возможной мысли. Придавая ей качества, мы получаем объект действительной мысли. Объект существует сам по себе, качество существует только в объекте, т. е. в чем-то, отличном от себя. Объект становится концептом, в том числе при сопоставлении его с другими, а также через отношения с ними. Отношение не существует ни само но себе, ни в объекте, отличном от него, а между объектом и другим объектом, с которым его сравнивают. Отношения не просто являются результатом сравнения и различения, что есть истинно для всех качеств, но оно существует только между одним объектом и другим, и поэтому вызывает необходимость мысли об обоих [96, с. 63].

Концепт получает завершенный вид и образ при его сравнении с другими концептами его ряда или ноля и пространства функционирования, а также при сопоставлении с концептами- аналогами из других лингвокультур.

Смыслы всегда культурно обусловлены и национально-специфичны. Ю. С. Степанов называет концепт основной ячейкой культуры в ментальном мире человека [66, с. 43]. О. А. Леонто- вич, опираясь на идеи Ю. Степанова, считает, что концепты как основные ячейки культуры в ментальном мире человека могут быть использованы как опорные элементы для сопоставления менталитете®, а также культурных и ценностных доминант, которые в силу своей неуловимости, подвижности и расплывчатости с трудом поддаются анализу [36, с. 110].

Отмечая роль концептов как «познавательных средств», С. А. Аскольдов подчеркивает их «функцию заместительства». Если главным качеством концепта является его заместительная функция, своего рода предназначение слова в сознании носителя языка, то концепт выступает как вариант отражения значения, как «общее понятие, замещающее нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода» [1, с. 267-279]. Д. С. Лихачёв также разделяет идею «заместительное™» и понимает под концептами «некоторые подстановки значений, скрытые в тексте "заместители", некоторые "потенции" значений, облегчающие общение и тесно связанные с человеком и его национальным, культурным, профессиональным, возрастным и прочим опытом» [38, с. 280-287].

По заключению Ю. С. Степанова, концепт - это «пучок» представлений, понятий, знаний, ассоциаций, переживаний, который сопровождает слово [66, с. 43].

Н. И. Формановская также называет концепт сгустком культуры в сознании, отраженным языком [77, с. 125]. В. П. Неро- знак отмечает, что наличие у слова национально-культурной специфики является признаком, придающим ему статус концепта [50, с. 85]. В. И. Карасик замечает, что в содержательном плане концепты - ментальные оценочные репрезентации предметов, действий, событий и качеств [27, с. 220].

С. Г. Воркачёв определяет концепт как единицу коллективного знания/сознания, отправляющую к высшим духовным ценностям, имеющую языковое выражение и отмеченную этнокультурной спецификой [5, с. 275].

3. Д. Попова и И. А. Стернин называют концепт «глобальной мыслительной единицей, представляющей собой квант структурированного знания» [57, с. 4]. По мнению этих ученых, основу формирования концептов в сознании человека составляют: 1) его непосредственный чувственный опыт, 2) его предметная деятельность, 3) его мыслительные операции с другими, уже существующими в его сознании, концептами, 4) его языковое общение, 5) его самостоятельное познание значений языковых единиц [56, с. 122-123]. Важным заключением ученых является тот факт, что язык - лишь один из источников концептуализации действительности. В. И. Карасик добавляет, что язык - лишь один из способов апелляции к сложившемуся концепту [27, с. 130].

Важно отметить, что концепты изначально имеют невербальную природу, зарождаясь в сознании и лишь затем фиксируясь в языке, следуя схеме: сознание - мышление - язык. Ученые подчеркивают, что концепты - сущности ментальные и ненаблюдаемые, но современные научные данные подтверждают реальность существования концептов и концептосферы, а именно - реальность невербального мышления [56, с. 36].

Концептами становятся только те лингвокультурные реалии, которые являются базовыми, опорными, центральными, актуальными, ценными для данной культуры, формируют ее кон- цептосферу и оказываются ее «символами, эмблемами», «носителями культурной памяти народа» [41, с. 28].

Концепты имеют сложное строение. Внутренняя структура концепта видится многослойной, многомерной, многоаспектной и многофункциональной. 3. Д. Попова и И. А. Стернин определяют концепт как «дискретное ментальное образование, являющееся базовой единицей мыслительного кода человека, обладающее относительно упорядоченной внутренней структурой, представляющее собой результат познавательной (когнитивной) деятельности личности и общества и несущее комплексную, энциклопедическую информацию об отражаемом предмете или явлении, об интерпретации данной информации общественным сознанием и отношении общественного сознания к данному явлению или предмету» [41, с. 34].

3. Д. Попова и И. А. Стернин различают содержание и с грук- туру концепта. Содержание концепта отражает когнитивные признаки концептуализируемого предмета или явления и описывается как совокупность этих признаков. «Содержание концепта внутренне упорядочено но нолевому принципу - ядро, ближняя, дальняя и крайняя периферия», а принадлежность к соответствующей зоне, но мнению авторов, определяется яркостью признака в сознании носителя концепта. Структура концепта включает базовые «структурные компоненты разной когнитивной природы - чувственный образ, информационное содержание и интерпретационное поле» [41, с. 115].

Ю. С. Степанов также отмечает сложную структуру концепта: «С одной стороны, к ней принадлежит все, что принадлежит строению понятия, с другой стороны, в структуру концепта входит все то, что и делает его фактом культуры - исходная форма (этимология); сжатая до основных признаков содержания история; современные ассоциации; оценки и т. д.» [66, с. 43].

Ю. С. Степанов выделяет в культурном концепте три компонента, или три «слоя», концепта: 1) основной, актуальный признак; 2) дополнительный или несколько дополнительных, «пассивных» признаков, являющихся уже неактуальными, «историческими»; 3) внутреннюю форму, обычно не осознаваемую, запечатленную во внешней, словесной форме [66, с. 46].

Концепты существуют по-разному в разных слоях, и в этих слоях они по-разному реальны для людей данной культуры [66, с. 47-48]. В основном, актуальном признаке («активном» слое), концепт существует для всех пользующихся языком данной культуры как средством коммуникации. В дополнительных признаках («пассивных» слоях) своего содержания концепт актуален лишь для некоторых социальных групп. «Пассивные» признаки концепта актуализируются главным образом при общении людей внутри данной социальной группы, а не вовне, с другими группами. Внутренняя форма (этимологический признак) открывается лишь исследователям и исследователями, т. е. для языковых иользователей-неснециалистов этот слой содержания концепта существует лишь опосредованно, как основа, на которой возникли и держатся остальные слои значений.

И. А. Стернин при изучении конценга предлагает противопоставлять базовый слой и вторичные слои концепта, различающиеся либо не различающиеся по уровню абстракции (одноуровневые, многоуровневые и сегментные концепты) [67, с. 59-60].

Концепты возникают как «коллективное бессознательное» или «коллективное представление» [66, с. 77]. Содержание концепта - результат стихийного, органического развития общества и человечества в целом. Эго содержание и составляет «рамку».

Развивая идеи Фр. Боуэна о сложности и многомерности концептов [96, с. 64], отечественные исследователи доказывают, что концепт - это многослойное и многомерное образование, что в частности проявляется в его многоаспектное™, т. е. сочетании в нем «личного и коллективного, универсального и специфически национального, социального и прочего человеческого опыта» [36, с. 110]. В. И. Карасик называет культурные концепты «многомерными смысловыми образованиями, являющимися точками пересечения ментального мира человека и мира культуры» [27, с. 5].

Очевидно, что многомерность и многоаспектное™ концептам придают образующие их смысловые конструкты. Они же придают концепту дифференцирующие его признаки. Еще Фр. Боуэн выделял в концептах отличительные признаки, или свойства, являющиеся элементами концепта, которые ученый называл «Метками». «Через Метки объекты мысли детерминируются или становятся известны такими, какие они есть, и отличаются от того, чем они не являются». «Каждый объект мыслится как детерминированный только через Метки, относящиеся к нему, посредством которых он сопоставим относительно своей природы с другими вещами и отличим от них». В концепте объекта, таким образом, есть мысль о независимом, но неопределенном, соединенном с определенным, но зависимым от Меток. Концепт объекта - эго двуединый союз. Метки многообразны, множественность и неопределенное что-то - это то, что дает единство этим Меткам в концепте объекта. Концепт многосоставен и признает деление на элементы. Разграничение концепта и Меток является не абсолютным, а относительным. Они могут использоваться попеременно. Любой концепт может стать Меткой другого концепта. Каждое понятие, которое может появиться в одной мысли как Метка, становится в другой - независимым концептом. Если концепт используется только как средство определения другого концепта и без прямой ссылки на объекты или вещи, которые он определяет, то эго Метка, но если он используется как наименование класса определенных объектов, и только с побочной ссылкой на его свойства или качества, то это - концепт в более строгом смысле. Другими словами, если используется коннотативно, то эго - Метка, если денотативно, то это - концепт [96, с. 65].

Фр. Боуэн рассмотрел различные виды Меток, посредством которых один концепт может отличаться от другого. Он классифицировал Метки по группам: 1) утвердительные и отрицательные; 2) внутренние и внешние; 3) постоянные и переходные; 4) особенные и общие; 5) существенные (необходимые) и случайные (возможные); 6) первичные (и непосредственные) и производные (и посреднические, промежуточные) [96, с. 62]. По угвердительным/огрицательным определяют, чем объект является, а чем нет; внугренние/внешние поясняют, существуют данные Метки внутри и для самого объекта или приписаны ему на основании его отношений с другим объектом; иостоян- ные/переходные выделены в зависимости от того, присутствуют они в объекте всегда или лишь иногда; особенные/об- щие указывают, принадлежат ли они только данным или также и другим объектам; существенные/случайные определяются в зависимости от того, могут или не могут они быть отделены от объекта; первичные/нроизводные указывают, являются ли они Метками самой вещи или Метками других ее Меток [96, с. 59-65].

Подобного подхода придерживается и Ж. Делёз, который отмечает, что концепты бесконечно вариативны именно потому, что содержат составляющие, которые в свою очередь могут быть взяты в качестве концептов [18, с. 26].

Таким образом, концепт многокомпонентен и состоит из ряда взаимосвязанных конструктов, в большинстве своем также являющихся концептами.

Детерминация концепта возможна именно через иерархию его конструктов, тех самих Меток, о которых говорил Фр. Боуэн. Посредством своих конструктов концепт определяем как самостоятельная лингвокулыурная единица, сопоставим с другими концептами своей системы и отличим от них.

У концепта всегда имеется: основное значение - понятийное ядро и иерархия коннотаций - дополнительных значений, передаваемых через конструкты. Именно благодаря им создается уникальный образ концепта и его ценностный заряд.

Фр. Боуэн и ученые его школы определяли концепт как «репрезентацию объекта через его отличительные Метки» [96, с. 60]. Ж. Делёз вторит Фр. Боуэну: «В концепте всегда есть составляющие, которыми он и определяется» [18, с. 21].

Многомерность и динамичность концепта проявляются в его концептуальных рядах, а также в изменении (расширении или сокращении) семейства его конструктов. Как подчеркивает Ж. Делёз, «концепты бесконечно множатся» и «каждый концепт отсылает к другим концептам» [18, с. 25-26].

А. Залевская проводит четкое раз1раничение между концептами как достоянием индивида и конструктами как редуцированными на логико-рациональной основе продуктами научного описания концептов, такими как значения и понятия [20, с. 39].

Концепты состоят из конструктов, которые, как правило, также являются концептами. Эта мысль согласуется с идеями Д. С. Лихачёва, который разделял концепт-слово и концепты отдельных значений слова, которые зависят друг от друга, образуют некоторые целостности, которые в совокупности составляют концептосферу [37, с. 3-9].

Следует признать, что лингвокультурные концепты неоднородны, и многие ученые рассматривают концепты с точки зрения их видовых различий. Рассматривая культурные концепты с позиции их общих и специфических черт и характеристик, исследователи деляг их на индивидуальные и групповые, априорные и апостериорные, вербальные и невербальные, предметные, событийные и абстрактные, концепты-денотаты (десигнаты), концеигы-фреймы и концепты-коды.

Индивидуальные концепты - те, которые в ментальном мире отдельной личности приобретают особые культурные или социальные смыслы, индивидуальные ценности и образы. Групповые концепты подразделяют на микро1рупновые (в пространствах семьи, трудового коллектива, хобби-группы) и макрогруп- повые (в пространствах этнокультуры, социума, нации, страны). В. И. Карасик отмечает три тина культурных концептов: этнокультурные, социокультурные и индивидуально-культурные [27, с. 118]. Среди макро1руиповых социокультурных концептов ученый выделяет концепты, объединяющие большие группы людей по возрастному, гендерному, образовательному, сословному признакам [27, с. 121].

К числу существенных разделений концептов Ю. С. Степанов относит их подразделение на «априорные (доопытные)» и «апостериорные (опытные, эмпирические)» [66, с. 84].

Как образно пишет Ю. С. Степанов, «концепты могут "парить" над концептуализированными областями, выражаясь как в слове, так и в образе или материальном предмете» [66, с. 75]. Преобладающее большинство культурных концептов получают вербальную реализацию, имея языковые формы в виде лексем или фразеологем. Концептуальные лакуны (лакунарные концепты), не имея однословной вербальной оболочки, получают отражение в языке через многословные пояснительные описания.

Основная масса культурных концептов - денотаты (или десигнаты), несущие в себе непосредственную прямую номинацию объекта или явления; концепты-фреймы представляют собой рамочный образ, раскрываемый конкретным пользователем в соответствии с определенной референтной ситуацией; концеп- ты-коды - ключи к декодированию ценностей культуры, особенностей ментальности или стереотипов поведения людей в определенных культурно-исторических условиях. Так, В. И. Карасик приводит примеры концептов-кодов, отражающих специфическую логику, свойственную носителям определенной лингво- культуры, и потому не имеющих однословного обозначения (социокультурные концепты «очередь» в советском и российском социуме или «продавец» со своим сверхценным статусом в период дефицита) [27, с. 137].

Предметные концепты в отличие от абстрактных связаны с конкретными предметами, вызывающими множество переживаний и ассоциаций с культурно значимыми смыслами. Речь идет «о культурной значимости уникальных объектов, обозначаемых именами собственными, о концептах имен собственных в рамках национальной культуры, о концептах вымышленных героев или событий, которые стали фактами культуры» [27, с. 122]. В. И. Карасик указывает, что «выделяются более конкретные и более абстрактные концепты, вплоть до мировоззренческих универсалий» [27, с. 132].

Ю. С. Степанов выделяет два важных тина концептов - «рамочные понятия» и «понятия с плотным ядром» [66, с. 76]. У концептов рамочного типа имеется некоторый основной, актуальный признак (или некоторая небольшая совокупность таких признаков), который (или которая) и составляет главное содержание концепта.

В содержательном плане В. И. Карасик делит концепты на ментальные оценочные репрезентации предметов, событий и качеств. Концепты-качества в наибольшей степени выражают оценочные признаки и составляют смысловое ядро картины мира и ценностной системы человеческого сообщества. В смысловом ядре определяются культурные доминанты, которые исследователь называет культурогенными концептами [27, с. 220].

Выделяют концепты-авгохгоны (абстрагируемые от значений своих конкретных языковых реализаций, содержащие и «предметные», и этнокультурные семы) и протоконцепты - «универсальные концепты» [3, с. 53, 291], «ноэмы» [78, с. 6] (абстрагируемые от неопределенного числа языковых реализаций и обеспечивающие эталон сравнения, необходимый для межъязыкового сопоставления и перевода) [5, с. 272]. Автохтонные (коренные) концепты могут быть не только моноглоссными (внутриязыковыми), но и полиглоссными (абстрагированными от лексических единиц двух и более языков) [65].

Важным критерием разграничения лингвокультурных концептов является их принадлежность к сфере знания/сознания, которую они обслуживают. Они могут быть этнокультурно отмеченными как в границах одного языка, так и в границах межъязыковой научной парадигмы [5, с. 273].

Среди концептов, образующих концептосферу или концептуальную систему, выделяются константы. Все базовые концепты культуры Ю. С. Степанов рассматривает как константы, а константу определяет как концепт, существующий постоянно или очень долгое время [66, с. 84]. Константы - устойчивые, стабильные, неизменные, инвариантные концепты, сохраняющие устойчивые признаки, ассоциации и образы с течением времени, не меняясь диахронно.

Концепты как культурные смыслы образуют как индивидуальное достояние личности, так и коллективную систему соци- ально-транслируемого опыта [27, с. 116], что дает нам основания говорить о том, что концепты входят как в индивидуальную концептосферу, так и в коллективную концептосферу лингвокультурного сообщества. Другими словами, совокупность концептов формирует индивидуальную и/или групповую (в параметрах профессиональной или социальной группы, социума, культуры, страны) концегггосферы. Индивидуальная концептуализация и концентосфера - это окказиональные слова, насыщаемые весьма глубоким смыслом [27, с. 131]. Исследователи сходятся в том, что групповые концептосферы разнообразны и различны в зависимости от областей и параметров концептуализации действительности: возрастные, гендерные, профессиональные и другие специализированные концептосферы.

Термин и понятие «концептосфера» введены в научный оборот Д. С. Лихачёвым, определявшим ее как совокупность концептов нации, образованную всеми потенциями концептов носителей языка. Концептосфера народа шире семантической сферы, представленной значениями слов языка. Концептосфера - это система концептов и констант в национальном культурном мире, определяемая типом сцепления концептов [37, с. 5].

3. Д. Попова и И. А. Стернин считают, что концептосфера - это упорядоченная совокупность концептов народа, информационная база мышления. Концептосфера имеет упорядоченный, внутренне взаимоувязанный, системный характер, что дает все основания говорить о концептосфере как системе концептов, или концептосисгеме. 3. Д. Попова и И. А. Стернин также отмечают системность концептосферы, подчеркивая, что концепты, образующие концентосферу, вступают в системные отношения сходства, различия и иерархии с другими концептами, и объясняют такую закономерность тем, что «само мышление предполагает категоризацию предметов мысли, а категоризация предполагает упорядочение ее объектов». Также под концептосфе- рой авторы понимают мыслительную сферу, состоящую из концептов, существующих в виде мыслительных картинок, схем, понятий, фреймов, сценариев, гештальтов, абстрактных сущностей, обобщающих разнообразные признаки внешнего мира. Кроме того, но их мнению, концептосфере принадлежат и когнитивные классификаторы, способствующие определенной организации концептосферы. «Концептосфера - область мыслительных образов, единиц универсального предметного кода, представляющих собой структурированное знание людей, их информационную базу» [56, с. 36, 61-63].

Концепты представляют собой системное множество и, по заключению многих ученых, оказавшись вырванными из системы (концептосферы), они искажаются, теряя концептообразующие связи, отношения и качества-метки.

Концептосфера - смысловой каркас пространства, в рамках и контексте которого реализуются все коммуникативные интенции участников, все виды и формы коммуникации, а в случае транснационального и кросскультурного пространства - межкультурной коммуникации.

Концептуальное пространство - это пространственно-временной континуум (в определенной концептуализированной области), в котором осуществляется коммуникация, а концепто- сфера - эго некая система координат в этом континууме, «каркас» или «скелет», вокруг которого он формируется, в соответствии с которым развивается.

В видении Ю. Е. Прохорова концептуальное пространство - это «совокупность исторически сложившихся базовых структурных элементов организации человеческого бытия, закрепленных в наборе семиотических сфер, именованных в наборе семантических сфер и обеспечивающих существование человека в реальном пространстве». Он указывает, что концептуальное пространство формируется в уме человека как его представление о реальном пространстве, освоенном как перцептуальное пространство [59, с. 102].

О. А. Леонгович отмечает, что «концептуальное пространство отдельной языковой личности и лингвокультуры в целом организуется в концептосферу, основной характеристикой которой являются возможности совместного "творения смыслов", которые она открывает перед носителями языка». Выступая в качестве базовых, опорных элементов языка, концепты объединяют представителей определенной лингвокультуры, обеспечивая основу взаимопонимания между ними через «сгустки смысла», в которых воплощается дух народа [36, с. 110].

Процесс концептуализации действительности, по утверждению В. И. Карасика, осуществляется как обозначение, выражение и описание.

Обозначение концепта - это выделение того, что актуально для данной лингвокультуры, и присвоение этому фрагменту осмысливаемой действительности специального знака. В предметном мире обозначение выделяет предмет, устанавливая его место в окружающей действительности, в непредметном - это выделение качеств и процессов и присвоение им имен. Выражение концеига - это вся совокупность языковых и неязыковых средств, прямо или косвенно иллюстрирующих, уточняющих и развивающих его содержание. Описание концепта - это специальные исследовательские процедуры толкования значения его имени и ближайших обозначений: 1) дефинирование; 2) контекстуальный анализ; 3) этимологический анализ; 4) па- ремиологический анализ; 5) интервьюирование, анкетирование, комментирование [27, с. 109-111].

К основным квалификационным характеристикам лингвокультурных концептов специалисты относят: заместительность, вербализованность, этнокультурную маркированность, транслируемое^ [40, с. 11-35], многокомпонентность, коннотагивность, объемность, фрагментарность, открытость, вариативность и динамическую гибкость, многомерность и многоаспекгность.

Этнокультурная маркированность концепта согласуется с идеей признания национально-культурной специфики в качестве неотъемлемого признака, придающего ему статус концепта [50, с. 85].

Транслируемость концепта рассматривается как его способность раскрываться и в синхронной, и в диахронной перспективах независимо от конкретного языкового выражения. Транс- концепгуальные связи свидетельствуют о специфичности концептов вне зависимости от их языковой реализации [27, с. 123]. Кроме того, отмечена способность концептов переходить (транслироваться) из одной предметной области в другую без утраты базовых смыслов.

О коннотативности концепта (наличии множества отгенков значения) писал еще Фр. Боуэн: «Слово, или название, передает дополнительные значения свойств, или Меток, которые образуют его смысл, и обозначает отдельные вещи, содержащиеся в нем, которые обладают этими свойствами» [96, с. 59-60].

Коннотагивность и вариативность концептов подтверждается и Д. С. Лихачёвым, который соглашается с мнением ряда ученых, что концепты «заключают в себе множество возможных отклонений и дополнений, но в пределах контекста» [21, с. 201].

Открытость и динамическая гибкость концепта проявляются в том, что в новых культурно-исторических условиях, под влиянием новых социокультурных факторов концепт меняет свою индивидуальную или коллективную ценносгность, насыщенность и яркость образа, не являясь застывшим ментальным образованием.

Помимо характеристик концептов как ментальных образований, ученые отмечают особенности концептуализации действительности в разных культурах. В. И. Карасик относит к таким особенностям неравномерность концептуализации различных фрагментов действительности, которая, но его терминологии, проявляется в «номинативной плотности» как важной характеристике концептосферы, иод которой понимают степень детальности языкового обозначения определенного концептуального пространства. «Одни явления действительности получают детальное и множественное однословное наименование, а другие явления обозначаются общим недифференцированным знаком». Ученый также отмечает специфическую комбинаторику признаков, выделяемых у различных концептов, которая связана с разнообразной практикой освоения действительности, и специфическую квалификацию концептов, которая объясняется культурными доминантами поведения, исторически закрепленными ценностными ориентациями, принятыми в соответствующей лингвокультуре и этнических сообществах. К лингвокультурной специфике концептуализации исследователь относит способ экземплификации (конкретизации), т. е. использование определенных конкретных явлений или предметов, повторяющихся и фиксируемых в языке, для обозначения в переносном смысле более абстрактных вещей [27, с. 111-113].

Если рассматривать лингвокулыурный концеиг в плане содержания и в плане выражения, то, как уже подчеркивалось, планом содержания концепта является триединство смыслов (образного, понятийного, ценностного), а планом выражения - вербализованный смысл. Специфика вербализации также отличает разные культуры, а потому представляет собой важный аспект изучения линтвокультурных концептов. Как подчеркивает В. И. Карасик, вербализация, или языковые проекции концептов, позволяет обнаружить не только языковую картину мира, но и своеобразие способа освоения мира. В основу номинации обычно кладется лишь один релевантный признак, по которому восстанавливается вся совокупность обозначаемого предмета. В этом состоит принцип означивания, языкового кодирования информации о многомерном мире. Декодирование признаков реализуется психологически как воссоздание гештальта и лингвистически - как характеристика обозначенного предмета при помощи уточнений и пояснений. Применительно к предмету это - атрибутивная и бытийная характеристика, к процессу - развертывание процессуальной формулы [27, с. 125].

С точки зрения выявления специфики вербализации концептов заслуживает внимания тезис о том, что «никакой концепт не выражается в речи полностью», гак как: 1) концепт - это результат индивидуального познания, а индивидуальное требует комплексных средств для своего выражения; 2) концепт не имеет жесткой структуры, он объемен, и поэтому целиком его выразить невозможно; 3) невозможно зафиксировать все языковые средства выражения концепта [57, с. 11].

Как указывает О. А. Леонгович, области, способы и результаты процессов концептуализации действительности в разных лингвокультурах напрямую связаны с процессами межкультурной коммуникации в современном мире. В разных линтвокультурах по-разному осуществляются фокусировка и членение концептуального пространства, а от совпадения или несовпадения такого членения напрямую зависят адекватность и успешность межкультурной коммуникации. В пространстве межкультурной коммуникации расхождение концептов, которое отражает национальный дух, специфику мышления и характер восприятия действительности представителями разных лингвокультур нри попытке осмыслить чужую культуру через собственную концептосферу, приводит к конфликту концептов и провоцирует ситуации непонимания. Опыт одной культуры не может применяться при декодировании концептов другой культуры. Заслуживает внимания и поддержки мысль О. А. Леонтович о том, что лакунарные концепты - концепты, не имеющие эквивалентов в контактирующей лингвокультуре, «будучи национальноспецифичными, в наибольшей степени отражают особенности менталитета, когнитивный и ценностный подходы к материальному миру, способы освоения действительности и ее моральной оценки» [36, с. 111-118]. Через их посредство реализуются категории, которыми мыслят носители лингвокультуры, и те рамки, в которые они поставлены для осознания и интерпретации окружающего мира.

Концептуальное пространство межкультурной коммуникации в системе международного туризма вынесено нами как предмет специального исследования в связи с тем, что современная система туризма - эго транснациональное кросскуль- турное пространство, где коммуникация на всех уровнях и во всех сегментах носит характер межкультурной. Участники туристского движения - представители самых разных лингвоэтнокультурных сообществ, коммуникативное поведение которых (в роли гостей, хозяев и посредников, клиентов и заказчиков, партнеров но бизнесу, подрядчиков и агентов, профессионалов и любителей и т. д.) всегда культурно- и национально-специфично. Концептуальное пространство межкультурной коммуникации в системе международного туризма, таким образом, заполнено фрагментами концептуальных пространств каждой из культур-участниц, а также представлено мозаикой концептуализированных областей национально-специфичных отраслевых туристских культур. Концептуальное туристское пространство является сферой коммуникации самых разных этнокультур и туристских отраслевых культур.

В данном исследовании концепты, концепгосфера и концептуальное пространство рассматриваются как категории лингво- культурологии в специализированной сфере межкультурной коммуникации - международном туризме.

Можно утверждать, что система концептов образует концеи- госферу культуры и языка в определенной концептуализированной области (в нашем случае такой концептуализированной областью является туризм) и концептуальное пространство коммуникации в згой области.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >