ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ НА РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ

И если на глобальном уровне экология становится важнейшей частью международных отношений, то на региональном уровне ее влияние проявляется гораздо слабее. Международное взаимодействие в экологической сфере в Северо-Восточной Азии в основном осуществляется на двусторонней основе, хотя Китай и принимает участие в региональных программах, осуществляемых по инициативе и поддержке международных организаций — ЮНЕП, ПРООН, АзБР и МБРР, призванных содействовать созданию регионального механизма сотрудничества между заинтересованными сторонами415.

Международная помощь предоставляется в виде грантов, экспертных и технических услуг и не накладывает на Китай никаких обязательств. И совсем иначе относится Китай к принятию региональных соглашений о контроле над трансграничным загрязнением морей или атмосферы. Хотя именно эти две проблемы угрожают региональной экологической безопасности.

Трансграничное загрязнение морей считается «спящей проблемой», не привлекающей к себе внимания ни властей, ни общественности, хотя, например, загрязнение Желтого моря чревато сокращением улова рыбы в этой морской зоне и может в будущем привести к столкновению экономических интересов Китая и Южной Кореи416.

Однако подписание такого соглашения поставило бы Китай в экономически уязвимое положение и потребовало бы мобилизации крупных финансовых и технических средств на контроль над загрязнением рек, впадающих в море, на берегах которых расположены крупные города и промышленные предприятия. По официальным данным, ежегодно в Желтую реку сбрасывается 4 млрд т промышленных отходов и стоков, что на 83% делает эту воду непригодной для питья. В мутных водах реки осталась только треть из ранее обитавших там 159 видов рыбы, в результате чего улов рыбы сократился на 60%.

Пока же Китай и Южная Корея ограничиваются тем, что весной и осенью проводят совместные экспедиции по контролю над загрязнением Желтого моря и обмениваются информацией417. И такая ситуация, как представляется, устраивает Китай.

Не торопится КНР заключать соглашение о контроле над трансграничным загрязнением атмосферы, хотя именно эта проблема привлекает к себе пристальное внимание соседних стран — Японии и Южной Кореи, которые попадают в зону выпадения кислотных дождей. Их источник — выбросы тепловых станций в Китае, сжигающих уголь с высоким содержанием серы и не оснащенных системами десульфуризации. Ущерб, который причиняют Китаю кислотные дожди, выпадающие на 40% его территории, составляет 2% ВНП418.

Еще в середине 80-х годов японские ученые получили данные о переносе на большое расстояние загрязнителей, содержавшихся в выбросах промышленных предприятий и теплоэлектростанций в Китае. Однако вплоть до 1992 г. — до проведения Конференции ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро — Китай не признавал своей ответственности в трансграничном загрязнении. Не исключается вероятность того, что к 2015-2020 гг. Китай будет производить выбросов двуокиси серы в большем объеме, чем все страны ОЭСР, вместе взятые, что вызывает особую обеспокоенность Японии и Южной Кореи.

Уже сейчас, по данным Экологического института в Корее, 30% кислотных дождей, выпадающих в этой стране, имеет «китайское происхождение», и ситуация будет ухудшаться с ростом промышленного производства в КНР и увеличением потребления угля419. Показатели загрязнения атмосферы двуокисью серы могу г превысить допустимые нормы, установленные ВОЗ, и стать источником повышенной опасности для региона в целом. По оценкам исследователей, на 40% загрязнение атмосферы твердыми частицами в Токио связано с переносом атмосферного загрязнения из Китая, а в районах, приближенных к Китаю, этот показатель составляет 60%420. Именно поэтому Япония и оказывает помошь Китаю по внедрению на производство очистного и энергосберегающего оборудования. А экологи двух стран проводят мониторинг кислотных дождей. В 2011 г. Китай и Япония объявили о подписании пакета энергетических и экологических соглашений, предусматривающих осуществление 51 проекта в сфере энергосбережения и охраны окружающей среды421.

Попытки Японии заставить Китай принять меры по предотвращению загрязнения атмосферы более жесткими методами — обещанием прекратить экологическую помощь — не способствовали улучшению регионального взаимодействия в сфере охраны окружающей среды и контроля над загрязнением, которое сдерживается наличием экономических и политических противоречий между странами региона.

Столкновение экологических интересов развитых и развивающихся стран отражается в регионе в характере взаимоотношений между

Японией, Южной Кореей и Китаем. По мнению китайских специалистов, Япония и Южная Корея относятся к числу развитых стран, которые ответственны за большинство глобальных проблем и которые «обязаны не только оказывать развивающимся странам помошь в деле защиты среды, но и ослаблять экологические барьеры в международной торговле»422.

Недовольство Китая вызывает возможность использования Японией и Южной Кореей экологических стандартов и норм в качестве меры торгового протекционизма — это может лишить его части конкурентных преимуществ. Так же как и на глобальном уровне, позиция Китая в проведении экологической дипломатии на региональном уровне исходит из примата экономических ценностей развития и направлена прежде всего на создание благоприятного для поддержания устойчивого развития внешнеэкономического климата.

В переговорном процессе с соседними странами Китай всегда подчеркивает свою принадлежность именно к лагерю развивающихся бедных стран. В то же время его крайне раздражают претензии Японии на роль экологического лидера в регионе, что ущемляет собственные амбиции КНР как мировой державы. «Китай хоть и развивающаяся, но великая мировая держава, и нельзя игнорировать ее роль в глобальной экологии», — отмечают китайские специалисты423. И такая позиция Китая, безусловно, сдерживает развитие регионального сотрудничества в экологической сфере.

Недоверие, подозрительность и конкуренция между странами препятствуют налаживанию взаимодействия между Китаем, Южной Кореей и Японией. Экологическая дипломатия Китая на региональном уровне в условиях сохраняющихся политических и экономических разногласий становится заложницей краткосрочных интересов и не ориентирована на создание региональной системы экологической безопасности.

Вопрос не только в финансах, а прежде всего в том, что проблема охраны окружающей среды не является приоритетной сферой интереса для стран Северо-Восточной Азии. Сотрудничество возможно лишь в таких областях, как обмен информацией, сбор данных, проведение научных исследований, мониторинг кислотных дождей и загрязнения морской и прибрежной окружающей среды.

Контакты между странами по вопросам охраны окружающей среды долгое время ограничивались проведением переговоров, консультаций, встречами на формальном и неформальном уровне и заявлениями о намерениях. Начиная с 1998 г., когда было подписано соглашение между Южной Кореей, КНР и Японией об охране окружающей среды и в его рамках с 1999 г. стали ежегодно проводиться совещания министров охраны окружающей среды, трехстороннее сотрудничество не продвинулось далее обсуждения представляющих взаимный интерес вопросов и декларации о намерениях сотрудничать в борьбе с загрязнением атмосферы и воды.

В 2003 г. стороны договорились создать сеть контроля за кислотными осадками в Северо-Восточной Азии, систему предупреждения песчаных бурь и региональный координационный центр по охране окружающей среды на северо-западном побережье Тихого океана424. А ведь создание такого центра предусматривалось еще в 2000 г. Планом действия ЮНЕП по защите, регулированию и освоению морской и прибрежной среды региона северо-западной части Тихого океана.

В то же время в последние годы в экологической дипломатии Китая на региональном уровне явно прослеживается тенденция на сближение с соседними странами, особенно с теми, сотрудничество с которыми обещает принести экологические и экономические выгоды — Японией, Южной Кореей и Россией.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >