Из истории становления классического социологического исследования

Термин «количественное» социологическое исследование («количественная» методология, «количественный» подход, «количественная парадигма) появился в 70-е годы именно потому, что в это время социологическим сообществом начала осознаваться и анализироваться «особость», специфика иного, отличного от традиционного, так называемого «качественного» социологического исследования. Появился как своеобразная антитеза, противопоставление качественному социологическому исследованию. По сути же, так называемая «количественная» методология означает не что иное, как традиционная, классическая (в значении «устоявшаяся», проверенная временем). Впрочем, в этом термине улавливается специфика формы, прежде всего математической формы представления знания в классической социологии.

В самом общем виде количественное социологическое исследование представляет собой такой его тип (и, соответственно, такую методологию исследования), в котором изучаемые социальные явления и процессы рассматриваются как внешние, противостоящие людям, и одновременно законченные, свершившиеся, а отправного точкой исследовательского поиска выступают теоретические гипотезы, которые в процессе эмпирического изучения верифицируются (подтверждаются). При этом процедура верификации построена на использовании математики в качестве доказательства: на измерении социальных признаков, интересующих исследователя, и математическом анализе полученной социологической информации.

Философской колыбелью методологии классического социологического исследования был, как известно, позитивизм в его кон- товском классическом варианте, в рамках которого «позитивная» наука, выстроенная в традициях Нового времени, в традициях «классической рациональности» рассматривалась как самая совершенная форма человеческого познания — в противоположность теологическому (схоластическому) и философскому, понимаемому как умозрительное, оторванное от жизни знание.

В самом термине «позитивный», как его понимали впервые использовавший это слово в своих трудах Сен-Симон и Огюст Конт, уже слышится это противопоставление. Огюст Конт подчеркивал несколько значений этого слова: реальное в противоположность химерическому; полезное в противоположность бесполезному; достоверное в противоположность сомнительному; точное в противоположность смутному; положительное в противоположность отрицательному [15, с.110].В целом , «позитивизм, по словам Конта, противостоит абстрактной метафизике как наука утверждать, а нс отрицать.Утверждать то, что есть, а нс то, что мысленно сконструировано»[16.с.39].

Следует сказать, что именно с наукой блестящие мыслители XIX века связывали свои надежды на прогрессивное развитие всех сфер общественной жизни. Позже, к концу XIX — началу XX вв. из позитивизма «вырастет» целая социально-культурная концепция, абсолютизирующая роль пауки в жизни общества, возводящая ее в ранг всеобщего мировоззрения. Критики назовут эту концепцию сциентизмом (от латинского scientia — наука).

XX век внес свои коррективы в это радужное восприятие научного знания: стало ясно, что наука принесла человечеству не только повышение комфортности его существования (разнообразный мир потребительских товаров и услуг, новые возможности коммуникации и т.д.), но и во многом поставила под угрозу саму жизнь комфортно устроившегося человека. Экологические катастрофы, войны с применением атомного оружия - этого венца научно- технического знания XX века — способны убить все живое. Ощущение современного человека, на мой взгляд, точно передано 3. Бауманом: «Можно ли после Аушвица, ГУЛага и Хиросимы и дальше сочинять хвалебные гимны в честь цивилизации и ее верных оруженосцев - науки и техники?» [17, с.75].

Но тогда, во 2-ой половине XIX века, еще не было трагического опыта Хиросимы и Чернобыля, и потому наука, идеал которой был сформирован еще в ХУП — ХУТП веках, окружается особым ореолом в общественном сознании. Понятно, что в такой духовной атмосфере и новое знание об обществе, которое Огюст Конт назвал социологией, создастся по образу и подобию сложившихся к тому времени естественных наук: химии, физики, биологии. По образу и подобию означает здесь реализацию по крайней мере двух фундаментальных предпосылок:

  • • социальные явления с точки зрения любой аналитической задачи - качественно те Dice, что и природные явления;
  • • цели и методы исследования, разрабатываемые в естественных науках, применимы и для изучения социальных явлений.

Такой подход означал, что вес богатство концепций, оригинальных суждений и точек зрения, накопленное за 25 веков существования обществозиапия, тем не менее в целом не соответствовало критериям научной рациональности, идеалам научного знания в его классической, нововременной форме.

Справедливости ради надо сказать, что образцы для подражания молодой науке об обществе задавали не только более зрелые естественные науки, но и гуманитарные дисциплины, скроенные тогда по принципиально другим «лекалам»: история, антропология, право, лингвистика. Повсеместно создаваемые в западноевропейских университетах в этот период кафедры антропологии, а также традиционные университетские кафедры права, классической филологии, истории не могли не оказывать «нормативного» давления на становящуюся социологическую науку. Да и в общественном сознании второй половины XIX века, несмотря на преобладание позитивистских настроений, практически параллельно идет процесс осмысления специфики гуманитарного знания, радикального противопоставления «наук о духе» и «наук о природе», в терминологии Вильгельма Дильтея. Чем же объяснить все-таки тот факт, что молодая социальная наука нс пошла по традиционному пути гуманитарных дисциплин, выступив против не только методов, но и самого стиля мышления гуманитарного знания того периода?

Прежде всего, это связано с тем, что вторая половина XIX века была временем оформления науки в важную самостоятельную сферу общественной жизни, временем «дисциплинарно организованной науки» [13, с.277]. Интеллектуальный авторитет науки, полученный ею благодаря Просвещению, был в этот период подкреплен ее практическим авторитетом, развитием прикладных исследований и разработок. Наука, существовавшая в ХУП веке в виде научных обществ, университетов и академий, стала проявлять себя в виде лабораторий и исследовательских институтов.

Выбор социологии в пользу научного типа знания не в последнюю очередь был обусловлен и социально-историческим контекстом. Известно, что понятия и другие более сложные познавательные конструкции - теоретические концепции и целые научные направления, довольно часто выступают результатом осмысления их авторами конкретной социальной ситуации, специфического жизненного контекста. Связь эта: социально-историческая ситуация — познавательные конструкции, конечно, не слишком жесткая, но все-таки существует.

Именно неудовлетворенность западноевропейских мыслителей спекулятивной (умозрительной) социальной философией, с которой связывались ужас и крах Великой французской революции в первой половине XIX века, подтолкнул их к идеалу научного знания. Под сомнение ставилась сама возможность оторванного от жизни философского знания способствовать изменению общественных отношений, потребность в котором была очень велика во французском обществе, родине позитивизма. Научное же знание в его нововременной форме, «заряженное» идеей преобразования, было как раз тем желанным типом знания, в котором, по мнению социальных мыслителей, более всего нуждалось современное общество.

Каковы же основные черты научного знания, послужившего идеальной моделью для отцов-основателей классической социологии?

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >