История развития российского уголовного законодательства об ответственности за преступления против свободы, чести и достоинства личности

Понятие и виды преступлений против свободы, чести и достоинства личности

ИЗ

Постановлением ЦИК СССР № 65 и СНК СССР № 1134 от 27 июня 1936 г. «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах»1 была установлена уголовная ответственность за производство абортов вне больницы или в больнице, но с нарушением установленных условий, а также за производство аборта в антисанитарной обстановке или лицом, не имеющим специального медицинского образования (уголовной ответственности подлежала и сама беременная женщина, сделавшая аборт); за понуждение женщины к аборту.

Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. восстановил норму об ответственности за умышленное менее тяжкое телесное повреждение без смягчающих обстоятельств, объединил в этой статье ответственность за умышленное тяжкое телесное повреждение, причиненное в состоянии сильного душевного волнения, с умышленным менее тяжким телесным повреждением, причиненном в этом же состоянии; также в одной статье была установлена ответственность за тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, причиненное при превышении пределов необходимой обороны. Была введена ответственность за истязание. Ответственность за неосторожное телесное повреждение ограничена причинением такого тяжкого и также менее тяжкого телесных повреждений. Исключена статья об ответственности за уклонение от лечения от венерической болезни и поставление другого лица в опасность заражения такой болезнью.

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 20 октября 1971 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовнопроцессуальный кодексы РСФСР»[1] восстанавливалась уголовная ответственность за уклонение от лечения венерической болезни, а Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 31 августа 1987 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и другие законодательные акты РСФСР» устанавливалась уголовная ответственность за заражение другого лица или заведомое поставление его в опасность заражения заболеванием СПИД.

Дальнейшие изменения в ответственности за преступления против здоровья были связаны с принятием УК РФ 1996 г.

3.2. Понятие и виды преступлений против здоровья

Здоровье человека — это физиологическое состояние организма, при котором все его системы, части и органы функционируют нормально. Здоровье относится к важнейшим социальным благам, охраняемым государством, о чем прямо говорится в ст. 41 Конституции РФ. В преамбуле Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан 1993 г. здоровье граждан провозглашается неотъемлемым условием жизни общества.

К преступлениям против здоровья следует отнести следующие их виды: деяние, причиняющее вред здоровью различной тяжести (ст. 111 — 115, 118 УК РФ); побои (ст. 116 УК РФ); истязание (ст. 117 УК РФ); заражение венерической болезнью (ст. 121 УК РФ); заражение ВИЧ-инфекцией (ст. 122 УК РФ)1; неоказание помощи больному (ст. 124 УК РФ).

Объектом этих преступлений является здоровье другого человека как физиологическое состояние человеческого организма, являющееся необходимым условием его жизнедеятельности.

Объективная сторона преступлений против здоровья может выражаться как в действиях, так и в бездействии, а также в наступлении определенных общественно опасных последствий в виде причинения вреда здоровью и причинной связи между соответствующими действиями или бездействием и наступившими последствиями. Для некоторых разновидностей этих преступлений в их объективную сторону включается и способ совершения таких преступлений (п. «б», «в» ч. 2 ст. 111 УК РФ, п. «д» ч. 2 ст. 117 УК РФ).

Субъектом умышленного причинения тяжкого (ст. 111 УК РФ) и средней тяжести вреда здоровью (ст. 112 УК РФ) может быть лицо, достигшее 14-летнего возраста. За остальные преступления против здоровья ответственность наступает с 16 лет.

Субъективная сторона преступлений против здоровья может характеризоваться как умышленной (ст. 111 — 117, 121, 122 УК РФ), так и неосторожной виной (ст. 118). В ряде составов квалифицирующим признаком являются мотив (п. «д», «е» ч. 2 ст. 111, п. «з» ч. 2 ст. 117 УК РФ) и цель (п. «ж» ч. 2 ст. 111 УК РФ).

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 46 131, в 1998 г. — 45 170, в 1999 г. — 47 669, в 2000 г. - 49 784, в 2001 г. - 55 739, в 2002 г. - 58 469, в 2003 г. -57 087, в 2004 г. - 57 352, в 2005 г. - 57 863, в 2006 г. - 51 429, в 2007 г. -47 348, в 2008 г. — 45 436 преступлений, предусмотренных ст. 111 УК РФ.

Уголовный закон предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 111 УК РФ) и при отягчающих обстоятельствах (ч. 2, 3 и 4 ст. 111 УК РФ).

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью без отягчающих обстоятельств характеризуется рядом признаков, указанных в диспозиции ч. 1 ст. 111 УК РФ, наличие любого из которых дает основание для признания причиненного вреда здоровью тяжким. К ним относятся:

1) опасность для жизни человека; 2) потеря зрения, речи, слуха; 3) утрата какого-либо органа; 4) утрата органом его функций; 5) прерывание беременности; 6) психическое расстройство; 7) заболевание наркоманией или токсикоманией; 8) неизлечимое обезображивание лица; 9) значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на одну треть; 10) заведомо для виновного полная утрата профессиональной трудоспособности.

Степень тяжести причинения вреда здоровью устанавливается путем проведения судебно-медицинской экспертизы, а также судебно-медицинского освидетельствования1. Судебно-медицинская экспертиза тяжести вреда здоровью производится только на основании постановления следователя или по определению суда, а судебно-медицинское освидетельствование — при наличии письменного поручения органов прокуратуры, МВД России и суда.

Опасным для жизни является вред здоровью, вызывающий состояние, угрожающее жизни, которое может закончиться смертью. При этом следует иметь в виду, что предотвращение смертельного исхода в результате оказания медицинской помощи не изменяет оценку вреда здоровью как опасного для жизни. Опасные для жизни повреждения бывают двух видов: а) повреждения, которые по своему характеру создают угрозу для жизни потерпевшего и могут привести к его смерти; б) повреждения, вызвавшие развитие угрожающего жизни состояния, возникновение которого не имеет случайного характера. К первой группе опасных для жизни повреждений относятся, например, следующие: проникающее ранение черепа, в том числе и без повреждения головного мозга; ушиб головного мозга тяжелой и средней степени; проникающие ранения позвоночника; проникающие ранения грудной клетки, живота, мочевого пузыря; открытые переломы длинных трубчатых костей, тазобедренного и коленного суставов; повреждение крупного кровеносного сосуда и др. К угрожающим жизни состояниям относятся, например, шок тяжелой степени, кома, массивная кровопотеря, острая сердечная или сосудистая недостаточность и др.

Под потерей зрения понимается как полная стойкая слепота на оба глаза, так и состояние, при котором зрение понижается до остроты 0,04 и ниже (счет пальцев на расстоянии 2 м и до светоощущения). Потеря зрения на один глаз представляет собой утрату органом его функций и также относится к тяжкому вреду здоровью. Потеря одного глазного яблока представляет собой потерю органа.

Вред здоровью, приводящий к потере речи, означает потерю способности выражать свои мысли членораздельными звуками, понятными окружающим, либо в результате потери голоса.

Под потерей слуха понимается полная глухота или такое необратимое состояние, когда потерпевший не слышит разговорной речи на расстоянии 3—5 см от ушной раковины. Потеря слуха на одно ухо как утрата органом его функций также относится к тяжкому вреду здоровью. При определении тяжести вреда здоровью по признаку потери зрения или слуха не учитывается возможность улучшения зрения или слуха с помощью медико-технических средств (коррелирующие очки, слуховые аппараты и т.д.).

Под потерей какого-либо органа либо утратой органом его функций понимается, например, потеря руки, ноги (т.е. отделение их от туловища) или утрата ими функций (паралич или иное состояние, исключающее их деятельность), потеря наиболее важной в функциональном отношении части конечности (кисти, стопы), повреждения половых органов,

Глава III. Преступления против жизни и здоровья сопровождающиеся потерей способности к совокуплению либо к оплодотворению, зачатию, вынашиванию и деторождению.

Прерывание беременности независимо от ее срока является причинением тяжкого вреда здоровью, если оно находится в прямой причинной связи с внешним воздействием, а не обусловлено индивидуальными особенностями организма или заболеваниями освидетельствуемой.

Оценку тяжести вреда здоровью, повлекшего за собой психическое расстройство, наркоманию, токсикологию, производит после проведения судебно-медицинской, судебно-наркологической и судебнотоксикологической экспертизы судебно-медицинский эксперт с участием психиатра, нарколога, токсиколога. Тяжесть психического заболевания, являющегося самостоятельным проявлением вреда здоровью, определяет судебно-психиатрическая экспертиза.

Судебно-медицинский эксперт не оценивает повреждение лица на предмет его обезображения, так как это понятие не медицинское, а эстетическое, а лишь определяет, является ли оно неизгладимым или изгладимым. Под изгладимостью повреждения следует понимать возможность исчезновения видимых последствий повреждения или значительное уменьшение их выраженности (т.е. выраженности рубцов, деформаций, нарушение мимики и проч.) с течением времени или под влиянием нехирургических средств. Если же для устранения этих последствий требуется косметическая операция, то повреждение считается неизгладимым.

Длительность расстройства здоровья определяют по продолжительности временной утраты трудоспособности (временной нетрудоспособности). При экспертизе тяжести вреда здоровью учитывают как временную, так и стойкую утрату трудоспособности. С судебно-медицинской точки зрения стойкой считают утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (более чем на 30%) либо при длительности расстройства здоровья свыше 120 дней.

Часть 2 ст. 111 УК РФ устанавливает ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное: а) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга; б) в отношении малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего; в) обшеопасным способом; г) по найму; д) из хулиганских побуждений; е) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении

3. Преступления против здоровья какой-либо социальной группы; ж) в целях использования органов или тканей потерпевшего.

Все эти квалифицирующие признаки понимаются также, как и в составе убийства при отягчающих обстоятельствах (п. «б», «в», «д», «е», «з», «л», «м» «н», ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Часть 3 ст. 111 УК РФ повышает ответственность за деяния, предусмотренные ч. 1 или 2 этой статьи, если они совершены: а) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; б) в отношении двух или более лиц. Эти два признака понимаются также, как и в составе убийства при отягчающих обстоятельствах (п. «ж» и «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Часть 4 ст. 111 УК РФ предусматривает ответственность за наиболее опасную разновидность данного преступления против здоровья — за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Правоприменительные органы (суд, прокурор, следователь, орган дознания) при квалификации этого преступления испытывают особую трудность. Она вызвана специфической конструкцией рассматриваемого состава. Это так называемое преступление с двумя формами вины. В соответствии со ст. 27 УК РФ, если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает только в случае, если лицо предвидело возможность их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение, или в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть наступление этих последствий (в целом такое преступление признается совершенным умышленно).

Объективная сторона данного вида квалифицированного состава характеризуется причинением тяжкого вреда здоровью (обычно опасного для жизни телесного повреждения) и наступившего в результате этого дополнительного тяжкого последствия — смерти потерпевшего (последнее должно находиться в причинной зависимости от первого).

Субъективная же сторона характеризуется двумя формами вины: умыслом (прямым или косвенным) относительно причинения тяжкого вреда здоровью и неосторожностью (легкомыслием или небрежностью) по отношению к причинению смерти потерпевшему.

Сложный характер субъективной стороны такого преступления требует отграничивать его, с одной стороны, от убийства (ст. 105—108

УК РФ), а с другой — от причинения смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ).

Иллюстрацией (при отграничении рассматриваемого преступления от убийства) может служить дело Н.

Н. в нетрезвом состоянии влез в сад М., где сорвал несколько яблок. Когда он стал выходить из сада, вышедший из дома М. схватил его за руку. Боясь быть задержанным, Н. ударил М. перочинным ножом в плечо, повредив ему артерию. В результате этого у потерпевшего наступила острая кровопотеря, от которой он умер.

Приговором областного суда он был осужден по п. «е» ст. 102 УК РСФСР (умышленное убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием). Судебная коллегия по уголовным делам ВС РСФСР переквалифицировала действия Н. нач. 2 ст. 108 УК РСФСР 1960 г. (умышленное тяжкое телесное повреждение, повлекшее смерть потерпевшего), приняв во внимание следующие доводы. Во-первых, Н. утверждал в судебном заседании, что умысла на убийство М. не имел и нанес ему удар с целью освобождения от него. Во-вторых, из заключения судебно-медицинского эксперта видно, что удар М. был нанесен в правую руку, повреждение является тяжким, опасным для жизни в момент нанесения, но что данное повреждение не является смертельным, так как при своевременной медицинской помощи потерпевший мог бы остаться в живых'.

Таким образом, у Н. в самом деле отсутствовал умысел на убийство М. (в пользу этого можно привести еще дополнительный довод: плечо как место нанесения ножевого удара вряд ли может свидетельствовать об умысле виновного на причинение смерти потерпевшему). В то же время у него был умысел на причинение тяжкого телесного повреждения. К наступлению же смерти он относился неосторожно, и субъективную сторону его действий в этой части следует характеризовать как проявление небрежности (не предвидел, но должен и мог был предвидеть наступление смерти потерпевшего).

Как уже отмечалось, в сходных случаях судебная практика оценивает содеянное и как неосторожное лишение жизни, сводя квалификацию к оценке только окончательного последствия преступного деяния (смерти потерпевшего) и не принимая во внимание особенности субъектив-

См.: Сборник постановлений Пленума, Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР. 1961-1963 гг. М., 1964. С. 249-250.

ной стороны по отношению к действиям виновного (нанесению тяжкого вреда здоровью).

Г7( Так, президиум областного суда квалифицировал (в надзорном порядке) 11 действия Г. по ст. 106 УК РСФСР 1960 г. (убийство, совершенное по не

осторожности). Г., придя домой в нетрезвом состоянии и поссорившись на этой почве со своей женой Г-ой, нанес ей умышленно удар ножом в область бедра, причинив тем самым тяжкое телесное повреждение, вызвавшее у потерпевшей острую кровопотерю, от чего наступила ее смерть. Судебная коллегия по уголовным делам ВС РСФСР отменила постановление президиума областного суда и признала правильной квалификацию, данную в приговоре районного народного суда (и кассационном определении), — по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР 1960 г. (причинение умышленного тяжкого телесного повреждения, повлекшего за собой смерть потерпевшего). При этом судебная коллегия указала следующее.

Президиум областного суда квалифицировал действия Г. по ст. 106 УК РСФСР 1960 г., указав в своем постановлении, что Г. предвидел смерть потерпевшей, оставил без оценки субъективную сторону причинения потерпевшей тяжких телесных повреждений. Фактические же данные свидетельствуют, что Г. предвидел причинение тяжких телесных повреждений Г-й и, нанося ей удар ножом в бедро, действовал с умыслом на их причинение. Как видно из показаний Г. на предварительном следствии и в суде, он, поссорившись с женой, бегал за ней с ножом и, догнав, ударил им. Его вина подтверждается также показаниями свидетелей и заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей, что смерть потерпевшей наступила от колото-резаного ранения передней поверхности левого бедра с повреждением глубокой бедренной артерии. Таким образом, доказательства свидетельствуют об умышленном причинении Г. потерпевшей тяжких телесных повреждений и его неосторожной вине (в виде небрежности) по отношению к смерти потерпевшей1.

Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (ст. 112 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 24 855, в 1998 г. — 26 995, в 1999 г. - 28 393, в 2000 г. - 29 678, в 2001 г. - 32 953, в 2002 г. - 35 100, в 2003 г. - 40 086, в 2004 г. - 44 229, в 2005 г,- 54 551, в 2006 г. - 56 781, в 2007 г. — 51 402, в 2008 г. — 47 000 преступлений, предусмотренных ст. 112 УК РФ.

Часть 1 ст. 112 УК РФ предусматривает ответственность за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ,

См.: ВВС РСФСР. 1986. № 4. С. 56.

но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату трудоспособности менее чем на одну треть.

Под длительным расстройством здоровья следует понимать временную утрату трудоспособности продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня), а под значительной стойкой утратой трудоспособности менее чем на одну треть — стойкую утрату трудоспособности от 10 до 30% включительно.

Часть 2 ст. 112 УК РФ конструирует квалифицированный состав данного преступления. Повышенную ответственность влечет совершение того же деяния, совершенного: а) в отношении двух или более лиц; б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга; в) в отношении малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего; г) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; д) из хулиганских побуждений; е) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. Содержание этих квалифицирующих признаков аналогично таковым в составах убийства при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ) и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 и 3 ст. 111 УК РФ) и рассмотрено при характеристике убийства при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 1127, в 1998 г. - 901, в 1999 г. - 774, в 2000 г. - 696, в 2001 г. - 546, в 2002 г. -534, в 2003 г. - 403, в 2004 г. - 272, в 2005 г. - 211, в 2006 г. - 161, в 2007 г. — 100, в 2008 г. — 88 преступлений, предусмотренных ст. 113 УК РФ.

Статья 113 УК РФ устанавливает ответственность за умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего или иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно значительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Данный состав относится к преступлениям против здоровья, совершенним при смягчающих обстоятельствах, что обусловлено особым психическим состоянием виновного, снижающим возможность руководить своими действиями, а также тем, что преступление вызвано поведением самого потерпевшего.

Условия признания сильного душевного волнения (аффекта) совпадают с таковыми в составе убийства, совершенного в состоянии аффекта, и были рассмотрены при характеристике этого преступления (ст. 107 УК РФ). И в этом случае также необходимо установить, что сильное душевное волнение было, во-первых, внезапным, во-вторых, наступило в результате аморального или противоправного поведения самого потерпевшего (издевательства или тяжкого оскорбления со стороны потерпевшего или иных его противоправных или аморальных действий, бездействия либо длительной психотравмирующей ситуацией, также возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего).

Умышленная вина характеризуется как прямым, так и косвенным умыслом.

Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 114 УК РФ). Часть 1 ст. 114 УК РФ предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, а ч. 2 — за те же действия, совершенные при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

В 1997 г. было зарегистрировано 1121, в 1998 г. — 1244, в 1999 г. — 1296, в 2000 г. - 1578, в 2001 г. - 1353, в 2002 г. - 1551, в 2003 г. - 1567, в 2004 г. - 1264, в 2005 г. - 1216, в 2006 г. - 1179, в 2007 г. - 1171, в 2008 г. — 1163 преступления, предусмотренных ч. 1 ст. 114 УК РФ.

В 1997 г. было зарегистрировано 86, в 1998 г. — 52, в 1999 г. — 82, в 2000 г. - 79, в 2001 г. - 53, в 2002 г. - 55, в 2003 г. - 35, в 2004 г. - 32, в 2005 г. — 39, в 2006 г. — 21, в 2007 г. — 22 преступления, предусмотренных ч. 2 ст. 114 УК РФ.

Оба состава относятся к преступлениям против здоровья при смягчающих обстоятельствах. Признаки превышения пределов необходимой обороны и превышения мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, конкретизируются на основе содержания ст. 37 и 38 УК РФ и в основном совпадают с теми, которые рассмотрены при анализе убийства, предусмотренного ст. 108 УК РФ.

Умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 30 168, в 1998 г. — 26 748, в 1999 г. — 28 733, в 2000 г. - 25 594, в 2001 г. - 19 328, в 2002 г. - 14 936, в 2003 г. -13 301, в 2004 г. - 20 740, в 2005 г. - 33 555, в 2006 г. - 35 313, в 2007 г. -39 633, в 2008 г. — 39 771 преступление, предусмотренное ст. 115 УК РФ.

В ст. 115 УК РФ предусматривается ответственность за умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего стойкую утрату общей трудоспособности. Под кратковременным расстройством здоровья следует понимать временную утрату трудоспособности продолжительностью не свыше трех недель (21 день), а под незначительной стойкой утратой трудоспособности — стойкую утрату общей трудоспособности, равную 5%.

В связи с этим ссадины, кровоподтеки, небольшие поверхностные раны и другие такого рода повреждения, которые не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, не расцениваются как вред здоровью (в уголовно-правовом смысле) и не образуют состава данного преступления (хотя при определенных обстоятельствах и могут квалифицироваться как побои или истязания, предусмотренные ст. 116 и 117 УК РФ).

Вина возможна как в виде прямого, так и косвенного умысла.

Часть 2 ст. 115 УК РФ предусматривает повышенную ответственность за умышленное причинение легкого вреда здоровью, совершенное: а) из хулиганских побуждений; б) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Побои (ст. 116 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 62 791, в 1998 г. - 61 736, в 1999 г. - 71 733, в 2000 г. - 63 487, в 2001 г. - 49 363, в 2002 г. - 38 218, в 2003 г. - 40 211, в 2004 г. - 60 924, в 2005 г. - 96 192, в 2006 г. — 105 752, в 2007 г. — 118 134, в 2008 г. — 122 151 преступление, предусмотренное ст. 116 УК РФ.

Статья 116 УК РФ предусматривает ответственность за нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УКРФ.

Объективная сторона данного преступления характеризуется побоями или иными насильственными действиями, причинившими физическую боль. Побои не составляют особого вида повреждений, а являются действиями, характеризующимися многократным нанесением ударов.

В результате побоев могут возникать телесные повреждения, но побои могут и не оставлять после себя никаких объективно выявляемых повреждений. Если в результате многократного нанесения ударов возникает вред здоровью (тяжкий, средней тяжести или легкий), то такие действия не рассматриваются как побои, а оцениваются как причинение вреда здоровью соответствующей тяжести. Если после нанесения ударов у потерпевшего обнаруживаются повреждения в виде ссадин, кровоподтеков, побочных ран, не повлекших за собой временной утраты трудоспособности, такие повреждения не признаются причинившими вред здоровью (и тяжесть их не определяется).

Иногда побои не оставляют после себя объективных следов. В этих случаях судебно-медицинский эксперт отмечает в заключении жалобы освидетельствуемого, в том числе на болезненность при пальпации тех или иных областей тела, отсутствие объективных признаков повреждений и не определяет тяжесть вреда здоровью. В подобных случаях установление факта побоев органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суд осуществляют на основании немедицинских данных.

Субъективная сторона преступления характеризуется умышленной виной (в форме как прямого, так и косвенного умысла).

Часть 2 ст. 116 УК РФ предусматривает повышенную ответственность за побои, совершенные: а) из хулиганских побуждений; б) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Истязание (ст. 117 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 5063, в 1998 г. - 5124, в 1999 г. - 4794, в 2000 г. - 3982, в 2001 г. - 3972, в 2002 г. - 3377, в 2003 г. - 4283, в 2004 г. - 5006, в 2005 г. - 5865, в 2006 г. — 6433, в 2007 г. — 6055, в 2008 г. — 5902 преступления, предусмотренных ст. 117 УК РФ.

Часть 1 ст. 117 УК РФ устанавливает ответственность за истязание, т.е. причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в ст. 111 и 112 УК РФ. Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью конкретизируют иные насильственные действия как длительное причинение боли щипанием, сечением, причинением множественных, в том числе небольших, повреждений тупыми или острыми предметами, воздействием термических факторов и другие аналогичные действия.

Объективная сторона преступления характеризуется специфическими действиями и способом их совершения, указанными в диспозиции ч. 1 ст. 117 УК РФ. При этом здоровью потерпевшего не должно причиняться тяжкого или средней тяжести вреда. Иначе содеянное (разумеется, при наличии умысла) будет охватываться составами преступлений, предусмотренных ст. 111 и 112 УК РФ. Из этого вытекает, что умышленное причинение в процессе истязания легкого вреда здоровью охватывается ст. 117 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по ст. 112 УК РФ.

Под систематическим способом нанесения побоев понимается многократное, не менее трех раз, их совершение.

Так, приговором областного суда Л. был осужден по ст. 113 УК РСФСР — 1960 г. (истязание) за то, что тот в течение двух лет дважды наносил сво

ей жене Л-й побои. Судебная коллегия по уголовным делам ВС РСФСР пришла к выводу, что, учитывая обстоятельства дела, нанесение Л. побоев нельзя признать систематическим, т.е. постоянно повторяющимся их нанесением, связанным в силу их систематичности со значительными физическими и психическими страданиями. В связи с этим действия Л. необходимо квалифицировать не как истязание, а по ч. 2 ст. 112 УК РСФСР 1960 г. как умышленные легкие телесные повреждения, не повлекшие расстройства здоровья[2] (УК РФ 1996 г. не предусматривает уголовной ответственности за их совершение).

В ч. 2 ст. 117 УК РФ сконструирован квалифицированный состав данного преступления. Повышенное наказание установлено в том случае, если истязание совершается: а) в отношении двух или более лиц;

  • б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;
  • в) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности; г) в отношении заведомо несовершеннолетнего лица или лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного, а равно лица, похищенного либо захваченного в качестве заложника; д) с применением пытки; е) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; ж) по найму; з) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Большинство из квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 117 УК РФ совпадают с аналогичными признаками тяжкого или средней тяжести вреда здоровью. В п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ предусмотрено новое квалифицирующее обстоятельство — совершение преступления в отношении заведомо несовершеннолетнего или лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного, а равно лица, похищенного либо захваченного в качестве заложника. Под заведомо несовершеннолетним понимается лицо, о котором виновный знал, что ему не исполнилось 18 лет. Понятие беспомощного состояния потерпевшего имеет такое же содержание, как и в составе убийства при отягчающих обстоятельствах (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Под материальной зависимостью потерпевшего от виновного понимаются такие отношения между ними, когда потерпевший находится на полном или частичном иждивении виновного, от последнего зависит улучшение или ухудшение материального положения потерпевшего (зависимость, например, должника от кредитора). Иная зависимость может вытекать из семейно-брачных отношений, из служебных отношений (например, начальника и подчиненного) и т.д.

Под истязанием с применением пытки понимается причинение потерпевшему физических или психических страданий путем воздействия на организм человека особо изощренными способами, в результате чего причиняется сильная боль или страдание (например, пытки раскаленным железом, электрическим током и т.д.). Понятие пытки толкуется с учетом ряда международно-правовых актов. Его конкретизация содержится, например, в Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10 декабря 1984 г.[3] В Венской декларации и программе действий (принятой 2-й Всемирной конференцией по правам человека 25 июня 1993 г.)2 подчеркивается, что пытки являются одним из самых отвратительных способов попрания человеческого достоинства, которые лишают жертв достоинства и подрывают их способность продолжать свою жизнь и деятельность.

В соответствии с примечанием к ст. 117 УК РФ под пыткой понимается причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воли человека, а также в целях наказания либо в иных целях.

Субъективная сторона истязания характеризуется умышленной виной. Умысел при этом может быть только прямым. Виновный осознает, что путем систематического нанесения побоев или иными насильственными действиями причиняет потерпевшему физические или психические страдания, и желает их причинить.

Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности (ст. 118 УКРФ). В 1997 г. было зарегистрировано 3678, в 1998 г. — 4385, в 1999 г. — 4896, в 2000 г. - 4768, в 2001 г. - 5467, в 2002 г. - 5593, в 2003 г. - 4999, в 2004 г. - 2000, в 2005 г. - 2082, в 2006 г. - 2153, в 2007 г. - 2012, в 2008 г. — 2185 преступлений, предусмотренных ст. 118 УК РФ.

Часть 1 ст. 118 УК РФ устанавливает ответственность за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности. Понятие этой разновидности вреда здоровью рассмотрено при характеристике преступления, предусмотренного ст. 111 УК РФ. В связи с этим специфика состава, предусмотренного ч. 1 и 3 ст. 118 УК РФ, заключается только в содержании субъективной стороны, которая характеризуется неосторожной виной (как в виде легкомыслия, так и небрежности). Чаще всего это связано с грубым нарушением правил бытовой предосторожности.

В ч. 2 ст. 118 УК РФ сконструирован квалифицированный состав данного преступления — причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Следует иметь в виду, что действия, образующие квалифицированный состав причинения тяжкого вреда здоровью по неосторожности (вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей), могут образовывать составы преступлений, предусмотренных другими статьями УК РФ: например, ч. 1 ст. 216 УК РФ (нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ), ч. 1 ст. 219 УК РФ (нарушение правил пожарной безопасности). В этих случаях налицо конкуренция рассматриваемых норм о неосторожном причинении вреда здоровью как преступлений против личности и указанных норм о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина и против общественной безопасности. Первые выступают в виде общих норм, а вторые — в виде норм специальных. В связи с этим эта конкуренция в соответствии с ч. 3 ст. 17 УК РФ разрешается в пользу вторых, т.е. специальных норм. Однако такая квалификация будет правильной лишь в том случае, когда неисполнение или ненадлежащее исполнение соответствующих профессиональных обязанностей виновного, причинившего по неосторожности тяжкий вред здоровью потерпевшего, сформулировано нормативно, т.е. прямо предусмотрено определенным правовым актом.

Если же в ходе выполнения какой-либо профессиональной деятельности (каких-либо работ) нарушаются общие правила предосторожности и при этом по неосторожности причиняется тяжкий вред здоровью, содеянное квалифицируется по ч. 2 ст. 118 УК РФ.

Г^Г Так, приговором районного народного суда С. осужден по ст. 213 УК РСФСР 1[4] 1960 г. (нарушение действующих на транспорте правил). С. признан вино

вным в том, что он, работая механиком ремонтной мастерской, по указанию своего начальника выехал на тракторе, чтобы вытащить из ямы старую турбину. Прибыв на место, С. оставил трактор с работающим двигателем и пошел к яме. В это время трактор стал двигаться и наехал на работавших в яме по закреплению троса А. и В., причинив первому тяжкие телесные повреждения, а второму — легкие.

Судебная коллегия по уголовным делам ВС РСФСР, рассмотрев дело в надзорном порядке, признала, что квалификация преступления по ст. 213 УК РСФСР 1960 г. является необоснованной, так как указанная статья применяется лишь при нарушении действующих на транспорте правил. Действия С. не могут квалифицироваться и по ст. 211 УК РСФСР 1960 г. (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств лицами, управляющими транспортными средствами), так как трактор в данном случае использовался не как транспортное средство, а в качестве тягача для выполнения работ на производственном участке. По изложенным основаниям судебная коллегия переквалифицировала действия С. на ч. 1 ст. 114 УК РСФСР 1960 г. (неосторожное тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение)'.

Заражение венерической болезнью (ст. 121 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 167, в 1998 г. — 112, в 1999 г. — 97, в 2000 г. — 48, в 2001 г. — 42, в 2002 г. — 18, в 2003 г. — 17, в 2004 г. — 24, в 2005 г. — 10, в 2006 г. — 33, в 2007 г. — 32, в 2008 г. — 14 преступлений, предусмотренных ст. 121 УК РФ.

Часть 1 ст. 121 УК РФ предусматривает ответственность за заражение другого лица венерической болезнью лицом, знавшим о наличии у него этой болезни.

Объективная сторона преступления выражается в действиях или бездействии, результатом которых явилось заражение венерической болезнью другого лица. К венерическим болезням относятся: сифилис, гонорея, мягкий шанкр, паховый лимфогранулематоз и др. Способ заражения не влияет на квалификацию преступления. Оно может произойти как посредством полового сношения, так и в результате наруше-

ния больным венерической болезнью гигиенических правил поведения в семье, в быту, на работе (например, пользование общей посудой, полотенцем), которое заведомо для больного ставит другое лицо в опасность заражения венерической болезнью и в итоге приводит к такому результату (рассматриваемый состав является материальным).

Субъект преступления — лицо, достигшее 16-летнего возраста, страдающее венерической болезнью.

Субъективная сторона характеризуется умышленной виной (умысел может быть как прямым, так и косвенным). Лицо осознает, что, являясь венерическим больным и нарушая установленные правила, половым или иным путем может заразить другое лицо этой болезнью, и желает (прямой умысел) либо сознательно допускает наступление этих последствий или относится к ним безразлично (косвенный умысел). При рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных ст. 121 УК РФ, суд должен установить наличие доказательств, подтверждающих, что подсудимый знал о своей болезни (например, предостережение лечебного учреждения, иные данные, свидетельствующие об осведомленности подсудимого о заболевании и его заразности).

Уголовная ответственность лица, больного венерической болезнью, за заражение ею другого лица может иметь место не только в период болезни, ее лечения, но и в период контрольного наблюдения лечебным учреждением за больным до снятия его с учета.

Согласие потерпевшего на поставление его в опасность заражения венерической болезнью и последующее за этим фактическое заражение не является основанием для освобождения от уголовной ответственности лица, знавшего о наличии у него венерического заболевания и заразившего потерпевшего венерической болезнью.

Часть 2 ст. 121 УК РФ предусматривает повышенную ответственность за то же деяние, совершенное в отношении двух или более лиц либо в отношении заведомо несовершеннолетнего.

Заражение ВИЧ-инфекцией (ст. 122 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 12, в 1998 г. — 25, в 1999 г. — 34, в 2000 г. — 33, в 2001 г. — 73, в 2002 г. - 87, в 2003 г. - 101, в 2004 г. - 82, в 2005 г. - 94, в 2006 г. -80, в 2007 г. — 99, в 2008 г. — 87 преступлений, предусмотренных ст. 122 УК РФ.

Часть 1 ст. 122 УК РФ предусматривает ответственность за заведомо поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией. Вирус иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекция) является возбудителем опаснейшего заболевания (СПИД), при котором разрушается иммунная система организма человека. Его обоснованно называли чумой XX века

(таковым он остался и в XXI в.) ввиду скорости его распространения, отсутствия эффективных лекарственных средств, а также летального исхода заболевания. В мире, согласно официальным статистическим данным, насчитывается примерно уже 20 млн ВИЧ-инфицированных. При этом специалисты полагают, что в действительности эти данные в 5—10 раз выше1.

Объективная сторона преступления выражается в действиях, заключающихся в заведомом поставлении носителем ВИЧ-инфекции или ВИЧ-больным другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией (состав формальный). Обычно ВИЧ-инфекция передается в результате полового сношения или полового контакта в другой форме (например, при мужеложстве), при использовании для инъекций нестерильных шприцев (например, наркоманами), путем введения донорской крови, содержащей вирус.

Субъект преступления — лицо, достигшее 16 лет, которое является носителем ВИЧ-инфекции или болеет этим заболеванием.

Субъективная сторона заведомого поставления другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией характеризуется виной в виде прямого или косвенного умысла.

Часть 2 ст. 122 УК РФ предусматривает повышенную ответственность за заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни. В отличие от ч. 1 ст. 122 УК РФ данный квалифицированный состав является материальным и с объективной стороны предполагает наступление определенного последствия — фактического заражения другого лица ВИЧ-инфекцией. При этом следует иметь в виду, что оконченным это преступление является независимо от того, разовьется у потерпевшего эта болезнь или он станет просто ВИЧ-инфицированным.

Требования, предъявляемые к субъекту и субъективной стороне, те же, что и в составе преступления, предусмотренном ч. 1 ст. 122 УК РФ.

Часть 3 ст. 122 УК РФ предусматривает повышенное наказание за заражение ВИЧ-инфекцией двух или более лиц или заведомо несовершеннолетнего.

В ч. 4 ст. 122 УК РФ сконструирован самостоятельный состав заражения другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Субъектами данного преступления являются медицинские работники, не соблюдающие

См.: Правоведение. 1998. № 1. С. 201. установленные меры предосторожности при взаимодействии с ВИЧ-инфицированными и больными (например, при переливании крови, инъекции). В этих случаях субъективная сторона таких действий характеризуется неосторожной виной (как в виде легкомыслия, так и небрежности), что предопределяет указания диспозиции ч. 4 ст. 122 УК РФ на ненадлежащее исполнение субъектом своих профессиональных обязанностей.

В соответствии с примечанием к ст. 122 УК РФ лицо, совершившее деяния, предусмотренные ч. 1 или 2 данной статьи, освобождается от уголовной ответственности в случае, если другое лицо, поставленное в опасность заражения либо зараженное ВИЧ-инфекцией, было своевременно предупреждено о наличии у первого этой болезни и добровольно согласилось совершить действия, создавшие опасность заражения.

Неоказание помощи больному (ст. 124 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 69, в 1998 г. — 42, в 1999 г. — 54, в 2000 г. — 63, в 2001 г. — 58, в 2002 г. - 87, в 2003 г. - 100, в 2004 г. - 78, в 2005 г. - 108, в 2006 г. -131, в 2007 г. — 122, в 2008 г. — 84 преступления, предусмотренных ст. 124 УК РФ.

Часть 1 ст. 124 УК РФ устанавливает ответственность за неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного.

В соответствии со ст. 38 и 39 Основ законодательства РФ по охране здоровья граждан 1993 г. медицинская помощь подразделяется на первичную медико-санитарную (ст. 38) и скорую медицинскую. Первая включает в себя разнообразные медицинские мероприятия, в том числе и лечение наиболее распространенных болезней, а также травм, отравлений и других неотложных состояний. Скорая медицинская помощь оказывается гражданам при состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства (при несчастных случаях, травмах, отравлениях и других состояниях и заболеваниях), и осуществляется безотлагательно лечебно-профилактическими учреждениями независимо от территориальной, ведомственной подчиненности и формы собственности, медицинскими работниками, а также лицами, обязанными ее оказывать в виде первой помощи по закону или по специальному правилу.

Объективная сторона преступления характеризуется бездействием (неоказание помощи больному без уважительных причин), последствием (причинением средней тяжести вреда здоровью больного) и причинной связью между указанными бездействием и последствием. Бездействие выражается в том, что виновный без уважительных причин не совершает необходимых в сложившейся обстановке действий по оказанию помощи больному (например, предоставление лекарств, проведение искусственного дыхания, наложение шины при переломах, госпитализация и т.д.).

Уважительными считаются причины, которые лицо не в состоянии было преодолеть (например, отсутствие необходимых лекарств или медицинского инструментария).

Субъектом преступления является лицо, достигшее 16-летнего возраста, обязанное оказывать помощь больному в соответствии с законом или специальным правилом. Это прежде всего медицинские работники: врачи, фельдшеры, медицинские сестры, акушеры, фармацевтические работники. В соответствии с Законом РФ от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции»1 обязанность принимать неотложные меры по спасению людей и оказанию им первой медицинской помощи возложены также на работников милиции.

Субъективная сторона преступления характеризуется неосторожной виной в форме легкомыслия или небрежности. Виновный предвидит, что в результате неоказания помощи больному ему может быть причинен средней тяжести вред здоровью, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение этих последствий (легкомыслие) либо не предвидит наступление указанных общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия (небрежность).

В ч. 2 ст. 124 УК РФ предусмотрена повышенная ответственность за неоказание помощи больному, если это деяние повлекло по неосторожности смерть больного либо причинение тяжкого вреда его здоровью.

В судебной практике трудности в квалификации данного преступления связаны обычно с определением бездействия (оказал или не оказал виновный помощь больному) и спецификой субъекта этого преступления.

Так, приговором областного суда Ш. была осуждена по ч. 2 ст. 128 — УК РСФСР 1960 г. (неоказание помощи больному, повлекшее смерть потерпевшего). Она признана виновной в том, что, работая заведующей фельдшерским участком, не оказала надлежащей медицинской помощи роженице Н., вследствие чего та скончалась от маточного кровотечения.

Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1991. № 16. Ст. 503 (с послед, изм.).

Согласно приговору Ш., установив, что у Н. родовая деятельность сопровождается кровотечением, не сообщила об этом районному акушеру-гинекологу, не обследовала больную, а увидев, что в доме Н. находится занимающаяся незаконным врачеванием Ш, оставила больную в беспомощном состоянии. Зная, что Н. ввиду осложнившихся родов нетранспортабельна, Ш. тем не менее дала согласие на перевозку ее в кабине грузовой автомашины на расстояние 18 км, а после доставления в больницу, не информировав медицинский персонал о состоянии больной, уехала в другое село.

В судебном заседании Ш. виновной себя не признала и пояснила, что со своей стороны она оказала больной необходимую помощь (при этом она ссылалась на свою недостаточную опытность в области гинекологии). В жалобе адвоката ставился вопрос о том, что Ш. не может быть субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 128 УК РСФСР 1960 г., так как осужденная не имеет диплома врача и относится к среднему медицинскому персоналу.

Судебная коллегия по уголовным делам ВС РСФСР, проверив материалы дела, отвергла доводы, изложенные в кассационных жалобах, и нашла приговор в отношении Ш. правильным. Как усматривается из показаний свидетелей, Ш., придя к роженице по вызову ее родных, не обследовала больную, а увидев в доме М. гражданку Ш, вообще отказалась оказывать Н. какую-либо помощь и о нетранспортабельности больной им ничего не сказала. Работники больницы Б. и Г. показали, что, доставив Н. в больницу, Ш. не информировала их о состоянии больной и уехала в другое село. Оснований для удовлетворения жалобы адвоката коллегия также не нашла, указав, что субъектом этого преступления могут быть не только врачи по образованию, но и другой медицинский персонал, на обязанности которого лежало оказание помощи больному[5].

4. Преступления, ставящие в опасность здоровье и жизнь человека

Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 61 018, в 1998 г. — 69 309, в 1999 г. - 75 258, в 2000 г. - 80 800, в 2001 г. - 94 271, в 2002 г. - 80 049, в 2003 г. - 68 591, в 2004 г. - 83 451, в 2005 г. - 103 322, в 2006 г. -109 554, в 2007 г. — 105 038, в 2008 г. — 98 170 преступлений, предусмотренных ст. 119 УК РФ.

Часть 1 ст. 119 УК РФ предусматривает ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Объектом данного преступления являются жизнь и здоровье личности, которые ставятся под угрозу причинения вреда.

Объективная сторона характеризуется действием — угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (понятия убийства и причинения тяжкого вреда здоровью были даны при характеристике преступлений, предусмотренных ст. 105 и ст. 111 УК РФ). Угроза — это разновидность психического насилия, выражение вовне намерения лишить потерпевшего жизни или причинить тяжкий вред его здоровью. Она может быть выражена в любой форме: устно, письменно, демонстрацией оружия и т.д. Ответственность за угрозу наступает, если имелись основания осуществления этой угрозы. При этом необходимо учитывать такие обстоятельства конкретного дела, как обстановка совершения преступления (в особенности место и время), взаимоотношения виновного и потерпевшего, характеристика личности виновного (например, прежние судимости за преступления против личности, о чем было известно потерпевшему), демонстрация при угрозе оружия или другого предмета, который мог быть использован в качестве оружия, и т.д. Угроза рассчитана на запугивание потерпевшего. Рассматриваемое преступление относится к так называемым преступлениям с формальным составом, в связи с чем оно считается оконченным с момента выражения угрозы.

Субъект преступления — лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Субъективная сторона рассматриваемого преступления характеризуется прямым умыслом. Виновный осознает, что высказывает угрозу, и желает, чтобы эта угроза была воспринята потерпевшим как реальная.

Психическое насилие в виде угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью может являться способом совершения другого преступления (например, изнасилования, разбоя, вымогательства). В таких случаях содеянное квалифицируется по соответствующей статье УК РФ, предусматривающей другое преступление, а ст. 119 УК РФ не применяется.

Часть 2 ст. 119 У К РФ предусматривает повышенную ответственность за угрозу убийством, совершенную по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации (ст. 120 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 1, в 1998 г. — 2, в 1999 г. — 1, в 2000 г. — 0, в 2001 г. — 1, в 2002 г. — 0, в 2003 г. — 0, в 2004 — 0, в 2005 г. — 1, в 2006 г. — 1, в 2007 г. — 0, в 2008 г. — 0 преступлений, предусмотренных ст. 120 УК РФ.

Часть 1 ст. 120 УК РФ предусматривает ответственность за принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации, совершенное с применением насилия или с угрозой его применения. Как уже отмечалось при характеристике убийства, предусмотренного п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ, изъятие органов и тканей человека для трансплантации регулируется Законом РФ о трансплантации органов. В нем, в частности, устанавливается, что трансплантация органов или тканей от живого донора или от трупа может быть применена только в случае, если другие медицинские средства не могут гарантировать сохранения жизни больного (реципиента) либо восстановления его здоровья. У живого донора изъятие органов или тканей допустимо только в случае, если его здоровью по заключению консилиума врачей-специалистов не будет причинен значительный вред. Трансплантация органов или тканей допускается исключительно с согласия живого донора и, как правило, с согласия реципиента.

Объективная сторона рассматриваемого преступления характеризуется действием (принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации) и способом (применение насилия или угроза его применения). Принуждение — это неправомерное воздействие на личность с целью добиться от нее согласия на донорство под угрозой неблагоприятных последствий в случае отказа. Насилие при этом возможно как физическое, так и психическое. Физическое выражается в нанесении потерпевшему ударов, побоев, причинении вреда здоровью различной тяжести. Причинение при этом умышленного тяжкого вреда здоровью не охватывается составом ч. 1 ст. 120 УК РФ, а влечет дополнительную квалификацию еще и по ст. 111 УК РФ. Психическое насилие предполагает угрозу применения физического насилия (вплоть до угрозы убийством). Состав данного преступления — формальный. Преступление считается оконченным с момента принуждения к трансплантации независимо от того, была она осуществлена или нет.

Субъектом преступления является лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Субъективную сторону рассматриваемого преступления образует умышленная вина в форме прямого умысла и цель принудительных действий — последующая трансплантация органов или тканей человека.

В ч. 2 ст. 120 УК РФ сконструирован квалифицированный состав данного преступления. Повышенная ответственность устанавливается, в случае если преступление совершается в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в матермальной или иной зависимости от виновного. Первый квалифицирующий признак понимается так же, как в составе убийства (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ) и умышленного причинения тяжкого (п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ) и средней тяжести (п. «в» ч. 2 ст. 112 УК РФ) вреда здоровью. Применительно к рассматриваемому составу его специфика заключается в том, что беспомощное состояние означает неспособность лица (в силу болезни или иных причин) противостоять требованиям виновного (виновных) об изъятии у потерпевшего органов или тканей для последующей трансплантации (например, требование на согласие трансплантации почки).

Второй квалифицирующий признак (нахождение потерпевшего в материальной или иной зависимости от виновного) понимается так же, как в составе истязания (п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ).

Незаконное производство аборта (ст. 123 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 107, в 1998 г. — 107, в 1999 г. — ПО, в 2000 г. — 87, в 2001 г. - 87, в 2002 г. - 56, в 2003 г. - 63, в 2004 г. - 75, в 2005 г. - 55, в 2006 г. — 72, в 2007 г. — 40, в 2008 г. — 27 преступлений, предусмотренных ст. 123 УК РФ.

Часть 1 ст. 123 УК РФ устанавливает ответственность за производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля.

Объектом данного преступления является здоровье беременной женщины.

Объективная сторона заключается в производстве незаконного аборта. В соответствии со ст. 36 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан 1993 г. искусственное прерывание беременности (аборт) проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям — при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласия женщины — независимо от срока беременности. Искусственное прерывание беременности проводится в учреждениях, получивших лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную (имеется в виду гинекологическую) подготовку.

Способ совершения преступления не влияет на его квалификацию. Прерывание беременности может осуществляться не только оперативным путем, но и другим способом (например, токсическим).

Состав преступления — формальный. Преступление признается оконченным после производства операции по изгнанию плода независимо от того, причинен ли при этом какой-либо вред здоровью женщины.

Субъектом преступления является только лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего (гинекологического) профиля.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Лицо осознает, что, не имея необходимого образования и специальности, производит искусственное прерывание беременности потерпевшей, и желает совершить эти действия.

В ч. 3 ст. 123 УК РФ предусмотрена ответственность за наиболее опасный вид незаконного аборта, если действия виновного повлекли по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью.

В отличие от состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 123 УК РФ, данный состав при особо отягчающих обстоятельствах по своей объективной стороне является материальным. Помимо самих действий по искусственному прерыванию беременности объективная сторона характеризуется определенным последствием (смерть потерпевшей или причинение тяжкого вреда ее здоровью), находящимся в причинной связи с производством незаконного аборта. Понятие тяжкого вреда здоровью может включать в себя некоторые его разновидности, характерные для состава преступления, предусмотренного ст. 111 УК РФ.

Г71 Районным народным судом Ч. была осуждена по ч. 3 ст. 116 УК РСФСР 11 1960 г. (незаконное производство аборта, повлекшее за собой смерть по

терпевшей или иные тяжкие последствия). Она была признана виновной в том, что, не имея высшего медицинского образования, за вознаграждение произвела аборт Д. в рентгенокабинете областного онкологического диспансера. На шестой день после произведенного ей вливания у Д. произошел выкидыш. В связи с ухудшением состояния здоровья Д. через две недели после этого была доставлена в больницу с диагнозом неполный лихорадящий выкидыш 15-16 недель беременности, осложненный постгеморрагической анемией, сопровождающейся тяжелым состоянием, опасным для жизни. Для выведения Д. из такого состояния ей шесть раз проводилось переливание крови, осуществлялось медикаментозное лечение. Всего она находилась в больнице около месяца.

Президиум областного суда, рассмотрев дело по протесту заместителя Председателя ВС РСФСР, переквалифицировал действия Ч. на ч. 2 ст. 116 УК РСФСР 1960 г. (производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования) по тем основаниям, что у потерпевшей тяжких последствий от криминального аборта не наступило. Президиум областного суда указал, что под тяжкими последствиями следует понимать фактические последствия после лечения как результата незаконного аборта, а не проходящее состояние здоровья женщины в момент лечения. Из заключения судебно-медицинского эксперта видно, что при поотуплении в больницу после криминального аборта состояние здоровья потерпевшей было тяжелым, опасным для жизни. После же проведения лечения Д. была выписана из больницы в удовлетворительном состоянии, и никаких тяжких последствий как результата криминального аборта у нее не наступило[6].

Субъектом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 123 УК РФ, может быть, в отличие от простого состава (ч. 1), не только лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля, но и врач-гинеколог.

Субъективная сторона незаконного аборта при особо отягчающих обстоятельствах характеризуется двойной формой вины. Психическое отношение к искусственному прерыванию беременности выражается в форме прямого умысла, а к наступлению смерти или причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей — в форме неосторожности (легкомыслия или небрежности).

Уголовная ответственность за производство аборта исключается при наличии крайней необходимости (ст. 39 УК РФ).

Оставление в опасности (ст. 125 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 1226, в 1998 г. - 1239, в 1999 г. - 1232, в 2000 г. - 1212, в 2001 г. -1172, в 2002 г. - 969, в 2003 г. - 926, в 2004 г. - 1006, в 2005 г. - 1095, в 2006 г. — ИЗО, в 2007 г. — 984, в 2008 г. — 813 преступлений, предусмотренных ст. 125 УК РФ.

Статья 125 УК РФ предусматривает ответственность за заведомое оставление без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей беспомощности, в случаях, если виновный имел возможность оказать помощь этому лицу и был обязан иметь о нем заботу либо сам поставил его в опасное для жизни или здоровья состояние.

Объектом преступления является жизнь и здоровье лица, оказавшегося в беспомощном состоянии и не способного принять меры к самосохранению.

Объективная сторона характеризуется бездействием, т.е. невыполнением необходимых действий по оказанию помощи лицу, оказавшемуся в опасном для жизни или здоровья состоянии. Причинами, обуславливающими неспособность лица принять меры к самосохранению, являются малолетство, старость, болезнь и иная беспомощность, вызванная,

например, стихийным бедствием (землетрясение, наводнение и т.д.), определенными физиологическими и патологическими процессами, происходящими в организме человека, различными, в том числе и преступными, действиями людей. Под малолетними следует понимать несовершеннолетних, не достигших 14-летнего возраста. Старость связывается с достижением лицом 60 лет. Болезнь — любое болезненное состояние, лишающее лицо возможности принять меры к самосохранению.

Субъект преступления — лицо, достигшее 16-летнего возраста, обладающее следующими специфическими признаками. Во-первых, он должен иметь возможность без серьезной опасности для себя или других лиц оказать помощь потерпевшему. Во-вторых, он был обязан иметь о нем заботу или сам поставил потерпевшего в опасное для жизни и здоровья состояние.

Обязанность заботиться о лице может вытекать из родственных (забота родителей о малолетних детях и взрослых детей — о престарелых либо больных родителях), опекунских или попечительских отношений, служебных обязанностей (воспитатель в детском саду, инструктор туристической группы), из договорных отношений (частный охранник, телохранитель, сиделка у тяжелобольного человека) и т.д.

При поставлении потерпевшего в опасное для его жизни или здоровья состояние виновный, не желая этого, создает такую ситуацию, при которой наступление опасного для жизни или здоровья потерпевшего состояния становится реальным. Например, лицо уговорило потерпевшего сделать восхождение на труднодоступную вершину, а тот оступился в пропасть.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Виновный сознает, что, имея возможность оказать помощь другому человеку, находящемуся в опасном для жизни состоянии, и будучи обязанным оказать помощь, он желает уклониться от этого, не оказывает ее. Мотивы преступления не влияют на квалификацию и могут быть самыми разнообразными: месть, неприязнь, боязнь быть привлеченным к уголовной ответственности за случившееся и т.д.

В судебной практике иногда возникает вопрос о возможности квалификации действий виновного как оставления в опасности в результате совершения им умышленного преступления.

r~7f Так, Н. был осужден по ч. 1 ст. 108 УК РСФСР 1960 г. (причинение умыш-*—* ленного тяжкого телесного повреждения без отягчающих обстоятельств).

Преступление совершено при следующих обстоятельствах. В автобусе между Н. и К. завязалась драка. После того как К. оскорбил и ударил Н., на следующей остановке последний вышел и, угрожая, стал искать обидчика. Встретив К., Н. избил его, причинив тяжкие телесные повреждения, и ушел. Смерть К. наступила от общего переохлаждения тела.

Президиум областного суда приговор и кассационное определение отменил и переквалифицировал действия Н. на ч. 2 ст. 108 УК РСФСР 1960 г. (умышленное тяжкое телесное повреждение, повлекшее смерть) и ч. 2 ст. 127 УК РСФСР 1960 г. (оставление в опасности). Таким образом, с учетом внесенных в приговор изменений Н. признан виновным в умышленном причинении К. тяжких телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего, и в оставлении его в опасном для жизни состоянии.

Судебная коллегия по уголовным делам ВС РСФСР, рассмотрев дело по протесту заместителя Председателя ВС РСФСР, согласилась с квалификацией действий Н. по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР 1960 г. (умышленное тяжкое телесное повреждение, повлекшее смерть потерпевшего). Одновременно коллегия исключила обвинение Н. в оставлении в опасности. Коллегия указала, что по смыслу закона ответственность за оставление в опасности наступает в случае неоказания помощи лицу, находившемуся в беспомощном состоянии вследствие причин, указанных в диспозиции статьи УК РСФСР 1960 г. Среди них не указывается совершение умышленного преступления. По данному же делу установлено, что в беспомощное состояние К. привел Н. своими умышленными преступными действиями, за что обоснованно осужден по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР 1960 г. В связи с этим лицо, причинившее потерпевшему умышленное тяжкое телесное повреждение, не может нести ответственности за оставление потерпевшего в опасности1.

См.: Постановления и определения по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (1981-1988 гг.). М., 1989. С. 11.

Глава IV

Преступления против свободы, чести и достоинства личности

1. История развития российского уголовного законодательства об ответственности за преступления против свободы, чести и достоинства личности

Первые уголовно-правовые нормы об ответственности за указанные преступления были предусмотрены в правовых памятниках древнерусского государства. Так, например, в Русской Правде (пространной редакции) существовала ответственность за удержание (укрывательство) беглого челядина, за кражу челядина и его последующую перепродажу.

Судебник 1497 г. устанавливал смертную казнь за «головную татьбу», т.е. за кражу холопа. Соборное уложение 1649 г. предусматривало смертную казнь за похищение женщины. Суровое наказание (в виде смертной казни) предусматривалось за похищение и торговлю людьми в Воинском артикуле Петра I (в соответствии с Артикулом 187 «ежели кто человека украдет и продаст, оному надлежит, ежели докажется, голову отсечь»).

Дальнейшее развитие нормы об ответственности за преступления против свободы личности получили в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. и Уголовном уложении 1903 г. В Уложении 1845 г. нормы о преступлениях против свободы находились в гл. 1 «О незаконном лишении прав состояния» разд. IX «О преступлениях и проступках против законов о состояниях» (о продаже в рабство или передаче под другим предлогом подданного России или лица, находящегося под покровительством российских законов; об участии в запрещенной торговле неграми), в гл. VI «О оскорблении чести» и гл. VII «О противозаконном задержании и заключении» разд. X «О преступлениях против жизни, здоровья, свободы и чести частных лиц» (например, о самовольном лишении свободы).

В Уголовном уложении 1903 г. нормы о преступлениях против личной свободы были расположены в гл. XXVI «О преступных деяниях против личной свободы»: о лишении личной свободы задержанием или заключением (наказание, как и в Уложении 1845 г., усиливалось, если это было сделано в отношении матери, законного отца или иного восходящего родственника, должностного лица при исполнении им служебных обязанностей, кого-либо из чинов караула, охраняющего Императора или члена Императорского Дома, а также часового военного караула, с опасностью для жизни лишенного свободы или сопровождавшимися для него мучениями); о содержании или заключении в больнице для умалишенных, в притоне разврата (лиц женского пола); о продаже или передаче в рабство или в неволю ребенка либо его невозвращении; о похищении несовершеннолетнего; о похищении незамужней женщины для вступления с ней в брак без ее согласия и о некоторых других деяниях, направленных против личной свободы.

В советском уголовном праве нормы о преступлениях против свободы личности появились в УК РСФСР 1922 г. Они предусматривали ответственность за насильственное незаконное лишение свободы, совершенное путем задержания или помещения лица в какое-либо место (наказание усиливалось, если это деяние совершалось способом, опасным для жизни или здоровья лишенного свободы, или сопровождалось для него мучениями); помещение в больницу для душевнобольных заведомо здорового лица из корыстных или иных личных видов; похищение, сокрытие или подмен чужого ребенка с корыстной целью или из иных личных видов (ст. 159—162 УК РСФСР 1922 г.). Позднее практически такие же нормы вошли и в УК РСФСР 1926 г. (также в главу о преступлениях против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности).

В УК РСФСР 1960 г. выделялось только два состава рассматриваемых преступлений: похищение или подмен ребенка и незаконное лишение свободы (в гл. 3 «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности»). Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 17 июля 1987 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ»1 УК РСФСР был дополнен ст. 1261 об ответственности за захват заложников, а Указом от 5 января 1988 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РСФСР»[7] — об ответственности за незаконное помещение в психиатрическую больницу.

Нормы об ответственности за преступления против чести и достоинства личности также уже содержались в правовых памятниках древнерусского государства. Например, в Русской Правде (краткой редакции) предусматривалась ответственность за оскорбление, выражающееся в повреждении бороды и усов. В пространной редакции Русской Правды ответственность предусматривалась за удар мечом (если он не причинял телесного повреждения) как оскорбление или обиду; обнажение меча без его применения (рассматривалось не только как угроза, но и как оскорбление), удар подручным предметом (батогом, чашей, рогом, ножнами меча), рассматриваемый как оскорбление.

В Соборном уложении 1649 г. предусматривалась ответственность за оскорбление священнослужителя во время богослужения, оскорбительные слова в адрес царя, «бесчестье» как оскорбление словом, в том числе «служилых людей», «именитых людей», судьи, женщины, девушки, и некоторые другие разновидности оскорблений.

В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. нормы об ответственности за преступления против чести и достоинства личности помещались в основном в отделение третье «О клевете и распространении оскорбительных для чести сочинений, изображений или слухов» гл. VI «Об оскорблениях чести» разд. X «О преступлениях против жизни, здоровья, свободы и чести частных лиц». К ним относились нормы, сформулированные в четырех статьях Уложения 1845 г. о клевете и оскорблении. Оскорбление священнослужителя во время богослужения предусматривалось в гл. III «О оскорблении святыни и нарушении церковного благолепия» разд. XI «О преступлениях против веры»; оскорбление Государя — «Составление и распространение письменных или печатных сочинений или изображений с целью возбудить неуважение к Верховной Власти или же к личным качествам Государя или к управлению его государством» — в гл. I «О преступлениях против Священной Особы Государя Императора и Членов Императорского Дома» разд. 111 «О преступлениях государственных»; оскорбление должностных лиц

1. История развития российского уголовного законодательства

«чиновников при отправлении должности» — в гл. 11 «О оскорблении и явном неуважении к присутственным местам и чиновникам при отправлении должности» также разд. III.

В Уголовном уложении 1903 г. (в гл. XXVIII «Об оскорблении») различались составы оскорбления (умышленная личная обида обхождением или отзывом, позорящими обиженного или члена его семьи) и опозорения (в современном понимании — клеветы), т.е. разглашения позорящих лицо обстоятельств. Наказание за оскорбление усиливалось, если таковое осуществлялось в отношении матери, законного отца или восходящего родственника, священнослужителя при осуществлении им богослужения, должностного лица при исполнении им служебных обязанностей, военного караула или часового, капитана парохода или морского судна их служащим или пассажиром, чинов тюремной стражи при исполнении или по поводу исполнения ими служебных обязанностей, главы иностранного государства, иностранного посла или поверенного в делах. Наказание усиливалось также, если оскорбление было осуществлено в распространенных или публично выставленных произведениях печати, письмах или изображениях.

Ответственность за оскорбление священнослужителя во время богослужения предусматривалась в гл. II «О нарушении ограждающих веру постановлений», а оскорбление царствующего императора, императрицы или наследника престола — в гл. III «О бунте против Верховной Власти и о преступных деяниях против Священной Особы Императора и Членов Императорского Дома» Уголовного уложения 1903 г.

В УК РСФСР 1922 г. в гл. III «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности» предусматривалась ответственность за оскорбление, нанесенное кому-либо действием, словесно или в письме (наказание усиливалось, если оскорбление было нанесено «в распространенных или публично выставленных произведениях печати или изображениях»), и клевету, т.е. оглашение заведомо ложных и позорящих другое лицо обстоятельств (наказание усиливалось за клевету в печатном или иным образом размноженном произведении) (ст. 172—175). Эти же нормы были сохранены и в УК РСФСР 1926 г. (в гл. VI «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности»; при этом состав оскорбления определялся как «оскорбление, нанесенное кому-либо словесно или письменно»),

В УК РСФСР 1960 г. были сформулированы две нормы об ответственности за преступления против чести и достоинства личности (в гл. 3 «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности»): об ответственности за клевету, т.е. распространение заведомо ложных позорящих другое лицо измышлений (наказание усиливалось за клевету в печатном или иным способом размноженном произведении, а равно совершенную лицом, ранее судимым за клевету, а также за клевету, соединенную с обвинением в совершении государственного или иного тяжкого преступления), и об ответственности за оскорбление, т.е. умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме (наказание усиливалось за оскорбление в печати, а равно оскорбление, нанесенное лицом, ранее судимым за оскорбление).

Законом СССР от 2 ноября 1989 г. «Об ответственности за неуважение к суду»1 была установлена ответственность за оскорбление судьи или народного заседателя (данное деяние относится к преступлениям против правосудия), а Законом СССР от 14 мая 1990 г. № 1478-1 «О защите чести и достоинства Президента СССР»[8] — за публичное оскорбление Президента СССР или клевету в отношении его (наказание усиливалось, если эти действия совершались с использованием печати или иных средств массовой информации).

Дальнейшее развитие законодательства о преступлениях против свободы, чести и достоинства личности связано с принятием УК РФ 1996 г.

2. Понятие и виды преступлений против свободы, чести и достоинства личности

К этим преступлениям относятся общественно опасные и уголовно наказуемые деяния, помещенные законодателем в гл. 17 УК РФ. В ней объединены уголовно-правовые нормы об ответственности за две разновидности преступных деяний: а) преступления против личной свободы (ст. 126—128 УК РФ); б) преступления против чести и достоинства личности (ст. 129—130 УК РФ). Каждая из этих групп преступных деяний объединена по своему специфическому непосредственному объекту (в первом случае это личная свобода, во втором — честь и достоинство личности).

Законодатель в наименовании гл. 17 УК РФ не называет первую разновидность непосредственного объекта в качестве личной свободы, оперируя общим термином «свобода». Однако сопоставление уголовно

правовых норм об ответственности за преступления против свободы, помещенных в гл. 17 УК РФ, с другими нормами (в других главах Особенной части УК РФ) позволяет прийти к выводу, что законодатель имел в виду именно свободу личную. В других главах УК РФ помещены нормы об уголовной ответственности за посягательства на половую свободу (гл. 18), на политическую, социальную и личную (речь идет о других, по сравнению с гл. 17, ее проявлениях) свободу (гл. 19), свободу экономической деятельности (гл. 22). Нормы УК РФ о преступлениях против свободы, объединенные в гл. 17, устанавливают посягательства на личную свободу в двух ее проявлениях. Во-первых, как свободу физическую. Последняя предполагает свободное передвижение человека, свободное определение им места своего нахождения, общения с другими людьми, посещения учреждений и других заведений. Во-вторых, свободу от психического принуждения, направленного на изменение избранного лицом правомерного поведения (фактической реализации физической свободы).

Свобода, в том числе и личная, является настолько важной и значимой для человека, что ее защита провозглашена в основополагающих международно-правовых актах. Это и Всеобщая декларация прав человека (ст. 31), и Международный пакт о гражданских и политических правах (ст. 9). Содержание этих актов о праве человека на свободу включено и в Конституцию РФ (ст. 22). Уголовный кодекс РФ, реализуя эти международно-правовые и конституционные установления, предусмотрел ответственность за следующие преступные посягательства на личную свободу: похищение человека (ст. 126), незаконное лишение свободы (ст. 127), торговля людьми (ст. 1271), использование рабского труда (ст. 1272) и незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128).

Похищение человека (ст. 126 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 1140, в 1998 г. - 1415, в 1999 г. - 1554, в 2000 г. - 1291, в 2001 г. -1417, в 2002 г. - 1535, в 2003 г. - 1367, в 2004 г. - 1108, в 2005 г. - 1135, в 2006 г. — 994, в 2007 г. — 837, в 2008 г. — 698 преступлений, предусмотренных ст. 126 УК РФ.

Часть 1 ст. 126 УК РФ устанавливает ответственность за похищение человека, совершенное без отягчающих обстоятельств, указанных в ч. 2 и ч. 3 этой статьи.

Непосредственным объектом этого преступления является личная, т.е. в первую очередь физическая, свобода (свобода передвижения).

Объективную сторону образует деяние в виде тайного либо открытого захвата живого человека, сопряженное с последующим его помещением в определенное место и насильственным ограничением его свободы. Оконченным преступление является с момента фактического захвата человека и помещения его на некоторое время (пусть даже непродолжительное) в другое место.

Субъектом преступления может быть лицо, достигшее 14 лет.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Лицо сознает, что незаконно захватывает другого человека и помимо воли потерпевшего перемещает его в другое место, и желает этого.

В ч. 2 ст. 126 УК РФ, устанавливается повышенная ответственность за похищение человека, совершенное: группой лиц по предварительному сговору; с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия; с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия; в отношении заведомо несовершеннолетнего; в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности; в отношении двух или более лиц; из корыстных побуждений. Отягчающие обстоятельства, предусмотренные п. «а», «е» и «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ, понимаются также, как в составе убийства при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Применение насилия, опасного для жизни и здоровья, — это фактическое причинение потерпевшему тяжкого, средней тяжести и легкого вреда здоровью (см. ч. 1 ст. 111, ст. 112 и 115 УК РФ). При этом следует отметить, что причинение при похищении человека тяжкого вреда здоровью потерпевшего при наличии отягчающих признаков, указанных в ч. 2 и 3 ст. 111 УК РФ, влечет дополнительную квалификацию по совокупности с ч. 2 или 3 ст. 111 (кроме квалификации по ч. 2 ст. 126 УК РФ).

Применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, предполагает использование любого огнестрельного, холодного, газового оружия, а также бытовых предметов (топор, кухонный нож) и предметов специального приспособления для нанесения телесных повреждений и иного вреда здоровью (например, специально заточенная отвертка).

Похищение двух или более лиц предполагает захват двух или более лиц, совершаемых с единым умыслом. Чаще всего это одновременное завладение потерпевшими. Однако между захватом первого и второго потерпевших возможен разрыв во времени, но если умысел на похищение и в этом случае возник одновременно, налицо рассматриваемая разновидность состава при отягчающих обстоятельствах.

В ч. 3 ст. 126 УК РФ сконструирован особо квалифицированный состав данного преступления. Его образуют деяния, предусмотренные ч. 1 или ч. 2 данной статьи, если они совершены организованной группой либо по неосторожности повлекли смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.

Квалификация этих видов рассматриваемого преступления вызывает определенные трудности в судебной практике.

Так, областным судом К. и Д. осуждены по ч. 3 ст. 125’ УК РСФСР 1960 г. (похищение человека, совершенное организованной группой) и по ч. 5 ст. 148 УК РСФСР 1960 г. (вымогательство при особо отягчающих обстоятельствах) за преступления, совершенные при следующих обстоятельствах. К. и Д. с двумя неустановленными лицами с целью незаконного обогащения вступили в преступный сговор для изъятия у Б. крупной суммы денег. Через несколько дней они приехали к Б. на квартиру и стали требовать от него 6 тысяч долларов. Под воздействием угроз Б. вынужден был передать одному из преступников 1700 тыс. руб. (неденоминированных), а также золотые и серебряные изделия.

Не получив требуемой суммы в долларах, К. и Д. вывели потерпевшего из квартиры против его воли и на ожидавшей их автомашине привезли в чужую квартиру, где удерживали его две недели, связав руки и ноги, круглосуточно охраняя и требуя под угрозой убийства деньги, а затем — его двухкомнатную квартиру. После этого К. и Д. с двумя неустановленными по делу сообщниками перевезли потерпевшего в его квартиру для оформления документов, и через несколько дней они вчетвером организовали продажу квартиры Б. через нотариальную контору. В этот же день полученные от продажи квартиры деньги в сумме 36 млн руб. (неденоминированных) все четверо поделили между собой в машине в присутствии Б.

В своих кассационных жалобах осужденные и их адвокаты просили приговор отменить и дело прекратить за отсутствием в действиях Д. состава преступления, а К. — за недоказанностью его участия в преступлении.

Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ кассационные жалобы оставила без удовлетворения, указав следующее.

Вина осужденных в преступлениях установлена исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами. Исследуя их совокупность, суд пришел к обоснованному выводу о том, что К. и Д. — прямые соучастники похищения Б. из корыстных побуждений, организованной группой, под угрозой убийства и с причинением крупного ущерба потерпевшему. Доводы жалоб о недоказанности вины Д. и К., об отсутствии, в частности, признака совершения преступления «организованной группой» несостоятельны, поскольку характер и согласованность действий, четкое распределение ролей, использование автомашины во время похищения и в дальнейших действиях, длительность насильственного удержания Б. в чужой квартире опровергают эти доводы. В связи с этим коллегия пришла к выводу, что действия Д. и К. квалифицированы правильно1.

В судебной практике возникает вопрос и о возможности квалификации похищения человека по совокупности с незаконным лишением свободы.

Так, по приговору межмуниципального суда Л. и У. осуждены по п. «а», «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ, по ч. 2 ст. 126 УК РСФСР (незаконное лишение свободы при отягчающих обстоятельствах) и по ч. 3 ст. 148 УК РСФСР 1960 г. (вымогательство при особо отягчающих обстоятельствах) за совершение преступлений при следующих обстоятельствах (по данному делу был осужден также К.). Л. и У. вступили между собой в преступный сговор на завладение трехкомнатной квартирой, принадлежавшей на праве частной собственности Б. Во исполнении своего умысла У. и Л. несколько раз с угрозами требовали от Б. уступить им право на продажу своей квартиры, а самому переехать в квартиру меньшей площади. Поскольку Б. от этого отказывался, У. и Л. на двух машинах приехали за Б., посадили его в машину, и У. отвез его к дому, у которого их уже ждали Л. и К. Последний удерживал Б. в квартире этого дома, на ночь приковал его наручниками, однако на следующий день Б. удалось убежать и обратиться в органы милиции.

Президиум городского суда, рассмотрев дело по протесту заместителя Председателя ВС РФ, исключил из приговора осуждение Л. и У. за незаконное лишение свободы, указав, что суд допустил ошибку, квалифицируя действия осужденных помимо похищения человека и вымогательства еще и как незаконное лишение свободы.

По смыслу закона похищение человека предполагает его захват и перемещение в другое место помимо воли потерпевшего, обычно связанное с последующим удержанием потерпевшего в неволе. Таким образом, как похищение человека квалифицируются действия не только в случае, когда человека похищают и перемещают в другое место, но и когда его после этого незаконно удерживают. Следовательно, действия осужденных, связанные с лишением свободы, полностью охватываются составом преступления — похищения человека — и не требуют дополнительной квалификации как незаконное лишение свободы2.

Причинение по неосторожности смерти при похищении человека охватывается п. «в» ч. 3 ст. 126 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по ст. 109 УК РФ. Под иными тяжкими последствиями понимаются, например, самоубийство потерпевшего, психическое рас-

  • 1 См.: БВС РФ. 1997. № 8. С. 5-6.
  • 2 См.: БВС РФ. 2000. № 2. С. 21.
  • 150

стройство или иное тяжкое заболевание (как у него, так и у близких ему лиц).

Квалификация похищения человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия, по п. «в» ч. 3 ст. 126 УК РФ требует установления причинной связи между действиями (похищение человека) и наступившими в результате этого преступными последствиями (смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия).

Так, Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ, признав обоснован-— ным осуждение С. и 3. по ч. 3 ст. 126 УК РФ за похищение человека, совершенное организованной группой лиц, вместе с тем исключила из приговора квалифицирующий признак «похищение человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего». Как следует из материалов дела, при освобождении похищенного человека и задержании преступников, пытавшихся скрыться на автомобиле, работники милиции применили оружие, в результате чего потерпевший был смертельно ранен милиционером. При таких обстоятельствах, указала коллегия, между действиями осужденных и смертью потерпевшего отсутствует прямая причинная связь'.

В соответствии с примечанием к ст. 126 УК РФ «Лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления» под добровольным освобождением похищенного человека понимается такое освобождение, которое не обусловлено невозможностью удерживать похищенного либо выполнением или обещанием потерпевшего выполнить условия, явившиеся целью похищения[9] .

Незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 1011, в 1998 г. — 1278, в 1999 г. — 1417, в 2000 г. — 1365, в 2001 г. - 1314, в 2002 г. - 1062, в 2003 г. - 966, в 2004 г. - 1152, в 2005 г. — 1278, в 2006 г. — 1310, в 2007 г. — 1051, в 2008 г. — 786 преступлений, предусмотренных ст. 127 УК РФ.

Часть 1 ст. 127 УК РФ устанавливает ответственность за незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением.

Непосредственный объект преступления — личная свобода человека.

Объективная сторона заключается в действиях, состоящих в ограничении личной свободы потерпевшего, а именно свободы его передвижения, и не связанных с его похищением. Эти действия обычно состоят

в насильственном удержании человека в каком-либо помещении путем водворения в него, запирания в этом помещении, связывания потерпевшего. Способом этих действий обязательно является физическое насилие, возможно, сопряженное и с психическим насилием, но только в качестве дополняющего элемента по отношению к физическому. Например, вынужденное пребывание потерпевшего в своем доме (квартире) либо служебном помещении под угрозой применения физического насилия над ним или его близкими не образует состава незаконного лишения свободы.

Преступление является оконченным с момента фактического лишения свободы независимо от его продолжительности.

Субъект — лицо, достигшее 16 лет.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Лицо осознает, что лишает свободы другого человека, и желает этого.

Часть 2 ст. 127 УК РФ предусматривает повышенную ответственность за незаконное лишение свободы, совершенное: группой лиц по предварительному сговору; с применением насилия, опасного для жизни или здоровья; с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия; в отношении заведомо несовершеннолетнего; в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности; в отношении двух или более лиц.

В ч. 3 этой статьи УК РФ конструируется состав при особо отягчающих обстоятельствах: деяние, предусмотренное ч. 1 или 2 ст. 127 УК РФ, если оно совершено организованной группой либо повлекло по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.

Содержание квалифицирующих признаков, указанных в ч. 2 и 3 ст. 127 УК РФ, полностью совпадает с содержанием квалифицирующих признаков, указанных в ч. 2 и 3 ст. 126 УК РФ.

Торговля людьми (ст. 127[10] УК РФ). Данная статья была включена в УК РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ1.

В 2004 г. было зарегистрировано 17, в 2005 г. — 60, в 2006 г. — 106, в 2007 г. — 104, в 2008 г. — 57 преступлений, предусмотренных ст. 1271 УК РФ.

Часть 1 ст. 1271 УК РФ устанавливает ответственность за торговлю людьми.

Объект преступления — свобода человека.

Объективная сторона характеризуется действиями: куплей-продажей человека или иными сделками в отношении человека, его вербовкой, перевозкой, передачей, укрывательством, получением (в целях эксплуатации последнего).

Под куплей понимается приобретение за вознаграждение человека, под продажей — его передача другому лицу также за вознаграждение. Понятие эксплуатации при вербовке, перевозке, передаче, укрывательстве, получении человека раскрывается в примечании 2 к ст. 1271 УК РФ. Это использование занятия проституцией другими лицами и иные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги), подневольное состояние.

Субъект преступления — лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом (лицо осознает, что совершает торговлю людьми, и желает этого), а также специальной целью — эксплуатацией потерпевшего (при вербовке, перевозке, передаче, укрывательстве и получении человека).

Данное преступление относится к международным преступлениям. Борьба с ним регламентируется Конвенцией относительно рабства 1926 г.1 с изменениями, внесенными Протоколом 1953 г. и Дополнительной конвенцией об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством, 1956 г.[11] В соответствии с этими международно-правовыми актами под рабством понимается состояние или положение человека, над которым осуществляются атрибуты права собственности или некоторые из них, а под работорговлей — всякий акт захвата, приобретения или уступки человека с целью продажи его в рабство, всякий акт уступки путем продажи или обмена невольника, приобретенного с целью продажи или обмена, равно как и вообще всякий акт торговли или перевозки невольников. Под рабом понимается лицо, находящееся в положении или состоянии рабства, а под лицом, находящимся в подневольном состоянии, — лицо, находящееся в состоянии или положении, создавшемся в результате институтов или обычаев, сходных с рабством. Абсолютное запрещение рабства или работорговли подтверждено и в Международном пакте о гражданских и политических правах, в котором указано: «Никто не должен содержаться в рабстве; рабство и работорговля запрещаются во всех видах».

В настоящее время данное преступление чаще всего заключается в торговле женщинами и детьми для занятия проституцией. Основным международно-правовым актом, регламентирующим борьбу с этим преступлением, является Конвенция о борьбе с торговлей людьми и с эксплуатацией проституции третьими лицами от 2 декабря 1949 г.1 В соответствии с ней международными уголовными преступлениями являются следующие деяния: сводничество, склонение или совращение в целях проституции другого лица, даже с его согласия; эксплуатация проституции другими лицами, даже с их согласия; содержание дома терпимости или управление им, а также сознательное финансирование и участие в финансировании дома терпимости; сдача в аренду или в наем здания либо другого места с осознанием того, что они будут использоваться в целях проституции третьими лицами; покушение на совершение указанных выше действий, а также подготовка к ним и умышленное соучастие в этих действиях. 20 ноября 1989 г. была принята Конвенция о правах ребенка2, признающая международными преступлениями следующие деяния: склонение или принуждение ребенка к любой незаконной сексуальной деятельности; использование в целях эксплуатации детей в проституции или в другой незаконной сексуальной практике; использование в целях эксплуатации детей в порнографии и порнографических материалах.

Часть 2 ст. 1271 УК РФ предусматривает повышенную ответственность за торговлю людьми, совершенную при отягчающих обстоятельствах: а) в отношении двух или более лиц; б) в отношении заведомо несовершеннолетнего; в) лицом с использованием своего служебного положения; г) с перемещением потерпевшего через Государственную границу РФ или с незаконным удержанием его за границей; д) с использованием поддельных документов, а равно с изъятием, сокрытием либо уничтожением документов, удостоверяющих личность потерпевшего; е) с применением насилия или угрозой его применения; ж) в целях изъятия у потерпевшего органов или тканей; з) в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного; и) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.

Часть 3 данной статьи предусматривает ответственность за те же деяния, совершенные при особо отягчающих обстоятельствах: а) повлекшие по неосторожности смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия; б) совершенные способом, опасным для жизни и здоровья многих людей; в) совершенные организованной группой. Все эти отягчающие и особо отягчающие обстоятельства понимаются в соответствии со ст. 105, 111, 201 и 285, 322, 327 Особенной части, а также ст. 35 Общей части УК РФ.

В соответствии с примечанием 1 к ст. 1271 УК РФ лицо, впервые совершившее деяние, предусмотренное ч. 1 или п. «а» ч. 2 данной статьи, добровольно освободившее потерпевшего и способствовавшее раскрытию совершенного преступления, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Согласно примечанию 2 к этой же статье УК РФ под эксплуатацией человека понимаются использование занятия проституцией другими лицами и иные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги), подневольное состояние.

Статья 1272. Использование рабского труда. Статья включена в УК РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ.

В 2004 г. было зарегистрировано 8, в 2005 г. — 20, в 2006 г. — 19, в 2007 г. — 35, в 2008 г. — 10 преступлений, предусмотренных данной статьей 1272УК РФ.

Часть 1 ст. 1272 УК РФ предусматривает ответственность за использование труда человека, в отношении которого осуществляются полномочия, присущие праву собственности, в случае, если лицо по не зависящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ (услуг).

Объект преступления — свобода человека.

Объективная сторона характеризуется действием — использованием труда человека, в отношении которого осуществляются полномочия, присущие праву собственности (в случае если это лицо по не зависящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ-услуг)).

Субъект преступления — лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом (лицо осознает, что использует рабский труд, и желает этого).

Понятие рабского труда вытекает из понятий рабства и раба, определяемых международно-правовыми актами, содержание которых приводилось при характеристике состава преступления, предусмотренного ст. 1271УКРФ.

В ч. 2 ст. 1272 УК РФ предусматривается повышенная ответственность за деяние, совершенное при отягчающих обстоятельствах: а) в отношении двух или более лиц; б) в отношении несовершеннолетнего; в) лицом с использованием служебного положения; г) с применением шантажа, насилия или угрозы его применения; д) с изъятием, сокрытием либо уничтожением документов, удостоверяющих личность потерпевшего.

Шантаж — это угроза распространить сведения (как подлинные, так и ложные), компрометирующие потерпевшего. Другие отягчающие обстоятельства понимаются так же, как в составе преступления, предусмотренного ст. 1271 УК РФ.

Часть 3 ст. 1272 УК РФ конструирует состав данного преступления при особо отягчающих обстоятельствах: повлекшие по неосторожности смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия либо совершенные организованной группой.

Незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128 УК РФ). В 1997 г. было зарегистрировано 9, в 1998 г. — 4, в 1999 г. — 7, в 2000 г. — 7, в 2001 г. - 11, в 2002 г. - 9, в 2003 г. - 2, в 2004 г. - 5, в 2005 г. - 2, в 2006 г. — 4, в 2007 г. — 4, в 2008 г. — 3 преступления, предусмотренных ст. 128 УК РФ.

Часть 1 ст. 128 УК РФ устанавливает ответственность за незаконное помещение в психиатрический стационар.

Существование такой уголовно-правовой нормы в российском уголовном законодательстве вызвано тем, что в тоталитарном государстве объявление человека психически больным было одним из способов внесудебной расправы и внесудебного лишения свободы в отношении инакомыслящих. Так, в годы «классического застоя» (60-е гг. — первая половина 80-х гг. XX в.) советского государства и общества диагноз психической болезни и помещение человека в «психушку» действительно был распространенным способом расправы с теми, кто выступал против господствующей идеологии, против официальной политики коммунистической партии и советского государства. В этих случаях власти «освобождались» от доказывания составов преступлений, предусмотренных, например, ст. 70 (антисоветская агитация и пропаганда) и ст. 190' (распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй) УК РСФСР 1960 г. Неугодное лицо без следствия и обвинительного приговора помещалось в психиатрическую больницу, и фактически это было настоящим видом лишения свободы.

Подтверждением этой карательно-психиатрической практики являлась, например, подобная расправа с известным правозащитником генералом П.Г. Григоренко. Все его «сумасшествие» заключалось в том, что сразу же после XX съезда КПСС (1956 г.), впервые осудившего культ Сталина и связанные с ним массовые репрессии, он потребовал суда над находившимися тогда еще в добром здравии виновными в массовых репрессиях, а также в неоправданных потерях в начале Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.). На основании судебнопсихиатрической экспертизы он был признан душевнобольным, за чем последовали годы его насильственного лечения. Но и тогда были смелые и честные медики. Молодой киевский психиатр С. Глузман по истории болезни П.Г. Григоренко провел контрэкспертизу, отрицавшую диагноз. Сам автор такой экспертизы в 1972 г. был осужден к 10 годам лишения свободы со ссылкой по обвинению в антисоветской агитации и пропаганде. То были дела 60—70 гг. XX в. Однако следует вспомнить, что великий советский ученый и гуманист А.Д. Сахаров помещался в горьковскую психиатрическую больницу уже в 80-е гг., где его также пытались «излечить» от таких «психопатических» качеств, как совесть, правдолюбие и в особенности непримиримость к нарушениям прав человека1.

Горбачевские перестройка и гласность, высветившие этот позор советской психиатрии (а заодно и юриспруденции), способствовали установлению уголовной ответственности за помещение в психиатрическую больницу заведомо психически здорового человека. Эта уголовноправовая норма была введена Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 января 1988 г.[12] (ст. 1262 УК РСФСР).

Статья 128 УК РФ расширяет и усиливает уголовно-правовые гарантии охраны свободы человека и связывает уголовно-правовой запрет с помещением в психиатрическое лечебное заведение не только психически здорового человека, но и вообще с незаконным помещением туда

  • [1] СЗ СССР. 1936. № 34. Ст. 309. 2 ВВС РСФСР. 1971. № 42. Ст. 881 (утратил силу). 3
  • [2] См.: ВВС РСФСР. 1965. № 1. С. II.
  • [3] ВВС СССР. 1987. № 45. Ст. 747. Московский журнал международного права. 1994. № 1. С. 153-180.
  • [4] См.: ВВС РСФСР. 1963. № 8. С. 8.
  • [5] См.: ВВС РСФСР. 1961. №4. С. 10-11.
  • [6] См.: ВВС РСФСР. 1974. № 4. С. 16.
  • [7] ВВС РСФСР. 1987. № 30. Ст. 1087 (утратил силу). 2 ВВС РСФСР. 1988. № 2. Ст. 35 (утратил силу).
  • [8] Ведомости СНД и ВС СССР. 1989. № 22. Ст. 418 (утратил силу). 2 Ведомости СНД и ВС СССР. 1990. № 22. Ст. 391.
  • [9] См.: ВВС РФ. 1998. № 9. С. 5. 2 См.: ВВС РФ. 2000. № 3. С. 21.
  • [10] СЗ РФ. 2003. № 50. Ст. 4848.
  • [11] Международная защита прав и свобод человека: сб. документов. М., 1990. С. 201-205. 2
  • [12] Справедливости ради следует сказать, что такой метод расправы с инакомыслящими был изобретен еще в далекие досоветские времена. Стоит вспомнить историю с автором опубликованного в 1836 г. «Философического письма» (первого) — П.Я. Чаадаевым, взгляды которого серьезно расходились с официальной идеологией николаевской эпохи. По высочайшему повелению Николая 1 автор был объявлен сумасшедшим и взят под ежедневное наблюдение с посещением того на дому врачом (при этом московскому военному генерал-губернатору предписывалось ежемесячно информировать царя о состоянии здоровья П.Я. Чаадаева). 2
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >