Кибернетическая информатика и социальная информатика

Прежде чем защищать информацию, информационные системы и обеспечивать их информационную безопасность, необходимо знать, что защищать.

В. А. Минаев

Словосочетание кибернетическая информатика является неологизмом. Зачем он потребовался в нашем профессионально-мировоззренческом пособии? Чтобы не примитивизировать информатику. Как известно, с середины 80-х гг. в нашей средней школе и в вузах изучается курс «Основы информатики и вычислительной техники» или просто «Информатика». Чаще всего учащимся предлагается следующая трактовка: «Термин “информатика” возник в 60-х годах XX века во Франции для названия области человеческой деятельности, посвященной автоматизированной обработке информации с помощью электронных вычислительных машин. Слово информатика (informatique) образовано слиянием слов информация (information) и автоматика (automatique) и означает «автоматизированная переработка информации». В англоязычных странах этому выражению соответствует термин computer science (наука о компьютерной технике)». Далее аксиоматически, т. е. без аргументации, вводится понятие «информация — продукт взаимодействия данных и адекватных им методов обработки» и последовательно излагаются стандартные разделы курса: вычислительная техника, программное обеспечение ЭВМ, базы данных, компьютерные сети, основы алгоритмизации и технологии программирования. Можно ли содержание данного курса именовать «Информатика»? Практика российского образования показывает, что какие-либо альтернативы исключаются, и информатику учащиеся должны понимать как науку об «автоматизированной обработке информации» (информатика = информация + автоматика). Остальные

1

Шапорев С. Д. Информатика. Теоретический курс и практические занятия: учеб, для вузов. СПб., 2008. С. 1.

А. В. Соколов. Философия информации концепции информатики дезавуируются и третируются как беззаконное самозванство. С подобным технократическим произволом согласиться невозможно, поэтому я счел необходимым присвоить известной народным массам концепции информатики отеческое звание «кибернетическая». (Бытуют еще варианты «компьютерная», «безбумажная»).

Почему «отеческое» звание предпочтительно? Потому что кибернетика — родительское лоно информационной теории и практики в нашей стране, в том числе и концепции информатики, называющей своим предметом «автоматизированную обработку информации». Как показано в главе 1, в кибернетическом лоне зарождались первые понятия об информации и информационных системах, создавались грандиозные утопические проекты автоматизации интеллектуальных процессов и управления обществом, осмысливались возможности и ограничения вычислительной техники, то есть закладывались основы тех знаний, которые теперь образуют содержание информатики. Поэтому нельзя согласиться с утверждением: «Сегодня информатика и кибернетика являются самостоятельными междисциплинарными научными направлениями, имеющими свои теоретико-методологические основы, задачи, объекты и предметы исследования. Так, основными объектами исследования в кибернетике являются управление и процессы управления, а в информатике — информация и информационные процессы»1. Разделение объектов кибернетики и информатики произведено некорректно. Управление есть информационно-коммуникационный процесс, состоящий в передаче информационных сообщений по каналам прямой и обратной связи, и кибернетика не может «исследовать управление», не исследуя «информацию и информационные процессы». По сути дела кибернетика сегодня — это и есть та информатика, которую я назвал «кибернетическая». Генетическая преемственность между ними подтверждается тем, что в научной среде информатику зачастую трактовали как «составную часть кибернетики»[1] , а отцами-основателями отечественной киберне-

Гпава 2. Познание информации тической информатики стали заслуженные академики, лидеры советской кибернетики. Я вкратце напомню, как это было.

В марте 1983 гг. Общее собрание Академии наук СССР приняло решение об организации в ее структуре Отделения информатики, вычислительной техники и автоматизации и учреждении академического Института проблем информатики. В качестве докладчика выступил вице-президент Академии Е. П. Велихов, который, ссылаясь на международные прецеденты, охарактеризовал информатику как «области, связанные с разработкой, созданием, использованием и материально-техническим обслуживанием систем обработки информации, включая машины, оборудование, математическое обеспечение, организационные аспекты, а также комплекс промышленного, коммерческого, административного, социального и политического воздействия»1. Согласно этой характеристике, информатика выглядела отраслью народного хозяйства, но никак не отраслью академической науки. Я полагаю, что смещение акцентов в выступлении вице-президента произошло потому, что он руководствовался не интересами научного познания, а доводами политиков, экономистов, юристов и популярных журналистов, которые в 1980-е гг. переключились с кибернетической тематики, утратившей актуальность, на тематику информационнотехническую.

Если воспользоваться категориями экономики, то информатика в контексте выступления Е. П. Велихова видится как компонент инфраструктуры, наряду с транспортом, энергетическим и материально-техническим снабжением, средствами связи. Ее можно рассматривать и как составляющую производственной инфраструктуры, и более широко — как составляющую инфраструктуры социальной. Правомерны, стало быть, термины «инфраструктурная информатика» или «информационная инфраструктура»[2] . Последний термин, кстати, давно

А. В. Соколов. Философия информации используется в документах ЮНЕСКО и других международных организаций. Инфраструктурная информатика представляет собой материально-техническую базу постиндустриального общества и для ее построения требуется не столько информационный подход к экономическим реалиям, сколько экономический подход к реалиям информационным. Во всяком случае, создание инфраструктурных компонентов выходит за компетенцию научного сообщества, это задача социально-экономическая. Поэтому научную дисциплину, изучающую информационную инфраструктуру, неправомерно именовать «инфраструктурная информатика». Предпочтителен термин «кибернетическая информатика», относящийся к научному, а не практическому сознанию1. В Академии наук СССР после памятного Общего собрания 1983 г. сложилось две трактовки кибернетической информатики.

Во-первых, свойственное школе украинских кибернетиков В. М. Глушкова понимание информатики в качестве «комплексной научной и инженерной дисциплины, изучающей все аспекты разработки, проектирования, создания, оценки, функционирования машинизированных (основанных на ЭВМ) систем переработки информации, их применения и воздействия на различные области практики. Появление этой дисциплины обусловлено возникновением и распространением новой — индустриальной — технологии сбора, обработки, выдачи информации, связанной с фиксацией данных на машинных носителях»[3] . В этой трактовке ясно просматривается генетическая связь с содержанием кибернетики.

Во-вторых, трактовка информатики как науки об информационном моделировании на ЭВМ, которую развивали академики О. М. Белоцерковский, А. П. Ершов, А. А. Дородницын, А. А. Самарский. Сущность ее выражена в словах: «Как самостоятельная наука информатика вступает в права тогда, когда в рамках соответствующей частной теории строится информационная модель того или иного фраг-

Гпава 2. Познание информации мента действительности, — в информатике рассматриваются методологические принципы построения таких моделей и манипулирования ими»1. Информационная модель представляется в виде системы математических уравнений, которые представляют собой «то сопряжение, через которое информатика вступает в отношение с частными науками, не сливаясь с ними и в то же время не вбирая их в себя»[4] .

Существенное различие между двумя трактовками кибернетической информатики заключается в том, что первая допускает объективизацию (материализацию) информации, а вторая относит понятие информации к модели, а не к оригиналу. Другими словами, в первом случае осуществляется некорректный информационный подход, а во втором случае -— корректное моделирование. Общая ущербность обеих трактовок состоит, по-моему, в том, что они, подобно кибернетике, не заботятся о сущностном прояснении понятия информации, довольствуясь обыденным его пониманием. Так, академик А. П. Ершов, называя информатику «фундаментальной естественной наукой», говоря об «общенаучном характере понятия информации», именуя ее «философской категорией», «одним из важнейших атрибутов материи», воздерживается от четкого определения информации. Академик А. А. Дородницын ссылается на понятие информации, принятое в кибернетике, — «любая совокупность сигналов, воздействий или сведений», и не ощущает потребности в его модернизации. Украинские кибернетики определяют информацию как «данные, зафиксированные, распределенные, доведенные до своих адресатов и использованные ими в соответствии со своими целями».

Тот факт, что Президиум Академии наук СССР, отдавший приоритет технократическим трактовкам информатики, руководствовался не столько логикой научного познания, сколько заказом со стороны руководства страны, стал вполне очевиден в период горбачевской перестройки второй половины 1980-х гг. В то время информатизация

страны стала одной из главных целей государственной политики. Лидеры перестройки социалистического общества оперировали понятиями «информация», «информатизация», «информатика» для того, чтобы осмыслить характерные явления общественного производства и социальной жизни в целом. Типичен следующий ход мысли. В наше время, в эпоху становления постиндустриального (информационного) общества, приоритет должен принадлежать информационному производству, конечный продукт которого составляют «информационные средства к жизни». Происходит перераспределение общественного труда в пользу сферы производства, переработки и распределения информации; национальные информационные ресурсы становятся важным мерилом общественного богатства, не только социально-экономическим, но и политическим фактором, гарантом национальной безопасности. Поэтому приобретает актуальность развитие индустрии информатики, которая является «катализатором научно-технического прогресса»1.

В 1980-е гг. советская научно-техническая и политическая элита понимала кибернетическую информатику как «особую отрасль научно-технической деятельности, как комплексную научно-техническую дисциплину, занимающуюся исследованием информационных процессов любой природы, разработкой на этой основе информационной техники и технологии, решением научных и инженерных проблем создания, внедрения и обеспечения эффективного использования компьютерной техники и технологии во всех сферах общественной жизни. Единство закономерностей информационных процессов обусловливает широту применения компьютерной технологии обработки информации и поэтому ставит компьютерную технику в центр информатики»[5] . Любопытно предложение переименовать в связи с этим информатику в «компьютеристику ».

15 июля 1988 г. ЦК КПСС особым распоряжением поручил ряду научных коллективов разработать на конкурсной основе концепции информатизации общества на долгосрочную перспективу. В феврале

1989 г. были представлены на рассмотрение четыре концепции, но ни одна из них не была признана оптимальной, поэтому в научной печати и на различных научных форумах продолжалось их обсуждение вплоть до середины 1990 г. Конкурировали две точки зрения: одна чисто технократическая, отождествлявшая информатизацию и компьютеризацию, другая полагала информатизацию общества в качестве цели, к которой следует стремиться, а компьютеризацию трактовала как средство достижения этой цели. Причем авторы концепций воздерживались от четких определений понятий «информация», «информатизация», «информатика». В июне 1990 г. был, наконец, одобрен проект Общегосударственной программы информатизации общества, но до принятия Верховным Советом СССР «Закона об информатизации» дело не дошло. Распад Советского Союза положил конец грандиозным планам информатизации социалистического общества.

Хотя государственным органам и ученым-информатикам не удалось достичь желаемой цели, но опыт их сотрудничества оказался поучительным для обеих сторон. Властные структуры осознали важность и даже необходимость информатизации страны. Новое руководство России в 90-е гг. стало расценивать отставание в области информационных технологий как угрозу национальной безопасности. Появился Указ Президента Российской Федерации «О совершенствовании деятельности в области информатизации органов государственной власти» (1994), вслед за ним — Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации» (1995), создается Координационный совет по информатизации, который в том же 1995 г. принял фундаментальную «Концепцию формирования и развития единого информационного пространства России и соответствующих государственных информационных ресурсов». Одной из первых международных акций Президента В. В. Путина было подписание в Окинаве «Хартии глобального информационного общества» (2000), затем Россия участвовала во Всемирных саммитах по вопросам информационного общества (Женева, 2003; Тунис, 2005). В 2008 г. Совет Безопасности Российской Федерации принял «Стратегию развития информационного общества в России» на период до 2015 г., которая исходит из тезиса «информационное общество — новый этап развития человечества».

Ученые информатики со своей стороны осознали, что предмет кибернетической информатики нельзя свести к изучению форм переработки и представления данных, к вычислительной технологии, даже если сюда включить все элементы последней: собственно ЭВМ, программное обеспечение, организацию вычислений, интерфейс. Они осознали необходимость преодоления привычного «техницизма» и пришли к заключению: «Предметом информатики является вычислительная технология как социально-исторический (производственный, управленческий, познавательный) феномен. Это пограничная область, охватывающая как вычислительную технологию, так и конкретную (исторически возникшую) социальную информационно-коммуникативную практику. Только в таком понимании информатика не просто выступает во всей своей сложности, значимости и специфике, но и проявляет свое право на самостоятельность»1. Изучение исторически сложившейся «социальной информационно-комуникативной практики» — особое научно-исследовательское направление, изучением которого занялась социальная информатика, новая научная концепция, заявившая о себе в 1980-е гг.

Принципиальная особенность и научная значимость новоявленной концепции заключались в том, что она играла роль гуманистического дополнения к кибернетической информатики, компенсируя технократическую деформацию последней. Инициатором и идеологом социальной информатики явился философ-информатик Аркадий Дмитриевич Урсул (род. 1936), который в 1988-1991 возглавлял Институт социальной информатики Академии общественных наук при ЦК КПСС. Исходя из того, что «закономерности информатизации общества в принципе носят социотехнический и социотехнологиче-ский характер», он определил в качестве предмета социальной информатики «закономерности всего процесса информатизации в ходе формирования информационного общества, которые возникают на стыке взаимодействия общества и информатики как единства науки, техники и производства»[6] . А. Д. Урсул квалифицировал социальную

Гпава 2. Познание информации информатику как новое научное направление в системе научного знания, которое не относится полностью ни к социальным, ни к техническим, ни к естественным наукам, а представляет собой общенаучный теоретико-методологический комплекс, включающий фундаментальную часть и прикладную (нормативно-конструктивную) часть.

Фундаментальная часть имеет целью познание наиболее общих законов взаимодействия общества и информатики, а конкретные формы этого взаимодействия изучаются научной, экономической, педагогической и прочими частными информатиками с использованием методологии социальной информатики. Специально подчеркивалось, что социальная информатика всегда «останется методологическим направлением общенаучного уровня, «питающим» общими идеями другие, более конкретные (отраслевые) области знания, над которыми социальная информатика «возвышается« на правах более общей теории»1. Цитированные высказывания показывают, что фундаментальная часть социальной информатики представляет собой не что иное, как метатеорию, оперирующую сущностями второго порядка. Естественно, возникает вопрос о соотношении данной концепции с концепцией информатики как обобщающей метатеории социальнокоммуникационного цикла наук, которая была представлена в параграфе 2.3. Тем более что обе концепции именуются «социальная информатика».

А. Д. Урсул уделил этому вопросу должное внимание[7] . Он отметил, что его предшественники отталкивались в своих метатеоретиче-ских построениях от научной информатики, акцентируя социальнокоммуникационную проблематику, а он, в отличие от них, всесторонне изучает взаимодействие общества с кибернетической информатикой, представляющей собой единство науки, техники и соответствующей индустрии. Поэтому новая социальная информатика представляет собой не «гипотезу дальнейшего развития цикла социальнокоммуникационных наук», а «единство науки и практической социальной деятельности по информатизации общества», опирающееся иа

А. В. Соколов. Философия информации общенаучную, социально-гуманитарную и естественно-техническую методологию. Я полагаю, что нет оснований для конкуренции между двумя социальными информатиками, ибо их объекты, предметы, методология и научно-познавательные цели различны и почти не пересекаются. Мне жаль, что А. Д. Урсул, разрабатывая в конце 1980-х гг. свою концепцию социальной информатики, не был знаком с разработками кафедры информатики ЛГИК начала 1970-х гг., ибо была упущена возможность для плодотворного сотрудничества в области теории информации.

Прикладная часть новейшей социальной информатики связывалась с формированием информационного общества, обеспечением сплошной и всеобщей информатизации и гуманистической ориентацией этого процесса. Здесь А. Д. Урсул, апеллируя к идее В. И. Вернадского о превращении биосферы в ноосферу, рисует грандиозную картину ноосферогенеза, ступенями которого являются палеолитическое общество — агронеолитическое — индустриальное — информационное — экологическое — космическое... и делает вывод, что «социальную информатику следует отнести к комплексу научных направлений, входящих в ноосферный комплекс знания». В социальной информатике стали аксиомой слова ее идеолога: «Процесс информатизации, ведущий к возникновению гуманистически ориентированного информационного общества, призван существенно усилить интеллектуальную мощь всей цивилизации, разрешить противоречие между далеко отставшим сознанием и стихийно развивающимся бытием человечества»1. Правда, в последнее время появились альтернативы, прогнозирующие, что информатизация может привести не к ноосфере, а к нанообществу — биосоциальной системе, созданной на основе -2 нанотехнологии .

В наши дни базами для развития концепции социальной информатики служат Институт проблем информатики РАН, где активную роль играет главный научный сотрудник, доктор технических наук К. К. Колин, и вузовские кафедры социальной информатики, среди [8]

Гпава 2. Познание информации которых лидером является кафедра социальной и педагогической информатики Российского государственного социального университета, которую возглавляет доктор социологических наук И. В. Соколова. По мнению К. К. Колина, наиболее актуальными направлениями научных исследований являются:

  • • Информационные ресурсы общества, их свойства, структура и типология;
  • • Информационный потенциал общества, определяющий его возможности по формированию и эффективному использованию информационных ресурсов;
  • • Информационное общество, закономерности и проблемы его формирования и развития, включая информационную экономику, демократизацию общества, интеллектуальный потенциал, информационную культуру;
  • • Человек в информационном обществе, в том числе информатизация процессов образования и воспитания, развитие творческих способностей на основе креативных информационных технологий, информационная безопасность1.

Перечисленные проблемы, действительно, находятся в центре внимания не только специалистов в области информатики, но и научного сообщества в целом. Особенно актуальными и интригующими являются два последних направления: грядущее информационное общество и гражданин этого общества — новый антропологический тип homo informaticus. Не случайно этим проблемам отводится центральное место в учебных пособиях по социальной информатике, которые широко используются в учебном процессе[9] . Эти добротные научно-педагогические произведения свидетельствуют о жизнеспособности и востребованности концепции социальной информатики — новой научной дисциплины, системно излагающей социальные аспекты информатизации общества. Для нас сейчас главный интерес пред-

А. В. Соколов. Философия информации ставляют ответы на вопрос «что такое информация?», которые дают авторы пособий. Если в кибернетической информатике достаточно отождествить информацию с сигналом, поступающим из внешней среды, то гуманитарно-мыслящие социологи-информатики должны в своих дефинициях затронуть семантические (смысловые) аспекты социально-информационных процессов. Во всяком случае, содержание социальной информации, которую разумные люди создают, запоминают, понимают, переживают, никак нельзя уподоблять телекоммуникации между приемо-передающими устройствами.

Я не могу сказать, что обнаружил в трудах по социальной информатике искомые ответы, но у меня возникла уверенность, что авторы трудов идут по правильному пути. Например, И. В. Соколова благоразумно отказывается дать окончательный ответ, ссылаясь на то, что даже Энциклопедический социологический словарь под редакцией академика Г. В. Осипова, изданный в 1995 г., не предложил завершенной дефиниции понятия социальной информации, потому что не закончена разработка общенаучной категории «информация». Обратившись к новейшим социологическим справочникам, я обнаружил то же брожение мысли: «Процесс формирования, определения категории информации социальной нельзя считать завершенным. Существенным обстоятельством, определяющим незавершенность и неоднозначность осмысления сущности социальной информации, является многомерность социальных процессов и полифункциональность общественных отношений, их непрерывная изменчивость»[10]. Подобные агностические суждения («знаю, что есть социальная информация, но не знаю, что это такое»), непедагогично использовать в учебном процессе. К чести педагога-информатика И. В. Соколовой надо сказать, что она рискнула предложить собственное толкование понятия социальной информации. Вот оно.

«Социальная информация — это способ (форма) передачи знаний, эмоций и волевых воздействий в обществе. Обобщенно социальную информацию можно определить как сведения, предназначенные для передачи в обществе. Социальная информация — это движение смыслов в

Гпава 2. Познание информации

социальном времени и пространстве, т. е. социальная коммуникация. Важным также представляется мнение профессора А. Д. Елякова о том, что социальная информация — понятие для обозначения знания об обществе, получаемого с помощью логического и чувственного познания, в процессе духовной и материальной деятельности и служащего потребностям развития человечества, ориентации людей»1.

Недостаток данного толкования — его эклектичность: смешаны несовместимые утверждения. Если социальная информация — это способ (форма) передачи знаний и т. д., т. е. способ (форма) социальной коммуникации, то ее нельзя отождествлять с социальной коммуникацией, ибо процесс и способ (форма) его осуществления не одно и то же. Обобщенное определение социальной информации как сведений, то есть знаний, предназначенных для передачи в обществе, противоречит утверждению, что социальная информация способ (форма) передачи эмоций и волевых воздействий, ибо переживания и желания — это не «сведения». Наконец, мнение профессора А. Д. Елякова здесь неуместно, поскольку в нем идет речь о социологической информации (знания об обществе), а содержанием социальной информации могут быть не только знания об обществе, но и знания о природе, человеке, Боге и т. д.[11] Перспективность же научной позиции профессора И. В. Соколовой в том, что она сближает понятия «информация» и «смысл», то есть раскрывает взаимосвязи между социальной информацией и семантической информацией. Я думаю, что категория семантической информации должна занять центральное место

А. В. Соколов. Философия информации в социальной информатике, коль скоро предметом последней являются такие смысловые процессы, как «развитие личности, изменение социальных структур общества в контексте информатизации»1.

  • [1] История информатики и философия информационной реальности: учеб, пособие / под ред. Р. М. Юсупова, В. П. Котенко. М., 2007. С. 32. 2 «Информатика как составная часть кибернетики тесно связана, с одной стороны, с естественными науками, изучающими материально-энергетические процессы взаимодействия различных
  • [2] видов материи, и с общественными науками, с другой — с математикой, лингвистикой и т. и., изучающими знаковые системы представления количественных и качественных отношений между элементами реального мира» (Шемакин Ю. И. Введение в информатику. М., 1985. С. 4). 2 Велихов Е. П. Об организации в Академии наук СССР работ по информатике, вычислительной технике и автоматизации // Вести. Акад, наук СССР. 1983. № 6. С. 30. 3 См., например: Толстошеев В. В. Информационная инфраструктура. Организационноправовой аспект. М.: Знание, 1980. 64 с. Он же. Право и информационная инфраструктура // Правоведение / ЛГУ. 1980. № 3. С. 22-31.
  • [3] Необходимо различать два семантических поля: поле, принадлежащее практическому сознанию, где информатика понимается как совокупность общественных реалий, и поле научного сознания, где под информатикой понимается наука (научная дисциплина). Аналогичный семантический дуализм присущ многим наименованиям наук (акустика, архитектура, геометрия, логика, оптика, эстетика и др.), и его следует иметь в виду во избежание недоразумений. 2 Михалевич В. С., Каныгин Ю. М., Гриценко В. И. Информатика — новая область науки и практики И Кибернетика. Становление информатики. М., 1986. С. 31-32.
  • [4] Ершов А. П. О предмете информатики // Вести. Акад, наук СССР. 1984. № 2. С. 113. 2 Ершов А. П. Информатика: предмет и понятие // Кибернетика. Становление информатики. М„ 1986. С. 30. 3 Ершов А. П. О предмете информатики // Вести. Акад, наук СССР. 1984. № 2. С. 112-113. 4 Михалевич В. С., Каныгин Ю. М. Гриценко В. И. Информатика (общие положения). Киев, 1983. С. 9.
  • [5] Индустрия информатики // Правда. 1986. 17 авг. С. 2. 2 Поздняков А. И. Информатика как комплексная научно-техническая дисциплина // Вопр. философии. 1986. № 5. С. 68. 3 Вопр. философии. 1985. № 2. С. 154.
  • [6] Михалевич В. С., Каныгин Ю. М., Гриценко В. И. Указ. соч. С. 13. 2 Урсул А. Д. Информатизация общества. Введение в социальную информатику: учеб, пособие. М., 1990. С. 175. Кстати, саму информатику А. Д. Урсул характеризовал как «одно из современных направлений развития кибернетики» (с. 153).
  • [7] Там же. С. 160. 2 Урсул А. Д. Социальная информатика: две концепции развития // НТИ. Сер. 1. 1990. № 1. С. 3-8; Он же. Информатизация общества. Введение в социальную информатику: учеб, пособие. М„ 1990. С. 142-160.
  • [8] Урсул А. Д. Информатизация общества. Введение в социальную информатику: учеб, пособие. М„ 1990. С. 180. 2 Давыдов А. А. В преддверии нанообщества // Социол. исслед. 2007. № 3. С. 119-125.
  • [9] Колин К. К. Информационные проблемы социально-экономического развития общества. М., 1995. 75 с.; Он же. Наука для будущего: социальная информатика // Информ, ресурсы России. 1995. № 3. С. 8-15; Он же. Информатизация общества и социальная информатика // Вести. Челяб. гос. акад, культуры и искусств. 2009. № 3(19). С. 6- 14. 2 Колин К. К. Социальная информатика: учеб, пособие. М.: Акад, проект, 2003. 432 с.; Соколова И. В. Социальная информатика: учеб, пособие. М.: Перспектива: Изд-во РГСУ, 2008. 274 с.
  • [10] Социологический словарь / отв. ред. Г. В. Осипов, Л. II. Москвичев. М., 2008. С. 166.
  • [11] Соколова И. В. Социальная информатика: учеб, пособие. М., 2008. С. 151. 2 Подчеркну, что очень важно различать социальную информатику и социологическую информатику, потому что они исходят из разного понимания социальной информации. В социальной информатике социальная информация понимается как продукты духовной деятельности людей (знания, эмоции и т. п.), циркулирующие в социуме и противопоставленные информационным явлениям в живой и неживой природе. В социологической информатике «к социальной информации относится не вообще вся информация, полученная человеком в процессе отражения окружающего мира, а лишь имеющая общественный интерес, служащая развитию общественной жизни, получившая признание людей... Естественно-научную и техническую информацию мы причислить к социальной не можем, так как последние не носят ярко выраженной классовой направленности» (Суханов А. П. Информация и человек. М., 1980. С. 40). Эта позиция развернуто представлена в монографии: Рейзема Я. В. Информационный анализ социальных процессов: проблемы социологической информатики. М.: Наука, 1982. 199 с. Социологическая информатика оказывается одним из разделов социологии, и ее никак нельзя отождествлять с общенаучным теоретико-методологическим комплексом, названным А. Д. Урсулом «социальной информатикой».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >