ОБЩИЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Общие проблемы развития

ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Современные тенденции развития психологических исследований (на примере Института психологии РАН)

Современные тенденции развития

ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

(на примере Института психологии РАН)*

Введение

Вначале целесообразно выделить общие и наиболее значимые характеристики психологических исследований в ИП РАН.

Они развиваются в рамках сформировавшейся научной школы, основателем которой является Б. Ф. Ломов и которую справедливо называют «ломовской», «ленинградско-московской», «ипрановской» и т. п. В фундаменте этой школы, в свою очередь, лежат известные научные школы Б. Г. Ананьева, В. М. Бехтерева, В. Н. Мясищева, С. Л. Рубинштейна. Научная преемственность и приверженность традициям характерны для современной научно-исследовательской деятельности Института. В этом состоит историческая релевантность психологических исследований в ИП РАН.

Одним из свидетельств сегодняшнего внимания к истокам и различным этапам формирования научной школы ИП РАН являются три серии научных изданий, выпущенных за последние годы издательством «Институт психологии РАН». Первая - это «Выдающиеся ученые ИП РАН», в которой (в хронологическом порядке выхода в свет) изданы важнейшие труды К. К. Платонова (2005), А. В. Брушлинского (2006), В. Б. Швыркова (2006), Б. Ф. Ломова (2006)

В основу положен пленарный доклад на юбилейной научной конференции 31 января 2007 г., посвященной 35-летию Института психологии РАН и 80-летию со дня рождения Б. Ф. Ломова.

и В. Н. Дружинина (2007). Вторая - «Научные школы ИП РАН», в которой вышли в свет большие труды, посвященные психологии творчества - Школе Я. А. Пономарева (2006) и математической психологии - школе В.Ю. Крылова (2010). Третья - это «Достижения в психологии», в которой опубликованы фундаментальные работы известных современных психологов: Л. И. Анцыферовой по проблемам развития личности и геронтопсихологии (2004, 2006), Д.Н. Завалишиной по практическому мышлению (2005), оригинальная работа В. А. Пономаренко по психологии труда как профессии (2007), работы В. А. Бодрова по психологии профессиональной деятельности (2006) и психологии профессионального утомления (2009), А. А. Митькина по психологии развития (2009), В.Д. Шадрикова по психологии индивида и индивидуальности (2009), В. П. Морозова по проблемам невербальной коммуникации (2011) и Т. Н. Ушаковой по психологии речи и психолингвистике (2011). Все эти работы реально выполняют методологические функции в организации современных исследований в ИП РАН.

При создании Института научным основанием программы его исследований фактически выступил целостный антропологический подход, в соответствии с которым в центр психологического изучения был поставлен человек во всем многообразии его характеристик, проявлений и т. д. В соответствии с антропологическим подходом была предложена и структура лабораторий ИП РАН, способных вести исследования от нейрофизиологических основ психики до ее проявлений в социальном взаимодействии, от разработки методологических проблем психологии до выполнения ориентированных на практику исследований. Как ни сложна была история развития ИП РАН, принцип антропологизма в организации исследований и соответствующая ему структура Института сохранились. Целостный, многоуровневый, системный подход к человеку - характерная особенность современных психологических исследований в ИП РАН.

Психологические исследования в нашем Институте характеризуются высокой социальной релевантностью, то есть научной и практической востребованностью, теоретической и практической актуальностью, их значимостью как для развития психологической науки в целом, так и ее многочисленных отраслей и различных сфер общественной практики.

Для научных работ Института характерен определенный баланс теоретических, эмпирических (в том числе экспериментальных) и ориентированных на практику исследований при некотором приоритете развития фундаментальных научных направлений, обращенных в будущее психологической науки. В историческом обеспе чении баланса различного типа исследований существенную роль сыграл методологический принцип единства теории, эксперимента и практики, который применительно к психологической науке впервые получил обоснование в работах Б. Ф. Ломова и реализацию -в исследованиях ИП РАН. Стремление к высокому уровню научности и фундаментальности - сохранившаяся характеристика деятельности наших научных сотрудников и подразделений в целом.

Психологические исследования в ИП РАН развивались и развиваются в настоящее время в русле отечественной и мировой психологической науки, поэтому многое в их развитии имеет общие тенденции, при сохранении, конечно, определенной специфики.

Не останавливаясь на подробном анализе конкретных вкладов тех или иных сотрудников и лабораторий ИП РАН в дальнейшее развитие психологической теории и методов исследования, тем не менее необходимо констатировать глубокую обоснованность современной постановки ими новых научных и научно-практических проблем, разработки научных направлений их исследования, формирования новых отраслей психологического знания и трезвой оценки возможностей их развития. Много таких работ появилось в последние годы. Приведу здесь лишь некоторые примеры.

Под научным руководством Т. Н. Ушаковой и Н. Д. Павловой выполнен целый цикл комплексных исследований дискурса - вербальной коммуникации, «погруженной в жизнь», его роли в различных сферах социальной практики. Это позволило сформировать в ИП РАН психологию дискурса как научное направление современных исследований.

В. В. Знаков, развивая и интегрируя идеи психологической теории субъекта и психологии понимания как его специфической функции, разрабатывает новое научное направление - психологию человеческого бытия. Фундаментом служат исследования экзистен-циональных проблем понимания человеческой жизни.

Ю.Я. Голиков и А.Н. Костин обосновали необходимость разработки психологических проблем высоких технологий как междисциплинарной области психологического знания, за счет интенсивных исследований в которой будет развиваться не только психология труда и инженерная психология, но и общая психологическая теория взаимодействия, теория индивидуального и группового субъекта и др.

Н. В. Тарабрина со своими сотрудниками и учениками активно изучает роль психосоциальных стрессоров в динамике и этиологии онкологического заболевания (на примере рака молочной железы). Удалось убедительно доказать существенное влияние психосоциальных стрессоров на развитие заболевания.

Ал. Н. Лебедев обосновал целесообразность оформления и обозначил перспективы становления социальной психологии культуры, в рамках которой необходимо исследовать различные формы дистинктивного поведения человека как одного из важных условий и психологических механизмов возникновения новых социальных норм.

В. Н. Носуленко продолжает разработку психофизики восприятия естественной среды, предложив авторскую концепцию и радикальным образом повысив репрезентативность результатов научных и научно-практических исследований в соответствующей области.

А. В. Юревич целенаправленно выявляет и изучает психологические проблемы современного общества в целом, что в результате позволит сделать важные шаги в направлении формирования так называемой макропсихологии (или психологии общества).

Среди современных тенденций развития психологических исследований человека и его общностей можно выделить несколько наиболее значимых и соответствующих дифференцирующим признакам науки, принятым в науковедении. Ниже проанализируем состояние психологических исследований в ИП РАН с учетом ограниченного числа науковедческих признаков: развитие объектов и методов исследования в психологии, динамика положения и связей психологии в системе других наук, развитие ее методологии и теории.

Развитие психологических исследований по их объектам

Объекты исследования (понимаемые как «носители» психологических явлений), реально изучавшиеся в последние годы российскими психологами и представленные в докладах на ежегодных итоговых и тематических научных сессиях ИП РАН, в программах его юбилейных научных конференций и т. д., чрезвычайно многообразны и разнородны по своим сущностным характеристикам, причем основные и типичные для психологии объекты постоянно дополняются новыми. В качестве объектов исследования выступают ныне занятые новыми профессиональными видами деятельности работники, пользователи современной техники и высоких технологий, ветераны боевых действий, учащаяся и работающая молодежь, деловые женщины, наемные работники и руководители организаций, предприниматели российских регионов, аутичные дети, матери наркозависимых детей, дистинктивно ведущая себя категория людей и др.

Следующая важная особенность современных объектов психологического исследования ИП РАН и отечественной психологии в целом состоит в том, что в них представлен по преимуществу анализ необычных, нетипичных, нестандартных явлений, свойственных социальной действительности, то есть отражены реалии российского общества на современном этапе его развития. Эти явления с некоторой степенью условности можно обозначить как социальные и психологические отклонения (девиации). Например:

  • • психологические травмы, посттравматические стрессовые расстройства, вызванные участием в боевых действиях и многими другими причинами;
  • • противодействующее (или «троянское») обучение, выгодное его организатору, а не обучаемому;
  • • раннее экономическое образование как некомпенсированная форма педагогической девиации;
  • • социально-психологические корни терроризма, личностные характеристики террористов и психологические особенности их поведения;
  • • наркозависимое поведение представителей разных возрастных категорий;
  • • многообразные формы манипулятивного поведения в управленческой и педагогической практике;
  • • социально-психологические феномены лжи и дезинформации;
  • • дистинктивное поведение как стремление выделиться из социальной среды и привлечь к себе внимание окружающих людей и др.

В этой связи необходимо специально отметить, что в изучении отдельных негативных явлений психологами достигнута большая глубина и высокая степень дифференцированности анализа того или иного феномена. В частности, такая оценка относится к исследованиям содержания, психологических механизмов и возрастной динамики лжи и обмана, выполненным В. В. Знаковым, Е. А. Сергиенко, их учениками и характеризующимся детальностью изучения феноменов неправды, полуправды, умалчивания, лжи, вранья, обмана, дезинформации и т. д., каждый из которых имеет свою психологическую специфику.

Как объекты исследования, так и изучаемые феномены свидетельствуют о высокой социальной, в том числе практической, релевантности психологической науки. Многие темы и проблемы психологических исследований не просто связаны с негативными сторонами жизни современного российского общества, но зачастую формулируются из нее, инициируются и ставятся самой жизнью как актуальные и требующие специального психологического анализа. И в этом, конечно, заключена позитивная роль психологической науки в современном обществе.

По критерию экстенсивного развития в психологической науке все меньше известных явлений сохраняется в качестве «белых пятен», хотя таковые не только остаются, но и всегда будут, так как жизнедеятельность общества порождает острые проблемы гораздо быстрее, чем они становятся объектом и предметом изучения. Нередко создается такое впечатление, что психологи искренне пытаются «догнать» острые проблемы российского общества, но «догнать» их объективно невозможно, ибо в реальной жизни порождаются все новые и не менее сложные проблемы.

Показательными в этом отношении являются современные исследования психологии женщин, которые стали активно проводиться в последнее десятилетие и в настоящее время продолжают развиваться по нарастающей. Конечно, сам интерес к изучению психологии женщины - бесспорно, позитивное явление. Без этого принципиально невозможно знать психологию современного человека: ни ребенка, ни школьника и студента, ни тем более мужчины. Однако анализ конкретных исследований показывает, что интерес у специалистов вызывают такие категории, как: деловые женщины, женщины-предприниматели, лидеры, политики, женщины-алкоголички и наркоманки, женщины-содержанки и проститутки, жены «новых русских», жены-мужеубийцы, женщины-отказницы (от детей) и т.д., и т. п.

Не претендуя на результат историко-психологического анализа, хочется все-таки высказать следующее мнение: если в советский период нашей истории в отечественной психологии преимущественно (но, конечно, далеко не только) изучался несколько идеализированный человек, то в последние примерно 15-17 лет психологические исследования характеризуются явно выраженной акцентуацией интереса на негативных феноменах в жизни современного человека, социальных групп и общества в целом.

В данной тенденции развития психологических исследований по их объектам усматривается, с одной стороны, влияние прежде всего острой и даже «кричащей» актуальности перечисленных выше и многих других необычных, нестандартных явлений российского общества, неизбежно обращенных в том числе и к психологической науке; с другой - влияние высокой степени осознания исследователями и психологическим сообществом в целом своей социальной ответственности за изучаемые явления. Однако в результате такой тенденции постепенно формируется образ психологии как науки, реально имеющей дело преимущественно с редкими объектами (явлениями), что совершенно недопустимо для большинства социальных и гуманитарных наук. В этом таится даже некоторая опасность для будущей востребованности психологической науки со стороны других научных дисциплин и со стороны общества.

Такая тенденция вызывает необходимость формулирования важнейшего вопроса: как же быть с исследованиями психологии обычных людей, составляющих подавляющее большинство российского общества, если они не лидеры и не политики, не алкозависимые и не наркозависимые, не предприниматели и не «новые русские» и даже не их жены, не коммерсанты и не банковские работники, не характеризуются криминальным поведением и не являются террористами и т. д.? Невозможно же сказать, что психология обычных людей проста, хотя мы их и называем «простые люди», и что и все в их поведении мы понимаем и можем объяснить или что психологи потеряли к ним интерес?! В ближайшие годы будет происходить в хорошем смысле «возврат» (но на новом уровне) психологов-исследователей к изучению психологии человека, занятого производительным трудом и глубоко включенного в жизнь своей семьи. Должен возродиться интерес к исследованию массовых профессий, в том числе и новых, «забытых» первичных трудовых подразделений, не переставших быть коллективами для работников, и многого другого, исторически традиционного и специфичного для отечественной психологии, - промышленной и организационной, педагогической и семейной и т.д.

Согласен с мнением В. А. Пономаренко: по большому счету, важнейшая задача психологов состоит в том, чтобы работать на опережение текущей жизни. Хотя это и чрезвычайно сложно, но необходимо.

Развитие методов психологического исследования

В развитии методов психологического исследования можно отметить ряд четко выраженных тенденций. Во-первых, это тенденция их интегрирования, основанного прежде всего на принципе комплексности. Во-вторых, поиск оригинальных способов организации исследования и разработка целостных исследовательских программ, включающих как сбор первичных данных, так и последующий их анализ. В-третьих, как минимум, взаимное дополнение качественных и количественных методов исследования, идиографи-ческого и номотетического подходов и в целом естественнонаучной и гуманитарной парадигм изучения психики и т.д.

В связи с явным доминированием интеграционных тенденций в развитии методов психологического исследования, целесообразно сформулировать следующий вопрос: современная интеграция способов и приемов изучения, пусть даже взаимно дополняющая, является ли необходимой и в какой-то степени вынужденной из-за отсутствия соответствующего адекватного, валидного метода исследования, то есть из-за своеобразного методического дефицита? Или же конкретная форма интеграции есть результат, следствие научных представлений ученого, его системного мышления и определенной логики научного исследования?

Разработка принципиально новых исследовательских методов, особенно сбора первичных данных, является большой редкостью и важным событием в истории психологической науки, инструментарий которой в последние несколько десятилетий пополнялся главным образом за счет смежных отраслей социальных и гуманитарных наук. К примерам такого продуктивного взаимодействия относятся использование в психологии управления, организационной и экономической психологии метода экспертных оценок, разработанного в экономической науке, применение метода фокус-групп в социальной, политической, экономической, организационной психологии, психологии рекламы и других отраслях (хотя сам метод был заимствован из маркетинга) и т. п. Развитие методов психологического исследования за счет интенсивного сотрудничества с другими смежными науками представляет собой явно выраженную и закономерную тенденцию. В этой связи хочется подчеркнуть, что поиск новых междисциплинарных контактов крайне необходим и, безусловно, будет оправдан. Особенно интересны контакты с такими науками, как история, регионоведение, этика, искусствознание, культурология и т. д., в которых накоплены оригинальные методические разработки и которые пока не относятся к категории наук, традиционно взаимодействующих с психологией, однако заключают в себе огромный потенциал такого взаимодействия.

Следует также констатировать, что современные и интенсивно развивающиеся компьютерные технологии, принципиально расширившие возможности обработки получаемых в исследовании данных и в какой-то степени их анализа, не привели к радикальному изменению методических возможностей в сборе первичных данных, то есть собственно методов психологического изучения.

В исследованиях сотрудников ИП РАН методические проблемы в качестве самостоятельных ставятся регулярно. Причем это проблемы как общего характера (например, соотношение методологии, метода и методики исследования на современном этапе развития психологической науки, проблема перехода от онтологического описания к адекватным методам исследования, вопрос организации современных психологических исследований и др.), так и частного, более конкретного (надежность используемого психометрического инструментария, валидизация новых исследовательских приемов, оценка возможностей и ограничений конкретных методик и т. д.).

Методические разработки сотрудников ИП РАН оказались столь значительными, что позволили открыть издательскую серию «Методы психологии», в которой за последние семь лет, пока существует эта серия, вышли в свет отдельные издания, посвященные методическим проблемам этнопсихологических исследований (Е. Н. Резников), методу пролонгированной диагностики и формирования креативности у младших школьников (Г. В. Ожиганова), современным методикам психофизических исследований (В. Н. Носуленко, И. Г. Скотникова), методам оценки субъективного качества жизни (Т. Н. Савченко, Г. М. Головина), методам исследования психологических структур и их динамики, причем в 5-и выпусках (Г.М. Головина, Т. Н. Савченко), методическим приемам оценки степени переживания террористической угрозы (Н. В. Тарабрина, Ю. В. Бы-ховец), адаптированной русскоязычной версии теста Дж. Мэйера, П. Сэловея и Д. Карузо «Эмоциональный интеллект», MSCEIT v. 2.0 (Е. А. Сергиенко, И. И. Ветрова), методу экспертных оценок и опыту его применения в работе с персоналом (С. В. Гуцыкова).

По нашему мнению, наиболее значительными работами методического содержания, выполненными в ИП РАН за последние годы, являются следующие:

  • • опросник В. М. Русалова, разработанный в лаборатории психологии и психофизиологии индивидуальности и направленный на оценку свойств темперамента. Он получил широкую известность и реально используется в исследованиях других психологических лабораторий и кафедр России;
  • • оригинальная методика В. П. Морозова по оценке искренности/ неискренности говорящего, разработанная в лаборатории психологии и психофизиологии индивидуальности и получившая в качестве изобретения патент РФ;
  • • опросник ЭмИн, разработанный Д. В. Люсиным в лаборатории психологии и психофизиологии творчества (2003-2007 гг.). Он позволяет оценить уровень эмоционального интеллекта, про-

В настоящее время данная лаборатория объединена с лабораторией психологии способностей и ментальных ресурсов имени В. Н. Дружинина ИП РАН.

диагностировать способности человека к пониманию, адекватной оценке и управлению как отдельными эмоциями, так и сложными эмоциональными состояниями, проявляющимися во внутриличностной и межличностной сферах;

  • • метод интент-анализа, разработанный в лаборатории психологии речи и психолингвистики под научным руководством Т.Н. Ушаковой и Н.Д. Павловой, предусматривает реконструкцию стоящих за речью интенций субъекта - его намерений, устремлений в осуществляемых актах общения и взаимодействия;
  • • теоретические принципы и метод историко-психологической реконструкции явлений, характерных для конкретных исторических периодов развития общества, разработанные В. А. Кольцовой в лаборатории истории психологии и исторической психологии;
  • • метод психологической реконструкции (или психосоциальной реконструктивной диагностики), предложенный Е. П. Ермолаевой и направленный на выявление нравственной и мотивационно-ценностной основы реальных профессиональных поступков по проекциям в речи, текстах, документах и т. д. Этот метод по сути представляет собой ретроспективное психологическое моделирование причинно-следственных связей;
  • • теоретические модели и целый комплекс адаптированных и оригинальных методик клинико-психологической диагностики посттравматического стресса, систематизированных и апробированных Н. В. Тарабриной с коллегами в лаборатории психологии посттравматического стресса.

Анализируя современные тенденции в развитии методов психологических исследований, нельзя не сказать о явно возрастающем внимании специалистов к разработке так называемых качественных методов, использование которых требует особой исследовательской культуры, имеющей в истории психологии известные традиции. С большой уверенностью можно утверждать, что возрождение и развитие качественных методов психологического анализа есть одна из современных тенденций. Из приведенных выше новейших методических разработок к ним фактически относятся методы историко-психологической реконструкции, интент-анализа и психологической реконструкции. Интересен тот факт, что разработаны они были в самых разных отраслях психологии: исторической психологии, психолингвистике и психологии труда. При этом всем им предшествовали фундаментальные исследования, позволившие первоначально выйти на теоретические модели, послужившие основанием разработки самих методов. Указанные качественные методы изучения психологических явлений, в свою очередь, позволяют использовать несложный математический аппарат, что в некоторой степени может также свидетельствовать о возможности интеграции качественных и количественных приемов исследования в современной психологии.

Можно высказать и предположение о том, что в ближайший исторический период много нового в развитии методов психологических исследований будет связано именно с качественными методами. Эта тенденция объясняется несколькими причинами, но главное все же состоит в том, что во многих случаях при решении научных задач (особенно поискового характера) в принципе сложно или практически невозможно использовать стандартизированные технологии, более строгие эксперименты и количественные методы исследования. Это вызывает необходимость применения уже готовых или разработки новых качественных методов.

Оценивая современное развитие психологической науки, следует выразить особую озабоченность снижением доли экспериментальных (в строгом смысле) исследований и в ИП РАН, и в отечественной психологии в целом. Такое состояние экспериментальных исследований, к сожалению, продолжительный период не обсуждалось в ходе многочисленных научных дискуссий. В памяти остается только крупная Всероссийская конференция РПО по теме «Методы психологии», прошедшая в Ростове-на-Дону в 1997 году, то есть 14 лет назад. И лишь в 2010 году в Москве профессиональное психологическое сообщество снова вернулось к серьезному обсуждению данной проблемы на Всероссийской конференции, специально посвященной состоянию и перспективам развития экспериментальной психологии в России. Конечно, разговоры по этим вопросам велись и по-прежнему ведутся в кулуарах многих конференций, являясь по сути фактическим продолжением и расширением самих дискуссий.

В этой связи нужно заметить, что реальное развитие классического психологического эксперимента в традиционно экспериментальных областях психологии (психофизике, психофизиологии, психологии познавательных процессов и т.п.) требует больших финансовых вложений, необходимых для приобретения современной аппаратуры, новейших программ анализа полученных данных, построения сложнейших экспериментальных комплексов и т. п. Без этого экспериментальные исследования не могут выполняться на современном уровне. В то же время такое объяснение становится слишком простым, поскольку затушевывает более глубокие причины сложившегося положения дел. Проблема требует профессионального анализа и поиска соответствующего выхода из этой ситуации через ее изменение.

В настоящее время трудно или даже совсем невозможно понять состояние и направления развития экспериментального метода в психологической науке без специального и глубокого анализа тенденций его использования в области психофизиологии. По моему мнению, исследования именно в данной и некоторых других отраслях психологии наиболее репрезентативно характеризуют развитие экспериментального метода. В чем же состоят современные тенденции такого развития в психофизиологических исследованиях в целом и в работах нашего Института, в частности?

Во-первых, необходимо отметить широкое внедрение все новых и новых способов картирования активности мозга: магнитоэнцефалографии, позитронно-эмиссионной томографии, ядерно-магнитной резонансной интроскопии и др. Эти новейшие методы используются для разработки в том числе и тех проблем, которые совсем недавно оценивались в психофизиологии как сугубо психологические. Исследуются, например: уверенность и неуверенность, интеллект и креативность, понимание и усвоение речи (в том числе жестовой), воображение и эмоции и многое другое. И в этом заключена определенная положительная тенденция изучения все более и более сложных психологических явлений с помощью экспериментальных психофизиологических методов. Усложнение изучаемых психологических явлений не предполагает отказ от высокорегла-ментированных способов исследования, а наоборот, предполагает совершенствование известных экспериментальных моделей и разработку новых.

Эта тенденция характеризует развитие психофизиологических исследований ИП РАН, направленных на изучение эмоций и сознания, имплицитного научения и индивидуальных способностей к обучению, изменения структуры и динамики индивидуального опыта при старении и др.

Во-вторых, выраженной тенденцией развития современной психофизиологии является переход от «механического», «стимульного» детерминизма к «холистическому», основанному на системном подходе. И на этом пути отечественная психофизиология занимает самые передовые позиции. Данная теоретическая тенденция на методическом уровне проявляется в переходе от аналитического исследования реагирования фиксированных и даже обездвиженных животных к изучению свободного поведения индивидов (и животных, и людей) в условиях, приближенных к естественным, или полностъю в естественной среде обитания. То есть, вторая тенденция развития состоит в движении экспериментирования к использованию модели естественного эксперимента и постоянному повышению доли такого рода исследований.

В-третьих, в настоящее время интенсивно разрабатываются методы психофизиологических исследований, позволяющих учитывать межиндивидуальные взаимодействия у животных и социальные взаимодействия у людей. Скорее всего, будущее психофизиологии именно за подобными методами экспериментальных исследований, предполагающих разработку прежде всего новых приемов регистрации показателей, в частности, телеметрических, и т.д. Данная тенденция может быть обозначена как ответное движение естественного эксперимента в направлении более полного и адекватного учета фактора взаимодействия, группового (социального) фактора.

Выделенные выше и другие тенденции в развитии экспериментальных исследований в психофизиологии имеют много общего с развитием экспериментального метода в других отраслях психологической науки.

Следует подчеркнуть, что эксперимент в его и лабораторных, и естественных формах стал играть важную роль в социально-психологических исследованиях. Именно в социальной психологии в настоящее время эксперимент не только достаточно широко используется, но и фактически развивается, особенно в форме естественного эксперимента. И в этом состоит тоже закономерная тенденция. Подтверждением тому является содержание нескольких крупных работ социальных психологов, выполненных в ИП РАН за последние годы:

  • • естественный обучающий эксперимент был использован для изучения влияния раннего экономического образования на динамику ценностных ориентаций личности младшего школьника (Т. В. Дробышева);
  • • игровой естественный эксперимент применялся для исследования регулятивной функции дезинформации в процессе межличностного общения (М. А. Красников);
  • • метод лабораторного эксперимента был реализован и в изучении психологических оценок рекламных текстов, объявлений и вывесок, в которых использовались различные формы обращения к потребителю, разные шрифты и цветовые сочетания в оформлении (О. В. Гордякова);
  • • приемы лабораторного эксперимента применялись для выявления социально-психологических механизмов различных форм дистинктивного поведения личности и механизмов возникновения нового в социальных нормах (Ал. Н. Лебедев).

В настоящее время строгий классический эксперимент реально является хотя и нечасто используемым методом, однако по-прежнему характерным для работы многих исследователей и примерно 2/з лабораторий ИП РАН.

Развитие междисциплинарных психологических исследований

Интенсивно развиваются различные виды междисциплинарных исследований, выполняемых в отечественной психологии на разных уровнях; специально и более подробно они будут рассмотрены нами в следующей главе.

Первый их вид - внутрипсихологический: это исследования на границах различных отраслей психологии, что стало наиболее характерным в настоящее время. Имеются в виду такие уже сформировавшиеся научные направления, как:

  • • исследования социального и эмоционального интеллекта, выполняемые на границах психологии интеллекта и социальной психологии (Д.В. Ушаков, Д.В. Люсин, Е.А. Сергиенко, И. И. Ветрова);
  • • интеллект и креативность в межличностном взаимодействии и социальной сфере в целом (проблема, интегрирующая психологию интеллекта, креативности и социальную психологию) (А.Н. Воронин, Т.Н. Тихомирова);
  • • исследования различных видов зрелости человека: личностной, интеллектуальной, эмоциональной, профессиональной, нравственной, социально-психологической и др., выполняемые на границах психологии развития с целым рядом других психологических отраслей: психологией личности, психологией труда, социальной психологией и т. д. (В. А. Бодров, А. Л. Журавлев, В.А. Кольцова, Т.А. Ребеко, В.М. Русалов, Е.А. Сергиенко, Н. Е. Харламенкова и др.);
  • • исследования субъективного качества жизни, включая качество трудовой жизни, субъективного экономического благополучия и т. п., объединяющие социальную и экономическую психологию, психологию личности и психологию труда (Г. М. Головина, В. Б. Рябов, Т. Н. Савченко, В. А. Хащенко, Н. Н. Хащенко и др.);
  • • психологические исследования структуры, динамики и детерминации социальных представлений личности и группы о различных явлениях, выполняемые на границах социальной психологии и психологии личности (К. А. Абульханова,

Н.Л. Александрова-Смирнова, М.И. Воловикова, Т.В. Дробышева, Т.П. Емельянова, А.Л. Журавлев, А.Б. Купрейченко, В.А. Ха-щенко) и многие другие междисциплинарные исследования.

Можно в очередной раз заключить, что поиск нового психологического знания эффективен именно на пересечении разных научных проблем, направлений или отраслей психологии. Интересен и тот факт, что вышеназванные темы уже составили или составляют основу подготовки целого ряда докторских диссертаций сотрудников ИП РАН, представляющих собой новые научные направления в психологии.

В настоящее время чрезвычайно актуальным является вопрос о конкретных перспективах развития междисциплинарных исследований внутрипсихологического уровня.

Во-первых, идет активный процесс формирования социальной психофизики. В ИП РАН под руководством В. Н. Носуленко проводится изучение психофизики восприятия естественной среды. Она неизбежно несет в себе важнейшие социальные компоненты, что и приводит к закономерной интеграции психофизических и социально-психологических исследований. Социальная психофизика уже сегодня фактически включает в себя кросскультурные психофизические исследования и имеет серьезные перспективы развития, как и классическая, и субъектная психофизика.

Не менее активно формируются смежные дисциплины на границах современной психофизиологии с другими и психологическими, и непсихологическими отраслями, особенно в связи с использованием методов картирования активности мозга и переходом к психофизиологическому анализу поведения в естественной среде. Так, интеграция нейронаук и психофизиологии, с одной стороны, и социальной и когнитивной психологии - с другой способствует формированию, в узком значении, социальной психофизиологии, а в более широком - социально-когнитивной нейронауки. Интеграция психофизиологии и экономической психологии в исследовании психофизиологических основ экономического поведения позволяет подойти к формированию социально-экономической психофизиологии как научного направления. И т. д.

Сегодня никого из специалистов уже не удивляют многие междисциплинарные формы интеграции теоретических подходов, методов исследования, научных направлений и даже отраслей науки.

Второй уровень междисциплинарных исследований - внешнепсихологический, то есть их выполнение на стыках психологической науки с социальными, медицинскими, техническими и другими науками. Соответствуя данной тенденции, в ИП РАН традиционно ведутся интенсивные исследования в таких отраслях психологии, как: психолингвистика (лаб. психологии речи и психолингвистики), организационная психология и психология управления (лаб. психологии труда и лаб. социальной и экономической психологии), историческая психология (лаб. истории психологии и исторической психологии), экономическая психология (лаб. социальной и экономической психологии, лаб. психологии личности), этническая психология (лаб. психологии личности, лаб. социальной и экономической психологии), онкопсихология, или психосоциальная, поведенческая онкология (лаб. психологии посттравматического стресса) и др., сформировавшиеся именно на соответствующих границах с лингвистикой, наукой управления (менеджментом), исторической и экономической науками, этнологией, онкологией и др.

Также очень важно сказать об острой необходимости развивать так называемую региональную психологию. И если современная этническая психология в России развивается уже достаточно хорошими темпами, в том числе и в ИП РАН (исследования М. И. Воловиковой, Т.П. Емельяновой, Е.Н. Резникова, Л.М. Сосниной, А. В. Сухарева и др.), то региональные психологические исследования по-прежнему остаются достаточно эпизодическими. И этот факт имеет место на фоне чрезвычайно интенсивного развития в нашей стране регионоведения и регионалистики - междисциплинарных научно-практических направлений, в разработку которых сегодня включены историки, экономисты, филологи, социологи, политологи, конфликтологи и специалисты других социогумани-тарных наук, но явно в меньшей степени - психологи. Региональная психология призвана изучать влияния конкретных регионов проживания на психологию человека и человеческих общностей: семьи, трудовых коллективов, больших социальных групп и т.д., выявлять, описывать и объяснять региональные различия в психологических явлениях.

Из исследований, относящихся к региональной психологии и выполненных в ИП РАН за последние годы, можно назвать несколько интересных работ:

  • • М. И. Воловикова и О. М. Кузнецова изучали представления о Европе и европейцах детей и подростков, живущих в Подмосковье и в станице Вешенской (на Дону);
  • • региональные особенности доверия предпринимателей к разным видам организаций (государственным и предпринимательским) исследовались А. Л. Журавлевым и В. А. Сумароковой

27

на примере сравнения предпринимателей из Москвы и из регионов (Калуги, Курска и Самары);

  • • комплексное этнорегиональное исследование социализации детей российских мигрантов и беженцев в новых для них регионах проживания было проведено О. И. Маховской с сотрудниками;
  • • многолетняя работа В.П. Познякова по теме «Социально-психологические особенности российского предпринимательства: региональный аспект» (исследования 1997,2001,2007 и 2010 гг.) будет продолжена, планируется выполнить очередной эмпирический «срез» по сопоставимой программе;
  • • коллектив исследователей (Н. В. Тарабрина, О. А. Ворона, Ю. В. Быховец) осуществил эмпирическое изучение социальных представлений о террористических актах у жителей (косвенных жертв терактов) различных регионов России: Москвы, Чеченской Республики и Забайкалья.

Сравнительные региональные исследования убедительно показали, что различия в социальной психологии (социальных представлениях, феноменах социализации, психологических отношениях и т. д.) личности и разных изучавшихся групп определяются особенностями (или разницей, в широком смысле) социальных условий, сложившихся в том или ином российском регионе. Наряду с таким общим фактором, в каждом исследовании выделяются также специальные и более конкретные условия - детерминанты социально-психологических феноменов. Например, в отмеченном изучении представлений о теракте обнаружено, что на его формирование оказывают влияние частота совершения терактов в конкретном регионе, степень близости последнего к эпицентру событий, особенности работы региональных СМИ и некоторые другие факторы. То есть конкретные исследования в области региональной психологии позволяют существенно нарастить возможности психологической науки в более точном описании и особенно в объяснении как ранее изучавшихся (без учета регионального фактора), так и новых социально-психологических явлений в современном российском обществе. Тем самым делается принципиально важный шаг в развитии исследований, направленных на более глубокое понимание психологии современного человека.

Итак, исследований, учитывающих региональный фактор, немало. Но главная проблема в том, что они носят разрозненный характер, нет возможности сопоставлять получаемые данные, сами регионы выбираются для исследования скорее случайно, исходя из возможностей исследователя, чем целенаправленно, с опорой на содержание научной задачи, и т.д. Главный же недостаток сегодня состоит в том, что пока отсутствует крупная комплексная программа исследования роли регионального фактора в становлении психологии человека и его общностей.

В настоящее время можно утверждать факт формирования и так называемого внепсихологического уровня междисциплинарных психологических исследований, выполняемых в рамках других (непсихологических) наук, и формирования в них целой сети психологических отраслей и специальностей (подробнее об этом в следующей главе). Инженерная психология в рамках технических наук стала внепсихологическим «первенцем», состоявшимся благодаря фундаментальным инженерно-психологическим работам Б. Ф. Ломова, Г. М. Зараковского, В. П. Зинченко, В. М. Мунипо-ва, В. А. Пономаренко. Далее появились клиническая психология в системе медицинских наук, социальная психология в системе социологической науки и др. Особые позиции среди них сегодня занимает «психофизиология», входя в качестве специальности в структуру трех разных наук одновременно: психологии, медицины и биологии.

Формирование такого рода междисциплинарных исследований -актуальная тенденция современного этапа развития психологической науки. Более того, она и далее утверждается сегодня процессами приобретения внепсихологического междисциплинарного статуса организационной психологией в виде «Организационного поведения» и экономической психологией - «Поведенческой экономики» в экономических науках. Безусловно, исследования Б. Ф. Ломова, В. Ф. Рубахина, А. И. Китова, А. В. Филиппова и др. в области психологии управления, научные представления А. И. Китова, В. Д. Попова, а также крупные работы ИП РАН последних лет по экономической психологии (А. Л. Журавлев, Н. А. Журавлева, А. Б. Купрейченко, Ал.Н. Лебедев, В.П. Позняков, В. А. Хащенко и др.) способствовали закреплению и развитию данной тенденции.

Развитие методологических и теоретических исследований

В настоящее время явно усилился интерес отечественных исследователей, в том числе и сотрудников ИП РАН, к методологическим и теоретическим проблемам психологии, а последующее ее развитие, по нашему мнению, будет и далее характеризоваться возрастанием такого интереса. Наиболее крупными работами методологического и теоретического содержания, выполненными и изданными в ИП РАН за последние 7 лет, являются:

  • • монографии В. А. Кольцовой «Методологические основы истории психологии» (2004 г.) и «История психологии: Проблемы методологии» (2008 г.);
  • • монографии А. В. Юревича «Психология и методология» (2005 г.) и «Методология и социология психологии» (2010 г.);
  • • коллективные работы под редакцией В. А. Барабанщикова «Идея системности в современной психологии» (2005 г.) и «Системная организация и детерминация психики» (2009 г.);
  • • коллективная работа под редакцией В. В. Знакова и 3. И. Рябикиной «Субъект, личность и психология человеческого бытия» (2005 г.);
  • • коллективные работы под редакцией А. Л. Журавлева и А. В. Юревича «Теория и методология психологии: Постнеклассическая перспектива» (2007 г.), под редакцией А. Л. Журавлева и В. А. Кольцовой - «Методология комплексного человекознания и современная психология» (2008 г.), под редакцией А. Л. Журавлева, Т. В. Марцинковской и А. В. Юревича - «Прогресс психологии: Критерии и признаки» (2009 г.), под редакцией

A. Л. Журавлева, В. В. Знакова, З.И. Рябикиной и Е.А. Сергиенко - «Субъектный подход в психологии» (2009 г.);

  • • монография А. В. Сухарева «Этнофункциональная парадигма в психологии» (2008 г.);
  • • крупные коллективные работы под редакцией А. Л. Журавлева,

B. А. Кольцовой и Ю. Н. Олейника «История отечественной и мировой психологической мысли: Постигая прошлое, понимать настоящее, предвидеть будущее» (2006 г.) и «История отечественной и мировой психологической мысли: Ценить прошлое, любить настоящее, верить в будущее» (2010 г.).

Последние из названных трудов, изданные с интервалом в 4 года, включают результаты выполненных «срезов» наиболее актуальных проблем и их конкретных решений в области методологии, теории и истории современной психологии. Они отличаются еще и тем, что в них представлены точки зрения ведущих российских психологов, своей специализацией имеющих названные области психологического знания, то есть методологов, теоретиков, историков. В подготовке этих научных трудов реализована координирующая роль ИП РАН в развитии фундаментальных психологических исследований. Можно выразить надежду на то, что в целом издательская серия ИП РАН «Методология, теория и история психологии», при условии ее успешной реализации, в полной мере будет способствовать и развитию психологической науки, и выполнению координационных функций.

Интерес к методологии, теории и истории психологии проявился и в некоторых других важных событиях, выражающих тенденции развития психологической науки. Во-первых, стал издаваться специализированный научный журнал «Методология и история психологии» (главный редактор - В. Ф. Петренко), который по определению призван отслеживать и представлять на своих страницах развитие методологических и историко-теоретических проблем в современной психологии. Во-вторых, регулярно работает вот уже 9 лет ежегодный методологический семинар (научный руководитель -В. В. Новиков) на базе ЯрГПУ и ЯрГУ, материалы которого издаются в виде ежегодного сборника научных трудов. В-третьих, в последние годы развернулась широкая заочная дискуссия о парадигмальных изменениях в отечественной психологии, в которой уже приняли участие многие психологи и специалисты других социогуманитар-ных наук. Можно и далее приводить все новые убедительные свидетельства возрастающего интереса к методологии, теории и истории психологической науки, однако в этом нет большой необходимости.

Целесообразно несколько подробнее и в качестве относительно самостоятельной тенденции рассмотреть важнейший теоретический вопрос о так называемом парадигмалъном «сдвиге» в современной психологии, а также в системе наук, изучающих человека, то есть о комплексном человекознании. В научной литературе 90-х годов XX века парадигмальные изменения обозначались не только как «сдвиг», но и более радикально: как «ломка», «взрыв», «революция», и, конечно, как парадигмальная «перестройка» и «трансформация», «пересмотр» и «реформа» парадигмальных положений. В этом отношении многообещавшие 1990-е годы не совсем оправдались. Однако это не означает, что в методологии и теории отечественной психологической науки ничего заметного не происходило и не происходит.

По нашему мнению, парадигмальные изменения состоялись и продолжаются не столько в форме «сдвига» или тем более «революции», сколько в виде развития системы научных представлений. Они наблюдаются не в каком-то одном, как правило, выделяемом тем или иным специалистом, направлении, а одновременно в нескольких направлениях развития психологической науки. Развитие современных научных направлений характеризуется гетерохронными тенденциями, фактически наметившимися в предыдущие десятилетия, другие тенденции наиболее ярко проявляются именно в настоящее время, а третьи - сегодня лишь намечаются и станут наиболее выраженными и актуальными в ближайшем будущем. Вопрос о том, к какой из названных категорий относится та или иная выделяемая ниже тенденция в развитии психологической науки, представляется невероятно сложным, но в то же время не столь принципиальным. Главное заключается в том, чтобы выделить наиболее характерные современные тенденции в методологии и теории психологии, которые адекватно представляют дальнейшее парадигмальное ее развитие и в соответствии с которыми целесообразно развивать психологические исследования, в том числе и в ИП РАН. К ним относятся, как минимум, следующие направления.

Во-первых, следует подчеркнуть продолжающееся движение психологии к объединяющей, синтезирующей, или интегративной, методологии, разработка, развитие и использование которой имеет место в самых разных конкретных формах. Прежде всего, это относится к комплексному, системному, синергетическому и другим подходам в психологической науке как к способам организации исследований, интерпретации получаемых данных и в целом как к способам познания окружающего природного и социального мира и себя в этом мире. Исторически сложилось так, что в научной школе ИП РАН особая роль принадлежала и по-прежнему принадлежит именно системному подходу как к некоему метаподходу (он получил обоснование в теоретических работах Б. Ф. Ломова). Различным же формам его развития и конкретизации всегда придавалось первостепенное значение, и далеко не только в ИП РАН.

В этой связи необходимо выделить несколько наиболее значимых направлений развития системной парадигмы в ИП РАН:

  • • методологический анализ современного состояния и перспектив развития принципа системности в психологии, обоснование требований к использованию системного метода исследования психических явлений, раскрытие его возможностей и ограничений - методологические работы, выполненные В. А. Барабанщиковым и под его научным руководством;
  • • реализация и развитие принципа полисистемности применительно к изучению психических свойств человека - исследования Д. Н. Завалишиной, выполненные на материале решения практических задач;
  • • обоснование и использование в психологических исследованиях понятия «системный комплекс», в частности при изучении межсистемных взаимодействий в сложнейших человеко-машинных комплексах, а также формулирование принципов межсистемного подхода - методологические разработки Ю.Я. Голикова и А. Н. Костина.

Конечно, современное состояние исследований психики с позиций системного подхода будет явно неполным, если не сказать о его раз витии в варианте метасистемного подхода, обоснованного А. В. Карповым в монографии «Метасистемная организация уровневых структур психики» (2004 г.), опубликованной в издательстве «Институт психологии РАН». В ней дано теоретическое обоснование и приведено экспериментальное доказательство того, что иерархически высшим уровнем в структурах психических процессов (на примере принятия решений), способностей, деятельности и др. является метасистемный - особый уровень организации, обусловливающий качественную специфичность как психики в целом, так и ее отдельных компонентов или подсистем.

Многие современные направления исследований по-прежнему свидетельствуют о высокой конструктивности системной парадигмы в психологической науке в целом и в развитии отдельных ее отраслей, научных направлений, в решениях конкретных проблем, в частности, осуществляемых в научных подразделениях (лабораториях) ИП РАН, например:

  • • системно-эволюционный подход в исследованиях лаборатории психофизиологии имени В. Б. Швыркова (Ю. И. Александров и др.);
  • • системный подход в исследовании психологии группы, коллективного субъекта, экономической социализации и самоопределения в лаборатории социальной и экономической психологии (Т. В. Дробышева, А. Л. Журавлев, А. Б. Купрейченко и др.);
  • • системно-деятельностный подход в исследованиях психической саморегуляции функционального состояния человека в лаборатории психологии труда (Л. Г. Дикая);
  • • системно-субъектный подход в исследованиях лаборатории психологии развития (Е.А. Сергиенко) и др.

Говоря о развитии современной интегративной методологии в психологической науке, нельзя не учитывать других уже сложившихся или формирующихся интеграционных подходов. Ограничимся перечислением самых основных, что, однако, никак не может быть свидетельством их меньшей значимости для современной психологии и тем более для ее будущего. Это холистический подход к анализу психологии человека, характерный для всей истории мировой гуманистической психологии и продолжающий оказывать авторитетное влияние на современную психологию, особенно на те ее отрасли, которые ориентированы на психологическую практику. Это подход к изучению психологии человека как целостного образования, не предполагающий, вопреки сложившимся современным традициям в исследовании психологии человека, дифференцировать ее на многочисленные «отраслевые фрагменты» и формирующийся в научной психологической школе Санкт-Петербургского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена (А. А. Грачев, В.Н. Панферов, В. В. Семикин и др.). Наконец, это бытийные подходы к анализу психологии человека (или психология бытия человека), ведущие свое начало из философско-психологических представлений С. Л. Рубинштейна и В. Франкла и развивающиеся в настоящее время прежде всего в теоретических направлениях.

Примерно последние 20 лет идет интенсивное изучение человека и социальных групп как субъектов, способных к активной, самостоятельной и социально ответственной деятельности, произвольной регуляции и рефлексии своего поведения и т. п. Исследования феноменов субъекта и субъектности в разных их формах и видах -вторая явно выраженная тенденция развития современных исследований в отечественной психологии, а не только в ИП РАН. Наиболее принципиальное положение, заслуживающее специального теоретического анализа, состоит в том, что интерес многих исследователей в настоящее время концентрируется на изучении известных и многообразных феноменов «самости» человека: его саморегуляции (Л. Г. Дикая, А. Б. Леонова, В. И. Моросанова, А. А. Обознов и др.) и самоутверждения (Н. Е. Харламенкова), самоактуализации и самореализации (Л. А. Коростылева, Ю. П. Поваренков и др.), са-мопрезентации (Ал. Н. Лебедев, Е. В. Михайлова, А. В. Романова, В. В. Хороших и др.) и самоопределения (А. Л. Журавлев, Е.А. Климов, А. Б. Купрейченко, Н.С. Пряжников и др.) и т.д. Все эти темы стали «высокочастотными» темами специальных психологических исследований, результаты которых предстали в виде крупных монографических работ. Именно в феноменах «самости» наиболее ярко проявляются субъектные характеристики личности (как, впрочем, и группы), составляющие активное, действенное начало в человеке, во многом определяющие особенности его действий и поступков, отношений и общения, деятельности и поведения, других форм активности и в целом жизнедеятельности человека.

Следовательно, и объекты психологических исследований становятся более «психологизированными», то есть более «нагруженными» психологическими феноменами, характерными и значимыми для них. В этом смысле можно говорить о тенденции возрастания «субъективизированности» объектов исследования в современной психологии, или, другими словами, об усилении значимости качеств субъектности изучаемых объектов.

Субъектный (или субъектно-деятельностный) подход, ведущий свое начало из работ С. Л. Рубинштейна и развитый в 70-80-е годы

XX века в трудах К. А. Абульхановой, а в 1990-е годы - А. В. Брушлин-ского, интенсивно продолжает развиваться, конкретизироваться и уточняться в современных исследованиях. Прежде всего - в теоретических работах К. А. Абульхановой, Л. И. Анцыферовой, В. А. Бодрова, А. Л. Журавлева, В. В. Знакова, В. А. Петровского, Э.В. Сайко, Е. А. Сергиенко и др., а в последние годы - и во многих отраслях психологии, научных направлениях и разных исследовательских центрах.

Одно из таких направлений, как уже было отмечено выше, заключается в формировании системно-субъектного подхода, разрабатываемого Е. А. Сергиенко в лаборатории психологии развития ИП РАН. В соответствии с данным подходом центром концептуальной схемы анализа психического является человек как субъект деятельности, общения, отношения и переживания. На каждом этапе своего развития субъект выступает носителем системных психических явлений (процессов, состояний и свойств), раскрывающихся в его взаимодействии с миром. Субъектность постепенно становится системообразующим фактором формирования сложной многоуровневой психической организации человека. В результате конкретных исследований, выполненных Е.А. Сергиенко и под ее научным руководством, выделено несколько уровней в процессе непрерывного становления субъектности человека: от протоуровней в раннем онтогенезе до уровней агента, наивного субъекта, субъекта деятельности, субъекта жизни.

Другое направление развития субъектного подхода характерно прежде всего для социальной, экономической и организационной психологии, психологии труда и управления. Это - исследования группового (или коллективного) субъекта, причем субъектные свойства выявляются на группах принципиально разного объема (численности): от диад и первичных коллективов (К.М. Гайдар, А. Л. Журавлев, В. А. Хащенко, А. С. Чернышев и др.) до больших социальных групп студентов, наемных работников, предпринимателей, управленцев, ветеранов ВОВ, безработных, территориальных групп и др. (Т.П. Емельянова, Н.А. Журавлева, А.Б. Купрейченко, С. В. Петрушин, В. П. Позняков, Э. В. Сайко и др.).

Субъектно-деятельностный подход продуктивно развивается и в психологии труда применительно к исследованиям профессиональной пригодности, которая рассматривается как свойство субъекта деятельности, наряду с работоспособностью, надежностью и др. (В. А. Бодров). В работах сотрудников ИП РАН и других научных центров анализируются, например, особенности отражения психологических уровней субъектности в характеристиках про фессиональной идентичности (Е. П. Ермолаева), разрабатываются современные представления о развитии субъекта профессиональной деятельности (Д. Н. Завалишина), о временных структурах его профессионального опыта (Ю. К. Стрелков), о профессиональной диагностике (Е. М. Иванова), о психической регуляции операторской деятельности в особых условиях (А. А. Обознов) и многие другие проблемы.

Третья тенденция современных психологических исследований характерна в целом для парадигмального развития наук о человеке. Она заключается в движении от исследования явлений, ставших более понятными и тем самым «простыми», к разработке неразгаданных, сложных феноменов, свойственных тому или иному историческому периоду. При этом таковым становится не всякое явление, осознаваемое исследователями как более сложное, а именно то, которое в каком-то смысле «посильно» для разработки в соответствующий период развития социальных и гуманитарных наук, т. е. для исследования которого уже имеется необходимый теоретический и эмпирический инструментарий.

В настоящее время, по нашему мнению, психологическая наука в полной мере подошла к пониманию необходимости изучать сложнейший комплекс нравственных и духовных (или духовно-нравственных') составляющих человека, его социальных групп и общества в целом.

Острая актуальность выделения данного научного направления психологических исследований обусловлена не только практическими потребностями современного российского общества, но и внутренней логикой развития самой психологической науки. Нравственно-психологические проблемы современной общественной жизни вызваны прежде всего потерей четких нравственных ориентиров в жизнедеятельности личности и социальных групп, снижением (хотя и, безусловно, временным) значимости нравственных и духовных ценностей, трансформацией структуры ценностных ориентаций личности и группы и т. д. В процессе же развития современной психологической науки обнаруживается явно возрастающий интерес исследователей к духовно-нравственной проблематике, которая сегодня становится основополагающей для понимания процессов становления и формирования современной личности, малых групп (семьи, круга друзей и т. п.) и многих больших общностей (общественных организаций и политических партий, предпринимательских и новых профессиональных групп, молодежных и женских движений, объединений матерей, пенсионеров, обманутых вкладчиков и т. д.).

Для таких разработок в психологической науке пока отсутствует необходимая «инфраструктура»: четко сформулированный предмет, выделенные (или обозначенные) научные направления и проблемы, адекватные методы и методики исследования, строгая система соотнесенных понятий и др., с помощью которых должна решаться фундаментальная теоретическая задача - формирование научной парадигмы, ориентированной на анализ нравственных и духовных свойств, качеств, состояний сознания и поведения современного человека. Именно в этом состоит уже наметившееся, не столько по способам организации исследований и интерпретации данных, сколько по содержанию изучаемых явлений, парадигмальное развитие психологической науки, которое тесно связано с формированием новых отраслей - психологии нравственности, или этической психологии, и духовной психологии, которые постепенно будут становиться одними из приоритетных и определяющих развитие системы современных отраслей «науки о душе». Важную роль в их становлении играют работы отечественных психологов: В. Д. Шадрикова - по духовным способностям и происхождению нравственности, В. А. Пономаренко - по духовным компонентам профессиональной деятельности (на примере летного труда), В. И. Кабрина - по поэтической сущности человека, А. А. Мелик-Пашаевой - по изучению духовно-нравственных оснований творчества, Л. М. Попова - по психологии добра и зла и новым возможностям диагностировать личность по их проявлениям, В. Е. Семеновой - о роли нравственных компонентов в формировании полиментальности российского населения, В. И. Слободчиковой - по проблемам развития внутреннего мира человека, Т. А. Флоренской - по использованию метода духовно-нравственного диалога в воспитательном процессе и психотерапии и мн. др.

Необходимо подчеркнуть, что и у сотрудников ИП РАН значительно возрос интерес к исследованию духовно-нравственных феноменов человека, о чем свидетельствуют конкретные разработки таких проблем, как: социальные представления о нравственном идеале современного человека (М. И. Воловикова); нравственно-психологическая регуляция социальной (в частности, экономической) активности, ценностно-смысловые образования самоопределяющегося субъекта (А. Л. Журавлев, А. Б. Купрейченко); нравственное самоопределение личности и группы (А. Б. Купрейченко, А.Е. Воробьева); динамика ценностных (включая нравственные) ориентаций личности и социальных групп в изменяющемся обществе (Н.А. Журавлева); роль нравственных (этических) регуляторов деятельности человека в условиях высоких технологий (Ю. Я. Голиков, А. Н. Костин); нравственная оценка различных манипулятивных форм воздействия (В. В. Знаков, А.Н. Поддъяков); критерии (в том числе психологические) нравственного прогресса (Ал. Н. Лебедев) и т.д. Показательно и то, что в последние годы научное сотрудничество ИП РАН с другими психологическими учреждениями, например, Казани и Томска, развивается в том числе по проблемам изменения (динамики) значимости ценностей современного человека, включая его нравственные, ценностные ориентации и жизненные смыслы.

В настоящее время необходимо продолжить профессиональную рефлексию первостепенных задач психологических исследований нравственности, предпринятую в коллективном труде ИП РАН «Психология нравственности» (отв. ред.- А. Л. Журавлев, В. А. Юревич, 2010 г.), и целенаправленно реализовывать данное направление исследований в российской психологии. Крайне важно проанализировать его соотношение с очень близкими, но по-другому названными научными направлениями, скорее всего, общего содержания: этическая, моральная, нравственная, духовная, духовно-нравственная психология и т. п.

Четвертой важнейшей составляющей современного парадиг-мального развития психологических исследований становится формирование психосоциального подхода к изучению психологии человека и его общностей. Психосоциальный подход предполагает специально организованное изучение закономерных связей психических явлений и общественной жизни человека, то есть решение психосоциальной проблемы, существенно дополняющей классические - психофизическую и психофизиологическую. Достоинство психосоциального подхода заключается в том, что он позволяет перейти от исследования психологии конструируемого исследователем (абстрактного или статистического) человека (экспериментального испытуемого, респондента и т. п.) к изучению психологии конкретного человека в реальном историческом времени. Этот подход позволяет исследовать его как «носителя» социокультурных, этнических, региональных и других социальных характеристик; как представителя конкретных социальных (экономических, профессиональных, управленческих, политических, образовательных и др.) групп; как действующего в конкретных общественно-исторических условиях и социальных ситуациях. Позволяет изучать человека, обладающего субъектными свойствами, то есть социально активного, самостоятельного, социально ответственного, способного к саморегуляции социального поведения и различным формам рефлексии и т.д. В этой связи в последние годы становятся чрезвычайно востребованными и эвристичными забытые или относительно новые для психологической науки общие, интегральные феномены и понятия, такие как «бытие», «жизнь», «жизнедеятельность», «жизнеосу-ществление», «взаимодействие» и другие, более точно отражающие сложнейшие формы активности как отдельного человека, так и социальных групп, по сравнению с не такими емкими феноменами и понятиями «отношения», «общения», «деятельности» и т. п.

Исследования психологии жизнедеятельности человека в динамично изменяющихся социальных условиях, выполненные отечественными психологами за последние примерно 20 лет, позволили принципиально изменить научные представления о закономерностях различных видов социального поведения (экономического, политического, организационного, правового, нравственного и т.д.), о его психологических механизмах, проанализированных не только по формально-динамической «оси» («устойчивость/изменчивость» социального поведения и др.), но и по содержательным основаниям жизнедеятельности человека - жизненным принципам и смыслам, ожиданиям и целям, ценностям и идеалам, социальным нормам и правилам и т.д.

Становление и конкретизация психосоциального подхода и его осуществление в исследованиях психологии реального, естественного человека, по нашему мнению, неизбежно приведет к серьезным изменениям в соотношении и развитии используемых качественных и количественных методов, в исследовании различных форм и видов активности человека в естественных и искусственных (специально организованных) условиях, в соотношении идиографического и но-мотетического знания о психике человека, к более интенсивному развитию целого ряда отраслей психологической науки. Прежде всего кросскультурной и этнической, политической и юридической, экономической и исторической, этической психологии (или психологии нравственности) и духовной психологии, организационной психологии и психологии управления, психолингвистики и психологии культуры, региональной и макропсихологии (психологии общества и новых интегративных образований). Такого рода изменения неизбежно приведут к динамике самой структуры психологической науки, то есть к существенному увеличению числа ее элементов - отраслей, к установлению и формированию новых связей между ними и т. п.

Еще одна важная тенденция современных исследований в области психологии заключается в особой востребованности тех из них, где изучаются не столько стабильные, устойчивые, типичные и т. п. психологические явления, сколько динамичные, нестабильные, неустойчивые феномены, причем как на уровне личности и группы, так и в межличностных, внутригрупповых и межгрупповых отношениях. «Фоновыми» здесь оказываются радикально изменяющиеся процессы, состояния и свойства больших социальных групп и российского общества в целом, с которыми связаны изменения в психологии личности и многочисленных малых групп (семьи, друзей, первичных учебных и трудовых коллективов и т. д.).

Такого рода парадигмальные изменения в современной психологии можно представить в более обобщенном виде как постепенный переход от использования преимущественно структурно-функционального анализа психических явлений к применению преимущественно процессуального, или динамического, анализа. При этом важно иметь в виду то, что исследования структуры и функций психического не перестают быть интересными и невозможно от них отказаться, но ведущим и наиболее актуальным все-таки становится изучение динамических характеристик психических явлений.

Наиболее общая и одновременно принципиальная и сложная проблема состоит в том, что в радикально (по содержанию) и интенсивно (по объему и скорости) изменяющихся условиях (и природных, и социальных), характерных для современного российского общества, основные функции психического во взаимодействии человека с окружающим миром тоже могут изменяться. Опираясь на научные представления Б. Ф. Ломова об основных функциях психики, мы имеем в виду изменения отражательной, регуляторной и коммуникативной функций с целью не только адаптации человека к изменяющемуся миру, но и созидания его, взаимодействия с другими людьми, общественными институтами и т. д. Именно психологические, а точнее, психосоциальные механизмы отражения, регуляции, коммуникации и др. изменяются в динамично развивающихся условиях. Этот феномен требует внимательного изучения.

Принципиальные изменения в психологических исследованиях парадигмального характера, по нашему мнению, заключаются также и в том, что на смену доминировавшей продолжительный исторический период парадигме воздействия социальной среды на психологию личности и группы приходит парадигма взаимодействия психологических и непсихологических (экономических, политических, организационно-управленческих, административно-правовых и др.) факторов. Такое взаимодействие различных по содержанию феноменов может быть чрезвычайно сложным и многообразным, а психологические факторы при этом - как ведомыми (только такая роль им отводилась ранее), так и паритетными и даже доминирующими, ведущими и т.п. Принципиально важно, что психология человека может не только отражать природные и социальные условия его жизнедеятельности, но и решающим образом влиять и определять, формировать и конструировать их в соответствии с особенностями индивидуального, группового и общественного сознания. В этом состоит ее преимущественная миросозидательная функция.

Не менее значимой тенденцией развития психологических исследований в настоящее время является становление так называемой позитивной психологии, которая может рассматриваться как часть (или направление) традиционной, классической психологии, лишь делающей некоторый акцент на исследовании позитивных явлений. При этом последние могут интерпретироваться как явно менее изученные, но не менее значимые и востребованные в современном, в том числе и российском, обществе. Быстро расширяющиеся исследования позитивных психологических явлений инициируют процесс переориентации и современной практической психологии: от основных задач исправления, коррекции, профилактики и т. п. различных недостатков, отклонений и аномалий она стремится переходить к задачам по обеспечению и поддержанию, стимулированию и развитию счастливой, успешной и осмысленной жизнедеятельности людей. Это должно происходить через выявление, раскрытие, а если иметь в виду практический смысл, то и развитие сильных сторон человека, актуализацию и реализацию имеющихся у него позитивных качеств, достоинств и добродетелей.

Становление современной позитивной психологии представлено целым рядом уже состоявшихся или только формирующихся направлений теоретических, эмпирических и ориентированных на практику исследований:

  • • психология мудрости как новое научное направление в психологии развития личности (Л. И. Анцыферова);
  • • психология мира и миротворческой деятельности (В. А. Кольцова, Т. А. Нестик, В. А. Соснин);
  • • исследования оптимизма личности и его проявлений в условиях современного российского общества (И. А. Джидарьян, Т. Л. Крюкова и др.);
  • • феномен доверия в межличностных, внутригрупповых и межгрупповых отношениях и взаимодействиях (И. А. Антоненко,

A. Л. Журавлев, В. П. Зинченко, И. В. Изюмова, А. Б. Купрейченко,

B. П. Позняков, Т. П. Скрипкина, С. П. Табхарова и др.);

  • • социально-психологический феномен патриотизма в современном российском обществе (В. А. Кольцова, В. А. Соснин);
  • • социально-психологический феномен праздника, его структура, функции и динамика (М.И. Воловикова, С. В. Тихомирова, А. М. Борисова и др.);
  • • психологические исследования феноменов правдивости и любви (Е.В. Вараксина, О. А. Екимчик, Б.Н. Тугайбаева и др.);
  • • изучение удовлетворенности жизнью в целом и отдельными ее сторонами как компонента субъективного качества жизни (Г.М. Головина, Г.М. Зараковский, Т.Н. Савченко и др.) и субъективного экономического благополучия (В. А. Хащенко);
  • • психология счастья (Е. В. Гузеева, И. А. Джидарьян, В. И. Мерен-ков, В. Тараткевич и др.) и т. д.

Представляют безусловный интерес и имеют хорошие перспективы психологические исследования сложнейших феноменов совести и стыда, радости и любви, счастья и надежд личности и разных социальных групп российского общества, изучение явлений гуманизации и гармонизации жизнедеятельности человека, группы и общества, помогающего поведения, взаимопомощи и сотрудничества, таких свойств личности, как правдивость, честность и искренность, обязательность и принципиальность, доверительность и уважительное отношение к другим людям. Желательно при этом достичь хотя бы той же глубины и степени дифференцированности анализа, которых психологи сегодня добились в изучении некоторых, в частности упоминавшихся выше, негативных явлений.

В связи с развитием позитивной психологии важно иметь в виду, что тем самым будет лишь выправляться явный крен в сторону изучения негативных явлений, сформировавшийся в отечественной психологии в 90-е годы XX в. Пока может идти речь только о стремлении к установлению некоторого баланса в исследованиях негативных и позитивных психологических явлений, хотя при этом понятно, насколько сложно так однозначно квалифицировать изучаемые психологами явления. Главное же состоит в том, чтобы психологические феномены анализировались во всей их полноте и противоречиях, в их взаимных связях и дополнениях и т. д.

Выделенные тенденции развития методологических и теоретических исследований представлены не столько в порядке возрастания или снижения их значимости, сколько с учетом некоторых содержательных и реально наметившихся связей между ними, что и определило последовательность их рассмотрения.

Можно выразить уверенность в том, что процесс развития методологических и теоретических исследований в современной психологии в целом по-прежнему будет поддерживаться и инициироваться соответствующими работами отечественных психологов-исследователей. Следует подчеркнуть, что в выделенных тенденциях методологических и теоретических исследований в современной психологии выражаются и внешне (социально и культурно) обусловленные закономерности, и внутренние потребности развития психологической науки. Можно выразить уверенность в том, что процесс их дальнейшего развития будет таким же интенсивным и плодотворным.

Заключение

В заключение представленного анализа современных тенденций развития психологических исследований хотелось бы зафиксировать профессиональное внимание психологов на том, что интенсивно изменяющийся современный мир, включая самого человека, в том числе и с его изменяющейся социальной психологией, потребует или уже требует некой новой (лишь условно!) антропологии. Необходимо, однако, уточнить, в каком смысле «новой». Имеется в виду не только и не столько то, что, наряду с философской, культурной, социальной, педагогической, религиозной антропологией, должны возникнуть какие-то иные, например, этическая, духовная и т.д. В данном случае имеются в виду относительно новая, современная система научных представлений о человеке как предмете исследования и система принципов научного изучения изменяющегося, а во многом уже изменившегося, человека как объекта исследования. Речь идет о необходимости реального развития научных представлений о человеке, сформированных Б. Г. Ананьевым или под его руководством в 60-е годы XX века и фактически составивших содержание целостной психологической антропологии (психоантропологии или антропологической психологии). И побуждают к этому достаточно многие сложившиеся к настоящему времени обстоятельства. Однако главное из них - это, в терминах С. Л. Рубинштейна, бытие, жизнедеятельность человека в изменившемся мире.

Конечно, можно вполне утверждать, что наш мир всегда изменялся и изменяется сейчас, что является обыденным «фоном» развития психологии человека. Но отдельные принципиальные изменения в настоящее время побуждают смотреть на эту проблему совсем не по-рядовому. Можно кратко обозначить лишь некоторые из них. Это высокая интенсивность и радикализм социальных изменений; появившаяся возможность (которая используется, прежде всего, представителями молодого поколения) жить в новой форме информационного мира - виртуальном мире, который в психологическом смысле является не только информационным; глобализация, универсализация жизни человека в обществе, стирание отдельных социокультурных различий; высокая степень опосредованности связей между людьми, их взаимодействий; появление принципиально новых форм интеграции человека с техническими устройствами и т. д. Все это и многое другое предъявляет новые требования к развитию психологии человека и его общностей, что и ожидает специальных исследований, обобщения уже имеющихся результатов, а также получения и систематизации новых данных. Это предстоит сделать отечественным психологам в ближайшем будущем.

Необходимо отметить, что юбилейные научные конференции ИП РАН (или Ломовские чтения) всегда становились этапными в развитии психологической науки, отличались новизной обсуждаемых психологических проблем, методов и результатов исследования, были интересны по содержанию и демократичны по форме проведения. Научные программы юбилейных конференций достаточно адекватно отражали состояние психологических исследований не только в ИП РАН, но и в нашей стране в целом, а результаты новейших исследований свидетельствовали о том, что в научном плане делается в российских центрах и регионах. Надеемся, что такие конференции позволяют совместно и профессионально осознать конкретный уровень развития научных исследований, на котором реально находится российская психология, и в результате этого выявить сильные и слабые стороны психологических исследований, обозначить перспективные направления их развития, которые будут разрабатываться в последующий, как минимум, 5-летний исторический период.

Выделение основных тенденций развития психологических исследований - перманентная задача для профессиональных психологов-исследователей, поэтому предполагается ее решение и в разное время (периодически), и разными специалистами, которые, естественно, будут проявлять свою авторскую позицию, и в этом необходимо усматривать позитивный характер. За адекватность отражения состояния психологических исследований в конкретный исторический период и тем более за точность прогноза их развития не должно быть соревнования между специалистами. Авторская позиция, если она оригинальна, всегда будет интересной и востребованной, дополняющей и практически полезной для построения общей картины современного состояния и особенностей развития психологических исследований.

1.2

Фундаментальная психология и практика:

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >