Актуальные формы развития использования энергии из возобновляемых источников

В связи с принятием в 2007 г. установки «20—20-20»7, которая предполагает достижение к 2020 г. 20-процентного сокращения выброса парниковых газов, 20-процентного увеличения энергоэффективности и 20-процентной доли ВИЗ, в 2009 г. был принят новый комплекс юридических мер по продвижению использования ВИЗ. Директива 2009/28s консолидировала меры в данном направлении и заменила собой Директивы 2001/77 и 2003/30.

Ф Энергией из возобновляемых источников, по смыслу Директивы 2009/28, является энергия, произведенная из возобновляемых неископаемых источников, таких как ветер, солнечная энергия, аэро- термальная, геотермальная, гидротермальная и океаническая энергия, гидроэнергия, энергия биомассы, газ канализационных станций и биогазы.

Директива 2009/28 установила общекоммунитарный ориентир по достижению 20-процентной доли ВИЗ в обшем объеме энергопотребления и ориентир для каждого государтва-члена по достижению 10-процентной доли ВИЗ в общем объеме энергопотребления в транспортном секторе к 2020 г. Каждый из указанных ориентиров заслуживает дополнительного пояснения.

Доля ВИЗ рассчитывается не только для электроэнергетического сектора, а для любого потребления энергии в ЕС. Это говорит об ином масштабе поставленных задач и о влиянии принятых ориентиров на все сферы энергетики. Так же как и в Директиве 2001/77, общий ориентир рассчитывается на основе совокупности национальных ориентиров. Вместе с тем, в отличие от Директивы 2001/77, Директива 2009/28 установила не «индикативные», а «обязательные» национальные ориентиры.

Как и в случае с индикативными ориентирами, обязательные ориентиры устанавливались отдельно для каждого государства. Достижение государствами-членами своих национальных ориентиров должно привести к достижению единого общеевропейского ориентира в 20%. Лучшая стартовая позиция и наиболее амбициозные ориентиры оказались у Швеции. В 2005 г. показатель использования ВИЭ в этой стране составил 39,8%, а ориентир на 2020 г. — 49%, т.е. почти половина общего энергопотребления. Заслуживают внимание также показатели Латвии (32,6 и 40% соответственно), Финляндии (28,5 и 38% соответственно) и Австрии (23,3 и 34% соответственно). Наиболее скромными оказались ориентиры Мальты (0 и 10% соответственно) и Люксембурга (0,9 и 11% соответственно), что, очевидно, вызвано ограниченностью площадей и, как следствие, ресурсов, необходимых для применения технологий возобновляемой энергетики. Восемь стран определили для себя ориентиры в диапазоне от 13 до 15%9.

Ориентир по достижению 10-процентной доли ВИЭ в общем объеме энергопотребления в транспортном секторе к 2020 г. равным образом применяется к каждому из государств-членов. При этом при расчете общего объема энергопотребления на транспорте (от которого и рассчитывается 10-процентный ориентир) учитывается энергопотребление лишь в наземном — автомобильном и железнодорожном — транспорте. В Преамбуле Директивы 2009/28 специально отмечено, что расходы топлива в авиации не принимаются во внимание, поскольку на настоящий момент не существует технологических возможностей замены авиационного керосина на возобновляемые виды топлива.

Каждое государство-член обязано разработать и принять национальный план действий по развитию ВИЭ. План действий должен содержать указание на конкретные политики и меры, которые дадут возможность достичь заявленных страной показателей к 2020 г. Более того, ст. 3 Директивы 2009/28 устанавливает обязанность государств- членов следовать так называемой индикативной траектории внедрения ВИЭ. Иными словами, результаты принятия мер по повышению доли ВИЭ будут оцениваться не только по окончательным результатам их принятия в 2020 г., но и в периодическом режиме соотноситься с математически рассчитываемой промежуточной траекторией. В случае существенного негативного отклонения того или иного государства-члена от индикативной траектории оно будет обязано дополнить план действий, указав, каким образом будет наверстываться упущенное.

Директива 2009/28 предусматривает ряд новых специальных механизмов, облегчающих достижение государствами-членами заявленных ориентиров. К таковым относятся: статистическая передача показателей, совместные проекты между государствами-членами, а также с третьими странами, совместные схемы поддержки, установление технических стандартов в строительстве.

Статистическая передача предусматривает возможность статистической, «бумажной» передачи от одного государства-члена другому показателей объема энергии, полученной из возобновляемых источников. Иными словами, статистические показатели государства, превысившего свой национальный ориентир, могут быть частично «переписаны» в пользу государства, не выполнившего план по достижению своего ориентира.

Совместные проекты предполагают реальное взаимодействие двух и более государств-членов в области производства электроэнергии, отопления или охлаждения на основе ВИЭ. К таким проектам может относиться, например, строительство каскада малых гидроэлектростанций на приграничной реке, размещение ветропарка или солнечных батарей на территории одной страны с зачетом части вырабатываемой электроэнергии в пользу доли другой страны, осуществляющей частичное финансирование проекта, и проч.

Подобный совместный проект, но исключительно в сфере электроэнергетики, может распространяться и на государства, не являющиеся членами ЕС. В данном случае важно также условие, чтобы электроэнергия, вырабатываемая и экспортируемая в ЕС в результате реализации подобного проекта, не подпадала под программу поддержки в этой третьей стране, за исключением инвестиционной помощи при строительстве установок. Кроме того, во избежание двойного учета, эта электроэнергия не должна учитываться в программах развития ВИЭ в этом третьем государстве.

Государства-члены могут также устанавливать совместные скоординированные схемы поддержки развития ВИЭ. Подобная координация может, во-первых, способствовать установлению единых правил игры, облегчающих географическое распространение возобновляемых технологий; при этом будет установлено единое регуляторное пространство с точки зрения права конкуренции. Во-вторых, совместные схемы поддержки могут включать в себя механизмы статистической передачи, представляя собой при этом инструменты развития, а не просто цифровые манипуляции.

Согласно данным Совета, на здания и постройки приходится порядка 40% общего объема потребления энергии в ЕС10. В указанной связи, ст. 13 Директивы 2009/28 устанавливает обязательство государств-членов ввести в градостроительных регламентах, кодексах либо иных подобных документах к 31 декабря 2014 г. минимальные стандарты использования энергии из возобновляемых источников. Указанные стандарты должны будут применяться при строительстве новых зданий, а также при капитальном ремонте существующих.

Кроме того, как указано, в частности, в Плане по энергоэффективности 2011 г.,

«государственные расходы составляют 17% от ВВП ЕС. Здания, находящиеся в собственности или занимаемые государственными органами, представляют около 12% от общей площади зданий в ЕС»".

Поэтому в Директиву 2009/28, равно как и в рассматриваемую ниже Директиву 2012/27 об энергоэффективности, заложен механизм демонстрации государственными органами на собственном примере необходимости использования соответствующих технологий. Так, начиная с 1 января 2012 г. новые здания государственных органов, а также здания, подвергаемые капитальному ремонту, должны служить примером использования ВИЗ; в качестве возможных вариантов указываются здания с нулевым балансом энергопотребления (т.е. с нулевой суммой производства и потребления) в течение года, а также предоставление крыш зданий государственных органов для размещения установок по производству электроэнергии из возобновляемых источников.

Введенный Директивой 2001/77 механизм гарантий происхождения сохранен в Директиве 2009/28, и, более того, его применение распространяется не только на электроэнергию, но и на тепло и охлаждение, осуществленное на ВИЗ. Гарантии происхождения являются передаваемыми, при этом специально отмечается, что передача гарантий происхождения никоим образом не связана со статистической передачей показателей или иными механизмами поддержки.

Положения о доступе производителей электроэнергии из возобновляемых источников к системам передачи и распределения в значительной степени детализированы и усилены.

На государства-члены налагается обязанность по принятию мер для развития передающей и распределительной сетевой инфраструктуры, «умных сетей», мощностей по хранению и энергосистем в целом для обеспечения надежной работы электроэнергетических систем. Последние должны быть технически приспособлены к дальнейшему развитию производства электроэнергии из возобновляемых источников.

В число подобных мер входит создание и усиление сетевых соединений между государствами-членами, а также между государствами- членами и третьими странами.

В развитие указанных положений на государства-члены налагается ряд специфических обязательств. Так, они должны обеспечить, чтобы ОСТ и ОСР на их территории гарантировали передачу и распределение электроэнергии, выработанной из возобновляемых источников. Государства-члены также должны предоставить приоритетный или гарантированный доступ к электроэнергетическим системам для «возобновляемой» электроэнергии.

При осуществлении оперативно-диспетчерского управления ОСТ должны отдавать приоритет генерирующим установкам, использующим ВИЗ, если только это не приводит к возникновению угрозы надежной работы национальной электроэнергетической системы. Данная оговорка связана с тем, что, как уже отмечалось выше, низкая предсказуемость объемов выработки электроэнергии с помощью ветровой и солнечной генерации приводит к значительным затруднениям в процессе планирования и балансирования национальных электроэнергетических систем. При этом объем возможных колебаний увеличивается пропорционально увеличению доли ветровой энергетики. С учетом подобной тенденции, при развитии национальных энергосистем более остро встает вопрос адекватного увеличения резервных мощностей, что, в свою очередь, приводит к увеличению объема необходимых инвестиций.

Кроме того, предоставление приоритета «возобновляемой» генерации приводит к изменению рыночных механизмов и к повышающему воздействию на цены на электроэнергию. Тем не менее, с учетом политического характера приоритетов по развитию ВИЗ, Директива 2009/28 идет еще дальше в этом направлении, обязывая государства- члены обеспечить принятие необходимых технологических и рыночных мер для минимизации «отсечения» (curtailment) «возобновляемой» генерации в случае перегрузок.

В случае, если приняты масштабные меры по отсечению «возобновляемой» генерации в целях обеспечения безопасной работы национальной электроэнергетической системы и надежности поставок электроэнергии, государства-члены обязаны обеспечить, чтобы ответственные ОСТ предоставляли отчеты Энергетическому регулятору, где будут указаны корректирующие мероприятия, которые они собираются предпринять в целях избежания подобных ситуаций в будущем.

От ОСТ и ОСР также требуется разработать и опубликовать стандартные правила, касающиеся несения и распределения затрат на технологическую адаптацию, такую как создание и усиление сетевых соединений, совершенствование управления сетевым комплексом и правила о недискриминационной имплементации положений сетевых кодексов. Это требование направлено на интеграцию новых производителей, вырабатывающих электроэнергию из возобновляемых источников, в объединенную сеть.

Положения Директивы 2009/28, учитывая накопленный национальными правительствами и институтами ЕС опыт, более детально регулируют вопросы, связанные с возможными негативными эффектами развития использования биотоплива, такими как возможная вырубка лесов, увеличение (а не уменьшение) выбросов парниковых газов, уменьшение посевных площадей для традиционных сельскохозяйственных культур и связанный с этим рост цен на продовольствие.

В Директиве 2009/28 устанавливается целый ряд экологических критериев и критериев устойчивого развития для производства биотоплива. Например, при производстве биотоплива не может быть использована древесина, полученная в девственных лесах или охранных зонах. Объемы биотоплива, произведенные без соблюдения указанных критериев, не будут учитываться как ВИЭ при расчете обязательных национальных ориентиров и не будут подпадать под действие программ финансовой поддержки.

Комиссия должна раз в два года сообщать Парламенту и Совету' о соблюдении указанных критериев устойчивого развития при производстве как в ЕС, так и в третьих странах биотоплива, если такое биотопливо потребляется внутри ЕС. Указанный доклад Комиссии должен также включать вопросы социальной стабильности и продовольственной безопасности в государствах-членах и в третьих странах, являющихся поставщиками биотоплива в ЕС. Кроме того, ЕС обязуется прилагать усилия по заключению двусторонних международных соглашений с третьими странами, которые содержали бы критерии устойчивого развития, аналогичные изложенным в рассматриваемой Директиве.

Сопоставление предписаний рассмотренных выше Директив об использовании ВИЭ, а также их наложение на соответствующие политические механизмы позволяет выявить ряд тенденций в развитии правового регулирования.

Налицо изменение модальности — замена индикативных ориентиров по использованию ВИЭ ориентирами обязательными. Установление индикативных ориентиров сближало Директивы 2001/77 и 2003/30 с политическими программами. Ориентиры, содержащиеся в Директиве 2009/28, четко вводят обязательства государств-членов в правовое поле.

Индикативный характер первоначальных ориентиров отчасти явился причиной их невыполнения большинством государств-членов.

Как отмечает Комиссия, это не позволило достичь к 2010 г. запланированных глобальных показателей. Тем не менее ориентиры, предусмотренные Директивой 2009/28, к 2020 г. были существенно увеличены. Это свидетельствует о важности для ЕС задач обеспечения устойчивого развития и внутренней ресурсной обеспеченности и о решимости нести расходы, связанные с решением этих задач.

Директива 2009/28 предлагает гораздо более широкий перечень механизмов, которые могут обеспечить достижение поставленных ориентиров. Указанные механизмы по развитию разного рода ВИЭ интегрированы между собой в рамках единого направления. Кроме этого, важно отметить постепенный переход от исключительно национальных механизмов, гармонизированных и подвергавшихся лишь мониторингу на уровне Сообщества, к механизмам межгосударственного сотрудничества с более сильной координирующей ролью институтов Европейского союза в рамках единого рынка и общей энергетической политики.

Интересно также отметить, что перечисленные тенденции начали проявляться и были оформлены в правовой сфере лишь с началом XXI столетия. Тем не менее с уверенностью можно говорить о том, что они набирают обороты и что на основе накапливаемого опыта можно ожидать дальнейшего развития юридических механизмов регулирования отношений в сфере использования ВИЭ в ЕС.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >