Ценностные аспекты концепта valeur (на материале произведений французских писателей)

Понятие «ценность» становится одним из важных объектов изучения в различных областях современной науки, в частности, - в философии [Каган 1999]. В современной лингвистике изучению аксиологических аспектов языка и речи также уделяется значительное внимание. Без обращения к ним нельзя представить ни теорию, ни практику интерпретации [Бочкарев 2003: 13], которая состоит в выявлении особенностей квалификации объекта, состояния или действия. Занимаясь этой проблемой, исследователи стремятся понять, какие сферы жизни того или иного народа, личностные свойства людей, составляющих его, их интеллектуальные, антропологические особенности становятся объектами оценки. Онтологический статус ценностей не может быть определен в понятиях объективистской ментальности, служащей познанию реальности объективного бытия. Здесь нужна онтология «между», т.е. «релятивистская» и «связывающая» реальность с творческой активностью личности [Крысин 2005: 451].

Выявляются различные критерии ценности. Одним из них является соотнесенность с духовным идеалом. Они соотносятся с ориентацией человеческого поведения по отношению к самому себе, близким, обществу, миру. Они помогают ответить на вопросы: достойно ли что-то уважения, восхищения, неприятия, отрицания, следует ли этому следовать. Отнесение к ценности происходит, кроме того, на основе переживания (стыда, гордости, счастья) [Викулова, Серебренникова 2006].

Французское слово valeur, выбранное нами предметом исследования, переводится на русский язык как «ценность», которая, как поясняет словарь, обозначает «то, что достойно уважения» в человеке и обществе, а также, то, «что достойно для жизни и деятельности человека» [Le Petit Robert 1979: 2061]. Смысловое наполнение концепта valeur во французском языке еще недостаточно исследовано. Необходимы дальнейшие усилия для установления его семи-ометрии. Показательно, в этой связи, что в ассоциативном словаре [Delas 1979] статья, посвященная слову valeur, отсылает к таким ба зовым словам, как banque, courage, estimer, importance, peinture. На основании этого можно сделать вывод о том, что понятие «ценность», формируется во французском языке целым рядом ядерных слов и обусловливается этническими особенностями французской нации, своеобразием ее языка и культуры.

Очевидно, что для выявления концептосферы слова valeur, помимо словарей, необходимо привлечение дискурсивных сфер, в которых оно используется. Одной из таких сфер является художественная литература. Анализ функционирования данного «ценностного» концепта в художественных произведениях позволяет, на наш взгляд, более полно выявить основные составляющие языкового представления писателем человека и общества в различные исторические периоды, его отношение (аттитюд) к изображаемым явлениям.

Одной из задач рассмотрения смысла концепта valeur может при этом стать анализ динамики его развития, степени присутствия в художественных текстах различных эпох. Возможно сопоставительное изучение концептосферы «ценность», репрезентируемой в литературах, принадлежащих разным лингвокультурным сообществам, в частности, - русскому и французскому.

В дальнейшем изложении мы рассмотрим некоторые особенности использования слова valeur во французской классицистической литературе, а также в отдельных произведениях писателей Франции XX века.

1. Французская классицистическая литература продолжила традиции Ренессанса, и одновременно решала собственные задачи. В этот период появились новые литературные жанры. Их описание мы находим, например, в известном трактате Н. Буало «Поэтическое искусство». Количество литературных произведений эпохи Классицизма необозримо. Мы ограничимся лишь несколькими диагностирующими текстами, представляющими основные жанры эпохи: трагедию, психологический роман, надгробную проповедь, максимы, комедию. Выборка языковых единиц, формирующих концепт valeur в этих произведениях, может дать определенное представление о смысловом наполнении исследуемого явления, выявить основные детали, дающие представление о его семиометрии. В данной связи следует заметить, что мы, вслед за А.-Ж. Греймасом [Greimas 1966], рассматриваем «сему» как операциональную едини цу, имеющую реальность и существующую в человеческом разуме. Поэтому семный анализ следует рассматривать как часть теории значения, имеющую непосредственную связь с теорией отношения языка и человеческого разума.

Жанр классицистической трагедии нашел свое яркое воплощение в произведениях П. Корнеля «Сид» [Corneille 1886] и Ж. Расина «Федра» [Racine 1859].

В произведении Корнеля, где показывается борьба между любовью и долгом, было выявлено пятнадцать случаев использования понятия valeur. Приведем некоторые из них: La valeur de son pere en son temps sans pareillle (60); Votre rare valeur a bien rempli ma place (64); J'ai vu par sa valeur cent escadrons rompus (67).

Во всех примерах слово valeur служит для изображения Родриго и его отца дона Диего, готовых отдать жизнь за честь семьи. В приведенных контекстах слово valeur содержит семы courage, vaillance, volonte, sang-froid, heroisme.

Слово valeur в тексте Корнеля нередко сопровождается эпитетом, вносящим оценочные нюансы в его содержание:

Ta funeste valeur m'instruit par ta victoire (88).

Используется также фразеологический синоним рассматриваемого понятия: Rodrigue, as-tu du coeur? (87). Данный фразеологизм строится на метонимии. Отметим в этой связи также функционирование в рассматриваемом тексте метонимического слова bras со значением «сила», «мужество»:

Се brasjadis 1'effroi d'une агтёе ennemie (82).

Et son bras valeureux n'est funeste qu'd moi (96).

Анализируемое произведение показывает, что метонимия в нем выступает в качестве эффективного средства варьирования средств актуализации рассматриваемого концепта. Это характерно и для других классицистических текстов.

Автор прибегает, кроме того, к узуальному синониму, отличающемуся от базового слова синонимического ряда объемом значения: Que les plus valeureux avec impunite/Soient exposes au coup de la temerite (81).

Слово temerite в данном случае обозначает меныпую степень храбрости по сравнению со словом valeur.

Разнообразие способов выражения понятия valeur увеличивается с помощью конверсивов. Приведем несколько контекстов:

Si vous futes vaillant, je le suis aujourd'oui (64).

Les hommes valeureux le sont du premier coup (74).

Ce choix n'est pas douteux, et sa rare vaillance.

Корнель усматривает в любви добродетель. Однако честь выше любви (страсти). Утрата чести влечет за собой потерю любви, более того, права на любовь. Для защиты чести необходимо мужество (valeur).

Здесь следует согласиться с мнением А. Маслоу о том, что «лестница ценностей во многом совпадает с идеалами, к которым зовут религии, например, к умению подняться над своим Я, к соединению истины, добра и красоты» [Цит. по: Каган 1999: 21]. Нравственные ступеньки, как видим, получают в произведении П. Корнеля отчетливое воплощение.

Они обнаруживаются, но в несколько иной расстановке, в трагедии «Федра», созданной другим автором французского классицизма - Ж. Расином. В ней главным предметом изображения является страсть. Видимо поэтому слово valeur не встречается в этом произведении ни разу. Обнаруживаются лишь его синонимические варианты: Ne pourrais-je, еп fuyant ип indigne repos, / D'un sang plus glorieux teindre mes javelots? (488). Toutfuit, et sans s'armer d'un courage inutile,/ Dans le temple voisin chacun cherche un asile (504).

В данных случаях эпитет glorieux и существительное courage являются лексическими компонентами семантического поля слова valeur и суггестируют идею мужества.

Следует отметить среди аксиологической лексики произведения Расина слово vertu (добродетель): Faut-il que sur le front d'un profane adultere/ Brille de la vertu le sacre caractere! (494).

Страсть подталкивает героиню произведения Расина к утрате добродетели, к бесчестящим и унижающим ее поступкам.

Эта тема иначе трактуется в произведении Мадам де Лафайет «Принцесса Киевская» [La Fayette 1973], в котором героиня, как в душе, так и во внешних проявлениях, стремится до конца оставаться верной супружескому долгу. Названное произведение по праву считается лучшим психологическим романом французской классической литературы. Именно в этом романе мы находим яркие образцы изображения человеческой психологии.

Слово valeur используется в «Принцессе Киевской» 7 раз, например:

Sa valeur etait soutenue de toutes les autres grandes qualites (131).

Как свидетельствуют пример, слово valeur выступает здесь в значении «доблесть», «храбрость».

Обнаруживается, кроме того, несколько близких по смыслу слов, развивающих данные понятия. Это однокорневые слова vaillant, valeureux и их синонимические варианты - hardi, courageux:

Il etait beau, de bonne mine, hardi, liberal (132).

Слово valeur в романе Лафайет функционирует параллельно со словом honneur. Вместе с тем, по частотности оба слова уступают наиболее «ценностному» слову в произведении французского романиста и, видимо, в литературном творчестве многих писателей этой эпохи — слову vertu. Данную особенность можно объяснить, прежде всего, тем, что писатели-классицисты стремятся показать внутреннюю жизнь человека, наполненную страстями и размышлениями. Концепт vertu нередко конкретизируется у Мадам де Лафайет с помощью эпитета - austere vertu (298). Он может развиваться благодаря другим словам, например, qualite.

Подобное соотношение терминов vertu и valeur можно наблюдать и в «Мыслях» Блеза Паскаля [Pascal 1967: 86] : Je п'admire point I'exces d'une vertu, comme de la valeur, si je ne vois en meme temps I'exces de la vertu, comme en Epaminondas, qui avait Г extreme valeur et Г extreme benignite.

Слово valeur функционирует и в другом распространенном жанре этой эпохи — надгробной речи. Одним из известных авторов такого жанра был католический проповедник Ж-Б Боссюэ. Нижеследующие примеры взяты из надгробной проповеди, произнесенной в память принца Конде:

Il est vrai aussi que ce due avait donne des marques d’une valeur si admirable et avait eu de si heureux succes qu'il n'y avait point de grand capitaine qui ne dut le regarder avec envie. Sa valeur etait soutenue de toutes les autres grandes qualites. Le chevalier de Guise etait un prince <...> d'une valeur celebre [Bossuet 1865:131].

Надо сказать, что в сборнике надгробных проповедей Боссюэ, произнесенных в память о лицах мужского и женского пола, рассматриваемый концепт объективируется преимущественно в текстах, посвященных мужчинам. Этот концепт используется главным образом для создания психологического портрета усопшего, участвовавшего в ратных деяниях.

Синонимическим вариантом слова valeur в тексте Боссюэ является лексема ardeur. Концепт «мужество» получает развитие также благодаря слову reputation (213) и однокорневому прилагательному: Trois fois il fut repousse par le valeureux compte de Fontaines. В одном из контекстов обнаруживаем синоним этого прилагательного, усиленного с помощью метафорического сравнения: Plus courageux que les lions (211).

Центральным «ценностным» термином у Боссюэ выступает, также как и в произведении Мадам де Лафайет, слово vertu, получающее развитие во многих контекстах. Слово valeur используется в названных выше значениях и писателями-моралистами. Это можно видеть в следующей максиме Ларошфуко [La Rochefoucauld 1887: 49]: La parfaite valeur est de faire sans temoins ce qu'on serait capable de faire devant tout le monde.

По нашим наблюдениям, в литературе классицизма почти не наблюдаются другие значения концепта valeur. Одно из них, однако, реализуется в глаголе valoir, использованного в произведении Ж. Лабрюйера «Характеры» [La Bruy ere 1967]: Il n'est pas si aise de se faire un nom par un ouvrage parfait, que d'en faire valoir un mediocre par le nom qu'on s'est deja acquis. В данном случае актуализируется значение «ценностность».

Заканчивая анализ диагностических контекстов, скажем, что в классицистической комедии термин valeur используется редко. Например, в «Тартюфе» Ж.Б. Мольера [Moliere 1996] он не встретился ни разу. По-видимому, это объясняется своеобразием тем, получающим развитие в комедии. Вместе с тем, в упомянутом произведении Мольера достаточно частотным ценностным словом является vertu: Je veux ипе vertu qui ne soit point diablesse (112).

Комедия нравов Мольера, критикуя лицемерие и ложь, призвана формировать у зрителя чувство добродетели.

Итак, концепт valeur получает определенную репрезентацию в произведениях французского классицизма. Он формируется с помощью однокорневых существительных, прилагательных и глаголов, а также синонимов (qualite и др.) — порой метафорических и метонимических. Слово valeur (и его варианты) выступает в рассматриваемый период как одно из составляющих концепта «ценность». Смысл этого концепта основывается на устойчивых значениях, обозначающих, главным образом, положительные физиче ские и моральные качества мужчины. Изученный текстовый материал позволяет также утверждать, что ключевым термином в структуре концепта «ценность», реализуемом в литературе французского классицизма, является слово vertu.

2. Во французской литературе XX века наблюдается определенное изменение наполнения концепта valeur. На основе ценностей персонажи формируют отношения, определяют приоритеты и цели деятельности, занимают политические позиции и др.

Рассмотрим в данной связи ценностные аспекты названного концепта, его семиометрию (положительное и отрицательное смысловое наполнение) в романе Р. Мартен дю Гара «Семья Тибо» [Martin du Gard 1960], изображающем переломный для французского общества исторический период. Это многотомное произведение посвящено изображению событий Первой мировой войны и предшествующего ей периода. Писатель, повествуя о судьбах Франции и всей Европы, исследует актуальные вопросы современной жизни, рассматривает насущные философские и социальные проблемы [Наркирьер 1963: 101], касающиеся свободы, войны, религии, дружбы, справедливости.

Исследование семиометрии ценностных смыслов предполагает изучение использования языковых средств, выражающих сущностные смыслы социального бытия, таких, как благо (вред), добро (зло) и др., а также лексических особенностей изображения внутреннего, душевного мира героев. Это, прежде всего, абстрактные слова, которые позволяют судить о моральных и нравственных ценностях человека. Кроме того, современные методы изучения лексической семантики показывают, что значение большого числа лексических единиц (в том числе и тех, которые, на первый взгляд, кажутся имеющими переводные эквиваленты в других языках) включает в себя лингвоспецифические конфигурации идей [Уфимцева 1986: 30]. Как справедливо замечает Е.Г. Беляевская, говоря о процессах номинации, «лексическое значение ЛСВ включает в себя не только указание на обозначаемый предмет, процесс или признак. В нем также можно выявить указание на эмотивное отношение номинатора к обозначаемому объекту, а также общее указание на круг коммуникативных ситуаций, в которых может использоваться данное наименование» [Беляевская 2005: 61].

При рассмотрении аксиологических аспектов концепта valeur в романе Мартен дю Гара мы стремились выяснить, какие слова этого произведения являются наиболее насыщенными в ценностном отношении. К ним следует отнести ключевые концепты, получающие весьма разнообразную аксиологическую детализацию, нередко субъективную, выражаемую благодаря использованию окказионализмов, паремиологии и др. В художественном тексте аксиологические смыслы могут получать выражение в связи с развитием художественного замысла писателя, ставящего перед собой цель рассмотреть интересующую его проблематику.

Центральная тема, которая рассматривается в романе Мартен дю Гара, - это взаимоотношение индивидуума и общества, в процессе которого происходит вычленение ценностного отношения человека к миру. В «Семье Тибо» формулируется мысль о равной ценности индивидуума и всего общества. Ценность отдельного человека, по мысли автора, составляет основное достояние общества, и оно должно прилагать усилия, чтобы не допустить девальвации значимости индивидуума. Особенность показываемого в романе общества заключается в том, что человек утрачивает в нем свою индивидуальность, теряет веру в свои силы и возможности в результате влияния мировых катаклизмов и, прежде всего, войн и революций. Он может стать объектом насилия со стороны другого человека. Эта мысль находит в романе выражение, в частности, с помощью развития концепта autorite при изображении отношений Оскара Тибо и его сына Жака.

Представляется целесообразным начать анализ произведения Мартен дю Гара с контекстов, в которых используется слово valeur. В тексте романа обнаруживается ряд высказываний, в которых используется данное слово. Приведем некоторые из них: Sans abdiquer d'abord sa valeur (II, 55); Valeurs individualistes... Valeurs humaines... Crois-tu que les deux termes soient synonymes? (II, 58); La vraie revolution... ne s'accomplira jamais dans le deni des valeurs morales (II, 74); Un peu jalouses aussi pour leur valeur personnels (II, 497); Dans le bouleversement general de toutes les valeurs (II, 610).

Развитие ценностной проблематики осуществляется в романе, прежде всего, в связи с изображением трех членов семьи Тибо - отца и двух сыновей, которые воплощают в произведении основные черты показываемого общества. В приведенных контекстах содержатся

Ю.А. Ладыгин. Ценностные аспекты концепта valeur

основные значения концепта valeur, выражающие общечеловеческие моральные ценности (valeurs humaines), а также индивидуальные (valeurs individualistes).

Как уже отмечалось, в романе показывается, что общечеловеческие ценности подвержены опасностям, обусловленным социальной ситуацией в стране, а также мировыми катаклизмами. Такое смысловое содержание формируется в приведенных примерах словами со значением «крах», «гибель», «обман» (renversee, deni, faussees, bouleverser, bouleversement). Ценности индивидуума могут тем или иным образом меняться (echelle), они нередко подвергаются влиянию со стороны других людей (jalouses, abdiquer).

В некоторых из вышеприведенных примерах использовано выражение homme de valeur («ценностный человек»). Оно присутствует, в частности, в высказываниях двух главных героев - Антуана и госпожи де Фонтанен, которые являются носителями отчетливо выраженных мировоззренческих позиций. Антуан, в частности, утверждает, что homme de valeur может быть только врач: Еп fait d'honttnes de valeur, je n'ai guere approche que des medecins.

В целом, прочтение романа позволяет составить представление о том, какой человек во Франции начала XX века подходит под определение un homme de valeur. Индивидуум приобретает в романе Мартен дю Гара значимость «ценностного человека» (homme de valeur) при условии, если ему свойственны определенные качества.

Анализируя смысловые признаки (семиометрию) слова valeur, мы остановились лишь на наиболее важных, с нашей точки зрения, средствах выражения аксиологии этого концепта. Среди основных лексем, способствующих как в количественном, так и в смысловом планах формированию концепта valeur, являются слова energie, force, volonte, содержащие в большей степени положительную аксиологию. Названные слова, выражающие мысль о важности человеческой активности, подчеркивают основные требования к человеку, прежде всего в его социальной проекции, в эпоху революционных конфликтов и развития науки. Так, в одной из сцен, изображающей борьбу Антуана за жизнь сбитой фургоном девочки, показывается непоколебимая вера этого персонажа в свои силы (...mais ипе force qu'il n'analysait pas le soulevait I, 252). Следует отметить, что концептуальная структура названных слов в контексте романа сложна. Она, в частности, тесно контактирует, с антонимическими словами

faiblesse, violence. Отметим также группу слов, с помощью которых подчеркивается неприемлемость компромиссов, сделок с совестью. В этой связи одним из центральных в рассматриваемом произведении является концепт mensonge (Des vies <...> soumises au mensonge I, 720).

Один из важных аспектов концепта homme de valeur получает в романе наименование с помощью понятия vertu, развиваемого благодаря словам bonte, dignite, honnetete, pitie, courage. В качестве антипода этого концепта выступает концепт vice, формируемый такими лексемами, как insensibilite, indifference, ambition. К этому ряду присоединим прилагательное autoritaire, которым характеризуется лишь один Оскар Тибо. Деспотизм этого человека, отправившего своего сына в исправительную колонию, коренным образом повлиял на дальнейшую судьбу молодого человека.

Слово vertu приобретает аксиологическую маркированность благодаря коннотативным словам lumiere, purete. Что касается оценочной значимости концепта vice, то она усиливается, во-первых, посредством метафор boue, animal (bete), экспрессивный потенциал которых черпается из манифестируемых ими признаков, и, во-вторых, группы слов, формирующих концепты bassesse, hypocrisie. Последнему из названных концептов противостоит в романе концепт verite.

Среди средств формирования концептов vertu и vice в романе Мартен дю Гара существенную роль играют также предметные аксиологически отмеченные слова: fauve, mouton, chemin (route), croc, troupeau, agneau и др.

Как видим, смысловые приращения в анализируемом романе создаются за счет синонимии и контрастов, которые позволяют развивать художественную мысль. В романе отчетливо противопоставлены этические понятия «добро» и «зло». Это выражено, например, в следующей фразе: Est-ce possible que tu aies perdu toute notion du bien et du mal (II, 510).

Некоторые слова выступают в романе носителями как положительной, так и отрицательной оценочности. В этом плане, важное место в аксиологической карте романа занимают, например, слова solitude, etranger. Они двухполюсно окрашены. Вместе с тем, в контекстах произведения наблюдается преобладание отрицатель ной составляющей этих слов: Chacun dans sa solitude hermetique, chacun dans son sac de peau (II, 743).

Подобно этому, слово revolte имеет как положительную, так и отрицательную аксиологию. Его снижающая оценочность развивается, главным образом, с помощью слов sang, violence, mort. То же самое можно сказать и о слове orgueil. Особенно отметим слово mort. Смерть является в романе мерилом достоинства человека. Ею проверяются все три члена семьи Тибо.

Заметим, кроме того, ситуативную обусловленность оценочного значения концепта beaute в романе. Характерно в этой связи то, что два персонажа, в изображении которых в особенной степени присутствует этот признак - Жак Тибо и Даниэль де Фонтанен -противоположны по своим нравственно-этическим характеристикам.

Со знаком плюс, как и со знаком минус, используются в анализируемом произведении также такие оценочные слова, как haine, volonte, ambition, exasperation, aversion, durete, hostilite, ingenuite, modestie. Аксиологическое понимание названных концептов меняется в каждом конкретном случае. Понимание, как справедливо считает А.А. Ивин, является не постижением истины, а постижением ценности, которая носит субъективный характер и стандарты которой меняются от человека к человеку, от среды к среде и от общества к обществу [Ивин 2006: 37]. Так, слово modestie, которое обычно имеет положительную оценочность, приобретает в контексте романа отрицательные коннотации: Ni vanite, ni modestie. Se savoir fort, pour I'etre (II, 749).

Отмеченные выше языковые средства помогают писателю создать определенную картину мира, выразить с помощью персонажей некоторый мировоззренческий смысл. Показательно, что главные герои романа до конца хотят быть полезными людям. Так, Антуан совершает подвиг ученого: он до самой смерти ведет журнал наблюдений за прогрессированием своей болезни, а Жак прилагает все возможные усилия для предотвращения войны и гибнет в конечном итоге за идею.

Представляет интерес количественная сторона аксиологически окрашенных слов, использованных в художественном произведении. Говоря в общем плане, статистический подсчет в сопоставительном аспекте помогает делать определенные выводы об эмоцио нальном состоянии героев в тех или иных произведениях и экстраполировать эти данные на эмоционально-психологическое состояние народа в определенный исторический период, выявлять этнические особенности психологии [Уфимцева 1986].

В анализируемом романе одними из наиболее частотных являются слова solitude, violence. Это позволяет автору показать некоторые особенности психологии людей изображаемой эпохи. В частности, посредством изображения Жака, носителя бунтарского мотива, в романе акцентируется идея бегства, одиночества: Il a profile de la guerre pour une nouvelle evasion (II, 611).

Индивидуальные ценности героев выражены, главным образом, в связи с формированием концептов bonheur, joie и их антиподов misere, malheur, douleur.

Отметим, что аксиологические смыслы позволяют формулировать понятия, включающие наиболее важные признаки предмета (в научном и философском аспектах), в их взаимосвязанности и взаимозависимости, способствуют возникновению различных ассоциаций морального, социального, религиозного и иных планов. Семиометрия ценностных смыслов дает возможность выявлять, помимо основного значения, коннотативные значения. Известно, что понятие несет лишь часть информации о предмете. Фактически любое слово обладает коннотациями, понимаемыми как «знание, получаемое на основании операций логического вывода из концептуальной структуры обозначаемой предметной области, задаваемой концептуальной внутренней формой обозначения (КВФ)» [Беляевская 2005: 64]. Осмысление этой области человеком может вызывать у него определенные чувства и эмоции, на основе которых формируется оценочное отношение.

Коннотации поставляют важные смыслы, составляющие часть эстетического содержания романа «Семья Тибо». Обратимся в этом плане к уже упомянутому выше концепту force, развиваемого в анализируемом произведении: L'homme sain doit vivre selon la force (II, 260); Cette force qui est en lui <...> c'est qa qu'on appelle le genie (I, 340);Pere etait une force (I, 638).

Собственно коннотативные составляющие названного концепта обнаруживаются в следующих контекстах:

Il faut toujours se demener (II, 269); Un fleuve de lave (II, 312); Cette puissance de vie (II, 416); Ce grand laborieux (I, 278); Cultive ta volonte (II, 763).

В романе используется ряд слов, с помощью которых создаются смыслы, контрастирующие с понятием force: La torpeur (1,135); un homme moyen (II, 761); Defaillance morale (I, 141); Cette sensiblerie (I, 163); Un abattement (I, 280); Cette depression nerveuse (I, 514); cette impuissance silencieuse (I, 594); Le pessimisme, le desarroi de tous (II, 396); les resignations (II, 416); une longue et spasmodique soumission (II, 551).

Концепт force, как отмечалось, связан с концептом energie. Изображение энергии, однако, порой сопровождается в романе отрицательной оценкой:

Cette energie qu'ils mettent au service de la guerre (II, 476).

Социальные и моральные абстракции представлены в романе, прежде всего, словами guerre, revolution, liberte, pauvrete, verite, devoir. Особо значимым, и это подверждается, прежде всего, частотностью его употребления в произведении, является такой концепт, как liberte, формируемый, в частности, с помощью дериватов и перифраз (libre, liberatrice, relever le dos, deposseder de sa personnalite, traque par la societe). Этот концепт лексически структурируется также при помощи синонимов: independance, delivrance, insubordination. Ср.: Elie eut I'intuition qu'elle touchait a la delivrance (II, 246). Un acte isole d'insubordination (II, 413). Он окказионально сугтестируется в таких контекстах, как Libertinage de son ami (I, 228).

Концепт «свобода» формируется в романе при изображении различных аспектов жизни (la liberte de la revolte (I, 60); liberte d'opinion (1,139). Оно может градуироваться: Liberte complete, a la condition de voir clair (I, 448); cette liberte-ld (I, 352). В романе неоднократно подчеркивается отличие свободного человека от человека порабощенного: votre honteux tsarisme (II, 41); Un immense troupeau d'esclaves (II, 118).

Отметим в этой связи, что В.Е. Давидович справедливо называет общечеловеческой «ценность жизни», которая, «чтобы быть действительно ценностью должна быть свободной», что делает второй общечеловеческой ценностью саму свободу, третьей ценностью такого масштаба является человеческое «достоинство» [Давидович 1997: 37]. Примеры показывают разнообразие ассоциативных языковых средств, формирующих концепт «свобода» в контексте произведения.

Значимость для человека состояния свободы или несвободы подчеркивается экспрессивными эпитетами и наречиями (maud.it, terrible, honteux, heureusement, grand, beau), например: Сотте c'est grand, comme s'est beau, un peuple d'hommes courbes qui relevent le dos (II, 36).

Следует отметить, что, хотя экспрессивность не составляет сама по себе аксиологию, она способствует подчеркиванию положительных и отрицательных оценочных значений. В целом, в этическом плане аксиологическая система романа отвечает на вопрос, что есть благо.

В заключение отметим, что компоненты лексического значения концепта homme de valeur в романе тесно взаимосвязаны. Они образуют единую смысловую структуру. Она строится на основе системно и контекстуально связанных слов, образующих сложную конфигурацию, обусловленную понятийным и концептуальным единством, в обеспечении которого определенную роль играет авторский замысел.

Эмоциональное и оценочное отношение героев к действительности отражает важную сторону языковой картины мира, представленную в рассматриваемом романе. Оно показывает проблемы человека в поворотный период его существования, в период, когда ценностные аспекты выходят на передний план, в то время, когда обостряются проблемы добра и зла, справедливости и несправедливости, свободы и насилия.

В произведении Мартен дю Гара обнаруживается система языковых средств, с помощью которых читателю дается возможность судить о чувствах и устремлениях французов в определенный период их истории. Человек начала XX века характеризуется во Франции определенным отношением к действительности. Его приоритеты - это стремление к знанию, борьба с насилием. Приоритеты меняются, они могут стать иными в другой исторический период, и это находит отражение в других художественных произведениях.

3. Набор ценностей специфичен для каждого этапа истории европейской культуры. В каждой культуре существуют наиболее значимые смыслы, формирующие ценностную картину мира. Именно совокупность этих доминант формирует определенный тип культуры, поддерживаемый и сохраняемый в языке [Карасик 2002:169].

Наблюдения над аксиологией могут представлять особый интерес при сопоставительном изучении художественных произведений литературы одной страны, а также литератур разных стран. Они позволяют выявить различия в плане семиометрии и обнаруживать новые смысловые оттенки, реализуемые в тексте творческой индивидуальностью. Это дает возможность сравнить особенности мировосприятия двумя народами одних и тех же событий. Ценность, как известно, самым существенным образом определяет особенности сознания, мировоззрения и поведения субъекта. Это касается не только единичного субъекта, но и затрагивает групповые общности разного уровня и масштаба. Рассмотрим в этой связи примеры из двух произведений художественной литературы, в которых изображены не столько личные страсти, сколько страсти коллективные. Для анализа выбраны роман А.Камю «Чума» [Camus 1969] и трагедия А.С. Пушкина «Пир во время чумы» [Пушкин 1957].

В названных произведениях, имеющих философскую направленность, народ, будучи определен местом действия (город Оран у Камю, Англия у Пушкина) утрачивает свою национальную специфику. В них, в известной мере, затушеваны такие этнические аспекты, как изображение быта и привычек местных жителей. В этих произведениях не исключено, вместе с тем, присутствие определенной субъективности автора, проявляющейся в рассмотрении кардинальных вопросов жизни и смерти в конструировании речемыслительного опыта народа. Здесь также следует иметь в виду, что в художественном тексте имеет место разработка общечеловеческой составляющей картины мира и в меныпей степени ее специфическая часть, поскольку вымышленные персонажи выполняют в произведениях художественной литературы преимущественно типизирующую функцию.

В произведении А. Камю излагается хроника одного события, длящегося в течение года в центре одной из префектур Алжира на средиземноморском побережье. В романе обнаруживаются намеки на оккупацию Франции гитлеровцами (об этом в частности, говорится во фразе: Les curieux evenements... se sont produits en 194...»). Можно, однако, утверждать, что Камю стремится создать некий обобщенный образ города. Писателю в значительной степени удается реализовать свои мифотворческие способности.

Хотя слово valeur в тексте романа ни разу не использовано, проблема «ценности» индивидуума находится в центре проблематики произведения. Показательна следующая фраза доктора Риё: Се qui m'interesse, c'est d'etre un homme (Что меня интересует - это оставаться человеком (291)). В романе получает освещение проблематика, связанная с концептом «порядочный человек» - I'honnete homme (289). Рассмотрим это более подробно.

В закрытом на карантин городе люди оказываются лицом к лицу со смертельной опасностью. Все они становятся жертвами вредоносной бациллы, которая поражает всех людей, включая преступников и невинных, детей и стариков. Такая экстремальная ситуация помогает Камю показать, что существуют ценности, которые нельзя игнорировать и которые важнее самой жизни. Это ценности коллективные, общечеловеческие, которые объединяют личность с другими людьми. В романе показано естественное стремление человека к счастью (ср.: retrouver leur bonheur (207), impatiences de bonheur (169). Однако, наступают порой времена, когда достичь счастья в одиночку невозможно. Идея объединения усилий прямо выражена главным героем: La seule fagon de mettre les gens ensemble, c'est encore de leur envoy er la peste (245).

Тема «счастья», наиболее аксиологически нагруженная, является одной из ключевых в произведении: Le bien public est fait du bonheur de chacun (167), espece de lutte morne entre le bonheur de chaque homme et les abstractions de la peste (170). Герои произведения находят свое счастье в борьбе с болезнью. Для этого нужно иметь мужество (courage) - ils п'etaient pas laches (161).

Индивидуальное счастье окрашивается в таких условиях отрицательной аксиологией. Эта тема возникает особенно при изображении журналиста Рамбера, стремящегося во что бы то ни стало вырваться из зачумленного города и воссоединиться с любимой женой: се dernier a choisi le bonheur (251). В конце произведения Рамбер признает свою ошибку: Peut-etre еп effet suis-je dans топ tort еп choisissant Гатоиг (221). После долгих колебаний герой приходит к выводу, что, отказавшись примкнуть к тем, кто сражается против напасти, можешь потерять и личное счастье, а также подвергнуть себя мукам «совести». Здесь уходит на второй план обычное понимание любви как личностного чувства - pour vivre avec ипе femme (165), s'aimer (167), aimer (175). Также теряют значимость обычные человеческие слабости и пороки - s'enrichir (105), cartes (106), se соп-voiter (193).

В романе объективируется аксиологический концепт fraternite (братство): Cette histoire nous concerne tons (256). Объединив общие усилия, герои смогли если не победить, то, во всяком случае, препятствовать триумфу болезненной бациллы. Надо избегать желания способствовать распространению бедствия (je пе voulais pas etre pestifere (174)). «Добрая воля» роднит их друг с другом и у них во многом одинаковое устремление, которое подталкивает делать добро и способствует развитию стремления к свободе. В романе представлена аксиологически окрашенная антитеза liberte / prison.

Тема необходимости борьбы с болезнью развивается и в связи с проповедью Панлу, в которой священник произносит следующую известную фразу: Mes freres, vous etes dans le malheur, mes freres vous I'avez merite (Дети мои, вы пребываете в несчастье, дети мои, вы это заслужили) (173).

В речи Панлу развивается пугающий образ «карающего бича» (piece de bois ensanglantee (174). Риё идее примирения с судьбой противопоставляет призыв к коллективной борьбе с бедствием: il fallait hitter de telle on telle fagon et ne pas se mettre a genoux (202).

С точки зрения главного героя, патетика в проповеди Панлу несет в себе элемент обмана: On fait toujours ип реи de rhetorique (190). Отрицательная оценочность в этом плане обнаруживается и в следующей фразе: Le ton d'epopee ои de discours de prix impatientait le docteur (206). В конечном итоге, однако, священник Панлу включается в активную борьбу с болезнью и вступает в санитарную бригаду.

Камю объединяет понятия «счастье» и «долг», которые порой могут рассматриваться как несопоставимые. Герои, за исключением одного из них - Каттара, отказываются поддаться панике и предаться «пиршествам плоти». Однако, по отношению к «отрицательным» героям повествователь отказывается давать оценку. Такую позицию С.И. Беликовский формулирует следующими словами: «Никого не судить строго, прощать, понимая, и заведомых мерзавцев вроде мошенника черного рынка Коттара, которому чума просто на руку» [Беликовский 1973:147].

Вместе с тем, забота персонажей о других в романе Камю не предполагает в этих трагических условиях отказ от простых наслаждений и не рассматривается ими как нечто исключительное. В свя зи с этим заметим, что в романе возникает мотив «радости», особенно при изображении старого астматика (hilarite muette (177). Много раз воспроизводится его радостный жест - se frotter les mains. Образ «веселья» возникает также при показе жителей, стремящихся заглушить пиршеством свой страх смерти.

Тема смерти занимает в романе центральное место: le travail pent etre mortel (196); tuer la moitie de la ville (141). Тема смерти развивается цифрами статистики: гибель человека становится ничего не значащей. В ее формировании участвует также лексический ряд со значением «жестокость» - cruaute, hostile (189), gangstaire (144); la haine qui se lisait sur les visages (242), подчеркиваемой использованием слов «кровь» - tout saignante (153) и «красный» -rouge (116, 127), rosdtre (117)), приобретающим символический смысл. Бедствие, обрушившееся на людей, вносит изменения в их привычки. Насилие становится обыденным делом - les violences de nos concitoyens vivants (226), les portes de la ville furent attaquees (228).

В анализируемом романе доминирует мотив «темного» цвета - I'ombre, la nuit (197), le noir (197), порой выраженный с помощью метафоры: la taniere inconnue (304).

На передний план в романе выступает зло. Чума у Камю это не только болезнь, но также фанатизм, гибель невинного ребенка. В конце книги вечно брюзжащий астматик говорит: «А что такое, в сущности, чума? Та же жизнь, и все тут». В кризисные периоды бедствий под сомнение может быть «поставлено то, что мы называем гуманизмом, этикой, цивилизацией, культурой, то есть те ценности, которыми мы руководствуемся и на основе которых оцениваем наше поведение» [Викулова, Серебренникова 2006:16].

Аксиологической окраской отмечены многие другие ряды лексики, формирующие те или иные концепты. Назовем, некоторые из них.

Отчаяние:

L'habitude du desespoir est pire que le desespoir lui-meme (237);

Страдание:

une mare de sanglots (261), ivre de fatigue et de degout (261), le coeur de chacun sefait endurci (186), une tristesse et un desarroi (188);.

Страх:

peur (186), les fumees epouvantables (239).

В романе с определенностью говорится о том, что следует любить, а что нужно ненавидеть. Риё, например, высказывается так: Се que je hais, c'est la mart et le mal (263). Вместе с тем, в период бедствия такая позиция предполагает самодисциплину и твердость, требует применения жестких мер - mesures impitoyables (140) - по отношению ко всем.

Одно из главных ценностных качеств, как об этом может судить читатель романа, «честный человек» приобретает тогда, когда он отказывается способствовать распространению зла, бедствия -refuser d'etre avec lefleau (290).

Другими аксиологически отмеченными темами в романе являются «скромность» - fonctionnaires modestes (139) и «честность». Они связаны, прежде всего, с Риё и Граном. Также Тару настаивает на «скромности» и дает расшифровку этого слова, которое много раз повторяется в «Чуме»: никто по отдельности не может претендовать на роль спасителя - ип sauveur (243).

В художественном произведении «ценностные» смыслы не всегда получают свое конкретное лексическое наименование, они могут выражаться косвенными средствами, формироваться всей системой художественных средств текста. Так, в рассматриваемом романе сопоставляются точки зрения героев. На их основе читатель может сформулировать для себя некий «кодекс чести и долга».

Представляется интересным сопоставить основные компоненты аксиосферы романа А. Камю и трагедии А.С. Пушкина «Пир во время чумы». Известно, что это произведение, за исключением песни Мери и гимна чуме, сочиненные самим Пушкиным, является переводом сцены из драматической поэмы Джона Вильсона «Чумный город». Действие в трагедии происходит в эпоху лондонской чумы 1665 года. Выбор сцены был обусловлен тем, что в России в это время свирепствовала эпидемия холеры. Наш анализ этого произведения ограничится лишь выявлением основных «ценностных» мотивов.

Центральное место в маленькой трагедии Пушкина занимают концепты обреченности и бунта. Эпидемия воспринимается людьми фаталистически, она представляется им как явление, с которым нельзя бороться, это - «кара божья». Основная антитеза, реализованная в произведения Пушкина, выражена в заглавии противопоставлением слов «пир - чума».

Ценностный концепт веселье формируется благодаря следующим словам и выражениям: пир чудовищный (420), пир разврата (421), шутки (413), повести смешные (413), в своем веселом пированье (413), весельчак (413), веселье безумное (414), вакхическая песнь (418), гимн в честь чумы (418), бешеные песни (421). Особенную роль здесь играют эпитеты, прежде всего те, которые принадлежат речи священника (чудовищный, безумное, бешеные). Подчеркивается отчуждение веселящихся людей от религии: церковь опустела (414), ужасный демон (417). Это достигается также противопоставлением ценностных концептов невинность (416) - разврат (421),

Этическое и нравственное падение пирующих представлено в трагедии Пушкина как явление безвозвратное и окончательное: поздно <...> меня спасти (421). Все указанные средства создают богоборческий мотив. Друзья Председателя отвергают, по выражению священника, святую кровь Спасителя (420). Можно заметить, что тема бунта присутствует и в произведении Камю. У Пушкина она воплощена, главным образом, с помощью образа Вальсингама. У Камю - посредством, прежде всего, доктора Риё и Тару. Есть и другие тематические аналогии между двумя произведениями. Так, существительные, несущие ценностное содержание, как правило, усилены лексическими элементами со значением «мрак» - мрачная тишина (420), темная пустота (414), могилы тьма (419). Как и в романе Камю, при помощи разнообразных средств формируется тема кладбища: мертвых носят (415), могильная лопата (418). Одним из наиболее развернутых в трагедии является лексический ряд, объединяемый семами «повторяемости» и «частотности»: поминутно мертвых носят, поминутно места надо (415), могилы жмутся тесной чередой (414).

На основании аксиологических особенностей двух произведений можно судить о системе ценностей писателей, являющихся отражением их философских и моралистических исканий. Так, А. Камю выстраивает определенную иерархию социальных и нравственных ценностей, которая позволяет читателю осознать, что «смерть других» не должна оставлять человека равнодушным, что индивидуум, особенно в часы испытания, неизбежно включается в коллективную жизнь. Здесь важны концепты responsabilite, honnetete.

В произведении А.С. Пушкина акцент, прежде всего, делается на нравственно-этическом аспекте изображаемой ситуации. В обоих произведениях ценностные элементы строятся на основе противо поставления концептов добро / зло, жизнь / смерть и др. Они составляют в совокупности аксиологическую систему, в которой представлены как высшие ценности, так и антиценности.

В заключение отметим, что анализ аксиологических доминант художественного произведения позволяет глубже понять интенции писателя. Можно утверждать, что в художественном тексте набор ценностных смыслов, их значение в определенной степени диктуются замыслом автора. Классицистические авторы обращаются к термину valeur с целью выражения достаточно близких значений.

Семиометрия показывает, что смысл концепта valeur складывается у них, главным образом, из понятий courage, vaillance, volonte, sang-froid, heroisme, energie. В романах писателей XX века система ключевых слов облекает концепт valeur разнообразным аксиологическим содержанием. Любой из признаков обозначаемого объекта дополняется эмотивно-оценочной информацией, выражающей отношение говорящего. Анализ показывает плодотворность семи-ометрии в исследовании семантических особенностей художественного произведения. Аксиологический анализ помогает выявить основные смысловые линии текста, составить представления о философских, эстетических, нравственных предпочтениях автора. Се-миометрический подход в значительной степени сближается с процедурой выявления содержания концептов в художественном тексте.

ГЛАВА V СЕМИОМЕТРИЯ ЦЕННОСТНО ОРИЕНТИРОВАННЫХ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ СФЕР ЖИЗНИ ОБЩЕСТВА

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >