6.2. Период стагнации мирного процесса (1996-1999)

Приход к власти Б. Нетаньяху. Отношения администрации Клинтона с новым правительством Израиля

Этот период совпал с двумя равнозначными событиями и в Израиле, и в США: прошли выборы. В Израиле, ко всеобщему удивлению, Ш. Переса победил Б. Нетаньяху (с минимальным отрывом в 0,9%), и во главе правящей коалиции встала партия Ликуд. В США на второй президентский срок был избран Б. Клинтон. Если победа Клинтона была вполне предсказуемой, то поражение Переса и его партии «Авода», инициировавшей мирный процесс, поразило многих израильтян. Представляется, что основной причиной поражения лейбористов являлась сама интенсивность свершений во всех областях жизни Израиля в период 1992-1996 гг. Израильтяне не привыкли к такому головокружительному ритму жизни, особенно после восьми лет полного застоя под властью премьер-министра И. Шамира. Государство было подвержено столь быстрым переменам, что многие израильтяне просто не успевали за ходом событий, росла тревога, нарастали риски, рвались бомбы террористов — все это склонило часть избирателей не в пользу партии Рабина—Переса.

Биньямин Нетаньяху37, впервые оказавшийся на вершине власти, должен был направлять политику своего правительства в чрезвычайно сложных обстоятельствах. Тем не менее с первых шагов он доказал, что умеет сочетать политическую жесткость с прагматизмом, быстро ориентироваться в обстановке и способен принимать самостоятельные решения.

Правящей коалиции под руководством Б. Нетаньяху противостояла сильная и опытная оппозиция. А среди депутатов правящей партии

Ликуд было много «новичков» — 23 (всего в Кнессете от всех партий было 37 новых лиц), не имевших опыта в государственной работе такого уровня и не знавших тонкостей функционирования израильского парламента. Оппозиция пристально следила за каждым шагом Ликуда и не пропускала ни одного промаха Нетаньяху. Положение осложнялось еще и тем, что интересы и личные амбиции депутатов от правящей фракции были весьма противоречивы. В Иерусалим молодой премьер привел с собой новую команду, которую прозвали «Белый дом» Бинья- мина Нетаньяху. Среди них был И. Либерман, представитель русского- ворящей общины, который стал генеральным директором канцелярии премьера и принимал самое активное участие во всех политических назначениях того периода (будущий министр иностранных дел Израиля). Были созданы Совет по вопросам национальной безопасности (его возглавил генерал запаса Д. Иври) и консультативный совет по вопросам экономики под руководством главы Банка Израиля профессора Я. Френкеля. Эти новые государственные образования были созданы в подражание американской модели администрации, что наряду с нарочито американизированным стилем ведения дел, присущим Нетаньяху, вызывало отторжение у большинства традиционных политиков движения Ликуд старой школы.

Прежде всего новому премьер-министру было необходимо наладить отношения с американской администрацией. Не секрет, что во время предвыборной кампании американский президент почти открыто высказывался в поддержку Переса. Избрание Нетаньяху на пост премьер-министра было воспринято в Вашингтоне как шаг назад, так как правый лагерь традиционно выступал против переговоров с палестинцами и любых территориальных уступок. Но когда сразу же после выборов Нетаньяху поехал в Вашингтон, он, что называется, «завоевал» Америку. Его блестящий английский язык, свободная манера держаться, четкое изложение своей программы, отражавшей личное кредо молодого премьера, и, несомненно, ораторское искусство — все это было высоко оценено в Белом доме.

Во второй срок пребывания Клинтона на президентском посту отмечалась активизация внешней политики его администрации. Новым советником по национальной безопасности стал Сэнди Бергер (личный друг Клинтона со школьных лет), новым госсекретарем — Мадлен Олбрайт, решительная сторонница расширения НАТО, министром обороны — Билл Пэри, затем его сменил Билл Коэн, бывший сенатор- республиканец. Колин Пауэл при Клинтоне стал председателем Комитета начальников штабов.

К началу второго срока правления администрации Клинтона вопрос о расширении НАТО был решен окончательно. Позиция России не учитывалась, хотя она была вовлечена в широкий диалог с США относительно форм взаимодействия и оформления отношений НАТО— Россия. Самым важным для США было то, что им удалось нейтрализовать оппонентов внутри страны, договориться с Россией, осуществить радикальное изменение стратегии НАТО, приведя ее в соответствие с глобальной стратегией США. Администрация Клинтона выдвинула внешнеполитическую программу, целью которой было закрепить благоприятный для США расклад сил в мире и обеспечить возможности для контроля над развитием международной ситуации в соответствии с американскими интересами и планами. Важное место было отведено идеологическому компоненту' — распространению американских ценностей и преобразованию международного сообщества в соответствии с американской моделью демократии и экономической системы.

Администрация Клинтона расценила эти свои достижения как национальное признание выдвинутой ею внешнеполитической стратегии Соединенных Штатов не только на конец XX в., но и на грядущее столетие. В мае 1997 г. Белый дом представил еще один важный доклад — Стратегия национальной безопасности в новом столетии (National Security Strategy for a New Century), в котором были изложены основы политики администрации Клинтона на второй срок правления, представлена стратегия на будущее. В докладе были выделены следующие основные положения стратегии: США — нация с глобальными интересами; задача руководства страны — поддерживать превосходство во всех сферах — дипломатической, технологической, индустриальной и военной для зашиты интересов США; для выполнения этой задачи США могут действовать как совместно с другими странами, так и в одиночку, когда это необходимо; Соединенные Штаты являются единственной страной, способной осуществлять мировое лидерство при разрешении международных проблем38.

Во второй срок президентства Клинтона стратегия национальной безопасности была развита и конкретизирована. В ней государства Ближнего Востока рассматривались в рамках двойственной задачи — развития партнерских и союзнических отношений с наиболее важными для США местными режимами, прежде всего с Израилем, и одновременного противодействия режимам, которые воспринимались как угроза интересам Соединенных Штатов. Израиль оставался важнейшим партнером США в регионе, а Ирак и Иран оказались в числе основных противников, по отношению к которым была сформулирована доктрина двойного сдерживания39.

Основная линия политики Клинтона в отношении урегулирования конфликтов состояла не в акцентировании разногласий, а в их смягчении и затушевке с последующим наведением мостов между конфликтующими сторонами. Практическим путем к ее достижению стала тактика триангуляции (triangulation). Это название придумал политический советник Клинтона Дик Моррис. Она акцентировала необходимость разрешения конфликтов с помощью конструирования третьей позиции, лежащей не между позициями противников, а как бы над ними. По мнению Морриса, которое разделял и сам Клинтон, триангуляция лучше всего позволяла находить решения, более или менее приемлемые для обеих сторон и не создающие ни у той, ни у другой из них унизительного чувства поражения40. Эту тактику американцы попробовали применить к процессу урегулирования палестино-израильского конфликта, где у сторон конфликта отсутствовало доверие друг к другу и практически были сведены к минимуму каналы коммуникаций между палестинским и израильским руководством. Ближний Восток оставался одной из сложнейших проблем администрации Клинтона. Незначительные улучшения и серьезные откаты в переговорах, развивающаяся стагнация палестино-израильского мирного процесса, нарастание антиамериканских настроений — все эти вызовы требовали повышенного внимания Америки к ближневосточным проблемам. Необходимо было обеспечить прорыв на палестино-израильском направлении.

Однако когда к власти в Израиле пришел откровенный противник соглашений — Б. Нетаньяху, мирный процесс оказался в состоянии «драматического сползания вниз»41, строительство поселений ускорилось, а террористические атаки на Израиль участились. Еше в годы начала работы Мадридской конференции в рамках «палестинского вопроса» лидеры Ликуда разрабатывали свою стратегию в отношении оккупированных территорий. Сектор Газа, по их мнению, представлял наименьший риск для безопасности Израиля, поэтому ему (за исключением находящихся там еврейских поселений) можно предоставить наиболее полную автономию42. Для «арабских жителей Иудеи и Самарии» предлагалась в соответствии с кэмп-дэвидскими договоренностями ограниченная автономия, дающая возможность палестинцам «управлять своими жизнями с минимальным вмешательством центрального правительства». Здесь, по соображениям безопасности Израиля, власти палестинского самоуправления должны предоставить израильским силам безопасности свободу передвижения. Этот район не может быть единой самоуправляемой территорией, но «системой четырех самоуправляемых арабских территорий: Дженин, Наблус, Ра- малла, Хеврон. Вместе эти территории составят абсолютное большинство арабского населения Западного берега и не более чем одну пятую часть земли. Контроль за жизненно важными вопросами должен будет оставаться в руках центрального израильского правительства»43. Ликуд обвинял «соглашения Осло» в том, что доля ответственности за безопасность Израиля была возложена на палестинское руководство, что израильтяне утратили чувство личной безопасности и что предыдущее правительство было готово «разделить Иерусалим» и говорить о создании палестинского государства.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >