§1. Биографическое исследование как процесс принятия решений

Выбору исследовательского метода предшествует определение цели познания и на этой основе — прояснение исследовательской стратегии. Банальная ясность этой задачи зачастую затмевается известным дуализмом количественно-качественных методов, провоцирующим на дальнейшую дихотомизацию: субъективное против объективного и т.д. Полярность количественных и качественных методов или спор об адекватности их применения уступают место иному решению, принимаемому на другом уровне. Речь идет о выборе адекватной предмету анализа логике исследования, которая имеет не дуалистичный, а, скорее, триангу- лятивный характер.

Как известно, аргументация в количественном подходе связана с дедуктивно-номологическим объяснением. При этом под дедукцией понимается вывод тезиса из гипотез в силу логического умозаключения. Если гипотезы основываются на истинных высказываниях (аксиомах или законах), то отдельный случай или тезис дедуктивно доказываем/выво- дим на основе закономерности (если ..., то ...). Закон и условия его применения являются здесь неотъемлемой частью выводимого знания.

В отличие от дедукции индукция обеспечивает лишь вероятностные умозаключения, имеющие статус гипотез, подлежащихдальнейшей проверке. Как научный метод индукция означает логическое заключение по поводу объектов изучаемой области исходя из ограниченного числа суждений о выбранном объекте. Здесь точкой отсчета всегда является эмпирический материал. Уже на уровне формулировки и отбора наблюдаемых переменных закладываются возможные вариации и тем самым потенциальные образцы взаимосвязей. Таким образом, путь индукции — не подтверждение отдельного, подлежащего обоснованию высказывания, а продвижение от разнообразных наблюдений за объектом как эмпирической основой через имплицитные предположения об условиях, ограничивающих сферу проявления изучаемого феномена, к суждениям о структуре его взаимосвязей.

Но есть еще и третья возможность умозаключения, увязывающая основу эмпирического материала и теоретико-концептуальные высказывания относительно структуры взаимосвязей. Она была названа

Ч. Пирсом абдукцией, понимаемой следующим образом: эмпирический материал случая опредмечивается с помощью всех доступных (интерпретирующих) суждений как из повседневного опыта, так и из научных теорий, затем секвенциональная обработка материала ведет к реконструкции глубинных структур значений и действий.

Если учесть наличное состояние и фокусированный интерес качественных исследований к проблематике латентных, зачастую скрытых структур опыта, то абдуктивный подход кажется наиболее адекватным путем исследования, поскольку стремится прежде всего к неконвенциональному описанию, в идеале — к прогнозу. Тем не менее задачи стратегии качественного исследования могут диктовать подходы, близкие по логике индукции и дедукции. Например, задача генерализации, решаемая индуктивно в количественном исследовании путем построения выборки, отражающей генеральную совокупность, системообразующих факторов, кластеров, в качественном исследовании реализуема в контрастирующем анализе и построении типологий. При дедуктивном подходе одна и та же теоретически признанная структурная категория — например, пол как иерархическое отношение — может найти свое место в исследовательской количественной практике как эмпирическая проверка или разветвление теоретической концепции, но и как качественный эксперимент.

В поле биографических исследований актуальны те же максимы качественного подхода, которые были разработаны его классиками: вводный характер качественного исследования; преодоление дистанции между исследователем и предметом; описание как шаг от явления к структуре. Процессуальность качественного исследования может быть развернута постадийно:

  • 1. Диалектика аутентичности (приближение к объекту исследования) и структурированности (понимание происходящего в поле с точки зрения обобщенной теоретической перспективы).
  • 2. Теоретические предпосылки и предмет исследования: а) по принципу открытости (теоретическое структурирование отодвигается, «предварительное знание» притормаживается); б) «равнопарящее» внимание к контексту, без предвзятости и выделения. Предпочтение импилицитным гипотезам, но и опасность отказа от эксплицитных гипотез.
  • 3. Постановка вопроса и определение его границ: редукция и структурирование как ограничение поля исследования и исследовательской перспективы, претендующей на: а) охват субъективно полагаемого смысла; б) описание социального действия и социальной среды; в) реконструкцию глубинных структур, генерирующих толкования и действия. Применение сенсибилизирующих (в смысле Г. Блумера) концепций, привлекаемых на микро-, мезоуровнях. Привлечение триангулятивных процедур как сочетание структурного видения проблемы и реконструкции ее значения для биографан- тов.
  • 4. Приближение к полю как проблематика роли исследователя в поле как «профессионального чужого», в терминах Агара. Установка на принципиальное сомнение в рутине, социальных банальностях. Диалектика доверительности и отчужденности как колебание между внутренней и внешней перспективами в приближении к объекту исследования. Проблема профессиональной этики, защита интересов и данных, анонимности.
  • 5. Решение относительно методов сбора данных колеблется между интерпретативными методами (объективная герменевтика, конверсационный анализ), где предмет анализа исследуется в его естественном дизайне, и реконструктивными методами (все виды интервью, полевые заметки включенного наблюдателя, автобиографический рассказ).
  • 6. Фиксация данных как запись, транскрибирование, создание текстуальной реальности. Опасность фетишизации точности фиксации. Расширенные возможности интерсубъективной проверки интерпретации, работа в группе.
  • 7. Интерпретация данных как последовательное решение следующих вопросов: как обходиться с полученными данными; применима ли категоризация, и как, откуда возникают категории; как подчинены данные категориям (процесс кодирования); какова цель интерпретации (редукция или контекстуализация).
  • 8. Обобщение, оценка, дизайн: в чем очевидность, типика полученных результатов? Каковы формальные критерии контролируемой субъективности исследователя? Модификация классических критериев валидности, надежности для качественного исследования и разработка собственных критериев. Цель обобщения — типизация случаев и их контрастирование.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >