Независимая и зависимая самооценка

Независимость или, наоборот, зависимость самооценки определяется по степени, с которой она зависит от отдельных условий и обстоятельств жизни, т.е. подвержена повышению или понижению вместе с ежедневными триумфами или неприятностями (Sedikides, Gregg, 2002). Когда люди с зависимым самоуважением не соответствуют специфическим стандартам или ожиданиям, их чувство самоценности страдает, появляется чувство стыда. Поэтому такие люди нуждаются в постоянном признании со стороны других и тратят большое количество времени на защиту их «хрупкого Я» против воображаемых угроз. В противоположность им люди с независимым самоуважением, хотя наслаждаются успехами и сокрушаются после неудач, не испытывают соизмеримых флуктуаций в собственном чувстве самоценности. Их центральные установки по отношению к самим себе остаются стабильными и позитивными (Sedikides, Gregg, 2002). Таким образом, именно зависимость или независимость самооценки обусловливает ее стабильность или нестабильность.

Н. Брапден (Branden, 1994) определил самоуважение, зависимое от внешних подтверждений или от одобрений другими людьми как «псевдосамоуважение», соглашаясь, что «истинное» самоуважение исходит от внутренних источников, таких как са- моответственность, самодостаточность, а также от знания своей собственной компетентности и способности преодолевать преграды и неприятности независимо от того, что думают другие люди.

Ряд исследователей полагает, что источником зависимой самооценки выступает диссоциация между эксплицитным и имплицитным отношением к себе (Tracy, Robins, 2006). Эксплицитное «Я» может стать в силу тех или иных причин (в первую очередь неправильного семейного воспитания) глобально позитивным, идеализированным и стабильным («я совершенная личность, я всегда буду совершенным»), когда человек не видит разницы между утверждениями: «Я делаю что-то хорошо» и «Я хороший делаю что-то». Сохранение такого «грандиозного» самоуважения может привести к усилению мотива самовозвыше- ния, к защитному стилю саморегулирования, отрицающему негативные переживания относительно своего «Я» и сверхакцентирующемуся на позитивных. Диссоциация между позитивной и негативной самопрезентациями может сделать имплицитное «Я» глобально негативным и стабильным («Я плохой человек, и я всегда буду плохим»), в результате чего человек становится неспособным к разделению между тем, что он плохо делает, и тем, что он плохой в целом. Такое имплицитное негативное са- мопредставление и отношение к себе, несущее угрозу осознания своего «никчемного Я», а следовательно, переживания стыда или других негативных эмоций, может приводить к поиску внешних индикаторов ценности собственного «Я» (родительское или партнерское одобрение, хорошая учеба или даже комплимент от незнакомых людей), которые рассматриваются как подтверждение достоверности своего позитивного эксплицитного «Я». Таким образом, согласно данной модели (Tracy, Robins, 2006) именно диссоциация между эксплицитным и имплицитным уровнями самопредставления ведет к зависимой самооценке, которая в свою очередь обусловливает ее нестабильность.

М. Кернис (Kernis et al., 1992) доказывает, что два конструкта - стабильное/нестабильное и зависимое/независимое самоуважение - являются несходными, потому что зависимое самоуважение может быть стабильным, если обстоятельства или основания, от которых оно зависит, постоянно встречаются в жизни человека. Тем не менее, с точки зрения J. Tracy и R. Robins (2006), зависимая самооценка никогда не может быть совершенно стабильной. Когда основания, обусловливающие высокую самооценку, присутствуют, индивид переживает гордость и его самоуважение растет, но когда они отсутствуют, переживается стыд и самоуважение падает. Другими словами, зависимая самооценка обусловливает нестабильную самооценку, потому что ее уровень флуктуирует в ответ на внешние обстоятельства, которые вызывают переживание стыда или гордости. Согласно модели J. Tracy, R. Robins (2006) существуют четыре формы «хрупкой» самооценки - защитная, диссоциированная, зависимая и нестабильная, которые взаимосвязаны и определяются системой когнитивно-аффективных регуляционных процессов и их результатов.

Дж. Крокер (J. Crocker) называет семь главных самооценоч- ных оснований, от которых зависит самооценка: 1) одобрение, признание, получаемое от других; 2) поддержка семьи; 3) любовь Бога; 4) академические способности, компетентность; 5) физическая привлекательность; 6) мораль, добродетель;

7) идентичность (цит. по: Sedikides, Gregg, 2002). Интересно, что такие источники самоуважения, как Бог, семья и мораль, ассоциируются с большей независимостью самоуважения в целом. Тогда как опора па оценки других людей, одобрения или порицания, социальное признание или отвержение в большей мере обусловливают зависимую самооценку. Некоторые исследования показывают, что внешние условия самоценности, такие как физическая привлекательность и академические успехи, негативно коррелируют с ощущением благополучия, даже способствуют развитию депрессии и ведут к пищевым нарушениям. Те, кто базирует собственную самоценность па этих специфических областях, являются более уязвимыми, когда их самооценка подвергается угрозе со стороны негативных событий или оценок, затрагивающих данную область. Например, Дж. Крокер обнаружила, что студенты, чье чувство собственной ценности основывалось на академических успехах, имели более низкий уровень самоуважения, испытывали более негативные эмоции, когда получали плохие оценки, или терпели какие-то другие неудачи в академической сфере.

Дж. Крокер и ее коллеги считают, что основания, на которых люди базируют свою самооценку, являются более важными, чем уровень самооценки сам по себе, поскольку именно самооценочные основания обусловливают особенности саморегуляции. Она определяет успешную саморегуляцию как готовность прилагать усилия к достижению наиболее важных целей, рассматривая неудачи и неуспехи как возможность учиться, выявляя свои слабости и исправляя их, а также развивая новые стратегии достижения своих целей (Crocker et al., 2004). Люди с зависимой самооценкой стремятся к чзшству собственного достоинства, к сохранению и повышению самоуважения, что приводит к усилению мотивации избегания неудачи в областях, па которых они базируют свое собственное чувство самоценности. Таким образом, успешная саморегуляция может быть трудно достижима для них, потому что они воспринимают неудачу или критику не как шанс чему-то научиться, а как необходимость избегать ее. Когда цель, которую индивиды рассматривают как решающую для поддержания самоценности, трудно достижима и неудача вполне возможна, то эти обстоятельства, обусловливая стресс, чувство напряжения, потерю внутренней мотивации, ведут к тому, что люди с зависимой самооценкой «уходят» из ситуации. С другой стороны, позитивные эмоциональные чувства после успеха в областях, от которых они зависят, могут стать привычными для высоко зависимых индивидов. Со временем эти люди могут нуждаться даже в больших успехах, чтобы достичь похожее удовлетворение или эмоциональное переживание собственной ценности. И они будут стремиться к постановке все более и более трудных целей в тех областях, от которых они зависят. Исследования, проведенные Дж. Крокер и ее коллегами, предполагают, что люди смешивают повышение самооценки, основанное на успехах в тех или иных областях, с истинными человеческими потребностями, такими как познание, поддерживающие отношения, автономность и безопасность.

Зависимость/независимость самооценки индивида может быть обусловлена ценностными ориентациями той культуры и общества, к которой он принадлежит. Индивидуалистические общества больше ценят независимость, а коллективистские - взаимозависимость, что может определять критерии субъективного благополучия и самооценки (Кон, 2009). Отсюда выводы, сделанные, в частности, Дж. Крокер, по-видимому, применимы лишь к западной индивидуалистической культуре, которая ставит во главу угла личные ценности, личную уникальность и личный контроль.

Кроме того, поскольку маскулинные и фемининные нормы по-разному представляют соотношение индивидуализма и коллективизма, то мужчины, чья ориентация на независимость близка к индивидуалистическим культурам, будут при оценке своего благополучия скорее отдавать предпочтение внутренним источникам, а женщины, чья ориентация на взаимозависимость напоминает коллективистские культуры, будут принимать во внимание как внутренние, так и внешние источники (Кон, 2009). Таким образом, самооценка мужчин, вероятно, в большей мере будет независимой, а женщин - зависимой, хотя такие обобщения нуждаются, естественно, в эмпирических подтверждениях. Тем более, если учесть, что самоуважение мужчин тесно связано с личными достижениями, что, по мнению Дж. Крокер, является внешним самооценочным основанием, обусловливающим уязвимость самооценки, ее зависимость от успехов и неуспехов.

Исследование связи между зависимостыо/независимостыо самооценки и другими ее параметрами (стабильность, высота, адекватность и др.), ее сочетание с другими конструктами (уровень притязаний, темпераментные свойства, уверенность в себе, потребности и т.д.), а также с ценностными ориентациями культуры и культурно-заданными гендерными ролями представляет собой область будущих исследований.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >