Надежность и риски

В процессе деятельности энергетическая (электросетевая, генерирующая) компания как хозяйствующий субъект подвергается всевозможным рискам, в том числе технологическим рискам, присущим любой ТС и являющимся по сложившейся терминологии предметом так называемого менеджмента риска (или риск-менеджмента). В то же время большая ТС — станция, магистральная подстанция — обладает тривиальным свойством надежности. Скоординированные действия по управлению предприятием (организацией) в сфере надежности представляют собой новую категорию управления, менеджмент надежности.

В различных источниках приведены отличающиеся определения термина «риск». Так, согласно хорошо известному в Интернете ресурсу «Глоссарий. ру»:

«Риск в широком смысле — возможность появления обстоятельств, обусловливающих:

  • — неуверенность или невозможность получения ожидаемых результатов от реализации поставленной цели;
  • — нанесение материального ущерба;
  • — опасность валютных потерь и др.

Риск в узком смысле — поддающаяся измерению вероятность понести убытки или упустить выгоду».

Для сравнения ГОСТ Р 51901.1—2002 дает следующее определение: «... риск (risk) — сочетание вероятности события и его последствий.

Примечание. Термин «риск» обычно используется тогда, когда существует хотя бы возможность негативных последствий».

Таким образом, любой энергообъект обладает надежностью (возможностью выполнять свои функции), достигать поставленных целей. Но ТС, как и любая сложная система, характеризуется и свойством возможности отказа в отношении достижения поставленной цели, полного или частичного, что описывается в терминах, связанных с риском. Это свойство служит выражением хорошо известного факта, что абсолютно безотказных систем, как естественных, так и искусственных, в природе не существует. Таким образом, риск, понимаемый как возможность негативных последствий (риско- опасность), такое же свойство технологической системы, как и надежность. Они взаимодополняющие факторы: более надежная система имеет меньше рисков, значительный уровень выбранных показателей риска свидетельствует о малой надежности. Здесь, вероятно, следует говорить о двух сторонах одного свойства объекта или технологической системы, которое можно назвать работоспособностью. Причем термин «риск» употребляется только на стадии прогноза, хотя любой технологический отказ можно интерпретировать как реализованный риск.

Часто приводимые понятия риска и надежности либо отождествляются, либо их связь трактуется авторами произвольно, в зависимости от конъюнктуры или вкуса, причем в разных документах то менеджмент риска является частью менеджмента надежности, то, наоборот, менеджмент надежности — частью менеджмента риска [21.5]. В этом контексте характерен факт изменения первоначального наименования стандарта (!) ГОСТ Р 51901.1—2002 «Управление надежностью. Анализ риска технологических систем» на «Менеджмент риска. Анализ риска технологических систем» [21.6].

Интересен комментарий академика Ю.Н. Руденко к одной из глав отредактированной им книги [45], вышедшей в 1983 г., который следует привести полностью: «Термин «риск» или «показатель риска» (risk index) автор использует для характеристики опасности невыполнения системой заданных функций. Допустимый (или недопустимый) в отношении выполнения тех или иных функций уровень риска измеряется различными показателями (reliability indexes). Таким образом, фактически автор рассматривает термины «показатель риска» и «показатель надежности» как тождественные, что справедливо. В отечественной литературе термин «показатель риска» не используется».

Трудности установления связи понятий «надежность» и «риск» усугубляются отсутствием проблемно-ориентированной стандартизации надежности в области электроэнергетических технологических систем, к которым относятся и электростанции, и электрические сети, и ЭЭС.

Анализ действующих стандартов в области менеджмента надежности и менеджмента риска показывает, что вольно или невольно авторы нормативных документов по надежности имели (и имеют) в виду прежде всего обеспечение надежности выпускаемой предприятием продукции с массогабаритными и (или) информационными характеристиками. И эта ситуация в корне отлична от энергетического производства, несмотря на то что электроэнергия признана «особым товаром» [1.1] Так, в ГОСТ Р 51901.2—2005, входящем в систему «менеджмент риска» и устанавливающем требования к «системам менеджмента надежности», прямо указано, что он «... содержит руководство для эффективного менеджмента надежности продукции. Продукция может представлять собой комбинацию аппаратных средств, программного обеспечения и человеческих действий по сопровождению. Цель системы менеджмента надежности состоит в том, чтобы гарантировать достижение требуемой надежности продукции путем управления процессами. Эти процессы, являющиеся основными, применимы ко всем организациям, стадиям жизненного цикла продукции и ситуациям контракта независимо от типа, размера и других характеристик продукции». Там же политика в области надежности провозглашается направленной на «... достижение целей в сфере надежности продукции и требований заказчика».

Авторитетные отечественные специалисты неоднократно указывали на неприменимость многих понятий теории надежности и их характеристик к электроэнергетическим системам. Технологическая система в терминах ГОСТ 27.004—85 по описанию не эквивалентна ЭЭС и электрическим сетям и по некоторым своим качествам с трудом может соответствовать электростанции или подстанции. Поэтому моделирование энергетических объектов в отношении надежности и рискоопасности до сих представляет собой творческую процедуру, не регламентированную никакими стандартами.

Покажем, что определения и численные характеристики терминов «риск» и «надежность» находятся во взаимооднозначном соответствии, но представляют собой разные качественные и количественные характеристики одной и той же сложной технологической системы.

В [45] риском названа «... вероятность сложного события: снижения эффективности системы при условии появления /-го отказа и появление этого отказа». Данная трактовка риска соответствует так называемому «правилу умножения вероятностей» [46]: вероятность произведения (пересечения, совмещения) двух событий А и В Р(АВ) равна вероятности одного из них, например Р(А), умноженной на условную вероятность второго при наличии первого Р(ВА). Это правило можно записать в виде выражения

отражающего простейшую форму теоремы гипотез (формулы Байеса) [46].

В некоторых источниках имеет место логическая нечеткость в толкованиях терминов «оценка риска», «оценивание риска», «оценка величины риска», которая является следствием путаницы в определении свойств системы (надежности, риска) и показателей для измерения силы проявления конкретного свойства (показателей надежности, риска). Распространено, например, утверждение, что «оценка риска — натурально-вещественный и стоимостный анализ всех рисковых обстоятельств, характеризующих параметры риска» (см. «Глоссарий.ру»), Интересно определение термина «оценка величины риска» (risk estimation) в ГОСТ Р 51901.1—2002, который рассматривает его, как «процесс присвоения значений вероятности и последствий риска». Причем в примечании указывается, что «оценка величины риска может рассматривать стоимость, выгоды, озабоченность участвующих сторон и другие переменные, рассматриваемые при оценивании риска». Таким образом, делается косвенный вывод, что для оценки риска существуют его показатели, как стоимостные, гак и иные, в том числе морально- этические («озабоченность»), В число «иных», очевидно, входят и показатели, связанные с традиционными понятиями «безотказности» и «долговечности», которые имеют строго вероятностную природу.

Вышеупомянутые показатели, но с «инверсных» позиций характеризуют и понятие «надежность», что подтверждается их определением в ГОСТ 27.002—2009. Например, «вероятность безотказной работы», «гамма-процентный ресурс» и др. по своему смыслу относятся к показателям надежности, а «интенсивность отказов», «параметр потока отказов» — к показателям риска (рискоопасности). На основе практического опыта и анализа характеристик, которые по смыслу следует отнести к показателям надежности (ПН) или к показателям риска (ПР) можно сделать вывод, что на объект или ТС в отношении свойства работоспособности можно смотреть с разных точек зрения: с позитивной, делая акцент на надежности, или с негативной, акцентируя внимание на рисках (рискоопасности). При этом очень часто эти точки зрения порождают взаимозависимые показатели, например, коэффициент готовности Кг (ПН) и коэффициент неготовности АГ11Г (ПР), вероятность безотказной работы р и вероятность отказа q, суммарную наработку на отказ Т0 и суммарное время восстановления Тв:

где Т— период учета показателей, или отчетный период.

Две стороны одного явления работоспособности на отрезке времени, равном выбранному «отчетному» периоду, проявляются и при технико-экономическом подходе к планированию жизненного цикла изделия (технологической системы). Так, понятие «ущерб» от последствий фактически произошедших технологических нарушений (реализованных рисков) или прогнозируемых нарушений (рисков) на интервале времени Т характеризуется стоимостью ущерба У (Г). Это понятие относится к свойству рискоопасности, а понятие «прибыль», также характеризуемое денежной стоимостью П(Т), — к свойству надежности. В первом случае целевая функция управления будет иметь вид

где в состав ущерба включены: упущенная выгода Уув(Г) с учетом страховых премий и затраты на поддержание заданного уровня рискоопасности (или надежности) 3(Т), включая страховые платежи.

Во втором случае целевая функция выражается в позитивных терминах:

где ДПЛ(Т) — планируемый доход; ДП0Г(Т) — потенциально возможный доход при полностью исправном состоянии всего оборудования.

Как видно из сравнения выражений (13.1) и (13.2), эти условия тождественны.

Учитывая вышеизложенное, можно констатировать, что нет принципиальной разницы между менеджментом надежности и менеджментом риска. В обеих этих областях используется один и тот же математический аппарат, применяются схожие количественные и качественные показатели, что ведет к абсолютно одинаковым решениям задач в терминах и переменных, выходящих за пределы теории, описывающей собственно модели надежности и рисков всех технологических систем, включая электростанции. Поэтому целесообразно рассматривать их как одну и ту же подсистему полной системы менеджмента организации. В целях ликвидации путаницы в понятиях и ненужного усложнения планирования и анализа работоспособности технологических систем далее будем использовать для идентификации рассмотренной подсистемы исторически сложившееся и давно принятое в России понятие «надежность», оставив термин «риск» для обозначения иных свойств этих систем.

Ниже рассмотрим нормирование надежности (рисков) ТЭС и их подсистем — энергоблоков как наиболее характерный пример энергообъектов, работающих в условиях рынка.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >