Отношение администрации Рейгана к региональной политике первого правительства «национального единства» Израиля

В политической системе Израиля тем временем сложилась патовая ситуация: обе ведущие партии — Ликуд и Маарах — впервые получили примерно равное число сторонников. В результате выборов 1984 г. было образовано правительство «национального единства», куда вошли Маарах и Ликуд по принципу ротации поста премьер-министра: от Маараха — Перес и от Ликуда — Шамир, по два года. В первые полгода центральным в работе «широкого» правительства был вопрос о выводе израильских сил из Ливана. Ликуд считал вывод преждевременным, поскольку это было сопряжено с возобновлением угрозы террора на северной границе страны. Министры от лейбористской Партии труда Израиля (Авода — ПТИ) настаивали на незамедлительном выводе из Ливана и создании узкого «пояса безопасности» в Южном Ливане. По данному вопросу в правительстве состоялось голосование, и большинством голосов было принято решение о выводе израильских войск. Вместе с лидерами ПТИ за вывод проголосовал один из ведущих министров от Ликуда — Д. Леви. В соответствии с коалиционным соглашением правительство приняло в январе 1985 г. решение о поэтапном выводе войск из Ливана.

Вторая проблема, стоявшая перед этим правительством, — спор о Табе, участке на берегу Акабского (Эйлатского) залива, который остался под контролем Израиля после передачи Египту Синая по кэмп- дэвидскому соглашению. Ликуд считал, что спор должен быть разрешен на основе компромисса. ПТИ соглашалась на требования Египта передать решение вопроса независимому международному арбитражу. Решение было принято в пользу Египта.

Третья насущная проблема — отношения с Иорданией. Перес, занимавший в соответствии с соглашением о ротации в то время пост премьер-министра, пытался втянуть Иорданию в переговоры с участием проиордански настроенных палестинцев с Западного берега («Иорданский вариант») и созвать международную мирную конференцию.

Вопрос о созыве международной конференции стоял в центре межпартийной политической борьбы, вызывал острые разногласия в правительстве «национального единства». Перес вел отчаянную борьбу за созыв конференции, которая, по его замыслу, должна была стать частью «большой мирной стратегии» и положить конец разногласиям между Израилем и арабами. Центральной задачей Перес считал начало прямых переговоров с Иорданией. Еще в ходе предвыборной кампании 1984 г. Маарах выступил с идеей «территориального компромисса, т.е. за передачу Иордании — в обмен на мирный договор — густонаселенных районов части Западного берега и полосы Газа (приблизительно 60% оккупированных в 1967 г. земель). При этом предусматривалось вести переговоры с Иорданией без предварительных условий, а не на основе кэмп-дэвидских соглашений. Иорданский король Хусейн определенно давал понять, что готов согласиться на диалог с Израилем только в рамках комплексного урегулирования, инструментом которого должна стать международная конференция4".

Во время пребывания Переса на посту премьер-министра по его инициативе был открыт секретный канал переговоров с ООП для прояснения палестинской позиции по вопросу об их участии в мирной конференции. В переговорах с израильской стороны участвовали сотрудники разведки — Шин Бет во главе с Аврамом Шаломом, известные политики Йоси Геносар, Эхуд Барак, Йоси Бейлин, Ицхак Рабин — все они играли ключевую роль в развитии мирного процесса в течение следующих десятилетий. Отбиваясь от нападок своих коллег в кабинете министров (против переговоров с палестинцами резко выступали Шамир и все министры от Никуда), Перес уверял их, что переговоры не касаются вопросов политического решения конфликта, а сосредоточены только на форме их участия. Однако именно в ходе этих секретных переговоров представители ООП предложили израильтянам начать мирный процесс с установления палестинского самоуправления в Газе, а затем подали идею палестинской конфедерации с Израилем41. Так вновь появилась формула «сначала Газа», которая в первый раз обсуждалась с египетским президентом А. Садатом, госсекретарем С. Вэнсом и Ш. Пересом еще в контексте кэмп-дэвидских переговоров по палестинской автономии. Эта первая совместная попытка палестинцев и израильтян решить важнейшие проблемы конфликта дала скромный результат: произошел обмен мнениями без каких-либо практических решений. Важным был сам факт совместных усилий в поиске решений. Как один из результатов, 11 февраля 1985 г. Иордания и ООП объявили о своей готовности сформировать единую переговорную команду.

  • 19 июля 1985 г. в Лондоне имела место секретная встреча короля Хусейна с Пересом, на которой обсуждайся план совместного управления на Западном берегу р. Иордан, так называемый план кондоминиума. Перес и Рабин, занимавший в то время пост министра обороны, были убеждены, что единственным вариантом урегулирования является иорданский вариант.
  • 21 октября 1985 г. в своей речи на сессии ГА ООН премьер-министр Перес впервые открыто высказался в пользу международной конференции, куда могут быть приглашены постоянные члены Совета Безопасности ООН, «чтобы поддержать начало прямых переговоров»42. Прежде всего это было рассчитано на то, чтобы убедить Иорданию начать переговоры с Израилем. Перес даже заявил, что он готов направиться в Амман, чтобы убедить короля Хусейна начать переговоры. Однако госсекретарь Шульц и другие официальные лица в Вашингтоне не приложили максимум усилий, чтобы поддержать план Переса. Шульц пришел к заключению, что «ни Хусейн, ни Перес не обладают достаточным политическим весом, чтобы достичь соглашения, хотя их позиции достаточно близки»43. Очевидно, такая реакция госсекретаря была вызвана тем, что американцы параллельно налаживали свои каналы связи с палестинцами. В марте 1985 г. имела место встреча Рейгана с Мубараком. Шел разговор о мирных переговорах между Иорданией и Израилем. Основной вопрос — об участии палестинцев, которые настаивают на своем представительстве в переговорном процессе. Мубарак подал идею, что США должны встретиться с иорданцами и палестинцами, а затем — это уже американская идея — все повторить в присутствии Израиля. А потом — уже прямые переговоры между Хусейном и Израилем. Эта идея была благосклонно принята как Рейганом, так и Шульцем44.

Поскольку шаги Переса не были согласованы с Ликудом, было ясно, что Маарах не хотел быть зависим от своих партнеров по коалиции и был готов проводить самостоятельный курс. Отношения между блоками резко обострились. Шамир, Шарон и другие представители руководства Ликуда резко выступили против курса Переса. Ликудов- ские лидеры продолжали выступать со своих прежних позиций: урегулирование станет возможно только в том случае, если Иордания откажется от попыток восстановить свой суверенитет над Западным берегом. Все предлагавшиеся Ликудом условия урегулирования не выходили за рамки кэмп-дэвидской схемы. «Иорданский вариант» был сорван. Представляется, что именно в 1985 г. из-за неприятия Ликудом иорданского варианта израильское правительство упустило реальный шанс начать диалог с наиболее ответственной и представительной частью палестинцев — с теми кругами, которые ориентировались как на ООП, так и на Иорданию.

В соответствии с соглашением о ротации Перес передал пост премьер-министра лидеру Ликуда Шамиру. Рейган в своем дневнике отозвался об этом событии следующим образом: «Я восхищаюсь этим человеком (Пересом. — Т. К.) и очень жалею, что в соответствии с соглашением о ротации его заменит Шамир»45. Теплые отношения администрации США с правительством Переса омрачились вследствие ареста в ноябре 1985 г. Джонатана Полларда. Поллард, работавший в разведке США, был задействован израильским разведывательным органом, Бюро научных связей, и перевел Израилю конфиденциальную и чувствительную для американцев информацию, которая включала в себя, кроме прочего, спутниковые снимки установок ООП в Тунисе. В марте 1987 г. Поллард был осужден к пожизненному заключению. Хотя арест и осуждение Полларда не породили открытого кризиса между Рейганом и Пересом и не повлекли за собой каких-либо карательных шагов, этот эпизод вызвал длительное и глубокое недовольство среди американской бюрократии, в особенности в Пентагоне и Министерстве юстиции, по отношению к Израилю. Высокопоставленные чиновники в Вашингтоне утверждали, что Израиль выполнил только частично свое обязательство сотрудничать с американской следственной и исполнительной системой, которая занималась вопросом Полларда. Они были также совершенно убеждены, что информация, переданная Поллардом Израилю, пошла по дополнительным каналам, включая СССР. Необходимо отметить, что до настоящего времени так называемое дело Полларда является предметом дискуссий и взаимных обвинений со стороны представителей Американской еврейской общины, американских чиновников и израильтян.

После ротации Перес, заняв пост министра иностранных дел, провел в Лондоне новую тайную встречу с королем Иордании Хусейном (11 апреля 1987 г.), на которой якобы была достигнута договоренность о том, что израильско-иорданские мирные переговоры будут вестись в рамках международной конференции при участии держав — постоянных членов СБ ООН. Планировалось, что на конференции в рамках двух отдельных секций будут обсуждаться трудные вопросы палестинского самоопределения. Иордания должна была выступать как представитель палестинцев, которым не было разрешено участвовать самостоятельно. Предполагалось, что конференция официально одобрит план совместного иордано-израильского контроля над Западным берегом. Перес надеялся, что Шульц представит лондонское соглашение как американскую инициативу, с тем чтобы Шамир и Хусейн восприняли это как «американский план». Перес послал своего помощника Й. Бейлина с секретной миссией: проинформировать помощника Шульца Чарли Хилла о готовящемся соглашении, которое полностью совпадает с планом Шульца относительно Западного берега р. Иордан. Бейлин должен был убедить Шульца взять инициативу в свои руки и выступить от имени и Израиля, и Иордании46.

Данная встреча Переса с Хусейном не была предварительно согласована с Шамиром, но затем Перес решил проинформировать его об итогах лондонской встречи. В ответ Шамир поручил своему помощнику Элияху Рубинштейну (в 1991 г. возглавить израильскую делегацию на израильско-палестинских переговорах) позвонить Шульцу и проинформировать госсекретаря об отрицательном отношении Шамира к участии в конференции в любой форме представителей ООП и Советского Союза47. Затем он послал министра без портфеля Моше Аренса к Шульцу с просьбой дистанцироваться от лондонского соглашения между Пересом и Хусейном. Госсекретарь попытался объяснить, что Хусейн нуждается в конференции, чтобы легитимизировать свои переговоры с палестинцами, а Советский Союз уже дал свое согласие играть на конференции лишь символическую роль. Шульц попросил Хусейна переубедить Шамира, но все было бесполезно. Глава правительства при полной поддержке руководства Никуда заявил о неприемлемости концепции международной конференции. С точки зрения Ликуда «лондонское соглашение», которое даже не ставилось на голосование в правительстве, было попыткой ПТИ и лично Переса осуществлять собственную внешнюю политику в обход Ликуда и премьер-министра.

Дело в том, что для Шамира был по существу неприемлем сам «иорданский план». Бегин несколько раз повторял, что с окончанием переходного периода автономии, когда настанет время переговоров о постоянном урегулировании, представители Израиля будут настаивать на том, чтобы на всю западную часть Эрец-Исраэль (Западный берег Иордана и сектор Газа) распространился израильский суверенитет. Это принималось всем руководством Никуда безоговорочно. По выражению Шамира, «основополагающее убеждение, что Израиль не будет платить за мир частями своей территории на Западном берегу р. Иордан, осталось общей для всех нас “основой веры”»48. Еще представляя свое правительство Кнессету 20 октября 1986 г., Шамир в начале второй половины каденции, когда он занял пост премьер-министра, подчеркнул, что правительство «приложит все усилия, направленные на достижение добрососедских отношений с Иорданией, но добиться этого возможно только на пути свободного и прямого обсуждения проблем лицом к лицу. Никакой международный форум не сможет заменить прямые переговоры»49. Итак, Шамир отказался утвердить так называемое Лондонское соглашение, заключенное 11 апреля 1987 г. Ш. Пересом и королем Иордании Хусейном. Партия труда обвинила Ликуд в том, что из-за его позиции по Лондонскому соглашению была упущена историческая возможность начать мирный процесс.

Администрация Рейгана поддерживала Лондонский договор и даже предложила внести в него поправки, чтобы умиротворить Шамира относительно состава иорданской делегации при переговорах с Израилем. Однако она воздержалась от оказания какого-либо давления, чтобы смягчить позицию премьер-министра. Президент Рейган начал на этой стадии «уставать от Ближнего Востока и от ^прекращающегося маневрирования его лидеров»50, и Вашингтон смирился с неудачным раскладом и воздержался от любой попытки заставить Шамира взвесить заново свою позицию и мобилизовать израильское общественное мнение для поддержки договора. Так потерпела крушение надежда Переса, что «Лондонский договор» превратится в центральную ось новой версии «программы Рейгана». Возможно, это был последний шанс решить палестинскую проблему за счет подключения Иордании, которое поставило бы территории Западного берега (те, что Маарах соглашался вернуть) под контроль Иорданского королевства, а не ООП. После этого логика развития ситуации на оккупированных территориях поставила израильские правящие круги перед необходимостью признать неизбежность создания независимого палестинского государства как единственный возможный вариант урегулирования палестино-израильского конфликта.

В сентябре того же года Шульц попытался вновь вернуться к идее международной конференции и даже планировал пригласить на готовившуюся в то время встречу Р. Рейгана и М. Горбачева в Вашингтоне Шамира и короля Хусейна, чтобы склонить их к началу переговоров. Но король Хусейн считал, что в качестве партнера по мирным переговорам Шамир «безнадежен» и все усилия Шульца пропали даром51.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >