Поэтическая модель времени: семантика настоящего, прошедшего и будущего

Темпоральная составляющая индивидуальной картины мира З.Н. Гиппиус формируется во многом на основе личного временного опыта. Время индивидуума, как его личное достояние, как его время жизни (lived time), ассоциируется с разного рода переживаниями реального настоящего, с багажом памяти, воспоминаний и опыта, мыслимых как прошлое, а также с ожиданиями, надеждами и планами, связанными с будущим. При формировании темпорального тезауруса индивидуальный опыт, языковые ресурсы, культурная среда являются взаимодополняющими компонентами.

Настоящее обладает рядом исключительных свойств: эфемерное и неуловимое, оно вместе с тем реально и конкретно. Выступая линией раздела между прошлым и будущим, оно вместе с тем служит соединительным звеном между «ещё не существующим» и «уже не существующим». Определяющим для событийного пространства настоящего служит фактор включенности в поле указания сейчас, непосредственными составляющими которого у З.Н. Гиппиус (как собственно и в системе русского языка в целом) явились языковые единицы типа теперь, нынче/ныне, сегодня и т.п. Примечательно, что в качестве одноименной лексемы (настоящее) план настоящего в контексте поэтических текстов З.Н. Гиппиус не представлен, в то время как план будущего единожды находит свое материальное оформление в идентичном лексическом эквиваленте {будущее), а лексема прошлое (и его абсолютный синоним бывшее) и ее предложно-падежные формы встречаются семь раз в поэтических текстах З.Н. Гиппиус:

Я чую, время пополам расколется,

И будущее будет тем, что есть.

Ночью, 1904

Все сызнова начнем <...>

Мне в прошлом ничего не жалко.

Сызнова, 1907

Гляжу на уголь тлеющий <...>

И в памяти слабеющей Все прошлое, вся жизнь моя встает.

Стариковы речи, 1902

Всё бывшее - пребывает,

Всё милое - будет вновь...

Невеста, 2 августа 1918

Отметим, однако, подобное количественное соотношение обозначенных лексем отнюдь не является показателем и прямым доказательством преобладания в поэтическом дискурсе З.Н. Гиппиус прошлого и отсутствия временного плана настоящего. У Гиппиус их воплощение обусловлено высокой степенью частотности функционирования других единиц с временной семантикой.

Обозначенные выше слова (сейчас, нынче, сегодня и др.) временного плана настоящего могут употребляться при описании самых различных объектов, предметов, явлений, реалий, событий и т.д.

Освещена последняя сосна.

Под нею темный кряж пушится.

Сейчас погаснет и она.

День конченый - не повторится.

Горное

В данном случае в контексте сейчас описывается временной промежуток смены дня ночью - вечер, сумерки, закат солнца. Показателен данный поэтический фрагмент в плане специфики авторского восприятия времени. Мы имеем в виду то, что, несмотря на принадлежность творческого наследия З.Н. Гиппиус к школе символизма, данный контекст может послужить доказательством достаточной самостоятельности авторского художественного мышления и восприятия окружающей действительности и, как следствие, отступление от норм и постулатов символистской эстетической программы. Так, для символистов в целом была характерна циклическая модель времени, согласно которой время мыслилось как повторяющееся, возрождающееся и имеющее круговую замкнутую структуру. У З.Н. Гиппиус именно сейчас, являясь ключевым словом, свидетельствует о невозвратности прожитого дня, о его единственности и феномено- логичности, что во многом соответствует линейной временной модели. Весьма доказательным в этом смысле является следующий поэтический фрагмент:

Года идут, но сердце вечно то же.

Ничто для нас не возвратится вновь...

Улыбка, 1897

Реализация автором времени посредством сейчас позволяет воссоздать несколько временных планов, мыслимых как параллельные: так, сосуществующие в разных пространственных плоскостях субъекты объединены (живут, действуют, мыслят) одними временными рамками:

Ведь топчут сейчас где-то первую травку,

Ведь мыслят сейчас для кого-то удавку,

Ведь кто-то сидит над предсмертным письмом, А мы о любви небывалой поем,

О робких балконах, о каплях дождевных,

О сладких мечтаньях, бессильно-безгневных. Довольно! Иду.......................................

Поликсене Соловьевой

Одновременность и параллельность бытия реализуется на уровне языкового оформления формами настоящего времени, несовершенного вида ряда глаголов (топчут, мыслят, сидит, поем) и параллелизмом и единопачатием (прием анафоры) представленных синтаксических конструкций.

Нередко временной план настоящего дается Гиппиус для изображения реальных исторических событий, тогда настоящее представляет собой синхронный срез начала XX века. Надо сказать, что иногда наблюдается и пересечение, сопряжение с определенной (другой) временной плоскостью, чаще библейской:

Поэты, не пишите слишком рано,

Победа еще в руке Господней.

Сегодня еще дымятся раны,

Никакие слова не нужны сегодня.

Тише!, 8 августа 1914, СПб.

Слава всем, кто с душой неизменною В помощь Родине ныне идут.

Это, друга, война не военная,

Это Божий свершается суд.

Божий суд

Как скользки улицы отвратные,

Какая стыдь!

Как в эти дни невероятные Позорно - жить!

Лежим, заплеваны и связаны По всем углам.

Плевки матросские размазаны У нас по лбам.

Мы стали псами подзаборными,

Не уползти!

Уж разобрал руками черными Викжель - пути...

Сейчас, 9 ноября 1917, СПб.

В приведенных фрагментах поэтом относительно адекватно, объективно отражено реальное время: события текста ставятся в связь с реальными моментами, периодами в жизни личности, в мировом историческом процессе в его связи с реальной хронологией. В объективном времени отражаются разновидности реального времени - историческое и календарное. Первое создается также и с помощью названия имен известных исторических деятелей, полководцев, легендарных и мифологических личностей, современников поэта, литературных героев:

Рабы, лгуны, убийцы, тати ли - Мне ненавистен всякий грех.

Но вас. Иуды, вас, предатели,

Я ненавижу больше всех.

Свеча ненависти, июнь 1918, СПб.

Рылеев, Трубецкой, Голицын!

Вы далеко, в стране иной...

14 декабря 17 года

Эр-Эс-Эф-ка - из адаманта, победил пролетарский гнев!

Взбодрились оба гиганта,

Ульянов и Бронштейн Лев.

Видение, январь 1920, Минск

Берберовы, Злобины, Бунины Стали читать стихи. <...>

В «Зеленую Лампу» чинную Все они, как один, - Георгий Иванов с Ириною;

Юрочка и Цетлин...

Стихотворный вечер в «Зеленой Лампе»

Данные примеры точно и убедительно демонстрируют масштабность поэтического временного плана в целом, временного фона в текстах З.Н. Гиппиус: от Рождества Христова до авторского «сегодняшнего» дня.

Календарное время, понимаемое нами как конкретизирующее выражение исторического, обычно создается за счет введения в структуру контекста точных дат, «чисел, сроков и времен» | Гиппиус 2006: 156], которые зачастую в поэтическом идиолекте З.Н. Гиппиус фигурируют в качестве заглавий:

В морозный день, в заветный час,

Они на площади Сената Тогда сошлися в первый раз.

Идут навстречу упованью,

К ступеням Зимнего Крыльца... <...>

Минули годы, годы, годы...

А мы всё там, где были вы.

Смотрите, первенцы свободы:

Мороз на берегах Невы!

14 декабря, 1909, СПб.

Как подняться спозаранку?

Разболится голова...

Мы приедем на Фонтанку

В среду, в среду, ровно в 2.

<П.И. Вейнбергу>, 5 февраля 1901

Если приметы реальности не важны и время отражается только на уровне идеальных сущностей, выведенных на базе анализа реальности - концептов, концепций, философских воззрений, то возникает особый вариант объективного времени - умопостигаемое, или концептуальное, время. Оно отличается условной точкой отсчета, статичностью и различной соотнесенностью с затекстовой действительностью. Умение выходить за временные пределы для автора - это Вечность, или, согласно Гиппиус, Безвременье, в полном согласии с идеологией символизма о Вечности и «вечном возвращении», идущем от Гераклита и стоиков к Ницше, а от Ницше - к символистам:

Всё, что мелькнуло, - новым вернется.

Осень сегодня - завтра весна...

Звездоубийца

Вечные смены, вечные смежности,

лето и осень - день и ночь...

8 ноября

Возникает в поэтическом контексте З.Н. Гиппиус образ круга, который принято отождествлять с циклической временной моделью, часто представленной в тесной связи с образом Вечности. Отметим, что основными «вечными» характеристиками являются статика, бесконечность, трансцендентность, которыми достаточно часто поэт наделяет свой образ Вечности, однако она может быть и динамичной, - трепещущей:

О Время! Я люблю твой ход,

Порывистость и равномерность <...>

Другое радостное чудо:

Безвременья живой поток,

Огонь, дыхание «оттуда»?

Увы, разделены они - Безвременность и Человечность.

Но будет день: совьются дни В одну - Трепещущую Вечность.

Etemite fremissante

Отличительным и показательным является, на наш взгляд, тот факт, что З.Н. Гиппиус нередко вводит в содержательную, концептуальную структуру времени аксиологический аспект (в этом смысле оно часто понимается как Время): лирический герой поэта может нести наказание Временем, к примеру, за некогда пренебрежительное к нему отношение. Этот мотив актуален для поэтического сознания З.Н. Гиппиус, поэтому природа времени мыслится художником как божественная и данная человеку из большой к нему Отеческой Любви:

Господь, от нежности и жалости,

Нам вечность - веером раскрыл.

Веер

Эта тема находит наиболее полную разработку в произведении «Последний круг (И новый Дант в аду)», представляющем собой одну из возможных версий «продолжения» дантевской «Божественной комедии»: гиппиусовский герой спускается также, как и герой Данте, во тьму, жилище мертвых, Безмерность, подземный океан, однако он идет далее - туда, куда не ступала нога его предшественника несколько столетий назад, - в последний, самый страшный Круг:

Будь счастлив, Дант, что по заботе друга В жилище мертвых ты не всё познал,

Что спутник твой отвел тебя от круга Последнего - его ты не видал.<...>

... там - в подземном океане, -

Там нет ни Времени, ни звуков, только мгла...

Последний круг (И новый Даит в аду)

Души, обитающие в последнем Кругу, согласно авторской концепции и соответствующей ей «адской» архитектонике Данте Алигьери, самые грешные и несут наивысшее наказание. Таковым, по Гиппиус, и является Время (точнее - его отсутствием), которое наделяется поэтом отчасти антропоморфными характеристиками:

И сразу вам всю правду расскажу,

За что и почему я здесь сижу.

И я - жду Времени. Но жизнь моя - Вся, будто, цепь. И Время в ней звено.

Вот, жду его. И как хотел бы я,

Чтобы пришло, чтобы меня простило,

Чтоб не было того, что было!

Я здесь - за вечные ему проклятья,

В котором жить мне было суждено,

И ничего не пожелал и брать я От времени, которое дано.

Я осуждал его с огнем и пылом,

Его - и всё, что только было в нем,

Мечтая о другом каком-то, милом...

Оно хотя и будет - но потом.

Я ж дерзко требовал его сейчас И ждать не соглашался. А подчас Я проклинал всё Время, целиком.

Ведь знал же я, однако, что оно Не мною, а Другим сотворено,

И что его создавший не случайно Нам, людям, Время дал, и по любви.

Последний круг (И новый Дант в аду)

Умение обходится «без времени» и выходить за его пределы - особенно яркая характеристика поэзии и поэтики Гиппиус, т.е. обусловленность гиппиусовской поэзии Вечностью несомненна. Это не только объект для философских размышлений, но ее образ оставляет отпечаток на многом в поэтическом мире автора: па людских отношениях, па самом образе лирического героя, на его чувствах и эмоциях; порой даже бытовые детали бывают чуть тронуты легким Ее (Вечности) прикосновением:

Я вечно люблю тебя, милая,

И всё, что ты любишь, - мое.

То бурная, властно-мятежная..., 1 января 1906

Нет отреченья в отреченьи,

От вечных дум исхода нет.

К Добролюбову

Пусть вечно закрытой лежит тетрадь,

Пусть будет Любовь моя - недосказана.

Тетрадь любви

Более того, Вечность в поэзии З.Н. Гиппиус наделяется качественными характеристиками, причем зачастую противоположными, которые осложняют сам авторский образ Вечности, его концептуальное содержание, «делают» этот образ многомерным, неоднозначным, не поддающимся интерпретации с точки зрения логики причинно-следственных отношений:

И все <...>

Вдруг сделалось бессмертным, и вечным - и чужим. <...>

И вечности безглазой беззвучен строй и лад.

Остановилось время. <...>

Часы стоят

Ты - напоминание чего-то дорогого, вечного, вечного.

Я люблю тебя <...>

Он - ей, 1907

Там только грузное ворчанье вод И вечности тупой круговорот.

Последний круг (И новый Дант в аду)

Поскольку картина мира имеет ментальную природу, которая эксплицируется посредством языка, важнейшим ее показателем является язык личности | Караулов 1987]. Из анализа ключевых ассоциатов концепта время можно заключить, что данный концепт является одним из доминантных авторской гиппиусовской модели мира, которые представлены следующими смысловыми соотношениями: время - вечность / Вечность; время - безвременье / Безвременье; время - миг; время - свобода; время - возвращение, повторение; время - история (зачастую синхронный срез).

Возвращаясь к рассмотрению временных планов в поэзии З.Н. Гиппиус, отметим, что настоящее служит непременным фоном для передачи эмоционального состояния лирического героя, определяя тем самым субъективное (перцептуальное) время:

Года идут, но сердце вечно то же.

Ничто для нас не возвратится вновь,

И ныне мне всех радостей дороже Моя неразделенная любовь.

Улыбка, 1897

Я не нарушу радости мгновенной,

Я не открою им дверей сознанья,

И ныне, в гордости моей смиренной,

Даю обет великого молчанья.

Последнее, 1900

Зачастую предметом поэтического интереса З.Н. Гиппиус становится само соотношение планов настоящего, прошлого и будущего и, конечно, сквозь призму лирического субъекта, его восприятия времени:

В нашем Прежде - зыбко-дымчато,

А в Теперь - и мглы, и тьмы.

Но срослись мы неразнимчато - Верит Бог! И верим мы.

Неразнимчато, март 1915, СПб.

Не отдавайся никакой надежде И сожаленьям о былом не верь.

Не говори, что лучше было прежде...

Ведь, как в яйце змеином, в этом Прежде Таилось наше страшное Теперь.

Прежде. Теперь, февраль 1940, Париж

Так, гиппиусовский герой наделяет время качественными характеристиками, сущностными определениями, причем образы эти (как и во многом сама личность поэта и в целом его творчество) не поддаются однозначной трактовке: авторские Сейчас, Теперь, Прежде, Тогда (и как прошлое, и как будущее) могут мыслиться «неразнимчато», как единый временной план; выступать в качестве временной основы для сравнения заданного временного плана; служить фоном для передачи лирическим героем исторически значимых событий или событий из жизни самого Я-субъекта.

Перцептуальное время содержит большой субъективный элемент, поскольку с ним связано, прежде всего, человеческое «чувство времени», ощущение и восприятие настоящего, прошлого и будущего, связанное со сменой переживаний, мыслей, воспоминаний. В поэтических текстах З.Н. Гиппиус встречаются весьма разнообразные модификации категории художественного времени, что обусловлено авторской концепцией, основу которой, на наш взгляд, составляет восприятие времени сквозь призму собственного «эго» или «эго» лирического героя. Таким образом, для категории времени в поэзии З.Н. Гиппиус характерны антропоцентрический подход и психологизм.

Поэт то лишает время прошлого и будущего одновременно зачастую с целью акцентуации важности, единственности данного момента или актуализации эмотивного пространства посредством темпорального; то отнимает у времени его будущее, тем самым ограничивая его свободу действий и желаний, что в конечном итоге приводит к ощущению духовного кризиса, ощущению тупика, замкнутости; то вообще может забрать у времени его главную характеристику - его ход, движение, процесс, ритм, тем самым лишает его сущности и всякого смысла. Именно здесь время и пространство приобретают единство, неразрывную связь, образуя так называемый в лингвистике текста континуум [Гальперин 1981; Бабенко, Казарин 2006]. Ограничимся одним примером, где, на наш взгляд, реализовались все выше обозначенные смысловые трансформации категории времени, где время представлено как застывший миг, лишенный прошлого и будущего, какой-либо перспективы, что приводит к ощущению не только статичности, но и в целом некоего пространственного вакуума, определяющего эмотивный фон контекста:

Часы остановились. Движенья больше нет.

Стоит, не разгораясь, за окнами рассвет. <...>

Ничто не изменилось, ничто не отошло;

Но вдруг отяжелело, само в себе вросло.

Ничто не изменилось, с тех пор как умер звук.

Но точно где-то властно сомкнули тайный круг.

И все, чем мы за краткость, за легкость дорожим, -

Вдруг сделалось бессмертным, и вечным - и чужим.

Застыло, каменея, как тело мертвеца...

Стремленье - но без воли. Конец - но без конца.

И вечности безглазой беззвучен строй и лад.

Остановилось время. Часы, часы стоят!

Часы стоят

В данном тексте происходит авторское вмешательство в ход времени, так сказать, «особый способ субъективации времени» [Бабенко, Казарин 2006: 118]: З.Н. Гиппиус изобразила вечно длящийся миг. Она «заставила» время остановиться, застыть, окаменеть. И, как следствие, исчезли привычные для человека характеристики объективного мира - звуки, запахи, цвета. Все вокруг потеряло смысл, ценность, поскольку приобрело новую качественную характеристику - бесконечность, утратив другую, па наш и авторский взгляд, более важную, - краткость, мгновенность, конечность. Здесь в результате авторского эксперимента происходит смысловая градация: миг сменяется вечностью, движение - статикой, жизнь - смертью.

Определив обусловленность гиппиусовского времени несколькими факторами, отметим, что временную модель (как и пространственную) в целом можно определить как антропоцен- тричную по своему концептуальному содержанию. С точки зрения структуры, модель времени З.Н. Гиппиус представляет собой трехкомпонентное смысловое образование: во-первых, объективное время, которое включает историческое (репрезентируемое в основном описанием исторических событий, именами исторических деятелей) и календарное (определяемое точными датами, числами); во-вторых, субъективное (перцептуальное), или время Я -субъекта, тесно связанное с понятием жизнь как отмеренным человеку сроком; в-третьих, в особую группу выделяется умопостигаемое (концептуальное) время, связанное с феноменом Вечности, ее противопоставления мигу, «вечного возвращения», цикличности и т.п.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >