Массовизация «артуровской» традиции: ог идеи к артефакту

Речь, для начала, может идти о фольклоризации фигуры короля Артура и связываемого с ней социокультурного пласта в американской повседневности; фольклоризации как неуловимом процессе, подспорьем которого выступают, например, ономастика и топонимика (имена, даваемые детям при рождении, название торговых марок, названия клубов, магазинов, гостиниц, улиц, целых жилых районов в городах), но далеко не только она. Несмотря на то, что в различаемом теоретиками “собственно фольклоре” и тем, что может фольклором выглядеть (Раке1оге - “фальшклор” - термин Ричарда Дорсона - Оогеоп 1987), определяющим фактором возможности, либо невозможности фольклоризации выступает национальная традиция. «Коммерческие и идеологически инспирированные формы “фальшклора”, - как замечает отечественный фольклорист Константин Богданов, - <...> бытуют и адаптируются в соответствии с такими законами трансмиссии и репродукции, которые не отличаются от традиционно фольклорных (Богданов 2001:20-21), с чем можно согласиться.

Так, одна из «массовых» праздничных постановок во время фестиваля Марди Гра в Новом Орлеане, например, была задумана с опорой на сюжеты традиционной Артурианы; ее участники (krewe knights) носили имена традиционных персонажей - Ланселот, Галахад, Гавейн. До создания «рыцарской» труппы для участия в фестивале Марди Гра, в Новом Орлеане проводился ежегодный бал короля Артура в «Зимнем Дворце Артура» (Arthur’s Winter Palace). Среди ритуалов бала был и такой: после прибытия «Артура», начинались испытания «Мерлина». «Мерлин» касался волшебной палочкой до всех собравшихся дам, и определял, которая из них может быть выбрана «Гиневрой года», а затем назначал состав ее «двора» (The New Arthurian Encyclopaedia 1991:363).

Знаменитый американский архитектор Фрэнк Ллойд Райт, ознакомившись с «образом исторического барда» Талиесина благодаря «очаровательной маске Ричарда Хови», назвал свои собственные дома “Восточный и Западный Талиесин” - «в честь поэта, певца и ясновидящего из легенд об Артуре» (Wright 1960:172). Массовое городское и пригородное строительство в США также является сферой, в которой можно найти аллюзии к легенде об Артуре. Потенциальные домовладельцы могут поселиться в модульных домах, которые носят название «Король Артур», «Авалон»; американские семьи с более высокими доходом могут переехать в пригородные районы с «артуровскими» названиями типа «Кэмелот Виллилж», которых в США в конце XX века было достаточно много. В одном Рочестере, штат Нью-Йорк, например, есть два жилых района с улицами, которые были названы с намеком на «артуровскую» тематику - Lancelot Lane, Tristram Court, Astolat Road, Galahad Drive, Gareth Way.

Артуриана преследует американцев и вне дома. Подростки и юноши, страдающие от ожирения, едут летом в «Кэмп Камелот» - лагерь с программой активного отдыха.

«Иконы» мира Артура в почти буквальном смысле этого слова можно увидеть в общественных и образовательных учреждениях, церквях, часовнях. В Принстонском университете, например, есть витражи, на которых изображены эпизоды из известнейших эпических книг христианства - из «Паломничества пилигрима» Беньяна, «Потерянного рая» Мильтона, «Божественной комедии» Данте и «Смерти Артура» Мэлори. В зале выдачи литературы

Бостонской публичной библиотеки на Копли Сквер находится еще одно примечательное художественное произведение: серия фресок «Поиск и Достижение Святого Грааля» Эдвина Остина Эбби (Edwin Austin Abbey). Художник и создатель арт-объектов Луи Комфорт Тиффани (Louis Comfort Tiffany) изготовил несколько витражей на «артуровские» темы, включая мемориальное окно Огдена Крайера в 1902 году в Церкви Дюны Святого Андрея (St. Andrew’s Dune Church) в Саутхамптоне, штат Нью-Йорк, и трехпанельную композицию «Рыцарь с Красным Крестом» (по мотивам “Королевы фей” Спенсера в национальной штаб-квартире американского Красного Креста в г. Вашингтон, округ Колумбия). Одно из окон в церкви г. Рутланд, штат Вермонт, имеет менее выдающуюся, но не менее примечательную родословную: деньги на его создание были собраны в ходе осуществления проекта, разработанного членами местной молодежной «артуровской» организации, Замка Рыцарей Короля Артура.

Далее, скажем об исключительной важности в процессе «присвоения» Америкой легенды о короле Артуре коммерческой сферы (и связанной с нею потребительская культуры), в контексте которой и «узнавание» Артура, и его легендарная репутация, и само его имя использовались на протяжении всего XX века в качестве особого рода марки. Предприниматели осознавали, цитируя А. Дайскель и Р. Шпакову, «организующую энергию образа» короля Артура, которая выявляла «идею образа как <...> ядра для окружающих его элементов» и потенциал «становления образа компонентом морали и достижения высшей степени плотности» (Дайскель, Шпакова:126) - плотности продукта, который можно купить, съесть, одеть, использовать в быту. Поэтому Артур прочно укоренился в инфраструктуре сфер, связанных с потреблением. При этом интересна изобретательность и, в ряде случаев, парадоксальность логики, приводящей предпринимателей к мысли о превращении элементов мифа и легенд о короле Артуре в «брэнд». В этом отношении показательна история и философия одного из самых «американских» потребительских брэндов - речь идет о муке «Король Артур». Предложенная в 1896 году Сэндзом, Тейлором и Вудом, мука «Король Артур» стала первым сортом муки, производимым этой бостонской компанией. Первая промоушн-акция, связанная с этой мукой, была довольно зрелищной: на черном жеребце по улицам Бостона проскакала одинокая фигура, одетая в кольчугу. Это мероприятие, очевидно, перекликалось со знаменитой поездкой верхом по улицам Бостона Поля Ревера, принесшего весть о независимости более ста лет до того. Со дня драматизированной презентации нового товара в 1896 году, если судить по рекламным материалам компании, весь Камелот был возрожден в мешках и бочках благодаря таким продуктам, как мука для булочек «Круглый Стол», кондитерская мука «Королева Гиневра», мучная смесь для пончиков «Волшебство Мерлина» и всевозможным маркам муки для выпечки хлеба («Оруженосец», «Паж», «Сэр Кай», «Экскалибур»). «Король Артур» вновь проскакал по улицам в 1927 году и посетил большие и малые города в штате Массачусетс; в последующем, 1928 году, грузовик с паровым органом, установленном на платформе, провез огромную деревянную конную фигуру короля от Бостона до Нью-Йорка с целью продвижения рынка товаров компании. К 1930-м гг. радиослушатели могли настроиться на волну передач «Кофе-клуб короля Артура» и «Песенный Круглый Стол короля Артура», чтобы узнать из этих передач о новых товарах, таких как кофе, чай и пшеничная крупа «Король Артур»; в годы Великой Депрессии некоторые из этих товаров раздавались бесплатно членами молодежных клубов Рыцарей Короля Артура в рамках благотворительных акций. Позднее рекламы компании Сэндза, Тейлора и Вуда стали появляться в периодике и на телевидении. На радио была создана еженедельная популярная программа «Кухня короля Артура». «Кухня короля Артура» была до самого конца XX века еженедельной радиопередачей в «Радиожурнале Новой Англии» (Radio New England Magazine), которую передавали более 80 станций по всему северо-востоку. В 200-ю годовщину компании, рекламный король компании “Мука короля Артура” вновь оседлал жеребца и «провел» компанию за собой в третье тысячелетие; при этом мука «Король Артур» чествовалась как «Король Артур всех сортов муки» американской пищевой промышленности. История компании, наряду с рецептами продуктов компании, была в деталях описана в «Поваренной книге, посвященной 200-летию муки “Король Артур”»

. і

(The King Arthur Flour 200 Anniversary Cookbook), хотя реально речь шла о двухсотлетней годовщине компании «Сэндз, Тейлор и Вудз», «родительской» компании лейбла Муки Короля Артура, и лишь сотой годовщине самого продукта. Многие другие съедобные товары, в которые создатели смогли вдохнуть «идею» короля Артура, также нашли свой путь на полки американских супермаркетов. Помимо пользующихся спросом неамериканских брэндов, подобных британским тянучкам «Король Артур» и канадской артезианской питьевой воды «Авалон», американские потребители могут покупать и свои, американские «брэнды», включая пиццу «Экскелибер» (Excaliber), десертные пирожки «Экскелибур» (Excalibur), воду «Обетованный Поиск» (Quest), эль «Грааль» и детские консервированные макароны «Сэр Чомп-Е-Лот» (Sir Chomp-E-Lot) компании Chef Boyardi.

Детям как специфической потребительской аудитории адресована группа коммерческих продуктов, обслуживающая важнейшую человеческую потребность - потребность культуросозидающую, как блестяще показал в своем классическом исследовании И. Хейзинга (Хейзинга 2003). Речь идет об играх. Одной из самых первых “артуровских” настольных игр стала игра «Кавалерия» (Chivalry) (1887) компании братьев Паркер, переизданная под названием «Камелот» в 1930 году. Суть ее состояла в том, чтобы провести рыцарей и более медлительных пеших воинов, либо «оруженосцев», желавших попасть в «замок» на противоположном конце игрового поля, «галопом» через дружеские фигуры и «прыжками» через вражеские фигуры. Плод интеллекта основателя компании Джорджа С. Паркера, игра «Камелот» совмещала в себе приемы игры в шашки с элементами игры в шахматы. Хотя компания производила и другие игры на средневековые и «артуровские» темы, включая «Замок Короля» (1903- 1904), «Путешествие рыцаря» (1928-1930), «Король Артур и рыцари Круглого Стола» (1930-1936) и «Королевская рать» (1937-середина 40-х гг.), в конце XX века в США об этих играх мало кто помнил. Игра «Камелот», тем не менее, была одним из самых востребованных товаров братьев Паркер и производилась до 1968 года.

В 1950-е годы вошли в производство несколько подобных игр, связанных с первыми «артуровскими» телепрограммами. Эти игры, более того, были инструментом популяризации телепрограмм. Настольная игра компании Лисбет Уайтинг под названием «Приключения сэра Ланселота», например, была основана - как заявлено на коробке от игры - на «восхитительном новом телесериале NBC» и распространялась в качестве «официальной игры» этого популярного шоу. В зависимости от цвета фигур игроки принимали роли сэра Ланселота, Зеленого Рыцаря, Волшебника Мерлина, либо короля Марка. По мере того, как они пытались захватить Камелот или замок Уэстбери, они сталкивались с опасностями, подобными «Яме с копьями», «Ловушкам дракона», «Ловушкам лука и стрел» и, анахроничным образом, «Яме с аллигатором».

В 1978 году братья Паркер, признавая, что вкусы молодежи становятся все более замысловатыми, запустили в продажу товар, который помог и самой компании, и ее конкурентам продвинутся в сторону мира высокотехнологических развлечений. Игрушка «Мерлин», «электронный чародей» в виде программируемого музыкального проигрывателя, обладал пятью хитроумными особенностями: «логикой», «стратегией», «умением», «памятью» и «азартом» и был назван в честь «чародея Мерлина» (Wojahn 1988:83). Проигрыватель быстро стал игрушкой № 1 и «золотым дном», принесшим создателям капитал в сто миллионов долларов. Появились многочисленные марки проигрывателей, имитирующих «Мерлина», но они не пользовались успехом игрушки-прототипа. Тем временем, рост интереса к литературе «фентези» привел к развитию всевозможных ролевых игр, от чрезвычайно популярной игры «Темницы и драконы» (Dungeons & Dragons), в которой, среди действующих лиц, были и персонажи легенды об Артуре до более эксклюзивно «артуровских», наподобие игры «Рыцари Круглого Стола» (1978), разработанной Филиппом Эдгреном, и игры «Король Артур Пендрагон» (King Arthur Pendragon) (1985, улучшенные версии в 1988 и 1993 гг.), разработанной Грегом Стаффордом. Грег Стаффорд также занимался разработкой ролевой игры «Отважный принц, игра в создание повествования» (Prince Valiant, the Storytelling Game, 1989) и настольных игр «Рыцари короля Артура» (1978) и «Мерлин» (1980); также - написанием книжек-игр “фентези”» для одного игрока. (The New Arthurian Encyclopaedia 1999:175). В отличие от более ранних игр, игры-приключения «фентези» были рассчитаны как на юных, так и на взрослых игроков. В игре «Мерлин», например, Мерлин представляет добро, тогда как Могана Ле Фей - зло; в битвы между ними втянуты не только рыцари Камелота, но и «сонмы бессмертных, даже Небесные Ангелы и Демоны Тьмы». В игре «Рыцари Камелота» (© TRS Games, 1980) игроки принимают роли странствующих рыцарей, которые разъезжают по миру во имя рыцарства и добродетели. «Рыцари» ищут Грааль, а также иные сокровища, которые можно доставить в Камелот в игре «Поиск Грааля» (Grail Quest) (© Metagaming, 1980); в этой игре они, тем не менее, соблюдают такие необычные рыцарские правила, как «Рыцари никогда не прибегают к яду! Зелья, бомбы и дубинки с шипами - это не по-рыцарски». Игра «Скрытые царства» (©New Rules, Inc., 1983) предлагает целую кампанию, которая позволяет игрокам выбрать стратегию «вокруг двух полярно противоположных мировидений в том виде, в котором они существовали во времена короля Артура: (1) существовавший тогда Языческий Орден и (2) Восходящее Христианское Миропонимание».

Более сложные игры переместили короля Артура в эпоху видео и CD-ROM. В игре «Артьюра» (Artura) (©Arcadia, 1989), в которой игроков поощряют к «прокладыванию пути к славе», поиск проводится с целью спасения Нимуэ, красивой ученицы Мага Мердина, которая была похищена злой единоутробной сестрой Артьюры по имени Моргауз. Игра «Завоевания Камелота: Поиск Грааля» (Conquests of Camelot: The Search for the Grail) (©Sierra, 1989) имеет своей целью восстановить мистические ритуалы и страсти «исходных» легенд, а не «мягких и беззубых сказок, которые мы, по большей части, видим сегодня» (комментарий на коробке от игры), делая упор на любовь между Гиневрой и Ланселотом и на борьбу за «верховность» между христианством и древнеримским богом-воином Митрой (Mithra). В игре «Дух Экскалибура» (Spirit of Excalibur) (© Virgin Games, 1990), Рыцари Круглого Стола бьются, чтобы защитить средневековую Британию от Морганы и Хозяина Теней (Shadowmaster) с Повелитем Демонов (Lord of Demons), которых она вызвала; после смерти Морганы, Хозяин Теней начинает творить сообразно своей собственной воле и сажает Короля в тюрьму, похищает Ниневу, крадет Экскалибур и обретенный Грааль и превращает Британию в «бесплодную землю». Рыцари обязаны преследовать повелителя демонов до самой средневековой Испании, а в парной игре «Месть Экскалибура» (Vengeance of Excalibur) (©Virgin Games, 1991), Рыцари должны иметь дело с мавританским колдовством, жадными мерсенариями и непрерывной кровной враждой между христианскими королями и мусульманскими калифами. Юный Гавейн, которого хотят посвятить в члены Ордена Круглого Стола, является и героем игры «Хроники меча» (Chronicles of the Sword) (©Psygnosis, 1996), и тем, с кем участники игры могут себя идентифицировать; Гавейн-игрок отправляется на поиск с целью найти и уничтожить Моргану до того, как она уничтожит Камелот и все, что сумел создать Артур. Очень популярны интерактивные компьютерные игры, созданные на основе цикла фильмов про

Индиану Джоунза и «черного» юмористического фильма британской киногруппы Монти Пайтон «Монти Пайтон и Святой Грааль».

Таким образом, стратегии массовой культуры США XX века были нацелены на создание особого конструкта, именуемого «король Артур», который сыграл далеко не последнюю роль в апологии Америки как самой крупной материальной цивилизации, которая не только потребляет, но и имеет право потреблять. Эти стратегии можно обозначить как политизацию «артуровской» традиции (Белый Дом -

Камелот, см. стр._и постраничные сноски 1 и 2), субстантивизацию

сюжетно-образного комплекса легенды («артуровские» торговые бренды, «артуризация» американского хлеба), профанизацию «артуровской» традиции (низведение ее до уровня комиксов и настольных игр).

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >