ВАРЬИРОВАНИЕ СМЫСЛОВ КАК ЭЛЕМЕНТОВ СЕМАНТИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ ОБРАЗА

Показательны результаты анализа варьирования отдельного признака (смысла) как элемента семантической структуры функционирующего образа.

Факт трансформации семантических признаков в процессе семантического варьирования лексики констатировался в ряде работ семасиологического направления (см. работы Д.Н. Шме-лева, И.А. Стериииа, А.П. Чудинова, С.А. Ме- гентесова и других). Особенность предлагаемого подхода заключается в том, что анализу подвергается признак, многообразно лексически воплощаемый и взятый во всем многообразии его параметров и сопровождающих его конкретных (в том числе эмпирически воспринимаемых) деталей, т.е. признак как в известной степени диффузное образование. Такой подход, учитывающий континуальный характер семантики образа, позволяет учесть и специфику признака как элемента конкретного образа.

Отдельный признак, представляющий элемент структуры образа, демонстрирует в процессе метафорического воспроизведения образа разные типы варьирования. Исходный смысл оказывается инвариантом по отношению к более частным, производным от него смыслам. Соотношения вариантов с инвариантом и между собой достаточно разнообразны: в частности, смысл может быть эксплицирован в следующих вариантах:

различающихся конкретностью абстрактностью;

конкретизирующих его в разных направлениях;

репрезентирующих его в форме разных логических категорий;

представляющих его в комбинациях с другими смыслами.

Остановимся подробнее на типичных проявлениях варьирования смыслов.

Общеизвестно абстрагирование значения слова как вид трансформации в процессе метафоризации (его отмечают Д.Н. Шмелев, В.Г. Гак, С. Ульман, И.А. Стерннн, А.П. Чудинов, Г.Н. Скля- ревская и др.). Этой модели варьирования подвержены и отдельно взятые семантические признаки. Сравнивая варианты воплощения одного признака, можно выделить несколько степеней его трансформации (в наиболее противопоставленном виде — две): первая степень трансформации представлена вариантом, сохраняющим конкретно-физическую природу исходного смысла, вторая — более абстрактным вариантом, не сохраняющим физически конкретных свойств. По этой модели варьируются многие смыслы, в том числе все доминантные: «движение», «сила», «выполнение работы», «свобода», «несвобода».

Рассмотрим фрагмент картины варьирования смыслов при метафорическом функционировании образа коня на примере доминантного семантического признака «движение».

Этот признак в варианте, представляющем первую степень трансформации, определяет физическое перемещение в пространстве и воплощается при характеристике механических средств транспорта, движения человека, облаков, морских волн, ветра и т.д. Варьирование признака в этом случае, при минимальном отвлечении от исходного, эмпирически воспринимаемого свойства копя, проявляется в том, что смысл «движение» актуализируется, как правило, в осложненном виде — в совокупности с многообразными конкретизаторами. Конкрети- заторы представляют разные параметры движения (скорость, способ и др.), особенности движущихся реалий (форма, характерные детали, количество, назначение и др.), производимое впечатление и т.д., обусловленные спецификой образа коня. Ср.: Летом у автомобилиста — душа колесом. Отчего? Советы тем, кто едет на отдых в дальние края на своих «ло

шадях» (Коме, правда): «движение» + «назначение» («средство транспорта»); ...Дон... стремительно гонит одетую пеной белогривую волну (Шолохов): «движение» + «белая грива»; Но теперь, словно белые кони от битвы, Улетают клочки грозовых облаков (Гумилев): «движение» + «конфигурация» + «белые» + «беспорядочно»; К полуночи, как запаленный, сапно дыша, с посвистом пронесся ветер... (Шолохов): «движение» + «быстрое» + «звуковые впечатления»; Над степью, Волгой и городом творились метели, скакали снежные копи, творилась революция, вольная вольница (Пильняк): «движение» + «быстрое» + «свободное» + «конфигурация» и др.

Еще более многообразно смысл «движение» выступает при характеристике движущегося человека: За ней шла в школу Надя, вернее не шла, а убегала галопом (Гроссман); Эдик всего лишь застегнул на сумке молнию и аллюром потрусил домой (Коме, правда); Анна Ивановна прошла в спальню снующей иноходью... (Шолохов); ...Ты летел, как призовая лошадь, и даже хромота твоя куда делась! (Шолохов); Автобусом до Сходни доезжаем, А там — рысцой, и не стонать! Небось, картошку все мы уважаем, Когда с соль цой ее намять (Высоцкий); И Калмыков, сжимая кулаки, снова срывался с места, шел толчками, как запаленная лошадь (Шолохов); Ошалевший Григорий соскочил на землю и путано, как стреноженный, шагнул к задку повозки (Шолохов); ...По воскресеньям с утра валили в церковь семейными табунами... (Шолохов); и т.д.

Итак, варьирование разновидностей образа приводит к тому, что один признак выступает в процессе метафорического воспроизведения в разных вариантах, состав которых является принципиально открытым. Добавим, что признак воплощается при этом различными лексическими средствами и в разной логической категоризации.

Сходная картина наблюдается при воплощении признака «движение» для характеристики отвлеченных понятий времени, процессов, событий, деятельности человека и т.д., с той лишь разницей, что в этом случае эмпирически конкретные детали, присущие коню, нейтрализуются. В связи с этим признак «движение» менее многообразно варьируется при характеристике абстрактных реалий и гораздо более многообразно — при характеристике деятельности человека. Почти постоянным конкретизатором этого признака выступает смысл «скорость, темп», реже — «внешнее каузирующее воздействие» и другие: ...С грустью и досадой думал: «Эка девица какая вымахала! Летит жизня, как резвый копь» (Шолохов); Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несешься?.. (Гоголь); С того дня слава обо мне по всем санаториям-профилакториям галопом пронеслась... (Балашов); В следующих восьми строчках события пошли галопом... (Исаковский); ...Ельцин хочет продемонстрировать свою способность подстегнуть ленивую клячу интеграции в постсоветском регионе (Коме, правда); А время медлительно тащит телегу (Оцуп); ...Клячу истории загоним (Маяковский).

Деятельность человека характеризуется признаком «движение», конкретизированным широким составом дополнительных смыслов, среди них:

«скорость, темн»: А как же ваш коллега депутат Невзоров, успевающий и в Думе заседать, и репортажи из Чечни привозить? Невзоров молодой, пусть скачет (Говорухин); Дела (в суде) ускоренным аллюром решались одно за другим в пользу истцов (Салтыков-Щедрин); Уж ты меня, старика, прости! зудил он: ты вот на почтовых суп скушала, а я на долгих128 ем (Салтыков- Щедрин); Пускай старик крылатый Летит на почтовыхт! Нам дорог миг утраты В забавах лишь одних (Пушкин); С головой опустилась в ту сферу, где преоб- [1] [2]

ладающей страстью является безумная скачка за наслаждениями ( Мамин-Сибиряк);

«скорость, темп», «внешнее каузирующее воздействие»: Из заметных людей ушел Сергей Доренко... Это расставание было совершенно естественным, потому что я очень гнал лошадей на всем протяжении начального периода (Сагалаев);

«несвобода», ср. примеры разноаспектной конкретизации комплекса смыслов «несвободное движение»:

  • а) «движение, подчиненное общему порядку, нивелирующему индивидуальность»: Его обвиняли в эстетизме. Он, действительно, не хотел идти в общей упряжке, он был художником (Радио-1); Мосты сгорели, углубились броды, И тесно — видим только черепа, И перекрыты выходы и входы, И путь одинтуда, куда толпа. И парами копей, привыкших к цугу. Наглядно доказав, как тесен мир, Толпа идет по замкнутому кругуИ круг велик, и сбит ориентир (Высоцкий);
  • б) «движение, подчиненное воле других людей»: Вот как получается, товарищ Шална, вот как жизнь по-своему поворачивается, даже у тебя не спросясь. Что с того, что ты сидишь в повозке и держишь вожжи, но едешь совсем не туда, куда хочешь, даже не в ту сторону. Тебе только кажется, что держишь вожжи, а на самом деле они в руках вот такого Буткуса. Или Шиповника. А ты не только не едешь, но сам вместо клячи: куда им вздумается, туда они и повернут твою повозку. И никого не интересует, никто не спрашивает — что ты думаешь, как ты сам хочешь устроить свою жизнь (Пожера);

«состязательность». «результативность»: Шестидесятилетнему Лучано Паваротти уже не нужно ни славы, ни денег, а он дает сто тридцать спектаклей в год. Жела ние петь плюс обязательства, контракты, да и не хочется, чтобы молодые обскакали (Бэлза); Как секретный «генерал» Хлестакова обскакал (Коме, правда); То, что казалось невозможным, — завистливое, спортивное отношение к чужим научным решениям и достижениям, стало естественно. Он тревожился, не обскачут, не обштопают ли? (Гроссман); Еще месяц назад казалось, что значительную часть этих голосов подберет Руслан Хасбулатов, и они обеспечат ему относительно легкую победу в первом же «заезде» (Костюков); Лошадка «Комсомолки» на финише вырвалась вперед! [О ходе подписной кампании];

«без промедления»: Терентий уже вклинился в толпу и вел разговоры, расспрашивал, сколько живет на селе народу, как дела разные идут, как совет работает, довольны ли Советской властью, — словом, с места в карьер (Фурманов); Он оправил складки гимнастерки, будто перед смотром, — сразу взял в намет. — Чего нам, станишники, слушать их! — кричал он высоким командным голосом... (Шолохов);

«непрерывность»: ...День и ночь одолевает меня одна неотвязчивая мысль: я должен писать, я должен писать, я должен... Едва кончил повесть, как уже почему-то должен писать другую, потом третью, после третьей четвертую... Пишу непрерывно, как па перекладных, и иначе не могу (Чехов);

«наличие препятствия»: Тут-то и напоролся сотник, как ретивый конь на чересчур высокий барьер, на непредвиденное препятствие: дошла очередь записываться в охотники, а охотников-то и не оказалось (Шолохов); Служба обращается в скачку с препятствиями, лица более обе- спеченные обгоняют людей без протекции (Субботин);

«один за другим»: Мы то гужом за верховного, а вот

казаки мнутся... нерешительно сказал Долгов (Шолохов).

При характеристике поведения, образа жизни, умения человека может актуализироваться признак «аллюр», взятый в ином аспекте демонстрация исполнения аллюра (на смотре, скачках): Я лично не имею никаких причин опасаться внутренней политики. Живу я просто, все могут засвидетельствовать о моей невиновности. Стало быть, ходи вольным аллюром и шабаш (Салтыков-Щедрин); Он воображает себя неотразимым и с первого же визита принял аллюры[3] [4] ухаживателя... рассчитывая на роман (Станюкович); Но где ты мечешься, миниатюрна, Что так нелепо тратишь свой аллюр (Борботько); Но Собакевич вошел, как говорится, в самую силу речи, откуда взялась рысь и дар слова (Гоголь); Вишь, как крылья подрезали! Не ждал я этой рыси131 от Федора Иваныча!.. (А.К. Толстой). В этой же функции, как показано выше, в произведениях В. Высоцкого и аллюзиях на них используется образ иноходца.

Таким образом, вариативность в метафорическом воплощении одного признака проявляется в его способности не только к абстрагированию при характеристике абстрактных реалий, но и к актуализации разными своими сторонами, в комплексе с разными конкретизаторами.

Актуализация смысла в виде комбинаций с другими смыслами является более типичной[5], при этом состав актуализируемых смыслов обычно четко не очерчен. Широта возможностей образа связана с тем, что любой признак в том или ином из своих вариантов способен эксплицироваться в комбинациях с другими смыслами, образуя семантические комплексы, хотя и соотносительные, но все же различные.

Гибкость механизма манипулирования семантическим потенциалом образа проявляется в воспроизведении и оценке признака в разной перспективе, в разных причинно-следственных связях. В качестве примера обратимся к смыслу «ощущение тяжести», который не относится к числу доминантных, тем не менее демонстрирует широкую вариативность. Названный признак можно считать исходным по отношению к ряду вариантов, основные из которых представлены на схеме.

Актуальный смысл «испытывающий тяжесть» воплощается как внутреннее физическое ощущение. Он может быть актуален при ассоциативном соотнесении образа коня с человеком, например: И хотя десантники утверждают, что они только три минуты орлы, пока парят под куполом в небе, а все остальное время лошади, которые эти парашюты таскают, прыжки в ВДВ любят (Коме, правда).

Наряду с этим смысл «испытывающий тяжесть» может характеризовать человека в морально-психологическом отношении — в аспекте морального, эмоционального, интеллектуального состояния, и выступать в виде абстрактного смысла «испытывающий тяготы», который на схеме представлен как результат развития исходного смысла. Например: Надо было обладать и мужеством, чтобы впрячься в такой хомут [о должности начальника ГУВД Москвы] (Коме, правда); Вначале активно работал [над книгой] Лисов, потом он свалился в больницу от переутомления (этот человек из тех рабочих лошадок, что добросовестно везут на себе неподъемную поклажу)... (Коме, правда).

На базе смысла «ощущающий тяжесть» формируются иные комплексы, которые можно рассматривать как результаты разного осмысления исходного смысла. Проиллюстрируем их текстовым материалом.

  • 1. «Усталость, изнеможенность как результат длительных перегрузок»:
    • а) физических: Сестра и няня, две. заезженные [санитарным] поездом девушки, ставили градусники утром и вечером, разливали в своем купе похлебку, накладывали кашу, разносили посуду с горлышками, утешали раненых, как могли (Астафьев);
    • б) морально-психологических: Безжалостная старуха совершенно заездила меня своими упреками (Тургенев).
  • 2. «Изношенность, изможденность как результат длительного ощущения тяжести, тягот» (физических или морально-психологических): Ее опять приподняли. — Довольно!.. Пора!.. Прощай, горемыка!.. Уездили клячу!.. Надорвала-а-сь!крикнула отчаянно и ненавистно и грохнулась головой на подушку (Достоевский); — Да, говаривал, бывало, Алексей Сергеич, — прошла моя пора; был конь, да изъездился... До всего-то я был охоч... Рьяный был я, неукротимый (Тургенев); Вот коротенькая справка, какие нагрузки и должности исполнял Александр Николаевич Макаров — документ- обвинение Союзу писателей в том, как он может заездить того, кто везет (Астафьев); ...Мы, наученные недавним горьким опытом, когда «практически здоровый» Ельцин вступил в предвыборную президентскую гонку и выиграл ее больным, вправе задать Кремлю неприятный, но прямой вопрос: не собираются ли его «загнать» еще раз? (Коме, правда); Был молод, был неразумен, молодая кровь бурлила, а теперь уж я не тот, — укатали сивку крутые горки (Мельников-Печерский); ...Я с умилением смотрю, — писал он мне в 1887 году, — на тех сокрушенных духом и раздавленных жизнью старичков и старушек, которые, гнездясь по стенке в церквах или в своих каморках перед лампадкой, тихо и безропотно несут свое иго и видят в жизни и над жизнью высоко только крест и евангелие, одному этому верят и па одно надеются... (Кони).
  • 3. «Выносливость как результат систематических нагрузок, тяжести/тягот»
  • а) физических: Она была нестарая, лет сорока пяти, но какая-то вся жесткая и жилистая, как выезженная лошадь. Чувствовалось, что на ней много возили и возят до сих пор (Токарева);
  • б) морально-психологических: И когда бабушка уйдет из повествования, начнутся новые будни, все потемнеет, и явится в детстве такая жестокая страшная сторона, что художник [о В. Астафьеве] долго будет уклоняться от того, чтобы писать вторую часть «Поклона» (исцеление — это ведь как раз восстановление цельности мира в душе), чтобы без раскола в сердце догадаться, что и злейшая тьма, и непосильные испытания тоже входят в порядок жизни, и надо только попытаться, сколь ко хватит сил, пробиться с накопленным светом сквозь тьму ссыльных сиротских лет, чтобы увидеть и понять, какие же силы дали тогда устоять, не потерять себя, и какая правда скрыта в восклицании Иеремии «Благо человеку, когда он несет иго в юности своей» (Курбатов).

Показанную картину вариативного воспроизведения смысла «ощущение тяжести» дополняет схема его типовых комбинаций с другими смыслами в составе семантических комплексов.

  • 1. Смысл «ощущение тяжести» часто актуализируется в совокупности со смыслом «несвобода». На базе этого сочетания в коммуникативном акте формируются два семантических комплекса — «угнетение, гнет» и «долг, моральное обязательство»:
    • а) «угнетение, гнет»: ...Народ... тяготится бюрократическим ярмом... (Скобелев); Слухи с Дона и особенно с Руси — что там мужиков вконец замордовали тяглом и волокитами, что они то и дело попадают в кабалу монастырскую и к поместий- кам и «в безвыходные крепи», что бояре обирают их и «выхода» им совсем нету (Шукшин); Целых полтора года эта территория находилась под фашистским игом; хотелось как можно быстрее освободить ее (Василевский);
    • б) «долг, моральные обязательства»: ...Я радуюсь, что условием моего сотрудничества Вы не поставили срочность работы. Где срочность, там спешка и ощущение тяжести па шее, а то и другое мешает работать... (Чехов — Суворину); Глупо все устроено на этой земле. Человек добровольно впрягается, тянет ярмо всю жизнь, заглушая в себе все самое прекрасное, не позволяя прорваться настоящему чувству, скрывая его, будто злодейское преступление... (Пожера).
  • 2. Актуальному смыслу «ощущение тяжести» могут сопутствовать смыслы «усталость», «медленное движение»: В рассказе больше. 4 печатных листов. Это ужасно. Я утомился, и конец тащил я точно обоз в осеннюю грязную ночь: шагом, с остановками — оттого и опоздал (Чехов Суворину).
  • 3. В ряде случаев смысл «ощущение тяжести» выступает в комплексе со смыслом «каузация движения»: Говорят, что Горький потом и отказался от собственного взгляда на интеллигенцию как на ломовую лошадь истории, я остаюсь при его прежнем мнении (Крелин).
  • 4. Названные смыслы могут выступать и в иных комбинациях. Проиллюстрируем реализацию семантического комплекса, включающего в качестве ведущего смысл «ощущение тяжести» (многократно усиленный при развертывании метафоры различными лексическими средствами), «усталость, изнеможенность» и «движущая сила»: ...Плохо двигающиеся, перекрашенные, переза- тянутые, слабоголосые люди пытались под музыку Чайковского изобразить страсть, трагедию, да ничего не изображалось. На публику со сцены веяло холодом. ...И тут она, «графиня», так рявкнула на бедную свою воспитанницу Полину, та аж содрогнулась, и публика в зале оробела...

И повезла певица [о Елене Образцовой] спектакль на себе, как телегу с битым кирпичом, и задвигались вокруг исполнители, и дирижерская палочка над оркестровой ямой живои щетинкои замелькала, запереливался свет, засверкали искры снега в холодном Петербурге.., а уж когда она соорудила свою «корону»романс графини, да еще и на «французском»!.. публика впала в неистовство.

...Усталую «графиню» с поникшими плечами, изнеможенную, с трудом раскланивающуюся, — шутка ли, вывезла ведь, вывезла в гору скрипучую телегу с грузным возом, постояла за честь Великого театра!наконец отпустили домой, отдыхать (Астафьев).

Выявленная картина актуализации отдельных признаков, картина их семантической иррадиации показательна и в том отношении, что принципиально корректирует (расширяет) представление о семантическом потенциале образа, рассмотренном в третьей главе. Итоги анализа приводят к выводу о семантической неисчерпаемости образа как элемента языкового сознания, находящего свое воплощение в процессе метафорического функционирования в разнообразных трансформах исходных смыслов, составляющих его семантический потенциал, в их многообразных комбинациях.

  • [1] Этот вариант смысла зафиксирован М. Михельсоном: «На долгих(ехать) — и нос к. медленно (намек на медленную езду “на долгих”, насменных лошадях, — кормя)».
  • [2] Лететь на почтовых в качестве устойчивого выражения, по свидетельству М. Михельсона, означало «спешить».
  • [3] м Михельсон фиксирует два сочетания с этим словом как устойчивые: «ходи вольным аллюром (иноск.) свободно, вольно, не стесняясь(намек на вольный бег лошади)»; «принимать аллюры (иноск.) — манеры, усвоить приемы, поступки (намек на аллюр, ход, побежку у лошадей)».
  • [4] Ср. у М. Михельсона: «Рысь (иноск.) удаль, умение, ловкость(намек на рысь — сильный бег, резвость лошади)».
  • [5] Сошлемся на аналогичные выводы Д.Н. Шмелева относительноотдельных слов: «Принцип диффузности значений многозначного слова является решающим фактором, определяющим его семантику. То, чтолексикографические описания не отражают этого (более того, именностремятся освободить словарные статьи от “неопределенных” примеров), существенно искажает представление о семантической структуреописываемых слов» (Шмелев 1977: 86).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >