Законодательство в сфере информационной безопасности

Регулирование информационной безопасности в Израиле

Израильское законодательство в сфере информационной безопасности достаточно обширно. Кроме того, данная тема регулируется многочисленными подзаконными актами, главным образом, положениями Министерства юстиции и Правилами, утвержденными Правительством. Немалую роль играют Правила предоставления интернет-услуг, которые приняты неправительственными организациями, но которые отвечают за проведение политики в этой сфере. В целом законодательство сбалансировано и не представляет угрозу как потребителям информационных услуг, так и безопасности государства и свободе информации. Необходимо также отметить, что субъекты, уполномоченные на получение информации, в частности правоохранительные органы и спецслужбы, ответственны перед обществом, и их деятельность подчиняется принципу прозрачности публичной власти.

Как отмечают многие исследователи[1], регулирование информационной безопасности в Израиле ближе к европейской модели[2], чем к американской. Характерными чертами европейской модели являются: предоставление общего права на информационную безопасность детально раскрытое в законодательстве через закрепление обязанностей владельца баз данных. Закон «О защите персональных данных» 1981 г. Израиля, в разработке которого принимали участие многие видные юристы страны и несколько комитетов Кнессета в 70-е гг. XX в., был один из первых подобных законодательных актов в мире. В 1994 г. образовывается неправительственное независимое Объединение израильского Интернета[3], которое с 1997 г. начинает присваивать доменные имена израильским интернет-ресурсам. Кроме регистрации доменных имен, в функции Объединения входит: функция переадресации между израильскими интернет-провайдерами (Israel Internet Exchange) и функция хостинга (DNS Root Service).

С 2008 г. Израиль входит во всемирную телекоммуникационную корпорацию (W3C), которая занимается координацией интересов игроков телекоммуникационного рынка и развитием новых технологий. Одновременно на законодательном уровне постепенно складывается стройная система информационной безопасности, необходимой Израилю в ситуации перманентного конфликта между государством Израиль и мусульманскими странами. Влияния этого конфликта проявляется, в частности, в более четком прописывании норм, касающихся распространение информации за границами страны, получения спецслужбами и правоохранительными органами информации о потребителях интернет-услуг, а также наличие военной цензуры, которая затрагивает интересы всего общества, а не только ВПК.

В Израиле, как и в большинстве европейских стран, термины «Интернет», «сайт» не определены на законодательном уровне, при этом дефиниции этих понятий раскрыты в ведомственных документах (в подзаконных и локальных актах). В 2008 г. обсуждался законопроект, посвященной Интернету, но до сих пор он не принят. Упоминание об Интернете есть в Законе «О связи»[4], а также в Положении Министерства связи от 17 декабря 2000 г. «О политике в области выдачи разрешений интернет-провайдерам», которое повторяет дословно определение, данное Federal Networking Council (FNC) от 30 октября 1995 г.[5]

Само понятие информационной безопасности закреплено в ст. 7 Закона «О защите персональных данных» от 1981 г.[6] Под «информационной безопасностью» понимается «защита информационной целостности, либо защита информации от ее незаконного раскрытия, использования и копирования». Эта норма корреспондируется с перечнем обстоятельств, при которых вводится ограничение на распространение информации, которое содержится в ст. 9-11 Закона «О свободе информации» от 1998 г.[7] Так, в ст. 9 регулируется полный запрет на распространение информации, содержание которой представляет угрозу для государства, в ст. 11 определены условия, при которых передача информации ограничена или распространяется под условием, и в ст. 13 порядок нераспространении информации в случае защиты третьей стороны.

Информационные ресурсы в сети Интернет судебной практикой отнесены к источникам средств массовой информации и на них распространяются те же нормативно-правовые акты, что и к других источникам СМИ.

По постановлению «Об обороне (комендантский час)» от 1945 г[8], действует система военной цензуры, согласно который цензор имеет право запретить любую публикацию, которая может нанести вред безопасности Израиля или его мирному существованию, либо общественному порядку.

С этого времени и до сих пор любая информация, имеющая отношение к безопасности и к военным, проходит цензуру, проводимую по негласному соглашению между военным штабом и Комитетом редакторов ежедневных изданий. В рамках военной разведки (i“nx) осуществляет свою деятельность военный цензор, «который наделен полномочиями по наложению запрета на обнародование информации (входящей и исходящей), которая может привести к атакам на граждан страны» (ст. 88 Постановления об Обороне).

В 1988 г., когда тель-авивская местная газета «Ха’ир» (ивр. туп) намеревалась напечатать статью с раскрытием имени и критикой главы Службы внешней разведки «Моссад», цензор наложил вето на эту публикацию. В деле о запрете публикации цензором (БаГаЦ 680/88 «Шницер против Главного военного цензора») судья А. Барак, председательствовавший в деле, определил, что считать «информацией, которая может нанести вред безопасности государству, общественному спокойствию и порядку»[9], и постановил, что журналистская критика недостатков работы Мосада и его шефа является абсолютно законной. Военная цензура может запретить публикацию лишь в случае, если она содержит непосредственную угрозу государственной безопасности, причем бремя доказательства существования непосредственной угрозы ложится на государство.

Суд единогласно постановил, что нужды национальной безопасности не являются достаточным основанием для запрещения к публикации всего, что рассматривается цензурой как подвергающее ее риску. Суд подчеркнул, что «ввиду последствий решений, значение которых по вопросам национальной безопасности имеют для жизни нации, необходимо создать условия для честного обмена мнениями по относящимся к ней проблемам. Одним из таких условий является наличие свободной прессы, которая должна служить трибуной для дискуссий и критики по проблемам, жизненно важным для отдельных людей и для общества в целом»[10].

В сентябре 1990 г. Комиссия Кнессета по иностранным делам и обороне сформировала подкомиссию для изучения вопроса о цензуре. Она пришла к единогласному мнению о том, что концепция национальной безопасности, взятая на вооружение цензором, излишне широка. Подкомиссия постановила:

  • 1. Некоторые из тем, представляемых к цензуре, являются наследием далекого прошлого и в настоящее время причины для их включения в список тем, подлежащих цензуре, отсутствуют.
  • 2. Длинный список материалов, подлежащих цензуре, не отражает ее необходимости: предотвращать публикацию материалов высокой секретности, предание которых гласности может нанести государству реальный ущерб или непоправимый вред.
  • 3. Некоторые из тем, включенных в список, относятся к политике или к «общественной морали», вследствие чего на рассмотрении цензора могут оказаться вопросы, не входящие в его юрисдикцию.
  • 4. Не оправданное необходимостью расширение списка тем, подлежащих цензуре, может вызвать падение авторитета цензуры в глазах общества, и, возможно, это уже произошло[11].

Хотя законодатель в числе источников СМИ в ст. И Закона «О защите чести и достоинстве» от 1965 г., не называет публикацию в Интернете, судебная практика признает, что статьи, опубликованные на сайтах и нарушающие Закон «О защите чести и достоинстве» могут быть закрыты как источники СМИ. Также судебная практика признает за редакторами сайты, а также их владельцами обязанность раскрывать данные тех, кто публикует незаконные публикации, а также налагать запрет на доступ на эти сайтов со стороны виновных лиц и полномочия по приостановке функционирования сайтов. При этом они применяют по аналогии ст. 9 данного Закона:

В 2010 г. был создан специальный отдел № 443 в полиции, который специализируется на борьбе с киберпреступностью и азартными играми в Интернете[12]. В соответствии с разработанной директивой полицией, 40 сайтов были закрыты. Блокирование доступа к сайтам, находящимся за рубежом, не урегулировано, поэтому не осуществляется.

  • [1] Izhar Т, Ivri-Omcr D. Regulatzia shel' Sherutei Tikshoret Eletronit Be-Israel: ha -Zhorehbe-Hakamat Reshut Tikshoret. Yirushalaim, 2009.
  • [2] 5M Политика ЕС в области информационной безопасности нашла отражение в: Directiveof the European Parliament and of the Council of 11 March 1996 on the legal protectionof databases. Directive 96/9/EC. (Директива Европейского Парламента и Советаот 11 марта 1996 г. «О правовой защите баз данных»).
  • [3] http://www.isoc.org.il/about heb/index.html
  • [4] См. на сайте Кнессета — http://www.knesset.gov.il/review/data/heb/lavv/knslOtelecommunications.pdf.
  • [5] «Интернет — глобальная телекоммуникационная сеть, которая состоит из следующих частей: П. а) Используется режимом Address Space, основанный на интернет протоколе(Internet Protocol), который своевременно обновляется. П. б) Поддерживается телекоммуникационной связью, основанной на системепротоколов - Transmission Control Protocol и своевременно обновляемым InternetProtocol. П. в) Предоставляется, используется или становиться возможным публично илинепублично в системе услуг, основанных на Address Space и Internet Protocol’ax».https://www.nitrd.gov/fnc/Internet_res.aspx.
  • [6] http://www.tamas.gov.il/NR/exeres/271F57DC-6A6D-4E57-BA8F-B34D9DA9A08B.htm.
  • [7] http://www.knesset.gov.il/laws/special/heb/freedom info.htm
  • [8] Takanot hagana (shaat herum) http://he.wikisource.org/wiki/%D7%AA%D7%A7%D7%A0%D7%95%D7%AA_%D7%94%D7%94%D7%92%D7%A0%D7%94 (%D7%A9%D7%A2%D7%AA_%D7%97%D7%A8%D7%95%D7%9D).
  • [9] Текст решения см.: URL: http://wvviv.constitution.org.il/index.php?option=com_consti_comp&class=l&mytask=view&id=295.
  • [10] 372 Цит. по: Lahav Р. "Press and national security” // Security and Democracy in Israel, ed.by Avner Yaniv (Boulder and London: Lynne Rienner Publishers — Israel DemocracyInstitute, 1993). PP. 173-195.
  • [11] Ibid. P.175.
  • [12] В соответствии со ст. 225-228 Закона об уголовном праве Израиля 1977 г., в государстве запрещены азартные игры. В силу ст. 229 данного Закона, начальник окружной полиции уполномочен закрывать такие места.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >