Роль СМИ в динамике языковых процессов

Вторая половина XX — начало XXI в. характеризуются стремительным ростом массовой коммуникации и новых информационных технологий. Динамичное развитие традиционных СМИ — печати, радио, телевидения, появление и распространение Всемирной паутины — Интернета привели к созданию единого информационного пространства, особой виртуальной среды, образованной совокупностью множества медиапотоков. Все это не могло не сказаться на процессах производства и распространения слова, на особенностях речеупотребления и характере языковых изменений.

Основной объем речеполъзования приходится сегодня именно на сферу массовой коммуникации. Тексты массовой информации, или медиатексты, являются одной из самых распространенных форм современного бытования языка, а их совокупная протяженность намного превышает общий объем речи в прочих сферах человеческой деятельности. При этом корпус текстов, ежедневно производимых и передаваемых по каналам СМИ, продолжает постоянно увеличиваться.

Об этом, в частности, можно судить по количественным показателям: растет число телевизионных каналов (в США оно достигает семидесяти пяти, включая кабельное телевидение), происходит их дальнейшая специализация — есть каналы преимущественно новостные (например, CNN — Cable News Network), развлекательные (MTV), спортивные (Eurosport), образовательные (Discovery Channel), музыкальные и т.п. Возникают новые радиостанции, появляются новые газеты и журналы, рассчитанные как на широкую аудиторию, так и на удовлетворение ганересов самых различных возрастных, профессиональных и социальных групп. Огромный вклад в постояшюе наращивание массива медиаречи вносит коммуникация в мировой сети Интернет (World Wide Web). Распространите сетевых версий печатных изданий, появление онлайновых публикаций — все это способствует увеличению общего числа текстов, функционирующих и мироном информационном пространстве, которое рассматривается исследователями как особая сфера ре- чеупотребления, обладающая своими признаками и особенностями.

Концепция единого информационного пространства имеет ключевое значение для понимания динамики языковых изменений, так как позволяет представить многогранную деятельность мировых и национальных массмедиа в виде единой, целостной системы, функционирование которой оказывает существенное влияние на протекание лингвокультурных процессов.

В современной науке для обозначения этой новой виртуальной территории без государственных границ и осязаемых барьеров используется целый набор терминов и понятий, относящихся к одному семантическому ряду, но подчеркивающих ту или иную сторону массовых коммуникационных процессов, как то: информационное пространство, информационная среда, информационное поле, медиасреда, медиаландшафг, инфосфера.

Концепция едного информационного пространства позволяет лучше понять законы движения информационных потоков, а также представить целостную информационную картину мира в динамике. Важнейшей составляющей мирового информационного пространства является его лингвокультурный компонент, значение которого трудно переоценить, поскольку любая словесно выраженная информация является воплощением определенного языка и культуры.

Понимаемая как ареал распространения того или того языка и культуры в мировом медиаландшафте, концепция лингвокультурного пространства позволяет продемонстрировать фактическое несовпадение границ территориальных, государственных с границами ипформацишшых сфер влияния. Так, реальные кошуры англо-американского лиигвокультурпого пространства выходят далеко за пределы территорий соответствующих государств в силу охвата англоязычным медиавещатшем огромных пространств и распространения Интернета. Результатом же распада СССР стали нс только изменения государственного и социально-политического характера, но и заметные перемены в существующем кулътуро-информационном пространстве, что, в частности, выразилось в значительном сокращении присутствия русского языка и культуры в странах Балтии, Средней Азии и Восточной Европы.

Таким образом, говоря о роли СМИ в динамике языковых процессов, необходимо подчеркнуть, что мы имеем в виду не только и не столько изменения, вызванные внедрением новых информационных технологий, сколько качественные преобразования в общей лингвокультурной ситуации. В свою очередь, оценивая воздействие современных массмедиа на протекание языковых процессов, возможно разграничить три следующих уровня анализа:

  • 1) геолингвистический,
  • 2) интерлингвистический,
  • 3) интратингвистический.

Геолингвистический уровень, как следует из самого названия, предполагает анализ того, как воздействуют СМИ на состояние и развитие общей лингвокультурной ситуации в мире и в регионах. Здесь внимание сосредотачивается на таких важнейших количественных и ареальных показателях, как изменение числа говорящих на том или ином языке, передел языковых сфер влияния, увеличение роли одних и уменьшение роли других языков в мировом информационном пространстве. На уровне интерлингвистическом, или межъязыковом, исследователей интересуют вопросы взаимодействия и взаимовлияния языков, изучаются механизмы и способы заимствований, а также функциональные стили и сферы речеупотреблеиия, наиболее подверженные иноязычному влиянию. Уровень интралингвистический, или внутриязыковой, позволяет сосредоточить внимание на медиа- обусловлснных языковых процессах в рамках одного лингво- культурного ареала. К ним относятся: тенденция к размыванию четких стилевых границ, распространение норм разговорного стиля в базовом корпусе медиаречи (новости, информационная аналитика, комментарий), тиражирование ошибочного речеу- потребления (например, неправильное ударение, грамматические ошибки и неверная сочетаемость), снижение речевой нормы за счет употребления в СМИ сниженной и ненормативной лексики и т.п.

Остановимся на каждом из перечисленных уровней подробнее. Одним из основных признаков современной геолингвисти- ческой картины мира является бесспорное доминирование английского языка, которое проявляется в том числе и в сфере массовой коммуникации. Совокупный объем англоязычных медиатекстов в силу целого ряда причин экономического, политического и социокультурного характера заметно превышает объем текстов массовой информации на других языках мира. Так, мгновенная реакция на события в любой точке земного шара, их объективное освещение помогли американскому каналу всемирных новостей (CNN) завоевать популярность у телезрителей всего мира. Этот канал вещает на английском языке, ВВС World пользуется репутацией одного из самых объективных новостных каналов, поэтому его смотрят и в Западной Европе, и в США, и в других странах мира. С начала 1990-х годов в связи со значительными социалыю-экономическими изменениями англоязычные СМИ получают все большее распространение и в России. В середине 90-х юдов зарубежными журналистами, работао- щими в Москве, была создана компания «Independent Media», которая выпускает популярные издания «The Moscow Times», «The Moscow Tribune», «The St. Petersburg Times», «Capital», а также курирует выпуск русскоязычных аналогов известных журналов «Cosmopolitan», «Good Housekeeping» и др. Все это свидетельствует о дальнейшей интеграции и глобализации международных информационных систем и отражается на протекании языковых процессов, качественной стороне речеупотреблепия, движении языковой нормы, а также взаимодействии языков и культур.

Глобализация мирового информационного пространства способствовала не только значительному расширению сферы влияния английского языка, но и превращению его в общепризнанный язык международного общения — lingua franca. В настоящее время английский стал языком международного бизнеса и торговли, политики и дипломатии, науки и информационных технологий, средств массовой информации, популярной музыки, шоу-бизнеса, спорта и образования. Сегодня вряд ли можно найти область человеческой деятельности, в которой английский язык не имел бы доминирующего значения.

Глобальную роль английского языка в современном мире прекрасно описывает известный английский лингвист Дэвид Кристалл в книге «English as a Global Language», отмечая при этом роль средств массовой информации в продвижении и распространении английского языка и массовой культуры в национальных медиаландшафтах.

Однако существует и критический взгляд на англоязычную глобализацию мирового информационного пространства, которой представлен в нашумевшей книге известного британского ученого Роберта Филлипсона «Linguistic Imperialism» (Языковой империализм). Отмечая, что стремительное распространение английского языка и англо-американской культуры во второй половине XX в. обусловлено целым рядом социально-политических, экономических и технологических факторов, автор подчеркивает, что неумеренная экспансия английского языка наносит серьезный ущерб другим национальным языкам и культурам.

Концепция языкого империализма перекликается с уже устоявшимся в западной гуманитарной науке концепциями культурного (Cultural Imperialism) и информационного или медиа- империализма (Media Imperialism). С их помощью описывается мощная волна англо-американской массовой культуры, захлестнувшая внутреннее мсдиапространство других стран и сопровождающаяся неизбежным сокращением доли национального информационного продукта.

И если одни страны, например Франция, пытаются как-то контролировать англоязычное влияние введением законодательных ограничений, то культуро-информациотюе пространство России продолжает оставаться совершенно открытым. Естественно, что это сказывается как на обшей языковой ситуации, так и на состоянии внутреннего медиаландшафта.

Изучение роли СМИ в динамике языковых процессов на интерлингвистическом уровне предполагает анализ медиаобуслов- ленных механизмов взаимодействия языков, в частности, таких как способы заимствования лексических единиц, функционально-стилевая стратификация заимствований, взаимовлияние коммуникативно-вещательных стилей.

Поскольку в условиях информационного общества культурно-языковое влияние наиболее активно осуществляется по каналам массовой коммуникации, доминирующее воздействие англоязычной медиаречи на мировое информационное пространство, в том числе и на его российский сегмент, ясно прослеживается при анализе соответствующих медиадискурсов.

Воздействие англо-американских массмедиа на российские СМИ заметно как на уровне формата и содержания, так и на уровне языка. Широкое распространение англоязычных образцов телевизионной и радиопродукции, копирование (как лицензированное, так и нелицензированное, пиратское) формата и содержания, мощная волна англоязьиных заимствований, имитация коммуникативно-вещательных стилей — все это характерные признаки современных российских медиатекстов.

Одним из наиболее ярких примеров англоязычного медиавлияния на формат и содержание текстов массовой информации в России являются передачи, сделанные по образцу известных западных программ. Так, многие популярные проекты российского телевидения представляют собой аналоги известных западных телешоу. Например, телеигра «Поле чудес» — это лицензированный вариант популярной американской программы «The Wheel of Fortune», успешно идущей во многих странах мира; «Слабое звено» — эго российская версия известной английской теяеигры «The Weakest Link», а рейтинговые передачи «Угадай мелодию» и «Последний герой» также основаны на американских оригиналах. Возтшкшие па англо-американской почве популярные теле- и радиоформаты успешно адаптируются в постперестроечной России: количество передач, использующих такие базовые для англоязычных массмедиа форматы, как talk-show, quiz game, phone-in programme, candid camera, confession television, reality show и т.д., неуклонно растет. Заимствуются не только форматы, но и содержание. Не секрет, что многие российские издания, в которых освещаются новинки мирового кино, популярной музыки, а также события в мире шоу-бизнеса, делают свои материалы о жизни зарубежных звезд, в основном «перекачивая» статьи с интернет-сайтов популярных англоязычных журналов типа «Hello». Причем практиковавшаяся ранее ссылка «по материалам зарубежной прессы» в настоящее время чаще всего отсутствует.

Воздействие англо-американских массмедиа на уровне языка проявляется в мощной волне заимствований английской лексики. С концептуальной точки зрения заимствования, как правило, отражают наиболее развитые в рамках той или иной национальной культуры сферы деятельности. Так, на страницах британской прессы нередко можно встретить слова французского языка, которые употребляются для обозначения предметов стильной жизни, высокой моды и изысков гастрономии, например: haute couture, soiree, clientele, vin de table и т.п. В свою очередь, заимствования из английского концептуально связаны с такими областями, как бизнес, политика, спорт, компьютерные технологии, популярная музыка, молодежная культура. Приведем некоторые наиболее яркие примеры: менеджмент (управление), шоу-бизнес, саммит (встреча па высшем уровне), промоушсн, хафбэк (полузащитник), файл, драйв, шузы, ботл (молодежный сленг).

Конечно, некоторые англоязычные заимствования уже настолько прочло вошли в совремешюе речеупотреблепие, что замена их на слова русского происхождения представляется довольно сложной. Особенно это относится к тем случаям, когда английское слово обозначает относительно новое для российской действительности понятие, описание которого средствами русского языка требует определенных лексических усилий. Так, даже при официальной поддержке русское название англо-американского понятия public relations «связи с общественностью» вряд ли полностью вытеснит из обихода английский термин «паблик рилейшнз» (PR). Тем более что в русском языке образовался целый ряд производных слов — пиарщик, пиарить, пропиарить и т.д.

В значительном количестве медиатекстов употребление англоязычных заимствований мотивировано стремлением сохранить более экономичную языковую форму', например, использование английского слова «primaries» вместо словосочетания «первичные выборы». Действительно, иногда гораздо легче сохранить иностранное название, чем перевести его на русский язык, как, например, в случае со словосочетанием «exit polls» (опрос избирателей после голосования на выходе из избирательного участка) или широко распространенное сегодня слово «омбудсман» — представитель по правам человека. Слово скандинавского происхождения «ombudsman» широко используется в современном английском языке для обозначения людей, которые представляют интересы и защищают права граждан в различных организациях, в том числе в средствах массовой информации. Причем в соответствии с требованиями политкорректности «омбудсман» часто превращается в «ombudsperson».

Анализ языковых процессов на интерлингвистическом уровне позволяет также высказать предположение о том, что существует некая мода на определенные слова и выражения, распространяемая через средства массовой информации, и именно СМИ способствуют распространению нового, «модного» варианта употребления лексемы на другие лингвокультурные ареалы. Возьмем, например, звучащее почти в каждом выступлешш современного российского политика слово «прозрачный» — прозрачный бюджет, прозрачное правительство, прозрачный механизм распределения льгот и т.д. Традиционно сочетавшееся с существительными, обозначающими физическую сущность, — прозрачный воздух, прозрачная вода, прозрачное стекло, данное прилагательное с конца 90-х годов XX в. стало активно употребляться для обозначения таких абстрактных понятий, как бюджет, политика, финансирование, ситуация, политические структуры, органы власти и т.п. Причем процесс этот был инициирован именно в англоязычном регионе — сначала появились «transparent policies», «transparent government», «transparent budget», а потом с помощью массмедиа данные варианты сочетаемости перекочевали и в другие языки, в том числе в русский. Интересно отметить, что некоторые политики даже демонстрируют употребление англоязычной версии слова, говоря «транспарентный» вместо «прозрачный». Так, российский министр обороны, отвечая на вопросы тележурналистов, сказал, что механизм призыва в российскую армию должен быть абсолютно «транспарентным».

Роль СМИ как каналов активного языкового взаимодействия проявляется также в использовании и распространении определенных информационно-вещательных стилей. Понятие «информационно-вещательный стиль» непосредственно связано с массовой коммуникацией и используется для обозначения того особого тона разговора с читателем, слушателем, зрителем, который свойствен каждому конкретному средству массовой информации — газете, журналу, радиопередаче или телепрограмме. Известно, что каждый субъект СМИ «разговаривает» со своей аудиторией определенным тоном, используя дтя обращения и текстовой коммуникации устойчивые форматные, стилистические и риторические средства. Так, для качественной газетной прессы характерен один стиль общения, для популярной — другой, стиль британского новостного вешания отличается от стиля российских телеповостей и т.п. Подобно музыкальному ладу тональность того или иного субъекта массмедиа может варьироваться в зависимости от целого ряда экстралипгвисти- ческих факторов, которые могут относиться к политической, исторической, культурной, идеологической, социальной сферам. Информационно-вещательные стили могут быть приподнято-официальными, как, например, в случае телевизионных новостей советского периода, предельно обезличенными, как, например, известный стремлештем к объективности новостной стиль вещания БиБиСи, или намеренно панибратскими, как большинство стилей ведущих развлекательных радио- и телепрограмм.

Сопоставительное изучение медиатекстов показывает, что глобализация или, скорее, англоамериканизация современного медиапространства во многом способствует частичному заимствованию, а иногда и полному копированию тех или иных информационно-вещательных стилей, в том числе и российскими средствами массовой информации. Так, изменения периода гласности и перестройки коснулись в первую очередь тональности общения постсоветских СМИ со своей аудиторией, что, в частности, выразилось в радикальной смене информационно- вещательных стилей. Многое в постсоветском медиадискурсе возникло именно благодаря влиянию англоамериканской медиаречи. Например, весьма распространенная сегодня фраза ведущих теленовостей «Оставайтесь с нами» — это не это иное, как перевод известного английского новостного клише «Stay with us».

Исследуя роль СМИ во взаимодействии английского и русского медиадискурсов, нельзя не сказать и о влиянии русского языка на английский, которое, конечно, не столь ощутимо, но все-таки в определенных контекстах имеет место. Наиболее типичный контекст — это так называемая экспатриантская пресса (expat media), иначе говоря, пресса, предназначенная для проживающих и работающих за рубежом британцев. Примерами такой прессы могут служить газеты «The Moscow Times» и «The Russian Journal», выходящие в Москве и предназначенные как для иностранцев, проживающих в России, так и для российских граждан, владеющих английским языком. Анализ данных излагай свидетельствует о том, это тексты массовой информации немедленно реагируют на доминирующее лингвокультурное окружение, интегрируя наиболее частотную и культурозпа- чимую лексику. Функционируя в русском лингвокультурном ареале, англоязычные газеты освещают как события международной жизни, так и российскую действительность, поэтому естественно, ’что, рассказывая о своем «русском опыте», иностранные корреспонденты стараются «украсить» свой материал оригинальной лексикой, передающей специфику национальной культуры. Бабушка, товарищ, господа, тусовка, девушка — эти и подобные им лексические единицы вносятся в английский текст без перевода для описания реалий российской жизни, для передачи национального колорита. Таким образом, употребление слов русского языка в англоязычных газетных текстах всегда строго мотивировано.

Причем следует отметить, что в некоторых случаях, несмотря на наличие в английском языке соответствующего слова, необходимого для обозначения того или иного явления российской действительности, иностранные журналисты предпочитают использовать слово русского языка, подчеркивая таким образом межкультурные различия, несовпадение семантических границ понятия в русской и английской культурной традиции. Например, русское слово «бабушка» в английском написании «babushka» достаточно часто встречается в англоязычных текстах массовой информации о России, предпочтение русского слова английскому' объясняется, видимо, тем, что слово «бабушка», помимо прямого обозначения степени родства, заключает в себе целую гамму дополнительных лингво-культурологических коннотаций, которые не могут быть переданы с помощью английского слова соответствующего значения — grandmother, granny.

Анализ роли массмедиа на внутриязыковом, или интралингви- стическом, уровне предполагает изучение влияния СМИ на функционирование языка в рамках одного лингвокультурного ареала. Говоря о языковых процессах, пусковым механизмом которых служат массмсдиа, в первую очередь можно выделить следующие:

  • 1) тенденция к размыванию четких стилевых границ;
  • 2) распространение норм разговорного стиля в базовом корпусе медиаречи (новости, информационная аналитика, комментарий);
  • 3) тиражирование ошибочного рсчсупотрсблсния (неправильное ударение, грамматические ошибки, неверная сочетаемость);
  • 4) снижение речевой нормы за счет употребления в СМИ жаргонизмов, ненормативной лексики и т.д.

Тенденция к стиранию четких стилевых разграничений внутри корпуса медиаречи отмечается многими исследователями, как российскими, так и зарубежными. Возможно, эта тенденция обусловлена чрезвычайной подвижностью и динамизмом самой жанрово-типологической парадигмы медиадискурса. Основные типы медиатекстов — новости, информационная аналитика (comment and analysis), публицистика (features) и реклама, находясь в постоянном взаимодействии и непосредственной временной и пространственной близости (публицистика и информационно-аналитические программы прерываются рекламой, новости соседствуют с комментарием и т.п.), естественно, оказывают влияние друг на друга. Иногда это приводит в появлению новых жанрово-стилистических гибридов типа «инфотейнмент» (info-tainment) или «инфомерция» infomercial). Включение в новостные материалы развлекательного или рекламного компонентов диктуется все тем же ключевым стремлением массовой коммуникации — привлечь как можно большую аудиторию.

Специалисты отмечают также сближение норм устной и письменной речи в СМИ, что, по-видимому, обусловлено функционально-технологическими особенностями самих дискурсивных практик массовой коммуникации. Так, производство и распространение медиатекстов включает такие специальные техники, как чтение с бегущей строки, перевод первично устного текста (например, интервью) в письменную форму публикации, интеграцию речи спонтанной и речи подготовленной, смешение разговорных и книжно-письменных стилей. Например, автор известной книги «Живая русская речь с телеэкрана» О.А. Лаптева пишет: «Влияние звучащих средств массовой информации на языковые процессы трудно переоценить. Теперь язык прессы и звучащих средств массовой информации все менее смыкается с книжно-письменным типом литературного языка. Ипформацио1шая и официальная телевизионная речь испытывают огромное по силе воздействие устно-речевой стихии, происходит неконтролируемое смешение книжно-письменных и устно-разговорных речевых особенностей, что способствует общему снижению речевой культуры»1.

Действительно, современная культура речи, состояние и движение языковой нормы в значительной степени определяются такими базовыми свойствами массовой коммуникации, как многократная повторяемость и огромный охват аудитории. К сожалению, можно сказать, что известная русская пословица «Что написано пером, то не вырубишь топором» применима сегодня и к электронным СМИ, в особенности к телевидению. Речь, звучащая с телеэкрана, воспринимается как норма, и только чуткое ухо специалиста способно обнаружить и обратить внимание на такие языковые «погрешности», как: «спорт для нашей страны всегда был нечто большим» (правильно — чем-то большим), «интрига бывает не только о том, кто будет на первом месте, но и том, кто будет на втором» (правильно — интрига состоит в том, что), «или мы принимаем эту доктрину, или мы лопаем этот мыльный пузырь» («лопаем» — в смысле «едим с большим аппетитом»?), «они даже не скрывали о том, что» и т.д.[1] [2]

Тиражирование ошибок в электронных СМИ дополняется употреблением жаргонизмов и сниженной лексики, причем довольно часто такая лексика звучит именно в информационноновостных текстах — по определению наиболее устойчивом в стилистическом отношении жанре (по крайней мере, до недавнего времени). Например, уже не вызывает удивления фраза, прозвучавшая в главной информациошюй программе капала РТР «Вести» из уст ведущего: «По наблюдениям британских ученых шюхая погода плюс крупные траты на Рождество и Новый год явились причиной массовой послепраздничной депрессии. Пик дспрссняка придется как раз на середину следующей педели» (29.01.05).

Названные тенденции характерны не только для русского лингвокультурного ареала. Аналогичное влияние СМИ на протекание языковых процессов зафиксировано исследователями и в отношении к другим европейским языкам — английскому, французскому, немецкому^, испанскому, итальянскому. Таким образом, можно заключить, что роль, которую играют массме- диа в динамике языкового развития, огромна. Превратившись в однуг из основных сфер речепользования, средства массовой информации сегодня во многом определяют характер и свойства современного состояния языка. Отражение этих процессов в академической науке выразилось, в частности, в становлении и закреплении понятия «язык СМИ».

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ

> Какое влияние оказал стремительный рост массовой коммуникации на общий объем и характер речепользования?

> Что включает в себя концепция единого информационного пространства, и какие термины используются для его описания?

> Как соотносятся понятия «информационное пространство» и «лингвокультурное пространство»?

> Какие уровни анализа выделяются при изучении языковых процессов в сфере массмедиа?

> Что предполагает анализ взаимодействия языков на геолингви- стическом уровне?

> В чем суть концепций языкового и медийного империализма?

> Какую роль играют средства массовой информации в протекании языковых процессов на интерлингвистическом уровне?

> Какое влияние оказывают англоязычные заимствования на современное русское речеупотребление?

> Что включает в себя понятие «информационно-вещательный стиль»?

> Какие тенденции в современном речеупотреблении обусловлены в первую очередь влиянием средств массовой информации?

  • [1] Лаптева О.А. Живая русская речь с телеэкрана. М.: УРСС, 2000. С. 3.
  • [2] Цит. по статье Ольги Богуславской «Угадай депутата с трех адов» (Московский Комсомолец. 21.10.04).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >